Под присмотром Дракона

«Лер, извини пожалуйста, я не хотел тебя отвлекать, тем более в выходные».

В этот момент её сердце не просто сжалось – оно как будто превратилось в одну холодную и больную точку, резко колющую в груди, такой ледяной колючий шип, впивающийся в грудную клетку. «Неужели он не понимает? Или он и правда считает её никем и ничем», – пронеслось в голове у героини.

«Настолько чужим человеком, я ещё никогда себя не чувствовала. Не отвлекать в выходные – шикарный ответ, спасибо, я оценила».

«Извини, ты не чужой для меня человек», – написал Ден.

Вот сейчас, держу пари, он солгал, даже в голове у него точно были мысли: «И о чём это она вообще? Ну не совсем чужой, конечно, знакомая, но что при этом она от меня хочет, как-то совсем не понимаю…»

«Чтобы не отвлекать тебя, тем более в выходные, реши, когда тебе удобно забрать ключи. А по поводу „не чужой человек“ – лучше перечитай свои же слова про не отвлекать в выходные. Наверное, я не права, ты устал, командировка, перелёт, проект… Но знаешь, мне даже извиняться не хочется, потому что здесь неправ ты, если я не чужой человек. А если из серии „переспали, забыли, ок“ – это я смогу понять, не маленькая. Подумай, пожалуйста, до завтра, какая категория. Я была бы признательна, создавать тебе беспокойство и напрягать не хочу и не буду».

«Лера, извини ещё раз, я не прав. Хорошо, подумаю».

Через минуту раздумий, на эмоциях, она написала: «Просто, если первое: то так делать нельзя, если второе: обидно, но как говорится, не $ 100, чтобы всем нравиться. Доехал нормально? И да, я правда тебя ждала, может, это глупо, по-дурацки, но скучала. Извини, что писала и слала дурацки фотки, наверное, всё это было не нужно и не к месту».

«Нет, холодно у вас, руки околели, пока такси ждал».

«Плохо, грейся. Ты мог выбрать другой вариант… Так поступают близкие люди, это называется „забота“».

«Лера, я не хотел тебя напрягать, тем более тебе напрягаться нельзя. Я попросил, мне товарищ вторые ключи от мамы заберёт и привезёт».

«Ты хоть дома? Либо ты реально дурак, либо я полная идиотка. Хотя как-то ни того ни другого таковым не считала. Давай привезу ключи? Ехать 15 минут. Уеду и напрягать тебя не буду, не переживай», – с надеждой отправив это сообщение, она ждала, что он ответит: приезжай.

Но на экране высветилось лишь: «Лер, не надо ничего привозить, меня товарищ ждёт у дома с ключами».

Что ж, ничего не оставалось как ответить: «Ок, извини, в общем, думай до завтра. А то я правда как дура… Навязчивая дура. Доброй ночи. Отдыхай».

«Спасибо, тебе тоже. Завтра во второй половине дня созвонимся, я летел сутки, завтра буду высыпаться», – прилетел ответ.

Она не сдержалась и написала: «Спасибо, не права. PS: мне бы всё-таки очень хотелось, чтобы ты выбрал правильный вариант».

* * *

На следующий день они съездили с подругой снять швы с века и проверить гипс. Добрый доктор в Первой градской в очередной раз сказал, что ей безумно повезло.

Вернувшись домой, она ждала сообщение, но, так и не получив его, уснула под пледом беспокойным сном обречённого к повешению невиновного человека…

Глава III

Перевернутый повешенный

Прошло несколько дней, он так и не звонил. Лера проревела ещё 2 дня. Глаз дико саднило, лицо припухло, надо было что-то менять. Обычно в таких странных ситуациях через пару дней её накрывала апатия, дальше включался мозг. Ну что-то типа лимбического мозга – базовые потребности на эмоции он удовлетворял неплохо, но вот действовал специфическими методами.

Так, где-то тут был этот контакт. Лера начала перерывать телефонную книгу. Ну да, вот оно – Ната (Валенсия).

На минуту девушка вернулась в волшебство летней Испании с её ароматами цветов, терпким запахом моря и красного вина, шумными волнами, весёлыми компаниями молодёжи, вкуснейшими устрицами и убийственно вкусным мясом.

В один из таких отпускных вечеров она познакомилась с Натой – Нэтали, если точнее, – а было это так. Несколько лет назад Лера, ещё со своим бывшим супругом, решила вместо России провести свой отпуск в Европе. Сделать такой своеобразный трип по странам Евросоюза. Да, это было сказочное время! То время, когда она верила в мечты, грезила о Париже, лавандовых полях и апельсиновых рощах. Тогда казалось, весь мир лежал у её ног: стоило лишь подумать – и исполнялось всё.

«Да уж, – хмыкнул лысый товарищ, – и правда, были чудесные времена. Помнится, мы проехали полмира, ну ладно, может, не пол, но пару-тройку континентов точно посетили. Да и Небесные давали карт-бланш во всех делах, подбрасывали ангельской пыли, лепреконовских горшочков и всей той магической ереси, которую простые смертные принимают за чудеса. Она действительно получала всё, что хотела, потому что её желания были настолько искренними и светлыми, что Вселенная не могла их не исполнить, просто не было шансов, – Арко мечтательно провел по своей голове, словно на ней как раньше была копна волос, и даже на минуту расплылся в улыбке: – Мне тогда завидовали все, ну или практически все, не считая Бо и Минди (ангелов Била Гейтса и Джоли)».

– ¡Hola! ¿Que tal? ¿Queriamos visitar el Ciudad de les Artes y las Ciencias. ¿Hoy es possible?

– Si, no problem. Hay dos entradas para la excursion del dia.

– Bueno. ¿A que hora sales? ¿Puedo pagar con tarjeta?

– Si, puedes. Estar aqui en una hora[3].

– Ура, милый, это так замечательно, что мы успели, читала, что это один из современнейших музеев в Валенсии.

– Солнце, всё для тебя, я же обещал, что это только наш отпуск.

Лера восторженно смотрела на Олега, какой же у неё потрясающий муж. Да, он не всегда такой идеальный, но это же семейная жизнь, у всех бывают размолвки. Все её подружки люто завидовали Валерии. Она просто встретила мужчину своей мечты ещё в институтские годы, да ей и стараться не пришлось особенно. Олег был покорён с первого взгляда и просто боготворил девушку, цветы, подарки не заканчивались и после свадьбы. Он знал её любимый йогурт, помнил имена всех подружек, он даже тёщу покорил. А уж выбор мест куда поехать и что посмотреть полностью был во власти Леры, она делала всё, что хотелось. Хотя и Олегу тоже хорошо жилось (красавица супруга, покорявшая всех своей эрудицией, манерами и бомбической выпечкой). Да, вот что такое идеальная семья.

Ребята решили позавтракать в ближайшей кофейне в ожидании экскурсионного автобуса. В ожидании кофе с круассанами Лера разглядывала проходящих прохожих. Захотелось порисовать. Она достала из сумочки блокнот и карандаш. Если что, потом в отеле раскрасит набросок, а сейчас просто настроение. Вот там пара линий уходящей в даль улочки, небольшой фонтанчик, коих так много во всех испанских городках. Стайка голубей привычно пьёт воду и чистит пёрышки. Весёлые мальчишки тут же брызгаются водой. Парочка влюблённых воркует на лавочке, не обращая внимания на весь мир, парень небрежно поправляет выбившийся локон из причёски девушки. Официант несёт заказ пожилой даме за соседним столиком. И всё это щедро приправлено зеленью, ярким испанским солнцем и запахом корицы.

От наброска её отвлёк официант, водрузивший перед ней чашку ароматного латте и тарелку с румяным круассаном.

– Симпатичное место, ощущение, что не уезжали, – рассмеялась блондинка.

– Да, всё-таки Чили так похожа на Европу. Миграция, что ещё сказать, архитектура, традиции, вкусы – всё было перенято у старушки.

– Да, иногда мне кажется, что, когда мы приезжаем домой в Москву, я попадаю в какой-то другой, чужой мир. Не хватает света и позитива, не понимаю только почему, – девушка задумчиво наморщила лоб.

– Думаю, это всё-таки связано с недостатком солнца и не такой яркой палитрой в одежде, у нас всё строже и чуть темнее. Суровые мы, русские люди.

– О да, да и медведи по улицам ходят, совсем не до веселья, – рассмеялась блондинка.

– Ладно тебе шутить, никто так уже не думает, сама знаешь.

К нашему с вами ужасу, нет, иногда думают… И это пугает больше самих медведей.

Так за приятной болтовней, вкусным кофе и выпечкой пролетел час. Ребята расплатились и отправились ко входу в агентство, у дверей которого уже стоял небольшой микроавтобус. Экскурсия прошла вполне обычно, позитивно, ярко и динамично. В процессе неё ребята (точнее, Валерия) и познакомились с Нэтали, как она тогда представилась, практикующей магиней из Мадрида. Лера тогда рассмеялась – нет, конечно, звучало пафосно, красиво и загадочно, особенно вкупе с зелёными глазами и иссиня-чёрными волосами новой знакомой. Этакий классический образ ведьмы в стиле Мартиши Адамс. На деле Ната оказалась весьма приветливой и позитивной. Единственное, она как-то подозрительно смотрела на Олега и несколько раз грустно вздохнула, слушая, как Лера, не задумываясь, отстаивает свою точку зрения в разговоре. «Дорогая, иногда всё-таки стоит уступать мужчинам, даже если они не правы», – шепнула она Лере…

Вот почему мы никогда не обращаем внимания на чужие советы, не воспринимаем всерьёз даже то, что можем озвучить сами другим? Воспользуйся наша героиня этим советом – и кто знает, возможно, она до сих пор была бы счастлива в браке и уже нянчила парочку детей.

Так, пора заканчивать с ностальгией, одёрнула сама себя девушка. С Натой она общалась ещё два раза. Первый – когда абсолютно случайно по описанию нашла для неё церковь в Москве, которую, как уверяла Ната, она видела во сне и обязана посетить.

Да-да, вы не ослышались, магини посещают церковь. И нет, многие светлые ведьмы верят в Бога и Высшие силы и весьма религиозны.

Почему она тогда написала Лере и как так сложилось, что последняя работала в двух кварталах от этого места, до сих пор было не ясно.

«Не ясно ей, понимаешь ли! Да я из кожи вон лез, чтобы это предотвратить, а ей не ясно, что нельзя так явно кичиться своим счастьем, можно и недругов привлечь, – Арко грустно понурил голову. – Он-то не придал этому тогда особого значения, и вот что вышло».

Второй раз Лера, в истерике от ситуации со своим браком и пытаясь убедить себя, что всё наладится, написала Нате, умоляя её разложить карты Таро, погадать на куриных лапках или на чём там можно (надеемся всё же, что испанского хватило не опозориться, а то вдруг куриные лапки у иностранных колдуний – это что-то другое, кто их знает). К сожалению, надежды не оправдались и то ли магия и правда работала, то ли Ната была неплохим психологом и разбиралась в жизни, но информация подтвердилась, всё было плачевно. Впрочем, через пару дней Валерия установила это более логичным способом, изучив распечатку звонков.

Да-да, вот он и конец той самой романтичной истории любви из первой главы, о которой начинала писать Лера в своей книге.

Вообще, если подумать, Лера была довольно своеобразной смесью логики с любовью к просчитыванию всего до последних мелочей и одновременно бешеной эмоциональности, веры в мечты и чудеса. С чем это было связано? Скорей всего, всё те же издержки воспитания, на которые так любят ссылаться психотерапевты. Семья математиков, из которой была Лера, приучила детей с детства мыслить логически и раскладывать каждую проблему на производные, находя неизвестные посредством простых формул. Это давало уверенность в завтрашнем дне и понимание всего – от того, откуда и куда ты идёшь, до того, каким путём лучше это делать. При этом где-то глубоко внутри на неё воздействовали обычные женские эмоции; любовь к французским классикам с детства привела к плачевным последствиям: вере в справедливость, мечту, счастье и саму эту любовь. Что безжалостно было растоптано через семь лет брака.

В общем, когда логика не могла объяснить происходящее или очень не нравилось объяснение, мозг, отказываясь во что-то верить, приходил к попытке объяснить всё иррациональными способами.

Девушка вышла в сеть и написала в WhatsApp:

«¡Hola! ¿Que tal? ¡Necesito tu ayuda!»

«¡Hola! Mi amiga. ¿Que pasa?»[4]

«Ната, знаешь, мне кажется, что я пишу тебе только в безысходных ситуациях. Мне неудобно, что так выходит».

«Дорогая, всё нормально, я всё понимаю. Поверь, мне редко пишут узнать, как мои дела и обсудить новый сериал. Если Вселенная посылает тебя ко мне, значит, так суждено, и не стоит тут извиняться».

«Спасибо, что ты такая понимающая, у меня всё как обычно. Не тот человек или не то время. В общем, я абсолютно запуталась, и мне нужна помощь!»

«Так, давай по порядку. Ты мне расскажешь, что случилось, и мы подумаем, что можно сделать».

Лера начала старательно пересказывать историю своих взаимоотношений с Ёжиком, как она мысленно окрестила Дена. История была сокращена до основных вех в силу сложностей перевода и необходимости набивать текст.

«М-м-м… Интересно, конечно, но пока ничего криминального не вижу. Давай я сделаю расклад на его отношение к тебе, запишу парочку голосовых по трактовке, и, если надо, ты мне скажешь, что ещё узнать».

«Да, так было бы отлично».

«Мне нужны его фотография и имя».

Лера всё отправила.

«Отлично, тогда спишемся завтра. Не переживай и не отчаивайся раньше времени, всё наладится».

После разговора с Натой девушка задумалась о целесообразности этой затеи. С одной стороны, в прошлый раз всё, что рассказали карты оказалось правдой. С другой стороны, она прекрасно понимала, что сама сообщила половину как причину использования Таро, то есть фактически нельзя было считать результат чистым.

Ладно, в конце концов, ну что будет от того, что где-то в Испании какая-то женщина разложит карты? Никто и никогда об этом не узнает.

С этими мыслями она отправилась спать. Сон был беспокойным, отрывочным, в нём Ёжик почему-то был в Испании и собирался на корриду в качестве зрителя. Она же сама была матадором, а бык почему-то явился маленьким лысым человечком, который, неустанно матерясь, отчитывал её за последние несколько месяцев жизни, потерю его волос и места в какой-то Небесной академии на пенсии…

«А что вы хотели? Мы, ангелы, в основном можем со своими подопечными общаться только во сне, да есть ещё некоторые моменты с музыкой, знаками… В очень экстренных случаях – подставным воздействием, но, как правило, арсенал магических средств (если их можно так назвать) достаточно скромен. А вот бывает же: прямо накопилось… Так что нет, не спишь – так получай моё личное фи», – думал Арко, преспокойно попивая свой черный кофе на облаке и наблюдая, как город равномерно покрывается снежным покрывалом.

«Да, кажется пора завязывать с Таро, гаданиями и всякой остальной ересью. Вот получу от Наты расклад – и всё, новая жизнь, а то так мне и черти начнут сниться, чего доброго, – подумала Лера, проснувшись. – Это всё болезнь, самоизоляция, невозможность работать и нормально общаться с людьми. Даже не погуляешь, вот и начинаю сходить с ума и придумывать себе проблемы на ровном месте. В конце концов, я взрослая, самостоятельная женщина. Ну не сложилось у меня с этим человеком – сложится с другим. Просто если бы он не пропал, а нормально написал или сказал, что у них ничего не получится… А может, в этом современном взрослом мире не принято расставлять точки, а принято просто пропасть?»

Она вспомнила слова своего первого юношеского увлечения, Валеры – да, было чертовски символично, что их звали абсолютно одинаково. Он был старшим братом её подруги, во всём таким взрослым и самодостаточным, увлекался готической культурой, писал научные тексты на тему БДСМ (она тогда и не знала, как расшифровывается эта аббревиатура). В общем, она влюбилась в его образ в своей голове – а что вы хотели от семнадцатилетней девушки?

Они даже не встречались, так, сходили пару раз погулять. Её удивило, что он перестал писать, а когда она спросила, куда он пропал, он ей объяснил о волшебном правиле двух недель: считается, что в случае, если один из пары не пишет более двух недель, отношения автоматически закончены с его стороны.

«М-м-м… Может, и тут работает это правило? А я что-то про него подзабыла, но тогда почему прямо не сказать мне, когда я написала, что, дескать, не хочу общаться?

Так, стоп, я сейчас снова провалюсь в эту яму самокопания и страдания, пора завязывать. Ещё несколько дней – и меня выпишут, и я отправлюсь в офис, как все нормальные люди. А там осталось совсем немного – и уже будет Новый год и праздники. Отмечу годовщину развода. Пора, пожалуй, постепенно возвращаться к творчеству, так сказать, выплесну все непонятные эмоции на бумагу, и, может, полегчает».

С этими мыслями девушка отправилась на кухню, заварила себе вкусный зелёный улун и открыла крышку ноутбука. Клавиатура призывно мерцала серебристым светом, на экране замелькали быстро набираемые строчки текста. За этим занятием незаметно пробежало несколько часов. Голова была легкой, если не считать усталость глаз; можно было сказать, что такого рода терапия действовала весьма умиротворяюще и позитивно.

«Так, наконец-то, может, она взялась за ум и из всего этого страдания выйдет хоть что-то путное», – Арко задумчиво сбрасывал с крыш накопившийся снег, возмущённые голуби, на которых летели эти мини-сугробики, разлетались в разные стороны. На Москву опустилась полноценная зима.

«Ого, уже второй час дня! Сколько же я прописала, а кажется, что совсем немного, да и недолго», – девушка взглянула на экран телефона: 10 неотвеченных сообщений и 4 пропущенных вызова.

«Видимо, всё по работе, опять не могут загрузить корпоративку или найти какие-нибудь документы, – подумала Лера. И в кои-то веки решила не смотреть, кто там её разыскивал. – Пойду пообедаю, выпью чаю и ближе к вечеру посмотрим. Я же болею, на больничном, а ощущение, что работаю, да ещё и вслепую. Каково это – на слух, по памяти рассказывать, как и что нажимать в системе».

Конечно, совесть её замучила раньше, и за телефон она схватилась буквально через час, успев только наскоро перекусить.

* * *

Тем временем в центре Москвы, в старом особнячке, переоборудованном в офисное здание, в довольно просторном кабинете, за круглым столом перед большим экраном с презентацией восемь человек с серьёзным видом взирают на экран с графиками и матрицами и слушают докладчика. Судя по презентации, проходит обсуждение этапов какого-то крупного контракта. Явно завязался спор между финансистами и проектниками (типичное дело, далеко не всегда реальная прибыль приходит быстро, а, как известно, финансисты хотят всё и сразу). Все увлечённо слушают докладчика. А, нет, вон тот мужчина средних лет в пиджаке и очках в классической оправе, кажется, задумался о чём-то своём, любопытно. Предлагаю на правах автора влезть к нему в голову и подслушать.

«Так, ну и что ты будешь делать? Нет, ты дал себе месяц разобраться во всём, месяц, собственно, прошёл, и ты вернулся. И в чём ты разобрался? Угу… Вот только не начинай, что ты был чертовски занят проектом, что не было свободного времени… Ты можешь это кому угодно рассказывать, но самому себе врать бесполезно, да и бессмысленно. В конце концов, ты-то человек логичный и не маленький. Вот с этим немаленьким и вышла какая-то явная фигня. Не маленький, а утонул в ней, как мальчишка, просто как мальчишка».

Мыслями молодой человек унесся на несколько месяцев ранее. Тот же офис, даже этаж, только кабинет поменьше, вечер пятницы, он зашёл поздравить старого коллегу с днём рождения. Он беседует с коллегами, дверь открывается, и входит пара девчонок из юридического. Вначале он особо и не обратил внимания, просто бросил взгляд и вернулся к беседе. Уже позднее, подойдя к столу и поднимая бокал, на секунду он поймал её взгляд. Нет, она не смотрела на него, она смотрела куда-то вглубь него и сквозь него одновременно. Было что-то необыкновенное в этих глазах – и искренний смех, и какая-то глубокая скрытая тоска, будто голубые радужки состояли из нескольких слоев. Он что-то сказал о природе, произнёс тост, она улыбнулась и посмотрела прямо на него. И всё, вся его взрослость и логика куда-то пропали. Он был снова мальчишкой, тем простым парнем, который всю жизнь стремительно и упорно работал, простым и очень молодым.

Девушки засобирались, им надо было зайти в кабинет за вещами. Это его шанс, сейчас и он откланяется и пойдёт, и тогда они точно столкнутся внизу, он предложит её проводить. Но они уже разошлись. Не судьба. Он написал только эсэмэс, нашёл номер в справочнике.

«Привет, а вы где?»

«Кто это?»

«Ден, мы же сейчас говорили».

«Ой, прости, у меня не было твоего номера. Мы уже разъехались».

Но всё-таки была судьба! Ровно через неделю – тот же кабинет, тот же состав участников, ещё один день рождения. Она была какая-то грустная и почти фарфоровая. Выпила пару бокалов белого вина и засобиралась домой. Он ещё тогда отметил, что ей нравится именно белое вино.

Он набрал её номер, пара гудков, и вот она взяла трубку:

– Ден?

– Привет ещё раз. Ты такая грустная, что-то случилось?

– Сложно объяснить, просто день такой. Это личное, случилось очень давно, но немного грустно.

– А где ты сейчас?

– Иду по мосту к Красной площади. Хочется погулять, предложила Нике, но она спешила. Такой вечер сегодня и миллион огней.

По голосу девушки он понял, что её что-то очень печалит. И сразу же давно забытое чувство – сильное желание оказаться рядом, обнять и спрятать от всего, что может её расстроить.

– Хочешь, выпьем кофе? Мне кажется, там довольно ветрено. – «И чего я несу, она сейчас меня просто отошьёт», – подумал он.

– Можно, но я уже почти дошла.

– Так скажи адрес.

– Сейчас, ближайший дом – Варварка, 8, это церковь.

– Стой там, буду через 7 минут.

Скорее, но почему он нервничает? «Не понимаю», – вёл он сам с собой диалог. И куда спешит? А если она замёрзнет или передумает, и что он ей вообще будет говорить? Вот он уже различил фигурку в песочном тренче. Он остановился, вышел и открыл перед ней дверцу. Они проговорили почти два часа и, кажется, могли бы ещё столько же, но пора было ехать. Оказалось, что живут они в 15 минутах на машине друг от друга; когда он открывал перед ней дверцу у подъезда, уже точно знал, что теперь этот адрес будет в его навигаторе на быстром наборе.

А потом…

– Денис Викторович, – голос финдиректора вытащил его из гущи приятных воспоминаний, – вы с нами? Расскажите, в чём сейчас основные проблемные моменты, требующие вливаний.

– Да, конечно, Николай Владимирович, итак… – и он начал подробно объяснять всё, с чем он и его команда столкнулись за последний месяц, работая на площадке.

«Вот и хорошо, вот и правильно, у него такая карьера, такие перспективы, а тут на тебе – какая-то девчонка вылезла неизвестно откуда и всё время в мысли вмешивается. Я уже из сил выбилась его вытаскивать из этой романтической чуши. Не время сейчас, только пошло всё в гору, он ещё у меня заслуженным специалистом станет, а там, может, и госнаграду получит… И заживём тогда…» – тонкая сухонькая дамочка с острым носом, чёрными волосами, собранными в тугой высокий хвост, радостно потирала ручки, сидя на карнизе ближайшей крыши. Нет, никто из проезжавших мимо машин или прохожих не увидел бы её, да это и понятно – ангелы, что с них взять.

Совещание кончилось, он взял ежедневник и вышел из кабинета.

– Ден, слушай, всё хорошо? – в коридоре его догнал коллега.

– Да, просто после поездки никак не приду в себя. Старею, друг, старею, – усмехнулся мужчина.

– Ой, да ладно тебе, но ты давай в следующий раз не засыпай прям на совещании, – подмигнул он. – Завтра пойдёшь выпить по стаканчику?

– Да, договорились, оставлю машину дома.

«Не буду писать, глупо, прошло два дня, что мне ей теперь писать…»

* * *

Снежинки кружились в тёмном московском небе, мерцая в свете миллионов огоньков фонарей, новогодних гирлянд, витрин, проезжающих автомобилей. Парадокс московских зим, когда ночами света больше, чем днём. Недаром установлено, что за последние несколько лет даже в Петербурге было на несколько солнечных дней больше, чем в Москве.

Влюблённая парочка мило ворковала, сидя за столиком у окошка.

– Да ты что? И что тогда вы решили сделать? Это же настоящий провал!

– Ну, не провал, конечно, но было неприятненько, – парень рассмеялся. – По итогу мы просто заменили в составе черепаху на курицу и чуть переборщили с остротой.

– Да ладно! И никто не заметил?

– Ну, там сложно было заметить, – ответил он, вспомнив пунцовые лица гостей, отведавших суп.

– Можно смело сказать, что банкет удался. Что теперь?

– Теперь ждём звезду и готовимся к Новому году. После пандемии дела идут не очень. Слишком мало крупных мероприятий, если они опять закроют всё на Новый год, то мы просто не вывезем, будем закрываться.

– И что тогда?

– Ну что тогда? Тогда придётся идти на поклон к отцу, и прощай мечта о ресторане, здравствуйте, скучные будни финансиста.