Эклипсион. Книга 1. Часть 2

– Немедленно прекратили! По законам Сенарии, я арестовываю вас обоих!

Он быстро подошёл к дерущимся, и его присутствие подействовало, словно холодный дождь. Несколько солдат подхватили Горма и Джейми, разняв их наконец, и поставили на ноги. Таргельд не делал различий между тем, кто начал, и кто первым ударил. Для него было важно одно: дисциплина и порядок.

– Вы оба пойдёте под стражу до утра, – холодно сказал Таргельд. – В нашем войске нет места для драк между своими, особенно в такую ночь. Неважно, кто прав, а кто виноват. Вы оба ответите за нарушение порядка.

Горм и Джейми, тяжело дыша, смотрели друг на друга, а потом опустили головы, признавая свою вину. Их увели под охрану, и лагерь вновь погрузился в напряжённую тишину. Люди понимали, что даже после победы им предстоит ещё долгий путь к миру, и что сейчас главное – это сохранить человеческое достоинство, даже в самые трудные моменты.

Когда всё было наконец утихомирено и нарушителей увели, Таргельд остался стоять на месте, тяжело дыша. В гулкой ночной тишине его крик всё ещё отдавался эхом, и вокруг него повисла напряжённая пустота. Он чувствовал на себе взгляды – и своих воинов, и пленных кочевников и понимал, что должен держать себя в руках, но внутри всё бурлило.

– Чёрт возьми, что с вами со всеми творится? – крикнул он, но больше для себя, чем для других.

В его голове вихрем пронеслись мысли. Он знал, что когда они выступали в поход, их было около десяти тысяч. А теперь осталось не больше двух. Эта потеря лежала на нём тяжким грузом, и он чувствовал, как ответственность сдавливает ему грудь.

– Это из-за меня, – думал Таргельд, глядя в ночное небо. Это я повёл их за собой. Я решил, что мы должны сражаться, и вот к чему это привело. Теперь я вижу, что мы потеряли слишком многих, и я не уверен, что смогу вернуть домой живыми, даже тех кто остался со мной.

Он вспоминал лица тех, кто пал, и чувствовал, как вина разъедает его изнутри. Каждый павший был для него не просто солдатом, а человеком, которому он дал обещание вернуть его домой. И теперь эти обещания превратились в ничто.

– Что же нам делать дальше? – думал он. Как я смогу смотреть им в глаза и говорить о мире, когда сам едва удерживаюсь на краю?

Но вместе с этой болью в нём рождалось и понимание. Он знал, что не может позволить себе пасть духом. Его люди нуждались в нём, как в лидере, который сможет провести их через эту тьму. Он глубоко вздохнул, собирая силы.

– Мы пережили эту ночь, и мы переживём следующую, – решил он про себя. Я не позволю, чтобы эти потери были напрасны. Пусть эта боль научит нас ценить жизнь больше прежнего. И пусть те, кого мы потеряли, будут жить в нашей памяти.

С этими мыслями Таргельд выпрямился и, бросив последний взгляд на ночное небо, направился к своему шатру, зная, что впереди их ждёт ещё много испытаний.

Когда Таргельд вошёл в свой шатёр, там его уже ждал Арвин, сосредоточенный и немного взволнованный. Он сразу перешёл к делу, спросив о численности и запасах. Таргельд кивнул и ответил:

– У нас примерно две тысячи бойцов. И запасов, в принципе, хватит на месяц, так что голод нам не грозит. Главное – вернуться в земли Сенарии без новых потерь.

Арвин облегчённо вздохнул и продолжил:

– У меня под крылом три тысячи всадников. Они пришли налегке, так что провизии у нас почти нет, только то, что в походниках. Мы отойдём в замок Элдреанор. Там мы сможем принять всех людей и переждать, пока не решим, как двигаться дальше.

Таргельд кивнул, услышав это звучное название, словно из древних легенд. Элдреанор – имя города, которое звучало величественно и внушало надежду.

– Хорошо, – сказал Таргельд. Мы отойдём в Элдреанор. Там мы сможем перегруппироваться и дать людям передышку.

Так, договорившись, они начали готовиться к отходу в замок Элдреанор – надёжную крепость, которая могла стать временным приютом и первым шагом к возвращению домой.

Утро взошло над полем битвы, озаряя его холодным, безжалостным светом. Тысячи тел усеивали землю – как павшие сенарийцы, так и кочевники, и над ними уже кружили хищные птицы. Вороньё слеталось на пир, каркая и пикируя вниз, и зрелище было мрачным и угнетающим. Таргельд вышел из шатра, чувствуя, как утренний воздух обжигает лёгкие, и медленно пошёл по полю, останавливаясь у тел своих погибших капитанов. Каждый из них был для него не просто подчинённым, а другом и товарищем.

Таргельд приказал своим воинам собрать тела капитанов немедленно и укутать их с почестями. Он не мог позволить оставить их на съедение птицам. Затем он отдал распоряжение собрать и остальные тела сенарийцев, чтобы сжечь их по обычаю, не оставляя никого на этом проклятом поле. Они не могли уйти, пока не выполнят этот долг.

Работа была тяжёлой и скорбной. Воины молча собирали тела своих павших товарищей, укутывали их в плащи и складывали на погребальные костры. Над полем поднимался горький дым, и Таргельд стоял в стороне, молча наблюдая, как огонь охватывает останки его людей. Он понимал, что это был их последний путь, и что этот долг он должен был исполнить, прежде чем уйти.

Пламя погребальных костров уже ярко полыхало, когда к Таргельду тихо подошёл Арвин. Таргельд стоял, опустив голову, и думал о каждом своём друге, чьё имя теперь было отдано огню. Он обернулся к Арвину, и на мгновение в его глазах мелькнула усталость.

– Знаешь, я в этой суматохе совсем забыл спросить тебя, – тихо начал Таргельд. – Как ты нас вообще нашёл? И почему ты здесь, Арвин?

Арвин вздохнул и посмотрел на костры, а потом снова на Таргельда.

– Твой вопрос справедлив. На самом деле всё просто. Короли Сенарии, отправляя вас в эти степи за головами кочевников, поступили, мягко говоря, безрассудно. Мой король, Лотар, понимал это лучше других. Именно поэтому он отправил нас к вам на поддержку. Мне жаль, что мы пришли слишком поздно.

Таргельд покачал головой, но на его лице мелькнула тень благодарности.

– Пусть так, но я всё равно рад, что ты здесь. Без вас мы бы все погибли.

Арвин кивнул, а затем добавил:

– Понимаешь, Таргельд, наши короли забыли, что их долг – защищать собственные земли, а не ввязываться в чужие конфликты с Валдорией и Драгхеймом. Пока они думают о чужих войнах, их собственные люди умирают здесь, вдали от дома.

Когда слова затихли, Арвин и Таргельд на мгновение просто молча смотрели на тлеющие костры. Затем Арвин тихо, но твёрдо положил руку на плечо Таргельда, давая понять, что время скорби подходит к концу.

– Нам пора возвращаться, друг мой, – сказал Арвин. – Как бы тяжело ни было покидать это место, но мы должны идти. Враги ещё могут вернуться, а нам нужно сохранить тех, кто ещё остался в живых.

Таргельд взглянул на него и, хоть в его глазах всё ещё была печаль, он кивнул, соглашаясь.

– Ты прав. Мы сделали всё, что могли для павших. Теперь наш долг – защитить живых. Пусть память о павших ведёт нас вперёд.

С этими словами они повернулись и начали собирать людей в путь. Постепенно отряды сенарийцев двинулись прочь с этого печального поля, оставляя позади тлеющие костры и тяжёлые воспоминания.

Генерал Лауренс. Валдорийские земли.

Ночь над валдорийскими землями выдалась холодной и беспокойной. Ветер с севера гнал клочья тумана над лагерем драгхеймской армии, обдавая шатры холодной сыростью. Вдали, за холмами, тлели остатки разрушенных селений, а над ними нависло безмолвное небо, словно предчувствующее беду. В главном шатре командования было куда жарче, чем снаружи. Здесь пылали масляные лампы, отбрасывая длинные тени на разбросанные по столу карты и пергаменты. Воздух был густ от запаха перегретого воска, мокрых плащей и напряжённого спора, который вот уже добрый час не утихал между командирами армии.

– Это безумие! – воскликнул генерал Торвальд, широкий мужчина с густой чёрной бородой. Его тяжёлая рука со злостью ударила по столу. – Как мы, по-вашему, должны продвигаться, когда король отрезал нас от припасов? Наши люди уже голодают, и их боевой дух угасает на глазах!

– Торвальд прав, – холодно произнёс генерал Арман де Грей, высокий и худощавый командир с острым, словно лезвие, взглядом. Он откинулся на спинку тяжёлого походного кресла и сцепил пальцы в замок. – Это не просто сложность, это катастрофа. Мы загнаны в ловушку, и если снабжение не восстановится, то через неделю мы окажемся в худшем положении, чем сами валдорийцы!

– Глупцы, – с раздражением бросил генерал Лауренс. Вы действительно верите, что король намеренно оставил нас без снабжения? Какой в этом смысл? Драгхейм не может позволить себе поражение в этой войне. Значит, либо произошла ошибка, либо… – он оборвал себя и нахмурился.

В этот момент полог шатра распахнулся, впуская порыв ледяного ночного ветра. Все трое генералов замолчали и одновременно повернули головы. В проёме появился лорд Хельмгольд – высокий мужчина в чёрном дорожном плаще, под которым сверкнула серебряная цепь его звания. Его холодный взгляд скользнул по присутствующим, а затем он шагнул вперёд.

– Лорд Хельмгольд? – подал голос Лауренс, узнавая вошедшего. Его суровое лицо нахмурилось. – Чем обязаны вашим визитом?

Наступила тяжёлая тишина, в которой слышался лишь треск фитиля в лампе. Командиры ждали ответа, и в их взглядах читалась тревога. Генералы, ещё мгновение назад спорившие между собой, теперь все как один уставились на лорда Хельмгольда, ожидая его объяснений. Ветер вновь трепыхнул полог шатра, но никто не обратил на это внимания. Хельмгольд медленно снял перчатки и положил их на край стола, окинув взглядом сидящих за картами командиров. Его лицо оставалось бесстрастным, но в голосе звучала едва уловимая серьёзность.

– До меня дошли вести, – начал он, сцепив руки за спиной, – что король прекратил снабжение войск.

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Генералы обменялись удивлёнными взглядами. Первым заговорил генерал Лауренс, пристально глядя на Хельмгольда исподлобья:

– И кто же принёс вам такую весть?

Хельмгольд не дрогнул.

– Один из моих знакомых капитанов, который служит в западной армии, – ответил он спокойно. – Я доверяю ему, но не стану называть его имя.

Лауренс прищурился.

– Как угодно, – процедил он. – А может, тогда вы объясните нам, почему король пошёл на столь радикальное решение?

Хельмгольд выдержал паузу. Затем медленно наклонился вперёд, уперев руки в стол, и холодным голосом сказал:

– Если честно, я не уверен, что этот приказ вообще отдал король Эдгар III.

Эти слова, казалось, пробили тишину шатра, как удар молота по наковальне.

– Что вы хотите этим сказать? – резко поднял голову генерал Торвальд.

– Короля нет в столице, – продолжил Хельмгольд. – Он оставил вместо себя наместника Хельмира, и именно он сейчас отдаёт приказы.

Генералы молчали, переваривая услышанное.

– Вы намекаете, что это Хельмир отдал подобный указ? – осторожно спросил Арман де Грей, склонив голову набок.

– Я не утверждаю этого, – медленно ответил Хельмгольд. – Но я допускаю такую возможность.

Наступила тяжёлая тишина. Все трое генералов переглянулись.

– Куда направился король? – наконец спросил Лауренс, голос его звучал напряжённо.

Хельмгольд посмотрел на него и произнёс:

– Насколько мне известно, он отправился в Тайдзан, на переговоры с представителями Сенарии.

Генералы нахмурились.

– Что ещё за переговоры? – медленно спросил Торвальд.

– Король собирается заключить с ними мир.

Слова прозвучали тяжело, и Хельмгольд позволил им осесть в тишине шатра, прежде чем добавить:

– В обмен на территории, которые были захвачены в ходе войны с Валдорией.

Воздух в шатре стал густым от напряжения. На лицах командиров читалось недоумение, гнев, а у некоторых – даже растерянность. Генерал Лауренс поднялся из кресла, упёрся руками в стол и с нажимом спросил:

– Вы хотите сказать, что вся кровь, пролитая за эти земли, и все жизни, что мы потеряли… всё это было зря?!

Хельмгольд посмотрел ему прямо в глаза.

– Если это правда, то именно так. И у меня есть подозрения, что пока короля нет в столице, Хельмир хочет прибрать власть к своим рукам.

Наступила зловещая тишина, наполненная только треском горящих ламп. Генерал Лауренс пристально смотрел на лорда Хельмгольда, его глаза метали молнии. В шатре стояла гнетущая тишина, лишь пламя свечей на столе слегка подрагивало, отбрасывая пляшущие тени на натянутую ткань шатра.

– Почему вы думаете, что Хельмир хочет захватить власть? – спросил наконец Лауренс, голос его звучал ровно, но в нём угадывалась напряжённость. – У вас есть доказательства ваших слов?

– Помимо указа, – начал он медленно, – мои торговцы сообщили мне, что северные лорды собирают объединённую армию.

Он выдержал паузу, осматривая генералов, затем продолжил:

– Дом Фенвард. Дом Гримхольм. Дом Бьорнгард.

Эти имена прозвучали в шатре как грозовой раскат. Генералы переглянулись, но никто не осмелился перебить.

– Как вы думаете, зачем они собирают войска? – Хельмгольд сделал шаг вперёд, нависая над картой королевства, расстеленной на столе. Его голос стал твёрдым, как гранит. – Они хотят захватить столицу и власть в Драгхейме вместе с Хельмиром.

Лауренс покачал головой, его брови сурово сошлись на переносице.

– Этого не может быть, – возразил он, голос его стал низким и напряжённым. – Эти дома самые древние в Драгхейме. Их предки стояли у истоков королевства. Они клялись в верности королю Эдгару!

Хельмгольд усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья, а лишь горечь.

– Тогда скажите мне, генерал, зачем они собирают армию?

Лауренс не ответил сразу. Его пальцы медленно сжались в кулак, словно он боролся с собственными мыслями.

– Этому должно быть объяснение… – пробормотал он, но уверенности в его голосе уже не было.

Он поднял взгляд на Хельмгольда.

– Так зачем же вы здесь?

Лорд выпрямился, его лицо оставалось непроницаемым.

– Я здесь, чтобы спасти королевство.

Генералы замерли, вслушиваясь в его слова.

– Я здесь по приказу сына короля, принца Рейнальда.

Лауренс нахмурился.

– Рейнальда? – переспросил он.

– Именно. – Хельмгольд сделал ещё шаг вперёд, его голос стал решительным. – Я предлагаю вам помощь.

Лауренс и другие генералы переглянулись.

– Мой дом с радостью оплатит все военные расходы, – продолжил Хельмгольд, – но в обмен на это вы должны выступить на Тарнмир и помешать захвату власти.

Он взглянул каждому генералу в глаза, изучая их реакцию.

– Выбор за вами.

Он позволил своим словам повиснуть в воздухе, давая им осесть в их сознании.

– Или вы останетесь здесь и умрёте в бесполезной войне, в то время как наше королевство падёт…

Генералы замерли, ловя каждое его слово.

– …или же мы спасём его от захватчиков.

Наступила зловещая тишина. Лауренс стиснул челюсти, его взгляд метался между картой и Хельмгольдом.

– Мы не можем просто так вывести войска, – наконец заговорил он, – это будет считаться изменой короне.

Хельмгольд хмыкнул.

– Какая разница! – его голос был ледяным. – Через пару недель эти земли всё равно придётся освободить, когда король подпишет мирное соглашение.

Лауренс сжал кулаки.

– Только за это время… – Хельмгольд наклонился вперёд, его взгляд стал пронзительным. – Сколько воинов вы потеряете?

В шатре повисла напряжённая тишина, и теперь решение лежало на плечах генералов. Каждый из присутствующих понимал: решение, которое они примут сегодня, изменит ход истории. Генерал Торвальд ударил кулаком по столу.

– Если дела обстоят так, как вы говорите, лорд Хельмгольд, то мы не можем сидеть сложа руки. – Он сурово оглядел остальных. – Без припасов мы долго не протянем. Единственный разумный выход – выступить на столицу.

Генерал Арман де Грей задумчиво кивнул, перебирая пальцами рукоять своего кинжала.

– Я согласен с вами, Торвальд. – Он перевёл взгляд на Лауренса. – Смысла цепляться за эти земли больше нет. Если то, о чём говорит лорд Хельмгольд, правда, то каждый день промедления играет против нас.

Но Лауренс, несмотря на накалившуюся обстановку, оставался непреклонен.

– Вы не можете просто оставить южное и северное направления! – возразил он, сжав челюсти. – Что тогда будет с моими воинами? Нас попросту окружат и перебьют.

Хельмгольд чуть приподнял брови, его губы тронула едва заметная усмешка.

– Тогда следуйте с нами, – предложил он, – или же займитесь обороной в Гольцберге.

Это название заставило Лауренса задуматься. Гольцберг был одним из ключевых городов, который войска Драгхейма захватили у Валдории. Город располагался на возвышенности, а его крепость славилась прочными стенами. Действительно, если отступить туда, гарнизон сможет удерживать оборону достаточно долго, чтобы дождаться исхода битвы за столицу. Но без припасов и провизии это было сделать невозможно. Лауренс был в патовой ситуации. Он не мог продолжать войну без снабжения, но и уходить из-под контроля завоёванных территорий было равносильно признанию поражения. Он долго молчал, склонившись над картой, глядя на отмеченные маршруты войск. Затем, вздохнув, поднял голову.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Мы направимся в столицу.

Генералы кивнули, принимая окончательное решение.

– Завтра мы выступаем, – проговорил Торвальд.

– Так тому и быть, – подтвердил Арман де Грей.

Хельмгольд удовлетворённо кивнул.

– Это мудрое решение. Мы должны помешать захватчикам, пока не стало слишком поздно.

В шатре больше не было споров. Теперь все знали, что их ждёт.

Рассвет окрасил восточный горизонт алым и золотым светом, когда глашатаи и адъютанты генералов разносили приказы по лагерю. Раздались протяжные звуки рогов – сигнал к отступлению. Воины, уставшие от долгих сражений, с недоумением принимали весть: армия Драгхейма покидает захваченные земли Валдории и перегруппировывается. На дорогах, ведущих от передовой, потянулись длинные колонны солдат, гружёных повозок и всадников. Лагеря разбирали, оружие и амуницию загружали в обозы, а разведчики следили за возможными преследователями. Пока армия подчинялась приказам, командиры сами не до конца понимали, что происходит. Капитан воздушного флота Скайрен резко распахнул полог главного шатра командования. Его лицо было напряжено, а взгляд горел недоверием.

– Генерал Лауренс, что, чёрт возьми, происходит?! – он шагнул внутрь, не скрывая раздражения. – Почему мы уходим? Войска растеряны, командиры не знают, что говорить солдатам. Я пришёл за объяснениями!

Лауренс, сидевший за картой, поднял взгляд на старого друга и вздохнул.

– Успокойся, Скайрен. И для тебя я просто Лауренс. Ты ведь знаешь, что только недавно меня назначили генералом.

Скайрен нахмурился, глядя на Лауренса так, словно видел его впервые.

– И всё же, почему отдан такой приказ? Почему мы сдаём занятые территории?

Лауренс откинулся на спинку кресла и провёл рукой по лицу, словно пытаясь собраться с мыслями.

– Ситуация сложнее, чем кажется. – Он посмотрел на карту и указал на Драгхейм. – Лорд Хельмгольд рассказал нам нечто тревожное. В столице готовится переворот. Король Эдгар отправился в Тайдзан на переговоры с Сенарией, а тем временем его наместник Хельмир вместе с несколькими могущественными домами собирает войска, чтобы захватить трон.

Скайрен резко выдохнул, недоверчиво качая головой.

– Не может быть… Как отец Алдерика мог пойти на такое?!

Лауренс мрачно посмотрел на него.

– Я тоже не хочу в это верить, но сейчас у нас нет выбора. Мы направляемся в Тарнмир.

Скайрен нахмурился, его пальцы сжались в кулаки.

– Вы хотите взять столицу в осаду?

Лауренс покачал головой.

– Если мы поторопимся, до этого не дойдёт. Я надеюсь, что мы сможем урегулировать всё мирным путём.

Скайрен усмехнулся, но в его взгляде не было веселья.

– Мне всё это не нравится…

– Мне тоже.

Скайрен сделал шаг назад, явно пытаясь осмыслить услышанное, но затем резко спросил:

– А что с Алдериком? Где он сейчас?

Лауренс задержал взгляд на лице Скайрена, затем медленно покачал головой.

– Я не знаю. Но уверен, что в столице его уже нет.

Скайрен сжал челюсти, словно хотел возразить, но Лауренс продолжил, его голос стал твёрдым:

– Ты должен найти его.

Скайрен удивлённо прищурился.

– Ты думаешь, он в опасности?

Лауренс кивнул.

– Я не просто думаю, я в этом уверен. Если заговорщики действительно готовят переворот, они не оставят наследника короны без внимания. Алдерик либо бежал, либо уже в плену. В любом случае, он ключевая фигура в этой истории.

Скайрен выдохнул, размышляя. Затем медленно кивнул.

– Хорошо. Я сделаю всё, что в моих силах.

Лауренс положил руку ему на плечо.

– Будь осторожен, друг. Время играет против нас.

Скайрен молча кивнул и, не теряя времени, вышел из шатра, исчезая в утреннем тумане. Впереди у него была трудная дорога. Скайрен взбежал по трапу своего воздушного фрегата, тяжело ступая по прочной обшивке палубы. Холодный ветер, насыщенный запахом масла и нагретого металла, хлестал лицо. Вокруг суетились инженеры, механики, матросы – все готовились к скорому вылету. Он направился к группе инженеров, которые склонились над массивным топливным резервуаром, проверяя его состояние.

– Сколько у нас осталось топлива? – резко спросил он, голос его резал утреннюю прохладу.

Один из инженеров, низкий коренастый мужчина с грязной от смазки формой, выпрямился и отдал честь.

– Совсем немного, капитан. Мы сможем продержаться в воздухе не больше нескольких часов.

Скайрен стиснул зубы, затем кивнул.

– Понятно. Перелейте топливо с других фрегатов. Нам предстоит дальняя дорога.

– Есть! – отозвался инженер и скомандовал подчинённым. Те тут же побежали выполнять приказ, а Скайрен в это время направился к своему первому лейтенанту – мужчине с заострёнными чертами лица и тёмными волосами, заплетёнными в короткую косицу. Его звали Рудольф Хагер.

Рудольф стоял у борта, наблюдая, как воины загружаются на другие корабли, готовясь сопровождать армию. Услышав приближающиеся шаги капитана, он повернулся и отдал честь.

– Приказы, капитан?

Скайрен, не замедляя шага, передал ему свой приказ.

– Ты поведёшь наш флот. Воздушные фрегаты должны сопровождать армии и прикрывать их с воздуха. Держите курс на Тарнмир.

Рудольф нахмурился.

– А как же вы, капитан?

Скайрен пристально посмотрел на него.

– У меня есть важное задание. Пока меня не будет, командуешь ты.

Рудольф выпрямился и крепко ударил кулаком в грудь, выражая преданность.

– Слушаюсь, капитан!

Скайрен кивнул, затем повернулся и направился в свою каюту. Из окна он видел, как инженеры работали над резервуарами, заполняя их драгоценным топливом. Переливание аэрита – процесс непростой и опасный. Достаточно одной искры, и всё превратится в пылающий ад. Но на этот раз всё прошло без происшествий. Когда последний резервуар был заполнен, один из инженеров отдал рапорт:

– Капитан, топливо загружено. Мы готовы к вылету!

Скайрен шагнул на мостик, оглядывая палубу и проверяя, всё ли на своих местах. Он крепко схватился за поручень и громко скомандовал:

– Поднять фрегат в воздух! Развернуть паруса! Курс на…

Он задержался на мгновение, припоминая расположение городов. Затем твёрдо произнёс:

– Курс на Форт Вельхейм!

Столица была слишком опасной целью. Скайрен знал: если он направится прямо в Тарнмир, его могут перехватить ещё на подлёте. Лояльные Хельмиру силы контролировали воздушное пространство столицы, а баллисты, установленные на башнях, были способны сбить корабль ещё до того, как он успеет приземлиться.

Форт Вельхейм был безопаснее. В этом укреплённом городе жил его старый знакомый, Олрик Гест – мастер-гильдмейстер Торговой Гильдии Драгхейма. Олрик всегда держал руку на пульсе событий, знал, какие заговоры плетутся во дворце, какие приказы отдаются втайне от народа. Если кто и мог пролить свет на происходящее, так это он. Скайрен надеялся, что в Вельхейме сможет встретиться с ним и узнать всю правду. Раздался резкий гул двигателей, фрегат вздрогнул и начал плавный подъём. Ветер взметнул плащи офицеров, паруса наполнились воздухом, и корабль оторвался от земли, устремляясь к горизонту. Скайрен стоял у борта, вглядываясь в тёмные леса и холмы внизу. Впереди его ждала дорога, полная опасностей, но он знал, что нужно спешить, потому что времени оставалось всё меньше.

Лорд Конрад Рейвенхольм. Замок Рейвенхольм.

Густой серый туман стелился над каменными стенами замка Рейвенхольм. Глухие удары капель дождя по высоким витражным окнам наполняли гулкую тишину. В зале, освещённом лишь пламенем очага, за массивным дубовым столом сидел лорд Конрад Рейвенхольм, мрачно глядя на стоящего перед ним человека. Это был Арнольд Винклер. Его губы тронула легкая усмешка, когда он склонился в почтительном поклоне.