Школа агентов. Новая команда

После зачёта Рей собрала листы, бегло проверила.

— Результаты: Лина — отлично. Лена — хорошо. Дина и Аня — удовлетворительно, есть пробелы. Разберём в понедельник.

Дина со вздохом уронила голову на парту. Здесь тоже ничего не меняется. Всё то же «хорошо, но есть пробелы». Вечная середина.

Аня погладила её по плечу.

— Ничего. Вместе разберёмся.

* * *

После зачётов день покатился по привычной колее: обед, короткий отдых — и снова работа.

Перед обедом на кухне оказались Джек и Лена.

Лена споласкивала тарелки, Джек вытирал и складывал в стопку. Обычно он не умолкал, но с Леной язык не поворачивался сказать что-то лишнее — слишком серьёзная, слишком сосредоточенная. А она не видела смысла тратить слова на пустые разговоры.

— Откуда всё это берётся? — спросила Лена, кивнув на холодильник, забитый продуктами. — Еда. Оборудование. Амуниция. Мы в глухом лесу, связи с миром нет.

— Оттуда, — Джек кивнул куда-то в сторону потолка, имея в виду, видимо, начальство.

— Это не ответ.

Он поставил тарелку на стопку и повернулся к ней.

— Спроси у Рей, если так надо.

— Спрошу, — спокойно сказала Лена.

Джек усмехнулся. Думал — шутит.

За обедом Лена повторила свой вопрос.

Тишина за столом стала плотной.

Джек, тянувшийся за хлебом, замер с рукой на полпути. Андрэ перестал жевать. Стефан поднял бровь — единственное движение, которое он себе позволил. Марго медленно перевела взгляд с Лены на Рей, будто проверяя, не ослышалась ли.

Дина и Аня тоже замерли. Только Лина продолжала жевать, спокойно, будто ничего особенного не произошло.

Шейн, сидевший напротив Лены, медленно опустил кружку на стол, перевёл взгляд на Рей. В его глазах мелькнула усмешка. Короткий, едва заметный кивок: «ну, отвечай».

Даже старшие не задавали таких вопросов. Не потому, что боялись. А потому, что знали: есть границы, которые не переходят. Лена только что перешагнула через одну из них.

Рей подняла глаза от тарелки. Её лицо не изменилось — ни тени удивления, ни раздражения.

— У школы есть внешнее снабжение, — ответила она спокойно. — Раз в две недели приходит машина с продуктами и расходными материалами. Мы встречаем ее на нейтральной территории.

— А деньги? — не унималась Лена.

— Мы — инвестиционный проект. Нас не закрывают, пока мы даём результат.

— А если мы не дадим результат?

— Тогда школу закроют, а вас переведут в другую. — Рей посмотрела на неё долгим взглядом. — Но мы стараемся, чтобы до этого не доходило.

Лена хотела спросить ещё, но Рей уже поднялась из-за стола.

Когда наставники вышли, Андрэ присвистнул.

— Ты серьёзно спросила у неё про бюджет? — он округлил глаза. — Ты вообще ничего не боишься?

— Боюсь, — ответила Лена. — Но, если я не пойму, как устроена система, я не смогу в ней выжить.

* * *

Поздно вечером Лена спустилась в класс. Села на место, не отрывая взгляд от работы, лежащей на столе перед ней. Дверь открылась. В класс зашел Шейн.

— Ты почему здесь? — спросил он.

— Думаю, как я могла допустить ошибку. — ответила Лена, не поднимая головы.

Шейн взял свой планшет со стола, сел напротив.

— Ты в стрессовой ситуации. Ошибки допустимы.

— Не для меня. Я должна быть лучше.

— Кто сказал?

— Я сама.

Шейн помолчал.

— Знаешь, в чём твоя проблема?

— В чём?

— Ты не умеешь проигрывать. Даже в мелочах.

Лена подняла глаза.

— А должна?

— Должна уметь признавать ошибку и идти дальше. А ты застреваешь. Анализируешь до бесконечности. Тратишь время, которое можно использовать на следующее задание.

— Вы хотите, чтобы я относилась к ошибкам легче?

— Я хочу, чтобы ты относилась к ним как к урокам. Не как к приговору.

Она отвернулась к окну.

— А если я не могу?

— Тогда ты будешь каждый раз изводить себя. И это будет исключительно твой выбор.

— А вы? Вы тоже мучаетесь когда ошибаетесь?

Шейн усмехнулся — невесело.

— Да. Но я научился не зацикливаться. Просто вспоминаю, что есть более важные вещи, чем моё самолюбие.

Лена молчала.

— Ладно, — сказала она наконец. — Я попробую относиться к ошибкам легче.

— Не легче. Мудрее, - Шейн встал. — Иди отдыхать. В понедельник разберем все ваши ошибки.

* * *

Воскресенье - снова совместная тренировка. На этот раз — на координацию и ловкость.

Шейн показал упражнение — тройной кувырок вперёд с выходом в стойку. Старшие повторили. Это упражнение не было для них новым.

— Теперь «Дельта», — скомандовал Шейн.

Дина запуталась на втором кувырке, упала на бок. Аня сделала два, на третьем замерла. Лена — выполнила, но медленно, будто в замедленной съёмке.

Лина сделала всё. Не идеально, но без ошибок. Переворот — чуть кособоко, но в стойку встала.

— Откуда? — спросил Шейн, чуть прищурившись.

Лина выпрямилась, отряхнула колени. На секунду задумалась, стоит ли говорить. Потом решила — стоит.

— В первый день, когда мы приехали, — сказала она, — я увидела, как вы тренируете старших. Дверь в спортзал была открыта. Я постояла, посмотрела. А потом… — она чуть помолчала, — я приходила по ночам. Когда все спали. Отрабатывала.

— Каждую ночь? — уточнила Рей.

— Почти. Когда сил хватало, — ответила Лина. — Но сегодня утром встала в стойку. В первый раз.

Шейн и Рей переглянулись.

- Хорошо. Следующее упражнение. Работа в парах с мячами. Передача — бросок от груди. Ловить мягко, гасить инерцию.

Марго встала напротив Лины. Мяч был тяжёлым, килограмма три.

— Готова? — спросила Марго.

Не дождалась ответа. Бросила — сильно, почти жестоко. Лина едва успела сгруппироваться, но поймала.

— Ты специально? — спросила Лина. - Бросаешь так, будто хочешь, чтобы я упала.

— В бою тебя не будут жалеть. Привыкай.

Лина кивнула. Поймала следующий бросок — ещё жёстче. Пальцы заныли.

— Ещё, — сказала она.

Марго бросила снова. Лина поймала.

— Слабо, — сказала Лина.

Марго нахмурилась. Бросила изо всех сил. Лина поймала — и тут же бросила обратно, резко, неожиданно. Марго поймала, но отшатнулась на полшага.

— Ты… — начала она.

— В бою не будут предупреждать, — спокойно ответила Лина. — Привыкай.

* * *

После обеда Рей объявила:

— Через час — связь с родителями.

— Вы будете слушать? — спросила Аня.

— Да, — спокойно ответила Рей. — Это ваша безопасность — и безопасность родителей. Никаких деталей о школе, тренировках, оружии. Только учёба, здоровье, быт. У вас есть время подумать, что вы им скажете.

Ровно через час Джек вызвал первую — Дину. Она прошла за ним в маленькую комнату на первом этаже с одним окном, столом, стулом и спутниковым телефоном на столе.

— Набирай, — кивнула Рей, оставаясь возле окна. — Громкая связь.

В трубке — гудки. Дина вдруг поняла, что не хочет, чтобы мама брала трубку. Не потому, что не скучала. А потому, что придётся врать.

— Алло? — голос мамы был встревоженным.

— Мам, это я, — сказала Дина, и голос её дрогнул.

— Дина! У тебя всё хорошо? Голос какой-то… не такой.

— Всё хорошо. Много всего, но я справляюсь. — Дина сглотнула. — А ты как? Как Лёшка?

— Скучает. Я тоже. Ты будешь звонить каждую неделю?

— Да, мам. Каждое воскресенье. - Дина помолчала. — Мам, мне пора. Тренировка скоро. Я люблю вас.

— И мы тебя.

Связь прервалась. Дина выдохнула. Сказала достаточно, чтобы мама не волновалась. Но не сказала ничего лишнего.

* * *

Пока шли гудки, Аня крутила в голове фразу, которую отрепетировала: «Всё хорошо». Но все равно звучало фальшиво.

— Аня? Анечка, ты?

— Мам, это я. — Аня прикрыла глаза. — У меня всё хорошо. Мам… Как ты… без меня?

Мать помолчала. Потом сказала тихо:

— Он… он ушёл. Неделю назад. Собрал вещи и ушёл.

Аня замерла. В груди что-то оборвалось.

— Хорошо, — сказала она. — Мам, мне пора. Я позвоню через неделю. Люблю тебя.

Она положила трубку, не дожидаясь ответа. Ещё секунду сидела, глядя на телефон. «Сказала „хорошо“ про отца. Но ведь это правда. Почему тогда так стыдно?».

* * *

Лена набрала номер отца. Она подумала: он спросит про оценки. И больше ни о чём.

— Папа.

— Лена. Как учёба?

— Хорошо. Я сдала первые зачёты.

— Молодец. Не расслабляйся. Мать передаёт привет. Мы гордимся тобой.

Лена хотела сказать: «Я не для того здесь, чтобы вы гордились». Но сказала:

— Спасибо. Передавайте привет маме.

Связь оборвалась. Лена посмотрела на Рей.

— Я уложилась в две минуты.

Рей молча кивнула.

Она вышла в коридор и остановилась. Обида подступила к горлу. Почему? Ведь он сказал, что гордится.

* * *

Последней была Лина. Набрала мамин номер. Долгие гудки. Потом — щелчок.

— Мам, это я.

— Эля? С тобой всё в порядке? Мы звонили тебе несколько раз. Трубку не брали.

Лина сжала трубку.

— Всё хорошо, мам. Я звоню по спутниковому телефону. Сигнал не ловит. Лес вокруг.

— Какой лес?

Лина посмотрела на Рей — поняла, что сказала лишнего. Та покачала головой — «не продолжай эту тему».

— Школа за городом. Мам, не волнуйся. Я сдала зачёты, у меня хорошие оценки.

— Ты не врёшь мне?

Лина помолчала. Сказать правду? Нельзя.

— Нет. Не всё могу рассказать, но я в порядке.

— Ты такая серьезная, Эля…

— Не называй меня так, — вырвалось у Лины резче, чем она хотела.

Тишина.

— Прости, — сказала Лина тише. – Берегите себя.

Связь прервалась. Лина ещё несколько секунд держала трубку, потом положила. Встала. Вышла. В коридоре никого не было. Она прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.

«Нет, я не хочу снова становиться ею, — подумала она. – Не хочу потерять себя».

Она открыла глаза, выпрямилась и пошла наверх.

В комнате Дины уже собрались девочки. Дина обнимала Аню. Лена сидела на кровати, сжимая в руках кружку с остывшим чаем.

— Ладно, — сказала Лена. — Первая неделя позади. И вроде не всё так плохо.

Они не ответили. Каждая думала о своём — о доме, о завтрашней тренировке, о том, выдержат ли они вторую неделю.

За окном шумел ветер, и где-то далеко, в темноте, начинался дождь.

Глава 9

««Мы переступаем черту. И назад уже не вернёмся».

Настроение главы: Dexter Britain - The Time to Run

Россия, Уральские горы. Школа «N-2-05» — «Атлант». Сентябрь 8-9 сентября, понедельник – вторник, вторая неделя.

На мониторе мерцали ночные кадры - пустые коридоры, холл, гостиная. Шейн перемотал запись до того момента, когда Лина выскользнула в коридор, направляясь в сторону спортивного зала.

— Вторая неделя, — сказал он. — Как думаешь, они выдержат?

— Физически — да.

— А морально?

Рей повернулась к нему.

— Ты о чём?

— Шок и эйфория прошли. Они поймали наш темп. И теперь будут находить время на рефлексию. А значит начнут сомневаться в себе.

— Будешь приводить их в чувство?

— Ты же не сможешь, - Шейн невесело усмехнулся.

Рей строго посмотрела на него.

— Я должен учить их стрелять, драться, выживать. — продолжил он, садясь на край стола. —А разговоры по душам… это не моё.

— Но у тебя хорошо получается притворяться человеком, — заметила Рей. — С близнецами когда-то получилось — и с девочками получится.

— Спасибо, дорогая. Ты фонтанируешь поддержкой.

— Я анализирую факты, — Рей снова повернулась к экрану. — Факт: у тебя есть опыт. Факт: девочки тебя слушают. Факт: ты сам их выбрал и знаешь их психотипы.

— Эта неделя будет невероятно тяжёлой, — Шейн усмехнулся. — Так что не жди от меня хорошего настроения.

— Ты уже говорил с кем-то? — спросила Рей.

— Да. С Леной. Ночью после зачетов. — Шейн покачал головой. — Думал, первой будет Аня. Или хотя бы Дина. Но нет — Лена. Она не умеет проигрывать. Это её сила и слабость одновременно.

- Лена оказалась интереснее чем я думала, — Рей улыбнулась. — Пытается просчитать систему. Даже зная, что это может ей навредить.

— Это сильная черта. И опасная. — Шейн помолчал. — Но пока она работает на нас все будет в порядке.

— Как думаешь, кто будет следующий?

— Не буду загадывать. Аня — тихая, но цепкая. Дина — эмоциональная, ей не хватает самоорганизации. Но это дело времени. Лина… — он усмехнулся, — делает вид, что справляется со всем сама.

Они замолчали. На мониторах плыли тени леса.

— Ещё неделя, — сказала Рей. — И будет понятно, кто есть кто.

— Мы перестанем просто наблюдать, — ответил Шейн. — И начнем работать над раскрытием их потенциала.

* * *

В конце занятий Шейн раздал новые листы с расписанием.

Дина развернула свой экземпляр и пробежалась глазами по строчкам. Тактика. Основы оперативной работы. Криптография. Первая помощь. Огневая подготовка. Психология. Рукопашный бой.

— Мы точно всё будем успевать? — спросила она, поднимая глаза на Шейна.

— Утро — общеобразовательные предметы. День — спецкурсы. Вечер — тренировки и самоподготовка, — кивнул Шейн. - Некоторые занятия — со старшей группой, чтобы вы увидели уровень, к которому необходимо стремиться.

Лена молча водила пальцем по строчкам, запоминая порядок. Слова казались ей одновременно знакомыми и чужими. Она читала о таком в книгах, смотрела в фильмах. Но чтобы заниматься всем этим самой?

Аня сжала лист. «Огневая подготовка». Внутри всё сжалось. Она даже в тире ни разу не была. Только слышала выстрелы утром в день приезда. Она вспомнила тот звук: сухой, резкий, от которого хотелось вжаться в землю. И теперь ей самой придётся держать оружие в руках.

Взгляд Лины зацепился не за названия дисциплин — за формулировки. Не «знакомство с основами», не «общая информация», а совершенно конкретные: «Огневая подготовка. Тактика в условиях городской застройки. Работа с источниками информации в полевых условиях».

До этого момента она могла сколько угодно убеждать себя, что всё это — часть странного, но всё же учебного процесса. Что их учат «просто на всякий случай». Но сейчас, глядя на строчки, написанные сухим, профессиональным языком, пришло понимание: их готовят не к экзаменам.

Она подняла глаза на Шейна. Тот стоял у доски, сложив руки на груди, и ждал вопросов. Его лицо было спокойным, почти безразличным. Но в глазах — сталь, которую Лина видела утром в день приезда. Тогда она подумала: «Он опасен». Теперь она поняла: «Он — профессионал. И он готовит нас стать такими же».

— Это вообще реально? — Дина запнулась, подбирая слова. —Научиться… всему этому?

— Это месяцы работы, — ответил Шейн. — Но начинаем со структуры, базы, алгоритмов. Остальное — так же ваше старание.

— И мы будем стрелять? — тихо спросила Аня.

— Не бойтесь раньше времени, — Шейн посмотрел на неё, в его взгляде не было насмешки. —Это всего лишь инструмент.

«Инструмент, — повторила про себя Аня. — который может убить».

Она перевела взгляд на Лену. Та сидела неподвижно, перечитывая список в третий раз. Её лицо было сосредоточенным, почти отстранённым — но Аня заметила, как напряглись пальцы, держащие лист.

Лина тихо спросила:

— А тактика — это что? Мы будем играть в войнушку или…?

Шейн чуть усмехнулся.

— Будете учиться принимать решения в условиях неопределённости. С минимальной информацией, под давлением, с ограниченным временем.

Лина медленно кивнула. Шейн собрал со стола оставшиеся бумаги и направился к выходу. Дверь закрылась. В комнате повисла тишина. Девушки переглянулись.

— Сегодня - тактика, — медленно произнесла Лена. — Интересно, это как выстраивание стратегии в шахматах или как на настоящей войне?

— Надеюсь, как в шахматах, — пробормотала Дина. — Иначе, с моей логикой, на войне я буду первой жертвой.

— А я не хочу быть ни жертвой, ни фигурой, — тихо сказала Лина. — Хочу быть той, кто делает ходы.

* * *

Первое занятие по тактике вела Рей. На столе — карта трёхэтажного офисного здания с подземной парковкой, схемы этажей, посты охраны.

— Вводные, — Рей включила проектор. — Ваша группа из четырёх человек. Цель — проникнуть в закрытый офисный центр, изъять документы из сейфа на втором этаже и уйти незамеченными. Охрана — восемь человек, камеры по периметру и внутри, датчики движения в коридорах. Время на операцию — двадцать минут. Ваши действия?

Девушки склонились над своей картой.

Лена взяла лист бумаги и начала рисовать схему: красным — камеры, синим — маршрут отхода, зелёным — запасной выход через парковку.

— Отвлекающий манёвр, — предложила Дина. — Кто-то поднимает ложную тревогу у главного входа, остальные проходят через чёрный ход.

— Кто будет отвлекающим? — спросила Аня, записывая их идеи в тетрадь.

— Тот, кто быстрее бегает, — пожала плечами Дина.

Аня задумалась, но ничего не сказала.

Лина молчала, глядя на карту. Потом подняла голову.

— А если перехватить курьера, когда он выносит документы из здания?

— Рискованно, — заметил Стефан, сидевший с группой старших. — Нужно знать точное время, маршрут, внешность курьера.

— Зато меньше шансов, что поднимут тревогу в самом здании, — парировала Лина. — И камеры внутри не засветят лица.

Стефан покачал головой.

— Мой вариант — проникновение через подземную парковку. Двое отключают камеры, двое проходят к сейфу.

— И сколько времени на это уйдёт? — Джек резко развернулся к нему. — Пять минут на отключение камер, если не сработает сигнализация. Ещё десять, чтобы взломать сейф. Итого — пятнадцать. Остаётся пять на отход. Если что-то пойдёт не так — нас зажмут в парковке, как крыс.

— Зато гарантия, что документы будут в здании, — Стефан не повышал голоса, но в нём появилась сталь, которую девочки не слышали раньше. — Курьер — это неизвестное звено. Его маршрут, время, внешность. Слишком много переменных.

— Если там не просто датчики движения, а тепловизоры? Ты это просчитал?

— Я просчитал всё, что можно просчитать. — Стефан не отступил. — В отличие от некоторых, я не полагаюсь на удачу.

Джек усмехнулся — криво, зло.

— Удача — это когда твоя подготовка встречается с подвернувшейся возможностью. Ты просто не умеешь импровизировать.

Андрэ чуть заметно покачал головой — «они опять за свое». Рей, наблюдавшая за этим, чуть прищурилась. Затем подняла руку, останавливая спор.

— «Дельта» — скорость и скрытность. Но нужна точная информация о курьере. «Щит» — надёжность, но выше риск раскрытия. Вывод: в одной ситуации могут быть разные правильные решения. Вопрос — в скорости и точности исполнения. А ещё — в умении выбрать тот вариант, который подходит конкретно вашей группе.

Марго сжала челюсть. У неё был свой план — более агрессивный, с нейтрализацией охраны и использованием дымовой завесы. Но ей даже не дали высказаться.

* * *

Во вторник — первый выход в тир.

Шейн повёл их к металлической двери в конце коридора. Той самой, без ручки, с кодовым замком. Он набрал комбинацию — пальцы мелькнули быстро, не глядя. Замок щёлкнул. Дверь открылась, пропуская холодный, сухой воздух.

За ней – ступеньки вниз, а затем - длинный коридор. Свет — тусклый, белый. Между лампами - полосы полумрака. Бетонный, некрашеный пол. Стены — голые, серые, только кое-где протянуты кабели в пластиковых коробах.

Дина невольно поёжилась. Коридор разветвлялся, тянулся далеко. Слева и справа — стальные двери с табличками и без: «Серверная», «Архив», «Симулятор». На некоторых — кодовые замки, на других — ручки с датчиками отпечатков.

— Что там? — шепнула Аня, кивнув на дверь с табличкой «Изолятор».

— Место, где тебя никто никогда не найдет, — ответил Шейн, не оборачиваясь.

Аня сглотнула. Дина почувствовала, как по спине побежали мурашки.

Лина шла молча, но её глаза скользили по дверям, табличкам, камерам — они были и здесь, в подвале. Красные глазки мигали в такт их шагам.

Лена считала шаги. Тридцать семь до первой развилки. Четырнадцать до следующей. Она запоминала маршрут, схему, повороты. Всё, что могло однажды пригодиться.

Они свернули за угол и увидели «Щит».

Марго стояла у двери с табличкой «Оружейная» и о чем-то тихо переговаривалась со Стефаном. Рядом ждали Джек и Андрэ. Для них этот холодный, гулкий коридор был так же привычен, как холл на первом этаже.

— Джек, Андрэ, возьмите кейсы. – коротко скомандовал Шейн.

Джек кивнул, набрал код — шесть цифр, быстро, не глядя. Дверь щёлкнула, открылась. Он скрылся внутри, через секунду вышел с двумя металлическими кейсами. Передал один Андрэ. Дверь закрылась с легким щелчком.

Дина смотрела на него круглыми глазами. Он только что без запинки вбил код. Как будто делал это сотни раз.

— А мы когда-нибудь узнаем коды? — спросила Аня тихо, почти шёпотом.

Шейн повернулся к ней. На его лице не было усмешки.

— Когда докажете, что вам можно доверять.

Коридор закончился ещё одной стальной дверью. Шейн вновь набрал код, дверь щёлкнула и отъехала в сторону.

Девушки переступили порог и огляделись Стойки для стрельбы в нескольких метрах от них. Вдоль дальней стены — мишени. Пол был гладким, бетонным, с едва заметными царапинами. Пахло машинным маслом, металлом и порохом.

Аня невольно сглотнула. Ей показалось, что здесь даже воздух был тяжелее. Или это просто страх сжимал горло?

Лена огляделась. На стенах — звукоизоляционные панели, на потолке — длинные люминесцентные лампы, а в углу — коробка с использованными мишенями. Всё выглядело утилитарным, безжалостно функциональным.

Шейн подошел к стойке. Щёлкнул выключателем — в конце зала зажглись лампы, выхватывая из полумрака мишени. На некоторых Лина заметила рваные края, чёрные обугленные пятна. Кто-то стрелял не в «десятку», а в центр — на поражение.

Парни положили кейсы на стойку. Шейн щелкнул замками. В них ровными рядами лежали пистолеты и запасные магазины.

Он достал из кейса первый пистолет. Поставил магазин. Движения — отточенные, быстрые, без лишних жестов. Он делал это как человек, который разбирал и собирал оружие сотни раз. Для которого это не «занятие», а работа.

Лина почувствовала, как внутри что-то сжалось. Резко пришло осознание: этот человек, возможно, убивал. И, если понадобится, будет убивать снова.

Она ждала, что испугается. Что внутри поднимется волна отвращения или хотя бы тревоги.

Ничего.

Только холодное, ровное принятие факта. Как будто она уже знала это. Как будто это было очевидно с первого дня.

Лина замерла. Это спокойствие испугало её больше, чем сам Шейн.

«Мы переступаем черту, — поняла Лина. — И назад уже не вернёмся».

Шейн показал стойку, коротко объяснил устройство пистолета.

— Правила безопасности: никогда не направлять на человека. Палец на спусковом крючке — только перед выстрелом. После занятия — оружие сдавать.

Отошёл к стене, снял с крючков несколько пар защитных очков и наушников.

— И ещё кое-что. Защита.

Он протянул очки девушкам. Стекло было чуть затемнённым, с лёгким отливом. Дина взяла их, покрутила в руках — лёгкие, почти невесомые, с мягкой резиновой оправой.

— Это обязательно? — спросила она.

— Если не хочешь получить осколком в глаз или оглохнуть от первого же выстрела — да.

Она молча надела очки. Мир стал чуть темнее, контуры — мягче. Через секунду она уже почти не замечала их.

Аня надела наушники и вздрогнула. Звуки стали приглушёнными, словно она оказалась под водой. Она слышала собственное дыхание. И биение сердца. Это было странно и пугающе.

— Когда привыкнешь, перестанешь замечать, — сказал Шейн, надевая свои.

Девушки переглянулись. Лина поправила очки на переносице, проверила наушники. Впервые она почувствовала, что готова к чему-то большему.

Стреляли по очереди. Сначала старшие. Марго — коротко, без промахов. Джек — с минимальными паузами между выстрелами, но результат оказался хуже. Стефан стрелял чуть медленнее, тщательно целясь в «десятку». Андрэ — быстро, почти не прицеливаясь, но результат был тот же: все пули в центре мишени.

Потом — девочки.

Дина взяла пистолет, и холод стали обжёг ладонь. Тяжёлый, непривычный — оружие она держала впервые. Андрэ сказал «не целься долго», но она всё равно замерла, глядя в прицел. Выстрел — и отдача резко ударила в плечо. Пороховой дым оседал на языке горьким, сухим привкусом.

— Ещё, — сказал Андрэ.

Аня стреляла хуже всех. Каждый выстрел отдавал в плечо, в запястье. Аня чувствовала, как дрожит рука, как холодный металл нагревается от её ладони. После третьего подряд промаха она опустила пистолет.