Песнь ушедшей магии

— Он что, живой? — шёпотом спросила Арья, невольно отступив от камня на полшага, будто ожидая, что он вотвот заговорит или двинется.

— Не знаю, — Макс нахмурился, пытаясь уловить логику в движении символов. Он наклонился ближе, прищурился. — Но похоже на то. Как будто хочет нам что-то сказать.

Парень протянул руку, почти коснулся поверхности — и в тот же миг раздался громкий треск, будто ктото наступил на сухую ветку. Друзья вздрогнули и резко обернулись. Изза камня, приплясывая и хлопая в ладоши, выскочил бодрый старик с хитрым выражением лица. Он был невысоким, со всклокоченной седой бородой до груди и глазами, блестящими, как две лесные ягоды. На нём красовался потрёпанный зелёный зипун, перепоясанный верёвкой, и стоптанные поцарапанные сапоги, которые, казалось, видели все дороги мира. В руках он держал корявую палку, увенчанную резным черепом какогото зверя.

— Путники! — радостно завопил дед, чуть не подпрыгивая от возбуждения. — Ох, ты ж ёксельмоксель, ну надо же! Живые, настоящие, ты погляди-ко! А куда, родимые, путь держите? Подсказать чаво, али сами дорогу выберете? Али совет нужон, так это я завсегда!

Арья выдохнула, прижимая руку к груди: — Вы нас напугали! Мы уж подумали всякое. Не знаю даже. Что камень ваш — это какое-то испытание.

Макс кивнул: — Да уж, могли бы и поаккуратнее подходить. А то сердце чуть не выскочило. А вы кто? И что это за камень такой? И почему он шевелится?

Старик только хохотнул, хлопнул себя по колену и подмигнул: — Зато теперь точно не заснёте на ходу! А каменьто — диво дивное, а? Видали, как письмена пляшут? Это он вас проверяет — достойны ли идти дальше. Ну да раз уж вы здесь, значит, судьба вас ведёт. И я тут как раз кстати — подскажу, куда путь держать, чтоб не заблудиться в краяхто наших!

Он подошёл к камню, постучал по нему своей палкой, и символы на мгновение замерли, образовав чёткую надпись: «Путь лежит через испытания». Затем снова задвигались, меняя форму.

— Видали? — старик гордо выпрямился. — Камень ведает, кто идёт, и зачем. Он-то знает, а я нет. Так что сказывайте, кто таковы, да как тут очутились, да какую судьбу пытаете! — потребовал, в конце концов, старик.

Макс усмехнулся: — Пожалуй, расскажем. Только сначала скажите — вы кто такой?

— А я — хранитель указующего камня, — торжественно объявил старик. — Я не добрый и не злой, я просто подсобляю тем, кто идёт по пути удела. Но токмо помогать буду по правилам, без подсказок в открытую. Так что слушаю вас внимательно

Макс поведал старику всё, что произошло с ним и с русалкой, и попросил совета. Дед принял театральную позу мыслителя и стал делать вид, будто усиленно думает. Он закатывал глаза, поднимал очи к небесам, подпирал то одну щёку, то другую. Вздыхал так прерывисто и шумно, как будто был не в силах вынести тяжесть навалившихся на него дум. Наблюдать за ним было очень потешно, так что Арья не выдержала и расхохоталась. Старик, видимо, понял, что немного перегнул, вскочил, хлопнул себя по лбу и прокричал:

— Эврика! Ай, вроде это не отсюда... Ну да ладно, неважно. Я вспомнил, путники! Вам нужно найти злую ведьму-болотницу, это она крадёт магию, чтобы оставаться вечно молодой. Но беда в том, что никто не знает, где прячется болотница. Чтобы разыскать её и победить, вам нужно выполнить три испытания и получить три ключа. Ключи те отопрут замок на цепи, что сковала дуб на острове Буяне. Цепь падёт, и дуб отворит путь прямиком к болотнице. Это она сковала дуб, чтобы никто не смог её отыскать. И первое испытание достаётся тебе, Иванушка!

— Я Максимушка. Макс, то есть, — поправил старичка наш герой.

— А это не важно, Максимушка ты, али Навуходоносор какой. Туточки сказка у нас, а коли так, то ты, значит, роль Иванушки исполняешь, а водяница твоя, знать, Василиса будет. А в банке у ей, выходит, зеркальце. Не похоже, конечно, ну да что поделашь, сами такую страшилу притащили, могли и клубочек взять, али зеркальце, али кладенец. Макс растерянно глянул на русалку, но та серьёзно кивала, слушая деда. Видимо, ей этот бред казался понятным и логичным.

— Так пойдёте, значит, к Огненной реке, — продолжал старичок, — и Иванушка должон с ей уговориться. Чтоб не горела, значит. А то у нас штатные сивки-бурки все ушли на пенсию, а новые не хотят на государство работать, всё по частным заказам: то Ивана какого перевезти, то царевну кому умыкнуть. В обчим, сказочный народ страдает. Потолкуй с рекой, дабы не сильно хоть горела-то, но так, чтоб её непременно умаслить как-то. Иначе она тебе ключ не отдаст.

Макс и Арья обменялись взглядами — в глазах обоих читалось понимание: предстоящее испытание будет непростым. Русалка нервно поправила ремешок сумки, а Макс машинально сжал в кармане перстень с духом МатушкиЗемли.

— Огненная река, — задумчиво повторил Макс, хмуро глядя вдаль, куда указал старик. — И как нам её найти? И, главное, как я должен справиться с испытанием, я ведь никакой не маг? Потушить её? Но чем?

Арья задумчиво покачала головой:

— Не думаю, что тут поможет сила. Если попытаемся пройти напролом, просто сгорим. Но и отступать нельзя: без ключа от реки мы не получим ключ. А без него магия так и останется украденной, и мы никого не спасём.

Макс вздохнул:

— Что ж. Придётся как-то договариваться. Надеюсь, это мне удастся. Если вспомнить моего начальника, то, думаю, это у меня всё-таки получается.

— Будем надеяться, — улыбнулась Арья.

— Но будь осторожен. Огненные стихии не прощают легкомыслия. Ежели покажешь слабость или страх — вступил в разговор старик — она этим воспользуется. А коли будешь слишком напорист — ответит яростью.

Макс кивнул, глядя вперёд:

— Значит, нужно найти баланс. Показать уважение, но не страх. Признать её силу, но не потерять свою.

Русалка положила руку ему на плечо:

— Ты справишься. Мы. Справимся!

— Спасибо. Ладно, пора идти. Чем дольше ждём, тем больше нервничаем. Лучше действовать! — решительно произнёс Макс.

Тут старик снова оживился.

— А идтить-то как собираетесь? Али все дороги знаете?

— Нет, мы хотели посоветоваться с вами, — подольстилась Арья к хранителю, — Чтобы вы нам подсказали, по какой дороге нам к огненной реке лучше пройти.

Такой подход деду явно понравился, потому что он разулыбался и сказал:

— В обчим, путники, вам налево нать. До бывшей Ягишной избушки дойдёте, она пустует ужо лет тридцать. Постучите, попроситесь, она вас к реке-то свезёт. Чай, скучает птица. В одиночестве-то.

9 глава. Как договориться с избушкой: инструкция для новичков.

Друзья отправились в путь.

Макс шёл по лесу и чувствовал себя немного глупо. Вокруг были удивительные деревья, очень густой мох, человеческими голосами пели волшебные птицы. Их трели то напоминали чейто смех, то складывались в обрывки старинных песен, которые казались Максу смутно знакомыми, словно слышанными в детстве. Иногда ему чудилось, будто голоса переговариваются о нём: «Смотрика, чужак идёт Да спутница-то у него — водяница, а не простая девица» Ноги уже устали, потому что ходить по лесным тропинкам сложнее, чем по привычному асфальту.

Рядом, чуть покачиваясь, плыл стеклянный аквариум с водой. В этой части волшебного мира, где магия ещё не умерла, передвигаться по суше Арье было куда проще. Не нужно было использовать серебристую нить, не требовалось вообще никаких усилий: всё делала магия. Так что русалка на ходу хлопала ладонями по низко висящим веточкам и глазела по сторонам. Нельзя сказать, чтобы русалки так уж часто путешествовали по суше даже в этом мире, так что она всему удивлялась не меньше Макса, разглядывала всё вокруг. Подносила к лицу яркие цветы с перламутровыми лепестками, нюхала их — и каждый пах посвоему: один — утренней росой, другой — спелой малиной, третий — чемто неуловимо морским. Цветок с жёлтыми тычинками оказался живым и чихнул, обдав Арью облачком пыльцы, и она рассмеялась.

— Смотри! — она ткнула пальцем в сторону старого дуба. На его коре проступали узоры, похожие на лица: они улыбались, хмурились, кое-кто подмигивал одним глазом. — Это же живые деревья. Они за нами наблюдают!

— Да уж, — хмыкнул Макс, — чувствую себя как под микроскопом.

Им нужно было найти в этом лесу избушку на курьих ножках, которая должна отвезти друзей к Огненной реке. Пока что путешествие было увлекательным, но на присутствие избушки вообще ничего не намекало. Казалось, дорога будет бесконечной.

— Арья, как думаешь, мы точно туда идём? — поинтересовался Макс, перешагивая через упавшее дерево.

— Здесь всего одна дорога. Заблудиться сложно, — пожала плечами Арья. Резонно, конечно, но всё равно не хотелось заплутать в волшебном лесу. Ещё неизвестно, что здесь бродит по ночам.

— А если всётаки заблудимся?

— Не заблудимся. Это же магический мир. По его законам все тропинки в этом лесу должны приводить к Яге, хоть она здесь и не живёт уже сто лет. Но избушкато никуда не делась.

— Да и вообще, — добавила русалка, — лес сам решит, куда нас вести. Видишь, как корни под ногами расступаются? Словно дорогу показывают.

Макс скорчил скептическую мину, но всё же согласно кивнул, и русалка поплыла дальше.

Какието смешные существа вроде воробьёв, но с гномьими лицами стайкой пробежали через тропинку. Парень шёл и смотрел во все глаза. Над головой пролетела птица с радужным оперением — она несла в клюве чтото блестящее, похожее на серебряный колокольчик. А чуть в стороне, на старом пне, сидел пушистый зверёк с большими ушами и задумчиво грыз орех, время от времени поглядывая на путников. Когда Макс подошёл ближе, зверёк подмигнул ему и исчез в траве, оставив после себя мерцающую пыльцу.

— Видела? — Макс обернулся к Арье.

— Конечно, — улыбнулась русалка. — Это луговичок. Они любят прятаться и оставлять следы — чтобы путники не скучали. Если собрать эту пыльцу в ладонь и загадать желание, оно сбудется но не сразу, а когда будет нужно.

— Звучит довольно сказочно, — рассмеялся Макс.

— Ну, я слышала такую легенду, — Арья увлечённо ловила пыльцу луговичка, поэтому не хотела отвлекаться на объяснения — А ты что, разве не знал?

Так они и шли, восхищаясь удивительным окружением. Вдруг Макс заметил странную вещь. Странную для этого мира, конечно. Прямо на тропинке, возле огромного узловатого корня, лежал детский ботинок. Кожаный, с пряжкой. Выглядел старым, но целым. Макс остановился, затем присел и поднял находку.

— Что там? — спросила Арья.

— Ботинок. Детский.

— Кто-то потерял? Может, бесёнок?

Макс повертел обувку в руках. Он был тёплый, будто его недавно носили. Макс пошёл дальше, раздумывая о том, как эта вещь здесь оказалась. Совершенно очевидно было: ботинок из обычного мира, так что никакой бесёнок тут был ни при чём.

Допустим, ребёнка утащила кикимора. Тогда, конечно, всё закончилось печально. Лучше об этом вообще не думать. Лучше сочинить что-то совсем другое. Например, малыш заигрался и не заметил, как оказался в сказке. Как? Ну это же магический мир. Наверное, есть не один способ сюда попасть. Не заметил портала, например. А здесь — да любой ребёнок бы забыл обо всём на свете, попав в такой замечательный сказочный лес. Чего только стоили поющие колокольчики, которые поднимали свои головки, вступая в хор, и старательно тянули серебристые ноты, покачиваясь в такт.

Может быть, малыш побежал к вон тем говорящим грибам, споткнулся и, вдохновлённый чудесной игрой, не увидел, как посеял обувку. Странно, конечно. Как можно не заметить потерю одного ботинка? А что, если его унесли Сирины или вилы? Тогда ребёнок в безопасности, его и накормят, и согреют, и будут играть до самой темноты, и тешить прекрасными сказками. А потом доставят обратно к порталу в обычный мир. А ботинок просто упал во время полёта. Такая версия нравилась Максу больше всего.

Парень вдруг подумал о своей прошлой жизни. До этого приключения у него была девушка, Элла. Они жили спокойно, вечерами сидели дома, смотрели кино, заказывали пиццу. По выходным Макс рубился в любимую бродилку и был абсолютно счастлив.

— Знаешь, — неожиданно сказал он Арье, — раньше я всё время чего-то ждал. Ждал подходящего момента, чтобы что-то сделать А теперь вот — никаких ожиданий. Только путь, только здесь и сейчас.

— Это называется: волшебство, — улыбнулась русалка. — Раз оно не даёт тебе стоять на месте, значит, ты и сам волшебный.

Макс вспомнил, как они с Эллой планировали поездку на море. Целый год выбирали отели, читали отзывы, сравнивали цены. В итоге так и не поехали. Потому что всегда что-то мешало. То работа, то отсутствие денег, то настроение. Макс часто жил в ожидании. Ждал подходящего времени, чтобы начать что-то новое. Ждал, пока фаер-шоу станет популярнее. Пока выбьет редкий меч в игре. А потом вот так же случайно, как и владелец этого ботиночка, оказался втянут в сумасшедшие волшебные приключения в чуждом, хоть и прекрасном магическом мире.

— Ма-а-акс, идём, — поторопила Арья. — Избушка ждёт.

— А с ботинком-то чего делать? — спросил Макс. — В рюкзак убрать? Вернём хозяину потом.

— Не надо в рюкзак, — закатила глаза русалка. — Положи его вон на ту корягу, и дело с концом.

Она показала на высокий сухой старый пень возле тропинки.

— Зачем? — удивился Макс. — Если положим сюда, его могут утащить звери. Или дождь зальёт. Лучше я возьму с собой.

— Ты унесёшь, забудешь про него, в итоге выложишь совсем в другом месте, — спокойно объяснила Арья. — А вдруг хозяин пойдёт обратно по своим следам? Искать будет? А на пне — издалека увидит.

— Логично, — задумчиво пробормотал молодой человек, всё ещё держа ботинок в руке. Арья нетерпеливо вздохнула, отобрала у него находку и водрузила на пень. Пряжка блестела на солнце, и Макс, наконец, согласно кивнул:

— Издалека будет хорошо видно.

— Вот и молодец, — похвалила она. — Теперь точно найдётся хозяин. — Всё. Пошли, — бросила Арья, проплывая мимо дальше вдоль по тропинке. Макс шёл рядом и чувствовал странную лёгкость. Будто он сбросил лишний груз.

К вечеру они вышли на поляну, в центре которой располагалась избушка. Она действительно стояла на здоровенных куриных окорочках и медленно переступала с ноги на ногу, будто в нетерпении. Вокруг неё вились светлячки, складываясь в причудливые узоры, а воздух пах дымом и чемто домашним, словно внутри ктото готовил ужин. У входа лежал коврик с вышитой на нём надписью: «ВЕЛСОМЕ».

— Вот и пришли, — хихикнул Макс, которого повеселила забавная интерпретация английского слова на коврике.

— Да, — ответила Арья. — Теперь самое сложное. Осталось с ней договориться.

А вот этого у друзей не получилось. Как бы они ни кликали, как бы ни зазывали, избушка наотрез отказывалась поступать, как поступают избушки во всех сказках. Она кряхтела, топталась с одной куриной ноги на другую, стукала черепицей, но поворачиваться не хотела ни в какую. Макс даже попробовал её уговорить подоброму:

— Ну пожалуйста, ну миленькая избушечка, ну повернись к нам передом! Мы же не какието там разбойники, мы добрые путники. Мир спасать идём, нам помощь твоя нужна.

Избушка в ответ только фыркнула, да так, что с крыши осыпалась пара черепиц.

Пришлось спрашивать совета у волшебного кулона, висящего у Макса на шее — наследства бабушки, Богуса.

— А вы Анчутку задобрили? — поинтересовался первым делом говорящий камень.

— А как мы должны были его задобрить? А кто это? — Макс, казалось, был в полном недоумении.

— Да домовёнок, живёт здесь в избушке, под печкой. Давеча к кикиморам ходил, лапоток весь истёр. Теперь печалится. Вот и избушка не хочет теперь ни с кем общаться. Из солидарности, — засмеялся Богус. А Макс тем временем уже понял, что нужно делать.

— Слушай, Богус, — шёпотом спросил Макс, — а этот Анчутка, он что любит?

— Да всё подряд, — фыркнул кулон. — Домовые же как дети. Но больше всего ценит внимание. И когда ему помогают по дому. Он маленький, а дел у него много: и печь растопить, и пыль вытереть, и мышей от пирога отвадить

— Избушка-избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом! А я расскажу, где для Анчутки обувку новую раздобыть. — крикнул Макс.

И тогда Избушка медленно, скрипя при каждом движении, повернулась. На крыльце сидел маленький чумазый домовёнок, весь в нетерпении. Он был ростом с кошку, лохматый и в поношенной рубахе, а глаза — большие и круглые, как две пуговицы. В руках он теребил дырявый лапоть и вздыхал так тяжело, что кончики его ушей подрагивали.

Как только Макс рассказал ему про ботиночек на тропинке, Анчутка завизжал от радости и тут же помчался в лес. По дороге он то подскакивал от счастья, то спотыкался, то оборачивался и махал друзьям рукой.

— От спасибо, добрые люди, благодарствую! — кричал он на бегу. — Я его примерию, а потом буду беречь пуще глаза! И вам за это — подарочек!

— Какой ещё подарочек? — крикнул ему вслед Макс.

— Узнаете! — донеслось изза деревьев.

Друзья, наконец, смогли попасть внутрь бывшего жилища Яги. Дверь распахнулась сама, приглашая их войти. Внутри было уютно и тепло, пахло травами и мёдом. На стене висели пучки сушёных грибов и ягод, на столе стояла глиняная чашка с чемто дымящимся и аппетитный каравай. Было совсем не похоже, что избушка пребывала в запустении. Видимо, Анчутка берёг свой дом, верил, что Яга всё-таки вернётся.

— Неплохо тут, — огляделся Макс.

— И правда, — кивнула Арья. — Даже жаль, что мы здесь ненадолго.

Друзья умылись и уселись за стол. Поужинали караваем, мёдом, кое-что достали из своих припасов. Банку с анемоном устроили на окне. Арья сообразила какой-то взвар из ароматных трав и ягод. Макс почувствовал, как усталость отступает, а на её место приходит лёгкость и уверенность. Этот мир всё больше казался ему не чужим, а каким-то родным. Будто он всегда знал, что однажды сюда попадёт.

— Ну что, — Арья бросила в банку с анемоном пару дохлых мух, найденных тут же на окне, отчего моллюск сразу оживился и стал махать щупальцами — идём дальше уже завтра?

— Конечно, — кивнул Макс. — Сейчас лучше хорошенько выспаться. Там, глядишь, и Анчутка вернётся, поможет с избушкой договориться, чтобы она нас отвезла куда надо.

Вскоре друзья уже крепко спали. Завтра им предстоял долгий путь к Огненной реке.

10 глава. Зажигательная история

Утром избушка резво поскакала выполнять поручение, засиделась, видимо, за столькото лет. Её куриные ноги стучали по земле, словно копыта лошади, а черепица на крыше тихонько позвякивала в такт движению. Макс и Арья, сидя на крыльце, держались друг за друга, чтобы не свалиться — избушка явно соскучилась по путешествиям и теперь неслась вперёд с юношеским задором. Макс невольно рассмеялся, почувствовав себя ребёнком на карусели, а Арья, обхватив банку с анемоном, восторженно во все глаза смотрела за окно. Через час Макс и русалка уже были на берегу огромной, пышущей жаром огненной реки, избушка же топталась на безопасном расстоянии.

Макс присвистнул, глядя на реку. Пламя переливалось всеми оттенками красного, оранжевого и жёлтого, вздымаясь волнами, будто живое существо. Воздух дрожал от жара, а в ушах стоял гул, напоминающий отдалённый рёв. Наш герой, как мы помним, очень ценил собственное время, а посему любил планировать свои поступки. Кроме этого, чёткая последовательность действий была просто необходима в его работе. Но вот в последнее время всё шло как угодно, только не по плану. Судьба выворачивалась в такие замысловатые фортели, что, в конце концов, Макс сдался и решил попробовать действовать по наитию. Он вздохнул, посмотрел на Арью, которая с опаской разглядывала реку — вода в ней горела всеми оттенками красного и оранжевого пламени, будто расплавленная лава, — и тихо сказал:

— Ну что, попробуем договориться?

— Будь осторожен, — шёпотом ответила русалка. — Огненные духи непредсказуемы.

— Буду сама осторожность, — отшутился Макс. — Мне пока ещё хочется пожить.

С видом прогуливающегося бездельника он подошёл к самому берегу и достал из кармана туристические спички. И принялся восхищённо рассматривать их, цокая языком и восторженно вздыхая. Жар от реки обжигал лицо, но Макс старался не подавать виду, что ему некомфортно. Он покрутил спичечный коробок в руках, демонстративно открыл его, достал одну спичку и аккуратно положил обратно. Повертел снова перед глазами коробок, опять вынул спичку, чиркнул ею о боковую сторону, поджигая спичку, и восторженно уставился на пламя. Краем глаза он наблюдал за огненной рекой, и, надо сказать, как ни странно, этот трюк сработал. Пламя в реке стало подниматься выше и выше и вдруг приняло очертания огромного огненного змея. Он, покачиваясь, обратился к Максу:

— Щщщеловееек! Шшшто это у тебя такое горящщщее?

— Да ерунда, — небрежно ответил молодой человек, пряча коробок в карман. — Ничего особенного. Так, спички.

— Ссспищщщки? Шшшто такое ссспищщщки? Защщщем они тебе?

— Ну, брат, — хохотнул Макс, — спички — это такое дело, — он глянул на змея: кажется, тот заглотил наживку, — зажигательное. Вызывают огонь из ничего, горят под водой, и вообще в любом месте.

Змей мгновенно заинтересовался.

— Защщщем тебе огонь, щщщеловек? Отдай мне сссспищщщки!

— Хехе, ну ты хитренький, конечно. Так сразу и отдай! — ответствовал Макс. — Нееет, так дело не пойдёт! Я могу их только обменять!

— У меня нищщщего нет, щщщеловек! — в голосе Змея слышалось неприкрытое отчаяние, — Всё сссразу сссгорает!

— А мне ничего и не нужно от тебя. Только услуга!

Змей задумался на минуту. Однако любопытство, как мы знаем, сгубило не одну кошку, а коекаким Варварам даже оторвали нос на базаре. Змей же был крайне любопытным созданием, тем более, когда дело касалось огня. Так что он даже для приличия не стал торговаться и сразу же согласился.

— Хорошшшо! Шшшто ты хочешшшь? Я сссогласссен! Дай ссскорее мне сссвещщщки!

— Спички, — поправил Макс. — Нет, дружочек, сначала ты выполнишь просьбу, а после уж — подарки. Ты должен уменьшить пламя в реке. А лучше совсем убрать. Ты же затерроризировал местных, никаких сивокбурок не осталось!

— С-с-сивкибурки? — удивлённо переспросил змей. — А кто это?

— Да неважно, — махнул рукой Макс. — Просто сделай, как я говорю.

Змей недовольно зашипел, но всё же вильнул огненным хвостом. Пламя начало утихать, будто ктото убавил фитиль гигантской лампы.

— Дай ссспищщщки! Ты обещщщал!

— Хорошохорошо, положу на берегу, вот, положил, видишь? Заберёшь потом, только не сожги раньше времени.

Змей с крайне довольным обликом хотел было уже нырнуть обратно, вглубь своей огненной реки. Но Макс остановил его:

— Послушай, друг. У меня есть ещё коечто, и это тебе понравится. Я принесу тебе в следующий раз.

— Шшшто же? Ещщщё спищщщки?

— Нет, это лучше спичек! — продолжал заманивать змея в ловушку Макс. — Это фейерверки!

— Верки? Шшшто это?

— Это такие небесные огни, только не как молния. Они расцветают среди облаков причудливыми огненными цветами, и даже змеями. Они рассыпаются сотней искр, словно это дождь, только не из воды, а из пламени.

— Дождь из огня? — глаза духа расширились от восторга. — Хощ-щ-щу! Хощ-щ-щу!

Он, конечно, попался. Это было видно. Как ребёнок, которому пообещали конфету, змей уже сгорал от нетерпения.

— Принессси! Сссветы из огня! Иссскры! Нессси!

— Хорошохорошо. Но ты мне что-то дашь взамен.

— У меня нищщщего нет Я же сссказал

— Нет, коечто у тебя всётаки есть. Ктото оставил тебе ключ и велел никому не отдавать. Подари мне его, и я принесу тебе фейерверки.

Змей колебался. С одной стороны, он ведь был не просто духом огня. Испокон веков он был стражем. Например, не пропустить Алёнушку, или там, Иванушку на другой берег. Или спрятать кого, или чего. С другой, ведь и небесных огненных цветов он раньше тоже никогда не видел. Да и дождь всегда был из воды, а тут — из огня, подумать только! Душа змея разрывалась.

Он начал нервно кружить над рекой, поднимая клубы искр. Его хвост извивался, а глаза метались между Максом и тем местом, где лежал ключ.

— А ещщщё ссспищщщки дашь? — он решил идти вабанк.

— Принесу вместе с фейерверками. Тащи обещанное.

— И ещё немного ссспищщщек!

— Хорошо, — засмеялся Макс. — Десять коробок волшебных спичек и фейерверки. Всё принесу. Давай ключ.

Змей замер на мгновение, будто взвешивая в уме все «за» и «против». Его огненное тело замерцало ярче, а из пасти вырвалось несколько искр. Дух явно боролся с собой — долг стража против соблазна увидеть небесные огни. Наконец, он тяжело вздохнул, что прозвучало как шипение раскалённого металла, опущенного в воду, и нырнул вглубь реки.

Макс стоял на берегу, вглядываясь в огненную реку. Пламя становилось всё тише — видимо, змей действительно сдержал слово. Через какое-то время над поверхностью реки показалась макушка Огненного змея, а затем и он сам.