Слова, что обрушат небеса

Далее последовала длинная лекция про устройство Мунфола и Отколотые острова, из которых он состоит:

Остров Смерти, на котором мертвые попадают в отель, чтобы закончить дела, поговорить с родными или выяснить своего убийцу. Разумеется, не все мертвые оказываются там, а только те, кому это действительно необходимо.

Остров Жизни, на котором души готовятся к новому воплощению и уходят в жизнь.

Остров Мук, куда попадают ужасные грешники, которые не достойны новой жизни. И мучаются они там столетиями, пока не ослабнут настолько, что сольются с землей, навсегда оставаясь его частью.

Остров Очищения, куда попадают запутавшиеся души. Они заново проживают свои ошибки, грехи, пытаясь все исправить или что-то понять. И дороги у них две: остров Жизни или остров Мук.

На всех островах (кроме острова Мук) живут живые люди, что помогают душам найти свой путь и спасение.

А самый большой остров, где нет мертвых и душ, – Небесный город. Он поделен на пять районов, в четырех главенствует свое Время года, в центре – королева всего, сама богиня Природа, Фрея. Она следит за порядком на всех островах, правит Временами года и людьми.

– И сколько живут эти Времена года? И Природа? – уточнила Харпер, массируя виски. Кажется, пора сделать перерыв, иначе ее мозг взорвется. Пожалуй, про светлое тайное сообщество во главе с Гневом, что удумал обрушить небеса, он расскажет ей завтра.

– Пару тысяч лет, – спокойно ответил Феликс.

– Это у вас власть не сменяется по паре тысяч лет?! И мы еще жалуемся…

– Нас устраивает наша власть, – сказал Деймонд. – Но об этом позже, ладно? Перевари пока эту информацию.

Деймонд вытащил из рюкзака блокнот, а затем – свиток. Харпер аж подалась к нему, впервые видя то, из-за чего вся эта заварушка и началась.

– Феликс, – вскинул брови Деймонд, и тот выпятил грудь, начал свой рассказ.

– Тысячелетия назад собрались темные, что решили, что живым не место среди мертвых. И решили они обрушить небеса, но не хватило им мощи. Тогда они подготовили свитки, в которых оставили указания, напитали нужные предметы магией и оставили их набираться мощи. А две семьи внесли свою кровь в свитки, чтобы потомки их стали избранными и сумели завершить их дело.

– Было это так давно, что до нас дошли легенды, слухи. И первые указания, – добавил Деймонд.

– Забудь про Смерть и вечные Мучения

Открой дорогу к вере и терпению.

Так выяснишь явился кто,

Чтоб небеса обрушить на тебя, – торжественно сказал Феликс. – Это Деймонд нашел пять лет назад.

– И вы пять лет не могли расшифровать, что это значит? – усомнилась Харпер.

– Да нет. Расшифровали почти сразу, но ждали, когда планеты встанут в нужное положение, взойдет кровавая луна над храмом Забытой Смерти, чтобы игра началась, – ответил Деймонд.

– А храм Забытой Смерти снова открыл свои двери, – добавил Феликс. – И в день, когда это произошло…

– Два дня назад, – перебил Деймонд. – Мы сразились, я выиграл и сумел схватить свиток первым. И вот мы здесь.

Деймонд подтолкнул свиток к Харпер. Она склонилась над желтой бумагой, шероховатой, чуть помятой. Он постоянно пытался свернуться обратно, так долго лежал в скрученном состоянии, поэтому она придерживалась его за края, вглядываясь в знакомые буквы, которые отказывались складываться в слова, ведь принадлежали давно мертвому языку.

– Мое имя, – вздохнула Харпер, находя строчку «Алина Болконская». – А тут, видимо, продолжение легенды в стихах, да?

– Видимо. Для этого мне нужен словарь.

Феликс вскинул палец и вытащил из стопки нужную книгу. Подтолкнул ее к Деймонду, но Харпер выхватила ее и зашелестела страницами.

– Я попробую? – спросила она, смотря на Деймонда. – Я филолог по образованию, после латинского мне ничего не страшно.

– Разумеется. – Он подал ей блокнот и ручку.

– В книге не писать! – жестко заявил Феликс, на что Харпер лишь закатила глаза. – Деймонд? Можно на минуту?

Они отошли в сторону. Деймонд прислонился к стене, вставая так, чтобы видеть Харпер. Она уткнулась в книгу, кусала губу, вертела ручку в пальцах. Потом что-то записала, отчаянно начала переворачивать страницы словаря. Кажется, квест с переводом увлек ее настолько, что она забыла, где была и что вообще происходило в мире.

– Я хочу ее, – прямо сказал Феликс. – Можно? Я бережно и осторожно, ты же знаешь. Ну, пока она одета.

– Нет, – осадил Деймонд, вдруг улыбаясь, ведь Харпер закусила ручку, водя пальцами по странице. Такая красивая, увлеченная, что его сердце забилось быстрее.

– А-а, влюбился, да? Печально. Делиться точно не хочешь?

– Ни за что. Моя, понял?

– Без вопросов. Жаль, очень жаль… – Феликс разочарованно вздохнул, но потом вытащил из-за книг фляжку и сделал пару глотков. Кажется, это вернуло ему настроение. За что Деймонд его уважал: он всегда слышал «нет», и никогда не настаивал, получая твердый отказ. И уж тем более не лез к девушкам, которых выбрали его друзья. – Я о чем поговорить хотел. Я выяснил, куда делся Голд.

Деймонд все же оторвал взгляд от Харпер, повернулся к Феликсу.

– Он с Фреей. То ли они вместе, то ли у них деловые отношения… Но он правит с ней.

– Алчность правит Небесным городом? Потрясно. – Деймонд бы сделал вид, что удивлен, что один из смертных грехов сумел покорить сердце самой Природы, но давно ожидал подобный поворот.

– Но есть хорошая новость. Голд на нашей стороне, как я понял, он вернулся в Небесный город, чтобы противостоять мунийцам. И я выяснил еще кое-что.

– Не тяни, – процедил Деймонд, ведь Феликс, словно пес, желал, чтобы его хвалили и боготворили за каждое «гав»!

– Он перепрятал один свиток еще несколько лет назад. Понятия не имею, как он его нашел. Без подсказок-то! Пока они были запечатаны магией и недоступны живым.

– Видимо, это и ответ: он грех, а не человек.

– Может. Но свиток перенес в этот мир, а не вскрыл.

– Знаю. Я выкрал информацию у отца на прошлой неделе. Свиток в катакомбах под Парижем.

– Да ладно! И ты молчал!

– Мы были в разных мирах, помнишь? Плохо то, что сообщество тоже об этом знает, значит, надо его найти, пока не открылась Дверь. Поможешь?

– Разумеется! Париж, уля-ля-ля! Я уже готов есть круассаны и фотографироваться на фоне Эйфелевой башни! – Феликс аж затанцевал от радости, вмиг забыв о привычной педантичности.

– Угу. И заодно залезть в такие коридоры катакомб, куда туристов не водят. Спорим, этот коридор запечатан вовсе? И мы встретим там какую-нибудь хрень.

– Зато у нас будет уже целых два свитка. Значит, на тебе расшифровка первого свитка и защита Харпер. Она нам очень нужна.

– Знаю. На тебе больше информации о катакомбах. Справишься? Пока Дверь закрыта?

– Я попробую раскопать информацию. Надо бы выяснить, зачем Голд в это ввязался, каков его мотив… почему было не оставить свиток там, где он был? Жаль, что Дверь закрыта. Но я нашел несколько древних книг: буду расшифровывать их.

– Славно.

Деймонд пошел к Харпер, коснулся ее плеча, привлекая внимание. Она вздрогнула, ведь так увлеклась, что не услышала шаги.

– Как успехи?

– Ну, с переводом все просто, со стихами пока фигово. Я прозу люблю! Не стихи!

– Нам главное смысл, – ответил Деймонд, удивленно отмечая, что она перевела уже больше половины. И первые два абзаца даже преобразовала в стихи. Много раз зачеркивала слова, иногда целые предложения, писала заново вновь и вновь, но в итоге получалось очень здорово.

– Не только смысл, но и красота! – заметил Феликс. – Харпер права, стихи нужны. Эта легенда потом облетит весь мир! И все должны видеть, какая она красивая и прекрасная!

– Ладно, продолжайте. Я в туалет. – Деймонд сделал пару шагов, когда Харпер вскочила.

– Я с тобой!

Он склонил голову, вскинул брови, намекая, что боятся нечего.

– Правда хочу, – ответила она.

Он указал нужное направление, и они вместе пошли вдоль книжных шкафов. Харпер выглядела задумчивой, озадаченной и немного напуганной. И точно боялась остаться наедине с Феликсом.

– Феликс хороший парень, – осторожно начал Деймонд, пытаясь выяснить, откуда столько тревог. – И со слухом у него все хорошо. Он отлично умеет слышать «нет».

– Угу, – только и ответила Харпер. Напряглась еще сильнее. И да, он заметил, что нож под подушку она и правда положила.

– Харпер… – осторожно начал он, но замялся. Ему стоит в это лезть? Нет? – Что-то… случалось?

Она мотнула головой. Сложила руки на груди, словно пыталась спрятаться от мира.

– Харпер?

– Ничего не было. Но… пытались. Было очень страшно. По вечерам я больше одна никуда не хожу.

Деймонд тяжело вздохнул. Догадывался, что без причины девушка нож под подушку класть не будет, но надеялся, что это излишняя предосторожность.

– Расскажешь? – тихо спросил он.

Харпер устало вздохнула. Остановилась и привалилась к стене. Пожала плечами.

– Бабушка только умерла. Я допоздна сидела у нее на кладбище… когда доехала до своего района было уже около десяти вечера. Я шла дворами домой, и тут эти трое… одного я долбанула шокером, но остальные меня скрутили. На что я надеялась… – Она качнула головой, нервно облизала губы и опустила глаза. – Меня тащили в подъезд. Я кричала и вырывалась. К счастью, мимо проезжал Дэн. Заметил. Спас. У него в багажнике бита была, представляешь? Довез меня до дома. И… дальше как-то все само получилось. Мне было так одиноко после смерти бабушки, что я просто кинулась в объятия первого, кто их предложил. Да и он был… хорошим. Так поддерживал. Было много… ласки, тепла, ночных разговоров. Он всегда был очень осторожен и нежен. Пока не устал от меня. Потом и он… не важно.

– Харпер… – заговорил Деймонд, но она вскинула руку.

– Мою книгу наконец издали. Он наивно верил, что будет как в кино. Бестселлер и уже спустя неделю на меня падают с неба миллионы долларов. Но выяснилось, что это я должна вкладывать в продвижение. И первая зарплата придет черт знает когда. И дальше все пошло по наклонной… но он спас меня. От насильников. От одиночества. И желания убить себя, ведь жить без бабушки было невыносимо. Остаться совсем одной в этом мире оказалось слишком страшно. А я подвела его ожидания, вот и все. И мы не будем это обсуждать, хорошо?

Харпер свела брови вместе, словно только сейчас осознала, что рассказала. Устало закрыла глаза: кажется, и правда жалела, что поделилась.

– Я обещаю тебе, что я не насильник. И никто из моих знакомых или друзей. Я никогда не подпущу к себе таких людей.

– Угу. – Харпер потерла виски: от магии Феликса может разболеться голова. А грех явно себя сегодня не сдерживает.

– Я презираю людей, которые считают, что имеют право касаться девушку без ее разрешения.

– Зачем я это рассказала?

Деймонд едва сдержал улыбку. Зачем-зачем… вопрос в другом: какого хрена Феликс сегодня распыляет столько магии?

– Это все Феликс. Он слегла… перестарался. Понравилась ты ему. А его магия может развязать язык.

Харпер задумалась. Кивнула.

– Тогда твоя очередь. Я ничего о тебе не знаю, лорд Ванклифф.

– Ну… – Он задумался, что хотел и мог рассказать. Решил начать с самого сложного. Все равно ей пора узнать про светлое тайное сообщество во главе с Гневом. – Я общаюсь с семьей, но только с мамой. Она хорошая женщина, очень добрая и искренняя. Но вот отец… С ним всегда было сложно. Он всегда мыслил радикально. И когда узнал про свитки, то ему совсем снесло голову.

Харпер внимательно слушала, не спуская с него глаз. Деймонд привалился к стене напротив нее, ведь они застряли в тесном коридоре.

– Его пригласили в светлое тайное сообщество, созданное Гневом. Кейлусом. Они зовут себя мунийцами.

– Еще один грех?

– Да. В основном, в сообществе светлые, но есть и темные. Они первые выяснили про свитки и начали их поиск. Гнев решил, что обрушить небеса – прекрасная идея. Это тайное сообщество, куда принимают только по приглашению, каждый проходит отбор. Если у тебя нет богатой родословной и древней фамилии – тебя пошлют. Меня тоже звали. Но я ушел из семьи.

Харпер вскинула брови. Кажется, к такому она готова не была.

– Ну а ты? Ты чего хочешь?

– Хочу собрать все свитки, чтобы захватить власть. Чтобы доказать отцу, что я не глупый щенок, которым он меня считает.

– Ну а потом? Обрушишь небеса сам?

– Нет, вряд ли. Склоняюсь к тому, что я найду способ уничтожить свитки так, чтобы никто не пострадал.

– И я могу тебе верить?

– Можешь.

– И Гордыне? Серьезно?

– Ты же поняла уже, что он хочет войти в историю. Зачем ему уничтожать мир? В чью историю он тогда войдет? Ему-то надо, чтобы о нем слагали легенды.

– Как я в это вляпалась…

– Прости, ты не можешь выйти из игры.

Харпер сделала глубокий вдох, собираясь с силами.

–– Кто про меня знает?

– Чисто теоретически, только я и Феликс. Фактически, я уверен, что Кейлус раскопал твою родословную, поэтому все сообщество. Возможно, Голд – Алчность, который перенес один из свитков в этот мир.

– Зачем было переносить свиток сюда?

– Этого я не знаю.

– Меня хотят убить?

– В сообществе смута. Не все хотят обрушения небес. Так что – кто-то да, хочет убить. Другие – словно трофей притащить своему боссу, чтобы заработать похвалу.

– И чего хочет твой отец?

– Я не знаю.

– И что он такого сделал, что ты аж ввязался в опасную игру, чтобы доказать ему что-то?

Деймонд опустил глаза, сомневаясь, что готов пускаться в такие дебри своей биографии.

– Ничего не делать – точно не выход? – уточнила Харпер, верно распознавая его нежелание делиться личным.

– Увы. Ты – пешка в этой игре. Есть вариант прятаться до конца жизни, но ты сама прекрасно понимаешь, что это так не работает. Да и… ты не будешь жить вечно. Любая твоя смерть повлечет катаклизм тут. Но я обещаю тебе, что защищу. Ты спасла мне жизнь, я должен тебе.

– Главный вопрос: почему ты перенеся ко мне, а не к Феликсу? Он бы и зашил лучше и яд бы высосал сразу.

Деймонд хмыкнул: логичный вопрос, и она верно подметила: умнее было сразу пойти к Феликсу, а потом уже осторожно познакомиться с Харпер. Но он хотел проверить ее силу.

– Феликса не было в городе, – соврал Деймонд, но потом добавил немного правды: – А перенестись я мог только к тебе: твое имя в свитке, так еще и я воспользовался мощью свитка. Увы, такая магия мне непосильна. И никому кроме грехов, думаю.

Харпер кивнула, закусила губу.

– Ладно. Пока это все вопросы. Идем обратно. Надо расшифровать этот свиток…

– В туалет уже не хочешь? У меня вот сейчас мочевой пузырь лопнет.

– А… да. Идем.

Когда они вернулись к Феликсу, тот справился всего с парой предложений. Деймонд бы не удивился, узнай, что грех следовал за ними и подслушивал разговор. Раз самому разговорить красотку не вышло, решил узнать ее секреты через Деймонда. Зато пыл Феликса поутих, он перестал распылять магию и стал вполне адекватным.

Они решили перекусить. Феликс схватился за сердце, увидев сэндвичи и термос, отправил их за другой стол, подальше от книг. Свою обитель он очень любит и всегда яростно защищает. Деймонд и Харпер не спорили, ведь обоим требовался перерыв. Зато после они с новыми силами вернулись к свитку.

Харпер взяла задачу расшифровки на себя, но Деймонд и Феликс активно помогали искать перевод и рифму. Стихи никто из них не писал, Харпер и вовсе пару раз заявила, что ненавидит поэзию, но спустя час легенда была готова:

Забудь про Смерть и вечные Мучения

Открой дорогу к вере и терпению.

Так выяснишь явился кто,

Чтоб небеса обрушить на тебя.

Утрать все слезы, жизнь найди

В костях у той, что расколола мир.

Построй путь к Солнцу и любви,

Тогда раскроешь страшный ты секрет.

Затем спустись к Луне во тьму.

В подвалах, где танцуют мертвецы,

Получишь новый свиток ты,

коли отпустишь тех, кого любил.

Очистив все свои грехи,

Получи орудие, что разрушило баланс.

И наконец, отправься в город поднебесный,

Где погуби аль мир спаси.

– Предпоследняя строфа – вообще не складная! – воскликнула Харпер и закрыла покрасневшие глаза.

– Да нормально! – махнул Деймонд. – Смысл же ясен?

– Но не складно! Синонимы орудия? М-м? Что вообще за орудие? Что могут иметь в виду? Надо переписать эту строфу!

– Поддерживаю Харпер, – кивнул Феликс. – Надо переписать. Но пока давайте подумаем про смысл.

– Угу. Что значит первая строфа? Вы же ее разгадали, верно? Чтобы найти первый свиток?

– Да. – Деймонд подвинул блокнот к себе, переписал первую строфу на чистый лист и начал проводить линии от слов, чтобы записать их расшифровку: – Забудь про Смерть – храм Забытой Смерти. Вечные мучения – очевидно, остров Мук. Как раз сходится, ведь храм именно там и находится.

– А дальше очевидно, что в свитке указано имя первой избранной, – добавил Феликс, тыкая пальцем в слова «явился кто».

– Хм. Я мало знаю о вашем мире. Так что разгадка мест на вас. Но вот смыслы…

– Чтобы понять смыслы, надо знать полную историю, – отрезал Феликс. – Проблема в том, друзья мои, что никто ее не знает. До нас дошли только обрывки и красивые легенды, которые передавались из уст в уста. Все мы знаем, как это работает.

– Сломанный телефон, – кивнула Харпер. – Но еще мы расшифровали не весь свиток! Вон сколько сплошного текста! Может, свитки рассказывают нам настоящую историю? И если мы ее узнаем, то сумеем все понять?

– Возможно. Справишься? – Деймонд постучал по свитку. Харпер уверено кивнула: кажется, заниматься переводом ей понравилось. – Пока давайте подумаем, что еще мы можешь расшифровать уже сейчас. Чем быстрее мы соберем все свитки, тем быстрее сможем жить спокойно.

Деймонд аккуратно переписал готовые строфы, кроме предпоследней, ведь Харпер заявила, что обязательно перефразирует ее. Она свела брови вместе, отчаянно думая, подняла палец вверх, запрещая им вмешиваться.

– Очистив все свои грехи… – бормотала она, а потом выхватила блокнот, вернулась к странице, где они делали перевод и заводила пальцами по словам. – Мы упустили пару слов, решив, что они не влияют на смысл. Но… дай-ка проверю. – Она зашуршала словарем, кусая губу. – Поняла! Тогда… получается так:

Забудь про Смерть и вечные Мучения

Открой дорогу к вере и терпению.

Так выяснишь явился кто,

Чтоб небеса обрушить на тебя.

Утрать все слезы, жизнь найди

В костях у той, что расколола мир.

Построй путь к Солнцу и любви,

Тогда раскроешь страшный ты секрет.

Затем спустись к Луне во тьму.

В подвалах, где танцуют мертвецы,

Получишь новый свиток ты,

коли отпустишь тех, кого любил.

Очистив все свои грехи,

Очнешься с тем, что уничтожило баланс,

Орудием из стали, покрытой алой паутиной.

И наконец, отправься в город поднебесный,

Где погуби аль мир спаси.

– Тут слово «кровь», но я заменила на «алую паутину», иначе не складно. А вот орудие… что это может быть? Меч? Кинжал? Нож? Им кого-то убили, верно?

– Небеса его знают, – вздохнул Феликс, оглядывая новую версию, что записывал Деймонд. – Здорово получилось! Мы молодцы!

– Харпер молодец, – поправил Деймонд, обвел слова «утрать все слезы» во второй строфе. – Озеро утраченных слез? На острове Жизни? Дальше как раз про жизнь.

– Записываем. Вариант хороший, – кивнул Феликс. – Путь к солнцу – мир Солнца? Один из предметов тут?

– Кость? – пробормотала Харпер. – «В костях у той, что расколола мир». Нам нужна та девушка из легенды, да? Где она была похоронена?

– Никто не знает, – ответил Феликс. – Да и столько лет прошло… только если ее сохранили магией. Но это жестоко: из-за вмешательства она не может переродиться теперь, пока ее кости не сожгут.

– Последний свиток, видимо, в Небесном городе, – сказал Деймонд. – Где его там искать…

– А вот четвертый на острове Очищения. – Феликс провел ногтем по словам «очисти все свои грехи». – Среди мертвых – вряд ли. Остров очень переменчив, для каждого показывает свое. Значит, он на заброшенной части острова.

– Там, где бывший отель? Да, возможно. Это плохо. Слишком легко его найти.

– Легенда есть только у нас. И вот это абсолютно точно.

– Значит, как только откроется Дверь, наведаемся на остров Очищения.

Харпер лишь моргала, слушая их размышления. Деймонд, заметил, как она снова нахмурилась, уставшая и встревоженная. Кажется, она всерьез планировала отказаться от участия в их игре.

– Пока сосредоточимся на Париже.

– Париж? – уточнила она.

– Третий свиток перепрятали в катакомбы. Надо бы… уверен, Кейлус знает что-то еще. Я выкрал всего одну страницу, что лежала на столе у отца. Думаю, они собираются туда… надо поспешить.

– Мы пока не знаем, где именно свиток. Катакомбы растягиваются на триста километров. Нам нужно выяснить, куда именно Голд его поместил.

– И зачем… – задумчиво ответил Деймонд. – Ладно, уже поздно. Мы домой, попробуем расшифровать весь свиток.

– А давайте в клуб? – воскликнул Феликс, обводя их горящим взглядом. – Отметим первую победу! Да и, друг мой, не хочешь делиться своей девушкой, помоги найти другую.

Харпер поморщилась, сложила руки на груди, но Деймонд лишь хмыкнул: привык к юмору Феликса.

– Ты как? – Деймонд повернулся к Харпер, она пожала плечами.

– Очень хочу спать, по правде.

– Тогда в другой раз, – отрезал Деймонд, закрывая блокнот и книги. – Не обижайся!

– Да нет… на что мне обижаться… бедный, одинокий грех… в таком большом городе совсем один… всего-то шесть вечера…

– Сходим в другой день в клуб. Идет?

После небольшой ругани по поводу книг, которые Феликс не разрешал выносить из тайного зала, Деймонд вышел в основные залы библиотеки с тяжелым рюкзаком. Они с Харпер три раза пообещали пылинки сдувать с чужого имущество, заверили, что не боятся лишиться голов, если хоть одна страничка помнется.

– Слушай… раз уж мы тут… – замямлила Харпер, доставая телефон из сумки – Не сделаешь пару фото? Ну, и видео заодно. Для блога! Такой контент тут можно сделать! Жаль, свою книгу дома оставила.

– Да без проблем. Идем.

– Точно? – Харпер совсем стушевалась. – То есть… если ты не хочешь…

– Веснушка, идем! – Он рассмеялся, взял ее за плечо, чтобы направить к самым красивым залам. – Мы же никуда не торопимся?

Полчаса ушло на съемку фото и видео. Харпер не уставала проверять полученный результат, смотрела на Деймонда все с большим подозрением, ведь даже поругаться было не на что, так хорошо он справлялся.

– Напоминаю, что в моем мире тоже есть телефоны. И фото мы любим делать. И видео снимать.

– А блоги?

– Интернета у нас нет. И ни у кого даже нет планов его проводить, нам магии хватает.

– Но сотовая связь есть?

– Только работает она от магии. Все наше электричество – магия.

– Хм. – Харпер отсмотрела получившиеся материалы, задумчиво свела брови вместе. – Давай еще вон там пару видео снимем? Такие видео можно будет смонтировать! Красота же!

– Если в кадре есть ты, любое видео будет идеальным.

Харпер покраснела, засмущалась, но все же улыбнулась.

– Слушай. А если блогов нет – как у вас книги продвигать?

– Понятия не имею. Нашла кого спрашивать. Я книги просто читаю.

Харпер задумалась еще сильнее, села на стол напротив темного окна, свет от ламп падал на ее лицо и волосы, делая их насыщеннее.

– Давай быстрее, – сказала она, протягивая телефон. – Кажется, я нарушаю правила, сидя на столе.

Деймонд фыркнул: у них в друзьях сам Феликс, им правила нарушать можно. А сам задумался, как же книги в Мунфоле находят своих читателей, если нет ни одного блогера. По правде, до встречи с Харпер он даже не догадывался, как сложно может быть творческому человеку донести до мира свои творения.

– Я есть хочу, купим что-нибудь домой? – спросила Харпер, когда они вышли на улицу. – Я без сил.

– Можем в ресторан заехать.

– Давай домой купим. И в клуб я не пойду. У меня сроки горят…

Деймонд хотел заспорить, но передумал. Придется с Харпер бороться по-другому, умнее, ведь словами ей не объяснишь, что нельзя откладывать жизнь на потом, потому что пишешь книгу.

Глава 4. Поцелуй во имя мести

Харпер зевала перед экраном ноутбука. Курсор мигал, намекая, что пора написать хоть что-то, но мозг думал о другом.