Ветер чужих земель

– И кем я стал? – спросил он. – Только не юли.

Мужчина глубоко вздохнул и выговорил:

– Вампиром.

Слово повисло в воздухе. Макс нервно засмеялся, закрыв лицо ладонями, откинулся на спинку сидения, потом убрал руки, вцепился в атлас обивки.

– Я не хочу, – выговорил он наконец.

– Я знаю, – быстро сказал Рейвен.

Парень провел ладонью по лицу. Пальцы дрогнули.

– Я не буду пить кровь.

Граф посмотрел на него с усталой безысходностью.

– Будешь, – сказал он. – Иначе умрешь. На этот раз по-настоящему. Ты уже пытался «потерпеть». Видишь, чем кончилось?

Макс снова почувствовал пустоту внутри. Она была терпеливая. Она не орала. Она просто ждала.

– И что теперь? – спросил он глухо. – Ты привезешь меня в замок и будешь учить охоте?

– Нет, – Рейвен качнул головой. – Охотиться тебе рано. Сначала ты должен научиться жить здесь. Ты из другого мира. Тебе здесь будет… тяжело. Но ты не один.

– Очень утешает, – пробормотал парень.

Он снова вспомнил родителей, друзей, свой город, свою комнату и то, что туда нет пути. Кивнул, точно поставил точку.

– Тогда учи, – выдохнул Макс. – Только без вранья. И без этих… недомолвок.

Граф впервые за долгое время улыбнулся.

– Договорились.

Карета качнулась, понеслась дальше по ночной дороге. За окном начинало светлеть. Чужой рассвет поднимался над полями Амшира.

Макс смотрел на этот рассвет и чувствовал в себе тонкую струну – грань между «не хочу» и «буду». И теперь ему придется научиться жить, балансируя на этой струне, чтобы не сорваться в пропасть.

Глава 2. Цена благородства.

Вскоре рассвело окончательно. Карета выехала из горного района Висты и покатила по наезженной грунтовке среди заливных лугов.

Дорога ожила: в деревеньках кричали петухи, пастухи выгоняли коров, сонные селяне брели по обочинам, не оглядываясь на проезжающую мимо карету.

Макс прильнул к щели в занавеске.

– Деревня, – пробормотал он. – Один в один.

Рейвен дремал полулежа, укрывшись плащом, который еще пах кровью. Рваная рубаха валялась на полу. Макс осторожно, чтобы не разбудить графа, поднял ее, расправил и посмотрел на дыры, оставленные его рукой. Потом перевел взгляд на свои пальцы и тихо выдохнул.

«Если уж мне предстоит быть вампиром, – подумал он, –я останусь человеком хотя бы в голове. Не буду убивать слабых, но и себя в обиду не дам.»

В памяти всплыл Фарис. Хватка на горле. Спокойный взгляд. Запах полыни и мяты.

Парень скривился. Тип, которому доверять нельзя. Почему Рейвен с ним дружит? Почему держится рядом?

Он поймал себя на том, что злится не только на Фариса, но и на графа тоже – за недосказанность, за то, что оставил его один на один с собой новым.

Карета мерно шуршала колесами, кучер что-то негромко напевал. Сон подкрался незаметно. Парень задернул занавеску, устроился на сиденье и провалился в дрему.

Кто-то тронул его за плечо. Он вскинул голову и увидел лицо Рейвена.

– Поднимайся. Приехали.

– Уже дома? – не понял Макс спросонья.

– До дома далеко. Остановимся здесь, – граф махнул рукой в сторону выхода. – И отдай рубаху. Я же не могу по улицам ходить голым. Если уж приглянулась – подарю в замке.

Макс смущенно вытащил из-под себя рваную рубаху. Рейвен выскочил из кареты, так и не надев ее. Парень вылез следом.

Они стояли на лесной поляне, в центре которой блестело маленькое озерцо, гладкое, как зеркало. Вода была такой прозрачной, что с берега виднелось песчаное дно, редкие водоросли и стайки мелких золотистых рыб.

Граф уже забрался на огромный мокрый валун и призывно махал рубахой.

– Макс! Иди сюда! Вода – чудо!

Тот подошел и недоверчиво посмотрел вниз.

– Откуда ты знаешь, что она теплая?

– Здесь всегда такая. Давай. Не тащиться же нам в город уделанными в крови.

Парень открыл рот, чтобы возразить, но Рейвен не стал слушать. Он натянул рубаху, скинул сапоги и нырнул рыбкой. Через мгновение вынырнул и, довольно отфыркиваясь, поплыл на середину озера.

Макс вздохнул.

– Ладно. Поверим.

Он стянул одежду, сложил на камне, оставшись в одних трусах, набрал воздуха и прыгнул в воду.

Через секунду гладь над головой разверзлась.

– Идиот! – вопль, казалось, раздался раньше, чем вынырнул сам парень. – Она же ледяная!

Парень энергично погреб к берегу. Плыть было легко. Слишком легко, хотя отменным плавцом он раньше себя не считал.

Рейвен быстро догнал его, усмехнулся.

– Да нормальная вода.

– Предупредить мог!

Макс выбрался на камень, дрожащими руками попытался натянуть брюки на мокрое тело. Одежда прилипала, зубы стучали, кожа покрылась мурашками.

Из-за дерева показалась ухмыляющаяся физиономия кучера. Парень дернулся, инстинктивно напрягся и тут же разозлился на себя: опять реагируешь на этого…

Фарис задержался на пару секунд: посмотрел, как Макс дрожит, как Рейвен спокойно выбирается на берег, – потом обогнул камень и исчез в лесу, не сказав ни слова.

Граф подсел рядом, прижался горячим боком. Парень отодвинулся.

– Ну прости, – он придвинулся снова. – Хорош дуться.

– Как я теперь поеду? Мокрый и грязный?

– В ближайшем городе купим тебе нормальную одежду, – предложил Рейвен. – Потерпи.

Макс молча поднялся, пошел к карете. Он начал меняться, и ему самому это не нравилось.

На постоялом дворе, вопреки обыкновению, негде было ступить. Фарису с трудом удалось выбить комнату. Он исчез почти на полтора часа, вернулся молча, спокойный, как всегда, и от него тянуло свежестью ночи и тем, что теперь цепляло Макса слишком сильно.

Парень покосился на Рейвена. Тот намек понял, но только отмахнулся. Фарис, как будто заметив их взгляды, многозначно усмехнулся и скользнул за дверь трактира. Эту его улыбку Макс уже начинал ненавидеть.

Граф остановился на крыльце и развернул его к себе.

– Макс, в трактире полно народа, – проговорил он тихо, почти в ухо. – Будь осторожен. Не выделяйся. Тебя будут задевать – молчи.

Тот открыл рот, но Рейвен тут же добавил:

– Если начнется драка, бить нас будут всем трактиром. Это больно. Понял?

– Понял, – угрюмо кивнул парень.

– Не будем сидеть, – решил мужчина. – Возьмем вина и сразу в комнату.

Внутри было тесно и шумно до головной боли. Макса поразило не столько разнообразие рас, как то, насколько подозрительно здесь смотрят на чужого. Точно на повод. Каждый провожал глазами слишком внимательно.

На входе им попались двое вампиров. Они сначала нахмурились, потом узнали Рейвена, кивнули и посмотрели на Макса так, будто он был чем-то несуразным. Парень поежился.

У стены теснилась группа эльфов в серых плащах. Чуть дальше – трое других, выше и бледнее, с холодными голубыми глазами; они не улыбались, смотрели внимательно и опасно, как на добычу.

Граф расплатился за комнату, купил бутылку вина и потащил друга наверх.

– Идем, – прошипел он. – На нас и так уже все смотрят.

На лестнице их перехватили три миловидные девицы. Рейвен отрицательно мотнул головой и просто прошел сквозь их строй. Но перед Максом они снова сомкнулись!

– Привет, малыш, – проворковала одна.

– Не желаешь удовольствие? – вторая скинула лямку тонкого платья.

Третья провела пальцем по его груди, и у него залило лицо от неловкости.

– Мне надо идти, – прохрипел он.

– Да брось, – улыбнулась третья. – Расслабишься после дороги…

Две руки одновременно полезли под его рубаху. Парень дернулся и отчаянно промямлил:

– Я не могу… Мне надо… Меня ждет друг… Рейвен!

Граф появился мгновенно. Макс заподозрил, что тот далеко и не уходил.

– Дамы, – сказал он с улыбкой, – оставьте его. Ему сейчас не до этого. Он на нуле.

– Что? – девицы отпрянули разом. – Нет денег?

– Абсолютно, – подтвердил мужчина. – Плачу за него я. Но… не сегодня.

Девицы исчезли так же быстро, как появились. Макс выдохнул и попытался застегнуть рубаху дрожащими руками.

– Вот видишь, как тут опасно, – назидательно произнес Рейвен.

Он старался выглядеть серьезным, но в глазах читалась плохо скрываемая насмешка.

– Ничего смешного, – буркнул парень. – Посмотрел бы я на тебя…

– Да ну? – тот не сдержался – хмыкнул. – На меня, знаешь ли, проститутки не нападают и по углам не зажимают. Может, я рожей не вышел?

– Мы едем всего сутки, – процедил Макс, – а меня уже душили, напоили кровью, чуть не заморозили в озере, раздели на лестнице… Еще и этот смотрит так, что хочется в морду двинуть!

Рейвен хлопнул его по плечу.

– Желание «в морду двинуть» оставь при себе. Мой тебе совет: не провоцируй Фариса. Ему стоит от тебя отмахнутся – и все. Пошли. Я четвертый день на ногах.

– Мог не утруждаться…

– Значит, не мог, – отрезал граф и открыл дверь.

– Welcome, – усмехнулся парень, оглядывая помещение с порога, – to home…

Комната оказалась маленькой и темной. Низкий потолок, облезлые стены, мизерное окошко с грязной тряпкой вместо занавески. Посредине – стол. У стены – четыре кровати. Стульев не было.

Макс осмотрел «богатство» и криво усмехнулся.

– Это люкс или общежитие?

– Нам повезло, что не улица, – осадил его Рейвен. – Располагайся.

Парень осторожно присел на кровать.

– Ты уверен, что к нам никого не подселят?

– За комнату уплачено, – граф упал на постель и вытянулся. – Расслабься.

Макс подошел к окну, протер занавеской пыль. Снаружи была суета: костры у колодца, путники, которым не хватило места внутри, слуги, шум.

Рейвен, не вставая, откупорил вино, сделал большой глоток из горла, протянул бутылку другу. Тот отпил. Вино оказалось добрым и теплым.

– А где Фарис? – как бы невзначай спросил он.

– Кто его знает, – пожал плечами граф. – Найдет, где ночевать.

– Он не будет с нами?

– Не будет, – Рейвен прищурился. – Тебя это беспокоит?

– Нет, – быстро сказал Макс. – Просто спросил.

Мужчина посмотрел на него внимательнее.

– Макс. Он тебе не нравится?

– С чего ты взял?

– Я не слепой. Вижу, как ты на него смотришь.

Парень вспыхнул.

– А как он на меня – не замечаешь?

– Он нормально к тебе относится.

– Нормально? – Макс снова сел на край кровати. – При первой встрече он меня чуть не задушил. Это, по-твоему, «нормально»?

Граф отвел взгляд. Ему стало неудобно: получалось, что он оправдывает одного друга перед другим.

– Он не знал, кто ты.

– И что это меняет? – парень подался вперед. – Тут можно убивать всех, кроме «своих»? Так у вас устроено?

– Макс. Ты же знаешь, что не так.

– А по-моему, так и есть, – упрямо сказал тот и лег, отвернувшись к стене, давая понять: разговор окончен.

Рейвен молча допил вино, поставил пустую бутылку на пол. Сгущались сумерки. С улицы тянуло дымом костров, слышались чужие голоса. Макс вскоре задышал ровнее, притворившись спящим или, и правда, провалившись в сон.

Мужчина поднялся, прошелся по комнате, разминая затекшие мышцы, выглянул в окно. Во дворе толпился народ: кому не хватило комнат, устраивались у костра. Слуги сновали туда-сюда, ругались, носили воду.

Ему вдруг стало стыдно: четыре кровати на двоих, когда другие спят на земле. Он поднял взгляд выше, в темное небо, где висела большая луна. И вместе с луной пришли воспоминания о другом мире: о людях, о тех именах, которые Макс произносил так, будто цеплялся за реальность… Инна… Или всё-таки Айанна? Граф помотал головой, отгоняя непрошенные мысли. Нужно было идти. На охоту.

Он сел на край кровати, долго смотрел на спящего друга, потом аккуратно, чтобы не разбудить, укрыл своим одеялом, шагнул к двери и замер.

– Я – Лорд, – сказал сам себе. – Мне нельзя быть слабым.

И тут же вспомнил Фиону девочкой. Как она, разбив коленки и нос при падении с лошади, упрямо держала губы сжатыми и шептала: «Я Леди. Леди не плачет».

Он безрадостно усмехнулся и вышел. Дверь закрылась тихо.

Макс проснулся через полтора часа от противного скрипа за стеклом. Сначала он не понял, где находится, потом вспомнил, вскочил, насторожившись: Рейвена в комнате не было.

Скрип повторился. Парень боком подошел к окну, осторожно отодвинул грязную тряпку. Скрежет прекратился. Снаружи – никого. Двор, костры, тени.

– Показалось? Опять глюки?

Он выдохнул, задернул занавеску, развернулся и застыл. На кровати сидел дряхлый, седой старик с длинной белой бородой. Он явно пришел сюда не через дверь, а «просто оказался». И самое неприятное – сидел спокойно, как будто так и надо.

– А-э-э… – протянул Макс, не находя ни одного нормального вопроса.

Старик усмехнулся:

– На твоем месте, Максим, я бы этого не делал.

– Ч… чего «этого»? – совсем растерялся тот.

– Не ходил бы вниз без разрешения, – незнакомец постучал пальцем себе по лбу. – В одиночестве.

У парня дернулся глаз.

– Я сам решу, что мне делать, а что нет, – буркнул он. – Мне надо – пойду. Не надо – останусь.

Старик поднялся, подошел вплотную и щелкнул Макса по носу костлявым пальцем. Не больно, но жутко унизительно.

– Надеюсь на твое благоразумие.

И вышел. Просто вышел – и все. Дверь даже не скрипнула.

Парень помотал головой.

– Что это было?..

Внутри поднялось раздражение. Он и так за последние сутки слишком много раз слышал, что ему «нельзя» и «не стоит».

Наверное, назло старику, Макс вышел из комнаты и спустился вниз. На лестнице те самые девицы даже не посмотрели в его сторону.

– Конечно, – сквозь зубы пробормотал он. – Теперь все знают, что у меня нет денег.

Парень все еще злился на графа из-за кучера, заносчивости и, что тот ушел в неизвестном направлении, оставив его одного в незнакомом месте.

Миновав последний лестничный пролет, он вышел к дверям, отделяющим гостиницу от зала, недолго думая, скользнул в них и, ловко лавируя среди постояльцев, оказался на улице.

Двор пропитался запахом костров, разведенных менее удачливыми гостями, не сумевшими снять комнату. Кто-то кого-то бил в ближайших кустах, слышалась какая–то возня, звон бутылок, лай собак, фырканье лошадей. Парень стоял на крыльце, задрав голову, вдыхая легкий холодный осенний воздух.

Чувство щемящей тоски в который раз опустилось на него. Он прикрыл глаза. Вспомнился родной город, вечерняя прохлада и запах свежих простыней, принесенных матерью с балкона.

Мама, отец… Макс тряхнул отросшими за полтора месяца волосами. Нет, нельзя поддаваться чувствам. Парень поежился. Вдруг стало промозгло и неуютно: глупо и нелепо стоять на этом старом стертом миллионами пар сапог крыльце. Одиноко.

Сзади распахнулась дверь. Его грубо толкнули с крыльца. Он слетел на землю, ударившись локтями и коленями.

– Посторонись! – властно бросили сверху. – Не стой на пути!

Макс поднял взгляд. Перед ним стоял высокий, тонкий, беловолосый мужчина с бледной кожей. Лицо красивое и пустое, как маска. Глаза холодные. Он смотрел на лежащего, как на грязь, которая мешала пройти.

– Что за мразь здесь шляется? – процедил эльф.

И только теперь Макс заметил, что тот тащит за собой девушку. Ту самую, которая недавно пыталась залезть ему самому под рубашку.

Эльфийка стонала, пыталась вырваться, но эльф не сбавлял шага, уводя ее прочь со двора.

Из дверей высунулись две ее товарки бледные от испуга.

– Что такое? – парень поднялся, отряхивая руки. – Это же… ваша работа, нет?

– Работа – одно, – прошептала та, что оказалась ближе. – Но он выиграл ее в карты. Заберет в горы. Там… бедняжке придётся не сладко.

В груди Макса что-то подскочило и разлилось горячей злостью.

«Глупо. – сказал ему внутренний голос. – Не лезь. Это чужой мир.»

Но он уже побежал.

– Стой!

Эльф обернулся.

– Чего надо?

Макс остановился в шаге, чувствуя, как на него смотрят со всех сторон: из дверей, из темноты, из кустов.

– Отпусти девушку! Или я…

Белый медленно оглядел его с головы до ног и усмехнулся.

– Да что ты мне сделаешь?

Парень открыл рот и тут же закрыл. Он был сильнее, чем вчера, но не знал, насколько силен эльф. И главное – понятия не имел, что будет, если он снова почувствует кровь.

– Уйду только вместе с ней, – процедил, наконец, Макс.

– Либо ты смельчак, либо – идиот, – спокойно сказал белый. – В обоих случаях, я уложу тебя голыми руками.

Он толкнул девушку в сторону и бросился на парня.

– Беги! – заорал тот и намеренно подставился под удар.

Глупо и не предусмотрительно… Что-то хрустнуло в районе предплечья. Макс согнулся, не сводя глаз с эльфийки. Та мгновенье стояла в нерешительности, потом, опомнившись, подобрала юбки и скрылась в темноте кустарника.

– Получай!

Парень успел заметить над собой летящий кулак, перехватил, резко вывернул руку противника, оказался у него за спиной. Эльф выгнулся назад, достал Макса каблуком в колено. Тот зашипел от боли, выпустил ладонь и тут же лягнул его под коленки. Белый не удержался, рухнул на траву, молниеносно дернул соперника за ногу. Парень повалился сверху, принялся колотить эльфа.

Вокруг дерущихся собралась небольшая толпа. Кто-то подбадривал белого, кто-то болел за Макса, иные просто подначивали противников, получая удовольствие от самого факта драки.

Парень мутузил эльфа в пыли. Тот пытался подмять под себя обидчика, но Макс, навалился всем телом и со всего маха съездил два раза в один и тот же глаз. Толпа возликовала.

Белый собрался, перевернул-таки соперника на спину. Парень каким-то чудом успел вырваться и откатиться. Эльф мгновенно вскочил на ноги, пнул носком тяжелого сапога под дых и в челюсть. Превозмогая боль, хватая ртом воздух, Макс поднялся.

Одуряюще пахло кровью, его качало, противник двоился и расплывался. Сжав кулаки, парень снова бросился в бой.

Толпа вдруг притихла. Блеснула сталь короткого кинжала. Макс понял, что не успевает остановиться, летит на клинок и через мгновенье…

Сильная рука подхватила тело, резко повела по дуге вниз. Он, больно приложившись подбородком, растянулся на траве. Перед глазами нарисовались высокие чёрные сапоги с металлическими застежками. Сверху свалился тяжелый плащ.

– Рейвен! – воскликнул Макс, выбираясь из-под складок.

Звук металла о металл. Он поднял глаза. Нет, не Рейвен…

– Фарис?! – изумился парень, видя, как кучер, играючи, отбивается полуторным мечом от двоих эльфов, вооруженных легкими саблями. – Ты?!

Тот ехидно осклабился, отправляя одного из нападающих в придорожные кусты пинком. Второй увернулся, едва уловимым движением зашел вампиру за спину.

– Уходи, – процедил кучер, краем глаза заметив, что Макс поднимается.

Сабля сверкнула в неярком свете костра. Вампир в развороте парировал удар, тут же продолжил наступление. Боковым зрением увидел, что к нему летит троица выбежавших из трактира. Быстрым финтом обезоружив и навечно обезвредив противника, он отскочил, выставил меч и кинжал, блокируя одного из троих.

– Но как же ты… – протянул парень, оставаясь стоять на четвереньках.– Как ты один…

– Я с-сказал, ух-ходи, – выдавил Фарис, отбрасывая эльфа от себя.

Один из белых двинулся на Макса. Тот попятился. Молнией Фарис возник между парнем и оружием, зажав между гардой меча и кинжалом, вывернул из рук саблю.

Слева появилось лезвие. Парень, будто в замедленной съемке, видел, как движется металл. Кучер не успевал защититься. Сталь опустилась на плечо, разрезав тонкую ткань рубахи. Вампир сделал выпад под мышку эльфа кинжалом, не давая тому довести удар: сабля прошла вскользь.

Кровь. Запах ударил в лицо так сладко, густо, правильно. Внутри что-то дернулось. Макс едва не шагнул вперед.

Фарис резко обернулся, перехватил взгляд. В его глазах было предупреждение. Парень очнулся, рванул в сторону гостиницы и тут же услышал, как кучер впервые сорвался:

– Идиот! Не туда! На улицу!

Макс развернулся, хотел бежать к воротам, но был сбит ударом эфеса в грудь и снова оказался под ногами.

– Надо уходить, – прошипел Фарис. – Их слишком много.

Парень, жадно глотая воздух, подобрал оброненную кем-то саблю.

– Я сейчас! – воскликнул он, но тут же был припечатан сапогом к земле.

– Лежать! – рявкнул голос.

Сапог убрался. Макс поднял голову.

Рейвен.

Он ворвался во двор, как буря. Лицо бледное, залитое кровью. Клыки оскалены. Глаза багровые, страшные, совсем не такие, как в комнате. Он не защищался. Он рубил. Точно, быстро, без остановки.

Мороз пробежал по коже.

– Рейвен… – выдохнул парень.

– Макс! – граф оказался рядом почти мгновенно, схватил его за подбородок свободной рукой, заставил смотреть в глаза. – Без паники. Слышишь?

Тот хотел сказать «это не паника», но слова не шли.

– Ползком за ворота, – жестко приказал Рейвен. – Быстро. Понял?

Парень кивнул. Граф поднялся и встал спиной к спине Фариса.

– Давай!

Макс пополз. Металл звенел над головой. Кто-то падал. Кто-то кричал. Запах крови стоял такой, что к горлу подступила тошнота и вместе с ней, как насмешка, голод. Он сжал зубы, пополз быстрее, стараясь не поднимать головы и не смотреть на то, что творится сверху.

– Эй, сюда!

Тонкая белая рука ухватила за плечо.

– Прячься здесь!

Макс перевалился за куст. Взгляду предстала та самая девушка, которую он недавно вырвал из лап белого эльфа.

«Девушка жива, – подумалось ему. – И я в безопасности».

Страх немного отступил. В голове закружилось. Парень поднялся на колени. Его долго выворачивало наизнанку. Эльфийка сочувственно вздыхала, собственноручно обтерала его лицо кружевным платком.

– Рейвен… – простонал он.

– Отсюда все прекрасно видно, – заметила эльфийка, раздвигая ветки.

Дрались все со всеми. Кто-то уже не вставал. В центре, спина к спине, стояли Рейвен и Фарис. Два силуэта: один с яростью на лице, другой с полнейшим покерфейсом, – двигались так, будто привыкли к подобному.

– Это все из-за меня, – протянул Макс.

– Нет! – девушка дернула его за руку, увлекая в кусты.– Ты спасал меня! Ты – герой! Как тебя зовут?

– Макс, – односложно ответил парень, не отрывая глаз от поля боя.

– А меня – Аоэль, – представилась эльфийка.

– Очень приятно, – мрачно буркнул он. – Нужно выйти за ворота.

Она кивнула, схватила парня за руку и стремительно выскочила из укрытия. Надо отдать ей должное, бегала девушка быстро. Макс едва поспевал за ней, перепрыгивая через трупы и раненых. За воротами парень вырвал руку из изящной ладони.

– Извини, – опустила глаза Аоэль. – Просто я подумала, раз ты вступился за меня…

– Ты ничем мне не обязана. Я должен был помочь и помог.

«Да уж, – подумалось. – Помог».

Он выглянул за ворота. Драка стихала рывками, как договающее пламя костра. Где-то еще звенел металл, где-то еще орали, но толпа редела. Несколько отступающих промелькнули мимо и исчезли в темноте.

Из-за ворот, матерясь на чем свет стоит, выскочил сильно потрепанный Рейвен. За ним, добивая кого-то, появился Фарис. По некогда белому рукаву графа струилась кровь, левая рука не двигалась. Одежда кучера тоже стала красной и зияла несколькими порезами.

– Где этот?!

Слова утонули в реве толпы, снова схлестнувшейся за воротами. Но граф продолжил:

– Где он?!

Макс виновато опустил глаза, высунулся из-за створки. Рейвен в одно мгновенье оказался рядом, замахнулся для удара. Парень втянул голову в плечи, понимая, что получает за дело. Фарис перехватил кулак.

– Не пори горячку. – Проговорил он в самое ухо друга. – Разберись сначала.

Граф кивнул, опустил руку.

– Слушаю твои объяснения!

– Я… – начал Макс.

– Он меня спасал! – выскочила из-за ворот эльфийка. – Он помог мне сбежать от горного, который выиграл меня в карты!

– Что?! – глаза графа полезли на лоб.

Фарис не сдержался, превозмогая боль в раненом боку и руке, рассмеялся.

– Это еще кто? – вгляделся в девушку Рейвен.

– Аоэль. – просто ответил Макс. – Одна из тех, ну… в коридоре… помнишь?

Граф больно схватил его за локоть и отвел за створку ворот.

– Ты устроил бойню из-за… из-за девицы?

– Она – женщина! – твердо возразил тот. – И я бы победил, если бы он дрался честно!

– Ты был бы уже трупом, если бы Фарис не вмешался! – процедил сквозь зубы мужчина. – Какого рожна ты полез не в свое дело?

– Это было мое дело! – выпалил парень. – Ты бы на моем месте не помог? Остался бы стоять и смотреть?

Рейвен смешался: такой случай – норма для его мира, и он, скорее всего, даже не обратил бы на подобное внимания.

– Макс, это реальность. – проговорил он. – Благородство здесь платное! Хотел быть правым – теперь считай трупы! Надеюсь, ты запомнишь это и тупить больше не будешь.

Парень стиснул зубы.

– Запомню.

– Очень надеюсь, – буркнул Рейвен и, выйдя из-за створки, окинул взглядом двор.