Высшие маги Элхэи: Древнее наследие

Прыгать из окна здания правительства глупо по нескольким причинам. Во-первых, это само по себе подозрительно, нормальные чиновники через окно не выходят, а значит, прыгун – шпион или предатель. Во-вторых, на здании лежит магическая защита, и использование магии внутри помещения возможно только согласно регламенту, а снаружи стоит защита от магического наведения, то есть на территории нельзя телепортироваться или использовать летные чары, сразу срабатывает система безопасности. Но поступи Вейран по-другому – и вся история пошла бы по иному сценарию.

Стражник закончил курить и посмотрел на небо, в воздухе стояла непонятная туманная взвесь.

– Дождь будет, – заключил он и быстро пошел на свое место, пока его отсутствие не заметил начальник караула.

Приземление было жестким, прямо на ноги. Вейран огляделся по сторонам.

Но где же кусты? Местность никак не напоминала дорожку, идущую вокруг его корпуса, вот совсем!

– Где я? – такого в летной практике у Вейрана не было. Он не телепортировался, магию переноса не использовал, как же так? Слов у воздушника не было, только знаки.

Да, он приземлился тоже на тропинку, но эта тропка петляла не через гладко остриженный газон, а по скале и поднималась в гору к замку. Слева обрыв и бушующее внизу о скалы море, справа скалы и редко растущие, растерявшие по осени листву кусты. И из этой скалы величественной громадой вырастал замок. Он подпирал собой небосвод, и чудилось, что именно над ним, над самой высокой башней, рождаются облака. Крепость поражала, издали она казалась ажурным узором, чем-то легким и воздушным, как будто серый мираж над скалой. Но чем больше Вейран всматривался, тем более темной, неприступной и даже какой-то угрожающей виделась ему цитадель Высшего мага Воздуха.

– Как?! Вот какого… драга?!

Будь здесь кто-то из местных жителей, они бы узнали много нового из нецензурного лексикона магов западного побережья. Но воздушник на дороге был один, и ему ничего не оставалось, кроме как идти прямо в крепость.

Он думал, что выйдет к главному входу, но тропинка, петляя по камням, привела его к неприметной двери, на удивление, не запертой, а лишь прикрытой.

Лаэтту виделся здесь большой подвох, но страха не было, и любопытство гнало вперед. За дверью обнаружился обычный коридор, но не успел маг сделать и двух шагов, как врезался в появившегося из воздуха слугу. Вейран растерялся, а тот с самым невозмутимым видом предложил следовать за ним. Магу ничего другого не оставалось, предпринимать что-то иное было бессмысленно.

Простой, явно служебный, коридор сменился более роскошным, даже помпезным. Воздушник повидал парадные залы владыческого дворца, кричащие о богатстве и статусе своего владельца. Поэтому не сильно удивлялся местной роскоши. В отличие от Даналана – дворца эдалиадского Владыки, красота этого замка была более сдержанной и вполне соответствовала фасаду. Серый камень стен был задрапирован полотнами старинных гобеленов, полы застелены толстыми теплыми коврами, в настенных светильниках горели магические огни, по коридору гулял сквозняк, но Вейрана это не волновало.

Шли молча, молодой человек посчитал, что распросы пока неуместны. Его не покидало ощущение, что он здесь не случайно, а значит, пригласивший его таким нерядовым способом объяснит все сам. Через несколько минут, миновав анфиладу комнат, слуга отворил перед Вейраном дверь, предлагая зайти внутрь.

Воздушник вошел в… кабинет, очень просторный кабинет. В нем можно было проводить Совет министров в полном составе. Но сейчас в кабинете находился только один человек.

Лорд Ксарад оторвался от чтения очередного доклада и поднял взгляд на вошедшего.

– А-а, наконец-то! Долго же вы до нас шли, молодой человек, – обратился второй человек государства к вошедшему юноше.

Если до этого момента Вейран ничему не удивлялся и успешно делал вид, что все идет как надо, то теперь он испытывал настоящий шок. Лорд Ксарад Тсаратаэр Орлендэн, Верховный главнокомандующий флотом Рассветного государства, муж Аласанты-Гермионы Орлендэн, Императрицы Рассветной Империи, ждал его.

– Д… добрый д-день, ваше превосходительство! – Вейран справился с первым изумлением и поклонился Высшему. Он прекрасно знал, что лорд Ксарад еще и Высший маг Ветра, то есть в некотором магическом смысле его начальник.

– Заходи, мальчик, не стесняйся! – великодушно пригласил хозяин кабинета.

Вейран Лаэтт, чеканя шаг, прошел к Верховному, еще раз поклонился и встал по стойке смирно, ожидая дальнейшего развития событий.

– Молодец, умеешь держать себя, – лорд слегка улыбнулся.

Вейран смотрел на Высшего мага и гадал, какого драга он тому понадобился?! Ксарад не был старым, по крайней мере, не воспринимался как старик. Его глаза цвета неба были окружены сеточкой мелких морщин, но это говорило не о возрасте, а о частом пребывании на свежем воздухе, на ветру. В стальных волосах редкими нитями виднелась седина. Но военная прямая выправка широких плеч ясно показывала, что груз прожитых лет на него еще не давит. Темно-серый военный мундир главнокомандующего подчеркивал его стихийную принадлежность и еще больше усиливал энергетический эффект, производимый на окружающих. Аура Высшего мага Воздуха не давила, но казалось, что он может проникнуть в самые потаенные уголки твоей души, узнать самые сокровенные и страшные тайны. Читать мысли Ксарад не умел, ему хватало умения чтения лиц. А Вейран не сильно-то старался что-то скрыть. И от пронзительного взгляда Высшего молодому человеку было совсем неловко.

Какое-то время два мага молча рассматривали друг друга, но вот главнокомандующий решился.

– Пойдем, этот разговор не для этих стен… – он открыл пространственный переход, показывая студенту следовать за ним.

Они вышли на скалу, недалеко от того места, куда перенесся Вейран. Скала была абсолютно голой, и с нее открывался прекрасный вид на море.

– Кто ты? – спросил Верховный.

Этот вопрос вогнал молодого мага в ступор. Его сюда позвали, но при этом не знали, кто он. Как так? Этот вопрос настолько явно читался у него на лице, что Ксарад снизошел до объяснения.

– Мне нужен был молодой маг Воздуха седьмой-восьмой ступени с некоторой долей родства со мной. Заклинание поиска было пущено вслепую, оно должно было сработать на телепортацию при использовании магии левитации или переноса. Так ты оказался здесь, – конечно, Верховный недоговаривал, но откровенничать при первой встрече было неразумно.

– Лаэтт, Вейран Лаэтт, маг Воздуха восьмой ступени, выпускник Аманарской Академии магии по специальности «делопроизводство и управление». Сейчас прохожу преддипломную практику в канцелярии его владычества в Элентире, – отрапортовал почти дипломированный специалист.

– Сколько тебе лет? – продолжил спрашивать главнокомандующий.

– Двадцать три, – Вейран решил, что лучше отвечать все как есть, с него не убудет.

– Кто твои родители?

– Велария и Андриан Лаэтт.

Эти имена лорду ничего не говорили.

– Есть планы на будущее?

– Пока нет… Может, какое-то время после окончания учебы буду жить в Эдалиаде, – Вей еще не был уверен в своих намерениях.

Чем больше лорд Ксарад присматривался к молодому магу, тем больше убеждался: да, это он и есть. При этом ему становилось грустно. Понимание, что этот мальчишка является его преемником в Магии, выбивало почву из-под ног и лишний раз напоминало о том, что и Верховный тоже смертен.

– Не думал переехать в другое место?

– У меня практика! Как закончу, получу диплом, так и буду свободен как ветер, – странный задумчивый взгляд Верховного пугал, но Вейран старался этого не показывать.

– Хочешь, я тебя буду учить? – неожиданно предложил лорд. – Раз моя магия тебя притянула, значит, ты весьма перспективен, мои знания куда как больше тех, что преподавали тебе в академии.

У выпускника не было слов, учиться у самого Высшего мага, это уму непостижимо!

«Это невероятно! Какая честь! Какие возможности! А в чем подвох? Что я за это буду должен?» – все эти вопросы каруселью понеслись у Вейрана в голове.

В себя он пришел, когда услышал тихий смех собеседника. Молодой человек подобрал челюсть, прищурил глаза и вопросительно посмотрел на своего учителя. Ксарад не сомневался в согласии юноши.

– Раз согласен, приходи сюда же завтра на закате, – маг снял с безымянного пальца простое серебряное кольцо и протянул ученику, – это телепорт, безопасный, заряжается от ауры носителя, следов в пространстве не оставляет. Только все-таки с территории Владыки лучше не переносись. Засечь не должны, но мало ли.

Так они и договорились.

Кольцо Высшего воздушника легло на средний палец правой руки. Обычно такие кольца носили на левой руке, но там у него уже было кольцо-телепорт в Академию.

Преддипломная практика заиграла красками новых возможностей. В то время как Верховный обучал преемника, Магия перетекала от него к ученику. Ксарад по-прежнему оставался Верховным главнокомандующим флота Рассветной империи, но переставал быть Высшим магом Воздуха.

Магия – есть сила непостоянная, изменчивая, особенно магия Ветра. Она не приемлет одного постоянного носителя, она все время ищет более молодого, дерзкого, порывистого. Ветер, заполняя своего нового Хранителя, заставляет его совершать невероятные стихийно-магические безумства. Поэтому, чтоб юный Высший не погиб по неумению или неосмотрительности, отходящий от дел Высший старается магию контролировать и впускать в ученика постепенно, капля за каплей приспосабливая тело и дух его, обучая и наставляя своего преемника в Магии Ветра. Оставшийся без Магии прежний Высший живет ровно столько, сколько ему отпущено природой, но этого времени ему должно хватить для просвещения нового Высшего мага Воздуха.

Фрагмент из «Слова» о преемственности Высшей магии

С каждым днем обучения Вейран становился сильнее. Он это чувствовал, но пока еще не мог реально оценить свои возможности. Практика заканчивалась, а ему не хотелось уезжать. Молодой маг втянулся в работу канцелярии, разобрался в сложной структуре взаимодействия отделов, успешно избегал лишних встреч с навязчивыми поклонницами. На Кронградский утес он теперь телепортировался как к себе домой. Там его уже запомнили и вежливо здоровались. Жители Рассветных островов скупы на слова и тем более на сплетни (а ты попробуй поболтай всласть на холодном пронизывающем ветру), и они были терпимы к ученику Высшего мага.

Система образования в Аманарской Академии отличалась тем, что в ней молодые дарования изучали возможности применения стихийной магии в разных профессиях, но на бытовом уровне и не затрагивала глубинные возможности с использованием всех скрытых резервов. Такое практиковалось только магами боевого факультета. Вейран, как маг-канцелярист, был далек от этого, несмотря на свой немаленький потенциал. А лорд Ксарад взялся как раз за раскрытие всех возможностей своего ученика именно как мага-воздушника.

Открытое пространство над морем Штормов идеально подходило для освоения строптивой силы ветра. В Академии, где куратором Лаэтта был сам ректор, его заставляли подолгу медитировать, и здесь новый учитель несильно отличился. Все занятия начинались с краткой медитации и настраивании на рабочий лад. А после начинались полеты. Ксарад поначалу предлагал юноше левитировать мелкие предметы, но этот курс начальной школы быстро сошел на нет. На смену пришло управление множеством различных предметов в воздухе. Вейрану и это было несложно. С каждым разом усложняя задачу, Ксарад пытался выяснить, насколько хорошо его ученик контролирует себя и владеет окружающей его силой. Пожалуй, одной из самых сложных задач для Вейрана стало управление кораблем. Не самое большое парусное судно, на котором моряки были лишь в качестве страховки, должно было плыть, подчиняясь исключительно силе мага Ветра. Вейран пыхтел, направляя ветровые потоки то так, то эдак, пытаясь удержать корабль на курсе. Из-за не самых деликатных порывов подконтрольного ветра судно качало, и периодически борта, то правый, то левый, черпали воду.

– Это какой-то кошмар, – стонал Вейран, чувствуя, что не справляется с задачей.

– Вот тебе домашнее задание. Правильно рассчитать направление и силу воздушных потоков для удачного плавания. И учти, учебный корабль у тебя один, утопишь – нового не дам.

– Ясно, пересдачи не предусмотрено, – грустно заключил Вейран.

Несмотря на довольно-таки сложные задания, обучение ему нравилось. В Академии ничего подобного не было.

И он с большим энтузиазмом каждый вечер телепортировался на Локхейм.

Работа в канцелярии, какой бы важной она ни была, теперь воспринималась как некая необходимая рутина перед тем, как отправиться подчинять ветры.

Так совпало, что в этот же период Его Владычество решил, что принцу Дастану пора перестать бездельничать и пора начинать приобщать сыночка к государственным делам. О путанице и медленной работе в канцелярии Владыка знал, ему частенько на это жаловались. Вот повелитель и решил назначить сына канцлером – чтоб занялся, в конце концов, этой проблемой. Цель назначения ненаследного принца была не в том, чтоб он реформировал свое подразделение, а в том, чтоб не болтался по улицам. Для организации реформирования в правительстве были другие люди и Вейран.

– Нужно организовать собрание всех старших сотрудников, глав отделов, заместителей… и кто там еще есть. Провести аналитику работы отделов, собрать совещание, поувольнять кого-нибудь, – рассуждал Дастан, сидя в своем рабочем кабинете. Секретарь внимательно слушал и записывал рассуждения принца, периодически кивая. – Да! Так и сделаем… Исполняйте!

– Как прикажете, Ваше Высочество.

Секретарь вышел вон, а принц предался рассуждениям о бесполезности его присутствия на этой должности. Он ничего не знал о структуре канцелярии и так же плохо знал тех, кто занимал здесь высшие должности. У него было отчетливое ощущение, что отец поставил ему это задание, прекрасно понимая, что принц не справится. Чувство какой-то безнадежности и даже попадания в ловушку не покидало его. Но надо было хотя бы изобразить бурную деятельность, а там, глядишь, и понятно все станет, и идеи появятся…

Через неделю нервной работы, в ходе которой сотрудники канцелярии ждали всяческих кар магических и увольнения, было объявлено об общем сборе всех глав отделов и их заместителей. Канцлер собирался сделать объявление.

Для Вейрана это был обычный рабочий день, подъем в семь утра, легкая разминка, завтрак и путь на работу. А на работе аврал… Нет, второй заместитель вполне справлялся с текучкой и даже забрал часть дел у своей коллеги, давая возможность ей спокойно заниматься секретарскими обязанностями. Сообщение о собрании стало для него неожиданностью, вернее, неожиданной была необходимость его личного присутствия. Лаэтт не считал, что занимает сколь-нибудь высокую и важную должность, делающую необходимым его присутствовие на совещаниях, устраиваемых канцлером. Вдвойне Вейрана тревожил тот факт, что канцлер – принц, сын Владыки. Но не пойти он не мог.

В зале, где собирались чиновники, было не так много сидячих мест, и все они предназначалсь только для начальников отделов, остальным предлагалось стоять рядышком или у стенки. Вейрана это устраивало, он встал слева от входа, у стены – достаточно далеко от подиума, где должен был выступить принц. Рост воздушника позволял видеть все происходящее в зале, особо не напрягаясь.

Ровно в одиннадцать, как и планировалось, в зал вошел принц. Его Высочество Дастан Тарнансер был одет как на парад, но оно и понятно – это был его первый день на официальном посту. Сегодня принц был одет в стиле своего отца: белый камзол расшит золотой нитью и украшен лазуритовыми пуговицами в тон его глаз, однак нижняя часть костюма была более практична: черные брюки, заправленные в высокие черные сапоги, отсылали к манере одеваться старшего брата принца, Дарриана.

Приветствуя его, все собравшиеся встали и сели после того, как канцлер сказал слова официального обращения. Вейран внимательно слушал и смотрел во все глаза, но ничего нового из того, чего бы Вейран сам не знал, Дастан не сказал, а вот посмотреть было на что. Сначала Вейран отметил некую дерганность, неестественность походки его Высочества. Конечно, многое можно было бы списать на волнение, но воздушник ощущал в этом нечто иное. Маг перешел на магическое зрение и ахнул… Зажмурился, помотал головой, открыл глаза, но наблюдаемая им картина не изменилась. В магическом спектре весь силуэт принца покрывала какая-то призрачная слизь, она виделась то чернильно-смоляной, то теряла цвет и становилась прозрачной, как чистое стекло. Непонятная субстанция целиком обволакивала руки до локтей, ноги до колен, нитеобразно оборачивалась вокруг тела и головы и даже вытекала тонкой струйкой изо рта. И еще ЭТО пульсировало, как понял Вейран, в такт сердцу, то уплотняясь и утолщаясь, набирая более насыщенным цветом черноту, то ослабевая и становясь прозрачным. Смотреть на это было отвратительно и жутко, желудок Вейрана выказывал явный протест магическому наблюдению. Лаэтт смотрел на черную пульсирующую фигуру принца, и в голове у него был лишь один вопрос: «Видел ли ЭТО Владыка?!». Маг уже не слушал разглагольствования выступающего, ему хотелось сбежать и срочно донести об увиденном кому-нибудь. На его счастье, канцлер закончил свою вдохновляющую речь и… распустил собрание. Зачем вообще собирались? Вейрану это было не важно, вернувшись в свой кабинет, он не мог ничем заниматься, только ходил кругами по помещению, обдумывая увиденное.

– Принц явно чем-то заражен… это или порча… или проклятие… или еще какая-то гадость, – рассуждал он вслух. Маг не боялся, что кто-то его услышит, первым делом он поставил звуконепроницаемый контур. – В курсе ли Владыка? И если да, то почему принц не изолирован, а если нет?.. Это какой-то бред, вот КАК ТАК?!!

Как сын сильнейшего мага Огня и Света может находиться под воздействием темных сил – и так, чтобы Луциан не заметил?! Надо срочно что-то делать! Но что? Бежать к Владыке? А если он в курсе и ему все равно, а такое вполне может быть, особенно если учитывать его пршлые темные дела… Срочно писать донесение в Аманар?! Лорд Арадэн примет все это к сведению, но ничего предпринимать не будет, ему плевать на мальчишку. Самому разобраться? А потом доложить по всей форме… Если не прибьют ни здесь, ни там и получится помочь, может, еще и спасибо скажут, хотя последнее весьма сомнительно. Был еще вариант рассказать все лорду Ксараду, но он тоже вряд ли станет чем-то помогать.

Вейран еще не получил ключ от Универсума, это должно произойти несколько позже. Но магия Высшего уже вовсю ураганом бушевала в нем и требовала какого-нибудь применения. А поскольку перенасыщение магией еще никому не было на пользу, Вейран все же принял решение в пользу самостоятельного решения проблемы.

ПУТЬ НАРУЖУ

Второй заместитель начальника секретарского отдела Вейран Лаэтт направился прямиком в кабинет канцлера – ненаследного принца Дастана Тарнансера.

Его Высочество пребывал в бездельном раздумье о судьбах мира и своем собственном положении. Назначение на должность канцлера принц считал в высшей степени бессмысленным и бесперспективным. Ему крупно повезет, если в канцелярии найдется хотя бы пара умных и разбирающихся в этом бардаке людей, а лучше магов, причем магов Ветра… «Заодно можно было бы перекусить!» – проскочила мысль у Пожирателя.

Высшие силы его услышали, но ответили весьма своеобразно.

Дверь кабинета отворилась, и на пороге возник Вейран.

– Добрый вечер, Ваше Высочество, – молодой маг не озаботился тщательным соблюдением этикета. Дастану на это было плевать, но магический фон вокруг вошедшего говорил сам за себя, и паразит забеспокоился.

– Может, добрый, может, не очень. С чем пожаловали? – принц сидел в расслабленной позе, положив ноги на стол.

– Если Ваше Высочество позволит, в секретариате очень просили узнать… – маг неожиданно затормозил. Вот он здесь, и что дальше?

Пожиратель смотрел на Вейрана глазами Дастана и понимал: его ВИДЯТ! Отвращение мага Воздуха, плохо скрываемое маской невозмутимости, тварь ощущала как свое. Но за яркими эмоциями жажды деятельности Дастан не разглядел в вошедшем сильную магическую ауру. Счет пошел на мгновения.

От рук и лица Дастана к воздушнику резко потянулись черные нити. Пожиратель хотел лишь одного – выпить Видящего до донышка, до смерти!

Вейран, всем своим существом ощущая опасность, но не понимая ее природу, кинулся прямо на принца.

Черные щупальца Пожирателя вцепились ему в волосы и стали быстро опутывать начиная с головы все тело.

Маг, в свою очередь, в прыжке толкнул принца так сильно, что тот опрокинулся с кресла, сильно приложился головой об пол и потерял сознание, вот только на активность Пожирателя сей демарш никак не повлиял. Он впивался в воздушника все сильнее.

Понимая, что все пошло не так, Вейран попытался привести канцлера в чувства, но ладонь увязла в нитях черноты. Тогда чиновник вцепился ему в волосы. На грани потери сознания Лаэтт почувствовал, как пришло в действие кольцо-телепорт.

Хваленая магическая система безопасности Даналана не сработала.

Зато сработала сигнализация в Атонарской Академии магии. Именно туда, причем аккурат в кабинет ректора, закинул аварийный телепорт Вейрана и Дастана. Почему сработало именно это кольцо? Да потому, что оно было мощнее и было настроено на уход от опасности.

Ректор Даниэль эн Арадэн в этот момент был на практической медитации, и сработавшая система оповещения сбросила весь медитативный настрой мага.

– Драг тебя задери! – ректор всю дорогу до своего кабинета ругался весьма нецензурно, но исключительно мысленно.

Вейран должен был прислать отчет о практике на следующей неделе, а после вернуться в родную альма-матер и защищать диплом. Лорд Арадэн подозревал, что легко не будет, что его родственничек-студент обязательно попадет в какую-нибудь переделку и его придется вытаскивать, но до конца практики оставалась неделя. НЕДЕЛЯ! И все было отлично! И попасть драгу в пасть за пять дней до конца практики было настоящим свинством! Именно это и собирался объяснить ректор своему самому лучшему студенту в красках и прочих цветастых выражениях.

Но пылкой отповеди было суждено остаться непроизнесенной.

На ходу отключая сигнализацию, Даниэль вошел в свой кабинет и споткнулся… о бесчувственное тело своего студента.

– Н-да… что тут у нас? – ректор принялся осматривать Вейрана. Дыхание ровное, пульс учащенный. Со стороны студент выглядел просто спящим, но как-то странно спящим. Рядом лежал так же бесчувственный Дастан.

– А ты у нас кто?

Принц не ответил. Лорд Арадэн не знал в лицо принца Дастана и не стал с ним особо церемониться. После тщательного осмотра оба молодых человека были признаны находящимися в магической коме.

В ректорский кабинет заглянул секретарь.

– Лорд-ректор… – по его лицу было видно, что что-то случилось, но ректору было не до того.

– Заходите, Кенетт, ваша помощь нужна.

– Великий Океан, что случилось? – увидев распростертые тела, секретарь напрягся. Удивления или испуга не было, в Академии магии чего только не бывает, но эти двое выглядели действительно странно.

Совместными усилиями ректор и секретарь переместили с пола сначала Вейрана, а потом и Дастана на стоящие в кабинете кресла. Устроив юношей как можно более удобно, Даниэль выдохнул и предложил секретарю перевести дух на диване.

– Лорд-ректор, – шепотом начал секретарь, – тут вам письма пришли… От Его Величества.

– Кенетт, говори нормально, они не очнутся, даже если мы тут орать будем, – ректор тоскливо покосился на своего студента.

На самом деле Даниэль Арагон эн Арадэн был не на много старше Вейрана, ему было двадцать шесть. Такой же русоволосый, только существенно светлее (практически блондин), тоже с серыми глазами. Разница была лишь в том, что Даниэль был принцем. Единственным сыном и наследником Рикарда Арагона, короля Каранта. С Вейраном его роднила мать, леди Хелла, которая приходилась матери Вейрана Веларии двоюродной сестрой.

Тьма.

Кругом была одна сплошная непроглядная тьма. Здесь не было ни звуков, ни чувств. Вейран осмотрел себя. Вернее, попытался, он не увидел своих рук и ног тоже. Темнота была абсолютной.

Здесь не было времени.

Куда-то исчезали чувства, не только физические, но и эмоции тоже.

Он не испытывал холода или тепла, легкости или тяжести тела.

Вейрану было… никак.

Не было страха, паники и даже простого любопытства.

– Где я? – ответ на этот вопрос становился не слишком важен.

– Кто ты? – из тьмы до Вейрана донесся детский голос.

– Я!.. – маг пытался вспомнить, он пробыл в этом месте совсем мало, но уже начал терять себя.

Попытка вспомнить все породила боль, на уровне сердца начало колоть, и в ушах зашумело. Я дипломированный маг в конце концов или драгоний хвост?