Школа агентов. Новая команда

– Вот с этим и проблема… – Лина вздохнула. – А ты? Ты собрал свой пазл?

– И да, и нет, – Джек на минуту замолчал. – На самом деле все гораздо сложнее чем ты представляешь.

– После последнего месяца, все мои представления об этом мире перевернулись с ног на голову, – усмехнулась Лина. – Придя в школу в сентябре, я и подумать не могла, что окажусь в закрытой школе. Все, к чему я привыкла, рухнуло в один миг, когда прозвучали наши имена. Из обычных школьниц, мы превратились в учениц специальных агентов, что само по себе звучит как какой-то бред. Только пару недель назад мы узнали, что таких школ в мире много, много команд, много одиночек, и все они подчиняются «Корпусу». Что у всех агентов одна общая цель, в которую нас посвящать еще рано…

– Тебе нужно успокоиться и отдохнуть. Все идет так, как должно. Со временем ты примешь происходящее как данность, и сложишь свой пазл. Просто на вас и правда свалилось слишком много за такой короткий промежуток времени. Но надеюсь, небольшой шоппинг пойдет вам на пользу.

– Надеюсь ты прав, – тихо произнесла Лина, закрывая глаза и откидываясь на спинку.

Всю остальную дорогу они проехали, сопровождаемые лишь тихой музыкой, играющей в салоне. Спустя час езды по лесной дороге, парень вырулил на широкую трассу и добавил газу. Черный «Hyundai Starex» не спеша разогнался, и Джек уверенно повел машину по направлению к городу. Лесная дорога, по которой он ехал изначально, использовалась не так часто, но значительно сокращала путь, и поэтому вместо 12 часов, они добрались до города всего за 9. Джек понимал, что в день приезда девочек, Шейн мог приехать гораздо раньше, но не сделал этого, чтобы дать возможность девочкам выспаться. А у него, Джека, было время подготовиться к встрече. Которую он завалил. Парень вздохнул. Ему и правда было стыдно, и он понимал, что отчасти заслужил гнев агента. В таких раздумьях, он провел остаток пути.

В город они заехали в 5 утра, когда небо на востоке только начинало светлеть, окрашиваясь в перламутрово-сиреневые тона. Улицы были пустынны, лишь изредка проезжали машины. Джек, проехав по почти безлюдным проспектам, остановился в старом районе города, где на узкой улочке располагались несколько модных бутиков. Остановившись возле одного из них, Джек аккуратно припарковал машину и повернулся к девушкам.

– Просыпайтесь, сони. Мы уже приехали.

– Ого, – удивленно протянула Дина, взглянув на вывеску.

– Рад что вам понравилось, – усмехнулся Джек, уже успев обойти машину и открыв дверь. Холодный утренний воздух ворвался в салон. – Нас уже ждут.

Девушки посмотрели на крыльцо, где уже стояла невысокая худощавая девушка в облегающей черную юбке и белой блузке. Черные лодочки на высоком каблуке добавляли ей несколько сантиметров роста, как и высокий пучок, в который аккуратно были собраны волосы.

Она доброжелательно улыбнулась, открывая дверь и пропуская девушек внутрь.

–Добро пожаловать. Времени не так уж много, но Рей прислала список всего необходимого, с примерными размерами, – она кивнула Джеку. – Возле примерочных есть удобная зона ожидания. Кофе там тоже есть.

– Спасибо, Наташа. – кивнул Джек, направляясь к удобным диванчикам в надежде, что она успеет собрать девочек вовремя.

Следующие 2 часа прошли в приятной суете, что, впрочем, их уже не удивляло. Девушки чувствовали себя героинями какой-то модной передачи по изменению имиджа, пока Наташа ловко вела их сквозь ряды вешалок, подсказывая какие именно вещи им стоить примерить. Спортивный костюм, зимний комплект, ботинки, сапоги, шапки, купальники открытый и закрытый, платья повседневные, туфли к ним, костюм брючный, с юбкой, сумка, клатч… И это был неполный список того, что заказала им Рей. Девушки дополнили его своими пожеланиями: джинсами, свитерами, футболками и рубашками.

От бесконечных примерок начала болеть голова, но Джек, их успокоил, что осталось совсем чуть-чуть. Время бежало и правда очень быстро. Наконец были выбраны последние вещи, и девушки, довольные, вышли из примерочных. Они выглядели прекрасно. Словно сговорившись, все в темных облегающих джинсах и рубашках, но разного цвета и фасона, на ногах ботинки на небольшом каблуке, через плечо, небольшая сумочка, в руках – черные кожаные куртки.

Джек невольно рассмеялся.

– Вы словно близняшки. Осталось сделать одинаковые прически.

– Ну кто виноват, что мы все как одна красавицы, – не растерялась Лина, подмигнув подругам.

– С этим не поспоришь, – примирительно сказал Джек, вместе с девушками подходя к кассе, где Наташа заканчивала упаковывать вещи. Помимо одежды, Рей внесла в список чемоданы и небольшие дорожные сумки, в которые, каким-то чудом, поместился весь гардероб.

– Возьмите, – Джек протянул карту Наташе, и пока она колдовала над терминалом, обернулся к девушкам. – Надеюсь, вы взяли все необходимое.

– Можешь не сомневаться, – Дина улыбнулась в ответ. Когда Джек забрал карту, каждая из девушек взяла свой чемодан – стильные, легкие, но вместительные модели.

– Можешь быть уверен, Джек, они не взяли ни одной лишней вещи. Моя задача как раз и заключалась в оптимизации их гардероба. Как видишь, весь их гардероб поместился в чемоданы. Как раз то, что хотела Рей. Передавай ей привет.

– Обязательно. Спасибо, – Джек кивнул и первым пошел к выходу.

Уже рассвело, на дорогах стали появляться машины и редкие прохожие, спешившие на работу. Вещи были быстро погружены в машину, девушки расселись по местам, и Джек повез их дальше. Посовещавшись, решили заехать в кафе.

С удовольствием перекусив и выпив чаю, девушки почувствовали себя на седьмом небе от счастья. Но по мере приближения встречи с родителями их охватывала странная тревога.

Несмотря на все заверения Джека, что все пройдет нормально, девушки сильно волновались. Лина бессознательно теребила край рубашки, Лена смотрела в окно, но видела не улицу, а какие-то свои мысли. Аня и Дина перешептывались, но и в их шепоте чувствовалось напряжение.

Всю дорогу до площади, где была назначена встреча, в машине царило напряженное молчание. Девушки словно замкнулись в себе, погрузившись в раздумья.

Именно в таком настроении их застала Рей, появившаяся на площади ровно в 8:30. Припарковав свой черный мотоцикл «Kawasaki Ninja» рядом с минивэном, она неспешно пошла к центру площади, к большому фонтану, где была назначена встреча. Вода в нем уже не била. Еще издали она увидела напряженные фигурки девушек, сидевших на его гранитном парапете. Они казались такими хрупкими на фоне огромной площади.

– Вижу, настроение не самое радостное, – она присела рядом на парапет, положив шлем рядом. Утреннее солнце играло в ее темных волосах. – Поэтому я и хотела встретиться с вами заранее. Не стоит так сильно волноваться.

– Легко сказать, – вздохнула Лина, не поднимая глаз. – За это время столько всего произошло, мы столько узнали, многому научились. Эти пять недель мы жили словно в другом мире, мы сами стали совсем другие. – Лина встала и нервно начала мерить шагами дорожку, выложенную плиткой. – Мы стали мыслить, чувствовать и воспринимать все иначе. На привычные вещи, привычные для тех нас, какими мы были, мы смотрим теперь под другим углом. Такое ощущение что мы стали участниками какого-то заговора, что, впрочем, недалеко от истины. И теперь этих других нас, пусть всего на один день, помещают в окружение, ставшее нам чужим. Скажу за всех, что мы боимся не того, как мы воспримем эту встречу, а того, как воспримут этих других нас родители.

Лина замолчала, в отчаянии глядя на Рей. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, что и Дина, и Лена и Аня смотрят на неё с таким же отчаянием. Все обстояло гораздо хуже, чем она думала. Перемены произошли с девушками слишком быстро. Психика еще не успела перестроиться, а они уже должны были играть роль «прежних себя».

– Будет глупо с моей стороны утверждать, что всё пройдёт гладко и просить вас не волноваться, – медленно начала Рей. Ее голос был спокоен, но в нем чувствовалась твердость. – В моих силах лишь подготовить вас к возможным негативным реакциям. Будут они или нет зависит уже не от нас. Но в наших с вами силах избежать конфликта. Девочки, вы стали мудрее, и я уверена, что вы с честью справитесь с любой реакцией родителей. Не буду просить от вас невозможного. Лишь помните наши правила и этот разговор. Никаких конфликтов. Вы – команда, и вы должны держаться вместе, даже если вас рассадят по разным углам.

– А расспросы про школу? – тихо спросила Аня. – Что говорить, если спросят про расписание или учителей?

– Аня, детка, мы говорили об этом несколько дней назад. Я дала вам ту же информацию, что и вашим родителям перед тем, как забрать вас, – Рей укоризненно посмотрела на девушку, но в ее взгляде не было гнева, только понимание. – В остальном, не говорите ничего лишнего, что касалось бы спецзанятий или деталей распорядка. Держитесь общей легенды: углубленное изучение предметов, интенсивная физическая подготовка как часть программы престижной школы.

– Новая одежда? – жестом показала на свой наряд Лена. – Они же сразу заметят.

– Это я объясню сама. Просто внимательно слушайте, когда я начну говорить, и поддерживайте, – Рей посмотрела на часы. Ее взгляд скользнул по площади, проверяя обстановку. – Надеюсь, ваши родители придут дружно и в одно и тоже время.

– Можешь не сомневаться, – Дина обернулась в сторону парковки, где остановились три машины. Белая «Lada Granta» родителей Лины, черная «Niva» – родителей Лены, и красная «Toyota Corolla», на которой приехала мама Дины, вместе с мамой Ани.

Двери машин открылись, и на площадь вышли люди. Девушки встали, выпрямили спины. Рей ободряюще улыбнулась им, вставая рядом.

– Сегодня ваше первое практическое задание вне стен школы. Сохранить наш секрет в тайне. Удачи вам, – она подмигнула девушкам, и встав чуть впереди, уверенно направилась к группе родителей, уже почти дошедших до фонтана.

– Добрый день! – широко улыбнулась Рей, и в ее улыбке была вся теплота и профессионализм. – Рада вас видеть. Девочки немного волнуются, не будьте к ним слишком строги.

К ней подошли девушки. На несколько секунд воцарилась тишина, которую прервали радостные возгласы и крепкие объятия. «Дочка!», «Как выросла!», «Дайте же на вас посмотреть!» – голоса смешались в радостный гул. Когда первая волна эмоций чуть утихла, девушки освободились из объятий родственников и были готовы выслушать вопросы, но Рей ловко взяла инициативу в свои руки.

– Вижу, вас несколько удивил вид девушек, – начала она, обводя взглядом родителей. – Просто за отличные успехи в учебе, и, как вы видите, в физической подготовке, мы решили сделать им подарок. Расходы полностью взяла на себя наша школа. Новый гардероб – часть программы по формированию стиля и уверенности.

Ещё около получаса Рей отвечала на вопросы родителей, ловко избегая некоторых щекотливых тем и ненавязчиво подсказывая девушкам, какой легенды придерживаться. Она говорила о «современных методиках», «интегрированном подходе», «развитии лидерских качеств» – общие фразы, которые звучали убедительно и отсекали часть вопросов.

Когда любопытство родителей было в основном удовлетворено, а негласный инструктаж закончен, Рей удалилась, пожелав всем приятного дня, а девушки остались наедине с родителями.

Отойдя к стоянке, где кроме родительских машин стояли ее мотоцикл и машина Джека, Рей обернулась к сидящему за рулём брату. Он наблюдал за происходящим через лобовое стекло.

– Как думаешь, всё пройдёт гладко?

– С каких это пор ты спрашиваешь это у меня? – парень искренне удивился, отводя взгляд от семьи Лины, обнимавшей дочь.

– Потому что ты провел с ними больше времени в последние недели, чем я или Шейн, который помогал мне в подготовке этой встречи. Я дала им всю информацию, которой они должны придерживаться, но… – Рей сделала паузу, глядя, как Дина смеется над чем-то, что сказала ее мама, но ее смех кажется немного напряженным. – Они разрываются. Это видно.

– Всё пройдет хорошо. Они справятся, – Джек улыбнулся сестре, выглядевшей в этот момент слегка напуганной и уставшей. – Ты подготовила их лучше, чем думаешь. А волнение – это нормально. Тебе не нужно волноваться за них.

Рей следила взглядом за своими подопечными, которые в сопровождении родителей разошлись по площади. Да, они наверняка справятся. За время, проведенное в школе, девочки показали себя большими умницами, не раз убедив Рей в правильности выбора. Но в ее душе настойчиво засела тревога, избавиться от которой она почему-то не могла, как ни старалась.

Чутье её никогда еще не подводило, но Рей не видела ничего мало-мальски подозрительного – ни пристальных взглядов посторонних, ни странно припаркованных машин, ни мелькания одних и тех же лиц. И, может быть, именно это «ничего» и настораживало. Она хотела было поделиться опасениями с Джеком, но в этот момент к ним подошла Лена, слегка запыхавшись.

– Рей?

– Что случилось? – сразу насторожилась агент.

– Ничего страшного. Просто… родители заказали столики в кафе и хотят, чтобы вы тоже присоединились. Всем составом. Кафе «Амелия» на выезде из города.

– Немного странноватый выбор для семейного праздника, – заметил Джек, нахмурившись. – На выезде? Не слишком ли далеко?

– У моей мамы там было день рождения, и ей очень понравилось. Там есть небольшой парк, в общем, прогулочная зона, где можно будет пообщаться в тишине, – пояснила Лена. – И… там уже собрались почти все наши родственники. Бабушки, дедушки…

– И? От меня то, что вы ждете? – мягко спросила Рей, хотя уже догадывалась.

– Нам необходимо ехать туда? Если да, то ехать с родителями или с Джеком? – Лена замялась, спиной чувствуя вопросительные взгляды родителей, стоящих поодаль и наблюдающих за разговором.

– Леночка, – Рей рассмеялась, и этот смех прозвучал естественно и тепло. – Езжайте на машинах родителей. Они долго ждали этой встречи, как и все эти родственники, которые ждут вас в кафе, безумно гордые что их дорогие девочки попали в частную школу.

– Понятно, – Лена улыбнулась. – Об этом мы не подумали. Действительно, это повод для гордости. А…

– Езжайте. Мы с Джеком поедем следом.

Рей проводила взглядом девушку и увидела, как они рассаживаются по машинам. Ее лицо снова стало серьезным.

– Джек, держись за красной «Тойотой» – там Дина и Аня. Я постараюсь не выпускать из виду «Ладу» и «Ниву» с Линой и Леной. Что-то мне не нравится эта поездка за город. Но и запретить ее мы не можем.

Она завела мотоцикл и не спеша тронулась за машинами, держась на почтительной дистанции. Джек последовал ее примеру.

Вопреки ожиданиям Рей, ничего странного в пути не происходило. И через час (в городе были небольшие пробки) они заехали во двор кафе «Амелия», большого коттеджа в классическом стиле с колоннами и большими окнами, который окружал аккуратный парк с уютными беседками, качелями и дорожками. Как и предполагала Рей, на крыльцо тут же высыпала толпа родственников всех мастей: бабушки в ярких платках, дедушки в кепках, тети, дяди, которые тут же окружили девушек, засыпали их вопросами, восторгами, похлопываниями по плечу.

Джек вышел из машины и, подойдя к Рей, удивленно покосился на шумную толпу. Гам стоял невообразимый.

– Ты уверена, что наше присутствие здесь необходимо? – спросил он, едва перекрывая шум. – По-моему, они прекрасно справятся без нас.

– Мы их учителя и наставники. Нас здесь ждали и пригласили. А теперь закрой рот, сделай нормальное выражение лица и не выпускай Лину и Аню из виду, – Рей улыбнулась приближающемуся мужчине – дяде Лены – готовясь ответить на его вопросы об успехах дочери, и мысленно пожелала себе и Джеку удачи, видя, что к нему направляется кто-то из бабушек.

В течение двух часов ни Джека, ни Рей не оставляли в покое. Складывалось впечатление, что каждый присутствующий хочет быть в курсе всех дел девочек. Вопросы, вопросы, вопросы… «А математику они углубленно изучают?», «А языки какие?», «А спортом не переутомляются?», «А почему так поздно разрешили встретиться?» Даже терпеливая Рей начала чувствовать, как у нее подергивается уголок глаза от напряжения, не говоря уже о Джеке. Но он держался молодцом, отвечая на вопросы о «физкультурной программе» с невозмутимым видом.

Несмотря на суету, девочки все время были на виду, и ничего подозрительного так и не происходило. Постепенно все перешли в зал, где были накрыты столы, ломящиеся от еды, и звучала тихая фоновая музыка. Так же незаметно стихли голоса, когда все расселись по местам.

Рей заметила, что весь день девушек не подпускали друг другу и сейчас их рассадили по разным концам зала. Ничего удивительного, каждую из них окружала своя семья.

Лина, улыбаясь в ответ на вопросы тёти о новых учителях, то и дело ловила взгляд матери через стол. Та сидела рядом с отцом и не сводила с дочери пристальных, тёплых глаз. И в них читалось не только радость и гордость, но и лёгкая тень – беспокойство? Сомнение? Лина почувствовала, как под маской «успешной ученицы частной школы» её лицо вот-вот дрогнет. «Мама, – пронеслось в голове. – Ты что-то видишь. Видишь, что я стала другой. Тяжелее. Настороженнее. Видишь, как я осматриваю зал, как отмечаю выходы…» Но мать лишь мягко улыбнулась в ответ на ее взгляд и сделала незаметный, успокаивающий жест рукой. Она молчит. Из любви? Из доверия? Или потому что тоже боится спросить и услышать неправильный ответ? Это осознание сжало сердце Лины тугим узлом. Лгать тем, кто тебя растил, даже во благо, – это была особая, тихая пытка.

Аня, пытаясь отвлечь бабушку от расспросов об учителях-мужчинах, ловила на себе взгляд матери. Та смотрела с гордостью, но в уголках её глаз собирались морщинки усталости. «Она так старалась дать мне всё, – думала Аня, ковыряя вилкой салат, – работала на двух работах, чтобы я могла учиться хорошо. А я теперь живу в мире, о котором она даже не догадывается. И должна хранить эту тайну, разделяющую нас, словно толстое стекло». Горечь подкатила к горлу, но её пришлось проглотить вместе с кусочком торта, который вдруг стал безвкусным.

Дина смеялась над шуткой дяди что ее обучение напоминает его армейскую службу, но её взгляд бегал по залу, выискивая подруг. Она ловила на себе восхищённые взгляды родственников («Какая стала спортивная!»), но внутри чувствовала себя актрисой на сцене, которой вот-вот забудут текст. Каждая улыбка требовала усилий, каждый кивок – расчёта.

Лена, слушая рассказ отца о его работе на заводе, думала о том, как просто было раньше. Как сложно сейчас. Разорванность между двумя мирами – тем, где её любят просто так, и тем, где её ценят за навыки и потенциал, – разрывала её на части. Она ловила себя на мысли, что уже автоматически анализирует расстановку людей в зале, ищет укрытия и выходы, оценивает официантов как потенциальные угрозы, и ненавидела себя за этот автоматизм. «Я уже не могу выключить это. Даже здесь, среди своей семьи. Я смотрю на них и думаю: "Дядя Вова слишком громко говорит, он демаскирует наше положение. Бабушка Люда слишком медленно двигается, в случае эвакуации станет уязвима". Боже, что со мной?»

Напряжение висело в воздухе незримой пеленой, сквозь которую родные голоса и смех доносились будто издалека. Девушки улыбались, кивали, рассказывали заученные легенды, и с каждым словом стена между их прошлой и настоящей жизнью становилась всё выше и прочнее.

Вдруг сердце Рей забилось чаще, когда она увидела лицо одного из официантов, разносящего напитки. Молодой парень, лет двадцати, темноволосый, с правильными чертами лица и очень спокойными движениями.

Только тогда, в полуразрушенном доме на окраине Лондона, эти глаза смотрели на неё с мольбой и страхом, а его руки были скованы. А сейчас в них было холодное, почти ледяное торжество…

Интуиция не подвела. Вряд ли это было простым совпадением. Рей пробежала глазами по другим официантам – двое мужчин постарше, девушка. Они были ей не знакомы, вели себя естественно.

Чувства Рей обострились до предела. Бросив взгляд на Джека, сидевшего за соседним столиком с парой дядей Дины, она увидела, что он уже не сводит с неё глаз, уловив изменение в ее позе. Рей едва заметно кивнула в сторону официанта, но и этого жеста хватило Джеку. Его тело напряглось, хотя лицо осталось спокойным. Впереди ещё было часа 2 до отъезда, и случиться могло всё что угодно.

Паники не хотелось. Ох как не хотелось. Как и раскрывать что-то про себя перед всеми этими людьми. Но она не могла сказать, кто стоит за… Энтони, так кажется, зовут этого парня. Она вспомнила имя из старого дела. Однозначно это была ловушка. Но для кого? Для нее? Для девочек? Или это просто демонстрация силы, предупреждение?

– А теперь, давайте потанцуем! – кто-то из родителей, уже изрядно повеселевший, позвал диджея, и тот включил музыку – какую-то старую, добрую лирическую песню.

Все стали вставать, отодвигать стулья. Кто-то неловко уронил стул с грохотом, и Энтони, до того момента искусно избегавший зоны, где сидела Рей, вынужден был пройти мимо ее столика, чтобы убрать упавшую салфетку. Словно не заметив его, Рей встала, чтобы освободить проход, и чуть развернувшись, «случайно» столкнулась с ним. Поднос с пустыми чашками, который он держал, качнулся, но не упал – Рей подхватила его рукой, однако немного вишневого сока из одной чашки все же пролилось на ее светлую блузку.

На лице парня промелькнул быстрый, почти животный страх, а затем оно вновь приобрело непроницаемое, профессионально-вежливое выражение. Так, значит, он боится ее. Боится, но все равно здесь. Это уже кое-что.

– Ох, я такая неловкая! – защебетала Рей, изображая смущение и одновременно незаметно направляя парня своим корпусом к служебному выходу в глубине зала. – Хорошо, что посуда цела, жаль, блузка испорчена, но я не буду жаловаться на плохое обслуживание, это полностью моя вина. Скажите, где я могу привести себя в порядок?

Парень молча, с каменным лицом, кивнул и пошел к узкой двери в стороне от зала, обозначенной табличкой «Персонал». Он так же молча открыл дверь, пропуская Рей вперед. Но та, быстро заглянув внутрь – там была небольшая подсобка с полками и раковиной – ловко втолкнула парня внутрь первой и закрыла за собой дверь, щелкнув замком. В подсобке пахло моющими средствами и кофе.

Она не сводила взгляда с парня, боясь упустить любое его движение. Но он лишь молча поставил поднос на стол и не делал ни одной попытки напасть, скрестив руки на груди.

– Агент Рей, – наконец заговорил он, и его голос был низким, ровным, без эмоций. – Я знал, что однажды судьба вновь сведет нас, но не смог дождаться этой встречи и пришлось всё делать самому.

– Энтони, – назвала она его имя, и увидела, как дрогнул его зрачок. Значит, помнит. – Что тебе нужно?

– Хочу поквитаться с вами за тот отказ, – сказал он просто. – Сказать, что я был расстроен, когда вы отказались взять меня с собой, значит, ничего не сказать. Я умолял. Вы были моим героем, тем, кто спас меня из того ада. И вы же стали тем, кто бросил меня обратно в пустоту. Я дал себе слово, что всё равно стану одним из вас, научусь всяким штучкам, которые вы тогда так лихо демонстрировали. И знаете что? Я сдержал свое слово. Научился чему хотел и даже больше. Но агентом «Корпуса» не стал. По крайней мере, не таким, каких воспитываете вы. О, не бойтесь, девочкам ничего не грозит. Это касается только нас. Да, я знаю о попытках воспитать новое поколение агентов и о том, что эти девушки – одни из них. Я следил за тобой последние пять лет. Это было сложно, но у меня была цель. А, я смотрю, тебе стало интересно, кто был моим наставником. Это и правда интересно. В то время как ты отвернулась от меня, другой агент обратил на меня внимание.

– Лайла, – тихо выдохнула Рей.

– Её отстранили в последний момент, когда выяснилось, что она любовница того мерзавца, который держал меня. Но она не могла остаться в стороне, до последнего надеясь, что ты заберёшь меня в ученики. Но этого не случилось. И тогда она взяла меня к себе, несмотря на всю свою ненависть ко мне. Она обратила мой гнев против тебя, подпитывая его своим. Она ненавидит тебя за то, что ты увела у неё Шейна.

– Зачем ты всё это рассказываешь? – Рей напряглась, хотя уже догадывалась.

– Чтобы у нас не было недопонимания в последние минуты, – Энтони пожал плечами, и его поза была расслабленной, но Рей видела, как напряжены его мышцы. – Я думал, тебе будет интересно знать, чем всё это кончится.

– Так говори.

– Лайла послала меня убить тебя. И твоего брата, если он будет мешать. Затем – вернуть девочек в школу, где она уже будет ждать. У неё свои планы на это молодое поколение. Планы, которые «Корпусу» точно не понравятся.

– Так чего ты ждёшь? – Рей чуть прищурилась, готовясь отражать атаку.

Нападение не заставило себя ждать. За долю секунды Энтони оказался рядом, двинувшись с неожиданной для его сложения скоростью. Его рука потянулась к ее горлу, но Рей, предугадав движение, изловчилась, пропустила его мимо себя и резко толкнула в плечо, используя его же инерцию. Парень, не ожидавший такого отпора, потерял равновесие, упал на стол с подносом, и на пол с оглушительным грохотом посыпалась посуда. В зале, где играла музыка и шумели голоса, на секунду воцарилась тишина, а затем раздались крики и испуганные возгласы. В дверь застучали: «Что там? Откройте!» Но вот раздался спокойный, властный голос Джека: «Всё в порядке, небольшая авария! Ничего страшного! Продолжайте праздник!» Крики и стук правда поутихли, заглушаемые музыкой, которую диджей, видимо, прибавил.