Эффект Кроноса: Мткаван

Дверь захлопнулась. В комнате повисла звенящая тишина. Эва опустилась на корточки, подобралась к двери и заглянула в дверную щель. — Что там, Эва? — еле выговорила Анна, сдерживая внезапный тошнотворный позыв. — Жуткий тип, маньяк какой-то, — дрожащим шепотом произнесла Эва. — За дверью солдат. — Он приказал ему продолжить поиски Анаит? — спросила Анна, присев на край кровати. — Нет. Он говорил про коробку и какой-то диск. Анна рефлекторно нащупала карман куртки — диск был на месте. — И что нам теперь делать? Крейн резко подошел к окну и выглянул в щель жалюзи. — Я не верю ему ни на йоту. Он что-то скрывает. Он знает, где она. Он повернулся и, потирая затылок, посмотрел на Анну: — Ты как? На ногах стоять можешь? — Да. Гораздо лучше. — Тогда одевайся. Мы уходим. — Но Крейн… — Эва побледнела как полотно. — Он же ясно сказал ждать здесь! Под дверью охрана! — Плевать я хотел на его приказы, Эва. Я иду искать сестру сам. Вы со мной? Девушки переглянулись. В глазах Анны блеснула ярость. Она молча кивнула. Вырвав иглу капельницы из вены и зажав кровоточащий след ваткой, она быстро накинула куртку. Руки всё ещё дрожали, но медлить было нельзя.

— Охрана в коридоре, — прошипел Крейн. — Уходим через окно. Живо! Здание медпункта было одноэтажным. Крейн бесшумно открыл старую раму, выпрыгнул в сырую темноту первым, затем помог спуститься Анне и Эве. Солнце уже поднималось, и Мткаван тихо просыпался. Пригнувшись, они прокрались вдоль кирпичной стены к углу здания. Анна на миг остановила Крейна и, пока Эва не видела, прошептала: — Слушай, я нашла это в коробке деда. Она вытащила из кармана диск с эмблемой круга. Крейн, молча оглянувшись, накрыл ладонь сестры своей рукой. — Никому не показывай, пока не разберемся. Анна молча кивнула. Они подползли ближе к парковке. У центрального входа стоял их «Вранглер», а прямо за ним — тяжелый военный джип «МГ». Водитель-наемник беспечно прислонился к капоту и прикуривал сигарету, глядя в сторону входа.

— Что делать?.. — едва слышно, одними губами спросила Эва. — Тихо. Если так страшно — можешь остаться в кустах, — сердито шепнул Крейн паникующей девушке. — Только не визжи. Они осторожно подкрались ближе, прятаясь за мусорными баками. Из открытого окна джипа донеслось недовольное ворчание водителя: — Какого хрена я тут торчу… лучше бы в пещеры отправили, там хоть движуха какая-то… Вдруг рация на приборной панели джипа громко зашипела: — Приём… Восьмой, ответь, — водитель чертыхнулся, выбросил сигарету и потянулся за рацией на поясе. — Паладин на связи, — раздался резкий, металлический голос Хетфилда из динамика. — Они в палате? Водитель бросил взгляд на окна медпункта: — Так точно, сэр. Купер у их палаты стережёт. Сидят тихо. И в ту же секунду во всем здании медпункта, моргнув, погас свет. Изнутри тут же донеслись крики медсестры и грохот падающей мебели. — У нас проблема! Питер! Питер не отвечает! — заорала рация голосом охранника из коридора. Водитель грязно выругался, схватил с сиденья автомат и бегом бросился внутрь темного здания на помощь напарнику, оставив рацию в машине.

— Наш шанс! Пошли! — скомандовал Крейн. Они рванули к своему внедорожнику. Пробегая мимо распахнутой двери джипа, Крейн, не раздумывая, сунул руку в салон и выдернул рацию из крепления. Запрыгнув во «Вранглер», он завел мотор. Двигатель взревел, и через секунду они уже мчались прочь от медпункта, растворяясь в лучах только что поднявшегося солнца.

Они отъехали на пару километров, когда украденная рация в руках Крейна внезапно зашипела. — Приём. «Хирург», это «Паладин». Доложите обстановку. Крейн напрягся. — Это Хетфилд. Это его голос, — тихо сказал он, прибавляя громкость, чтобы слышали девушки. — Приём… это «Ворон», сэр, — раздался запыхавшийся голос водителя. — «Хирург» без сознания. Кто-то вырубил его в коридоре. У нас код пятнадцать. Дети сбежали. — «Дети»?! — возмутилась Анна на заднем сиденье. Крейн шикнул на неё, призывая к тишине. — Приём. Чёрт с ними. Возвращайтесь на базу, — холодно продолжал голос Хетфилда. — Отправьте вторую группу к Пещере номер три. Что с объектом «Коробка»? — Объект не найден, сэр, — ответил голос. — Как вы и предполагали, её украл он. Чёрт, свяжитесь с этим кретином скорее! Отбой.

В салоне внедорожника повисла тяжелая, удушающая тишина. — Коробка… — обреченно прошептала Эва. — Они ищут коробку деда. Мы потеряли всё. Крейн со злостью ударил по рулю: — Черт! Вот зачем им Анаит! Они устроили хаос, чтобы выкрасть документы! — Подождите, — вдруг подала голос Анна. Её глаза расширились. Она медленно опустила руку в карман своей куртки и нащупала холодный металл. Крейн посмотрел на неё в зеркало заднего вида. — Что такое, Анна? — Они забрали коробку, — медленно, с расстановкой произнесла она, вытаскивая руку из кармана. — Но они не забрали главное. Она разжала ладонь. В тусклом утреннем свете блеснул маленький жесткий диск.

— Ты про этот диск? И что в нём интересного? — посмотрел на Анну Крейн через зеркало. — Не знаю, Карен, но в нём очень важная инфа. Надо показать его Деро, он разбирается в этом. — Как думаете, где они сейчас? — с тревогой спросила Эва, боясь за друзей. — Я знаю, что это за знак, — внезапно сменила тему Эва, присмотревшись к диску. Анна посмотрела на неё, ожидая ответа. — Это змея. Уроборос. Символ вечности. — Да, я тоже слышала про это, — задумчиво ответила Анна, большим пальцем ощупывая рельеф логотипа и пристально вглядываясь в него. — На коробке была надпись маркером: «Для Луизы». Для нашей мамы, Крейн. Анна подняла глаза на брата. — Бумажные записи им, может, и нужны. Но я уверена: охотятся они именно за этим диском.

Крейн перевел дыхание и снова нажал на газ. — Значит, у нас есть козырь, — жестко сказал он. — Этот ублюдок Хетфилд упоминал Пещеру номер три и какую-то базу. Анна кивнула, крепко сжимая диск в кулаке. Страх отступил, уступив место холодной решимости. Тайны её семьи и жизнь сестры сплелись в один тугой узел. — Значит, мы едем в пещеры.

Глава 7. Вранглер

— Нам срочно нужно к пещере! — перекрикивая рёв мотора, потребовала Анна. Она вцепилась в украденную рацию, словно та была спасательным кругом. — Да знаю я! — огрызнулся Крейн. Костяшки его пальцев на руле побелели. — Но куда нам ехать? В какую пещеру?! — Ты глухой? — Анна сорвалась на крик, теряя самообладание. Животный страх за сестру выжигал нервы. — По рации же сказали: к третьей пещере!

Крейн швырял тяжелый внедорожник из стороны в сторону, входя в слепые повороты на предельной скорости. Шины визжали, высокую машину кренило, но он сам не понимал, куда несется. Дорога расплывалась перед глазами от напряжения. — Я понял, что в пещеру номер три! — заорал он в ответ, уже не сдерживаясь. Голос сорвался. — А где это? Скажи мне, где?!

Они орали друг на друга, не слыша ни аргументов, ни здравого смысла. Салон наполнился слепой яростью и паникой. Они совершенно перестали следить за дорогой. Эва, всё это время молча вжимавшаяся в заднее сиденье, больше не могла терпеть. — ХВАТИТ! Её вопль был таким пронзительным и неожиданным, что перекрыл шум двигателя. Крейн рефлекторно ударил по тормозам. Машина клюнула носом и встала как вкопанная, оставив на мокром асфальте жирные чёрные следы.

На пару секунд в салоне повисла звенящая, мёртвая тишина. Слышно было только тяжёлое, загнанное дыхание всех троих. — Хватит... — уже тише, но твёрдо произнесла Эва, глядя на них испуганными, но злыми глазами. — Так мы ничего не добьёмся. Вы тут грызётесь, как дикие звери, а нам нужно найти Анаит. Крейн шумно выдохнул, разжимая пальцы, намертво вцепившиеся в руль. Плечи его тяжело опустились. — Ты права... простите, — глухо произнёс он. — Я сорвался. Он бросил быстрый виноватый взгляд в зеркало заднего вида на Эву, а затем посмотрел на сестру. В его глазах читалось искреннее сожаление. — И меня прости, — тихо добавила Анна, массируя дрожащими пальцами виски. — Я тоже... я просто в панике. Нервы ни к чёрту. — Тебе сейчас нельзя нервничать, — мягко, но настойчиво вмешалась Эва, положив руку Анне на плечо. — Снова хочешь в обморок упасть? Дыши глубже.

Повисла короткая пауза, давая им возможность перевести дух. Но Крейн вдруг нахмурился. Он перестал смотреть на девушек и впился взглядом в лобовое стекло. — Ребята... — его тон резко изменился, став настороженным и холодным. Он перерезал их примирение, словно ножом. — Вы это видите? Никого. Они огляделись. Машина стояла посреди улицы, окружённая плотными рядами старых каменных домов. Совсем рядом был центр Мткавана, где обычно, даже в таком захолустье, всегда теплилась жизнь. Солнце уже встало, было раннее утро, но по ощущениям город казался просто вымершим.

— Странно-то как... — пробормотал Крейн, и рука его инстинктивно легла на кнопку блокировки дверей. Щёлк. — Что странно? — не поняла Анна, растерянно моргая. — На улицах ни души, — процедил брат, всматриваясь в пыльные окна соседних домов, а затем бросил взгляд на цифровые часы на приборной панели. — Уже семь утра... Где, чёрт возьми, все люди? — Может, эти вояки из «МГ» устроили комендантский час? — с надеждой предположила Эва.

Тишина за окнами давила на уши. — Слушайте, — вдруг сказала Эва. — А что, если поехать к Давиду домой? Может, Деро и Карина ещё там? Крейн вдруг криво ухмыльнулся, глядя на приборную панель. — Ты чего? — нахмурилась Анна, не понимая причины его веселья. — Да нет... просто вспомнил детство, — хрипло отозвался он. — Без всех этих мобильников, без GPS. Как мы тогда обходились? Как находили друг друга? Мы просто говорили, куда идём и когда вернёмся.

Анне быстро вспомнилось, как Деро всегда оставлял послания, если куда-то уходил. И здесь, и в Техасе он лепил записки магнитом на холодильник: «Эй, мы с Кариной на ранчо у Бенджи, будем к ужину». — Точно! — глаза Анны загорелись слабой надеждой. — Записка! Они могли оставить нам записку. Поедем к Давиду, а если их там нет — к нам домой. — А зверь? — голос Эвы дрогнул. — Что, если он всё ещё там? — Не думаю, — солгал Крейн, стараясь звучать уверенно. Он ни на секунду не верил в безопасность их дома, но пугать Эву, а особенно Анну, сейчас было нельзя. — Звери не сидят на одном месте. Анна посмотрела в окно, до крови кусая губы. — Я не знаю, кто там был... зверь или нет. Но этот Хетфилд... Я ему не доверяю. — Я тоже, — мрачно кивнул Крейн. Вспомнив ледяной взгляд командира, он крепче сжал руль. — Мутный ублюдок. Врёт и не краснеет. Крейн встряхнул головой, отгоняя мысли: — Всё. Едем.

Двигатель отозвался мощным рыком, и внедорожник сорвался с места. На этот раз у них была цель. Дом Давида встретил их той же давящей тишиной. — Пусто, — Крейн вышел из дома, качая головой. — Никого. Только «Жигули» Давида стоят. Они, наверное, поехали на «Хаммере». И записки нет. Отчаяние подступало к горлу, но Анна не дала ему захватить себя. — Едем к нам, — отрезала она. — Может, они вернулись за вещами.

Вдруг Крейн резко обернулся. У ворот стояла какая-то женщина и испуганно смотрела на них. — Давида нет дома, — предупредил Крейн. — Извините... — негромко, боясь потревожить повисшую тишину, обратилась к ней Анна и сделала шаг вперед. — Мы тут ищем нашу сестру. Она пропала ночью. Вы случайно ничего не видели? Женщина приложила руку к груди и жалобно посмотрела на Анну: — Ой, как жаль, деточка... Надеюсь, вы найдете её до собрания. — Собрания? — Анна нахмурила брови. Женщина тут же осеклась, поняв, что сболтнула лишнее. Её глаза забегали. — А... ой, извините, я, наверное, что-то напутала! Ладно, пойду я. До свидания! Она в спешке развернулась и чуть ли не бегом зашагала прочь по улице. Крейн встал рядом с Анной, провожая взглядом её удаляющуюся спину. — Чем больше я общаюсь с мткаванцами, тем больше они кажутся мне психованными. Анна молча кивнула. Они спешно сели во «Вранглер» и направились к своему дому.

Дом Тигранянов возвышался в утреннем свете темной громадой. Ворота были приоткрыты. Заглушив мотор, они выскочили из машины. Перед воротами всё так же стоял прицеп с мотоциклами, который они в спешке бросили здесь по приезде. Они разделились. Анна и Эва осмотрели первый этаж, гараж с котельной, Крейн взбежал наверх. Через три минуты они встретились в гостиной. Крейн подошёл к девушкам. Вид у него был пугающе мрачным, губы сжаты в тонкую линию. — У меня две новости, — сухо произнес он. — Одна плохая, другая — ещё хуже. — Ты дурак?! — пробормотала Анна под нос, её нервы сдали окончательно. — Не время для твоих идиотских шуток! Говори! — Я не шучу, Анна, — он обвел рукой пустую гостиную. — Плохая новость — я никого не нашёл. А та, что хуже... Наши вещи пропали. Все сумки, чемоданы... Всё, что мы бросили здесь ночью. Исчезло подчистую. — Воры? — растерянно прошептала Эва. — Нет, — мрачно ответила Анна, опустив взгляд. — Посмотрите на пол. На старом паркете, словно грязные клейма, отпечатались ребристые следы тяжелых армейских ботинок. — Я уверен, им нужны были дневники деда из коробки, — процедил Крейн. — Они перерыли всё ради них. — Надо найти способ связаться с мамой. Этот диск слишком важен, — Анна вытащила из кармана Уроборос и показала им блестящий металл.

— Цыц! — Крейн внезапно вскинул руку, призывая к тишине. Его взгляд заметался по сторонам. Он замер, превратившись в слух. — Рация... — выдохнул он. Он сорвался с места и бросился на улицу, к «Вранглеру». Девушки побежали следом. Из салона джипа сквозь треск помех пробивался искаженный голос. Крейн нырнул внутрь и схватил рацию. Из динамика доносились знакомые голоса: — Прием. Это «Ворон». Прием, «Паладин», ответьте. В глазах Анны блеснул лихорадочный огонь. — Ответь им, — потребовала она, смотря на брата. — Что? — опешил брат. — Что я скажу? Скажу: «Привет, я Виноград, где пещера номер три?» Нас сразу раскусят! Они снова начали препираться и ругаться, теряя секунды. Эва не выдержала. Она рывком выхватила рацию из рук Крейна. Брат и сестра ошарашенно замолчали. Эва сделала глубокий вдох и зажала тангенту. — Прием, «Ворон». Это... «Водолей». В машине и в рации на минуту воцарилась тишина. — Водолей? — беззвучно, одними губами возмутился Крейн, крутя пальцем у виска. Эва сделала страшные глаза. — «Водолей»? — раздался настороженный голос наемника. — Какой еще «Водолей»? Нас не предупреждали. Эва импровизировала на ходу, стараясь придать голосу металлическую жесткость: — Прием. Нас прислали из штаба. Срочное усиление. Глушилки снесли нам GPS, запрашиваю ручные координаты к третьей пещере. Мы теряем время! Снова пауза. Тишина казалась бесконечной. «Не поверили...» — с ужасом подумала Анна. — А конкретно? Что за приказ у вас, «Водолей»? — щелкнула рация. — У нас секретный пакет. Доложу лично Хетфилду на месте. Координаты, живо! Армейская привычка подчиняться наглому начальству взяла верх. — Ладно. Знаете мемориал науки? На северо-востоке ущелья. Крейн энергично закивал — он знал это место. — Да, «Ворон», знаем, — ответила Эва. — От мемориала сто метров прямо к скалам. Там вход. Увидимся. — Вас поняла. — Эва уже хотела отключиться, но рискнула задать главный вопрос. — Прием, «Ворон». А где все гражданские? В городе пусто. — «Водолей», вас что, вообще не инструктировали? — раздраженно рыкнул наемник. — Все пешки согнаны в зал совещаний в Институте. У них собрание. Минуточку, кто ваш командир? Эва быстро выкрутила колесико громкости до щелчка, отключая рацию. В машине повисла тишина, которую нарушил восхищенный свист Крейна. — А ты молодец... — он расплылся в широкой улыбке, глядя на скромную Эву сияющими глазами. — Чёрт возьми, я бы тебя прямо сейчас расцеловал! Эва густо покраснела и смущённо отвела взгляд. — Пожалуйста, только не при мне, — закатила глаза Анна, забираясь на заднее сиденье. — Ладно, погнали. Анаит ждет.

Внедорожник хищно зарычал и рванул в сторону скал. Но стоило им завернуть за угол, как Крейн с ругательством ударил по тормозам. Посреди дороги, раскинув руки, стояла бабка Астхик. — Какого чёрта… — прошипел Крейн, судорожно опуская стекло и выскакивая наружу. — Бабка, ты свихнулась?! Уйди с дороги! Анна выбежала следом. Старуха стояла неподвижно, глядя сквозь них абсолютно пустым взглядом. — Бабушка Астхик, это я, Анна. Отойди, пожалуйста. Старуха вдруг вцепилась в рукав Анны ледяными пальцами. — Прости, Анна... — зашептала она трясущимися губами. — Те люди в чёрном... Они пришли в ваш дом. Всё разворотили. Я пыталась, но не смогла их остановить... — Ничего страшного, это просто вещи, — быстро успокоила её Анна, хотя внутри всё сжалось. — Нам пора. — Нет! — вскрикнула Астхик, и в её голосе прорезалась неожиданная сила. — Не ходите к пещере! Ваши брат и сестра... они проезжали здесь недавно. — Анна посмотрела на Крейна: старуха явно говорила о Деро и Карине. — Они всё испортят! — Кто? — спросил Крейн, нахмурив брови. — Не спускайтесь вниз... не спускайтесь... — она медленно повернулась и побрела в сторону своего дома, повторяя одно и то же себе под нос.

— ВОН ОНИ! ЗДЕСЬ! Грубый голос ударил в спину, как выстрел. Крейн резко обернулся. В конце улицы затормозил чёрный джип «МГ». Трое бойцов выскочили наружу и рванули к ним, на ходу вскидывая автоматы. — В машину! Быстро! — заорал Крейн. Он запрыгнул за руль. Газ в пол. Колеса взвизгнули, вышвыривая гравий и закрывая обзор военным густым облаком пыли, и «Вранглер» сорвался с места.

Они пролетели не больше ста метров по узкой улочке, когда Крейн снова ударил по тормозам. Путь впереди был перекрыт вторым армейским джипом. Сзади уже нагоняли преследователи. Слева — глухой высокий каменный забор. Справа — стена из грубо уложенных камней высотой по пояс, а за ней расстилалось огромное, гектаров в пять, поле, засаженное капустой. Времени на раздумья не оставалось. — Держитесь! — заорал Крейн. Он выкрутил руль вправо и вдавил педаль газа в пол.

Внедорожник взревел и с разгону протаранил каменную кладку. Удар был страшной силы. Крейн задом ощутил мощный удар по днищу: тяжелую машину подбросило, камни разлетелись шрапнелью, пассажиров больно швырнуло на ремнях. Джип тяжело, с громким лязгом подвески, рухнул в рыхлую землю и помчался прямо по грядкам. Колёса с чавканьем перемалывали капусту в зелёное крошево, комья грязи летели прямо в лобовое стекло. — Ты что творишь, псих?! — закричала Анна, мертвой хваткой вцепившись в ручку над дверью. — Срезаю! Выйдем на главную улицу! — перекрикивая рев мотора, ответил брат. — Пока они найдут объезд — мы их потеряем!

Впереди показалась вторая каменная стена. — Давай, родная... — прорычал Крейн и пошел на таран. Снова удар, грохот осыпающихся булыжников. Внедорожник, оставляя за собой густой шлейф из пыли и рубленой капусты, вылетел на ровный асфальт главной дороги. — Да-а-а, детка! — нервно захохотал Крейн, чувствуя дикий прилив адреналина. — Вот зачем нужна эта машина!

Но триумф длился недолго. Через пару сотен метров двигатель надсадно чихнул, дёрнулся и затих. Внедорожник по инерции прокатился немного вперед и встал мертвым грузом. Улыбка сползла с лица Крейна. Он повернул ключ. Стартер натужно визжал, но без толку — машина не заводилась. Взгляд зацепился за стрелку бензобака. Она лежала на нуле. Выскочив наружу, он заглянул под днище. В нос тут же ударил густой, едкий запах бензина. — Плохи дела, — мрачно констатировал он. — Бак пробит. Камень зацепил. Бензин вытек, мы приехали. — И что теперь? — голос Эвы задрожал от подступающей паники. — За мной, — Анна решительно вышла из машины и указала на лабиринт узких переулков между домами. — Бежим. Если будем стоять, нас схватят. Дом Лоло совсем рядом. Она поможет.

Крейн замер как вкопанный, словно с разбегу налетел на невидимую стену. — Лоло? — переспросил он, и лицо его болезненно скривилось. — Ты про Лилию? — Да, — бросила Анна, не сбавляя шага и устремляясь в переулок. — Чёрт... — простонал Крейн, хватаясь за голову. — Только не это. Только не к ней. Эва на бегу с удивлением посмотрела на него: — Почему ты не в восторге? — Потом расскажу, — отмахнулся Крейн и, стиснув зубы, поспешил за сестрой. Выбора у них всё равно не было. Анна посмотрела через плечо на опешившую Эву и бросила на ходу: — Он просто сломал ей нос когда-то.

Глава 8. Тень забрала её

— Крейн, а что там с Лоло? Ты так и не сказал, — спросила Эва, пока они поднимались по узкой тропинке, идущей на лёгкий подъём.

Дыхание сбивалось после бега, в горле першило, но сбавлять темп было нельзя. Лес вокруг казался враждебным, каждое дерево словно тянуло к ним свои корявые ветви. — Да ничего, — отмахнулся он, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться о корни. — Просто в детстве мы… не ладили. — «Не ладили» — это мягко сказано, — бросила Анна, шагавшая впереди. Она даже не обернулась, её голос звучал напряжённо. — Ты девочке нос сломал.

Эва от неожиданности споткнулась и чуть не полетела носом в грязь. — Нос сломал?! — она посмотрела на Крейна с крайним удивлением, словно впервые его видела. — Да я не специально, говорю же! — взвился Крейн, чувствуя, как предательски краснеют уши. — Сколько можно вспоминать? — Ага, конечно, — продолжила Анна безжалостным тоном. — Этот умник решил нас припугнуть. Взял рогатку, хотел, видите ли, стрельнуть мимо, чтобы камень просто просвистел над ухом. А сам взял и засадил бедняжке прямо в переносицу. Она тогда совсем маленькая была… Кровь хлестала так, что я думала, она захлебнётся. — Крейн… — с осуждением выдохнула Эва. — Да говорю же, вышло случайно! Рука дрогнула, нечаянно получилось, клянусь! — простонал он, закатывая глаза. — Ладно, забей. Мы были детьми, — отрезала Анна, давая понять, что тема закрыта. Но в её голосе всё ещё слышалась старая, детская обида за подругу. — Спасибо, Анна. Я уж думал, ты до старости мне это припоминать будешь, — с сарказмом буркнул брат.

Проходя мимо очередного двора, Анна заметила, как в окне соседнего дома, из кромешной темноты комнат, промелькнула тень. «Почему в домах никого нет?» — про себя подумала Анна. Эва на миг решила включить рацию. Сначала там был лишь шорох эфира, но вдруг сквозь помехи прорвался голос: — Прием, это «Паладин». Они собрались в мэрии. Прием. Жители в мэрии. Всем быть начеку, мы не знаем, чего от них ожидать. Конец связи. — Что? О ком он? О жителях? — пробормотала Эва. Анна остановилась, чтобы отдышаться. — Твою ж мать… да ну… — раздался сзади голос Крейна.

Анна обернулась. Крейн лихорадочно тёр ботинок о траву. — Что с тобой? — спросила она. Он посмотрел на неё с нахмуренным лицом и поджатыми губами: — Я наступил на дерьмо. Анна посмотрела на дорогу и увидела след на куче коровьего навоза — на полусельских улицах это было нормой. — Ты не заметил эту кучу? Серьезно? — Ну прости, Анна, я думал о другом! — огрызнулся брат. Эва тяжело вздохнула и вмешалась: — Ладно, ребята, почему вы всегда ссоритесь? Вы же родные. Вот я, например, всегда мечтала иметь сестру ну или брата… Анна удивленно посмотрела на Эву. — Ты единственный ребенок в семье? Эва в ответ молча кивнула. — Ладно, пойдём, — быстро сменив тему, Анна продолжила путь.

Они подошли к старому, покосившемуся забору, густо увитому плющом. Эва сразу узнала дом Лоло, но зашли они с другой стороны. Анна привычным движением просунула руку через верх калитки, нащупала ржавую задвижку с внутренней стороны и с трудом отодвинула её. Механизм поддался с сухим щелчком. Дверца протяжно скрипнула, словно жалуясь на вторжение, и они вошли во двор.

Дом Лоло выглядел мрачным. Тёмные окна второго этажа смотрели на них, как пустые глазницы черепа. Утренний ветер гонял по двору сухую листву, создавая неприятный, царапающий звук. — Ну и что дальше? Дома вроде никого нет, — буркнул Крейн, оглядывая фасад. Ему здесь не нравилось. Совсем не нравилось. — С чего ты взял, умник, что дома никого? — спросила Анна, уверенно шагая к крыльцу, хотя её плечи были напряжены как струна. Вдруг она замерла как вкопанная. — Стой! — шикнула она. На втором этаже, в одном из окон, мелькнула тень. Силуэт человека появился всего на долю секунды — неестественно дёрганый, быстрый — и тут же скрылся в глубине комнаты. — Вот, видел? — кивнула она на окно, её подбородок слегка дрогнул. — Дома кто-то есть. Крейн почувствовал, как липкий холодок ползёт по спине. — Я думаю… может, показалось, Анна? Отражение ветки? — Не советую, брат. Не думай. У тебя это плохо получается, — отрезала Анна, косо посмотрев на брата. — Я знаю, что видела. — Очень смешно, — огрызнулся он, заметно напрягшись, но спорить не стал. Страх сестры передался и ему.

— Ой, а кто это? — вдруг пискнула Эва, сжимая рукав Анны. Она указала в сторону огорода, где из-за плотных утренних туч скапливались густые тени. Там, среди грядок с почерневшими от времени кольями, стоял старик. Он опирался на лопату и копал землю, но двигался при этом мучительно медленно, словно сломанная заводная кукла. Каждое движение давалось ему с огромным, видимым усилием. — А, это дед Лоло — Гриша. Очень хороший человек, — выдохнула Анна с облегчением, меняя тон на более мягкий. — Дедушка Гриша! Здравствуйте! Старик не отреагировал. Он продолжал копать, ритмично вонзая лопату в сырую землю. Шкряб. Шкряб. Шкряб. — Дед! — крикнула Анна громче. Наконец он услышал. Медленно, со скрипом, словно старое сухое дерево, он начал поворачиваться к ним. Его шея двигалась жуткими рывками. Он сощурил подслеповатые, затянутые белесой пеленой катаракты глаза. — Кто это?.. — прошамкал он беззубым ртом. Голос его звучал глухо, будто из-под земли. — Я плохо вижу. Подойдите... поближе.