Слова, что обрушат небеса

Каждую ночь Деймонд непременно ночевал на ее диване. Казалось, они пара, у которой почему-то нет интимной близости. К слову, после Дэна и секса с ним, это только радовало, ведь Харпер не была уверена, что готова снова с кем-то настолько сближаться. Да, Деймонд красив и тело к нему тянулось, но стоило действительно представить, что они окажутся голыми в одной постели, то желание тут же умирало. Она помнила, как больно было каждый чертов раз последние несколько месяцев. Как приходилось терпеть, потому что она не хотела Дэна, боялась его желаний, пыталась загладить вину, а потому никогда не возбуждалась. Просто утыкалась в подушку, чтобы он не видел, как она морщилась, а то и плакала.

Дура она все-таки. Знала ведь, что это плохая идея – молчать, когда неприятно и, тем более, больно, но все равно терпела.

Зато с Деймондом Харпер стало спокойно и хорошо, она медленно отпускала Дэна, готовилась к новой жизни, дописывала книгу и продолжала получать отзывы от восторженных читателей.

Работала по ночам, писала и писала, перешагнула за половину рукописи. Мозг кипел, требовал отдохнуть, но она не сдавалась, ведь хотела издать вторую часть как можно быстрее. Деймонд ругался. Иногда не выдерживал, выключал ноутбук и силой утаскивал ее спать. Сначала она спорила, но стоило оказаться в постели, тут же засыпала. Планировала-то дожидаться, когда уснет Деймонд, чтобы вернуться в кухню, но ни разу это не удавалось.

Расшифровка свитка давалась не просто, ведь многие слова имели несколько смыслов и приходилось долго искать смысл предложений, но в итоге они справились и с этой задачей. За день до Хеллоуина Харпер осталась в квартире одна и решила доделать перевод последних строчек. Закончила как раз перед приходом Деймонда с костюмами для вечеринки Феликса.

– Я перевела, – заявила Харпер, стоило Деймонду зайти в комнату. – Просто история свитков. Ничего интересного.

– И никакого намека, где искать другие? – разочаровано спросил Деймонд. Харпер качнула головой, прочистила горло и зачитала:

– «Мир сошел с ума, едва раскололся на части. Мир Луны и мир Солнца вечно был един, а мертвые не ходили средь живых. Так было верно. Был покой. И баланс не нарушался.

Пришла беда ужасная. Любовь ее страшна была. Элизабет молила так, что отколола кусок своей души. А вместе с тем – и поделила мир.

Но вот собрались вместе мы. И светлые, и темные, решили, что вернем баланс, сплетем Отколотые острова воедино. Но не хватило мощи нам. А потому оставили мы свитки, чтобы рассказать, как нужно обрушить небеса.

То задание не сложное. Всего-то надо следовать за нами. Узнать историю, вобрать ошибки и успехи. Собрать артефакты, что все эти годы ждали и впитывали магию в себя.

Элизабет разрушила баланс. Но вы, друзья мои, избраны, чтоб небеса обрушить. Тогда настанет мир. А мертвые и живые снова будут по разным берегам.

Найдешь второй свиток и узнаешь тайны все. Как Мунфол создан, почему откололись острова. А затем утратишь слезы все и поможешь обрести покой той, что все это начала».

Харпер замолчала и отложила блокнот. Деймонд долго думал, чесал подбородок, пока наконец не заговорил:

– «Утрать все слезы». Это в легенде тоже есть. На острове Жизни есть Озеро утраченных слез.

– Думаешь, там второй свиток?

– Возможно. Проблема в том, что это озеро в пещере, вход в которую открывает только раз в год.

– Не говори, что самой темной ночью, – прошептала Харпер, намекая на день зимнего солнцестояния.

– К счастью, нет. Но пока трудно сказать, когда это произойдет. Точно не в этом году.

– И это хорошо! Дверь откроется только в январе!

– Именно. Попрошу Феликса рассчитать дату. Надеюсь, там битвы не будет. Зато теперь очевидно, что «обрушить небеса» – действительно конец света. Избранные должны закрыть вход для живых в Мунфол, соответственно, все, кто там живет, умрет.

– Я должна умереть? – выпалила вдруг Харпер. Этот вопрос давно назревал, пару дней крутился на языке, но она не решалась спросить. Она же не глупая. Знает, что такое быть избранной, и что жизнь редко дарит им хоть что-то хорошее.

– Что? Нет, Харпер. Нет. Я сделаю все, чтобы ты не умерла, – горячо заговорил Деймонд. Такой взволнованный, словно и правда ее судьба стала для него важна.

– А если я должна умереть? Если пятый свиток даст точную инструкцию? Избранные должны…

– Нет, – отрезал Деймонд. – Я никому не позволю тебя убить. И я уверен, что этого в свитках нет. Они явно хотят спасти баланс. Не замечал, чтобы он был нарушен, к слову… может, предки ошибались? Или баланс сам пришел в норму? Типа, Мунфол привык к соседству с мертвыми?

Харпер немного выдохнула. Закусила губу: Деймонд может врать. Обманывать ее, чтобы использовать в нужный момент, а пока усыпляет ее бдительность…

– Да и мы собираемся уничтожить свитки, а не рушить небеса, значит, какая разница, что нужно сделать избранным. Нет? – твердо заявил Деймонд. Харпер поджала губы.

– По закону жанра, мы провалимся. И все равно дойдем до обрушения небес. Как минимум, начнем ритуал, а там… жанр такой, мой лорд. По-другому это не работает: каждое ружье должно выстрелить. Есть еще вариант, что кто-то убедит нас это сделать. Или будет манипулировать. Не знаю там, угрожать, например, что убьет кого-то, кто нам дорог, чтобы заставить это сделать.

– Это жизнь, а не книга.

– Да, но… – Харпер устало вздохнула и сменила тему: – Мне точно надо идти на вечеринку? Мне книгу писать… и, к слову, про поездку в Париж…

– У тебя синдром отложенной жизни, знаешь?

Харпер оторопело посмотрела на Деймонда. Мотнула головой, складывая руки на груди. Ерунду говорит!

– Не правда.

– Ты из дома отказываешься выходить, потому что работаешь.

– Вообще-то я выхожу из дома!

– После трех споров со мной.

– Потому что надо закончить книгу. Все правильно. Допишу, сдам редактору… ну, потом все этапы подготовки к публикации… тираж… а, ну потом еще продвижение…

– И вот тогда как заживу! – издевательски воскликнул Деймонд. Харпер цокнула. Вот совсем не так!

– Так все живут! Это называется работа. Путь к цели и успеху!

– Харпер, книга никуда не убежит.

– Я не укладываюсь в сроки. Мне еще дописывать кульминацию и финал. Синопсис. Потом снимать миллион видео. Продвигать, понимаешь? Надо продать эти чертовы книги…

– Харпер, когда ты последний раз выходила из дома не в магазин? А? не считая клуба и ресторана со мной, потому что я буквально тащил тебя за руку.

– Я не заслужила выходить из дома и отдыхать. Мне надо писать. Я еще не стала успешной. Популярной. Не заработала деньги на этих книгах, понимаешь? Я не заслужила. Я не заработала на это.

– Но жизнь-то идет. И ты не должна заслуживать жить ее. Как ты не понимаешь?

– Я не достойна…

– Веснушка, цель – это здорово. Но отложить жизнь на потом из-за цели – полное дерьмо. Если ты начнешь отдыхать по выходным, а по вечерам смотреть сериалы, твоя цель не отдалится от тебя. Если ты будешь жить прямо здесь и сейчас, ты не станешь плохой. Не надо заслуживать выход из дома! Ходи в кино, в рестораны, музеи… что ты там любишь? Живи!

– Не могу я жить! Как ты не понимаешь?! Я не заработала…

– Веснушка… – Деймонд подался к ней, осторожно сжал ее голую коленку. – Пожалуйста, перестань откладывать жизнь на потом. Поехали со мной в Париж. Я не прошу тебя лезть в катакомбы! Но я покажу тебе город. Эйфелеву башню. Лувр. Красивые рестораны с прекрасными видами. Поехали. Я плачу.

– Я так не могу.

– Ты спасла мне жизнь. Теперь я помогу начать жить тебе. Пожалуйста, поехали.