Вой из-за ограды

Он хотел продолжить, но внезапно осознал, что головных болей уже не было довольно давно, хотя он не принимал таблетки. Коул задумчиво уставился на лестницу.

Дэниел звонко цокнул языком.

- Как я вижу, мои уроки могут пригодиться не только детям.

Он укоризненно покачал головой и вздернул подбородок в сторону второго этажа:

- Предполагаю, моя комната там.

Ридс рассеянно кивнул и жестом пригласил мужчину пройти наверх первым.

Позже, когда солнце неумолимо скатилось вниз, а двор опустел, в полутьме пустого коридора Джон тихонько прокрался под лестницу и присел на корточки так, чтобы было видно, что происходит вокруг. Ди потоптался рядом, с тревогой огляделся и, не найдя другого выхода, опустился позади.

В просторном и старом здании стоял уютный домашний гул. Из столовой продолжали доноситься веселые голоса и негромкая музыка, сменившаяся на подобие рекламных мелодий. Слышался звон посуды, оставшейся после ужина. Харрис ощутил, как шевелятся его уши, словно локаторы, улавливающие тонкие сигналы. Ему показалось, что его тело стало легким и совсем чужим, но это не пугало его. Наоборот. Даже давало какое-то странное облегчение. Он поднял голову вверх.

Со второго этажа, среди девчачьего смеха и фальшивого пения из душа, он уловил другой звук. Тревожный. От которого все его существо плотно сжалось. Вначале мальчик даже не понял, что это именно был за сигнал. Но вскоре звук усилился и стал приближаться. Шаги. Это оказались тихие, легкие, но в то же время четкие шаги с постукиванием. Можно было представить, как по деревянным давно не крашеным полам гордо идет высокая цапля, касаясь поверхности острыми тонкими когтями.

- Что там? – шепетом спросил Ди, втягивая голову в шею, как черепаха.

Он ничего не видел, но чувствовал, как незнакомый страх сковывает его конечности, заставляя дышать как можно тише и медленнее. Каким-то образом он понимал, что Джон сейчас не только в безопасности, но и в более неуязвимом состоянии, чем когда-либо. И это не было связано с тем, что они притаились под лестницей. Ди показалось, что он услышал отчетливый, но далекий вой. Он резко повернул голову в сторону приоткрытых дверей на улицу, но никого не увидел.

Харрис не двигался. Он прикоснулся кончиками пальцев края ступени и смотрел вперед. Наконец, на первый этаж медленно спустился Дэниел Крейн. Он зачем-то провел ладонью по перилам и рассмотрел ее на предмет пыли. Затем принюхался. Не найдя ничего интересного, он сложил руки за спину и зашел в один из классов.

Отметив что-то про себя, новый учитель вышел обратно в коридор и зашел в следующий кабинет. Так он повторил, пока не добрался до недавно убранного класса ОРКСЭ. Крейн пару раз коротко дотронулся ручки, как если бы проверял, не горячая ли она. После зашел внутрь и остановился прямо посреди комнаты.

Внутри царил порядок. Принадлежности Кевина Нокса тщательно собрали со всех полок и уголков и отнесли в архив, оставив лишь несколько старых плакатов с изображением религиозных обрядов. Они лежали скрученные и стянутые офисной резинкой на одном из стеллажей. Учительский стол пустовал. Крейн глубоко вдохнул: в воздухе все еще витал очень слабый аромат ароматических палочек или подобия эфирного масла.

У дверного проема со стороны коридора показались две невысокие макушки. Они замерли прямо у косяка приоткрытой двери.

- Тут явно необходима моя рука и мои методы воспитания. – Спокойно и звонко произнес Дэниел в пустоту класса, словно он был полон учеников. – Это пространство ждут большие перемены.

Ди испуганно ойкнул и зажал рот рукой: плечо Харриса, за которое он осторожно держался, зашлось крупной дрожью или тряской. Со спины он не мог понять: то ли его друг беззвучно смеется, то ли у него приступ судорог. Ди неосознанно сделал шаг назад и распахнул глаза. Джон Харрис, обычный сирота и тринадцатилетний воспитанник приюта-интерната сейчас стоял к нему спиной, трясся от эмоций и менял форму своего тела. Он растягивался то вверх, то в стороны, то растекался вниз, к полу.

Глава 13

Крейн прищурился, вслушиваясь в каждый звук приюта. Сомнений не было – за дверями кто-то явно прятался и следил. Всего в несколько широких шагов он преодолел треть класса и оказался у косяка. В коридоре он нос к носу столкнулся с Джоном, который внимательно уперся расширенными зрачками прямо в его лицо. Крейн уже ожидал гостей, но не с таким выражением лица. Оно казалось нездоровым и даже… Пугающим. Хотя Дэниел не думал, что что-то может его так растревожить.

Харрис не моргал. А может быть, моргал, но одновременно с мужчиной, поэтому он не мог заметить. Крейн напряженно нахмурил брови и скрестил руки на груди.

- Так. И что мы тут делаем в такое позднее для учеников время? Разве вам не положено находиться в своей спальне и готовиться ко сну?

Его речь звучала вежливо, но одновременно мрачно и кусочками острого льда врезалась в барабанные перепонки.

Ди непонимающе уставился на друга: Джон выглядел нормально, хоть и со спины. Однако, если новый учитель так спокойно на него смотрел и говорил, значит Харрис в порядке. Так что же за чертово наваждение было всего несколько минут назад? Ди аккуратно выглянул из-за плеча Джона, пытаясь рассмотреть в полутьме коридора хотя бы профиль друга. Мальчик был в норме. За исключением, разве что необъяснимого ступора перед худым мужчиной.

Ди вспомнил недавние события и мягко сжал ладонь товарища. Не встретив сопротивления, он осторожно сжал пальцы. Тогда-то Джон снова встрепенулся. Почти как в прошлый раз. Он мотнул головой и оглянулся на друга. Крейн нервно постучал ботинком по полу.

- Повторять не собираюсь. Марш в свою комнату. Как тебя зовут?

Джон лихорадочно старался понять, что происходит и рассеянно назвал свое имя и фамилию. После этого он развернулся и торопливо зашагал в сторону своей комнаты.

Только закрыв за собой дверь, он шумно и глубоко задышал, спустившись по стенке.

- Ух… - Харрис с благодарностью посмотрел на Ди, который прошмыгнул сразу к своей кровати и уже забрался на нее с ногами. – Черт. Что это еще было?

Едва успев произнести свой вопрос, он зажмурился и сжал голову руками.

- Болиииит… - тихо взвыл Харрис.

Ди встревоженно наклонил голову и не сводил взгляда с мальчика, но даже не встал с кровати.

- К врачу? – с сомнением пробормотал он, но тут же отрицательно мотнул головой сам себе. – С тобой происходит что-то посерьезнее, чем головные боли. Я переживаю за тебя и твое состояние. Как бы тебя не упекли в психушку.

Джон приоткрыл один глаз и зыркнул в сторону соседа. На лице промелькнула гримаса раздражения, но он промолчал. Боль отрезвляла и прочищала мысли. Правда, лишь на какое-то время. Потом Джон снова становился сам не свой и ощущал провалы, когда его тело жило само по себе, если верить реакции товарища. Он не смог придумать ничего лучше, чем попытаться поскорее заснуть. Ведь во время сна он точно ничего не пропустит и ничего не произойдет.

Ди следил за молчаливыми движениями друга с жалостью и некоторым осуждением. Ему не нравилось, что Харрис перестал с ним делиться, но и давить не хотел. Оставалось лишь наблюдать и быть рядом.

Глубокой ночью Ди подскочил в кровати от тревожного предчувствия. Самым странным для него показалось то, что он вообще проснулся в такое время – раньше с ним такого не происходило. Ни разу, сколько он помнил. Глаза удивительно быстро и четко видели обстановку комнаты. К слову, за очками он даже не успел потянуться. Ди испуганно осмотрелся и обнаружил, что кровать Харриса пуста.

Единственным источником света в спальне был лишь лунный луч с улицы и немного от прожектора, который неизменно охранял приют от диких незваных гостей. Это слабое свечение мягко ложилось на угол вещевого шкафа, небольшой коврик посреди комнаты, отражался обратно от зеркала, висящего на стене, и немного подсвечивал окраску пледа, покоившегося поверх основного одеяла на кровати Джона.

Ди напряженно сел на краю кровати и лишь медленно поворачивал голову то в одну сторону, то в другую, всматриваясь в самые темные уголки. Наконец, взгляд его добрался до дверей. Что-то было не так. На фоне деревянного полотна, погруженного в ночную тьму, ярко чернел силуэт. Кто-то стоял спиной к мальчику, уткнувшись прямо в центр двери. Ди ощутил почти безумный панический ужас. Он почувствовал, как его волосы встали дыбом.

Пока он лихорадочно соображал, спрятаться ли лучше под одеяло или закричать, чтобы кто-то пришел на помощь, фигура вдруг шевельнулась. Ди замер и медленно перевел глаза в сторону источника. Дверь с тихим скрипом открылась и силуэт плавно выскользнул наружу.

- Оставить меня тут одного? – Ди поежился и огляделся в поисках очередной жуткой тени.

Никого больше не было. Предчувствие сильного переживания за друга кольнуло в самое сердце, и мальчик подскочил с кровати.

- Ну уж нет, чудище. Я иду за тобой.

Он сам не понимал, откуда в нем взялось столько уверенности и храбрости, но они определенно заполняли сейчас всю его маленькую и хрупкую сущность. Ди выскочил в темный и мертвенно-молчаливый ночной коридор.

Его очки так и остались лежать на тумбочке около кровати.

Тень Харриса, а именно в этом Ди был уверен, то мягко плыла по помещению, то вдруг резко оказывалась на несколько шагов впереди, как будто перескакивая. Мальчик шел молча следом, боясь что-то произнести. Он держался на расстоянии, но на не таком большом, чтобы потерять существо из виду.

Фигура спустилась в учебный корпус, и Ди уже решил, что она хочет выбраться наружу, на улицу. А может быть даже умчаться в лес. Представив себе, что за плотной темнотой скрывается его единственный близкий друг, Ди неожиданно похолодел. Он не хотел, чтобы Харрис ушел за ограду. Еще меньше он хотел, чтобы Джон оставил его одного в этом страшном мире, с этим пугающим новым учителем, с игнорирующими его учениками и без возможности поговорить хоть с кем-то.

От внезапного осознания мальчик зашагал еще быстрее и вскоре настиг замершего друга, стоящего перед запертой дверью. Ди оглянулся назад и осмотрелся по сторонам. Он не заметил в раздумьях, куда их занесло. Под покровом ночи здание хранило свои потаенные закутки ценнее, чем в другое время суток. Джон так уверенно двигался вперед, что Ди так же, не задумываясь, следовал, даже не заметив, что вокруг темнота, а они уже давно не в коридоре учебной части.

Место оказалось незнакомым Ди. Он даже слегка притронулся к шероховатой поверхности стены, что отличалась от большинства остальных. Эта была сырой, краски не было вовсе, а штукатурка, или то, что от нее осталось, собралась мелкими, как песок, комочками, размазывающимися под нажатием руки.

Ди брезгливо отдернул ладонь и вернулся взглядом к другу. Сейчас он уже выглядел не как черная тень непонятного существа. Над дверью очень тускло мерцала прямоугольная лампа красного цвета. В этом загадочном свете Харрис был почти своего обычного вида. Почти. Что-то неуловимо было не так и Ди пытался понять. Он хотел тронуть товарища за руку, как проделывал до этого, но его внимание привлекло то, перед чем они стояли.

Дверь была железной и очень ржавой. В воздухе витал неприятный запах плесени, металла и чего-то такого… Ди задумался. Где он мог уже чувствовать этот запах? Память услужливо подкинула ему воспоминание парой лет назад, когда летом дети приюта ездили в поход. Это было незабываемое и редкое мероприятие. Он сразу понял, откуда то, что показалось ему таким знакомым. Это была озерная вода. У самого берега, куда ему в то лето запретили залезать, ибо дно было слишком илистое и купаться запрещалось.

Ди встрепенулся.

- Джон? – тихо позвал он, боясь издавать громких звуков.

Ему показалось, что незнакомый узкий коридор, в котором они оказались, может начать сдвигать свои стены, поймав мальчиков в смертельную ловушку, если вдруг он нарушит мрачную тишину.

Харрис не ответил. Он лишь медленно вытянул свою руку и слегка потянул на себя тяжелый амбарный замок, что висел на «ушках». Тот громко лязгнул, прокатившись эхом под потолком. Ди съежился от тревоги. Джон постоял несколько секунд, все так же держа в пальцах механизм. Затем крупно затрясся. Ди уже видел похожее недавно. Решив, что ему снова мерещится, он сделал шаг назад.

На этот раз Харрис не стал расплываться. Он неестественно запрокинул голову и взвыл. Этот вой заставил Ди коротко вскрикнуть. Харрис яростно дернулся на себя замок, пытаясь его сорвать с дверей, один раз – второй. Конечно, у него ничего не вышло. Вход в неизвестную комнату так и остался запертым.

Тогда Джон резко повернулся к другу. Его глаза закатились, лицо побелело даже в красноватом освещении. Рот приоткрылся и из гортани донесся нечеловеческий, леденящий кровь стон. Ди ощутил чувство, которого раньше не испытывал. Он хотел закричать, но не смог – голос просто пропал и превратился в мышиный писк, едва протиснувшийся наружу.

В этот момент мальчик почувствовал горячее, почти обжигающее дуновение на своей спине. Это было почти невозможно, но Ди немного повернулся назад. Настолько, чтобы можно было увидеть дорогу, по которой они пришли сюда.

Прямо за ним стоял волк. Или пес. Нет… Это точно был тот самый дикий пес из-за ограды. Ди не мог вздохнуть. Не мог шевельнуться, хотя подсознание просто орало ему: «Прячься! Беги! Спасайся!».

Собака вблизи оказалась гораздо крупнее, чем тогда, когда он видел ее с площадки. В холке она практически доставала ему до лопаток. Мокрый кипящий нос буквально уткнулся Ди в поясницу, словно удерживая от побега. Мальчик уже мысленно попрощался с Харрисом, одноклассниками, директором, который единственный был мил с ним. Он хотел прикрыть глаза, чтобы не видеть своего конца, но почему-то веки не слушались.

Животное зарычало. Ди удивленно уставился перед собой, боясь снова посмотреть назад. Джон все так же стоял с задранной головой и стеклянными глазами. Из его приоткрытого рта доносился, казалось точно такой же приглушенный рык, как и прямо за спиной. Удивило Ди то, что в этом звуке из пасти зверя не веяло угрозой или агрессией. Скорее… Он словно защищал, предупреждал, охранял. Вопрос оставался только: «кого?».

Харрис будто вторил гостю эхом, повторяя почти в точности интонацию и перекаты.

Ди снова окутал первобытный страх. Он ощутил, что голос к нему вернулся и, не теряя ни секунды больше, набрал полную грудь воздуха.

- Помогите! Кто-нибудь! Сюда! Помогите!

На этом его запас смелости и кислорода иссяк. Мальчик обмяк и чуть не упал. Собственный голос показался ему оглушительным. Сработало. Через несколько минут с потолка посыпалась пыль и мелкие комочки влажной отсыревшей штукатурки. Кто-то бежал по второму этажу в сторону лестницы.

Пес обернулся в сторону выхода и принюхался. Брошенный с досадой короткий рык немного смутил Ди. Почему он не убегал?

- Сюда! – крикнул он еще раз в сторону топота шагов, не отрывая глаз от пристального взгляда зверя.

Тот спокойно сел и изучающе склонил голову. Этот жест совсем сбил с толку мальчика. В узкое пространство старого заброшенного коридорчика ворвался Коул. Он выглядел растрепанным, заспанным, в своей полосатой пижаме. За ногами волочились развязанные шнурки ботинок, а в руке он держал ружье.

Увидев дикое животное, директор резко затормозил, чуть не улетев носом вперед. Глаза его распахнулись от шока. Руки ловко зарядили и вскинули ружье на плечо, словно он стрелял каждый день.

- Ты в порядке? – спросил он Ди, не отрываясь от спокойно сидевшего пса.

Мальчик быстро закивал и схватил Харриса за руку. По телу Джона прошли электрические разряды, он, наконец, опустил голову, недоуменно оглядываясь по сторонам. В этот момент зверь вскочил на лапы. Его шерсть поднялась дыбом, и он утробно зарычал на мальчиков. Харрис вскрикнул от страха и попятился, пока не уперся спиной в ржавую дверь.

Коул не стал дожидаться трагедии. От дула ружья до собаки было довольно маленькое расстояние, так что он опустил его чуть ниже головы, в район плеча зверя и молча выстрелил. Дротик с желто-красной насадкой до конца вошел в плоть и наполовину скрылся в свалявшейся шерсти.

Пес тихо заскулил. Глаза медленно прикрылись, и он рухнул на пол, как мешок с картошкой. В эту минуту позади Коула появился чуть запыхавшийся Крейн.

- Что тут случи… - он не договорил и вонзился взглядом сначала в спящее животное, а потом в Джона, судорожно хватавшего воздух.

Ди прижался к стене между директором и другом, переводя ошалелые глаза из одной стороны в другую.

Ридс вытер запотевший лоб тыльной стороной ладони и обернулся. Дэниел покачал головой.

- Вы очень вовремя успели, мистер Ридс. Благодаря вам сегодня не случилось трагедии.

- Очевидно. – Раздраженно бросил Коул и опустил оружие. – Разбудите и позовите мистера Милтона. Нужно убрать эту тварь.

Он ткнул краем дула тело пса. Когда Крейн ушел, директор присел на корточки и осторожно повернул огромную морду, разглядывая ее в тусклом красноватом свете.

- Вы расскажете мне все утром. Сейчас – бегом в спальню и… Запритесь. Мы позаботимся о том, чтобы остаток ночи никто не побеспокоил учеников.

Ди рвано кивнул и потянул ошеломленного Харриса за руку в сторону светлого прямоугольника в конце тесного коридора. Его не стоило приглашать второй раз покинуть это жуткое протухшее место, пропахнувшее влагой, тухлятиной и вдобавок, псиной.

Глава 14

Когда Крейн вернулся, детей уже не было. За ним забавно семенил старик Милтон с вилами в руках. На фоне нового учителя он выглядел ростом со школьника. Коул внимательно посмотрел на мужчин и кивнул на лежащую собаку.

- Что думаете, господа? Предлагаю запереть эту тушку у тебя в сарае, а затем… Зачем тебе вилы, Джордж?

Он осекся и осмотрел орудие в руках у запыхавшегося старика. Это выбивалось из общей мрачной картины и придавало ей комичности: седые волосы торчали в разные стороны, ночные флисовые гамаши и такой же в тон свитер усыпаны колтунами и катышками, на ногах красовались мягкие тапочки, связанные миссис Хайн несколько лет назад. Милтон стоял, слегка сгорбившись и обеими руками сжимал древко, увенчанное четырьмя длинными острыми железными кольями.

Сторож опустил одну руку и почесал голову. После просто пожал плечами, сморщив лицо.

- Ладно. – Директор провел ладонью по лицу, словно снимая пелену. – Запрем пса в своей сторожке. Утром позвоню в отлов диких животных и пусть они решают его судьбу. Не хочу проливать кровь на территории заведения. Тут все-таки дети. Все согласны?

Милтон быстро закивал. Коул посмотрел на Дэниела. Тот не выглядел напуганным. На его губах блуждала странная полуулыбка. Ее можно было расценить как торжествующую.

- Мистер Крейн?

Новый учитель взял себя в руки, и его лицо разгладилось, вновь приняв свою прежнюю суровость и хмурость. Милтон подошел к псу, присел и принялся разглядывать.

- Хм. Странная порода. Я таких еще не видел. Этот кобель слишком крупный для пса, но точно не волк.

Он приподнял брыли указательным и большим пальцами. В полутьме сверкнули чистые блестящие от слюны клыки.

- Любопытный экземпляр… - пробормотал старик и опустил собачью пасть обратно на пол.

- Мы так и будем разглядывать и дожидаться, когда оно очнется? – холодно и брезгливо бросил Дэниел.

Ридс кивнул сторожу.

- Идите, мистер Крейн. Выспитесь после переполоха. Мы с Джорджем займемся псом и проверим периметр. Нужно найти лазейку, через которую он проник.

Дэниел не стал настаивать. Только коротко кивнул и отправился наверх.

Директор со сторожем довольно шустро перенесли животное в сарай, хотя пес, казалось, весил целую тонну. На деле собака оказалась куда легче. То ли от истощения и голодания, то ли адреналин помог и прибавил сил мужчинам. Во всяком случае они почти бережно уложили зверя на песчаный пол и надежно заперли двери на крупную железную щеколду снаружи. Милтон даже пару раз дернул ручку, дабы убедиться.

После они вдвоем, взяв фонари, не один час бродили вдоль всего периметра в поисках порванной сетки или подкопа, обошли здание раза четыре. Но увы, так ничего и не нашли. Озадаченные таким поворотом, мужчины решили не спать остаток ночи и устроились у обоих выходов из здания, чтобы не допустить нового проникновения.

Утренние лучи и крики улетающих на юг птиц разбудили директора на рассвете. Он вздрогнул от холода и резкого звука. Ридс сидел, подперев массивную входную дверь. Вокруг не виднелось ни одного следа. Мужчина было по привычке и спросонья хотел посмотреть время и опустил глаза на запястье, но вспомнил, что часов нет.

Обойдя вокруг приюта, Коул нашел Милтона, курящего на небольшом крылечке заднего выхода.

- Тишина, - пробормотал старик и покачал головой, завидев директора. – Ни одной зверюги. И этот молчит.

Он многозначительно кивнул в сторону своей сторожки. Ридс похлопал по плечу сторожа и поднялся к себе в кабинет, где вызвал службу отлова и объяснил ситуацию. В организации обещали приехать в течение нескольких часов.

Для остальных жителей приюта воскресное утро началось как обычно. Никто не слышал ночного переполоха. Или же не хотел лишний раз вылезать из теплой постели и вмешиваться в суматоху.

Столовая ожила: повариха и пара старост уже начали готовить завтрак. Звон посуды, легкая музыка из радио и соблазнительный аромат горячей свежей еды окутал помещение и просочился на второй этаж, где слышался плеск воды, переговоры между детьми, туда-сюда сновали ребята, раскрасневшиеся от горячей воды и пара. Приют превратился в безопасное место, полное веселья и жизни. Так казалось всем, кроме четырех человек.

Крейн направился на завтрак вместе со всеми остальными. Он продолжал изучать обстановку и поведение ребят своим зорким взором, стараясь при этом оставаться незамеченным, держась в тени. Коул спустился вниз. Ступив с последней ступеньки на пол коридора, он сладко зевнул и с хрустом потянулся. Недолгий и тревожный сон в положении сидя на улице, не принес его телу долгожданного отдыха.

Директор выглядел уставшим, с мешками под глазами. Чувствовал он себя не лучше. Стойко пережив завтрак и поговорив немного с миссис Купер, Коул, наконец, дождался нескольких сигналов за воротами.

Из ярко-красного фургона вышли двое крепких мужчин в спецовках и со специальным оборудованием для ловли животных: прочные петли из тросов на длинных шестах. Дети с любопытством сбежались к окнам и примкнули к стеклу. Несколько ребят даже вышли с опаской на крыльцо, чтобы не только увидеть, но и услышать, что за переполох.

Дикая Бетти прикрикнула на воспитанников, приказав всем разойтись по своим местам, и те с неохотой послушались. Они побрели обратно за столы, бурча под нос возмущения и недовольства. Сама же Беатрис напряженно выглянула в окно и, вернувшись к детям, успокоила их, придумав историю про заблудшего домашнего пса, сбежавшего из дома на окраине города. Никому не хотелось паники среди детей.

Коул благодарно кивнул Бетти с улицы и повел сотрудников за здание, к сторожке, прихватив по пути задремавшего на солнышке Милтона. Крейн наскоро вытер губы салфеткой и поспешил за ними, выскочив из столовой на задний двор.

- Мы решили оставить его тут до вашего приезда. – Закончил Ридс рассказывать ловцам очень сокращенную версию истории о том, как появился пес.

Джордж с усилием выдвинул тяжелую щеколду из паза и отошел в сторону, шутливым жестом указав на дверь.

- Только после вас, господа.

Мужчины переглянулись и кивнули друг другу. Один приготовил пистолет с усыпляющим дротиком, а второй выставил перед собой инвентарь и ящик для отлова, придвинув его прямо к самому входу. После знака старик Милтон со скрипом открыл деревянную дверь и отскочил.

Ничего. Тишина. Ловцы подняли брови и выпрямились, опустив руки.

- Это что, шутка? – спросил один из них и нахмурился.

Второй по-хозяйски зашел внутрь и огляделся. Он даже зачем-то пошевелил стоящими у стены лопатами, чтобы те задели остальные инструменты и издали громкий раздражающий звон.

Крейн заинтересованно вытянул шею и заглянул в кладовку. Следом вперед шагнул и Коул с Милтоном. Вскоре пятеро мужчин стояли перед входом в сарай и озадаченно смотрели на пустое помещение. Внутри пахло шерстью, на земляном полу виднелись непонятные следы, напоминающие собачьи и еще несколько размашистых полос, словно что-то волокли. Или подметали… Заметали…

Один из мужчин зашел внутрь и оглядел каждую стену по низу.

- Лазов нет. Доски на стенах целы. – Подвел итог ловец. – Если тут и был кто-то, то его явно выпустили. Опросите своих ребятишек. Возможно, кому-то из детей стало жалко собачку.

Он разочарованно покачал головой и сказал второму, что они уезжают. После того, как ловцов проводили, Коул, Милтон и Крейн снова столпились у сторожки.

Джордж поцокал языком и почесал сальную голову: