Под присмотром Дракона

– Не совсем, я тут немного ударилась в творчество, ничего серьёзного, – Лера покраснела: ну зачем она вообще ему сказала, а если ничего не получится, и вообще только наброски есть.

– Так-так, очень интересно, и что там за творчество?

– Пока не скажу, если получится продолжить, ты первый узнаёшь.

– Договорились, давай попрошу счёт и отвезу тебя домой.

– Спасибо, у тебя потом снова встречи?

– Нет, сегодня поеду домой, освободил вечер, чтобы тебя увидеть.

Они рассчитались, молодой человек помог Лере надеть шубу и отвез домой. На прощание она чмокнула его в щеку и, в сотый раз поблагодарив за подарок, скрылась за дверью подъезда, унося с собой заветный пакет.

Снежинки парили в воздухе, мирно ложась на капот чёрного BMW, рядом стоял молодой человек в чёрной расстёгнутой куртке и курил, вид у него был задумчивый. Он походил на большого уверенного медведя – не пухленького медвежонка, а именно царственного размеренного зверя, этакого хозяина лесов. О чём он думал? Автор не знает и, наверное, не узнает никогда. Докурив, молодой человек выбросил окурок, сел за руль и уехал в ночь. Впрочем, проехав немного, он припарковал машину на подземном паркинге и поднялся на лифте в пентхаус.

Ему открыла домработница.

– Михаил Александрович, проходите, Ольга Николаевна сейчас у себя, а Игорь уже в детской отдыхает.

– Спасибо, Анечка, можете быть свободны на сегодня.

– Может быть, вам разогреть ужин или сделать кофе?

– Нет, не нужно, я только что со встречи, не хочу ничего.

Он прошёл в просторную гостиную. В белом пушистом кресле сидела его жена, она что-то увлечённо рассматривала в журнале, а возможно, читала. На какой-то момент он остановился и просто смотрел на неё, не хотел тревожить покой.

– Добрый вечер!

– Ты вернулся сегодня довольно рано.

– Да, последняя встреча прошла быстро. Решил немного разгрузить выходные. Хочу завтра утром сводить Игорька пострелять.

– Просто чудесно, он очень по тебе скучает.

– Как твой день? Куда-нибудь ходила?

– Знаешь, решила сегодня отдохнуть, немного почитала, Игоря из сада попросила забрать пораньше. Потом заглянули к твоей маме. Она передавала привет и пеняла, что ты давно не появлялся.

– Да, может быть, как раз заглянем к ним завтра на обед. Я напишу ей утром. Ты же знаешь, как она не любит спонтанные встречи.

– Ой, не знаю, не наговаривай, она чудесная и всегда нам рада, особенно тебе – ты же единственный сын, её опора и отрада.

– Я знаю и не спорю с этим, но неожиданные гости выбивают её из колеи. Просто поверь.

Ольга встала с кресла и подошла к супругу:

– Хорошо, хорошо, дорогой, я не спорю, ты всегда прав.

Он обнял её за талию и поцеловал.

– Тебе ещё долго?

– Нет, дочитала, практически свободна.

– Тогда я сейчас в душ, жди меня в спальне.

– Как скажешь, мой супруг.

Они были вместе уже 10 лет, точнее, история отношений началась ещё раньше – с долгой дружбы между семьями и завершилась прекрасным прочным союзом и рождением наследника. Что говорить, практически идеальная жизнь. Нет, много было всего за это время, но всё ж таки идеальная жизнь.

А что есть идеальное? Одно из самых сложных понятий, очень оценочное. Что-то без единого изъяна, можно, пожалуй, говорить однозначно об идеальной форме, звучании, сочетании вкусов, но вот о жизни, людях, характерах – сложно, для каждого всё-таки свой идеал.

Глава V

Новые обстоятельства, или Танец павлина

Лера вышла на работу в офис. Пока ехала в метро, было странное ощущение, что за последние три недели изменилось больше, чем за весь прошедший год. Возможно, это было связанно с предновогодней суетой, возможно, с тем, что заканчивался этот странный, чумной, как его многие окрестили, год. Может быть, просто неуверенность от очков, которые не носила с институтской скамьи – после травмы советовали некоторое время воздержаться от ношения контактных линз. В общем, в толчее метро она чувствовала себя как льдинка, затесавшаяся в круговорот блендера с ягодами и почему-то плывущая против течения.

Лера вышла из метро, аккуратно поднимаясь по ступенькам. Как она не любила очки! Нет, шикарная модная оправа, хорошие линзы, но в них было неудобно, не хватало обзорности и свободы движения, полного контроля за ситуацией.

«Да, конечно, надо же всё и во всём контролировать, куда ж без этого, без её контроля весь мир рухнет», – язвительно заметил Арко. Ему то уже порядком надоели этот постоянный контроль и излишняя ответственность.

Лера достала пропуск и поздоровалась с охранником.

– С возвращением, что-то давно вас было не видно. Отдыхали?

– Да, можно и так сказать, – улыбнулась девушка.

– Теперь снова в бой. Хорошего дня.

– Спасибо, и вам.

Она взяла ключ и открыла кабинет. Как ни странно, никого ещё не было, это немного порадовало. Она любила приходить первой, насладиться этими минутами тишины, сделать кофе, полить цветы и спокойно проверить почту. Да, ей определённо не хватало собственного кабинета. Лера задумалась: интересно, что бы было, если бы тогда, почти пять лет назад, она согласилась на повышение и совсем девчонкой стала начальником отдела. Парадокс, но сейчас она работала с теми же людьми, только немного опосредованно, фактически управляя процессом извне, то есть по факту была «начальником» над тем начальником (над возможной собой). «Эх, неплохо, но своего кабинета нет, зато есть вкусный кофе и прекрасный вид на набережную Москвы-реки», – подумала она, взглянув в окно.

За рабочим столом было всё так же, как и накануне её вынужденного отсутствия, если не считать горы документов – точнее, нескольких горок, аккуратно закрывающих всю поверхность этого самого стола. Ну что, приступим и посмотрим, что у нас тут и что надо исправлять, мысленно усмехнулась девушка, отхлебнула чёрный американо и принялась методично изучать документы.

За этим занятием её и застала коллега, пришедшая в офис следующей.

– Лера, привет, как ты? С возвращением! Мы все так волновались.

– Нюта, привет, всё хорошо. В целом, и правда намного лучше, – Лера улыбнулась, надеясь, что шрам не столь заметен под очками.

– Выглядишь прекрасно! Рада, что всё обошлось и ты снова с нами.

– Спасибо, я тоже рада. Что у вас нового и интересного?

Аня, высокая статная брюнетка с красивыми чертами лица с активной мимикой, начала рассказывать последние новости в сфере бизнеса, затронувшие работу компании, и немного из общих событий в жизни небольшого коллектива. Стоит отметить, что юристы почему-то все очень красивые – видимо, все, кто не пошёл в модели, идут на юридический, не раз уже замечала.

Было уже около десяти вечера, когда Лера наконец добралась домой. Голова просто гудела. Выпитые несколько таблеток ибупрофена уже не спасали; нет, возможно, без них было бы ещё хуже, но пока казалось, что они не работают. И зачем всё сразу хотела закрыть? Она же ещё в обед поняла, что глаза от компьютера устали, что хождение по этажам за подписями переутомило ногу и пора делать перерыв. Он был, но 15 минут особо не исправили ситуацию. Однако задач накопилось немерено, мало того что её не было три недели, так ещё и конец года был близок… Шеф требовал всё и сразу, уверяя её в том, что она не по травме восстанавливалась (вообще-то работая по телефону практически сразу), а отдыхала на Мальдивах и ничего не делала. Надо было слушать врача и ещё неделю никуда не ходить, но её дурацкий альтруизм и ответственность, как всегда, сослужили плохую службу.

«И смысл мне был убиваться перед Высокой комиссией и уговаривать сохранить внешность и не допустить хромоты? Да такими темпами она сама всё испортит быстрее…»

Квартира встретила её ледяной тишиной и морозным воздухом, сквозившим из открытого окна. Почему-то вспомнился вечер, когда она, ещё студенткой, приехала от родителей и первый раз осталась одна после кончины бабушки. Она тогда так и села у двери на пол рядом с чемоданом и просто плакала час или больше, не замечая ни времени, ни окружающего мира. Тогда она поняла, что такое одиночество и ощущение ненужности, впрочем, в одиночестве были и свои плюсы, но об этом после…

«Н-да, как-то совсем не позитивненько, а ещё почти три недели до праздников, и не сбежишь же никуда. Может, собаку завести? А что? Будет меня встречать и провожать… Тем более, что давно хотела», – размышляла Лера.

И правда, это была самая старая мечта девушки. Ещё в тринадцать лет она первый раз попросила у отца собаку. Он вроде бы согласился, но сказал, что позже, так как они уезжали из Питера надолго в другой город и не факт, что собаку можно было взять с собой – точнее, это влекло за собой ряд неудобств, которые никто из взрослых, конечно же, не хотел брать на себя. С этим «позже» Лера так и жила. Вначале, когда она уехала поступать в Москву в институт, было сообщено, что это дом бабушки и она против; когда бабули не стало – что у неё просто не будет времени следить за домом, собой, учиться, а ещё и собака… (Вполне логичное объяснение так-то.) Потом – что она взрослая и самостоятельная, вот выйдет замуж и, пожалуйста, хоть собаку, хоть кошку, хоть единорожку. Это Леру очень возмутило – первый раз всегда суперлогичный её папа не дал внятного объяснения, почему нет, – но спорить не хотелось, и вопрос был закрыт. После свадьбы было совсем не до собаки. Потом жизнь в другой стране, сумасшедший график, много поездок и перелётов – конечно, она видела, как её друзьям сложно в этой ситуации пристроить домашнее животное. Да что говорить о домашнем питомце, если у неё даже розы, оставленные подруге на три недели, погибли… И вот теперь она была абсолютно свободна и могла себе спокойно позволить купить пушистого друга.

Арко в ужасе схватился за голову: «Что она удумала, час от часу не легче! Ну какая собака, вот только собаки нам не хватало, а его кто-то спросил, хочет ли он собаку». Тут надо пояснить, что опасения и возмущение ангела были не беспочвенными, ведь все знают, что домашние животные могут коммуницировать с миром нематериального. Но мало кто понимает, что и сущностям из этого мира приходится общаться с питомцами, а ещё и приглядывать за ними – таково негласное правило.

С этими мыслями она отправилась в душ и спать, предварительно выпив ещё таблеточку нурофена.

* * *

Неделя пролетела незаметно, как-то очень насыщенно и активно, вот только в плане работы, а не жизни. На жизнь времени и сил просто не оставалось.

Денис с друзьями по привычке отправился пропустить по стаканчику после напряжённой трудовой недели. Приближался Новый год, а это не просто ощущение праздника, но и необходимость сдачи очередного ключевого этапа по проекту. Ох, этот контракт уже всю душу вынул из команды, с самого начала всё пошло не по плану. Контракт заключали второпях, забыли о необходимости одобрения, условия прописали размыто, ссылаясь на будущие дополнения, но следов от исходной команды не осталось, а всем, кто пришёл его реализовывать, досталась сплошная головная боль и масса нерешённых и нерешаемых проблем. После осмотра площадки в прошедшую командировку он отчётливо осознавал, что реализовать задуманное в срок просто невозможно. Он не один год работал на стройках и разработках сложного оборудования, но такого провала не представлял даже он. Со стороны заказчика тоже не было особой помощи и поддержки, ребята там откровенно (возможно, в силу своего менталитета) халтурили и нарушали правила, в том числе безопасности. Приехав, они несколько дней только отмечали недостатки площадки, которые требовалось устранить, а ведь за готовность этой самой площадки и её пригодность к монтажу как раз отвечал заказчик. Но разве кто-то из высшего руководства будет слушать, что они задерживают поставку в связи со срывом сроков заказчиком? Нет, послушать-то послушают, даже посочувствуют, вот только годовой бонус никто не получит, а смысл в этом сочувствии тогда?

– Ден, ау, ты где? Вернись к нам.

– Да здесь я, здесь, никак меня не отпускает наш «великий провал», не понимаю, как вообще могли такое заключить…

– Никто не понимает, – рассмеялся симпатичный молодой блондин, – но ты же знаешь, у нас так, если надо сделать ещё вчера, то просто делаем, а что и как дальше, будем разбираться по ходу пьесы…

– Так-то это так, да сколько работаю в отрасли, такой, прямо скажем, сюрприз в первый раз…

– Прежняя команда явно хотела выслужиться и получить бонусы, понимая, что дальше они с этим работать не будут, – заметил третий собеседник.

– Слушайте, кончайте уже про работу, её и так в нашей жизни процентов восемьдесят, можно, хоть в пятницу, расслабиться уже, – возмутился слегка округлый молодой мужчина.

– Да, Миша, ты абсолютно прав. Давайте выпьем, что ли, чтобы этой работы было поменьше.

– За Work – Life balance, будь он неладен.

Компания чокнулась и рассмеялась.

* * *

– Какой красивый фильм, всегда любила классику, но здесь, кажется, превзошли себя, интерпретация Шекспира потрясающая, а какая игра актеров!

– Да, мне тоже понравилось, правда уж очень всё драматично, главное, что в современном мире этого уже нет.

– А я вот не соглашусь, мне непонятно всё ж таки, как она бросилась любить убийцу своего брата. Нет, я всё понимаю, сюжет у нас уже давно написан, но всё же…

– Мира у нас идеалистка, – засмеялась Катя, – она всегда за реальность и правильность.

– Разве это плохо? – девушка возмущённо посмотрела на подругу.

– Нет, просто не бывает такого в жизни…

– А я не соглашусь, Мира тем и прекрасна, что она верит в чистоту всех, за это я её и полюбил.

– Тим, – Мира покраснела, – зачем ты так при всех?

– Ой, можно подумать, что мы слепые и ничего не понимаем, – засмеялась третья подружка.

– Похоже, вас раскрыли, брат, теперь придётся жениться, – хлопнул Тима по плечу рослый брюнет.

– Армен, ты же знаешь, я хоть сейчас.

– Так-так, а нашего мнения уже никто и не спрашивает, – возмутились подружки, – будто мы так легко отдадим вам Миру, – и они шутя заключили её в объятия, будто пытаясь спрятать от молодых людей.

– Думаю, ещё рано говорить о свадьбе, – поспешно вмешалась сама Мирослава, – мы не так хорошо знакомы, даже не видели родителей.

– Да ладно тебе, Мир, ребята же просто шутят.

Компания смеялась и ужинала в небольшом кафе рядом с кинотеатром, где только что смотрели «Ромео и Джульетту». Спустя пару часов все начали расходиться по домам. Тим, как всегда, взялся отвезти Миру. Они уже несколько месяцев встречались после её дня рождения. Он вначале не решался, но осенью они давали небольшой банкет для своих (в целях раскрутки), и Тим под этим предлогом позвонил ей. Мира была не против и пришла с подружками. С тех пор их роман набирал обороты, и молодой человек всё больше и больше тонул в её глазах и своих чувствах.

– Тим, слушай, а правда, почему ты не знакомишь меня с родными и друзьями?

Мира только сейчас задумалась, что на все тусовки и встречи они приходили только к её друзьям и подругам или встречались вдвоём. Хотя она знала, что у него есть младшая сестра, её ровесница, и брат. Но он никогда не знакомил их. Особенно обидно ей было, когда он не смог с ней пересечься по причине дня рождения сестры. Это же был идеальный повод познакомиться. Но тогда девушка успокоила себя тем, что они вместе всего месяц и это, может быть, не слишком большой срок для него. Но вопрос, поднятый в шутку, её встревожил. Тим почему-то тоже молчал.

– Тим, всё хорошо? Ты меня слышал?

«И что мне ей сказать? Что моя семья с ней не захочет знакомиться? Точнее, нет, теоретически брат с сестрой ещё согласятся, может, родители из вежливости с ней заговорят, если мы организуем это всё в кафе… но как знакомство в качестве его девушки… это нереально, мало того что она русская, так ещё и другой веры…»

– Мира, понимаешь, сейчас просто не время. Родители сейчас улетают в Эмираты на Новый год, сестра поедет с ними. Брат с семьей улетел к родным жены. Если пытаться втиснуть наше знакомство в этот график, получится скомканно и неудобно. Давай вернёмся к этому вопросу после праздников.

– Да, конечно, ты прав! – «И чего я переволновалась и начала ему мозг выносить раньше времени, конечно, скоро Новый год, все заняты, у всех свои планы. Это, видимо, кино на меня так подействовало». И девушка с нежностью посмотрела на молодого человека – какой же он у неё замечательный, и как ей повезло его встретить.

Когда они доехали, Тим, как всегда, открыл перед ней дверцу и помог выйти из машины.

– Давай провожу до дверей.

– Зачем?

– Чтобы никто не украл такую красоту.

– Не переживай, всё хорошо.

– Ладно, но отпишись, когда зайдёшь домой.

– Договорились.

– Учти, я буду ждать и не уеду, пока ты не напишешь.

– Напишу, конечно, напишу, – Мира улыбнулась и поцеловала парня на прощание.

Выходя из лифта, она отправила эсэмэс: «Я дома».

Серебристая Toyotа отъехала от подъезда. Тим набирал номер:

– Аслан, привет, брат, как ты?

– Тим, всё хорошо, вроде бы не изменилось ничего.

– Слушай, Аслан, мне нужен твой совет, можем встретиться?

– Да, приезжай, я ещё в офисе. Скоро закончу, и можем съездить выпить чаю.

– Отлично, буду у тебя примерно через полчаса.

* * *

«Значит, война неизбежна, – подумал Аркон. – Отец был прав, наш народ понимает только силу меча и свист топора имперского палача». Но всё казалось таким нереальным. Вначале вспыхнул голодный бунт в южных землях. Особенно засушливое лето выжгло всё, часть барханов покрылась тонкой зеркальной корочкой, нагревшись, она передала тепло в глубины пещер и… и все обитатели просто сгорели заживо, точнее, большинство задохнулось в дыму…Это было чудовищное зрелище – целые кланы древних драконов были уничтожены, и не чем-то, а их собственным оружием, частью их истинной сущности – огнём! По землям поползли слухи и пересуды о проклятии дома Дайронов. Услужливые жрецы тут же откопали некое пророчество, содержание которого, впрочем, никто не мог толком воспроизвести, но значение было одно – война, голод и смерть всему живому. Можно подумать, что какие-то ещё пророчества существуют. Сколько ни читай, а все они обещают одно – вечные страдания и муки. Нет бы сообщили о приближающемся мире во всём мире, всеобщем благе, новых восполняемых ресурсах и таблетке от старости.

Из мыслей его вывел голос придворного писчего.

– Принц Аркон, ваш отец ожидает вас в тронном зале, прошу поспешить, он очень рассержен.

– А он бывает не рассержен? – съязвил наш острый на язык принц и поспешил на аудиенцию.

– Отец, ты меня звал?

– Да, сын, – неожиданно мягким голосом сказал Тригрог, – мне надо с тобой поговорить.

– Слушаю тебя, отец.

Эта мягкость в голосе и тон императора не на шутку встревожили молодого принца.

– Сын, ты знаешь, в каком плачевном состоянии наши финансы: казна пуста, закрома дворца пустеют с бешеной скоростью, но мы не в состоянии накормить людей. Эти мелкие пакостники среди жрецов только подливают масло в пасть Граха своими россказнями про какое-то одним им ведомое пророчество. Страна на грани голодного бунта, а на юге он уже идёт. Сын, у меня оставалась единственная надежда на твой брак с Илори Энорской, но её отец сегодня предал меня и объединил свой дом с семьей Изрона. Ты должен понимать, что теперь против нас открыто поведут войну два старейших рода, я не могу обещать, что наша семья выстоит. Но ты должен мне поклясться памятью матери, что защитишь сестру и даже после моей гибели не запятнаешь честь нашего рода.

– Отец, как мог ты сомневаться во мне? Я уничтожу их, мы должны собрать северные народы, они всегда были верны нам. Мы…

– Сын, – перебил его Тригрог, – я уже принял решение. Нам не понадобятся ни северные народы, ни другие союзники, но ты должен быть сильным, ты должен с этого момента стать мной – стать верховным правителем всех земель от севера до южного края. Ты ещё молод и горяч, я знаю, я был с тобой строг и порой перегибал в воспитании, но так было надо, ты должен был вырасти тем, кем ты стал, – свободным, сильным правителем. Нрав и гонор с годами пройдут и утихнут, это огонь твоей матери горит в твоих глазах, он есть и у твоей сестры, но она его похоронила за ледяной коркой.

– Отец, почему ты говоришь так, будто тебя здесь уже нет, что ты задумал?

– Единственное верное и возможное решение этой проблемы, – усмехнулся старый император, – отправлюсь подтвердить свой статус Сурового. Что-то забыли они, с кем имеют дело, – на секунду в его глазах вспыхнуло пламя, настоящее яркое, всепоглощающее пламя.

– Неужели? Но это невозможно. Об этом нам читали только в детских сказках, все знают, что это бабушкины россказни… – поражённый Аркон смотрел на отца.

– Россказни! – с усмешкой сказал старый дракон. – Что ж, будем думать, что и они считают это бабушкиными сказками. Позови сестру, хочу с ней попрощаться.

Аркон опрометью бросился из тронного зала в покои сестры. Он не стал ей рассказывать, что задумал старый Тригрог, он и сам до конца не верил, что такое возможно, этого не могло быть… Об этом и правда писали в ветхих учебниках истории да детских книжках для самых маленьких. «Купол огня» – самая страшная форма драконьей магии и силы. Смертельное оружие, которое не просто уничтожает – оно сметает всё на тысячи километров вокруг, выжигая и землю, и то, что под ней и над ней, не щадит оно и самого хозяина. Оно и есть сам хозяин, он становится огнём, пламенем мести, пламенем очищения, как вещал их старый профессор. Но неужели его отец способен создать Купол? Почему он никогда не рассказывал им с сестрой об этом? Ведь создать Купол способны только избранные драконы, и дело даже не в возрасте, умениях и стараниях, дело в крови – крови Граха, именно его потомки, и только они, обладали такой силой. Выходит, они истинные правители, не просто сильнейшие, а настоящие.

– Элина, душа моя, как же ты похожа на свою мать. Послушай, я знаю, что ты винишь себя в её скорой кончине, и я должен был сказать тебе много ранее и, пожалуй, помочь это понять ещё в детстве. Но я надеялся, что ты забудешь, перерастёшь, да и мне так тяжело было возвращаться в тот день, что я малодушно оставил тебя страдать и разбираться с этим самой, лишь бы вновь не переживать её кончину.

– Отец, что ты говоришь, ты не виноват ни в чём, и не надо меня убеждать…

– Погоди, послушай, я не пытаюсь тебя в чём-либо убедить. Ты знаешь, что я всегда был с вами весьма прямолинеен, и сейчас просто выслушай и не перебивай, это касается и твоего брата тоже. В смерти твоей матери виноват я. Да, я её не убивал, но её убили моя глупость и моя наивность, вера в честность и порядочность других, – старый император прикрыл глаза, видно было, что слова давались ему тяжело и отдавали болью в его душе. – За много лет до твоего рождения и до встречи с твоей матерью я был молод, глуп и беспечен, верил всем и каждому, особенно красивым и соблазнительным драконихам. Однажды я познакомился с ней: она попала в неприятность у ручья, и я помог спасти её шёлковые башмачки. Позднее я узнал, что всё это было подстроено, но тогда, я чувствовал себя героем, тем более что она не скупилась на похвалы… А дальше… дальше оказалось, что ей нужен не я, а драконий трон. Она очень быстро поняла, что закрепиться на нём возможно, лишь родив мне наследника. Но вот незадача: мой отец, твой дед, видел весь план насквозь. Как только появился маленький принц, эта женщина была изгнана из дворца. Я чувствовал себя виноватым перед ней. Мне казалось, что теперь я должен сделать всё, чтобы её судьба была легкой и она ни в чём не нуждалась. Поэтому я купил ей дом неподалеку от дворца и обеспечил всем необходимым. Она жила в роскоши, но была лишена возможности видеться с сыном, и трона было ей не видать.

Через несколько лет я познакомился с твоей матерью. Это была не просто любовь, это был союз истинных духов дракона. Она была моей судьбой. Она чувствовала всё, знала все мои мысли, она будто отражала меня самого и в то же время наполняла меня силой и энергией. Моё пламя горело ярче, но я мог им управлять благодаря ей.

Сыграли свадьбу, и сразу стало ясно, что должна появиться ты. Мы были так счастливы все – и я, и твоя мать, и маленький Аркон.

– Отец, но получается, я…

– Да, Аркон, ты мой сын, но ты не полнородный брат Элины, у вас разные матери. Твоя мать была самозванкой и меркантильной женщиной. Но ты не виноват и не должен нести ответственности за её грехи, она разве что выносила тебя до яйца, а больше вы с ней не встречались. Мать Элины, ещё будучи моей невестой, помогла тебе появиться на свет и ухаживала за тобой, как за собственным сыном. Когда она отложила яйцо, твоя настоящая мать узнала об этом. Не знаю, какими правдами и неправдами она ухитрилась проникнуть во дворец, кто ей помог – не знает никто, но все слуги после этого были умерщвлены твоим дедом лично. И пусть история умалчивает, но он заслужил титул Сурового намного больше меня. Она пробралась в Колыбель и пыталась повредить скорлупу. Твоя мать в это время была с Арконом и как-то почувствовала опасность, угрожавшую тебе. Они прибежали к тебе, а дальше – дальше был первый бой драконих в самом дворце. Аркон был ещё совсем мал и не понимал всего, но он долгие месяцы ещё просыпался от кошмаров и звал мою жену, но её уже не было в живых. Лишь после того как Верховный жрец наложил заговор забвения, он смог нормально спать, но, возможно, именно это сделало твоего брата столь вспыльчивым и жестоким порой. Всё в этой жизни имеет свою цену и свои последствия. За глупость и наивность юности я поплатился любовью всей моей жизни. Поэтому не вини себя, ты самая невинная душа здесь, и твоя мать любила тебя больше жизни. В её смерти виноват только я. И скоро я буду умолять её о прощении, – Тригрог умолк.