Сердце Поющего леса: Пробуждение

– Он больше тебя не побеспокоит.

Я не увидела, что он сделал, но губы конвоира посинели. Сальный издал короткий, удивленно булькающий звук. Мутные глаза тут же закатились, демонстрируя сероватые белки. И он обмяк на тюремной кровати безвольной тушей.

Мне потребовались все силы, просто чтобы не стать его легкой добычей. Хозяину потребовался лишь взгляд, чтобы избавиться от него навсегда…

Я смотрела на его обмякшее тело дольше, чем следовало. Пальцы на локте требовательно сжались.

– Могу, – поднялась, с трудом выпрямляя разбитые о каменный пол колени.

Варн ловко заскочил в камеру и выволок еле дышащего рыжего в коридор.

Хозяин взял меня за грязное, окровавленное запястье, будто это не он только что брезговал наступить в кровь. Разжал мои пальцы и забрал бляху.

– Это нам не понадобится, – после чего вложил мне в руку белоснежный носовой платок. – Вытри губы от крови и не отставай.

С этими словами он вышел из камеры и даже не обернулся.

___________________________________

В боку кололо. Голова кружилась от затхлого воздуха подземелья и никуда не девшегося медного привкуса на языке. Я следовала за высокой фигурой Хозяина, разглядывая черный, шитый золотом камзол. Серебристые волосы россыпью ложились на плечи. Он шел уверенно, не замедляя шаг ни на секунду, независимо от того, сколько развилок и поворотов мы преодолели. Тюрьма была нескончаемым лабиринтом.

Наконец очередной коридор уперся в лестницу. Я сбилась со счета. Бедра и икры ломило от усталости. Но я не могла себе позволить не поспевать.

В воздухе появилась свежесть. Кожу обдало приятным ветерком. И вскоре вместо темноты лестничных пролетов над головой разверзлось бескрайнее ночное небо. Усыпанное мириадами звезд, оно, несомненно, отличалось от неба над Латоном. И тем не менее вызывало те же чувства.

Мы шли по открытой части городской стены. Стража на посту замирала и, казалось, забывала, как дышать, когда мы еще только появлялись на горизонте. Столица не спала. Смех и шумные разговоры из кабаков, ругань, детский плач. Город жил своей жизнью.

– Ты в столице, – сказал Хозяин в пустоту, словно предугадал мой вопрос.

– В… Фиаранде? – я пыталась вспомнить название, услышанное от сального еще днем.

Мужчина замедлил шаг. Похоже, мой вопрос удивил его, вывел из равновесия. Бросил на меня через плечо быстрый взгляд. Золотистые, будто звериные, глаза заинтересованно блеснули.

Я поежилась.

– Ортиада – столица Фиаранда, – ответил уже бесстрастным тоном. Этот человек точно умел держать себя в руках.

Мы повернули за угол. С наружной стороны городских стен лунной дорожкой ярко блеснула река. Деревья отражались в ней темными истуканами. Под ложечкой засосало. Я всматривалась в их дрожащие от ряби величественные отражения. Но ничего не чувствовала в груди.

– Элайна, проводи девушку в гостевую комнату и позови Ашера. Я буду в кабинете.

Завороженная близостью леса, я не сразу заметила, что город снизу сменился замковой стеной. Из небольшого алькова нам навстречу вышла невысокая женщина. Она коротко кивнула словам Хозяина, окинула меня быстрым взглядом.

– Элайна покажет тебе покои, – мужчина остановился сразу, как только мы оказались в светлом широком коридоре.

Не дожидаясь от меня ответа или согласия, развернулся и быстрым шагом двинулся дальше. Я обернулась на Элайну, стоявшую за моим плечом.

Одетая в простое аккуратное платье, с собранными в причудливые косы волосами и ничего не выражающим лицом.

Элайна.

Первая женщина, встреченная мной в этом мире. Живое отражение своего господина. Собранная, немногословная, и тем не менее глаза ее не были пустыми, как у безликой прислуги. Ровная осанка, гордо поднятая голова, уверенный взгляд. Сложно было сейчас сказать, было ли все это заслугой ее характера или безграничной властью Хозяина, которому она служила.

– Пройдемте за мной, – женщина открыла неприметную дверь, пропуская меня вперед.

За все дни моего пребывания в Фиаранде я впервые почувствовала себя человеком. Небольшая, но облагороженная спальня была больше трех шагов в ширину и хорошо освещалась не только сферами, но и углями, тлеющими в небольшой бронзовой жаровне. Большая кровать с простым светлым балдахином. Аккуратное трюмо в углу.

Я взглянула в зеркало и не смогла сдержать стон.

Изорванная рубаха, растрепанные волосы, грязное лицо с запекшейся в уголках губ чужой кровью. Содранные колени и нескончаемые синяки и ссадины по всему телу. Вдобавок на шее бордовыми пятнами отпечатались руки сального. Картина не из приятных.

В голове снова всплыла его смерть. Всего одно мгновение – и жизнь испарилась из него, оставив лишь оболочку. Одно мгновение – и желание Хозяина, чтобы это случилось. Что он за человек, что может так легко лишить кого-то жизни?

Утро вечера мудренее. Завтра нужно выяснить, кто он. И какова его реальная власть. Иначе с моим языком можно отхватить не лучший конец, чем у сального.

Элайна принесла мне сменную одежду, полотенце и таз с теплой водой. О большем я не могла и мечтать.

– Хозяин пришлет Ашера после наставлений. А утром я приставлю к вам горничную… – небольшая пауза в конце, и Элайна подняла на меня глаза, цепко всматриваясь в мое лицо.

– Вивьен, – я сделала вид, что не заметила этого взгляда. Обратиться ко мне «госпожа», видно, язык у нее все же не повернулся. Но и иного слова Элайна подобрать не сумела. Что ж, на госпожу я пока не претендую.

Женщина задумчиво кивнула, неглубоко поклонилась и вышла из комнаты.

Я смывала грязь и ощущала себя так, будто мне случайно сделали апгрейд из эконома не просто в бизнес-класс, а предоставили частный суперджет.

Всего полчаса… час назад? Меня пытались изнасиловать, а потом и убить в тесной грязной камере в метрах под землей. А теперь у меня есть кровать, а не тюфяк с вонючей соломой. Полноценная одежда. И даже горничная.

И все же червячок сомнения начинал грызть меня изнутри. Двое обещали мне смерть, если Столица меня обнаружит.

И Кай.

И Бастиан.

Почему же планы Столицы на мой счет изменились?

___________________________________

Я почти провалилась в сон, когда за дверью послышалось шуршание. Паника подкатила к горлу новой волной. Я лежала, утопая в уже непривычно мягкой перине, и слушала, слушала, до хруста сжимая пальцы. Казалось, ничего не происходит. Но нет-нет – и легкое движение, дыхание, вздох доносились до моего уха. Если этот кто-то ждет, что я засну и ослаблю бдительность, – пусть встанет в очередь.

Я села на кровати, стараясь не шуметь. Оглядела полумрак комнаты в поисках чего-нибудь потяжелее. Все из разряда «потяжелее» было предусмотрительно приколочено к полу или к стенам.

Встала. За стеной еще больше завозились. Это придало прыти.

Отыскав в трюмо гребень с хоть и недостаточно острыми, но крепкими зубцами, я на цыпочках подошла к двери.

Прислушалась.

Тишина.

Закрыла глаза и досчитала до трех, собираясь с силами. Дернула на себя тяжеленную дверь и сделала шаг… навстречу.

Мы оба замерли.

Молодой парень в темно-синем дублете с черными, как смоль, кудрями стоял напротив, приставив лезвие тонкого клинка к моей шее. Я же вдавливала ему под кадык зубцы ранее найденного гребня.

Он первым опустил оружие. Я с недоверием следила, как клинок исчезает в ножнах. Сомнений добавляло и то, что похожий дублет я уже встречала в Фиаранде. И его владелец даже не считал меня за человека. Кай.

– Ашер, – он с усилием выдавил из себя быстрый кивок головой.

Ашер?

Шестеренки в моей голове заработали с бешеной скоростью.

«Хозяин пришлет Ашера…» – в памяти всплыл обрывок наставлений от Элайны. Я уже и забыла, что за мной приставили наблюдателя.

– Вивьен, – я коротко кивнула в ответ и убрала гребень за спину.

Ашер молча отошел и опустился на пол у стены. Я еще мгновение проторчала в дверях, не зная, как реагировать на произошедшее. Захлопнула дверь. И уже скоро провалилась в глубокий сон.

Глава 13

Мне снилось многое.

Снился Латон с его обычными делами. С рабочими дедлайнами, разговорами за чашкой чая, знакомыми лицами и голосами.

Снился чей-то далёкий плач, запах крови и гари. Чужие голоса, шелест ветра в ушах, словно от быстрого бега. Эти сны были снами Фиаранда. Я металась по кровати в полудреме, не понимая: это прошлое в моей голове? Или будущее?

– …Вивьен, – как через вату в сознание пробился незнакомый голос. Я судорожно схватила чью-то руку, дотронувшуюся до моего лба. Рука дрогнула и попыталась вырваться. – Леу Вивьен?! – взволнованная интонация заставила меня вернуться в реальность и сбросить плен сновидений.

На лбу выступил холодный липкий пот. Я открыла глаза. Над кроватью нависла девчушка, чуть старше двадцати. Темно-серое плотное платье с передником, высоко собранные волосы. Видно, горничная, которую мне обещала Элайна.

Девчонка смотрела на меня во все глаза. Только попытавшись сесть на кровати, я поняла, что все еще крепко держу ее руку с платком, которым она промакивала мне лоб.

– Извини, – я разжала пальцы и выхватила у нее платок. Вытерла лоб. Она потупила глаза.

– Вы гостья Хозяина, леу Вивьен, вам не стоит передо мной извиняться. Я напугала вас, прошу прощения, – поклонилась отточенным движением, не поднимая глаз. Разница между ней и Элайной была очевидна.

Незнакомое слово резало слух.

Леу Вивьен.

Не госпожа. Не леди. Не «девка».

Леу.

– Что ещё за «леу»?

– Леу… – девчонка снова мялась, теребя пальцы.

Да что же это такое? Кого тут держат в заточении – меня или ее?

– Я тебя не съем, чего дрожишь? – хотела лишь по-доброму подшутить, но план провалился. Горничная подняла на меня мокрые глаза. Плаксы мне еще не хватало… Или?

Только сейчас до меня начало доходить, что она просто боится. И боится не Хозяина, не Элайну. Боится меня.

Я со вздохом свесила ноги с кровати. Расправила одеяло рядом с собой и призывно похлопала по перине.

– Садись.

Она не двинулась с места.

Ладно, зайдем с другой стороны.

– Это приказ гостьи твоего Хозяина. Ты хочешь ослушаться? Сядь. – Такой подход возымел свои результаты. Она расправила подол, села чуть поодаль.

– А теперь посмотрим на меня. И не реви.

Когда зрительный контакт был установлен, я продолжила, стараясь держаться спокойного размеренного голоса:

– Чего ты так трясешься?

Она помолчала, раздумывая, стоит ли все же говорить мне правду. А после выпалила на одном дыхании:

– Я слышала, как Элайна говорила с Хозяином, что вы гиана! Всех гиан давным-давно убили…

Дальше я не слышала.

Слова «всех убили» ввинтились в виски и застряли там раскаленными иглами.

Всех.

Убили.

Давным-давно.

Я последняя.

Но тогда почему я еще жива?

– …потому что они опасны, ой! – она икнула и продолжила тараторить, но я уже не разбирала слов. Смотрела на свои руки.

Они убивают таких, как я. Ни для кого из них я не была человеком. Так, жук из Красной книги, популяцию которого намеренно истребили и не собираются восстанавливать. А вот понаблюдать за последним экземпляром все-таки интересно. Для всех в этом замке… Нет. Для всех в этом мире я как хомячок в клетке. Действительно, домашняя «зверушка». Невольно вспомнился Кай и брошенные им фразы.

– Леу Вивьен? – голос девушки пробился сквозь вату. – Вам плохо?

Я моргнула. Подняла на нее глаза. Она сжалась, готовая бежать.

– Нет, – ответила, и голос сел. Пришлось откашляться, чтобы продолжить. – Нет. Просто… задумалась.

– Вы первая живая гиана во дворце. Что если на меня разозлитесь? А я умирать боюсь! – после своей тирады она выдохнула с облегчением. Только сейчас я заметила, что огромные испуганные глазищи у неё вдобавок ко всему еще и красные. Если Элайна дала наставления вчера и эта дурочка подслушала разговор, то наверняка всю ночь проревела в подушку о своей нелегкой судьбе.

Я подавила вздох.

– Как тебя зовут?

– Дрея.

– Хор…

– Вы только не говорите Хозяину, что я подслушивала! – она тут же перебила меня, не дав даже начать фразу.

А еще говорит, смерти боюсь! Что-то перебивать меня ей совсем не страшно.

– Дрея, послушай внимательно. Жаловаться на тебя Хозяину я не планирую, горничная мне еще нужна. Желательно целая и невредимая, – пыталась втолковать ей, что меня не нужно бояться, но только вызвала очередную икоту.

Хотя, сдается мне, Хозяин прекрасно осведомлен обо всём, что происходит во дворце. И сила располагает, и положение обязывает.

В голове роились совсем другие мысли, но я продолжила:

– До тех пор пока ты не поливаешь все слезами и не дрожишь как желе. Договорились? – удовлетворившись ее легким задумчивым кивком, спросила снова: – И кто такая «леу»?

Она сжала в пальцах уже изрядно помятый передник, но ответила:

– Леу… так называют тех, кто без места, без рода. А вы-то вообще не человек…

Внутри предательски сжалось сердце. Сдается мне, что и место, и род у меня когда-то были. Когда-то, но не сейчас.

Ну вот и стало все ясно. Леу – это бомж по-фиарандски. Ну или бедный и безродный человечишка. Или гиана, в моем-то случае.

Дрея помогла одеться и расчесать волосы. Наряд мне выдали максимально неприметный. Все та же светлая полотняная туника, только уже женского кроя, с длинными рукавами и даже небольшими рюшами на вырезе. Сверху темно-зеленая котта из плотной ткани. От горничной меня отличали лишь более яркие цвета и расположение шнуровки. У Дреи шнуровка была впереди, до самого пояса. Мое же платье спереди имело исключительно декоративные завязки. На самом деле затягивалось со спины и по бокам, что делать самостоятельно очень неудобно.

– Ашер ожидает в коридоре, чтобы проводить вас в кабинет, – Дрея закончила затягивать шнурки на спинке моего платья.

– Спасибо, Дрея, – я бросила взгляд на дверь, за которой он, вероятно, просидел всю ночь.

__________________________

Лицо Ашера казалось немного осунувшимся – вероятно, от непредвиденного ночного дежурства под дверью. Он не здоровался. И в целом делал вид, будто нашей ночной встречи не произошло. Очень обходительно пропустил меня вперед, указав рукой направление. Ашер двигался беззвучно, и если бы не горячее дыхание, которое я ощущала затылком и от которого по шее щекотливо пробегали мурашки, его можно было и вовсе не заметить.

Также двигался и Бастиан…

Хотела отмахнуться от мыслей о нем, но мозг не унимался. Пытался сложить пазлы происходящего за последние дни.

Бастиан как-то связан с Каем, хоть он так и не сказал об этом вслух. Кай абсолютно точно связан с Ашером, раз они носят одинаковую униформу. Что если спросить у Ашера о Бастиане? Нет, пока рано… я и так здесь на птичьих правах.

За внутренним монологом дорога прошла довольно быстро. Кабинет оказался в соседнем крыле, через пару коридоров и переход, стены которого были увешаны гобеленами.

Меня ждали.

Дверь приоткрылась за мгновение до того, как костяшки пальцев коснулись поверхности в попытке постучаться.

– Вивьен, прошу, – прозвучало из глубины комнаты. Ашер остался в коридоре, в этот раз не подпирая стену, а вытянувшись как струна.

Назвал по имени. Похоже, Элайна уже успела сообщить всю добытую информацию.

После светлых коридоров полумрак кабинета казался еще темнее. Хозяин сидел за большим письменным столом, обложившись кучей книг и бумаг. Я села в кресло напротив, оказавшись значительно ниже в росте. На удивление на столе горела небольшая свеча, а не уже привычная сфера. Он проследил за моим взглядом.

– Люциолы меня утомляют, – пояснил буднично, как будто эту информацию знает каждый ребёнок. Но глаза цепко впились в моё лицо, ожидая реакции.

Проверяет.

Ещё вчера на стене я заметила его секундное замешательство, когда мы говорили о столице и Фиаранде. Хочет подтвердить свои догадки?

Игра в дурочку с ним была бы бесполезна, поэтому я решила идти напролом. В конце концов для чего-то же он вытащил меня из темницы, приодел и даже привел к себе в кабинет.

– Ваши люциолы ни о чем мне не говорят, – я поджала губы и встретилась взглядом с плавленым золотом его глаз. – Мне ничего не говорит Ортиада и Фиаранд. И даже больше… мне ничего не говорит «гиана», которой вы все меня тут считаете.

Тут я немного приукрасила. Само слово было для меня пустым звуком – это верно. Но каждый раз при его упоминании сердце внутри ныло и разрывалось от горя.

– Если бы ты не была гианой, Вивьен… – он встал, оперся руками на столешницу, нависая надо мной и бумагами, – …то умерла бы в той камере, как и та похотливая свинья, – бледное лицо исказилось отвращением.

Я дернула плечами. По всему телу пробежал холодок от воспоминаний.

Я жива не потому, что меня пощадили. Я жива потому, что полезна.

Глава 14

– Завеса не пропустит тебя обратно.

Мы сидели в темном кабинете уже больше получаса. Мои попытки ретироваться из Фиаранда тем же путем, что я сюда попала, сгорали в синем пламени прямо у меня на глазах. Хозяин отметал все варианты, но понять, говорит ли он мне правду, я не могла.

– Но сюда ведь я как-то попала! Если завеса – это дверь… – снова начала я вкрадчиво.

– Стена, – перебил он меня с едва различимым рычанием в голосе.

– …не вижу проблемы пропихнуть меня обратно через нее – и дело с концом, – я упорно делала вид, что не замечаю комментариев.

– Она и сюда не должна была тебя впустить.

– Но впустила! И если гианы так уж опасны, что вам потребовалось всех их истребить, – отпустите восвояси и закройте эту… межмировую дыру! – отступать не хотелось.

Хотелось домой.

В свою постель. В свою нормальную жизнь. В Латон.

Подальше от всех этих замков, тайн, гиан и магических геноцидов.

– Не трать мое время. Ты не сможешь вернуться, даже если я этого захочу, – процедил сквозь сжатые зубы. Разговор начинал порядком раздражать нас обоих.

– Так пусть этого захочет кто-нибудь посильнее!

– Ищешь смерти, гиана? – в его глазах промелькнул гневный огонек.

– Не нужно мне угрожать! – я и сама чувствовала, как внутри закипает гнев. Из заключенной в темнице я превратилась в заключенную в Фиаранде. Да, клетка больше и куда комфортнее, но все же – это клетка. Мне не нужен был этот мир. Не нужна была магия, которую я не просила.

Хозяин поднялся и обошел стол, служивший островком безопасности между нами. Я наблюдала за его передвижениями, стараясь унять злость, но продолжила:

– Меня и так здесь пытается убить каждый второй. Невозможно все время бояться.

– Бояться стоит только меня, – он облокотился на ручки моего кресла и навис сверху. Светящиеся звериные глаза оказались слишком близко. – Остальные не посмеют.

– Убьешь меня, если не перестану задавать вопросы? – прошептала ему прямо в лицо.

Он не отстранился. Только горько ухмыльнулся в ответ.

– Убью, – подтвердил сказанное легким кивком.

Я помедлила, ища в его лице подтверждение своим мыслям.

– Не сможешь, – улыбнулась устало, видя, как плотно сжимаются его губы и сужаются зрачки. – Я тебе нужна, – не слышала, ощущала, как внутри его груди зарождается рык. – И пока ты не получишь свое – я буду жить. Нравится тебе это или нет.

Его терпение лопнуло, словно мыльный пузырь. Зрачки сузились, став почти вертикальными, как у змеи. Но вместо холода в них плескалась раскаленная золотая лава. Тонкие пальцы до боли сжали мои запястья, пригвоздили к креслу.

– Если я скажу тебе умереть – ты умрешь. Захочу, чтобы жила – воскреснешь. Не думай, что моя доброта – это слабость, Вивьен, – прошипел в ответ.

От его пальцев по коже побежали электрические импульсы, рассыпаясь по телу и снова концентрируясь в одной точке – на запястьях. Я закусила губу до крови. С каждым импульсом боль все нарастала, пока наконец терпеть уже было невозможно. Из груди вырвался непрошеный крик, но пытка все еще продолжалась. Боль, гнев, злость, страх, отчаяние… всё это смешалось внутри, собираясь в тугой комок, разрастаясь в груди, пока не взорвалось и не растеклось по венам таким далеким и таким знакомым жаром.

В глазах на мгновение потемнело. А после весь этот жар вырвался наружу. Я видела, как удивление и непонимание проскользнули в глазах Хозяина. Чувствовала, как ослабла его хватка и сдвинулись от напряжения брови. Слышала, как хлопнула дверь кабинета и сзади беззвучно появился Ашер. Только движение воздуха и стук двери выдавали его присутствие.

– Выйди, – зло бросил ему Хозяин, переживая непонятную мне борьбу.

Импульсы его магии еще разбегались во мне, но больше не причиняли боли. Скорее наоборот – подпитывали меня.

Ашер не смог повиноваться. Я видела, как нити, похожие на те, что раньше связывали меня с рунами, искрятся зеленым свечением. Тянутся от меня к этим двоим. Впиваются в них, прорастают внутри, забирая магию и жизненные силы. Грудь вздымалась свободно, тело налилось силой.

Я всматривалась в напряженное лицо и позу Хозяина и видела то, от чего все вокруг замирали при появлении его фигуры. Почему не могли перечить. Глаза были лишь каплей. Отражением его сущности, но не силы. Сила была внутри. И сила была разная. Темная магия смешивалась с огненно-золотой. Сквозь них протекала третья – смертельно холодная. Он был единением их всех.

Пространство вокруг стало со мной единым целым. Хоть Ашер и стоял позади – он был как на ладони. Магия внутри него откликалась на мои нити. Она была знакомой и в то же время чужой. Испорченной.

Ашер откашлялся кровью, опираясь на спинку кресла.

Он умрет, если я не остановлюсь.

Но, как и тогда в лесу, с защитным полем, я не могла остановиться, даже если бы захотела. Внутри меня все кричало: возьми. Не отпускай их. Тебе нужна эта сила. И даже если головой я решила иначе – жар шел не оттуда и абсолютно не обращал внимания на мои мысли.

Я отыскала взглядом глаза Хозяина. Несмотря на все происходящее, в них не было ни капли страха или злости. Только удивление, интерес. Состояние Ашера, казалось, вовсе его не беспокоило. Он смотрел на меня, изучал, пытался понять, хоть я и выкачивала из него силу.

– Спаси, – прошептала одними губами.

Он посмотрел на бледное лицо Ашера.

– Будет больно.

Я прикрыла глаза, принимая условия. Знала, как больно будет. Но не могла позволить умереть невиновному. Что бы они ни думали обо мне, что бы ни говорили – я не монстр, не убийца.

В следующий миг поток чудовищной силы ударил мне в грудь. Не выдержав, нити с надрывом лопнули, как перетянутые гитарные струны.

Я не кричала. Но на глазах выступили предательские слезы. И теперь уже не Хозяин держал меня за запястья – а я вцепилась пальцами в его руки, до крови вонзая ногти в светлую кожу.

Остатки магии выплеснулись из них и тут же поглотились, но уже не мной. Втянулись Хозяину в солнечное сплетение – туда, где совсем недавно я видела пульсирующую внутри тьму.

Ашер пошатнулся.

– Я говорил тебе выйти, – Хозяин отреагировал первым. Ослабил мою хватку, подошел к Ашеру. Приложил ладонь к его груди. Лицо парня приобрело нормальный цвет.

– Господин, песня не давала двинуться, – голос дрогнул, Ашер склонился в почтительном поклоне.

Песня?

– Иммунитет? – Хозяин деловито всматривался куда-то вглубь Ашера.

– Отключился, как только я зашел, господин.

Хозяин негромко рассмеялся. Мы с Ашером молчали и, похоже, оба не понимали причины его радости.

– Необычно, очень необычно, – мужчина вернулся к креслу и присел рядом со мной на корточки. – Я не хотел к этому прибегать, но, Вивьен… ты сама меня вынудила.

– Я ничего из этого не просила, – ответила устало. Произошедший выброс магии потребовал очень много сил. И даже того, что я впитала из них обоих, не хватило. Вернувшееся тепло не исчезло, но едва тлело в груди.

– А может, стоило бы? – он задержался на мне взглядом. Развернул мои руки тыльной стороной вверх, ощупал запястья. Примерно так медсестра нащупывает вену перед взятием крови. Я отстраненно наблюдала за манипуляциями, прокручивая произошедшее в голове снова и снова.

Здесь не было леса, до которого я могла дотянуться. И магия нашла себе другой источник силы. Живой источник.

Что, если бы он не остановил меня? Я иссушила бы Ашера до конца?

Уверена, что Хозяин даже не почувствовал разницы от потери этой магии. Он был полон ее разных ипостасей. Тогда как у Ашера не было особой врожденной силы – только та видоизмененная крупица, которая так притягивала меня.