Бессмертная Королева вампиров. Акт 2

Она стояла перед ним, покачивая в руке бокал, источая лёгкий аромат мёда. Казалось безумием, что Векстер вот так просто выложил всё этой незнакомке, но почему-то было таким естественным… Жан сделал глоток, чувствуя, как прохладная приятная жидкость наполняет рот, а потом опускается по пищеводу в желудок. Знакомый привкус, но…

– Это ведь не кровь? – Векстер удивлённо уставился на новую знакомую.

– Не совсем кровь, – она улыбнулась. – Но кое-что получше. Уж точно не то страшное пойло, которое подают в таверне Мерсии, которая называется “Шершень”.

Напиток не пах кровью, но насыщал не хуже, что и удивило Жана. Он впервые пробовал что-то настолько приятное и освежающее. Вся усталость тут же отошла на второй план.

– Ну так что? Вы предпочтёте сами искать свою Королеву или позволите вам помочь? – леди Уайт хмыкнула, довольная выражанием, застывшем на лице гостя.

– Думаю, что помощь мне и правда не помешает, – кивнул Жан.

***

Клайд долго ворочался, не в силах заснуть. Тот проклятый вампир вполне мог испортить все его планы. Как ни крути, но тот блондин был здесь раньше Клайда. В силе его сомневаться не приходилось, а он точно угрожал. И что же тогда делать? Он просил убрать метку и извиниться перед Эммой, но будет ли этого достаточно? Стоит быть куда осторожнее или же вовсе увезти леди Эттвуд из Виндзорнии? Но это едва ли возможно теперь, когда он так глубоко залез в логово охотников. Будет крайне странно, что Томас Найт пропадёт вместе с Королевой. Охотники сразу поймут что к чему, и шанса спрятаться у них больше не будет.

Барлоу повернулся на бок, уставившись на кровать напротив, на которой мирно посапывал охотник, даже не подозревая в какой опасности сейчас находится. Впрочем, жизнь Клайда сейчас тоже висела на волоске. Это даже как-то будоражило. Всего один неверный шаг, и всё, что он так тщательно планировал, чтобы защитить Эмму от герцога, превратится в прах. Но как обезвредить столь мощного вампира, на чьё присутствие Барлоу совсем не рассчитывал? Если задуматься, то он был неимоверно странным. Пытался защитить Эмму, хотя не знал, что происходит снаружи у вампиров. Могла ли леди Эттвуд быть знакома с ним ещё до того, как сама стала вампиршей? Исключено. Девушка жила в отдалении от Виндзорнии и не имела никаких аристократических кровей. Неужели простая сентиментальность смогла заставить древнего вампира заступиться за незнакомку? Клайд хмыкнул, осознавая, что у его драгоценной леди точно есть необъяснимый шарм, который заставляет других доверять ей. Не зря же этот идиот Лукарио почти сразу кинулся защищать бедняжку от злых вампиров, забыв, что она и сама ничем не отличается от монстров.

Граф вздохнул и прикрыл глаза, заставляя себя заснуть. Не стоит паниковать раньше времени из-за незнакомого вампира. Возможно, с помощью Эммы удастся переманить его на свою сторону. Однако стоило подумать как правильно добиваться доверия девушки. Не похоже, что после их короткой беседы она прониклась тёплыми чувствами к тому, кто лично похитил и обратил её в вампира. Извинений за подобное явно будет недостаточно.

Уснуть ему удалось всего на пару часов, но это его совсем не волновало, в отличие от неожиданно яркого утреннего солнца, которое освещало тренировочную площадку. Это раздражало сильнее запаха чеснока. Перед завтраком многие охотники разминались. Кто-то тренировался на площадке, а кто-то бегал вокруг особняка, пока не выдыхался. Лишь после этого они стекались к завтраку, но у Клайда не было никакого желания терпеть сейчас солнечный свет, режущий глаза. Поэтому он решил, что будет куда лучше отправиться в лазарет, под предлогом вернуть книгу леди Гаскелл. Оставалось надеяться, что этот солнечный проблеск не продержится целый день. Граф слабо постучал, но не стал дожидаться ответа, и вошёл в медицинское крыло.

– О, доброе утро, – Элизабет одарила его милой улыбкой.

– Я принёс вашу книгу, – Клайд тоже поспешил улыбнуться, игнорируя присутствие Алана.

Тот слегка прищурился, пока лекарь избавляла его от повязок. Барлоу на руку, если всё больше охотников увидят в нём обычного человека, а не подозрительного проходимца.

– Спасибо, можете оставить на столе, – Гаскелл поспешила вернуться к работе. – А я хочу осмотреть раны Алана. Надеюсь, что заражения больше нет, и я смогу это исцелить магией.

Сладкий запах крови смешался с резким ароматом лечебных настоев, когда рана освободилась. Выглядела она уже не так ужасно, как в день приезда мага, но всё же доставляла боль, которую Мейсон не очень умел сдерживать. Его лицо то и дело хмурилось, а зубы сжимались, не говоря о пальцах, которые вцепились в матрац. Клайд понял, что этот мужчина не выдержал бы и часа его пыток.

– Могу я взглянуть на то, как вы применяете заклинание на практике? – поинтересовался Клайд, положив книгу на стол как можно ровнее.

– К-конечно, – Гаскелл чуть не уронила окровавленные повязки на пол, но быстро исправилась, бросив их в ведро.

Она не могла позволить запачкать окружение кровью, потому что прекрасно знала, что такие условия могут грозить распространением заболеваний. Легче сразу избавиться от грязных повязок, чем пытаться оттереть кровавые пятна настоями, которых всегда не хватает.

– Что? Успел за ночь передумать? – хмыкнул Алан, пытаясь сидеть ровно. – А вчера так уверенно хотел под моё начало…

– Судя по ране, вам бы тоже не помешало поучиться у леди Гаскелл, – ответил Клайд, делая шаг ближе.

Алан тихо выругался и зажмурился, но больше от боли.

– Потерпи, я быстро, – пообещала Элизабет.

Клайд старательно делал вид, что ему интересно наблюдать за манипуляциями лекаря, но сам уставился на руку Мейсона, где до сих пор поблёскивало серебряное кольцо. Эта проблема тоже беспокоила графа, потому что любое неосторожное движение могло стать фатальным в такой ситуации. С виду кольцо было совершенно обычным, не имело никаких узоров или камней, но что если внутри есть гравировка мастера? Это можно узнать только если снять предмет. Едва ли Мейсон таким занимается. Хотелось бы заставить мага потерять эту раздражающую вещицу. Отрезать палец разве что. Подстроить какой-нибудь несчастный случай? Нужно подумать.

– Края раны ровные, воспаления нет, – Гаскелл же занималась осмотром. – Сэр Найт, на этом этапе нужно быть особенно внимательным. Многое зависит от того как была обработана и зашита рана. Вы ещё не читали, но существует заклинание, которое даст нам понять есть ли в крови яды и инфекции, если оно ничего не покажет, то можно смело залечивать.

– Просто залечи и всё, – попросил Алан.

Наверняка ему хотелось звучать сурово, но лицо выдавало мага с головой. Клайд был готов рассмеяться, ведь зашитая рана лишь немного сочилась кровью. Он видел повреждения и похуже. Тот же Рэли держался достойно до самого конца. Не каждый бы смог ходить со сломанной бедренной костью. Барлоу не было необходимости применять заклинания людей, потому что он с лёгкостью по запаху мог определить состояние крови. Мейсон сейчас был здоров.

– Не дёргайся, – Элизабет провела пальцами над раной и шепнула нужное заклинание. – Видите, сэр Найт? Лёгкое голубое свечение говорит о том, что всё в порядке. Если же оно будет насыщенно синим, то что-то не так, а если фиолетовым…

– Значит, пациент сильно отравлен, – Клайд кивнул, устав слушать её лекцию. – Моя матушка применяла такое заклинание, так что я видел его действие.

– О, вот как, – кажется, Гаскелл немного не понравилось то, что её прервали.

Но Клайд не собирался ей сейчас подыгрывать. Он просто прятался от солнца. Не более того. Не то чтобы в этом была сильная необходимость, но яркий свет очень уж раздражал вампирские глаза.

– Твоя матушка была лекарем? – Алан прикрыл один глаз, сжав простыни под собой сильнее. – А ты всё равно хочешь пойти по стопам дяди?

– Я привык получать только самые полезные знания для борьбы с вампирами, – Клайд пожал плечами. – За то время, что я провёл в четвёртом отряде, я понял, что в любой момент могу оказаться один на один со своими ранами. Кроме того, ситуация может совсем выйти из-под контроля, мы потеряем лекаря и что тогда? Любой раненый охотник будет похоронен заживо? Нас и так мало. Давно пора бы сменить стратегию боя. Что касается магии… Это самый безопасный и удобный метод борьбы с вампирами. Магия позволяет застать их врасплох и не приближаться. Фехтование я ведь тоже не оставлю позади, потому что знаю, что могу оказаться под прицелом. Я не иду ни по чьим стопам. Я сам прокладываю себе путь к уничтожению тварей.

– Ого какая благородная цель, – Алан усмехнулся. – Мне нравится твой настрой. Но на одном настрое не уехать. А если продолжишь так дерзко со мной разговаривать, то я и разозлиться могу.

Клайд вздохнул и отвёл взгляд, краем глаза замечая то, как нахмурилась Элизабет после слов мага. Возможно, поэтому она как-то уж очень неаккуратно приложила смоченную в очищающем растворе ткань к ране, заставляя Алана зашипеть.

– Надоели мне эти ваши разборки, – буркнула лекарь. – Мы вампиров должны убивать, а не друг друга калечить!

И всё же эта женщина защищает Томаса Найта. Не зря он разыгрывал перед ней страдания.

– А теперь можно залечивать рану, – Элизабет отложила ткань. – Не забудьте очистить её от крови, чтобы самому случайно не заносить новые заражения. Это важно.

Клайд кивнул и вновь перевёл взгляд на действия лекаря. Она вытянула ладонь над раной и принялась монотонно зачитывать заклинание. Лёгкое белое свечение окутало травмированную область. Постепенно рана стала затягиваться, позволяя Алану облегчённо выдохнуть. Слишком медленно. Жалкое зрелище. На поле боя Гаскелл лечит так же медленно? Неудивительно, что у охотников такие потери, если эта женщина лучшее что у них есть.

– Вот и всё, – Элизабет улыбнулась. – Я дам тебе несколько настоев, Алан. Ты должен ещё три дня их пить, чтобы всё точно было в порядке. И не смей сейчас перенапрягаться!

– Да, да, – как-то безразлично отозвался маг, оценивая проделанную работу.

– И как долго пришлось учить это заклинание? – поинтересовался Клайд, решив игнорировать будущего наставника.

– Пару месяцев точно, – задумчиво выдала Гаскелл. – Оно требует большой концентрации. Лили не всегда удаётся залечить полностью раны. Но я надеюсь, сэр Найт, что вам вообще оно никогда не понадобится.

Она улыбнулась ему, видимо, решив, что нечто подобное может подбодрить.

– Боюсь как бы не пришлось столкнуться с ранами посерьёзнее, – ответил ей Клайд без тени улыбки.

Ему и правда было совсем не смешно. Каждый здесь знает, что может умереть, но ведут они себя крайне беспечно. Откуда в людях это тошнотворная надежда на лучшее? Почему они не понимают, что обречены?

– Спасибо Лиззи, – Алан же уже встал и принялся одеваться. – Итак, сэр Найт. Встретимся через пару часов на тренировочном поле?

Маг улыбнулся как-то совсем уж неприятно. Он явно не планирует ничего хорошего. Клайд открыл уже рот, чтобы ответить, но дверь позади открылась, и в медицинском крыле появился Милтон. На его лице как всегда застыла непроницаемая маска безразличия к окружению.

– Найт, – Милтону понадобилось всего пара секунд, чтобы сориентироваться. – Командир Крайтон просил тебя найти. Это на счёт кинжала.

– Прошу меня простить, – Клайд слегка склонил голову сначала Алану, а после попрощался с Элизабет, на лице которой застыла эмоция, смахивающая на обеспокоенность.

Милтон шагнул в сторону, пропуская охотника наружу, но следом не пошёл, решив остаться с Гаскелл и Мейсоном. Значит, им есть что обсудить? Клайд неспешно отправился к командиру. Окружение ему уже дико наскучило, но приходилось терпеть.

Глава 3

Алан принялся застёгивать пуговицы. Ему хотелось поскорее уйти из больничного крыла, потому что запахи лекарственных трав и вид крови сильно угнетали. Хотелось заняться чем-то полезным.

– Ощущение, будто что-то у него случилось, – задумчиво выдала Гаскелл, уставившись на закрывшуюся за Найтом дверь. – Он какой-то… Подавленный.

– После вчерашнего собрания все мы подавлены, – Алан пожал плечами и полез под кровать искать свою обувь. – Эдвард, как думаешь, вампирша правду говорила?

– Командир приказал не распространяться о вчерашнем собрании, – отрезал Мейсон. – Собственно за этим я с вами и остался. Чтобы предупредить. Мы не должны обсуждать слова Королевы вампиров. Так что я ничего не думаю. По крайней мере пока не получу весомые доказательства.

– Я вообще не понимаю о чём командир думал, когда приглашал её на собрание, – возмутилась Гаскелл, занявшись уборкой. – Во всех медицинских трактатах пишут, что укусы вампиров не поддаются лечению. Сама я, конечно, не пробовала…

– Так чего же ты вчера не блеснула этими знаниями? – Алан поднял взгляд, но увидел лишь спину женщины.

Элизабет вздрогнула, будто он на неё крикнул.

– Я… – она замешкалась, не зная куда бы убрать ведро с грязными повязками. – Просто не думала, что это важно… Все ведь и так знают… Не думала… Что ей поверят…

Голос лекаря стал тихим и неуверенным, возможно именно это заставило Мейсона вздохнуть.

– Лиззи, тебе нужно быть смелее, – упрекнул её Алан. – Это ведь собрание, знаешь. Мы высказываем свои догадки и мнения, если ты забыла. Предлагаем командиру лучше обдумать принятые решения. Любая информация может быть полезной. В отличие от Найта ты имеешь полное право высказываться.

– Лучше бы спасибо сказал, что он высказался, – буркнула Гаскелл явно обидевшись.

– Мне кажется или ты его защищаешь? – Алана это удивило.

Невозможно было не заметить, что лекарь как-то странно по-доброму относится к новичку. На памяти мага, даже Дейку Эттвуду часто доставалось от этой женщины, особенно, когда она узнала, что у них с Лили назрели отношения. Элизабет была против и пыталась отговорить ученицу, а сейчас вот так просто приняла головореза из четвёртого отряда?

– И что с того? Вы к нему несправедливы, хотя знаете, что он не совершал преступлений! Представьте каково ему пришлось, когда он оказался среди настоящих преступников? – Гаскелл развернулась и упёрла руки в бока. – Я не собираюсь гнобить его, как это делаете вы! Сначала Эттвуд спровоцировал на драку, потом ещё сэр Милтон добавил, а теперь и ты хочешь его наказать? За что? За то, что он достаточно смел, чтобы в глаза вампирше смотреть?

– Гаскелл… – Милтон еле заметно нахмурился. – Ты боишься Королеву.

Это был не вопрос. Эдвард точно знал это, а теперь и для Алана стало очевидно. Элизабет не высказывалась лишь потому, что не нашла в себе сил вымолвить ни слова против вампирши. Конечно, Элизабет никогда не выходила на поле боя, она всегда отсиживалась в безопасности и лишь после лечила раненых. Алан всегда думал, что это из-за того, что командир слишком ценит её, чтобы безрассудно выпускать в сражение, но Лили Фейн спокойно шныряла рядом и могла кое-как себя защитить. Неужели всё это время Гаскелл трусливо пряталась, потому что боялась вампиров? Боялась умереть? Звучало как-то позорно. Алан окинул Элизабет новым взглядом, понимая, что эта трусливая женщина никогда и ни за что не отдаст свою жизнь взамен на жизнь товарища. Как можно теперь ей доверять?

– Будто вы её совсем не боитесь! – лицо Элизабет тут же стало пунцовым и она вновь отвернулась, притворяясь, что на столе у неё какое-то важное дело.

– Да уж, – Алан почесал затылок. – Теперь я понимаю почему Лукарио записал нас всех в потенциальных предателей…

– Ч-что ты… – Гаскелл повернулась к нему и хотела возмутиться, в её глазах стояли слёзы от обиды.

– Не волнуйся, не покалечу я твоего Найта, – но Алан лишь отмахнулся и шагнул к выходу. – Милтон, пошли разомнёмся, а то у меня всё тело затекло от долгого лежания.

– Н-но… Алан! Тебе ещё нельзя напрягаться! – голос Гаскелл прозвучал растерянно.

– А это я сам решать буду, – Алан похлопал Эдварда по плечу, призывая выйти.

Милтон задержался всего на пару секунд, видимо, чтобы запечатлеть выражение, застывшее на лице лекаря. Алан его видеть не хотел. Его бесили трусы.

***

Клайд предпочёл как можно быстрее пересечь площадку. Не только потому, что яркое солнце раздражающе слепило глаза, но и из-за тех, кто сейчас тренировался. Последнее, чего хотел бы вампир, чтобы его сейчас окликнул какой-нибудь охотник вроде Эттвуда. Сегодня у Барлоу совсем не было никакого настроения. Наверное, он слишком долго вёл себя правильно. Вместо сладких криков боли до ушей долетали лишь нелепые охи от неуклюжих людишек, которые пытались постигать мастерство фехтования. Почему они не сдаются? Зачем продолжают эти нелепые потуги? У вампиров в запасе куда больше времени, ни одному человеку не удастся превзойти высшее существо, которым является граф Барлоу. Он вздохнул, понимая, что эти бессмысленные трепыхания сегодня не кажутся ему забавными.

Клайд поднялся по лестнице, даже не думая в этот раз дожидаться дворецкого, который обычно сопровождал его внутри особняка. Это было так оскорбительно для Найта и так нелепо для Барлоу. Если бы он задумал что-то, то уже давно бы сделал это, так что дворецкий никак не смог бы помешать. Теперь он даже знал где находится спальня Эммы Эттвуд, но всё равно направлялся сейчас к Крайтону, а не к ней. Возможно, стоит выкрасть её ночью и перевезти в другое место? Но он так долго всё подготавливал, что не готов вот так просто отказаться от этой сцены из-за какого-то древнего вампира. Клайда всё ещё терзали сомнения. Он пытался придумать лучший исход, но неизвестная переменная от этого не станет очевиднее. Кем был тот вампир? С чего ему в голову взбрело защищать Эмму? Просто прихоть? Жалость? Или что-то большее?

– Вы хотели меня видеть, командир? – Клайд вошёл лишь после стука, хотя ответа всё равно не дождался.

– Хотел, – Лукарио кивнул, даже не подумав возмутиться.

Командир был в кабинете один. Он стоял у окна и пялился в пустоту, скрестив на груди руки. Явно не обошлось без тяжёлых мыслей после вчерашнего собрания.

– Присаживайся, – Крайтон кивнул на свой стул. – Я обещал, что помогу тебе достать серебряное оружие. Нужно сделать это как можно скорее.

Клайд изобразил на лице удивление и застыл, вперившись взглядом в бумагу и перо, которые Крайтон услужливо подготовил. Значит, он решил, что Томас Найт будет писать своему кузнецу у него на глазах? А вот это забавно.

– Командир… Я должен занять ваше место? – решил уточнить Клайд.

Для любого охотника такой жест со стороны командира наверняка был бы сроден полному и безоговорочному доверию. Барлоу же успел немного изучить повадки Лукарио, а потому мог с уверенностью сказать, что это сейчас растерянность и отрешённость, но никак не доверие.

– Тебя что-то смущает? – Лукарио перевёл на него усталый взгляд.

Мужчина явно не спал всю ночь, что никак не шло на пользу его цвету лица. Не говоря о том, что подобное состояние может обернуться серьёзными ошибками в бою.

– Нет… Просто… – Клайд выдохнул, изображая волнение. – Мне понадобится некоторое время, чтобы сделать чертежи. Не хотелось бы занимать ваш кабинет так долго.

– Ты умеешь создавать чертежи? – эта информация почему-то удивила Крайтона.

– Дядя занимался магическим оружием, если вы помните, – Клайд кивнул. – Он всегда учил, что кроме меня никто не узнает как сделать моё же оружие удобным. Поэтому и нужен чертёж, чтобы кузнец не тратил время на подгонку. К счастью, в моей голове ещё свежи те кинжалы, которые мне ковали и которые были достаточно удобными в использовании.

– Хотите сказать, что вы можете создавать чертежи волшебного оружия? – уточнил командир.

Волшебным его было трудно назвать, если уж на то пошло. Боевые маги умели подпитывать серебряные клинки магией, делая свои атаки сильнее, но те, кто магией владел слабо или не владел вовсе довольствовались волшебными камнями, вставленными либо в гарду, либо в сам клинок у его основания. Они делали клинок легче и крепче, могли наделить пламенем или молниями, а некоторые решали добавить защитные камни. С такими клинками опытные охотники становились почти так же быстры, как недавно обращённые вампиры. Дядя Найта – Ланкастер хотел добавить больше тёмной магии, чтобы создавать оружие, способное проклинать вампиров. Идея была хорошей, но мужчине так и не удалось выяснить какие именно камни могут принимать в себя тёмную магию и не разрушаться при этом.

– Если потребуется, то могу, – Клайд внимательно наблюдал за командиром.

– Буду иметь в виду, – буркнул он, задумавшись.

Клайд ещё не успел оценить вооружение второго отряда как следует. Было бы странно, если бы он начал шариться по чужим вещам и в оружейной лишь затем, чтобы выяснить сколько обычных, серебряных клинков и сколько с магическими камнями. Более того, для Барлоу это не имело никакого значения. Он не боялся сражаться против таких охотников. Наоборот, должна же у них быть хоть какая-то фора. Тем более Клайд сильно сомневался, что семье Лукарио хватит денег, чтобы обеспечить каждого своего охотника не простым серебряным мечом.

– Так что на счёт письма? – осторожно спросил Клайд. – Я могу написать его в другом месте? Или всё же тратить ваше время здесь?

Вопрос звучал достаточно дерзко, чтобы задеть любого командира за живое, но Лукарио сегодня вообще не имел сил, чтобы ставить Найта на место.

– Можете взять бумагу и пишущий инструмент, а потом просто передать готовое письмо через дворецкого, – сказал в итоге Крайтон, потирая переносицу.

Ему не хотелось бы, чтобы Томас Найт крутился у него под рукой пол дня. Важные вопросы явно обсуждаются здесь и не все должны долетать до ушей рядовых охотников. Конечно, можно покинуть кабинет, но кто знает этого Найта? Какие важные документы или информацию он сможет тут откопать? Не настолько Лукарио готов довериться.

– Как прикажете, – Клайд двинулся к столу, чтобы забрать бумагу.

– Кстати, – Лукарио проследил за тем, как его собеседник сворачивает пергамент в трубочку. – Сколько лет ты был в четвёртом отряде?

– Семь лет, командир, – ответил Клайд.

– Выходит, что ты должен быть знаком с Дейком Эттвудом? – Лукарио окинул Клайда задумчивым взглядом.

Он сейчас снова пытается подловить его на лжи? Глупо.

– Командир, – Клайд выпрямился и отошёл от стола. – Всего год назад Мароку Одлену позволили разбить постоянный лагерь рядом с Ворвиком, до этого наш четвёртый отряд по большей части патрулировал самые опасные прибрежные деревни, на которые чаще всего происходили набеги. Лагерь командира Одлена постоянно перемещался и найти его могли лишь те, кому он лично доверял. Я не входил в число его доверенных людей и вовсе не стремился ни с кем пересекаться. Все отчёты о своей деятельности и передвижениях я обязан был оставлять в тавернах Мерсии или Лодеруна, откуда их забирали те, кто подчиняется напрямую Мароку Одлену. Поэтому едва ли у меня был шанс пересечься с Дейком Эттвудом, а если и был, я бы вряд ли придал этому большое значение и уж точно не стал бы пытаться сблизиться с ним. Четвёртый отряд не то место, где можно заводить друзей.

– Понимаю, – Лукарио, похоже, ответ удовлетворил. – Прости, если задел. Можешь идти.

Клайд склонил голову и поспешил выйти. Он ощутил неимоверную скуку. Он думал, что Лукарио будет более подозрителен, но командир второго отряда сильно не дотягивал до ожиданий графа. Какой следующей будет проверка? Попросит съесть головку чеснока? Барлоу усмехнулся, надеясь, что не придётся всё же падать настолько низко, изображая из себя охотника.

***

– Зря ты так с Гаскелл, – Милтон умудрялся разговаривать во время спарринга.

Обычно Алану приходилось накладывать на деревянный меч какой-нибудь магический щит, чтобы правая рука командира не сломал тренировочное снаряжение. Алан был одним из немногих, кто умел пропускать магию не только через серебро и драгоценные камни. Но сегодня Эдвард решил сделать магу послабление. Их бой больше напоминал лёгкую разминку, но Алан был этому рад. После ранения он и правда ещё не готов был к большим нагрузкам.

– Что? Думаешь, что она обидится и отравит меня? – Алан хмыкнул.

Пришлось остановиться, чтобы утереть рукавом пот, стекающий со лба прямо в глаза. Обычно Милтон бы воспользовался этой заминкой, но сейчас позволил оппоненту и эту мелочь.

– В таком случае её обвинят в предательстве, – продолжил маг свою мысль. – А ты, Эдвард, будешь свидетелем!

– Не думаешь, что как-то неправильно обвинять Гаскелл в трусости, когда и сам боишься крови? – наверное, эту фразу следовало произнести с усмешкой, но Милтон как обычно подарил своим словам бесцветный тон.

– Я не боюсь крови, – Алан поморщился. – Вполне могу её выдерживать, если нужно. Просто не хочу сталкиваться с ней. Вот и всё. Я не люблю пачкаться.

Милтон вместо ответа сделал выпад, который Алану пришлось парировать, а после отскочить в сторону, чтобы не попасть под новый удар.

– Лиззи наш лекарь, – Мейсон решил объясниться. – Если она струсит, то многие охотники умрут. Что если вампиры нагрянут сюда? Она сбежит? Забьётся в угол, трясясь от страха? Или вовсе решит сдать нас, лишь бы спасти свою шкуру? Иметь труса в отряде опасно.