Хроника Антирусского века. Т.6. Закат Союза нерушимого

Препятствия этому возрождению я вижу два. Во-первых, нераскаянность нашего народа и натиск непомерных искушений в виде распущенности, безстыдства, пьянства, наркомании…

…(Во-вторых) злые силы столько потрудились, чтобы сокрушить Православную русскую державу, что для них возрожденная Россия – это ночной кошмар с холодным, леденящим потом. Один не то депутат, не то сенатор здесь, на Западе, заявил цинично: «Мы не допустим такого».

Что это значит?

Будут брошены все силы, миллиарды золота, лишь бы погасить пламя Русского Возрождения. Вот перед чем стоит сейчас Россия. Это почище Наполеона, Гитлера. Но если с нами Бог, то чего нам бояться? Все же только в этом и ни в чем другом. Итак, всем русским людям я хочу напомнить слова преподобного Серафима Саровского: «Спаси свою душу, и тысячи спасутся вокруг тебя». Мы же часто по своей деятельности уподобляемся евангельским словам о том человеке, увлекающемся желанием объять весь мир, губя свою душу».

В 1990 г. в Монреале на VI Всезарубежном съезде православной молодежи под руководством митрополита Виталия был принят документ с предупреждением: «Мы обращаемся прежде всего к соотечественникам в России: сегодня важно не только против чего, но и за что ведется борьба. Для проведения оздоровительных реформ необходимо осознать происшедшее не в рамках последних 73-х лет, а в масштабе нашей тысячелетней христианской государственности – с учетом чужого опыта. Этот опыт поучителен: при утрате абсолютных ценностей деградация общества может наступить и в условиях свободы. Мы считаем, что России нужно не копировать чужие модели с присущими им пороками, а возродить отечественную православную традицию. Стержнем Российского государства и его культуры всегда была Церковь, поэтому оздоровление церковной жизни мы считаем основой для любых перемен».

В 1981 г. произошло событие, имевшее огромное значение для всего православного мира, но в первую очередь для Русской Церкви. В РПЦЗ состоялось прославление сонма Новомучеников и Исповедников Российских во главе с Семьей последнего Императора. Работа по прославлению была фактически начата еще в 1949 г., когда увидел свет первый том книги протопресвитера Михаила Польского «Новые мученики Российские». Официально этот вопрос был поднят на Архиерейском соборе РПЦЗ 1971 г. Десять лет потребовалось, чтобы очередной собор под председательством митрополита Филарета (Вознесенского) принял официальный акт канонизации. В России аналогичный акт был принят лишь 19 лет спустя, в 2000 г.

В день прославления Новомучеников владыка Филарет говорил: «…если наша Родина впервые показала миру такую страшную хулу, страшное богохульство и безумный бунт народа, который в ней утвердили захватившие власть разбойники, хотя осквернилась земля этой страшной, небывалой в истории человечества хулою, но кровь святых мучеников и исповедников обильно оросила землю Российскую и очистила нашу Родину от этой скверны ея. И вот мы с вами ныне празднуем их прославление. Еще раз повторяю: прославляем, конечно, их не мы. Они – у Бога святы, Бог их увенчал, а Церковь своим прославлением указывает только на то, что это – новые святые угодники Божии, к которым теперь можем мы молитвенно обращаться, как это принято по уставу Церковному. Так вот, будем помнить еще вот что: когда-то святитель Феофан Затворник кому-то писал: «Настоящее прославление святых и настоящее их поминовение заключается не только в том, чтобы им молиться или их хвалить, восхвалять, а в том, чтобы подражать их жизни и подвигам». Наши собратья, которые этим подвигом перешли в загробный мир и теперь прославлены, они были люди такие, что, именно вот, когда пришла пора тяжкого и страшного испытания, они оказались верны Богу и Божией правде….

…Мы говорили вчера о том, что никогда еще в истории человечества зло не обрушивалось с такой яростью на Церковь Христову, как это было в России. Но сбылось слово Спасителя нашего! Он сказал: создам Церковь Мою, и врата ада, то есть, все адские усилия, – не одолеют ея. И вот – не одолели. Этот сонм мучеников, которые сохранили верность Христу, указывает на победу Церкви над этим злом, над этой злой атакой, над этим разливом зла. Вы знаете, как бывает на океане, когда буря выходит: могучие валы, целые водные горы набрасываются на скалы, а скалы стоят твердо, непоколебимо, и эта налетевшая громадная волна бессильно разбивается и откатывается назад. Вот так же и они разбивались и будут разбиваться, потому что, повторяю, верно слово Христово. Церковь Христову не одолеют никакие темные силы, а мы с вами только должны заботиться о том, чтобы поучаться примеру наших мучеников и исповедников и так же хранить верность Господу всегда, везде и во всем, как они хранили».

Торжество прославления Новомучеников состоялась в преддверии 1000-летия Крещения Руси. Эту дату готовились отмечать во всех частях разделенной Русской Церкви. В 1986 г. во время избрания владыки Виталия (Устинова) первоиерархом РПЦЗ архиепископ Антоний (Бартошевич) предрекал: «Тысячу лет мы живем христианами, что должны показать не на словах, а на деле. Этот юбилей мы должны провести здесь так, чтобы он был юбилеем и там, на Родине. Там запретят празднование, или позволят, сведя его на нет, и то – под издевательства и угрозы советской прессы. Только отсюда услышат наши порабощенные братья голос Русской Церкви. Твой голос, Владыко, как Святителя Божия».

Владыка Антоний ошибся: тысячелетие Крещения Руси стало первым церковным событием, которое в СССР отмечалось и как общественное. В рамках этих торжеств состоялась официальная передача комплекса строений московского бывшего Данилова монастыря для создания на его территории «Духовно-административного центра» Московского патриархата, были открыты Оптина пустынь и Толгский монастырь, Церкви вернули часть строений Киево-Печорской Лавры. В СМИ начали выходить материалы об истории Церкви, о ее святынях и святителях, о большевистских гонениях на нее. В эту пору документалисты успели запечатлеть последних свидетелей страшных лет, уцелевших в лагерях монахинь и священников, сохранив для потомков их живые образы и слово.

В Гдове усилиями о. Михаила Женочина и верующих мирян началось строительство первого храма в честь Державной иконы Божией матери, что была чудесно явлена сразу после отречения Государя в 1917 г. «Совершая пастырское служение в маленькой церкви села Кярова, – вспоминал батюшка, – я наткнулся на письмо, написанное карандашом председателю Совета Министров Косыгину. В нем около 500 человек слезно умоляли разрешить строительство церкви в Гдове. Никого из этих людей давно уже нет в живых, но я, пробираясь на приход про пояс в снегу (совершал я богослужение при температуре минус семнадцать градусов), мечтал о построении храма во Гдове.

Не за деньгами, а за духовным советом я поехал к старцу Николаю Гурьянову на остров Залит (Талабск). Вместе со мной было два священника с прихода Кобыльего Городища. Батюшка приветливо встретил нас, усадил за самоварчик, и я еще не произнес ни слова, а он неожиданно для всех нас спросил: “А храм-то во Гдове строится?” От такого вопроса мы чуть не потеряли сознание, ибо стали свидетелями явного дара прозорливости старца. Он ушел в свою маленькую комнату и, вернувшись, дал мне пожелтевший пакет, в котором лежала одна тысяча рублей (по курсу того времени – более одной тысячи долларов). Я принял его с верою, как залог того, что храм будет и деньги не оскудеют, как масло в кадке Наинской вдовы времен Илии Пророка. Возвращаясь к самовару, старец неожиданно насыпал мне в кружку до самого верха сахара. “Что, батюшка, горького много будет мне в жизни, – спрашиваю я, – что так усладить хотите?” Внешняя уверенность старца укрепляла мои силы…»

Новый храм решено было строить на месте разрушенного во время войны древнего собора вмч. Димитрия Солунского. О. Михаилу удалось найти его фундамент. При раскопках были обнаружены братские могилы 30-х годов – в ту пору в Гдовской крепости находилась тюрьма НКВД… Чиновники запретили восстанавливать храм, мотивируя это тем, что приход своими силами не сможет воссоздать в крепости памятник архитектуры в стиле XVI века. Тогда о. Михаил отправился в Псковское Управление культуры и заявил: «Мне все равно, какое решение вы сейчас примете – поддержать верующих или запретить, только знайте, что храм в Гдовской крепости непременно будет. Даже если вы примените слезоточивый газ и брандспойты. Вы будете разгонять, а мы будем строить».

Строительство началось наперекор всему. Своими силами. Своими руками. На пожертвования верующих подъяремной России и русского рассеяния. В Эстонии арендовали цех, где во вторую смену стали изготовлять кирпичи. Средства на благое дело жертвовали Псково-Печерский монастырь, немногие существующие приходы, город Остров, иерархи и священники РПЦ, а также русские эмигранты. И, конечно, простые верующие, отдававшие подчас последнюю лепту на дом Божий…

С 1988 г. о. Михаил проводил богослужение в деревянной избе. Но некие злодеи подожгли его. Чудом молитвенный дом уцелел. «Удивительно, что огонь прекратился возле диванчика, накрытого ковриком отца Николая, – как-то, в очередной мой приезд на остров Залит, батюшка подарил мне коврик, сказав: “Может быть, где-нибудь пригодится”. Вот и пригодился…», - вспоминал батюшка.

Первый предел нового храма был освящен в 1991 г., а к 1993 г. работы были завершены полностью.

В Киеве, Москве и Ленинграде прошли три международные научные конференции, посвященные деятельности церкви за всю ее тысячелетнюю историю. В них участвовали отечественные и зарубежные богословы и светские ученые. Академик Борис Викторович Раушенбах, один из основоположников советской космонавтики, написал статью, посвященную крещению Руси и его значению для древнерусского государства. Эта работа была переведена на десятки языков и опубликована во всем мире.

Борис Викторович принял Православие лишь за три года да кончины, в 1997 г., но серьезно интересовался им еще с 70-х. Его перу принадлежат работы о догмате Троицы и Андрее Рублеве, чья «Троица» вдохновила великого ученого на написание книги «Системы перспективы в изобразительном искусстве. Общая теория перспективы». Научный подход преобладал и при анализе догмата Троицы. «Меня интересовал чисто теоретический вопрос: может ли формальная логика допустить существование Троицы, - вспоминал Раушенбах. – Вроде бы это абсурд: один объект – и вдруг три объекта. Но, к своей радости, я обнаружил, что подобное в математике есть. Вектор! Он имеет три компонента, но он один. И если кого-то удивляет троичный догмат, то только потому, что он не знает математики. Три и один – это одно и то же!» Впоследствии советский академик, научно обосновавший истинность христианского вероучения, размышлял в разговоре с писателем Дмитрием Ореховым: «Мне кажется, оппозиция между наукой и религией возникла в XVIII веке во Франции. Энциклопедисты, выступая против королевской власти, выступали и против Церкви, которая стояла за корону. Именно они породили агрессивный атеизм. Его приняли на вооружение в СССР, и отсюда нынешнее невежество. Лично я часто сталкивался с этим в Академии наук, в разговорах с коллегами. Зная, что я кое-что понимаю в богословии, они иногда обращаются… Я просто поражаюсь их дремучему невежеству!.. …Атеизм ввели в Советской России, не понимая всю глупость этой затеи… …Они хотели заменить христианское мировоззрение научным. Но ведь научного мировоззрения не бывает, это чушь и собачий бред! Наука и религия не противоречат друг другу, напротив – дополняют. Наука – царство логики, религия – внелогического понимания. Человек получает информацию по двум каналам. Поэтому научное мировоззрение – обкусанное мировоззрение, а нам нужно не научное, а целостное мировоззрение. Честертон сказал, что религиозное чувство сродни влюбленности. А любовь не побить никакой логикой. Есть другой аспект. Возьмем приличного, образованного атеиста. Сам того не понимая, он следует установлениям, которые возникли в Европе в последние две тысячи лет, то есть христианским правилам».

Тысячелетие Крещения Руси было признано ЮНЕСКО «крупнейшим событием в европейской и мировой истории и культуре», что придало дате уже общемировое значение. Этот фактор сыграл важную роль в том, что коммунистическая власть вынуждена была отступить от официального атеизма. Празднование охватывает всю страну. Церковь, которой еще вчера лишь милостиво дозволяли существовать, порицая тех, кто искал в ней спасения, вдруг обратилась серьезной общественно значимой силой. В ходе встречи Горбачева с Патриархом Пименом в Кремле было получено разрешение на строительство в столице нового храма в честь Тысячелетия Крещения Руси. В Оружейной палате Московского Кремля состоялась торжественная передача РПЦ священных реликвий, хранившихся в музейных фондах. Патриарх и ряд высших иерархов были награждены государственными орденами.

На празднование прибыли делегации из 89 стран, включая глав практически всех Православных Церквей. Только иностранных журналистов для освящения торжеств прибыло без малого 500 человек. Многие юбилейные мероприятия транслировались по центральному телевидению СССР. Отметиться в них поспешили многие известные люди, включая популярных эстрадных исполнителей.

Одним из значимых событий юбилея стала попытка патриотической общественности установить памятник Сергию Радонежскому в с. Городок (Радонеж). Как сообщает Большая Энциклопедия русского народа «Святая Русь», «организаторами похода на Радонеж были О.Облоухов, И.Сычев и В.Клыков (автор скульптуры), участвовали В.Осипов, Т.Пономарева, юрист и демограф Г.Литвинова, искусствовед В.Брюсова, писатели Д.Жуков, А.Онегов (Агальцев), О.Платонов, кинорежиссер Н.Бурляев, отставной полковник танковых войск Е.Левшов. Всего в акции приняло участие около 500 человек. Им пришлось пробиваться через множество кордонов КГБ и милиции, стоявших между станцией Абрамцево Ярославской ж.д. и с. Городок, но установке памятника воспрепятствовали власти. Тем не менее этот поход стал одной из героических страниц русского патриотического движения». В итоге власти даже «арестовали» и увезли с места событий памятник. По воспоминаниям Т. Пономаревой, «Ленинский райком КПСС города Москвы срочно мобилизовывал добровольцев для контрдемонстрации против церковников и их приверженцев…

Вячеслав Клыков, который на грузовой машине вез свое творение к Городку-Радонежу, был, подобно одному из литературных героев Салтыкова-Щедрина «изловлен на выгоне капитан-исправником и паки выдворен на жительство», вернее, остановлен милицией на 24-м километре от Москвы и развернут обратно!..

…После того как «Московская правда» дала опровержение с заглавием «Демократия – это не самоуправство», не замедлила последовать и разборка в ЦК КПСС с соответствующими оргвыводами.

И, конечно, были наказаны самым жестоким образом главный редактор газеты «Московская правда» М. Н. Полторанин, его заместитель В. А. Логунов, сотрудник отдела культуры Т. С. Сергеева… Что же, сегодня мы можем сказать: в тот раз пострадали они действительно за правое дело.

А всего через полгода вышло Постановление Совмина РСФСР, согласно которому памятник преподобному Сергию Радонежскому работы Вячеслава Клыкова должен был быть все-таки установлен. Но это уже совсем другая история…»

Выдающемуся русскому скульптору Вячеславу Михайловичу Клыкову суждено было стать одним из лидеров русского движения в грядущем десятилетии. Выходец из семьи курских крестьян, он создал более двух сотен скульптур, из которых наиболее известны памятники Святому равноапостольному великому князю Владимиру в Белгороде и Севастополе, преподобному Илье Муромцу в Муроме, Святому благоверному великому князю Александру Невскому в Курске, преподобной великой княгине Елизавете Федоровне в Марфо-Мариинской обители в Москве, Святым равноапостольным Кириллу и Мефодию в Москве на Славянской площади (сама площадь получила свое имя также по инициативе Клыкова), А.С. Пушкину в Тирасполе, адмиралу Колчаку в Иркутске, Николаю Рубцову на Вологодчине, Василию Шукшину на Алтае, Ивану Бунину в Орле… Также скульптор создал первый на родине памятник Николаю Второму – в с. Тайнинское Московской области и в Подольске. Оба монумента были взорваны большевиствующими вандалами, но Клыков восстановил их вновь. Многие памятники он изготавливал и возводил на собственные средства.

В 1989 г. по благословению патриарха Алексия Второго был открыт Общественный Международный фонд славянской письменности и культуры, Президентом которого вплоть до кончины был Клыков. По инициативе Фонда в последующие годы был проведен международный конгресс славянских культур и съезд триединого Русского Народа, праздник славянской письменности и культуры 24 мая стал государственным, основано Всероссийское Соборное Движение…

«Говорят о том, что Россия и народ не созрели для введения той формы правления, которая всегда была в России, – скажем, монархия православная или самодержавие православное. Господа, если понимать народ в его историческом единстве, то русский народ без малого тысячу лет жил при государе-императоре и только 70 лет с небольшим – в беззаконном государстве. Вот почему настала пора принимать реальные решения и усилия к тому, чтобы воспользоваться исконно проверенным инструментом государственного строения – собрать Всероссийский земский собор, который в истории не один раз выводил русских людей и русский народ из смуты. Хорошо было бы наметить эту цель и на Всемирном русском народном соборе. Восстановление законной российской государственности и становление государства, которое бы являлось действительным правопреемником тысячелетней России, – это очень важный момент по объединению всех народов России и прежде всего русского национального самосознания.

Когда спрашивают, что такое национальная русская идея, то каждый придумывает ответ самостоятельно или коллективно в своем институте. А ведь нет у нас другой идеи, которую мы обрели в тысячелетиях и которая заповедана нам Господом Богом. Православие, самодержавие, народность – вот она, русская идея. И не нужно ничего выдумывать, уклоняться от этого, подменять эту истину многообразием лжи.

Когда мы призываем в молитвах утренних: «Как на небеси, так и на земле: Господи, приди в царствие твое, яко на небеси и на земле», – это и есть то самое царство. «Бог отец, Бог сын, Бог святой дух». Так и на земле: православие, самодержавие, народность. Только эта скрепа позволит соединить разрозненное ныне наше национальное сознание. Только этот закон может воспитать национально мыслящих политиков, лидеров. Только это позволит привести страну к миру, к его обретению. Пока не будет этого, церковь будет сама по себе, правительство и руководство сами по себе, народ сам по себе. И каждый по отдельности обречен хиреть, слабеть, вырождаться.

Великая сила – закон, который обретен и выстрадан русским народом в тысячелетиях. Вот почему русский народ не участвует сегодня в делах тьмы и не бежит, как говорится, «задрав штаны», за демократической перестройкой. И напрасно некоторые продажные средства массовой информации говорят о том, что «все стабилизируется у нас, и народ соглашается, принимает участие в этом». Нет, народ просто замкнулся. Он смертельно устал от коммунистических экспериментов вчера и демократических сегодня. Он просто стоит на том, чтобы выжить в этой ситуации, и молчит до поры до времени, не участвуя в делах тьмы и лжи.

Давайте совместно, единым соборным мнением приблизим это время для того, чтобы в русском народе раскрылись те потенциальные возможности и тот божественный промысл о нем, который был заложен изначально Господом Богом»,

– так говорил В.М. Клыков в 1995 г. на Всемирном Соборе русского народа.

Не менее знаковым событием, чем установка памятника Преподобному Сергию стала выставка в Манеже Ильи Сергеевича Глазунова, прошедшая в 1986 г. Громадная очередь тянулась, чтобы надышаться русским духом, это было настоящее паломничество, именно так паломники часами стоят в ожидании своего череда прикоснуться к святыне. Выставка Глазунова стала явлением в жизни русского народа, свидетельством бытия русского народа, откровением о русском народе и России. И – в атеистической стране! – о Христе.

На сломе эпох Илья Сергеевич был одним из символов русского монархического движения. Тогда же он создает свою академию живописи, дабы взращивать в ней молодую поросль живописцев в русском духе, в знании и любви к родной истории. Он стремился к тому, чтобы не просто научить молодых живописцев мастерству, но напитать их души. Любовью к России и своему народу. Знанием истории его. Верой. Русскостью. Большинство крупных живописцев, заявивших о себе на рубеже веков, будут именно «птенцами гнезда» Глазунова.

В 1991 г. состоялся первый Царский Крестный Ход – от Ганиной ямы к Алапаевской шахте. Одна из его организаторов писатель и общественный деятель Валентина Дмитриевна Сологуб вспоминает:

«Скорбные торжества начались в Екатеринбурге накануне, 15 июля. На месте захоронений расстрелянных жертв большевистских репрессий, находящемся на отдаленном, заросшем травой и кустарником участке кладбища, расположенного рядом с Иоанно-Предтеченским храмом, поставлены два самодельных деревянных креста – «Невинно убиенным за веру Христову» и «Святые мученики, молите Бога о нас!»… …Сколько душ покоится в этой, политой невинной кровью земле, никто не знает, только-только начинали тогда открываться расстрельные папки. Один пожилой человек рассказывал, как детьми они бегали на кладбище, и часто слышали с этой стороны выстрелы. Однажды насчитали до ста, а дальше сбились, считать не умели… Накрапывал, похожий на слезы, мелкий дождь, вокруг все замерло, будто остановилось время, прислушиваясь к печальным звукам панихиды, и над этой тишиной плыли к небесам скорбные молитвы: «Со святыми упокой… Где несть ни болезнь, ни печаль, ни воздыхания, но жизнь безконечная»…

На следующий день, 16-го июля, ранним утром собравшись в Иоанно-Предтеченском храме, паломники двинулись на Ганину яму, неся впереди только что вырубленный деревянный крест. Здесь, в Урочище Четырех Братьев, на Ганиной яме, рядом с затопленной с тех времен шахтой, от которой остались выпирающие из земли почти сгнившие бревна и доски, впервые был установлен этот трехметровый покаянный крест. Кто-то из паломников прикрепил к его подножию, размером немного более открытки, бумажную иконку Святых Царственных Мучеников и портрет Государя (найти их в то время было довольно трудно). Потом началась панихида, в которой приняли участие мiряне и духовенство, приехавшие из разных концов Россiи.

Сейчас по этой скорбной тропе, соединившей огромной дугой воедино Ганину яму и Верхне-Синячихинскую шахту под Алапаевском, где погибли от рук большевистских извергов Вел. Кн. Елисавета Феодоровна, ин. Варвара и Члены Царской Династии, идут тысячи и тысячи паломников из разных стран и городов Россiи, и ничто не угрожает их жизни. А тогда, во что сегодня трудно поверить, было очень опасно организовать этот народный Крестный ход, против которого, о чем мы не подозревали, были задействованы значительные силы – органы КГБ, МВД, военные чины, госчиновники на самом высоком уровне и даже некоторые депутаты Верховного Совета – сопротивление, чтобы он не состоялся, было огромное – ну как не вспомнить времена большевиков! Даже тогда, в 91-м году, – через 73 года после царского расстрела! – жители деревни Коптяки, запуганные нагрянувшими накануне, как стало потом известно, чекистами нынешними, боялись показать паломникам дорогу на Ганину яму. На наш вопрос, как нам туда добраться, они молча захлопывали перед нами крепкие ставни и железные ворота… Мы находились в полном неведении: что нам теперь делать, куда дальше идти?.. Но помощь святых Царственных Мучеников пришла… Нашелся хромой старик, житель Коптяков, который знал туда дорогу. Мы с отцом дьяконом упали перед ним на колени: «Дед помоги! Выведи нас на это место!». Старик сказался глухим и еще показал на свою толстую палку: хромой, мол, не сможет идти. У старика, как мы узнали, накануне сгорел дом, он остался без крыши над головой и ему срочно нужны были деньги, чтобы построиться. «Старик, мы тебе денег дадим, только проводи нас!» – закричал ему в ухо Солоухин и, взяв у него кепку, пошел с кепкой по кругу. Старик, которого звали Александр Николаевич (запомнилось как зеркальное отражение имени Царя), что-то быстро сообразил, кивнул головой и бодро зашагал в известном ему с детства направлении: как он сказал, они часто там, на заброшенных шахтах, играли с ребятишками (!!!)…

…Первая панихида по умученной Царской Семье и ее слугам, через 73 года, 17 июля 1991 г… Было такое ощущение, что мы только что Их похоронили: влажная земля, свежий крест, образовавшийся вокруг него могильный холм, и скорбные слезы, которые покрывали наши лица…