Негород. Бойцы

Денис, которого все в кармане2называли уже Дедом, мотался вместе с Коршуном по снам и изнанке, а Ромку, который никак не мог осознать, что он Лис, обучала Речка. Собеседником да и учителем девушка была никаким. Все попытки Ромки хоть как-то завязать разговор оканчивались ором и ссорой. С одной стороны он ее даже понимал.

Историю ее как-то раз рассказал братьям Ян Карлович. Старый врач любил рассказывать случаи из практики. Она была партизанкой и в какой-то момент попалась немцам. А они, прежде чем ее казнить, пустили по кругу. Речке несказанно повезло, что делали они это около местного кармана, оттуда на ее страх и боль пришел сердобольный оборотень. Как именно ее отбили, Лис не вникал, но в итоге привезли в Ленинград, и она стала приемной дочерью Коршуна. На этом месте Ян обычно сокрушался об утрате таких прекрасных целительских способностей. Девушка предпочитала не лечить людей даром, а убивать их.

Мужчин она не переваривала почти всех, на Дениса не обращала особенного внимания, а вот со вторым братом ругалась как могла. Общаться с ней жестами было безопаснее. В кармане они бывали часто, у них даже появилась свои квартиры, которые, по словам Речки, они захламили совершенно.

На самом деле в этих домах жили только пограничники, которые знали про этот карман. Пограничников было мало, комнат и квартир в доме много, поэтому распределялись койко-места по принципу “ живите, кто хотите, стойка с ключами в пятом подъезде”.

В реальности же оба брата пошли учиться. Ромка на инженера, а День упрямо пошел на врача. Коршун долго над этим хохотал, а потом по секрету шепнул Яну, что путным врачом мальчик так и не станет, но хоть жену найдет. Ромка просто рядом проходил, случайно. Про него Коршун всегда качал головой, утверждая, что тут скорее не боец, а разведчик. Он оказывался всегда в том месте, где можно было услышать интересное и не предназначенное для ушей, умел нравиться почти всем и найти нужнее слова для каждого. Кроме Речки. Так и жили.

Так вышло, что с братом все эти полгода они почти не виделись. Обычно, когда Ромка приходил, Деда или уже не было или он еще не пришел с института или с подработки. А тут случайно оказались дома одновременно.

День дремал на диване, свернувшись калачиком. Сон, умеющего ходить в Негород, старались не прерывать, но удержаться у близнеца не было сил3.

– Де...нь, а День? Пойдем гулять, – брат открыл один глаз, ему прозвище Дед даже шло. Так же ворчит.

– Погуляли уже один раз, но пошли.

Они не могли наговориться, как будто и эти полгода жили в разных городах и вот только сейчас увидели друг друга после долгой разлуки. Все шло хорошо, ровно до того момента, пока Ромка не решил зайти в один двор, а брат не решил его окликнуть.

– Ром….ом…ом, – заметалось по подворотне эхо, в глубине зажглись чьи-то красные глаза, а через минуту из арки хлынула лавина с когтями и зубами. Кого тут только не было: и мавки, и призраки, и тени, и упыри. Абсолютно все, что когда-либо придумывали люди.

Обоим братьям показалось, что конец света наступил прямо на них, ну или они в него вступили сами. Такое ощущение, что твари сползлись со всего города, даже небо потемнело. Весь бестиарий прямиком из коршуновых заметок.

– Бежим, – Ромка вылетел из двора, прихватив собирающегося драться брата, – С ума спрыгнул?! Сожрут же.

– Куда бежать? Их прогнать как-то надо. – Засомневался братец, на его руках появились когти. В зверя Дед так превратиться в реальности не сумел, только на Изнанке4, а вот когти отращивал, чем очень гордился.

– Давай это делать с безопасного места, – огрызнулся Роман, дернув его за ворот куртки, – шевелись.

– Они воды боятся, – вспомнил все то, что говорил Коршун, Денис.

То, что нырнуть в Неву зимой была плохая идея, братья поняли ровно в тот момент, когда за шиворот затекла ледяная вода, то есть почти сразу. Ромка потерял сознание и начал тонуть, Денис все же успел выставить щит5и схватить брата за руку и прижать к себе. И даже как-то пытаться обороняться.

Впоследствии Деда часто спрашивали, какое у него самое страшное воспоминание. Он неизменно отвечал, что именно то, когда он болтался в пузыре посреди Невы и смотрел на беснующихся на берегу негородских тварей. Он пытался их задержать, а в голове билась одна мысль, что возможно из-за него погибнет весь город. А ещё было холодно, очень, очень холодно. Хотелось разжать пальцы и ничего не делать.

Очнулся он уже в кармане, в комнате Коршуна завернутый в плед. На полу сидела Речка и безнадежно скулила, прижав к себе голову Ромки. Ян Карлович восседал на подоконнике и меланхолично глядел в окно, а сам хозяин комнаты нервно мерил ее шагами.

– Доигрались? – Коршун метнул в Дениса свирепый взгляд, – Ваша, голубчики, проблема, что вы все ещё не воспринимаете себя как Деда и Лиса. Талдычу я вам, талдычу, как заведённый попугай, что приманивают реальные имена всякое ненужное. А вы что?

– Я понял, – Дед сел на постели, завернувшись покрепче в плед, поглядел на брата.

– Да жив он, жив, – ехидно заметил Ян Карлович, – правда, я бы на его месте в себя пока не приходил.

Ромка между тем и Коршуна, и врача слышал.

“Значит, все же надо думать о себе как о Лисе, – сделал вывод он, – бегать по всему городу от местного апокалипсиса мне не понравилось”.

Он осторожно приоткрыл глаза, Речка гладила его по волосам. Не орала, не ругалась, и в ужасе не отшатывалась. Правда что-то бормотала про несчастного идиота.

– А замуж за меня пойдешь? – Лис брякнул то, что первое пришло в голову.

– А, и пойду, – подняла голову она, – только жизнь тебе, касатик, медом не покажется.

– Я готов к трудностям, – широко от уха до уха улыбнулся окончательно пришедший в себя Лис. Дед с кровати хлопнул пару раз в ладоши, а потом сполз на пол, и они все втроем просто засмеялись в голос. От облегчения и какой-то шальной радости. Они же победили.

Старые пограничники только повертели пальцем у виска и тактично покинули комнату.

А им троим казалось, что время замерло в одном моменте, и что мир все-таки схлопнулся в точку.

И когда-то потом Дед все же выучится на врача, уедет из Ленинграда по распределению, и благополучно отработает положенные года три участковым терапевтом. И только тогда поймет, что медицина не его. Правда в этом городе он найдет себе жену, а Ян Карлович ученицу.

Лис когда-то потом будет совершенно так же безнадежно скулить над телом Речки. А потом плюнет и уедет в Свердловск, категорически не желая видеть никакой Ленинград, и принципиально не собираясь туда возвращаться.

Коршун подставится под огневика, который выжжет ему глаза, уедет в глухую деревню и будет там директором в сельской школе. А Дед, нахально ухмыляясь, будет ему сплавлять детей на лето. А дети и знать не будут, что лучший друг Витька и любимый дед Коршун один и тот же человек.

Потом много чего будет, но это будет потом, а пока они сидят в обнимку как воробьи, радуясь, что в этот раз обошлось и все живы.

Глава 11. Не жизнь, а игра «Зарница».

Тренировок было много. Кроме обычного ножевого и рукопашного боя Дед рассказывал про Негород, учил привычкам и разновидностям негородских жителей, среди которых встречалась и откровенная нечисть, помогал справляться с силой и использовать ее: поставить щит, напугать человека или оттолкнуть, выглядеть чуть красивее или , наоборот, сделать так, чтобы тебя не узнали. Это было то, что в книгах называли бы магией. Лиза удивлялась самой себе. Еще летом она готова была поделиться всем необычным, теперь же стала скрытной и помалкивала про происходящее на тренировках.

Звиздец тоже периодически приходил и тренировался с ними, но чаще всего садился в углу и писал что-то в блокноте. Лизка уже знала, что Дед готовит его на место командира в новой группе. С Егором после его возвращения они помирились, правда Лиза сама замечала, как она стала относиться к нему по-другому. Куда-то ушла восторженная влюбленность и мечты провести остаток жизни с ним рядом, сменившись чем-то похожим на товарищество, появилась некоторая отстраненность. Раз она пошла за разъяснениями к Деду, тот потрепал ее по плечу, и сказал, что Звезда просто прекратил быть для нее старшим.

Где-то к середине третьего месяца они узнали, что время в домике, а точнее, на его втором этаже, течёт не так, как снаружи, и они вместо двух часов тренируются по пять, а то и целый день, если не два.

– Дед, ну зачем? – взвыл Зараза. С прозвищем тут был только он и Лизка. Еще Медведь, у которого оно было по жизни, поэтому не считалось. Её после того сна так и начали звать Речкой. Сначала Егор, а затем и Дед.– Ты нас на кого готовишь? На суперменов? На охотников за приведениями? Не жизнь, а игра «Зарница»

Дед смотрел на огневика философски. С исследовательским интересом.

– Думаешь, что уже много знаешь? Ну что ж, – Он задумчиво цокнул языком и нехорошо прищурился. – Попробуем так. Звезда!

Полусонный Егор оторвался от вычерчивания какой-то схемы.

– Поиграем. Вы впятером против Звезды. Три попытки. Вы выигрываете, если кто-нибудь из вас его коснётся. А вот кого коснется Звиздец, тот убит, то есть выбывает из игры. Он выигрывает, когда убиты все. Правила понятны?

– Впятером? На одного. Ты издеваешься? – взвыл тот же Зараза.

– Конечно, только не так, как ты думаешь, – Дед ухмыльнулся, – Звиздец, полный карт-бланш. Что ты так смотришь? Калечить не надо, бей аккуратно, но сильно. Начали!

Егор нехорошо прищурился, и тут Лизе первый раз показалось, что она знает, что он сделает. Он что-то сотворит с окружением…

И правда: воздух начал потихоньку становиться вязким и плотным, ходить в нём стало совершенно невозможно. Дышать тоже. А Звезда спокойно подошёл и коснулся всех, замерших в непонятных позах, по очереди. Всех, кроме Лизы, которая в самом начале, подпрыгнув, выставила щит пузырём. Правда, не удержалась и покатилась в нём по залу, укатившись в угол.

– Куплю зорб для передвижения по городу, – прокомментировал Дед. – Речка, молодец, но выбываешь всё равно. Снимай щит. 1:0.

Вторая попытка больше напоминала драку, чем первая: Звиздец вызвал воздушные плети, и от них приходилось уворачиваться и прыгать по всему залу. И опять Лиза поймала ощущение, что она знает, что сделает Егор. Это ей и позволило подобраться к нему со спины и напрыгнуть, сбив с ног.

– Однако. 1:1. – Группа, которую Звиздец заставил побегать по стенкам, вымученно улыбалась.

А на третий раз Звиздец сделал что-то вовсе невероятное: он просто превратился в серый туман и растёкся по полу. Встали все. Лиза ощутила, как её хватает за ноги вполне осязаемая рука с холодными пальцами.

А потом туман исчез, собравшись в абсолютно целого и невредимого Егора.

– Звезда, это что было? – закашлялся Дед, – не потрудишься объяснить?

– А я теперь так могу. И так, – он пожал плечами, исчез и возник в другом конце зала. – Лис говорит, что это теневые способности. Я как Дуб не телепортируюсь, если что, я просто очень быстро хожу.

– Потом поговорим. - Дед выглядел совершенно ошарашенным.– ходит он, видите ли. быстро. Предупреждать надо.

– Со мной, кажется, тоже потом, – вылезла Лиза.

.– И с тобой поговорим. Со всеми поговорим. Зараза, ну как тебе? - “заботливо” поинтересовался он у зеленоволосого.

– Я беру свои слова обратно, – он виновато отвел взгляд, – А как он так сделал с воздухом?

– Я же дружу с ветром, – улыбнулся Звезда, решив не вредничать. – Просто изменил плотность. Я иногда, когда народу на улице нет, до нужного места на воздушных потоках доезжаю, как на такси. Ещё демонстрации?

- И это не самый сильный и опытный, – приземлил Звезду Дед, но тот не обиделся. – Давайте сразу: у меня задача сделать из вас боевую группу, каждый член которой может драться примерно так же, как Звезда.

– Это как работа, получается, – почесал голову Медведь.

– Это и есть работа, и платим мы прилично, – хмыкнул Егор. – Я работаю сразу на двух, просто потому, что не зря же я в институте-то учился? Ради удовольствия, на полставки. Позвольте представиться: Охранное агентство "Рога и копыта", всё официально.

Группа засмеялась.

– Это маскировка такая, от тех людей, которые Негород не видят, – пояснил Дед, – Специально даются объявления с максимально подозрительной информацией. У Дорогого мироздания куча офисов с "работой на работе, оплата деньгами", или же рекламы плохого Оракула. Целители тоже извращаются, как могут.

– А Дорогое мироздание это что? – Лиза прослушала это в лекциях и решила уточнить.

– Негородская канцелярия по урегулированию обоих реальностей1, – скривился Дед и укоризненно покачал головой. Точно рассказывал, – По сути оно самое и есть. Следят за судьбами людей, балансом сил в мире, за нашей маскировкой и считают себя местной властью. Ладно, всем по домам. А вас двоих я попрошу остаться, вместе поедем.

– Катаемся, или домой? – Дед подождал, пока они заберутся в салон. – Кого куда?

– Всех ко мне, – Звезда поглядел на устроившуюся на заднем сиденье девчонку.

После того, как Лизка достала его с того света он как-то прекратил за нее бояться и считать, что подруга детства лишняя в команде бойцов. Она стала частым гостем у них с Леркой, иногда оставалась ночевать и, самое главное, готовила. В эти дни Егор благородно спал на полу, уступая ей кровать. Отношения их стали ровнее и равнее: считать ее мелкой уже было как-то глупо. Лерка только, иногда неодобрительно чихал, но молчал. Вероятнику виднее, где и что пошло не так. Парни ее приходы любили и очень меркантильно радовались исчезновению пельменной диеты.

– Даже так… Рассказывайте.

– У меня такое ощущенине, что я в бою знала что делает Е… Звезда. Когда он воздух сгустил, я чётко поняла, что он окружение поменяет.

– Только Звезда? – взгляд у Деда стал острее. – Никаких имен.

–А других я и не пыталась, – честно призналась Лиза, – они же против меня не дрались

– Легко исправить. Поэкспериментируем.

У Деда слова с делом не расходились: заехал на какой-то пустырь. Поставил перед ней друга.

– Задача такая. Когда я скажу, Звезда сделает какое-то действие. Любое. Отвернётся, подпрыгнет, присядет. А ты мне перед этим скажешь, какое. Концентрируйся на нём.

Егор, как Егор. Выражение лица скептическое и слегка уставшее. И тут она осознала, что он поднимет руку. Она дёрнула Деда за рукав.

– Смс-ку напиши. Написала? Умница. Звезда, давай.

Угадала. Дед прочитал и одобрительно присвистнул.

- А теперь меня.

Дед был как гранитная скала. Просто никакой. Спокойный. Но, вроде бы, шагнёт вперёд. Или подпрыгнет. Если честно, то она понятия не имела, но очень не хотелось опростоволоситься. Она быстро написала ответ, и отослала. Дед шагнул назад, посмотрел смс, невозмутимо пожал плечами

– Почти угадала. 2– подмигнул ей Дед, Лиза почесал в затылке и, жутко стесняясь своей смелости призналась.

– Я тебя наобум написала. Ты как скала гранитная

– Если способность появляется с одним, то и с другими рано или поздно проснется. – Оптимистично заключил тренер. – Может быть.

–Это вероятности как у Лерки?

– Нет-нет, – Дед замотал головой – Не совсем это, более адресно и точечно. Я бы сказал, что это настройка на определенного человека. Лерка так не умеет, у него дар глобальнее работает. Так, а у тебя, Звиздец, что?

– Лис говорит, что после боёв с тенями я сам немного стал тенью. – Звезда светился от радости и гордости, – Он меня опять учит. Я могу становиться туманом и насылать кошмары.

– Лис, – помрачнел Дед. – Ладно. Пусть учит. Поехали. Я в твоих новых способностях не знаток, но спасибо, что сказал.

К Лерке они добрались уже за полночь. Рыжий был явно не в настроении и очень хмуро косился на Деда. Он как будто хотел что-то сказать, еле сдерживался, но в итоге возмущение всё же прорвалось.

– А ты опять тут ночевать остаёшься, да? – подросток глядел почти враждебно.

– Лер, это его квартира, так-то, – осторожно напомнила Лиза.

– Какая разница! Нельзя так! – он пулей вылетел из кухни.

– Стесняюсь спросить, а кто-нибудь что-нибудь понял? – первым отмер Звезда.

– Пойду разбираться, – Дед с тоской покосился на тарелку: – После войны во мне проснулась неиссякаемая любовь к еде, а тут отрывают.

Мальчишка нашелся у себя в комнате, и глядел волком.

– Пойдём на балкон. Я сказал, пойдём, поговорим. – На балкон подростка пришлось затаскивать силком. Дед вытащил кисет, взял листок из стопки старых газет, вечно живщих на табуретке на этом балконе и начал набивать себе козью ножку. Он курил редко, но метко. – Что случилось?

– Ничего! Ты всё портишь! – Лерка попытался рвануть к выходу, но был перехвачен.

– Ле-ра. Последний раз я тут был, когда принёс Звезду. Просвети меня, когда это я успел? Что именно я тебе испортил?

– Не мне, Звезде, – всхлипнул мальчишка.

– Замечательно. Очень интересно, но ничего не понятно, но очень интересно.

– У вас с Лизой вероятность брака сто процентов.

— Уже понятнее, – Лерку пришлось подбадривать. Рыжий закусил нижнюю губу и смотрел жалобно-затравленным взглядом как на допросе. – А Звезда…

– А Звезда её любит. – всхлипнув, признался Лерка.

– Рад за него. – Деду неудержимо захотелось даже не засмеяться, а заржать, но рыжего было жаль. Ребенок относился к увиденному максимально серьезно, – А у него вероятки брака были?

– Были, но он вилку прошёл, и теперь нет.

– Ле-ра, объясни мне быстро, почему вилку прошел Звиздец, а виноват, при этом, я?

– У тебя они тоже есть, – неуверенно выдал мальчишка.

– Ребёнок, – Дед устало вздохнул, – то, что есть вероятность, это не означает, что я прямо сейчас пойду и поведу её под венец. Это раз.

Лерка недоуменно моргнул. Дед мученически вздохнул. И он еще не самый худший ученик.

– Так же это не означает, что я об этом в курсе. Это два.

– То есть, у тебя с ней нет никаких отношений? – во взгляде появилась надежда.

– Ле-ра. Она боец из моей группы. Я её учу, это сойдёт за великую любовь? То, что я ее привожу второй раз, это просто потому, что в первый её до слёз довёл Звезда, и мне пришлось ее отвлекать, рассказывая про Негород. Не прошло и часа, как он влип, и его надо было срочно везти сюда, ну и девочку заодно, у нее комендансткий час в общежитии. Не оставлять же на дороге. А во второй раз этот же самый Звезда попросил отвезти их сюда. Сам.

– Я понял…

– А Звиздецу, если уж на то пошло, совершенно не следовало на девушку орать и обзывать её дурой и бездарью, если уж он так "её любит".

– Извини, – буркнул Лерка, потом неожиданно сделал шаг вперёд и ткнулся Деду лбом в плечо, тот привычно его приобнял. – Я совсем дурак?

– Нет, ребёнок, не дурак. Ты просто слишком много ненужного видишь и знаешь, – он слегка подул Лерке на волосы. – Теперь тебе не больно?

– Наверное уже нет. Просто Гошка хороший, и…

– И ты хочешь, чтобы он был счастлив. И пытаешься добиться этого всеми методами. – Кивнул Дед, – Бывает так, что иногда люди совершенно не хотят, чтобы их осчастливливали. А то и сами могут разрушить это счастье Случайно. Пойдём спать. Если хочешь, я уеду. Легче будет?

Лерка кивнул.

– Только доем сначала, вкусно же. Речка готовит? Лучше, чем ваши вечные пельмени.

– Они мне уже поперёк горла стояли, – с чувством признался рыжий.

После еды Дед немного понаблюдал, как Лиза стелет диван, а Егор, соответственно, пол.

– Народ, к чему такие жертвы? Тут, на секундочку, ещё одна комната с кроватью, имеется. – Он перекинул Лизке ключи, – спросили бы сразу. Лера, не смотри на меня так. Я не буду делать из комнаты братца живой памятник. Я ее запирал просто потому, что она особо никому не нужна. Ну и пара вещей, в которые нельзя соваться любопытному носу вероятника там тоже были, но я их заберу.

Интермедия. Лерка

Семь лет назад

–Братец, – звонок Лиса застал Деда в самый неожиданный и местами судьбоносный момент. Он только решил бросить все, выдернуть сына из книг ( собаку и дочь выдергивать не надо, сами справятся) и уехать в лес, – а ты не хочешь сходить со мной на рынок? Там шевелюга необыкновенная завелась.

Дед, конечно, поворчал, потом поругался, душераздирающе вздохнул, ответственно подумал все же послать брата, но в итоге все-таки согласился. Лис попусту воду мутить не станет. Остается только надеяться, что ничего серьезного и команду вызывать не нужно. По рынку они бродили часа два, пугая народ и возмущая продавцов. Дед уже начал сожалеть о бездарно потраченном времени, но тут Лис остановился и ткнул в кого-то пальцем.

– Смотри внимательно. – Лис указал подбородком на вертящегося возле прилавков беспризорника. Пацаненок был рыжий и мелкий, очень голодного вида и в грязной одежде, смотрит искоса как звереныш. – Вот он крутится у человека. Человек роняет кошелек, а мальчик будто бы случайно подбирает и, разумеется, не собирается возвращать. И это уже раз пятый только за этот день

– Ты хочешь сказать, что он знает, что человек сейчас потеряет деньги? – Дед нахмурился, – Для пограничника рано. Сколько ему? Девять-десять?

— Хуже. Я боюсь, что он пошел дальше и подталкивает человека к этому. Третий день наблюдаю, – Лис покачал головой, – Исключения бывают в любом правиле. Давай на живца.

Объяснять долго Деду не потребовалось.

Если бы Лерку попросили пояснить, как он это делает, он бы не смог. Вот он просто ходит за человеком и знает, точнее, видит, что тот может потерять деньги или упасть или еще что-нибудь эдакое важное произойдет. Как будто над этим незадачливым (конечно, раз Лерке попался!) растяпой появляется ниточка с событием, а если за нее взять и потянуть на себя, то ниточкино событие гарантированно произойдет. А мальчик рыжий совсем даже и не причем, просто через пять минут случайно подобрал уроненное. Ничейное. Вот, например этот беспечный, хотя и седой мужик. Ниточку тянем, карман рвется, а он … почему-то не идёт дальше .

–Есть, – падающий кошелек седой подхватил у земли. А Лерку, рванувшегося куда то вбок, кто-то схватил за шиворот. Этого дядьку он тоже видел. Все время ходил и что-то выслеживал.

– Пустите, спасите!! Убивают!! – Причитать он умеет очень громко и жалобно, кое-кто даже начал оборачиваться.

–Будешь орать, вызову полицию, – голос державшего его за шкирку мужчины был сух и холоден.

– Не поверят. – Лерка вскинул голову и с вызовом улыбнулся. Подумаешь, кошелек подобрал, за это разве только пальцем погрозят. – Я ничего не сделал.

– Мы вызовем такую, которая поверит, – это уже подошедший седой с хищной, Лерке даже показалось, что клыкастой улыбкой. – Лис отпусти.

Лерка рванул во весь опор, но был схвачен за плечо буквально через пару секунд. Больно. Он скосил глаза на руку и чуть не заорал, увидев когти. У людей такого не бывает. Седой поудобнее перехватил его за воротник, слегка уколов кожу.

– Бежать не советую, я быстрее. – В этот раз зубы были совершенно точно острые. – Да не кричи ты, я детей не ем.

В этот раз выпущенный мальчишка не думал убегать. Пока Дед отряхивал, убирал когти и разминал руку, он внимательно посмотрел сначала на одного брата, потом на другого. Слегка прищурился.

– Я же у тебя буду жить, да? – он ткнул пальцем в Лиса, затем в Деда,– а потом у тебя.

Братья переглянулись. Ошибки быть не могло. Взгляд у него был недетский, серьезный и как будто вглубь себя. Вот примерно так и смотрит весь Отдел Вероятностей.

– А почему? – ради проформы поинтересовался Дед.

– А он умрет и квартира твоя будет, – Бесхитростно пояснил ребенок, Дед мысленно проклял эту несчастную детскую непосредственность и пнадеялся, что мальчишка не раздает предсказания на каждом углу, – получается у тебя.

– Наш клиент, – хором подытожили близнецы. Дед явно дергалсяи нервничал от всего диалога, а Лису было все равно. Умрет так умрет. Все когда-нибудь умирают. Даже пограничники.

– А почему, кстати, тебе достанется? – в голосе мальчика прорезалось любопытство. От Корректора тут был только взгляд: внимательный и бесстрастный. А сам мальчишка был любопытный, пытливый и слегка бестактный как и все дети. – Вы родственники?

– А ты присмотрись, - от души посоветовал Дед, – иногда помогает. Все, тише.

– Здравствуйте, дорогое мироздание. Лис беспокоит. Викторыч не нуди, что значит достала эта шутка? Ничего ты не понимаешь в юморе. У нас тут твой клиент. Мальчишка видит вероятки и корректирует. Взгляд ваш фирменный. Сколько? Мелкий, тебе лет сколько?

–Почти одиннадцать. – Лерка десятым каким-то чувством ощутил, что именно в это момент решается его судьба и всяко ему будет лучше, чем сейчас, поэтому решил резко сделаться послушным.