Начало и Конец Тайвасти. Терпение – это оружие

«Что это… Такое? Механизм? Чучело?» – выдавил Дензел, прижавшись к Антону.

Антон отпустил его и встал между Дензелом и Цемахом, начав показывать на них руками.

«Дензел, это Цемах. Цемах, это Дензел. Один молчун, а другой говорун. Думаю, вы поладите».

«Какой ещё Цемах? Говорящие доспехи!.. Что это! – завопил Дензел, скукоживаясь и пятясь назад, уходя от света дальше в тьму. Его речь стала разборчивее, но гораздо истеричнее. – Ты, старикан, всё-таки один из них! Да, точно, ты один из них!» – начал он истерически оглядываться по сторонам, пытаясь зацепиться глазами за какую-нибудь примечательную деталь. «Как же я был глуп! Это всё была ловушка, чтобы от меня избавиться!»

«Понятно… Очередной псих», – с разочарованием произнёс Цемах, вызвав у Дензела ещё большую панику и заставив его отпрыгнуть назад.

«Не торопись ты с выводами! Мне, знаешь ли, тоже не по себе было, когда тебя впервые увидел, – Антон замер на месте, не понимая, что может успокоить очкарика. – Ты, Цемах, не умеешь производить хорошее впечатление!»

Антон посмотрел на Дензела и увидел в непроглядной темноте что-то.

«Осторожно!..» – крикнул Антон, показывая пальцем.

Дензел, пятясь, засеменил быстрее, споткнулся о торчащий корень и с коротким криком грохнулся на твёрдую землю.

«Эй, Дензел, ты там цел?» – в спешке подбежал к гостю старик, слегка запыхавшись и бегло осматривая его.

Антон наклонился, прислушался к хриплому дыханию, ощупал голову. Небольшое сотрясение, но живой. Он поднял его за плечи, закинул за спину и потащил обратно к шалашу. Неприятная боль в спине с каждым шагом всё сильнее давала о себе знать, а дыхание спустя пару метров перешло в кашель. Затем Антон бросил взгляд на Цемаха. Тот неподвижно наблюдал за этой вознёй.

«А ты хорошо устроился… – с сарказмом сказал дедушка, откашливаясь. – Может, всё-таки поможешь мне?»

В ответ доспехи с характерным грохотом встали и направились в сторону старика. Антон немного оступился и отпустил Дензела. Схватив бедолагу за талию и держа перед собой, Цемах без особых усилий дотащил его до лагеря и усадил на своё насиженное место.

«И что это вообще было?» – с выпученными глазами произнёс старик, нагнав Цемаха.

Цемах лениво повернул голову в его сторону. Антону показалось, что он стал слышать дыхание сквозь броню.

«Ничего необычного. Я привык к такой реакции. Он точно что-то знает. Страх его парализовал. Сейчас спрашивать бесполезно. Но я хочу получить ответы», – структурированно произнесли доспехи.

Антон прокручивал в голове последние мгновения, проводя рукой по лицу и выравнивая дыхание. Одна деталь врезалась ему в память: Цемах испустил свет, когда появился Дензел.

«А как ты… – недоумённо начал Антон, затаив дыхание. – Цемах, может, ты ещё и костёр разведёшь? Сейчас ведь ночь, как никак».

«Да», – холодно ответил Цемах и, немного привстав, потянулся к большой ветке дерева, после чего без труда оторвал её. Быстро разломив ветку на несколько частей, он кинул их на место уже потухшего костра. Металлическая вытянулась, и с нарастающим гулом из ладони вырвался столб огня. Антон инстинктивно зажмурился. От напора Цемаха даже сырые, влажные ветки вспыхнули с резким, шипящим звуком. Воздух на мгновение стал сухим и горьким. Пламя разгорелось не снизу вверх, а скорее обволокло всё вокруг, словно живое покрывало, накрыв место для костра целиком.

«Погоди-ка… Огонь из руки? Как ты?..» – в шоке спросил Антон, поперхнувшись и отчего-то отступив назад.

«Сначала пусть скажет он, потом я, – перебил Цемах. – А сейчас лучше ложись спать, Антон».

Казалось, даже ветер стих по незримой команде Цемаха. Антон замер, чувствуя, как мурашки пробегают по его спине. Он привык за долгие годы быть сам себе хозяином. Он вновь посмотрел на массивного Цемаха и на лежащего без сознания Дензела, а затем глубоко набрал воздуха в грудь.

«Хорошо, – произнёс он, и в его голосе зазвучала стальная нота. – Но завтра говоришь и ты. Я слишком долго ждал этого момента».

Глава 9

Через полузавешенные лоскуты ткани в пристройку начал пробиваться свет – чистый, холодный, неумолимый. Корк сначала попытался игнорировать надоедливые лучи, с недовольным рычанием перевернулся на другой бок, но солнце медленно, вероломно заливало всё помещение. Привычный запах спёртого пота и старой плесени, словно утренний букет, заставил его глаза слезиться, и он всё-таки решил подняться.

Встав с самодельной кровати, он тут же вспомнил вчерашнюю встречу со странным коротышкой, чей силуэт будто мелькал у него в памяти издалека. Он закрыл глаза, с силой протёр их кулаками. Всё это походило скорее на чью-то злую шутку, чем на реальность. Или же встреча была просто слишком хорошим сном. Корк медленно открыл веки, боясь, что образ благородного карлика вот-вот растает в памяти. К своему изумлению, открыв глаза, он увидел Фарка, уверенно шагающего в его сторону. От неожиданности он растерянно осмотрелся.

«Ну что, как я погляжу, ты удивлён меня видеть, – начал Фарк, сделав широкий, почти объятийный жест руками. – В чём дело, здоровяк?»

Корк замер на месте, беспомощно заёрзал и не смог выдавить ни слова из своего скудного запаса. Для него такая манера общения казалась чуждой: с ним говорили не как с вещью или уродом, а как с человеком.

«Я не забываю про свои обещания, – уверенно произнёс Фарк, подходя ближе и приподнимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. – Одно из них было адресовано именно тебе. Что же, думаю, для этого сюрприза мне нужно будет отвести тебя в одно место. Оно покажется тебе… знакомым. Заинтриговал ли я тебя, а?»

Фарк пристально всмотрелся в бугая, который, казалось, ловил каждое его слово с открытым ртом. Карлик слегка наклонился в его сторону, сделав уважительный кивок.

«Думаю, тебе стоит взять с собой самое необходимое, – настаивал он, слегка сглотнув, стараясь не испортить момент. – Ибо первый мой тебе дар будет – новый дом!»

Одной рукой Фарк показал Корку не оглядываться назад, а другой – на своё лицо, словно давая время привыкнуть к своей внешности. Корк еле держался на ногах, покачиваясь из стороны в сторону. Что-то глубоко внутри него отзывалось на эти слова. «Новый дом» – эти два слова отозвались в нём, как давно забытое воспоминание, заставив его судорожно сжимать и разжимать правую ладонь, будто в ней должно было что-то лежать.

И вдруг в голове Корка зародилась пугающая своей логичностью мысль: всё это – лишь долгий, изощрённый розыгрыш, чтобы вновь поиздеваться над ним. В сознании всё мгновенно сложилось в одну мрачную картину. Корку стало тяжело дышать, зубы его обнажились, брови тяжело нависли. Он сделал пару шагов из своего убежища, не отводя взгляда от странного карлика.

«Ты хотеть надо мной шутить?» – протянул Корк, повышая голос и делая ударение на последнем слове.

«Шутить?» – переспросил Фарк, будто раздумывая над самим значением этого слова. Карлик прикоснулся пальцами к своему виску, и выдержал паузу, глядя прямо на Корка.

«Нет-нет… Ни в коем случае, Корк мой! Я могу разубедить тебя в этих дурных мыслях. Как я могу доказать тебе это? Посмотри на меня. Я и сам не раз становился мишенью для насмешек».

Фарк, не говоря ни слова, достал из складок плаща пряничного человечка, который показался Корку непохожим на других: с короткими ногами и расплывшимся лицом, застывшим не в улыбке, а в гримасе, похожей на агонию.

«Когда ты выделяешься из толпы, – голос его стал твёрдым и чётким, – ты становишься её врагом».

Карлик разжал пальцы, и человечек упал на землю, потеряв свой аккуратный вид.

«А если попытаешься дать отпор, тебя с ещё большей силой вдавят обратно».

Фарк придавил пряник подошвой, размазывая его по земле. Он уставился на свою ногу, а затем медленно поднял взгляд, возвращая его к великану, чуть задержал взгляд. На мгновение – слишком долго.

«Я понимаю тебя».

Слова Фарка повисли в наступившей тишине, прерываемой лишь тяжёлым дыханием великана. Амбал сделал ещё пару шагов, приблизившись и нависая над собеседником, внимательно разглядывая его. Его дыхание оставалось ровным, плечи расслаблены, но взгляд – непроглядным, как вода в глубоком колодце. Корк впитывал каждое слово, а язык его машинально облизывал губы, пытаясь уловить остатки вчерашнего пряничного послевкусия. Его поза была открытой, но этот взгляд выдавал настороженность, затаённую в самой глубине. Он слишком часто слышал красивые слова. Не отрываясь от карлика, он сделал тихий, шумный вдох, втягивая воздух, как зверь, учуявший чужака. Он искал запах страха, сладковатую вонь лжи, кислый пот неуверенности, пытаясь распознать фальшь своим животным чутьём. Когда над ним смеялись, воздух вокруг всегда становился тяжёлым, густым от презрения. Но сейчас – нет. Карлик не жалел его, он видел в нём человека. Великан, не в силах поверить в происходящее, отступил с выпученными глазами, а его руки метались по сторонам, не зная, куда деться.

Он ещё раз глянул на Фарка, и тот в ответ сделал плавный жест ладонью – от своей груди по направлению к бугаю, словно протягивая невидимую нить доверия. Корк слегка кивнул, задержал дыхание и, поковыляв обратно в свой импровизированный домик, быстро вернулся, держа в руках лишь один предмет – тёмный, отполированный до гладкости ладонями кусок дубовой коры. Тыльную сторону он прикрывал ладонью, словно оберегая самое сокровенное.

«Что ты… Ах, самое необходимое, верно?» – вслух проговорился Фарк, убирая улыбку с лица и становясь серьёзным. Он хотел доказать делом, а не словом, что не станет смеяться. Даже на эти слова Корк лишь уставился на землю, на раздавленного пряничного человечка.

«Почему мои слова постоянно задевают тебя? Я просто был немного озадачен, и всё. Могу я из любопытства взглянуть?» – спросил Фарк и протянул руку, ожидая какого-то действия. В ответ Корк начал шевелить ртом, набирая в грудь побольше воздуха, и с трудом поднял на него взгляд.

«Дерево – связь!» – громко выкрикнул он, не желая расставаться со своей вещицей и сжимая её ещё крепче.

«Дерево?.. Кора?..» – тихо задумался Фарк, медленно проводя пальцем по подбородку.

«Я припоминаю заметку в местной газете из архива… что его брат давно пропал без вести. Быть может, это единственное, что от него осталось?»

Корк уставился на кору, затаив дыхание и сжимая её в такт ударам сердца, чувствуя на себе ненавязчивый, но внимательный взгляд Фарка.

«Связь…» – произнёс Корк и вытянул руку, обнажая натёртую кору дуба. Фарк искренне улыбнулся. Он медленно провёл пальцем по коре, ощущая её идеальную, натёртую гладкость и сохранившееся в дереве тепло. Он понял то, как часто она бывала в руках владельца. К удивлению Корка, Фарк не взял подношение, а мягко, но неумолимо согнул его могучую руку обратно, прижимая кору к груди великана ровно над тем местом, где должно биться сердце.

«Очень хорошо, – дружелюбно посмотрел Фарк на Корка и похлопал его по локтю, поскольку до плеча не доставал. – Ты доверил мне такую вещь – личную ценность. Мне был важен не предмет, а выбор. Я ни в коем случае не собираюсь лезть в твои личные вещи».

«Пасибо», – снова протянул Корк с каменным лицом, засовывая кору в карман.

Фарк сделал шаг в сторону, давая Корку пространство.

«Ну что, ты готов идти со мной в путь?» – спросил Фарк, глядя на своего нового спутника и слегка повернувшись вполоборота, ожидая ответа. Затем он начал делать мягкие, короткие шаги вперёд.

Корк попятился назад, к порогу. Взгляд его скользнул по удаляющемуся Фарку, затем – по скошенному дверному проёму, в котором прошли все его последние годы. Он сунул руку вглубь кармана, ощутив под пальцами знакомую, успокаивающую шершавость. Потом шагнул вперёд – не в свой дом, а из него. Шаг был тяжёлым, но уже не нерешительным.

Фарк обернулся, стоя на месте. Он поднял руку не в призывном жесте, а с раскрытой ладонью, сделав ему выразительный жест рукой: «Пошли. За мной». Корк дрогнул, его плечи развернулись, грудь выпрямилась, и массивные ноги сами понесли его вслед за карликом.

«Ты идёшь?» – произнёс Фарк полушёпотом.

Корк открыл рот из которого сперва вырвался лишь хриплый звук.

«ЙА!» – протяжно крикнул Корк и уверенным шагом двинулся следом.

Глава 10

Солнце поднялось настолько высоко, что залило всё вокруг ослепительным, всепоглощающим светом. Оно пекло неумолимо, словно выжимало из рабочих последние соки – тех самых, что вкалывали без устали, пытаясь нагнать отстающий план. Тед облокотился о косяк двери импровизированной столовой в окружении своих людей и с наслаждением тянул из кружки почти тёплое пиво.

«Сегодня хороший денёк», – довольно усмехнулся Тед, собирая языком остатки пены с бороды.

«Работа идёт, укладываемся в сроки, сэр, а столичные инвесторы только довольны», – отчитался один из подчинённых, подобострастно кивая.

«А инцидент с тем увальнем улажен, несмотря на порчу имущества», – добавил другой, потирая руки.

«Все молодцы, – Тед похлопал их по плечу, в момент сжав его чуть сильнее, чем нужно, напоминая, кто перед ними. – Для профилактики парочку лентяев я «простимулировал» ещё утром. Теперь остальные боятся даже на секунду присесть».

Тед разразился развалистым, грубым смехом, который тут же, словно по команде, подхватили остальные, ловившие каждое его слово. Он резко затих – и вокруг повисла мёртвая, полная ожидания тишина.

Тед замер, так и не отпив, задержав кружку в сантиметре от губ. Со стороны стройплощадки, где обычно стоял гулкий гомон ударов и криков, вдруг стало неестественно тихо. Слишком тихо. Тед поморщился, поводя носом, будто улавливая что-то в воздухе.

«Наверное, перекур», – мелькнуло у него, и он отмахнулся от мысли.

Он проводил взглядом одного из рабочих, который суетливо тащил воду мимо, и самодовольно хмыкнул. Наблюдая за бедолагой, Тед с удовлетворением отметил, как тот спешит.

«Власть – вот что согревает лучше любого солнца, – подумал он, медленно облизнув губы и оглядывая свою территорию. – Просто знать, что без тебя они ничего не стоят».

Вдруг его взгляд зацепился за фигуру вдали – высокую, невероятно широкую, слишком большую, слишком заметную. Она медленно пересекала двор и тут же скрылась за углом.

«Корк», – сквозь зубы прошипел Тед, натягивая неестественную ухмылку. Он сжал кружку так, что та затряслась в его руке.

Тед заметил, что у того движения пропала привычная шаркающая походка – теперь он шагал тяжело и прямо, уставившись куда-то перед собой. От размышлений его отвлёк один из инвесторов, подошедший к компании.

«Отличная работа», – с этими словами к ним неторпопливо подошёл Манвел, один из влиятельнейших магнатов.

За ним следовал телохранитель, холодным взглядом окидывавший группу. Он держался слишком спокойно для места, где то и дело случаются несчастные происшествия. А правая рука богача, будто растворившаяся в его тени, наблюдала со стороны – стоя в небрежной позе, скрестив ноги и опершись головой на раскрытую ладонь.

«Это прямо как миниатюра. Нет, честно – блестящая работа!» – размеренно проговорил Манвел, снял свой фирменный цилиндр, переложил его в левую руку и поправил зелёный фрак.

Он улыбался – вежливо, отточенно. Глаза при этом оставались неподвижными, словно нарисованными. По-дружески закинув руку за плечи Теда, Манвел слегка подтолкнул его своим телом.

«Я впечатлён твоей работой», – начал магнат, понизив голос до доверительного шёпота. Он говорил Теду почти в ухо, отчего тот невольно попытался выскользнуть из его хватки.

«Наверное, нравится наблюдать за людьми, когда они так стараются. А вдобавок – идеальная дисциплина и порядок», – его голос стал холодным и зловещим. Тед вдруг понял, что держит кружку в руке слишком вольготно – и поспешно передал её подчинённому.

«Главное – чтобы они не забывали, ради кого именно», – сказал тот шёпотом.

«От меня тебя будет ждать небольшой аванс», – инвестор игриво похлопал правой рукой по карману Теда.

«Такая поддержка мне не помешает», – приободрившись, ответил начальник.

Манвел убрал руку и встал перед ним, как на официальной встрече, откинув одну руку назад и водрузив цилиндр на голову. Тон его стал деловым и отстранённым. «Многоуважаемый Лорд Арат был бы рад знать, что его дело доводят до конца. Теперь в столицу будет попасть гораздо проще и надёжнее, зная, что граница теперь под чутким контролем».

Манвел пожал руку Теду и, довольный, развернулся, уводя за собой свою свиту. Начальник крепко сжал в кулак руку, которой только что здоровался, и ударил им себя в грудь, ощущая учащённое биение сердца.

«Всё в порядке?» – осторожно уточнил один из подчинённых, сгорбившись и глядя на него снизу вверх.

«Так держать! – неожиданно выкрикнул Тед, выхватив своё пиво обратно и осушив кружку залпом, так что несколько капель упали на его чистую спецовку. – От меня каждому выплата».

Торжество нарушил неизвестный, незаметно подкравшийся сзади и легонько постукивавший пальцем по плечу Теда. Тот резко обернулся, выпятив грудь и нахмурив брови.

«Кто?!»

Перед ним стоял один из молодых разнорабочих, лицо которого выражало чистую, непритворную растерянность. Поймав на себе взгляд Теда, он тут же невольно съёжился.

«П-простите, там на складе… Я уже хотел идти на обед. А там появился какой-то рабочий. Сначала говорил, что осознал, как был неправ. Нет… он кричал. Я побежал. Он вдогонку только… словно взмолился. Умолял о прощении. Но… только от вас лично», – промямлил трудяга, запинаясь на каждом слове.

Парень заёрзал, покачиваясь с ноги на ногу. Решение в голове начальника созрело мгновенно – сочное, почти сладкое. Тед стал приятно покусывать губу, а его рука медленно сжималась и разжималась, словно отрабатывая замок. Он ухмыльнулся, жестом отпустил парня на обед, ухватился за живот и представил, как втопчет того обратно в грязь, откуда тот вылез. Затем он повернулся к своим людям, и его лицо стало холодным и каменным.

«Мне нужно решить некоторые дела. Вы же… – он прошёлся указательным пальцем по каждому, давая понять всю серьёзность ситуации, – следите за стройкой. Я скоро вернусь».

Остальные послушно кивнули, выпрямив спины. Тед развернулся, на мгновение проводив их взглядом, и направился к складу.

Его тёмные волосы были аккуратно подстрижены, но слегка взъерошены, что придавало ему неформальный, почти бунтарский вид. Светлая кожа лица контрастировала с тёмной бородой и волосами. Глаза, обычно выразительные и излучающие показное дружелюбие, сейчас были сужены и остры. Широкая, открытая улыбка сменилась тонкой, напряжённой чертой. Сегодня он был в чистой рабочей одежде – формальности, призванной не выделяться из общей массы.

«Совсем выбился из ума, бедолага. Остался один. Без работы. Отчаянный, – думал про себя Тед, заворачивая за угол. – Хоть он и забитый, но страховка не помешает».

Начальник расстегнул костюм, проверил на поясе холодное железо ножа и твёрдо шагнул вперёд. Перед ним были ворота склада – слегка покосившиеся, но прочно вросшие в землю. От них тянуло запахом свежей древесины и железа, но сквозь эти обычные запахи пробивалось что-то другое – отвратительное и до боли знакомое. Тед почесал нос и вошёл внутрь.

Здесь было тихо, и шум стройки сюда не доносился. Свет, пробиваясь сквозь щели в стенах, выхватывал из полумрака лишь часть пространства. Внутри никого не было видно. Но запах… Теперь он был чистым и ясным: тяжёлый дух немытого тела, смешанный с затхлой плесенью и сыростью. Это был точно он.

«Вылезай», – начал Тед, прохаживая по складу. Его собственный голос, низкий и спокойный, гулко отдался по помещению Тед потер переносицу, будто пытаясь стереть противный запах.

Он взял из скрытой стойки металлическую балку – непохожую ни на строительный материал, ни на инструмент. Тед провёл по ней пальцем. Металл был холодным и шершавым под подушечками, но на конце… там виднелись засохшие, шероховатые на ощупь пятна – смесь крови, пота и чего-то ещё. Тед затаил дыхание, вслушиваясь в тишину, словно в затишье перед бурей. В правом ухе у него зазвенело, будто в углу скулила загнанная псина. Он обернулся. Что-то массивное дёрнулось в тени.

Это был Корк, беспомощно зажавшийся в углу, будто пытаясь стать частью стены. Его огромная фигура съёжилась, плечи были подняты к ушам. Здоровяк боялся смотреть Теду в лицо и стыдливо отворачивал взгляд.

«Ха-ха, потерялся?» – ухмыльнулся Тед, лениво постукивая балкой о ладонь. Звук был глухим и зловещим.

«Обернись!» – донёсся до него неожиданно тонкий, чёткий голосок. Не с угла. С другого края склада.

Тед резко дёрнул головой на звук и увидел маленький, тёмный силуэт в дальнем конце склада – карлика. Тот медленно шёл к нему, словно стараясь не спугнуть. Его шаги были бесшумны на земляном полу.

«А, это ты… Как тебя там… Марк?» – отмахнулся Тед, делая вид, что вспоминает.

Фарк, не проронив ни слова, продолжал неторопливо идти, уставившись на Теда, и сделал едва заметный жест рукой. Послышались тяжёлые шаги. Тед в недоумении покосился, перехватывая балку. И тут он услышал, как позади него Корк закрыл ворота склада.

Глава 11

Даже приглушённые звуки стройки больше не доносились до склада. Двери словно отрезали Теда, Фарка и Корка от внешнего мира, заперев их наедине. Лишь гул ветра из узких щелей напоминал о том, где они находятся.

Тед переводил взгляд с Корка на наглухо запертую им дверь и обратно. Великан не выдержал давящего взгляда, жалобно заскулил и съехал на пол, будто надеясь стать меньше. Начальник криво усмехнулся, крепче сжал свой «инструмент», с шумом выдохнул и повернулся к карлику.

«Так это твоих рук дело!» – прокричал Тед, наставляя на него балку.

Фарк застыл на месте в десятке шагов, держа сцепленные руки за спиной. Тед от раздражения провёл языком по зубам.

«Я прошу простить моего друга», – слегка усмехнулся Фарк, но усмешка вышла короче, чем он рассчитывал. Его спрятанная за спиной рука самопроизвольно сжалась.

«Я слушаю», – грубо перебил его начальник, прижимая к себе «инструмент» и набрав воздуха в грудь.

«Мы приготовили вам небольшой сюрприз», – начал коротышка.

«Сюрприз?» – Тед замер на мгновение, будто обрабатывая услышанное.

Он отвлёкся, машинально скользнув взглядом по пустым углам склада. Гулкая тишина, прерываемая лишь его собственным голосом, вдруг показалась ему подозрительной. Он пристально посмотрел на карлика, затем обернулся к затравленному Корку. Тот боится собственной тени. А этот… Тед косым взглядом окинул карлика, не найдя в нём ничего опасного. На лице Теда появилась довольная полуулыбка. Он расправил плечи, поднял голову и громко вдохнул, словно воздух под потолком был чище и слаще.

«Ха-ха, мне даже интересно стало», – проговорил Тед, проводя пальцем по холодной балке.

«Сюрприз – это я. Вернее, мои извинения», – произнёс карлик, приложив руку к груди и слегка склонив голову.

«Что?..» – Тед от неожиданности отступил назад с перекошенным лицом, едва удерживая балку. Он хмыкнул раз, другой, а затем громовой хохот вырвался на волю, заставляя содрогаться стены склада.

«Прошу простить за недопонимание в пабе, за мою дерзость и за то, что помешал тогда вашей трапезе», – невозмутимо и чётко растолковал Фарк, чтобы Тед расслышал сквозь смех. Карлик низко кивнул, слегка наклонив корпус в импровизированном поклоне, и вернул руки в прежнее положение.

«Серьёзно что ли? Какая-то ерунда!» – громко фыркнул Тед и закинул балку на плечо, медленно проводя свободной рукой по лицу.

Рука задержалась на бороде. Почесывая её, он перестал смеяться, отдаваясь наступившей тишине. Он обернулся: Корк сквозь пальцы наблюдал за происходящим и, поймав взгляд бывшего начальника, тут же отвернулся. А Фарк по-прежнему стоял невозмутимо, будто безэмоционально зачитывал текст в неудачной пьесе.

«Что ты на самом деле задумал?» – голос Теда стал холодным и пугающим.

Фарк не шелохнулся, лишь слегка скосив взгляд в ожидании дальнейшей реакции.

Тед вцепился пальцами в собственную грудь и с силой провел по ней рукой, лицо его исказилось зловещей гримасой. Брови опустились, плечи напряжённо поднялись. Он не отрывал взгляда от Фарка, но тот не подавал ни малейшего отклика. Тогда начальник принялся постукивать балкой о костяшки пальцев – металлический стук эхом разносился по складу, заставляя Корка ёрзать ещё сильнее. Он понимал, что сейчас произойдёт.

Фарк заметил реакцию великана и с озадаченным видом уставился не на Теда, а на его инструмент, после чего начал хлопать. Звонкие хлопки прокатились эхом по помещению. Корк замер, его скулёж оборвался. Карлик приковал к себе его внимание и легко кивнул.

И в этот миг произошло то, чего не ожидал никто. Начальник не выдержал – сперва его стало трясти, а затем он сорвался с места, будто заведённый. Внутренняя пружина уже не могла сдерживаться – с неистовой силой он рванул не к Фарку, а к Корку.