Диавивастикос. Испытание переправой

– Ну, уж нет, следовать твоему примеру не хочу! – рыжий братец ляпнул, очевидно, не подумав, и поспешил извиниться за свои слова.

– Всё нормально, я знаю, что ты не со зла…

Несмотря на то, что мы с людьми живём в разных мирах, и наша жизнь в сравнении более долговечна, чем у людей, тем не менее, мы иногда пересекаемся с людьми, знаем их устои и часть законов, их обычаи и некоторые привычки бытового характера.

Я и вовсе, знаю о людях намного больше братьев. Шестнадцать лет я прожил с красавицей Алисой, которая тоже была людской девушкой. С первого взгляда считал её своей истинной, и чтобы не случилось, так будет неизменно и навсегда.

Уже прошло более пятидесяти лет после смерти Алисы и столько же времени душа моей возлюбленной закована в « Царстве Аида ». Я уже полвека один, и не собираюсь больше заводить серьёзных отношений. Алиса была прекрасной и доброй девушкой, которая поделилась со мной и братьями очень многими тонкостями и особенностями жизни в «Людском мире».

***

С момента, как Адриан с Майей покинули пещеру, прошло уже больше часа. Джон всё еще продолжал рассуждать о Майе:

– Знаешь, кровь девчонки какая-то другая, даже по запаху отдалённо напоминает людскую. Если учесть, что я себя прекрасно сдерживаю и относительно спокойно реагирую на эту девчушку, не считая того, что иногда нарочно запугиваю её, то можно прийти к закономерному выводу, что в этой девчонке что-то не чисто. Мне кажется, она что-то скрывает, и нам надо как можно быстрее вычислить, что именно!

– Да, я вчера исцелял рану на её руке, и тоже почувствовал странную энергетику. Как будто её кровь впитала неизвестную мощную силу и хранит это в себе… – задумчиво размышляю, но решаю не продолжать дальше делиться своими доводами.

Не смотря на наши с братьями не очень добродетельные планы на девчонку, я вовсе не желал Майе зла и не хотел подвергать её опасности. Девушка многое пережила за последнее время, напугана, и осталась совсем одна. Очутилась среди четырёх мужчин, которые повели себя как самые настоящие кобели. Майя находится в чужом для себя мире, ещё и совсем недавно потеряла единственную сестру. Довольно с неё стресса…

Я интуитивно чувствовал свет и тепло внутри этой человеческой девчонки. Она была чиста мыслями и сильно напугана. Если быть честным с самим собой, то я действительно считаю, что всё не так просто, как изначально может показаться. Что-то в этой девушке есть, что-то тайное сокрыто внутри неё. Возможно, что именно это и является причиной охоты на девчонку. Я уверен в своих размышлениях, и эти тревожные мысли не оставляют меня ни на минуту. Не спешу делиться своими подозрениями с братьями, чтобы в порыве, не разобравшись во всём, они не лишили Майю жизни.

Идея с «клятвой на крови» не приводит меня в восторг, но я понимаю, что так девчонка будет в относительной безопасности. Правда, слова Джона о том, что он вполне может контролировать себя рядом с ней, наводят на мысли, что в этой клятве нет никакого смысла. «Хотя, что таить, я был бы рад такой юной, доброй и красивой сестрёнке…» – продолжаю мысленно сам с собой вести беседу, строить догадки и гипотезы, сидя напротив, напевающего себе под нос странные мелодии Джона.

Я в очередной раз начищал ножи до блеска после готовки, как вдруг земля неожиданно задрожала, буквально заходила ходуном. Над головой начала осыпаться пещера, сталактиты отламывались и падали прямо на нас с братом.

«Вибрационный сигнал Адриана!» – почти сразу понял, что за землетрясение случилось. Мы с Джоном встревоженно переглянулись.

– Скорее! Рокки! Адриану нужна помощь! – прокричал Джон и в одно мгновение обернулся в свою вторую истинную форму – Мантикору.

В момент передо мной стояло огромное, хищное существо, которое обычно пугало всех своей свирепостью. Мантикора имел львиную голову, но не со звериной мордой, а со злобным и пугающим мужским лицом – искаженным лицом Джона. Лицо обрамлено со всех сторон шикарной ярко – красной гривой. Это существо имело выдающиеся челюсти с огромными и острыми зубами в три ряда. На искажённом лице Джона неизменным оставались лишь его большие ярко-голубые глаза, с помощью которых он умел заманивать жертву. Помимо львиной головы Мантикора имел мощное тело и львиные массивные лапы. Однако чёрный хвост у этого создания выглядел как у скорпиона, на конце которого имелись смертельно ядовитые острые шипы. Спасти от яда Мантикоры даже я – с врождённым даром исцеления – буду не в силах.

Джон был единственным из нас, кто ни в одном из двух обличий не имел крыльев, но компенсировал это силой и скоростью своих прыжков. Чаще всего, именно он мог добраться до любой части мира быстрее нас всех – крылатых, летящих по воздуху. Так случилось и в этот раз.

В один огромный прыжок Мантикора выпрыгнул из пещеры в лес, и за несколько прыжков очутился прямиком в центре вибрационного сигнала Адриана.

В этом весь Джон, – он никогда не оставит в беде нуждающегося, тем более друга или брата…

Я последовал за братом, в мгновение обратился в Феникса – яркую и величественную птицу, со светящимися пурпурными глазами и золотисто – красным огненным оперением. Моё второе обличие имело крылья, размаху которых позавидовал бы любой «людской» самолёт, а на пышном хвосте всегда незримо полыхал огонь, разлетаясь по ветру огненными языками.

Через пару минут, пролетая над лесом, я увидел тело Майи. Девушка лежала лицом вниз в невысокой траве. Из её окровавленной раны на спине торчало чёрное оперение и хвостик небольшой стрелы. Вокруг тела бездыханной Майи растеклась большая лужа крови, которая пропитывала собой землю и траву, окрашивая их в тёмно – багровый цвет.

Вопреки всем ожиданиям девушка находилась там не одна, и этот кто-то рядом с ней – был точно не Адриан.

Приземлился на траву рядом с телом девушки. Увидел, кто стоял рядом с ней – прекрасная лесная нимфа – дриада.

Не теряя времени, вернулся в мужское обличие. Уж было принялся задавать вопросы дриаде, но не успел я озвучить первый вопрос, как меня почти сразу же перебил Джон, появившейся из ближайших кустов, облачившийся снова в свою первую форму.

– Что с девчонкой? Она жива?! Я осмотрел территорию, никого поблизости нет. Кто это сделал?! Ты убила её?! – кинулся с этими словами на дриаду обезумевший рыжий братец.

– Джон, успокойся. Дело серьезное. Мне сейчас нужно бросить все силы на спасение жизни Майи, не хватало ещё твоих истерик! – бросаюсь словами в Джона, сидя рядом с телом Майи, попутно нащупывая её пульс и проверяя состояние девушки.

Рыжий братец устало выдохнул, потёр ладонью лоб. Успокоился, насколько это было возможно и сел рядом. Мы перевернули Майю на бок и осмотрели рану. Майя лежала в большой луже крови. Её глаза были закрыты, пульс почти не прощупывался, губы были синими, лицо бледное. Счёт идёт на минуты, жизнь покидала её.

Я впервые не чувствую уверенности, что смогу спасти девчонку. Из спины Майи торчит недлинная стрела, чтобы её вытащить и исцелить рану, придется разрезать кожу и мышцы на теле девушки, но это не единственная проблема…

– Где Адриан?! – истерично орёт Джон на весь лес.

– Мы с сёстрами видели, как Адриан обернулся в Лефона. Улетел сразу за существом, которое напало на девушку, по горячим следам. Перед тем, как улететь, он подал вибрационный сигнал всему лесу. Уверена, скоро сюда примчатся и другие существа! Кровь вокруг девчонки в совокупности с вибрационным сигналом являются компасом для существ! – наконец-то подала голос до этого хранившая молчание дриада.

Дриады – это души леса, в физической форме жизни – дерева, имеющие нелёгкую судьбу. Они действительно являются душами определенных деревьев. Лесные нимфы могут покидать свои деревья и путешествовать по лесу, вне зависимости от расстояния от своего пристанища, но если дерево по какой-то причине погибает, например, его срубают, сжигают или любым другим способом уничтожают, то вместе с ним умирает и его душа – дриада. Лесные нимфы смертны, жизнь дриад не долгая, в сравнении с долголетием других существ в нашем мире. В обычной среде лесные нимфы не являются угрозой для живых существ и для людей ровно до того момента, пока их обитель – деревья, растения, кустарники и цветы в безопасности.

Дриады необычайно красивые и справедливые существа. Самое удивительное, что они одни из немногих, кто действительно любит людей, всегда стараются прийти им на помощь. Большинство лесных нимф выглядят прекрасно. Стройные, высокие (по людским меркам) девушки. У них витиеватые, длинные, яркого цвета волосы, в которых всегда вплетены украшения из листочков, лепестков, колючек, шишек и конечно же цветов. Дриады имеют миловидные лица, чаще всего большие глаза и скромную улыбку. Руки и ноги у нимф чаще всего в нескольких местах покрыты небольшими кусочками коры их родного дерева. Тело с точёной фигурой нередко бывает поросшее мхом.

Часто можно заметить у представительниц этих существ исходящие от рук или ног веточки, стебельки и прутики, различных форм. Ещё одна характерная особенность дриад – их цвет кожи, он почти всегда зеленовато-болотный.

Дриады существуют почти во всех существующих мирах, где есть леса.

Я смотрел на прекрасную нимфу и ждал от неё подробную информацию, но дриада продолжала отмалчиваться.

– Дриада, ты видела, кто пустил в эту девчонку стрелу? – спрашиваю внешне совершенно спокойно, между тем, крепко сжимаю кулаки от накатившей на меня злости.

– Меня зовут Вена. Да, я видела охотившегося на девушку существа, но они вернутся и уничтожат моё дерево, если я расскажу. Лефон нашел их след и уже летит за ними, – шепчет дриада, не сводя своих изумрудных глаз с людской девчонки.

Лесная нимфа наклонилась к Майе, провела по её лицу и волосам своей ветвистой рукой. Резко замерла, и посмотрела испуганными глазами на меня и Джона.

– В стреле был яд. Я чувствую его в теле девушки, вы её не спасете! – последнее, что сказала Вена, перед тем как оставить нас одних с телом Майи.

Джон быстро обернулся в Мантикору. Я усадил на него почти бездыханное тело Майи. В пару прыжков Мантикора достиг нашей пещеры. Я не стал тратить свои силы на смену облика, сейчас мне нужна была вся моя целебная мощь, чтобы попытаться не дать умереть девчонке.

Через минут десять я добрался до пещеры. Джон уже находился в своем облике. Майя полураздетая лежала на звериной подстилке на животе. Из её обнаженной спины торчала чёрная стрела.

Платье на теле девушки разорвал Джон ещё до моего возвращения, а когда я зашёл в пещеру братец обтирал тело Майи от крови мокрой тканью. Ноги девушки по пояс прикрыты его рубашкой.

Я достал один из начищенных клинков, и начал делать разрезы в стороны по направлению – от стрелы, в форме звезды. Пришлось делать глубокие надрезы, потому что стрела вошла довольно глубоко в тело девушки.

Не смотря на то, что Майя полностью была в отключке, пока я резал её тело, из её закрытых глаз лились слёзы. Я слышал у себя в ушах и голове истошные крики от боли, которые происходили в душе девушки. Внутри неё была настоящая агония.

Мне нельзя отвлекаться, иначе я не смогу спасти девчонку. Она итак потеряла уйму крови, ещё и этот яд! Стрела была с ядовитым наконечником, что значительно всё усложнило. Сердце Майи было не задето, как и остальные жизненно важные органы, но стрела застряла между рёбер девчонки, на удивление, чудом не сломав их, лишь немного прогнув в некоторых местах. Пришлось приложить немало усилий, чтобы вытащить стрелу из рёбер не доломав их окончательно.

Я вытащил стрелу из тела Майи и перед тем, как начать затягивать раны целительной силой, заметил неестественное сияние на ребре Майи, от которого исходила мощнейшая энергетика заклинания.

То, что я увидел внутри тела девчонки, повергло меня в шок! Этого не может быть. Тем более у обычной людской девушки!

Глава 8

«Татуировка»

(МАЙЯ)

Спустя три дня после нападения…

Осматриваюсь, стараясь удержать в приоткрытом состоянии тяжелые и отёкшие ото сна веки. Каждое моё действие сопровождается тяжёлым стоном. Свет больно ударяет по глазам, нестерпимая резь в них заставляет зажмурить веки. Я не оставляю попыток восстановить зрение и проморгаться, постепенно дискомфорт уходит.

Встряхиваю головой, отгоняя морок, приподнимаю корпус на локтях. Оцениваю обстановку вокруг и своё состояние. Вижу, что нахожусь в знакомой пещере, что меня несказанно радует.

Неожиданно чувствую внутри себя нарастающую тревогу. Понимаю, что не могу вспомнить, в какой именно момент успела вчера отключиться. Чувствую себя вполне сносно, но есть небольшой озноб и дискомфорт от лёгкого головокружения.

– Аккуратнее! – слышу знакомый и строгий голос.

Вздрагиваю от неожиданности, неуклюже поднимаю голову выше. Рядом со мной стоит рыжеволосый бандит. Нарочно медленно сажусь, облокачиваясь спиной об холодную стену пещеры. С недоумением рассматриваю огромную мужскую рубашку, неведомым мне образом, оказавшуюся на моём обнажённом теле.

«А вот это уже интересно…» – скептический голосок внутри меня начинает паниковать.

От рубашки исходит приятный тонкий запах: цитруса, кедра, нероли, вкупе с острыми нотками, – аромат мне знаком.

Поджимаю под себя ноги. Верчу осторожно головой, в поисках помощи, но вскоре вижу, что в пещере мы с Джоном одни. Мне, конечно, пообещали безопасность, но только после клятвы на крови! Оставаться с этим рыжим нахалом наедине – нет никого желания.

Замираю, зациклившись на своем страхе. Глупо таращась в одну точку перед собой и как безумная, перебираю в мыслях жуткие варианты развития событий, которые в данный момент со мной могут произойти по вине бандита. Джон неожиданно перебивает запал моих панических мыслей.

Пока я недоверчиво таращусь во все глаза на мужчину, он протягивает мне ладонь, сопровождая жест словами:

– Я – Джон, а ты – Майя. Приятно познакомиться заново, новоиспечённая сестрёнка.

Не представляю, как сильно округлились в этот момент мои глаза, но разум подкидывал шокирующие картинки с глазами – увеличенными до размеров галактики.

Я сбитая с толку, под руководством неведомого гипноза протягиваю руку в ответ и решаюсь всё же пожать ладонь Джона.

Громила сегодня выглядит чуть иначе. Его кроваво – рыжие волосы взъерошены, бандана отсутствует. Одет Джон в постиранную льняную рубашку с белыми маленькими пуговицами и стоячим воротником. Её рукава закатаны до локтей, а сама рубаха неплотно прилегает к его торсу.

Очевидно, Джон сменил одежду, потому что предыдущая чёрная рубашка была испорчена после неудачной охоты и после множественных ранений на его теле. Сейчас рыжеволосый бугай предстал передо мной в непривычном образе, но он ему определённо шёл больше предыдущего.

«Чья же тогда рубашка на мне?» – внезапно возникший в голове вопрос.

Смотрю на Джона, и молчу. Тем временем в голове не утихают дебаты на тему: «Что же со мной случилось вчера и почему я ничего не помню?». Решаюсь всё же озвучить свои подозрения:

– Сколько я спала? Я ничего не помню…

Мужчина подошел ко мне ещё ближе – на опасно близкую дистанцию. Сел рядом со мной на подстилку и начал отвечать, вполне спокойно, без издёвки и угроз. К такому вежливому людоеду я ещё не скоро привыкну.

– Ты, правда, ничего не помнишь? – рыжей братец качает неодобрительно головой. – Эх, Майя! Ты проспала трое суток. Точнее, была в полной отключке. Рокки пришлось порезать твою спину, чтобы вытащить стрелу из тела, – басит Джон, внимательно рассматривая моё лицо.

– Какую стрелу? О чём ты?!

– Не перебивай! – шикает нетерпимо Джон, испепеляя меня диким взглядом. – Рокки из последних сил исцелял твою рану все трое суток, вплоть до сегодняшнего утра, – с каким-то неуместным для людоеда сочувствием проговорит Джон.

Я ничего не понимаю из сказанного рыжим бандитом. Пытаюсь вспомнить, что именно со мной произошло, но единственное, что осилил мой мозг – показать неоднозначную картинку – прогулку с Адрианом в лесу.

Вспомнила, как мы с кудрявым братцем говорили о клятве на крови, а потом – ничего, пустота в кромешной темноте…

– Расскажи внятно и подробно, что именно со мной случилось? И где остальные? – тревожно выпрашиваю, снова оглядываясь по сторонам.

– В тебя пустили стрелу с ядовитым наконечником. Рокки почти полностью исчерпал свой запас силы, делая всё, чтобы ты не умерла ещё в первый день. Стрела застряла рядом с сердцем, задев ребра, застряла прямо между ними. Вытащить стрелу и затянуть рану Рокки смог относительно быстро, а вот яд из твоего организма вытянуть было сложнее. Братец сможет всё сам объяснить тебе, доступнее, чем я. Он и Гарри сейчас на охоте, – немного замявшись, видимо обдумывая что-то, Джон добавил, – кстати, Гарри был просто в ярости из-за того, что ты ушла из пещеры, и мы тебя не уберегли. Давно я не видел его таким злым, это даже забавно, – говорит Джон, улыбаясь своим словам и мыслям. – На тебе его рубашка, платье пришлось разорвать, чтобы достать стрелу.

– Неужели меня не было в сознании целых три дня?! – озвучиваю вопрос, на который не последовало ответа.

Мне понадобится время, чтобы осознать всё. Особенно сложно будет принять то, что я сейчас жива и здорова только благодаря этим мужчинам.

Совсем недавно я думала, что погибну от тяжелой руки этих красавцев – бандитов, но жизнь обернулась так, что сейчас я живу и дышу только благодаря им. Жизнь очень непредсказуемая и к этому невозможно привыкнуть.

Сидя в пещере, я мучила свой разум. Последняя иллюстрация, сохранившаяся в моей памяти, рисовала Адриана, стоящего рядом со мной и рассказывающего о последствиях нарушения клятвы на крови. Отчётливо помню – случится жуткое – мы все пятеро заживо сгорим!

– Где Адриан? – нервно спрашиваю Джона.

Мужчина невнятно хмыкает, переводит на меня заинтересованный взгляд и задумчиво отвечает:

– Это любопытно, ведь наш могучий Дракон Лефон до сих пор не вернулся. С того момента, как он подал нам вибрационный сигнал из леса, чтобы мы забрали тебя – от него больше не было вестей, все эти трое суток. Мы не успели встретить брата в лесу, чтобы разузнать у него лично, что именно с тобой произошло. Когда оказались в месте подачи сигнала, ты уже лежала в крови и была почти нежилец, – Джон тяжело вздыхает.

Я смотрела на моего новоиспечённого брата – людоеда и пыталась в своей голове собрать пазлы из событий, которые произошли со мной за эти дни…

– Вы еще не узнали, кому потребовалась моя смерть? – говорю прямо, не юля.

– Нет, Майя. Мы надеялись, что ты что-то вспомнишь, – устало отвечает Джон.

– Адриан рассказал мне, что твоё второе обличие – Мантикора. Расскажешь о себе? Я никогда не слышала и не видела ничего и никого подобного! – неуверенно спросила Джона, чтобы отвлечься от мыслей о покушении.

– Да, я Мантикора. Мне проще себя показать во всём обличие, чем рассказать и описать себя, – улыбаясь – скалясь, ехидничает Джон.

– Ох, нет, давай в другой раз. На сегодня достаточно потрясений! – нервно смеюсь я.

– Мне кажется, что Адриан всё это время находится в своей истинной форме дракона, поэтому мы его не чувствуем. Не знаю кто тебя хотел убить, но возможно, что Адриан ринулся по горячим следам нападавшего… – скалился Джон, в то время как его взгляд продолжал оставаться равнодушным.

– Спасибо за то, что вы спасли меня и не оставили в беде!

– Я принесу тебе отвар. Ты сама-то в порядке? Выглядишь паршиво! – встревожено пробубнил рыжий братец, рассматривая меня от макушки до ног.

Я лишь сдержанно киваю и с тяжелым вздохом закрываю глаза, откидывая голову назад, и облокачиваясь затылком о стену пещеры. «Я должна вспомнить! Давай, вспоминай, глупая голова!» – ругаюсь сама с собой. Никакие картинки из воспоминаний того дня мне больше в голову не шли.

Уже начала дремать, когда на пороге пещеры оказались Гарри и Рокки. Оба амбала сразу же кинулись ко мне, точнее на меня, в попытке задушить в своих объятиях. Если бы не их искренние улыбки, меня бы сильно встревожили такие действия от тех, кто совсем недавно желал мне смерти. Первым остыл Рокки, и снова включил в себе целителя:

– Как ты себя чувствуешь, Майя? У тебя есть боли? Тошнота? Головокружение? Давящая боль в груди? – тараторит без остановки.

– Есть небольшая слабость, но я в полном порядке. И, насколько мне известно, всё по большей части, благодаря тебе, Рокки! – заверяю с благодарной улыбкой.

Рокки с грустью в глазах произносит слова, которые я явно не ожидала услышать ни от кого из этих мужчин:

– Мы очень переживали. Думали, что ты не очнёшься. Прости, что не смогли уберечь, Майя.

– Сейчас ты выглядишь лучше! Я сделаю всё, чтобы наказать виновника твоего предсмертного состояния! Мы думали, что потеряли тебя… – рычит Гарри. – И тебе идёт моя рубашка, – попытка разрядить неловкую обстановку.

– Я хотел бы рассказать о твоём ранении и последствиях. Если ты не против разговора, тогда мы можем выйти немного подышать воздухом и поговорить?! – с тревожным видом, говорит блондин, поднимаясь.

Не дождавшись моего ответа, Рокки последовал к выходу из пещеры. Я чувствовала, что тёплая аура блондина начала резко меняться – на палящую и обжигающую энергетику. Он злился, и возможно, что злился именно на меня.

Парень спокойно шёл, а я почти бежала следом, пытаясь успеть за темпом блондина. Появилось предчувствие, что этот разговор будет сложным для меня и до боли неприятным, но я продолжила уверенно идти, подбадривая себя тем, что жива благодаря ему!

Мы вышли из пещеры, отошли чуть дальше от входа и остановились. Рокки повернулся лицом ко мне, начал нервно, но сдержанно и тихо задавать странные, на мой взгляд, вопросы:

– Майя, будь со мной сейчас честна, и тогда я, возможно, смогу тебя спасти от всех. Ты знаешь, зачем ты нужна была гарпиям, и кто хотел тебя убить?

Я с удивлением уставилась на Рокки, он же вроде хотел рассказать мне про ранение?!

– Я не понимаю, к чему ты клонишь, Рокки? Ты же хотел поговорить о моем ранении и его последствиях. Я в замешательстве.

– Майя, отвечай, пожалуйста, на мои вопросы. Это важно! – с дикой усталостью и тоской в голосе просит блондин.

– Я не знаю, зачем мы с сестрой им нужны. Даже о гарпиях я узнала от старшей сестры в день похищения. Понятия не имею, почему всё так сложилось. Но… – смотрю на Рокки, в попытке определиться – стоит ли открываться этому мужчине.

– Но? – переспрашивает нетерпеливо братец.

– Мою маму убили десять лет назад. Она успела спрятать нас с сестрой в день покушения, и тем самым сберегла наши жизни. Её тело и убийц мы так и не смогли найти. Мне кажется, что в этом замешены эти существа…

Блондин на время задумался.

– Где твой отец? – подозрительно щурясь, поинтересовался Рокки.

– Я не знаю, никогда не видела его. Сестра была слишком маленькая, когда он ушел, а я и подавно только родилась. Мама никогда не поднимала тему отца, а мы с сестрой не хотели её расстраивать, поэтому тоже молчали.

Глаза Рокки неожиданно прояснились. Было ощущение, что он нашел истину. В его голове будто всё разложилось по полочкам – это ясно отражалась в его глазах.

– Майя, я должен был задать тебе эти вопросы, чтобы понимать – могу ли я тебе доверять?! Стоишь ли ты того, чтобы защищая, я пошёл против всех?!

– И что ты в итоге решил? – неуверенно, сжимая и разжимая от нервов кулаки спрашиваю блондина.

– Понимаешь, когда я делал разрезы на твоей спине, чтобы вытащить стрелу, то увидел на твоих костях, точнее, на ребре – выжженное заклинание, – Рокки замолчал, продолжая следить за моей реакцией.

Я недоверчиво таращусь на блондина.

– Звучит бредово! – нервно хихикаю.

– Майя, заклинание выжжено на твоём ребре и выглядит как татуировка, как настоящее клеймо! Скажи мне правду, ты знала об этом? Кто это сделал и зачем? Такое сильное заклинание может сделать только кто-то очень могущественный, существо одной с тобой крови… – продолжает Рокки.

С каждым сказанным словом братца, у меня всё больше отвисала челюсть, нарастал раздражающий гул в ушах. Не могу себе даже представить, что на моих органах или костях есть татуировки. Какая дикость!

«Как это могло случиться? Есть ли такие татуировки у моей сестры?!» – обдумываю я.

– Майя, я никому не рассказал о том, что видел, но если кто-то узнает, даже мои братья, то тебя, скорее всего, убьют! – с искренним сожалением вещает Рокки, глядя в мои глаза, проникая в растерзанную душу.

– Почему? Я снова в опасности? – встревоженно шепчу.

– Почему ты в опасности? Что случилось, Рокки? – пробасил Гарри за моей спиной.

Мы с Рокки переглянулись. Наверное, на моем лице сразу была заметна паника, ведь я совсем не умею врать.