Под присмотром Дракона

В тронном зале воцарилась гробовая тишина. Аркон и Элина смотрели на отца, пытаясь понять услышанное и в то же время не веря в это. Всё, что они знали о своей жизни, оказалось ложью. Нет, конечно, не всё, но именно момент их появления в этом мире, то, кем являлся Аркон, то, как появилась его сестра.

– Отец, что же теперь будет? – нарушил молчание Аркон.

– А что будет? Разве что-то поменялось после моих слов?

– Но, но то, что ты сказал, меняет всё. Значит, я не тот, кто я есть.

– Позволь уточнить: а кто же ты тогда?

– Я… я не знаю, я выродок, бастард…

– Ты мой сын! Ты мой наследник и через несколько дней единственный законный правитель Аркандии. Я даже слышать не хочу той чуши, которую ты сейчас несёшь.

– Но, отец, Элина полноправная наследница, чистокровная и…

– Аркон, отец прав, ты забываешь, что наши земли может наследовать лишь мужчина.

– Иногда мне кажется, что твоя сестра намного умнее тебя и правда стала бы хорошим правителем.

– Отец, не говори так. Брат просто сейчас очень расстроен. Спасибо тебе за правду о маме. Это для меня очень важно, – в глазах Элины стояли слезы, она бросилась к отцу и обняла его.

– Ну что ты, полноте, дочка, я должен был сказать раньше, но не знал как… И боялся реакции твоего брата.

«И ведь не зря боялся, сынок явно не умел управлять эмоциями, – подумал Арко, – тьфу, что это я в самом деле, уже начинаю комментировать всякие писульки… хотя в целом не так уж плохо, интересненько, вроде бы даже, может, и зря тогда в журналистику не пошла. Сидели бы сейчас в башенке ТV и вещали на всю страну о политических новостях…»

– Не страшно, отец, спасибо, что сказал. Но я совсем не понимаю, почему Аркон должен стать единственным правителем через несколько дней? О чём вы говорите? Ты собрался отречься от престола? Но разве разумно делать так в столь смутное время? Не думай, что всё связано только с твоей личностью, на брата падёт тот же гнев, поверь…

– Погоди, дочка, ничего из того, что ты сказала, понимаешь…

– Наш отец решил использовать Купол против своих врагов. Он очистил совесть и теперь собрался уйти… – слова Аркона хоть и были язвительны, но произнесены с такой горечью и болью в голосе, что не было возможности понять, скорбит ли он о ещё не ушедшем отце, или о своей жизни, прошедшей во лжи, или об утраченных воспоминаниях детства – теперь хоть ясно, почему он не помнил ничего до рождения сестры, – или ещё о чём-то, известном лишь ему одному.

– Аркон, как ты можешь? Отец, а ты?! Ты решил бросить нас? Но неужели нет иного выхода? – Элина почти рыдала.

– Дочка, сынок, я должен спасти нашу семью, и мне очень важно понимать, что вы рядом, что вы вместе и поддержите друг друга. Вы всё, что у меня есть, и люблю я вас одинаково сильно, – старик – не император, а просто старик отец – смотрел на своих детей. В его взгляде читались слезы и мольба. Он не мог, не мог покинуть этот мир и выполнить свой долг перед страной, пока не будет уверен, что его семья в безопасности.

– Отец, – голос Аркона приобрел прежнюю уверенность и дополнился какой-то новой ноткой внутренней силы, – отец, я обещаю, что не подведу тебя, я сохраню твой трон и преумножу богатства наших земель, слава о Доме Дайронов пронесётся над всей землёй, а сестра всегда будет под моей опекой и покровительством. Она будет вольна в принятии своих решений и выборе жизненного пути. Как когда-то её мать позаботилась обо мне, я позабочусь о ней.

– Папочка, папочка, не бросай нас, молю, я так люблю тебя, ты нам нужен, прошу, давай найдём новый путь, – плакала Элина, обнимая отца.

– Дочка, иного пути нет, всё слишком затянулось и слишком много сил против нас. Береги брата, он горяч как огненный шар. И будь счастлива. Как же ты похожа на свою мать, как я рад, что Грах позволил мне дожить до этого дня и увидеть в тебе её отражение. Теперь о главном, я оставлю все распоряжения в верхнем секретном ящике секретера. Доверяйте полностью только самим себе. После моей кончины многие во дворце захотят управлять вами, чтобы прибрать к рукам власть и трон, не стоит верить всем.

– Отец, мы справимся, Элина намного умнее большинства придворных, уверен, что она сможет помочь мне советом на первых порах.

– Да, слушай сестру, она получила этот дар от матери, она чувствует предательство и ложь интуитивно, а ты, Элина, не бойся этого, это твоя сущность. Казна почти пуста, но есть несколько свитков, подтверждающих кредитование земель Эльфийского царства; если ты соберёшь верных людей, то можно взыскать долг. Их народ всегда держал слово, и не думаю, что придётся выбивать деньги силой. Кроме того, после Купола огня, согласно закону, все земли и богатства заговорщиков должны перейти в казну. Я не знаю достоверно, что станет с деньгами и запасами их дворцов, когда мне рассказывали про эту магию, всегда говорили, что огонь выжжет всё живое, но золото – это металл, логично предположить, что он только оплавится. С запасами сложнее… но будем верить в силу богов. Идите сюда, дети мои, дайте обниму вас в последний раз, – и старый император распростер объятия.

Элина, которая лишь на последних словах отца отступила, снова бросилась к нему, Аркон порывисто подошёл и обнял отца. Пусть он узнал сегодня столь жестокую правду о своём происхождении, но всё же отец всю жизнь был с ним, он учил его всему, защищал и наставлял. Да, последние годы очень часто их мнения расходились, и Аркон даже сам хотел бежать и поднять бунт, но то в нём играли молодость и горячая кровь, вера в максимализм и жажда приключений. Что ж вот и они, приключения и максимализм, всего несколько дней отделяют его от престола, а дальше на его плечи ляжет ответственность за всю империю и весь народ.

– Да, ещё кое-что. Надеюсь, что этого момента никогда не настанет, но всё же я должен рассказать вам, что такое Купол огня и как его использовать. Теперь вы последние истинные потомки Граха, вам нести это бремя и передать его своим детям, и пусть не настанут те времена, когда вам придётся прибегнуть к его магии.

* * *

«Пожалуй, на сегодня достаточно», – подумала Лера, глядя на часы: было уже почти два часа ночи. На самом деле история драконов так увлекла её саму, что она забыла и про время, и про ногу, и про свою неразделённую любовь – про всё, что было в реальном мире. Весь её мир сосредоточился в песках и дюнах…

Она нажала «сохранить» и закрыла ноутбук. Посмотрела ещё раз на телефон; на экране высветились два непрочитанных сообщения в WhatsApp, но батарейка садилась, и ей так не хотелось возвращаться в реальность, что она решила оставить всё на завтра. Отправила телефон на зарядку, почистила зубы, залезла в любимую пижамку и, завернувшись в одеяло, провалилась в волшебный драконий сон.

Глава VI

Иногда даже смелые сдаются

Утро выдалось удивительно тихим и красивым. Суббота, что и говорить, можно было выспаться без зазрения совести, приготовить вкусный ароматный завтрак, полистать любимый Ежеквартальник. Лера довольно потянулась в кровати. Несмотря на то что легла она глубоко за полночь, настроение было восхитительное, она отдохнула, выспалась, ничего не болело, и, казалось, жизнь вернулась в свою привычную колею и Вселенная снова на её стороне, готовая осыпать подарками и лучами добра.

«Так-так, это что-то новенькое. Неужто жизнь налаживается, мы бросаем траур по непонятным субъектам и отправляемся в мир? Может, и правы эти товарищи из Высокой комиссии, просто надо было хорошенько встряхнуть ситуацию, и дальше всё пойдёт как по маслу… Эх, заживём», – радостно потирая ручки подумал Арко. Он даже решил слетать на Землю и взять себе обычный кофе – иногда на очень позитивных вибрациях это было возможно: не общаясь с людьми, просто заказать и забрать, этакая маленькая радость. А что, и у ангелов могут быть свои маленькие радости.

Лера приняла душ, включила Алису и, пританцовывая под итальянскую музыку, принялась готовить завтрак. Она вообще очень любила готовить, это было своеобразное искусство, как писать картину или стихотворение. Ты начинаешь постепенно соединять, казалось бы, самые простые ингредиенты, а на выходе получаешь волшебное сочетание вкусов и ароматов. Отдельное внимание она уделяла подаче, даже для себя самой, готовя дома. Ведь правильная сервировка – это достойная рама, обложка, которая только усиливает эффект от самого блюда. Мы созданы для того, чтобы получать удовольствие и наслаждаться каждым моментом жизни, для этого нам даны наши пять чувств: слышать аромат блюда, наблюдать его красоту, оценить текстуру, насладиться вкусом и услышать, как последний кусочек покидает тарелку.

Сегодня на завтрак были запечённые сырники с клубникой в кокосовой стружке, дополненные греческим йогуртом, и чёрный колумбийский кофе, лёгкая кислинка которого так приятно оттеняла сладость основного блюда.

Заканчивая завтрак, Лера увлечённо листала новый выпуск «Теории моды». Он был посвящён Covid-19, а именно осязанию – тому, чего мы лишились в связи с невозможностью касаться людей и предметов. Теперь мы не могли оценить не то что качество вещи – даже текстуру материалов, из которых они изготовлены, на нас были латексные перчатки, ставшие своеобразной второй кожей этого года. А ведь как приятно ощутить касание тончайшего кашемира, холод шёлка или лёгкую грубоватость льняной рубашки, словно через пелену взглянуть на мир сквозь батистовый платок, пробежаться пальцами по выделанной коже новой сумки или по бархатным перчаткам, ощутить холод металла и тепло дерева…

Мысли уносились в размышления о мире, о природе вещей, о том, какие интересные порой перед нами ставит задачи матушка Природа.

Из мыслей её вывел звук телефонного звонка, и только тут она поняла, что со вчерашнего вечера, как вернулась из офиса, она не проверяла телефон. Поставила перед сном на зарядку и забыла про него. А ведь, как правило, она, как и большинство из её поколения, не расставалась с этой маленькой коробочкой, в которой последние десятилетия содержалась жизнь каждого на планете.

На экране высветилась надпись «Мама».

– Алло, мама, привет.

– Лера, у тебя всё хорошо? – на другом конце провода раздался взволнованный голос.

– Да, всё отлично, встала, позавтракала, немного решила почитать. Что-то случилось?

– Конечно, случилось, я не могу до тебя дозвониться со вчерашнего вечера, не отвечаешь ни на сообщения, ни на звонки. Я волнуюсь, уже схожу с ума.

– Мамочка, ну что случилось-то такого? Я просто оставила телефон на зарядке и не слышала звонков, до утра он был в режиме «Не беспокоить», потом лежал в другой комнате, и вообще чудо, что сейчас услышала. И потом, я не отвечала меньше суток, большую часть времени вообще была ночь. Что могло случиться?

– Не знаю, всё что угодно. Тебе достаточно пары минут, чтобы попасть в больницу. Папа хотел с тобой поговорить о том, как надо переходить дорогу.

– Мам, мне кажется это уже перебор. Я давно уже не ребёнок, в конце концов, у меня уже за плечами работа в другой стране и развод после 7 лет брака. Мне кажется, что мне уже можно доверять… Разве нет? – девушка была не то чтобы возмущена, скорей говорила с лёгкой ноткой усталости – такой разговор происходил не первый раз.

– Лера, ты всегда будешь нашим ребёнком, сколько бы тебе ни было лет, и даже если ты объездишь весь мир. Дети для родителей всегда остаются детьми, ты сможешь это понять, когда сама станешь матерью.

– Мамочка, прости меня, пожалуйста, что не слышала твоих звонков, не нужно волноваться, всё хорошо. Я очень тебя люблю и папу тоже. Давайте вашу инструкцию по правилам безопасности, обещаю выучить наизусть.

Они ещё немного поговорили, обсудили прошедшую неделю и планы на ближайшие дни. Когда Лера отключила телефон, на часах было уже около двух дня. Она решила проверить, кто ещё её разыскивал за это время, и обнаружила целых пять сообщений от Дена. Их содержание менялось по нарастающей в зависимости от времени написания.

22:36. «Привет! Ты как?»

23:00. «Не хочешь говорить?»

00:03. «А мы сейчас вот пьём, поминаем наш проект, так сказать».

00:30. «Просто хотел поздравить с выходом в офис и узнать, как прошла первая неделя. Как самочувствие?»

03:14. «Ты, наверное, злишься, что я не писал. Да, и не отвечал. Да вообще, слушай, я поступил как последний му**к, понимаю. И, конечно, нужно было сразу написать. Но я после перелёта проспал весь день, и потом было как-то уже странно писать».

«Ну вот, приплыли, как говорится, не было печали… И что ему ещё надо? Нет, задурил ей голову, пропал, а теперь, видите ли, по пьяни строчит в ночи сообщения… И надо это делать как раз тогда, когда она успокоилась и пришла в себя. Не отвечай, ну, пожалуйста, не отвечай», – взмолился всем богам Арко.

Лера как-то поникла, мысленно опять вернулась в прошлое… А ведь ещё пару минут назад она чувствовала себя такой счастливой и свободной, и в целом всё было прекрасно. И что теперь делать? В голове происходил безмолвный диалог.

Логика: так, ну понятно, напился, стало грустно, захотел пообщаться.

Эмоции: ему просто было сложно решиться написать, он же всё сам сказал.

Логика: ага, очень грустно, очень сложно решиться… а ещё никак не подойти хотя бы высказать внимание после выхода в офис…

Эмоции: ну а что, может, он побоялся.

Логика: пыф. Три ха-ха-ха, побоялся 38-летний мужик?! Самой-то не смешно? Что-то незаметно было, чтобы он раньше боялся.

Эмоции: ну а может, он просто ранимый.

Логика: давай уже заканчивать с этими розовыми соплями и оленьими глазами. Массовая рассылка, вот что я вам скажу.

Эмоции: ну как массовая, там же к нам обращались, и про му**ка… Ты что-то нелогичное говоришь.

Логика: ну, знаешь, потом, может, и к нам, а поначалу точно массовая. Просто не ответил никто. Не нашлось дурочек.

Эмоции: нельзя же всё время быть такой злюкой.

Логика: я не злюка, я пытаюсь спасти нас от самих себя, а ты вечно всех спасаешь, а себя потом мучаешь…

Лера почти рассмеялась: да, ещё немного, и можно будет в Кащенко, в голове типичное раздвоение личности начинается.

И то ли молитвы Арко были услышаны, то ли логика победила, неожиданно для самой себя Лера решила не отвечать. Просто прочитала и положила телефон. В голове мелькнуло: «Надо ключи на работу взять в понедельник, а то как-то не закончено получается». Дальше по плану было прогуляться, а потом вечер кино с фруктами и, пожалуй, горячей ванной со свечами.

«А что, неплохой план», – подумал наш Ангел, уютно устраиваясь в облачном кресле.

* * *

Голова дико саднила, очень хотелось пить и, возможно, отправить куда-то обратно всё выпитое за вчерашний вечер. И съеденное, похоже, тоже. Молодой человек тяжело вздохнул, открыл глаза и сразу же закрыл их – ох, слишком много света, прямо комната допросов какая-то… Он лежал на кровати в рубашке и трусах. Хорошо, что хоть брюки снял, мысленно похвалил он себя. Интерьер комнаты был весьма аскетичен: большая чёрная кровать с книжной полкой над ней, пара прикроватных тумбочек, на одной из них предусмотрительно стоял стакан с водой. Мужчина ещё раз мысленно себя похвалил, хотя и не помнил, как этот стакан оказался здесь. У окна был письменный стол со стулом и одинокий стеллаж, доверху заполненный книгами. Вот и всё нехитрое убранство, выдававшее в мужчине стопроцентного холостяка, живущего работой и, вероятно, очень любившего читать.

Сделав над собой усилие, он поднялся с постели и, слегка пошатываясь, побрёл в ванную комнату. Умывшись и приняв бодрящий душ, он прошёл на кухню, включил плиту, достал турку, налил воды из фильтра и, щедро сыпанув кофе, поставил её на конфорку. Сколько же он вчера выпил в общей сложности? Кажется, бутылку, ну, может, конечно, половину… Вначале они посидели с ребятами в баре, около часа он попрощался со всеми и решил пройтись. Потом вызвал такси и поехал домой, где… Как безмолвное напоминание о вчерашнем вечере на столе стояли полупустая бутылка «Хибики», пепельница, переполненная окурками, и окончательно разрядившийся ноут. Ну, здесь всё было ясно, ничего нового, ничего серьёзного, ничего непоправимого. Он давно понял для себя: если пить, то лучше одному и у себя дома, тогда не будет никаких проблем, пересудов, да и добираться в полусне не придётся. Так он и делал уже много лет, если не считать той ночи, совершенно выбивающейся из привычного уклада вещей… но какой ночи! Перед глазами, как в калейдоскопе, замелькали картинки: её глаза, улыбка, несколько галстуков, бережно свёрнутых ею и уложенных в его чемодан, бокал вина – как у него оказалась эта бутылка? Просто что-то невероятное, но она была, и была так кстати, – слова, прикосновения, порывистый поцелуй, опрокинутый и сломанный стул, который так и валялся на балконе как напоминание о том запретном и манящем, а потом, потом… Он закрыл глаза и потряс головой. Остальная ночь – это то, что невозможно забыть и слишком сладко и больно вспоминать в сложившихся обстоятельствах. Из воспоминаний его вывел бессовестно убежавший кофе, заливший всю плиту. Он чертыхнулся и взялся за тряпку. Остаток кофе перекочевал в чашку, сигареты кончились, а курить хотелось… Он взял телефон в надежде заказать доставку. И увидел свои сообщения, и вспомнил весь свой вчерашний провал. Голова заболела ещё сильнее, будто невидимый упрёк от подсознания. И как он мог забыть, точнее, как он мог вообще ей написать. После всего она точно не захотела бы с ним общаться, и он это прекрасно понимал. На всякий случай он всё-таки проверил. Нет, ответом на сообщения было гробовое молчание. А может быть, так и будет лучше. Хотя где-то глубоко мальчишка с пронзительными глазами, любящий смотреть на звёзды, уронил скупую слезу.

Он, как всегда, всё испортил сам, точнее, не испортил – просто не продолжил. Хотя нет, в этот раз именно испортил, и почему-то именно с НЕЙ. Нет, он и вообще не собирался ничего предпринимать изначально. Он даже не искал никого, хотя заботливые друзья и коллеги регулярно пытались ему кого-нибудь сосватать. Да и его маман тоже была не против познакомить сына с кем-нибудь из своих подруг или их дочерей. Он не то чтобы отказывался, скорее, периодически саботировал подобные встречи или сводил их на нет. Да, парочка из них закончилась мимолётными сексуальными контактами, но не более того. Она ему понравилась, и не только тот взгляд в сентябре, а потом они много общались. Боже, он так давно ни с кем не общался в таком объёме, с ней хотелось говорить обо всём – делиться книжками, мыслями, гулять, просто слушать её рассказы и смотреть в эти глаза. Он чувствовал какую-то невиданную ранее тягу, то, что, казалось, пропало из его существа уже много лет назад – с тех времен, когда он ещё мальчишкой познакомился со своей бывшей женой, – то, что так безжалостно было уничтожено за годы их брака. Но всё же он боялся. Боялся ЕЁ или, точнее, того, что она одним только взглядом делала с ним. Он попытался отстраниться, но… но она оказалась такой сумасшедшей, сжигающей, будто пламя, все препятствия. И случилась та ночь, после которой пути назад, казалось бы, не было. Да и смысла в этом пути он не видел, всё было прекрасно: легко, красиво, искренне и феерично, по-домашнему, но с изюминкой. Он улетел в полной уверенности, что дальше всё будет хорошо, у него появился второй шанс на жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Автор это осознала, поэтому все главы, кроме, первой не имеют реального подтверждения, герои вымышленные, все возможные совпадения событий случайны.

2

Действительно, всем желающим приобщиться к прекрасному, а также научиться быть красивыми весьма рекомендую: Светлана Близниченко (@svetk1ss). Не просто не пожалеете, а ещё спасибо скажите. На её работы можно как в музей ходить, а какие курсы ведёт для чайников, вообще молчу. Даже таких криворучек, как ваша покорная слуга, способна научить не просто размазывать тональник маской по лицу (проверено на практике).

3

– Добрый день, как дела? Мы хотим посетить «Город искусств и наук». Это возможно сегодня?

– Да, нет проблем. Есть два места на дневную экскурсию.

– Прекрасно. Во сколько выезжать? Можем оплатить картой?

– Да, через час будьте здесь.

4

– Привет! Как дела? Нужна твоя помощь.

– Привет, подруга. Что случилось?

(Далее диалог будет приведен на русском языке для удобства понимания.)