Книга без последней страницы

«Сила всё-таки довольно огромна и схожа с той, что была в первом пространстве, но тут она появилась недавно, примерно с моим приходом? И всё же то прошлое пространство с лабиринтом и трупом было не испытанием, а скорее буфером или щитом перед этой силой. Но для меня ли?» – задумалась Мэри. Немного успокоившись, она посмотрела на мальчика, который всё ещё держался за её руку, но прежнее ощущение холода будто стёрлось.

Понимая, что ответов от этого странного мальчика ей не добиться, Мэри слегка оттолкнула его, чтобы не мешал, и направилась к единственной открытой двери. При входе она чуть не провалилась в чёрное нечто, стоявшее прямо перед ней. Мальчик же уже успел её нагнать и встать позади. Увидев это нечто, он, в отличие от Мэри, тут же собрался убегать, но Мэри, схватив его, бросила в сторону тёмной субстанции. Однако вместо поглощения мальчик лишь отскочил от её барьера. Он быстро отбежал подальше и, присев в позу молитвы, просто замер.

Мэри попыталась отправить в сторону этой штуки свою ману, чтобы проверить её уровень силы, но та просто прошла сквозь неё насквозь, задев при этом Джену, которая с интересом наблюдала за развитием событий. Мальчик же не шелохнулся; по ощущениям Мэри, он даже перестал дышать, будто отдавший душу дьяволу.

Не желая больше терять время, Мэри решила рискнуть, даже невзирая на то, что не до конца понимала ситуацию. Она сделала шаг в сторону Вирдена и с натянутой улыбкой представилась:

– Мэри Блэйк, студентка одной из престижных академий Империи, известная как «гений-самоучка».

Вирден усмехнулся. Из тьмы начала медленно появляться довольно молодая рука, вся в той же чёрной субстанции, что была в здешних горшках, а затем раздался тихий, едва слышный голос:

– При-ят-но… поз-на-ко-мить-ся.... Вир-ден Блэйк… а-но-ним-ный спон-сор гения-самоучки.

Сжавшись, Мэри тут же почувствовала слабость и страх, и дело было явно не в том, что она узнала его личность. Сила, таившаяся в каждом его слове, была столь велика, что окружающая мана колебалась при каждом его вздохе. А это длинное предложение не просто изменило пространство – оно наполнилось громадным количеством маны, и в окне, за которым до этого ничего не было видно, начала виднеться просторная улица, по которой мирно ходили самые обычные люди.

И, видимо, не желая причинить вред Мэри, рука исчезла за доли секунды, а вместе с ней и всё, что с ней пришло. Мэри тут же упала на пол от резких скачков маны. Но благодаря вмешательству мальчика, который стабилизировал и пространство, и состояние себя и Мэри, она не отключилась. И отчего-то его сила сильно напоминала силу Вирдена, хоть и была в разы слабее.

Когда Мэри принялась глубоко дышать, пытаясь успокоиться, заговорила Джена с той же доброжелательностью, с какой говорила с Харли:

– Прошу простить господина Вирдена, он крайне плохо управляет своей недавно обретённой силой.

Мэри с трудом подняла голову и посмотрела на Вирдена, но вместо страха почему-то ощущала от него тепло, словно там стояла её сестра. Она встряхнулась, но ощущения не только не пропали, но и усилились, всё больше разрастаясь семенем сомнения.

Тень слегка отошла, чтобы дать возможность зрительного контакта, но Мэри продолжала смотреть на Вирдена, пытаясь понять, почему испытывает эти чувства. Джена, что-то услышав от него, резво подскочила к Мэри и, присев напротив, с улыбкой посмотрела ей прямо в глаза.

– И вправду! Она вас не боится, сэр Вирден, и, по ощущениям, даже крайне заинтересована вами.

– Кто он такой? – вдруг раздался спокойный и рассудительный голос Мэри.

Джена посмотрела на неё с ещё большей заинтересованностью, но также украдкой взглянула на второго гостя, который медленно, но уверенно отползал из комнаты из-за большой траты маны. Вслед за ним от Вирдена тянулась тонкая нить, медленно переливавшая в мальчика нечто похожее на ману, но крайне отличное по своей энергии. Вирден же, беспокоясь о состоянии Мэри, отправил Джене сообщение: «Печать ещё сильнее ослабла, так что вверяю это дело тебе». Джена усмехнулась и обратилась к Мэри:

– А разве он не представился, Мэри?

– Разве?.. Точно…

Кажется, наконец придя в себя, Мэри осознала, что это тёмное нечто перед ней – их «благодетель», недавно отправивший их в глушь и заставивший забыть прежнюю жизнь. Именно это нечто было одной из главных причин её развития в области магии. Но сейчас, осознав истинные масштабы его силы и ничтожность своих достижений, Мэри почувствовала, как в ней зажёгся прежний огонь желания подняться ещё выше.

Подняв голову, она хотела что-то спросить, но тут раздался знакомый голос, который за 6 лет учёбы успел ей сильно надоесть. Вместо Джены перед собой она увидела бегущие из стороны в сторону буквы и предложения, в которых отчётливо прописались последние слова: «Скоро увидимся», а после слова сложились в знакомый стол директора. Как бы она ни пыталась, последний отрывок воспоминаний никак не хотел представать перед глазами. Неужели она просто забыла его, как страшный кошмар?

Но думать об этом сейчас не было возможности. Директор, который столь неожиданно пригласил её перед самым отъездом, в данный момент пытался до неё достучаться:

– Алло, космос, вас вызывает Империя! Вы там как, нормально? Пришли в себя?

Мэри поклонилась в знак извинения и наспех придумала оправдание своему состоянию. Директор, слегка улыбнувшись, ответил:

– Ничего страшного, личная встреча со спонсором оставила свой след в вашей жизни.

Мэри нахмурилась, но, отбросив эмоции, быстро вернула самообладание и спокойным голосом спросила:

– Да это было тяжело, но припомню, что распространялась об этом случае.

– Хм? Разве нет? А, ну да, нет.

– То есть всё это время вы были связаны с Вирденом?

Директор усмехнулся и, встав с кресла, направился к одному из шкафов, откуда достал красный конверт с печатью семьи Блэйк. Резким движением он отправил его в полёт, так что тот воткнулся в диван в нескольких сантиметрах от Мэри. Она заметила, как сильно он напоминал тот конверт, что был во сне. Что-то в последнее время, после прочтения письма от Вирдена, ей снятся отрывками какие-то предсказания? Или предупреждения? Но сейчас Мэри больше волновало, кем же приходится Вирдену их директор.

– Это письмо от Вирдена и от меня. Прочитаешь по дороге в Лисинбург, в нём всё более-менее объяснено. И прошу вас, мисс Мэри, не стоит идти против этого человека.

Сказав это, он со злостью посмотрел на портал под ногами, который медленно поглощал его, несмотря на сопротивление. И перед самым концом успел добавить:

– И, кстати, не забывайте вашего нового друга…

Мэри потёрла лоб от усталости, осознавая всю предстоящую работу. Но, по крайней мере, их опасения насчёт спонсора оказались частично неверны. Однако узнать, что у него на уме и какие великие планы он построил вокруг них, им ещё предстояло выяснить. Да и эти сны и видения не давали покоя. Как узнать, что в них правда, а что – лишь больное воображение?

Еле достав воткнутый конверт, Мэри отправилась к выходу из академии, где её уже должна была ждать Харли. Но, открыв дверь, она лоб в лоб столкнулась с Фирстом, и оба упали на пол. Фирст тут же вскочил и протянул руку Мэри, принося извинения. Мэри, осознавая, что они, возможно, видятся в последний раз, спросила:

– А ты решил последовать за нами?

– Что? Нет, меня просто позвал директор. Я же обещал, что навещу вас только после окончания академии.

Мэри посмотрела на него с недоверием, но, не желая больше задерживаться, хотела попрощаться, но тут, положив руку на голову Фирста, будто из ниоткуда появился мистер Зет, который достал из кармана заявление на отчисление.

– Не стоит делать то, о чем будете позже жалеть мистер Фирст.

Мэри, осознав, что он врал, схватила заявление и, скомкав, кинула вглубь кабинета, добавив, чтобы он хотя бы не лез на эту странную шахматную доску. Быстрым шагом скрывшись на лестнице, она оставила злого до чертиков Фирста вместе с мистером Зетом, который каким-то образом узнал о его планах.

– Почему? Почему вы так поступили? Какое вам дело до меня?

– Порой в жизни есть моменты в которых стоит отступить чтобы набраться нужного опыта.

Фирст сжал свои кулаки и слегка успокоившись, уже с полным отвращением в голосе спросил у него:

– То есть чтобы набраться сил, мне нужно выдвинуть их вперед, на расстерзание?

– Да, ведь даже если в лесной чаще окажется три ягненк, их шансы на выживания никак не изменятся.

Фирст прикусил свою губу от желания высказаться, но здравый смысл в глубине души подсказывал, что Мистер Зет прав. Сейчас он никто, и даже последуя вслед этим двоим, он станет лишь абузой. Сжав кулаки и отпустив взгляд он с тяжелыми мыслями ушел в глубины Академии. Мистер Зет же медленно прикрыл дверь в кабине и вытащив тетрадку быстро вписал в него имя Фирста, закрыв ее на ней отчетливо виднелась надпись: "Объекты, крайне потенциальные".

-–

Пройдя по главному холлу Мэри заметила как студенты спешно расходились, освобождаяя ей проход и также вид на Харли, которая еле как успевала отвечаь благодарностью на подарки и слова напутствия. И когда они встретились взглядами, все остальные студенты тоже начали расходиться, оставляя их наедине. Встав друг напротив друга, Мэри хотела что-то сказать, но Харли ее опередила:

– Нет, я не оставлю тебя.

– Знаю, ведь я бы поступла также.

Мэри схатив остатки подарков, которые не влезли в карманне пространство Харли, и поместив их в свое, медленно направилась из академии в сторону кареты, которая ждала их прямо около выхода. Харли же быстро ее нагнала и схватившись за руку начала простой диалог, чтобы ненадолго забыться:

– И, кстати, там были и те, кто оставлял подарки тебе.

– А лично передать трудно?

– Ты ещё спрашиваешь?

Они шли, разговаривая ни о чём и обо всём, и на душе у них было легко, как в тот день, когда они решили начать новую жизнь. Но, лишь сев в карету, их настрой резко переменился. В окне кабинета директора на них с презрением смотрел Шут в классическом одеянии, но в тёмных тонах и в той самой маске, что прислал Вирден. И хотя он был далеко, они отчётливо услышали его слова: «Да начнётся спектакль Трёх героев».

Глава 1 Мой шаг на твой путь

Уже долгое время вокруг города Лисинбург ходило множество разнообразных слухов и тайн, но, словно золото, это место сильно привлекало всё больше и больше людей – по крайне мере до определенного момента. В тот год мир будто бы начал свой ход по-настоящему, будто каждому в тот момент был дан сигнал на начало игры, будто невидимые шестерни мира наконец пришли в движение. И все эти интриги среди аристократов казались лишь детской забавой перед его идеями и планами. И пусть порой он так сильно полагался на хрупкую девушку, почему-то он был в ней уверен так же, как жители Империи – в своем освободителе и правителе. На удивление, даже несмотря на такую очевидно слабую сторону его планов, до сих пор он не только ничего не потерял во власти и деньгах, но и поднялся на мировой арене, встав в одну шеренгу с мировыми правителями.

– И все же не верится, что она так сильно изменилась за эти годы.

Уже подросший Фирст отложил пачку бумаг вглубь своего портфеля и с интересом посмотрел на толпу, что будто монолитная стена ни на дюйм не сдвинулась. Он знал, что вход в город сильно усложнили из-за происшествия с аномальным порталом, но чтобы очередь не продвинулась ни на одного человека? Что там такое нужно было придумать, чтобы уменьшить поток желающих войти в город? Но ответ не заставил себя долго ждать, и через толпу до него донесся противный и яростный крик:

– Да что вы себе позволяете, сама градоначальница пригласила нас!

Фирст, понимая, что впереди еще долго не решат проблему с аристократом, решил продолжить изучение документов, что ему недавно передал его слуга, который в данный момент отлучился по своим делам. Не успев достать бумажки, его ухо зацепилось за слухи людей из толпы, которые они обсуждали между собой просто от скуки:

– А ты слышал, что в город скоро должна приехать Имперская послы, прямо из столицы.

– Тьфу ты, да кому наш убитый райончик сдался, кроме градоначальницы?

– У меня старшой в канцелярии при мэрии работает, думаешь, он бы мне врал стал?

– Да откуда мне знать, вдруг их так проверяют.

– Черт знает, но эта проблема с порталом уже доконала вконец.

– Ну тут я точно уверен, что…

Не успел мужчина договорить свою мысль, как со стороны послышался тот же крик аристократа:

– А это письмо с подписью рода Фарагонд для вашей тупой головы не является поводом пропустить мой товар без осмотра!

Фирст, еле протиснувшись через ряды зевак, хотел понять, что это за персона, которой покровительствует сам Имперский род. И вот, выйдя в передние ряды, он уже тысячу раз пожалел о своем решении, когда практически лицом к лицу столкнулся с разъяренным аристократом, который, видимо, и был с тем, кто все еще спорил с охраной ворот.

– И куда ты лезешь, шваль? Не видишь, что влиятельные господа разбираются с беспорядком.

– Прошу простить, господин. Слуга народа, видимо, ослеп, раз не заметил вашей ужасной ситуации, и решил пройти через вас.

Аристократ, видимо, заметив герб его семьи, недовольно цокнул и побрел к одной из своих повозок, недовольно что-то шепча себе под нос. Фирст, наконец посмотрев на объект своего интереса, сильно разочаровался – того уже, вырубив, оттаскивали вглубь города, и очередь, что так долго стояла, наконец начала двигаться. Фирст, понимая, что свое прежнее место он уже потерял, пробираясь сюда, тяжело вздохнул и, вновь вытащив письмо, продолжил его чтение:

«Мэри – красный объект, на грани черного уровня."

– Видимо, она вернулась к своему образу "Снежной королевы" -, начал в слух размышлять Фирст – Смогу ли я с ней заговорить так же, как 4 года назад? Так что там еще.

"И всё, что нам известно о ней – лишь то, что было до ее отправления в этот регион. Дальнейшие попытки рыть под нее дали лишь отрицательный результат: ее спонсор направлял свой вездесущий взгляд на нас, ослабляя нас со всех фронтов. Последние попытки достать информацию датируются 11.01.***5, именно в момент падения одной из рук Империи – рода Фасронд».

– Так значит, черный уровень – это тот, который соответствует правителям больших организаций и стран? Видимо, ее спонсор постарался? Изначально было глупо считать, что всё будет легко, учитывая, как мы попрощались, но надеюсь, Харли не сильно изменилась.

«Харли – желтый объект, что, в отличие от своей сестры, является публичной персоной. И то ли это сделано специально, чтобы под нее не рыли, то ли она занимает крайне высокое положение в плане спонсора как общественный деятель. Узнать это не то что невозможно – так как спонсор особо за ней не следит – но над ней стоит уже сама Мэри, встречая все попытки с опережением. Так что информация – лишь общая: крайне талантливый инженер, чьи изобретения используются по всему миру. Она часто путешествует по миру, разбираясь с мелкими преступными организациями. В городе она вообще не покидает свою мастерскую, куда по вечерам приходят многие известные инженеры, чтобы обсуждать новые изобретения».

– Ну, учитывая ее знаменитость в академии, не сказать, что нельзя было это предсказать, но талант к инженерии? Понятно теперь, почему в магической академии она не преуспевала. И всего лишь желтый уровень, как и у меня, – сильные личности, без особой поддержки. Но все-таки интересно, осталась ли она все так же такой же скромняшкой среди "чужих". И наконец, причина всех волнений в последнее время:

«Спонсор…». Он немного запнулся, увидев, насколько мало информации, но, понимая его уровень, продолжил читать:

«Черный, по неподтвержденным слухам – белый объект. Информации нет. Попытки дали лишь его ненависть и дальнейшее уничтожение наших объектов по Империи.

Ваша задача, мистер Фирст – путем переговоров узнать условия контракта между Шутом и спонсором. Цена абсолютна. Будьте готовы отдать свою жизнь».

– Белый уровень? Даже если информация неподтвержденная, сила, сравнимая с богами? Тут точно какая-то ошибка!

Пытался убедить себя Фирст, но в глубине души он примерно так и представлял эту неизвестную для всего мира силу. Фирст сжал листок и хотел его порвать и выбросить, но, понимая, что этот листок еще обладал секретной частью, которая в крайней ситуации должна была заставить Мэри по крайней мере его выслушать, он вложил его обратно в конверт и спрятал в пиджаке.

Подняв взгляд на недавно огромную толпу, Фирст был крайне удивлен, что в очереди остались лишь пара десятков человек, и их пропускали практически без проверок, лишь украдкой проверяя ввозимый груз. Глубоко вздохнув, он встал в конец очереди и в ожидании прислушивался к диалогам:

– И что говорят твои источники?

– Город потерял уже свою рентабельность. Этот портал, затуманивающий сознание мужчин, в основном платежеспособных личностей, играет большую роль. На туристах много не заработаешь, я ведь такой же приезжий.

– А зачем ты, даже смотря на риски, приехал?

– Сложно сказать, ты поверишь, если скажу – из-за благодарности госпоже Мэри?

– С трудом, но поверю. Я уже многое о ней слышал, как решил приехать в эту область. Уже, наша очередь?

Фирст вновь посмотрел на свои документы и все-таки решил выполнить одно из указаний своего учителя, связанных с этим порталом, хоть изначально он верил, что это проблема не столь высокого уровня, как контракт, но чтобы понимать всю ситуацию при разговоре с Мэри, этот портал играл не маленькую роль. Дойдя до него, один из двух рыцарей усталым голосом, практически зевая, произнес:

– Причина въезда?

Второй же в это время начал проверять Фирста на наличие оружия, как в портфеле, так и у самого Фирста. Он же в это время ответил первому:

– Встреча с градоначальницей.

Услышав заветные слова, рыцари тут же встрепенулись и тут же направили в его сторону свои мечи. И Фирст, почему-то понимая их настрой, с доброжелательной улыбкой показал пригласительное с печатью семьи Блэйк. Рыцари резко вырвали его и уже собирались его пропустить, но тут же подняли мечи вновь.

– Что-то не так?

– Кто это позади вас? Он с вами?

Посмотрев назад, Фирст с радостью на лице встретил своего слугу, который с угрожающим взглядом смотрел на рыцарей.

– Он со мной, пригласительное как раз было на двоих.

Рыцари переглянулись между собой и, разойдясь синхронно, почти ритуальным жестом, произнесли: «Добро пожаловать в Лисинбург».

-–

Кристально чистое небо, легкий ветерок, что мягко утолял жар летнего солнца в зените, украшали этот день, настолько, что просто хотелось пройтись по улицам города, или же босиком пробежаться по зелененькой травке в бескрайних полях, что окружали город Лисинбург. Отпустив свой взгляд от детских мечтаний Фирст погрузился во взрослую реальность: впереди сплошной стеной, среди подросшей травы, стояли около сотни человек.

Вся толпа, окружившая портал, издалека походила на больных: кожа была белая, практически как снег, лица втянуты, одежда висела на них мешком, у некоторых виднелись кости через кожу. Они не моргали, попросту смотря в сторону портала – в сторону своего чуда. Но как бы ни привлекало их это явление и как бы ни поглощало их мысли желание пробраться внутрь, каждый из них понимал, что прорваться через пару десятков рыцарей, патрулирующих портал, нет ни единого шанса.

Среди этой толпы разгуливали и обычные люди: кто – близкие «больных», кто – простые зеваки, которым просто интересно, что снова творится в их городе, а кто – приезжий, услышавший через сотни рассказов о странном явлении и возжелавший увидеть его вживую. Правительство региона, в частности градоначальница, пыталось не пускать информацию в народ, но слухи плодились и разносились словно стихийное бедствие.

Фирсту же было интересно, что за странное явление способно влиять на умы стольких людей, и также хотел узнать уровень магии этого портала. Немного протолкнув стоящих перед ним завороженных, он пробрался к ограждению и, вынув из своего кармана уже сильно потрепанный блокнотик, усердно начал зарисовывать портал. Одновременно что-то записывая в небольшую книжку, которая, в отличие от блокнота, выглядела как новая, но была уже исписана практически полностью. Заодно он прислушивался к разговорам детей, что бегали между завороженными, и женщин, что потеряли своих любимых:

– Мама, почему мы продолжаем сюда приходить? Это, ведь не папа!

***

– Папа! Папа! Папочка, мы тут!

***

– А слышала, что скоро наш город окончательно закроют.

– Да, брехня это, героиня Мэри справится со всем.

***

– Любимый, твои родители уже потеряли надежду и уехали из города, но я же знаю, что ты придешь в себя. Правда же?

Наконец закончив свою зарисовку, Фирст напоследок осмотрел портал и рыцарей. Он уже собирался уходить, частично жалея о том, что пришел сюда, но тут вся толпа завороженных, будто им дали какой-то сигнал, рванула, отталкивая всех, кто был в норме, топча их на месте, убивая своих родных и близких. Не останавливало их ни крики затоптанных, ни плач детей, которых своими телами прикрывали родители.

Фирст же, изначально бежавший с толпой, которая пыталась укрыться за стеной рыцарей, резко развернулся, чтобы спасти хоть на одну жизнь больше. Манной он усилил свои ноги, и резким рывком он оказался около одной из женщин, которую уже практически догнали. Фирст нацепил на нее свой защитный амулет и рванул к другим. И бегал он так до тех самых пор, пока у него не закончились защитные амулеты. Но на его счастье, рыцари уже вступили в неравный бой с завороженными.

Изначально они просто пытались их унять, но чем больше их копилось, тем яростнее действовали рыцари – вплоть до убийства. И даже так волна все усиливалась, и с десяток завороженных прошли через «стену из рыцарей» и уже практически достигли портала. Но, не успев его коснуться, они отлетели, окутанные железной сетью, которая вырубила их ударом тока. В ту же секунду около портала появилась девушка, вся укутанная разнообразными изобретениями.

Фирст не мог поверить своим глазам – Харли собственной персоной пришла разобраться с беспорядками. Достав, по-видимому, сетемет, она начала отстреливать группы завороженных, что прорывались через рыцарей, и вместе с этим успевала строить электрическую ограду вокруг портала. Неравный бой длился на протяжении всего пары минут, но жертв было столько же, как в полномасштабной схватке. От той толпы, что окружала портал, остались от силы пара десятков, в том числе и рыцари.

Харли пролетала над ними раз за разом, что-то проверяя, но чем больше она летала, тем больше не могла сохранять свое безразличное лицо. Она злилась и грустила одновременно, но всё равно продолжала свою работу и помогала раненым, принося их в лазареты около портала, и самолично успокаивала слишком буйных схваченных. В столь тихом и солнечном поле в миг погрузились в тьму из-за туч, что обливали и скрывали слезы детей и матерей, скорбящих над своими отцами, любимыми и детьми.

Фирст же сидел поодаль, желая помочь, но также понимая, что никак не сможет, ни словом ни делом, ведь умерших не воскресить. Он достал из кармана свой блокнотик с зарисовками и попытался отразить последствия портала, чтобы наконец в столице началось хоть какое-то шевеление. Пусть это была не полностью его инициатива, и он не понесет никаких последствий, но он искренне желал осветить эту проблему. И самой главной раной для него стала одна картина, в тот момент он ощутил практически те же чувства, что люди здесь. Неподалеку от него два рыцаря поднимали на носилки тяжело раненого человека.

Остановив рыцарей, он невнятно объяснил, что владеет силами Хилера, и что они могут отнести его в отдельную палатку, как и других тяжелораненых. Они хотели его послать, но рыцарь, что единственный был одет в черные латы, что-то им нашептал, и они указали на палатку, что раньше использовалась как столовая. Они пообещали ему заплатить как следует, когда они закончат со всем этим, но ему не было это интересно, и он раньше них побежал в палатку, чтобы расчистить там место.

Зайдя туда, на его удивление, всё там было уже подготовлено как в самых лучших полевых госпиталях, и из другого прохода в эту сторону шел поток с медиками и Хилерами, как он. Фирст быстро сбросил с себя мокрую одежду и нацепил один из халатов, готовясь к поступлению раненых.