Книга без последней страницы

Первым из них был его самый близкий человек, его личный слуга еще с самого детства – господин Льюйяс. И, в отличие от остальных, он был ранен одним точным ударом прямо около сердца. Но это был не меч, а скорее маленький скрытый кинжал, что обычно используют ассасины. Бегло осмотрев рану, Фирст схватил одну из склянок со стола, стоявшую около кровати, и, протерев ею свои руки, он со стеклянным взглядом воткнул свой палец в рану. Льюйяс не издал ни звука, и казалось, что он даже уже не дышал, но Фирст начал зачитывать заклинание. Постепенно его руки начали сиять легким зеленым оттенком, но ярче всего горела склянка, что он только что использовал.

Льюйяс постепенно, с исчезновением зеленого света, начал обратно приобретать жизненный оттенок, а из раны вытекала фиолетовая жидкость, что выжигала кровать и часть пола. Как только вся она вытекла, Фирст вновь взял ту склянку и, разбив ее вдребезги в своей руке, вместе со своей кровью влил получившуюся субстанцию в рану, которая тут же начала затягиваться.

Его рана явно была нанесена не той давке, ранна сделана слишком профессионально. Кому мешает наша встреча с Мэри? – погряз в свои мысли Фирст, все больше понимая, что эта встреча пройдет не просто как встреча старых знакомых. Он встал на игральную доску влиятельных людей.

Разжав руку, он с печалью и ностальгией смотрел на шрамы на своей руке. Когда он практически вновь погрузился в свои мысли, сзади него раздались аплодисменты. Обернувшись, он увидел, как ему хлопали те самые рыцари, что привезли его слугу, и несколько Хилеров. Один из них вышел вперед:

– Столь в молодом состоянии, без специальных артефактов, излечить от яда Высшего круга… Неужели вы знаменитый в столице Хилер рода Фарагонд?

– Не совсем… я его ученик.

Толпа тут же ахнула от удивления, но, кажется, одному из Хилеров такое подкрепление особо не понравилось, и он, выйдя вперед, хотел что-то предъявить. Но, перекрыв ему рот своей рукой, вперед вышел тот самый черный рыцарь, и с доброжелательностью из-под шлема раздался женский голос:

– Как же нам так повезло, что вы оказались рядом в этот ужасный момент. Вы же не откажетесь от своих слов помощи?

– Конечно нет, даже если бы не хотел – я вам сильно обязан, сэр.

На этих словах рыцарь неуверенно сделал шаг назад, но всё же, сделав поклон в знак благодарности, она быстро удалилась из палатки. И в тот же момент, будто по команде, в палату начали ввозить тяжелораненых. Работы было много, и, вытерев свои руки от крови, Фирст со спокойствием, попрощавшись со спящим слугой, отправился к другой кровати.

-–

Харли напевала одну из молитв, пролетая в очередной раз над полем битвы в поисках уцелевших. Хоть она и понимала, что ничего, кроме трупов, она не увидит, она с надеждой цеплялась за каждое движение. И сдалась она лишь тогда, когда прямо перед ней миражом не появился Шут.

В ту же секунду она приземлилась и начала с осторожностью осматривать всё вокруг, пока ее глаз не зацепился за маленькую девочку, которая сильно напоминала Джену, но в то же время, почему-то казалось, что это точно не она. Лишь шаг в ее сторону закреплял эту мысль сильнее, ведь черты ее лица менялись через разные промежутки, все-таки возвращаясь к чертам лица Джены. Харли остановилась примерно в двух метрах от девочки, уже с полной уверенностью, что это не Джена. Она все еще продолжала смотреть на трупы, но резко развернув свой взгляд в сторону Харли, она ее сильно испугала, так что Харли достала свое ружье и направила в ее сторону.

Та с таким же безразличием указала в сторону, где также над трупом стояла такая же девочка, но улыбалась и указывала на другую, что плакала, указывая на ту, что злилась, и так около десятка таких же девочек с разными эмоциями. Хаотично кидая свой взгляд между ними, пытаясь понять ситуацию, Харли вернула свой взгляд на первую, на месте которой с розой сидел черный рыцарь.

– Я долго ему верила, долго думала над причинами всего этого, но так и не поняла.

– Джена?

Рыцарь встал и, сняв шлем, протянула свою розу Харли, которая все еще не могла прийти в себя и все также направляла свое ружье в ее сторону. Джена медленно опустила ружье и, вложив розу в карман, быстро прошла мимо нее, и как только Харли развернулась, чтобы спросить у нее еще что-нибудь, как она была сильно удивлена тем, что находится совершенно одна в поле под проливным дождем.

– Как всегда… Ты все еще боишься нас?

Но ответа не последовало, и она, проронив несколько слез, вылетела в сторону лагеря, уже не имея надежды найти выживших. Как только она пропала из виду, из-под одного трупа размером с ребенка вылез Шут, в черных оттенках. Он с брезгливостью осмотрел свою одежду и слегка выругался, но как только увидел Джену, что с грустью рассматривала мертвую девочку, тут же развеселился и, приняв свой прежний размер, прискакал к ней.

– Как-то вы долго играли свой спектакль в этот раз, мисс Джена, и вообще что это было?

– Это было не для нее.

– Думаете, он следил за Харли?

– Не знаю, но я обязанна показать, что они не просто куклы.

Шут убрал свою привычную улыбку и пальцем опустил уголки губ, и с печалью посмотрел на девочку, которая после прикосновений Джены начала восстанавливаться. По всему ее телу проходила черно-синяя субстанция, после которой у нее всё затягивалось, и раны исчезали, будто их и не было.

– Как долго вы собираетесь это терпеть, госпожа?

– Два года, столько осталось до финальной сцены в его сценарии.

– Так… Мало?

Джена молча подняла уже задышавшую девочку и, посмотрев куда-то в сторону, с некой мягкостью сказала:

– Нет, это не мало… Так что попрощу, дай хоть какой-то ответ.

Она надела обратно свой шлем и медленно направилась в сторону лагеря. Шут же в это время с презрением наблюдал за огромным, но не видимым обычным обывателям, безразличным глазом, что провожал следом Джену.

Глава 2 Твоё молчание даёт лишь повод

По неподтверждённым слухам, Мэри с Харли в первый же день настояли на встрече с предыдущим градоначальником. Пусть в итоге их и выгнали, но после того дня местные жители начали собираться вокруг них. С каждым днём они стремительно наращивали своё влияние, попутно укрепляя положение разрушением символа прошлого – Башни Крови и Плоти.

– Подождите-подождите. Зачем вы мне это говорите? Неужели это обязательно?

Парень в чёрном балахоне с надетым капюшоном, глядя на своего собеседника в таком же одеянии, никак не мог понять, почему тот начал издалека. В самом начале ведь был задан конкретный вопрос: «Каково их положение в данный момент?». Подняв голову, мужчина обнажил маску с номером 1 и, судорожно оглядевшись, ответил:

– Как бы я ни хотел вам рассказать, мне приказано не усложнять вам работу.

– И как это мне помешает?

Вновь судорожно осмотрев комнату, мужчина резко переменился в лице, вскочил со стула и, вытянувшись по струнке, начал кому-то отдавать честь. Буквально через пару секунд на его стуле появился огромного телосложения мужчина с такой же маской, но с номером ноль. Жестом приказав первому удалиться, он быстро перебрал бумаги, которые были даны парню для ознакомления.

– Вижу, вы их даже не пытались просмотреть.

– Будто вы станете хранить столь ценную информацию в простых бумажках.

– Да, не будем. Но всё же, номер два, не много ли вы просите, не имея никаких сподвижек?

– Нет, достаточно для уровня опасности и важности этого задания.

Номер ноль скинул бумаги со стола и, воткнув в него свой меч, начал давить на номера два своей энергией. Но тот мало того что не испугался, но и в ответ воткнул маленький изящный кинжал с гравировкой – змея, пожирающая орла. Номер ноль слегка усмехнулся и, сменив гнев на милость, вновь обратился к нему:

– Видимо, вас уже успели как следует встретить.

– Да, но изначально досталось не мне.

– Не вам? Неужели серая мышка заимела себе товарищей?

– И это мне говорит глава информационного отдела Империи? Вы что, тут изолированы?

– Да, звучит довольно странно. Но если бы вы всё-таки послушали моего подчинённого, то поняли бы, что у нас тут власти нет. Здесь мы не больше чем обычные репортёры, пишущие нужную информацию. Только государство это – всего один человек.

– Настолько?

– Удивлены? Я думал, вам прислали общую сводку по нашим объектам.

Номер два достал свои бумаги и, разложив их перед номером ноль, начал сильно нервничать, с интересом поглядывая на листы, валявшиеся на полу. Номер ноль быстро перебрал бумаги и достал одну из них:

– Вам бы всё-таки следовало получше изучить и общедоступную информацию, чтобы хоть немного быть увереннее в переговорах.

– Спасибо за совет, но боюсь, времени осталось не так много.

Сказав так, номер два всё-таки подобрал часть бумаг и бережно спрятал их в пиджаке. Номер ноль к тому моменту уже растворился в воздухе, забрав с собой остатки документов вместе с теми, что ему передали. Номер два в последний раз осмотрел комнату и направился в сторону мэрии по подземным путям, прорытым ещё до основания этого города. Никто не знал, кто и когда их создал, но история кирпичей, составлявших основу стен этих лазов, по некоторым документам насчитывала более тысячи лет. И за это время она впитала истории тысяч погибших организаций, словно личный посланник смерти.

И вот сейчас номер два, сняв маску, с интересом наблюдал, как члены его организации в панике бегают по коридорам, уничтожая всю информацию о своём существовании. Один из таких торопыг столкнулся с ним и, заметив отсутствие маски, сказал:

– Мистер Фирст, неужели расконсервация коснулась и вас?

– Нет, мистер 17, просто нет смысла скрываться от тех, кто уже на пороге смерти.

С этими словами Фирст направил на парня свой кинжал, но вперёд рукояткой. Парень всхлипнул, но уверенно взял нож и направился в сторону скопления своих товарищей, которые по очереди принимали маленькие пилюли с ядом. Фирст, более не желая здесь оставаться, быстро скрылся в одном из поворотов. Он шёл медленно, осматривая каждый поворот и комнату. Хотя те не могли удивить его ничем, кроме голых стен и разбросанных бумаг, Фирсту нужно было отвлечься от предстоящей встречи. Он хотел предстать перед старыми друзьями не таким.

В одном из поворотов он встретился с номером один. Мужчина протянул ему бумаги и быстро скрылся в лабиринте коридоров. Фирст, уже привыкший к такому, быстро развернул первую страницу и поначалу безразлично прочитал:

«Встреча переносится на завтрашний день. Было выяснено, что Император всё-таки направляется в Лисинбург».

– Император? А он что тут забыл?

-–

– Нужно ли представляться?

– Необязательно. Скорее всего, там все тебя знают.

– Тогда как мне себя вести при входе в здание?

– Разве Ричард не объяснил?

– А он должен был?

Парень в лёгкой кольчуге и нижней рыцарской броне уже сильно сомневался в их плане, так как думал, что это дело будет простым, как и все предыдущие. Девушка же, скрывавшаяся в тени, кажется, не хотела отступать ни на шаг. Парень быстро достал меч и, воткнув его в землю, отдал честь проходившей мимо них Харли. Та была сильно взволнована и даже не обратила на них внимания.

– Железная леди? Она что тут забыла? Разве она не должна разбираться с недавним происшествием?

– Видишь, карты вообще не на нашей стороне. Может, всё-таки откажемся от контракта?

– Нет, мы больше не можем тянуть с погашением долга.

– Разве? Мне казалось, в прошлый раз мы вернули большой процент.

– Вот именно. Эти отбросы решили, что мы заграбастали кучу денег и скрываем их.

– Чего? У них же связей достаточно, чтобы проверить, что это не так.

Девушка вышла из тени, нацепив чёрный шлем – точно такой же, как у Джены. Тяжело вздохнув, она посмотрела в сторону окна, где предположительно находилась их цель. Вернув взгляд на парня, она с решимостью ответила:

– Я сама не понимаю, что с ними вдруг случилось. Но давай постараемся в последний раз, Вилли.

Парень со страхом посмотрел на охрану мэрии, но тут же успокоился, почувствовав руку девушки на своей. Он мысленно одёрнул себя за плохие мысли и с той же уверенностью, с какой смотрела на него девушка – пускай лишь наигранной, чтобы набраться смелости, – произнёс:

– Да свершится сегодня апогей падения старого строя!

-–

На той же улице, в луже крови, лежали оба, но смертельно ранен был только один. Вилли не понимал, сделала ли она это специально, чтобы прямо сейчас наблюдать за его отчаянием и бессилием, но одно он мог сказать точно: их план изначально был обречён на провал. На каблуках, в длинном белом платье, которое даже не испачкалось, к ним подходила нынешняя градоначальница Мэри. В её глазах читалась не злоба, не презрение – в них не было абсолютно ничего, словно безвольная кукла, ведомая данным ей сценарием.

Вилли никак не мог понять, когда она оказалась тут, и отчего такой монстр является лишь чьим-то инструментом. Ведь даже при встрече с прежним градоначальником он не ощущал такого бессилия. Остановившись в двух шагах от него, вся её аура внезапно рассеялась, а во взгляд вернулась прежняя живость. Мэри тут же отстранилась, но сохранила лицо, хоть и давалось ей это с трудом.

– С чего вы решили, что столь глупое представление позволит вам проникнуть на мою территорию?

Вдруг раздался робкий и дрожащий голос Мэри. Вилли же отчётливо ощущал: будь он сейчас в норме, то смог бы победить её в одиночку. И он начал понимать, почему их заказчики посчитали, что они смогут выполнить такой заказ. Кашлянув кровью, Вилли из последних сил решил раскрыть цель, чтобы эти черти тоже получили по заслугам:

– Мы должны были всего-навсего выкрасть собранный тобой компромат на аристократию этой области.

– Мой компромат? Странно… Кто ваш заказчик?

– Какой-то… отряд Освобождения…

Мэри повернулась к ним и хотела вылечить его, чтобы расспросить подробнее, но над Вилли уже нависла чёрная тень. Она проткнула его сердце рукой и просто растворилась, будто её никогда и не было. Мэри тут же создала под парнем портал, отправив его подальше, чтобы разобраться позже, а сама оказалась рядом с девушкой, которая до этого казалась смертельно раненой. Мэри переместила их обеих в свой кабинет и, сняв с неё шлем, убедилась в своих догадках насчёт личности.

Скрытая под магией иллюзий, но на Мэри отчётливо смотрела пара глаз Джены. Мэри попыталась сбросить её маскировку, но тут же встретила отпор, отталкивавший любые попытки. В этот момент Джена оттолкнула руку Мэри и, забрав шлем, быстро нацепила его обратно. Мэри в ожидании вопросов протянула ей исцеляющее зелье. Джена быстро пролила его на рану около сердца и жестом подала знак, что готова отвечать. Мэри глубоко вздохнула и, с грустью взглянув на неё, спросила:

– И чего ты добивалась, спровоцировав его?

– Кто знает…

– Джена! Это не шутки, он ведь мог убить тебя!

– Убить? А правда ли мог?

Мэри хотела накричать на неё, но вдруг осознала: Вирден и вправду никого не убивал. Избивал до полусмерти, запирал в том странном пространстве, но не убивал. Ни её руками, ни лично. Кроме этого парня. Мэри посмотрела на пол, но, как и ожидалось, Джены там уже не было. Вместо неё оставался лишь характерный след использования сил Вирдена – черно-синяя субстанция.

– И что ты хотела этим сказать, Джена? Что мы можем просто уйти?

– Нет… По крайней мере, сейчас…

Услышав столь знакомый и ненавистный голос, Мэри тут же встала по стойке смирно, будто солдат перед командиром. Но Вирден, словно чего-то боясь, не входил в кабинет, стоя прямо перед дверью, из-за которой доносились звуки стирания ластика об бумагу. Мэри, слегка оправившись от его давления, начала говорить:

– Что вам нужно?

– Мне? Точно…

Но он не продолжил и, кажется, просто ушёл – эхо шагов разнеслось по пустому коридору. Мэри всё так же стояла по стойке, пока не перестала чувствовать его ауру. Как только она пропала, Мэри тут же проверила всё здание на наличие чего-то странного. Но, к удивлению, всё было обычным. Кроме того места, где она находилась совсем недавно: там отчётливо ощущалась аура того паренька и Джены.

Чтобы убедиться окончательно, Мэри достала компромат из скрытого в стене сейфа и переместилась к ним. И вправду, в этом переулке, что-то обсуждая, стояли Вилли и Джена, которая, кажется, даже не подозревала, что с ними произошло пару минут назад. Мэри сделала шаг в их сторону, но внезапно в её спину врезалась Харли, не замечавшая её до самого столкновения.

– Прошу прощения, я слишком сильно… Мэри?

– Харли? Что ты тут делаешь?

– Это сейчас неважно. Что на тебе надето? Мне ведь не мерещится?

– Чего?

Харли никак не могла поверить своим глазам: её сестра, которая наотрез отказывалась носить платья и туфли из-за их неудобства, прямо сейчас переборола себя. У неё даже потекла слеза гордости от осознания, что сестра всё ещё надеется на нормальную жизнь. Мэри же, понимая, куда ведут её мысли, поспешила опровергнуть:

– Это из-за приезда Императора.

– Всё равно это ничего не объясняет! В прошлый его визит ты так не старалась! Неужели?

– Нет! Давай я по пути расскажу.

Поспешила Мэри, так как её первоначальные цели начали уходить, но, услышав её слова, тут же слились со стеной, подражая патрулям, ожидающим своего часа. Мэри с Харли прошли мимо них, обсуждая странного паренька, который смог повлиять на Мэри, чтобы та надела платье. Когда они были рядом, Мэри будто невзначай обронила папку с компроматом. И чтобы те не смогли вернуть её, тут же переместила их подальше, объяснив Харли это скорой встречей. Она не понимала конечной цели Джены, но раз той нужна эта информация без её вмешательства, значит, это как-то связано с Вирденом лично. Мэри надеялась, что попытки подруги хоть как-то раскроют новые стороны «спасителя». Пусть она и сомневалась в решении, беспокоясь о последствиях, но слова о том, что он не убивает, почему-то отпечатались в памяти.

Вилли с осторожностью поднял папку и, вскрыв её, крайне удивился содержимому:

– Джена, видимо, богиня удачи на нашей стороне.

– С чего вдруг уверовал?

– Сама посмотри. Как это иначе, кроме как чудом, назвать?

Джена взяла бумаги и усмехнулась. Отдав обратно всё, кроме последнего листа, она приказала отдать папку заказчику, оправдав своё отсутствие личными делами. Вилли не стал настаивать: скорее всего, после этого дела их дороги разойдутся. Оставшись одна в переулке, она развернула лист с шифром, известным только Мэри и ей:

«В этот раз я тебе прощу, так как она бы и сама пришла к этой мысли совсем скоро. Но если ты продолжишь мешать, я буду вынужден отнять все твои права».

Джена аккуратно сложила листочек и, приложив к сердцу, произнесла: «Наконец-то!» – и на её губах застыла сложная, горько-торжествующая улыбка. Она добилась того, чего хотела: его внимания.

– Случилось что-то хорошее?

Обрубив её мечтания, в её сторону направился Фирст, радуясь неожиданной встрече. Джена быстро спрятала листочек в карманном пространстве и, дождавшись, когда он подойдёт близко, сказала:

– Крайне хорошее.

– Правда? А что, если не секрет?

Фирст и сам не понимал возрастающего интереса к ней. Но как и в прошлый раз, так и сейчас, рядом с ней чувствовалось некое «тепло». Фирст не знал, как это назвать, но желал понять. Джена же, окрылённая удачей, просто продолжила случайно начавшийся диалог:

– Простите, господин Фирст, но мы едва ли знакомы?

– Вы, по-видимому, уже знаете меня, так что позвольте стать чуть ближе. Как насчёт вашего имени?

– Джена… Джена Блэйк.

Фирст поклонился в знак приветствия и с хитринкой продолжил допытываться:

– Так мы стали чуть ближе? Этого достаточно?

– Для чего? – издевательски спросила Джена, отчётливо понимая суть вопроса.

Фирст же, поняв, что она не собирается продолжать игру, решил сыграть по её правилам:

– Ваш секрет счастья.

– Секрет счастья? Вы не похожи на того, кто в нём нуждается.

– Правда? Я вам кажусь счастливым?

Джена посмотрела прямо в глаза Фирста и немного засмущалась, но буквально через пару секунд пришла в себя и поймала себя на мысли: что с ней происходит? Джена ли она сейчас? Но не успела она как следует обдумать это, как Фирст продолжил натиск:

– Так каков же ваш ответ?

– Мой… ответ?

Заметив кардинальную перемену в настроении и враждебную ауру, Фирст слегка отошёл в сторону, ожидая дальнейших событий. На его счастье, она быстро успокоилась и с прежней доброжелательностью ответила:

– Да, вы и вправду выглядите счастливым. Но моё счастье не даст вам того же, что есть у вас сейчас. Ведь даже его выбрали за меня.

Договорив, Джена поспешила удалиться, и даже попытки остановить её не дали результата. Фирст попытался погнаться за ней – ведь в её присутствии он чувствовал что-то странное, будто все чувства усиливались, а мысли прояснялись. Гоняясь за ней почти до самых стен, он упустил, куда она направилась дальше. Тяжело вздохнув, он присел на ближайшую лавочку, пытаясь понять, что это вообще было.

-–

Уже некоторое время один из аристократов, чьи владения находились ближе всего к городу, со страхом наблюдал, как всех его «коллег» уводят из кабинета градоначальницы полуживыми, а их слуги, поникнув, плетутся следом. И что ещё удивительнее – никто из других аристократов не обращал на это внимания, будто это само собой разумеющееся. И вот, когда из кабинета начали вытаскивать одного из его вассалов, он не вытерпел и с криком ворвался в кабинет Мэри:

– Да вы что себе тут позволяете!

И тут же пожалел о решении, увидев, что на месте Мэри сидит сам Император собственной персоной, перебирая кипы документов, которые ему подавала Мэри. Император лениво поднял на него взгляд и голосом, который, казалось, вдавил аристократа в пол, спросил у Мэри:

– Кто это?

– Это господин Нилл Лэмсорт. Его владения находятся ближе всего к нашему городу, так что информация о вашем приезде дошла до него с опозданием.

– Ближе всего, но с опозданием?

– Вот, – Мэри достала из один документ из кучек бумаги и передала Императору. Тот быстро изучил их, усмехнулся и с интересом посмотрел на Нилла:

– Господин Нилл, а вы хоть знаете причину вашего приглашения в город?

– Д-да!.. О-обсуждение п-проблем с порталом!

– Удивительно. А этот ваш Вирден всё-таки крайне способный человек.

– Да, именно поэтому я прошу у вашего величества помощи в его устранении.

Она сказала это уверенно, глядя в глаза Императору. Но под столом её пальцы сжались в кулак – признак сомнений. Просьба о спасении от собственного «спасителя» – была ли это минута слабости или следующий акт закулисной пьесы?

Глава 3 Наша минута счастья

Стоя около двери с золотой табличкой, на которой отчетливо читалось: «Градоначальник Вирден Блайк», Фирст пытался понять, что за подавляющая аура исходит из-за этой двери. Он отчетливо помнил, что пару минут назад вместе с Номером Ноль шёл на личную встречу с Мэри, которая должна была состояться до основной встречи с императором. Фирсту казалось, что если он попытается открыть эту дверь без приглашения, тут же лишится жизни, но, не желая дожидаться приглашения собственного похитителя, он слегка толкнул дверь.

Не успел он хоть слегка рассмотреть своего похитителя, как в то же мгновение всё перед глазами обрывками начало рушиться, и он уже проснулся в своей кровати. Тяжело дыша, Фирст пытался осознать: что это было – кошмар или предупреждение? И слова, произнесённые перед пробуждением, были какими-то странными, будто предназначались вовсе не ему: «Я смогу тысячу раз всё перевернуть, а сможешь ли ты оставаться такой же настойчивой?»

Присев на кровать, Фирст закрыл глаза от усталости от всё копящихся вопросов, ответы на которые так и не были даны. По крайней мере, сегодняшняя встреча с Мэри и императором должна была раскрыть хотя бы малую их часть. Быстро переодев свою ночнушку в официальную одежду, он уже собирался выходить, как вдруг услышал скучающий голос Номера Ноль:

– Встреча состоится только через пять часов. Куда вы так спешите, господин Фирст?

Обернувшись, Фирст был слегка удивлён, так как его слова в точности повторяли те же, что были во сне, да и его положение над чемоданом Фирста, заинтересованно роющегося в его вещах, словно две одинаковые картины всплывали в его голове. Мистер Ноль, заметив его замешательство, прекратил свои поиски интересного и с профессиональным тоном спросил: