Самый лучший шантаж

Адам

«Признаюсь, соскучился. Не подумай, что это приглашение вернуться. Мой ад – дело сугубо личное. А спокойно мне становится только от мысли, что ты не вернёшься. Звучит дико, но это так.»

Прямо с порога аудитории Хэнк набросился на меня с расспросами, будто следователь, упустивший главного свидетеля.

– И куда это ты пропал, герой? Только, чур, не говори, что с копами беседовал о высоком. – Хэнк подмигнул, устроившись рядом, и тут же принялся вытряхивать из рюкзака три шоколадки и две банки колы, явно готовясь к долгому допросу с пристрастием.

– Нет, с копами не беседовал. Можешь расслабиться. – Буркнул я, пытаясь разобрать свои же каракули в конспекте, которые внезапно стали похожи на зашифрованные послания, а не на конспект лекции по биохимии.

– А! Значит, с той чикой с вечеринки в каком-нибудь тёмном уголке обжимался? Я же видел, как она тебя в туалет повела… Ну что, сильно хорошенькая? – Хэнк не унимался, сыпля вопросами, словно автомат, пока я пытался понять, было в моих записях слово «митохондрия» или «микроволновка». На кой хрен программистам биохимия?

Я промолчал, даже не удостоив его взглядом, и принялся с таким усердием изучать страницу, будто там был зашифрован ответ на вопрос о смысле жизни. Но Хэнку слов и не требовалось – он всё понял по моей каменной мине и по тому, как я непроизвольно поправил футболку.

– Ух ты! Тысячу лет тебя в компании девочек не видел, а эта, значит, уже успела тебя приручить? И, что, в нашей же подсобке? – Он фыркнул, и его смех гулко разнёсся по задним рядам, заставив пару одногрупниц повернуться с любопытством.

– Да отвяжись ты, всё не так просто. – Я швырнул ручку на парту, окончательно смирившись с тем, что сегодня из лекции не вынесу ни строчки. Мысленно я уже видел, как моя успеваемость медленно, но верно катится под откос, и виной всему был не учебный план, а один навязчивый друг и одна дерзкая блондинка.

– Ладно, ладно. Так кто она, та самая, что утащила тебя в святая святых? – Хэнк пододвинулся ближе, явно ожидая как минимум захватывающей предыстории с погоней.

– Да никто. В туалете ничего не было. – Я провёл рукой по лицу, чувствуя нарастающую усталость.

– А на кой вы тогда туда ходили? – Хэнк округлил глаза с наигранным недоумением, будто я только что признался, что хожу в туалет исключительно для медитаций.

– А как думаешь, зачем обычно в туалет ходят, гений? – Не сдержав саркастической улыбки, парировал я, наблюдая, как на лице друга медленно проступает понимание, смешанное с новым, ещё более живым витком любопытства.

– Ох, братан… – Протянул Хэнк, качая головой с видом мудрого гуру. – Значит, дело не в девчонке… а в твоём внезапно проснувшемся интересе к сантехнике? Печально. Я бы на твоём месте всё-таки надеялся на первый вариант.

Он с драматическим вздохом развернул шоколадку и отломил кусок, явно довольный собой и тем, что вытянул из меня хоть какую-то реакцию. А я снова уткнулся в конспект, зная, что это лишь начало. Хэнк своего не оставит – и, конечно же, он не отступил.

– Так вы с ней переспали или нет? Я ни черта не въезжаю! – Не унимался Хэнк, даже понизив голос до драматического шёпота, будто мы замышляли государственный переворот, а не обсуждали мою личную жизнь.

– Так, господа с задних рядов! – Внезапно раздался чёткий, как лезвие, голос профессора Дэвиса, резанувший по напряжённой тишине аудитории. – Может, выйдете к доске все вместе и поделитесь с аудиторией тем, что обсуждаете с таким энтузиазмом? Бьюсь об заклад, это дискуссия по сегодняшней теме! Хэнк, подойди-ка, реши нам вариант номер семь.

Спасибо, профессор Дэвис. – Мысленно вздохнул я с облегчением. Вы только что спасли меня от вопросов, на которые у меня… ответов просто нет.

Хэнк бросил на меня взгляд, полный немой мольбы о помощи – умоляюще широко раскрытые глаза, чуть приоткрытый рот. Но я лишь беззвольно рассмеялся в ответ, разводя руками в бессильном жесте.

– Каждый сам за себя, пупсик. – Прошептал я ему вслед, пряча довольную улыбку в ладони.

Кажется, друг наконец-то въехал, что сейчас ко мне лучше не лезть, и затих. Остаток пары и последующие занятия я провёл как в тумане. Шум вокруг не долетал, друзья стали размытыми силуэтами – я просто думал. Думал о ней.

Я видел Фай и раньше, просто не знал её имени. Замечал, как она смеётся с подругой у старых шкафчиков, как ловко играет в волейбол на физре, будто не прикладывая сил. А однажды… один местный придурок выскочил из женской раздевалки, размахивая вещами, и орал что-то похабное на весь спортзал. Вслед за ним, прижав к груди одно тонкое полотенце, выбежала она – вся сжавшаяся, с глазами, полными унижения. Наши взгляды встретились на долю секунды, прежде чем она шмыгнула обратно, и в них было столько боли, что у меня внутри что-то перевернулось.

Тогда я догнал того ублюдка, прижал его к холодной кафельной стене и очень, очень внятно объяснил, что если он посмотрит на неё ещё раз, то больше не увидит вообще ничего. И всё.

Ирония в том, что тогда я и представить не мог, что когда-нибудь буду касаться её так свободно. И уж тем более – целовать так, будто от этого зависит моё дыхание. Но вся проблема в том, что я её не понимаю. Она ослепительна, но за этим обаянием, кажется, скрывается целая вселенная, куда мне нет хода. Я не из тех, кто легко раскрывается. А она – раз! – и ворвалась в мою жизнь как ураган, заявив, что отныне я её «парень». По сценарию. Но я не хочу быть фейком. И чёрт возьми, я уже и сам не уверен, смогу ли долго притворяться, что это просто игра, когда каждый её взгляд, каждое прикосновение заставляют всё внутри сжиматься от чего-то очень настоящего.

Ну и план у неё в голове созрел! Кто вообще может до такого додуматься? «Привет, я видела, как ты кого-то избиваешь, так что теперь ты мой парень». Браво, гениально. Неужели её бывший настолько отморозок, что она готова на всё, включая шантаж случайного парня с окровавленными костяшками, лишь бы отвадить того придурка? Хотя одно радует – он бывший. А я, выходит, нынешний. Ну и идиотом же надо быть, чтобы упустить такую… Нет, лучше не продолжать эту мысль.

Когда прозвенел звонок, мы с парнями потянулись в раздевалку – время переодеваться на тренировку. В коридоре была привычная давка, но её я заметил мгновенно. Фай стояла в фойе, оживлённо жестикулируя в разговоре с подругой. «Что, даже не посмотрит?» – мелькнуло у меня где-то на задворках сознания, и стало как-то… обидно? Серьёзно?

И в тот же миг, будто уловив волну моих не самых умных мыслей, она подняла глаза. Наши взгляды встретились, и на её лице расплылась такой искренняя, тёплая улыбка, что у меня внутри что-то ёкнуло. Ух ты. Похоже, она и правда умеет читать мысли. Надо пореже думать о том, чего мне от неё хочется… а то ведь и правда прочитает.

Её подруга, видимо, не поняла, кому адресовано это сияние, и обернулась. Симпатичная девушка, я её раньше видел – она частенько болтает с Хэнком.

– Эй, Хэнк. – Ткнул я локтем приятеля. – Это подружка, всё ещё в твоей жизни?

– Ага. – Он лениво подошёл к ним, перебросился парой фраз, а вернувшись, тут же набросился на меня с подозрительным прищуром: – А тебе-то какая разница? Она тебе что, тоже нравится?

– Нет. – Я снова поймал взгляд Фай через всю толпу и не удержался от ответной ухмылки, но подходить не стал. Пока не придумал, как себя вести – как с сообщником по криминалу или как с девушкой, от улыбки которой становится тепло. Нет, друг, мне нравится та, другая. Та, что странная, с улыбкой, от которой забываешь, как дышать, и с глазами, в которых явно прячется пара-тройка гениальных и совершенно безумных планов.

Я двинулся дальше, подгоняя замечтавшегося Хэнка, который уже, кажется, мысленно выбирал имя для их будущих детей, и на ходу, уже спокойнее, бросил:

– Правда, хорошая.

– Согласен. – Кивнул Хэнк, а потом, лукаво прищурившись, резко развернулся к Сэму. – Эй, Сэм, а ты себе подружку не завёл? Или ты всё ещё в тайных отношениях со своим Xbox?

Тот лишь презрительно фыркнул, поправив рюкзак на плече:

– Пфф, спрашиваешь. У меня их даже две.

Мы с Хэнком замерли как вкопанные и хором выпалили, почти синхронно:

– И кто они?

– И кто они?

Сэм оглядел нас с такой театральной скорбью, будто мы только что признались, что не умеем читать.

– Боже, вы как супружеская пара, которая тридцать лет делит одну зубную щётку и мозг на двоих. – Вздохнул он, едва сдерживая улыбку. – Да вот же они! – С драматическим пафосом он широко развёл руки в стороны, растопырив пальцы, как будто представляя публике невидимых фанаток.

Мы с Хэнком в полном недоумении переглянулись, на секунду решив, что он указывает на кого-то позади нас, и чуть не свернули шеи, оглядывая пустой коридор. Но Сэм тут же опустил руки, смотря на нас с жалостью.

– Во, тугодумы. – Он поднял правую ладонь. Потом левую. – Мои верные, незаменимые подружки. Никуда не денутся и всегда помогут… особенно когда нужно что-то крепко держать или кнопку вовремя нажать.

– Ах ты ж придурок! – Расхохотался Хэнк, качая головой.

И наше дружное, громкое ржание, больше похожее на табун диких лошадей в замкнутом пространстве, разнеслось по коридору, пока мы, толкаясь плечами, направлялись в раздевалку.

***

В баскетбол меня отдал отец ещё в младшей школе, и он меня затянул. Когда поступил в колледж, меня почти сразу назначили капитаном команды «Соколиный глаз». Наверное, из-за опыта – я на площадке дольше всех. И хоть я не собираюсь посвящать этому жизнь, мне нравится это братство, азарт и даже эта ответственность за общий результат.

Тренировка у нас длится два часа, так что Фай ещё меня ждать будет. Пусть потерпит – надо же её проучить за приказы в мой адрес. Пусть побесится немного, с ней ничего не случится.

– Куда ты кидаешь?! Ты слепой, что ли, не видишь, что я тут стою на свободной! – Рявкнул я на Хэнка, когда мяч снова пролетел мимо. – Разлепи уже свои глаза! На девушек в зале хорошо засматриваешься – молодец, а мяч другу отдать не можешь!

– Да-да, понял уже, мой косяк, не кипятись. – Отмахнулся он.

– Всё! На сегодня свободны! – Скомандовал я, собрав команду.

В раздевалке, под шум душа, разговор продолжился.

– Ладно, Адам, успокойся. На игре всё будет чисто. – Сказал Хэнк, раздеваясь.

– Игра на следующей неделе. Надо закрыть сезон красиво, а не позорно. Так что соберись. – Я смягчил тон.

– А что, Сэм сегодня, типа, круто играл? – Спросил Хэнк, и в его голосе сквозь показное равнодушие пробивалась досада. Он знал ответ, но ему нужна была подтверждение – или опровержение.

– Да. – Коротко кивнул я, собирая вещи. – Он хотя бы слушает и выполняет мои команды. Без лишних споров и вопросов.

Хэнк фыркнул, резко стянул с себя майку и швырнул её в общую корзину для грязного белья. Мои слова явно попали в цель. Друг молча разделся, отвернувшись. Было видно, что ему досадно за свои промахи на площадке, и моя похвала Сэму только добавила ему горечи. Хэнк в ответ лишь показал нам фак и, не говоря ни слова, зашлёпал в душ. Мы с Сэмом переглянулись, разделись и последовали за ним, вежливо воздержавшись от ответных жестов, хотя тихий смешок над обиженным другом всё же вырвался у обоих.

– Ты куда сейчас? Домой? Может, подвезёшь? – Спросил Сэм, пока я вытирался полотенцем.

– Э-эм, нет, у меня дела. – Ответил я, натягивая штаны.

– В смысле? Ты что, с нами уже не делишься? – Сэм приподнял бровь.

– Ну, может, сами всё увидите. – Я загадочно ухмыльнулся, накидывая кофту, и направился к двери, оставляя их переглядываться в недоумении.

– Ахренеть! Слышал? У него теперь от нас секреты! – Прокричал мне вслед Хэнк, уже вылезая из душа. – Потом не приходи жаловаться, что тебе плохо!

– Да пошёл ты, не ревнуй, красавчик! Всем пока! – Бросил я через плечо и вышел.

Я направился к парковке, и сердце забилось чуть чаще. Я чувствовал – там меня ждала самая красивая девушка на свете.

Глава 6

Фай

«Идеальный план: жажда тепла + нежелание обманывать = радость от мимолётной близости с тем, кто это тепло лишь изображает. Классная математика.»

– Извини, что задержался. – Адам бросил мне свою фирменную, ослепительную улыбку, в которой, однако, читался немой вопрос: «Ты уже собираешься мне устроить сцену?»

Я удивилась. Неужели он ждал истерики? Упрёков и драмы?

– Да, всё в порядке. – Пожала я плечами, стараясь говорить легко. – Я сама догадалась, что у тебя тренировка. Не ты один умеешь подсматривать расписание.

Эти слова, кажется, задели его куда сильнее, чем я ожидала. В его глазах что-то дрогнуло, смягчилось, будто он только что сдал трудный экзамен, который сам же себе и устроил.

И прежде чем я успела это осознать, он резким, уверенным движением притянул меня к себе. И поцеловал. Прямо на парковке, у всех на виду. Так страстно и безоговорочно, будто мы и правда были вместе целую вечность. Как тут было не ответить? Его поцелуй был самым вкусным и ослепительным беспорядком, в котором я когда-либо тонула.

Пока мы растворялись друг в друге, сзади раздался приглушённый возглас: «У-у-у, вот это я понимаю, дела!» – И следом глухой стук чего-то упавшего – похоже, чья-то челюсть.

Мы разом оторвались, дыхание спутано. Его взгляд был таким близким, тёмным и бездонным.

– И что это значит, красавчик? – Прошептала я, едва отводя губы от его.

– Это значит, что я согласен. – Так же тихо ответил он, и его дыхание смешалось с моим. – На любые твои условия. Какие бы ты мне ни предложила.

Он нежно коснулся моих губ ещё раз, коротко и обещающе, и только затем, словно вспомнив, что мы не одни во Вселенной, обернулся.

Наступила та самая неловкая пауза, которую в кино заполняют закадровым смехом. Прямо перед нами, застыв как на нелепом групповом фото, стояли его друзья. Хэнк смотрел на нас с таким восторгом, будто только что увидел самое крутое шоу на свете. Сэм же просто стоял и смотрел с удивлением в глазах. А чуть в стороне, с широко открытыми глазами и прикрытым ладонью ртом, застыла Милли. По её лицу было видно, что она в полном шоке, но при этом ей жутко интересно, и взглядом она явно спрашивала меня: «И когда ты всё это успела устроить?»

– Ой, Милли… Что ты здесь делаешь? – Вырвалось у меня, пока мозг отчаянно пытался собрать картинку воедино.

Она молча, на автомате, наклонилась, чтобы поднять свой пластиковый стаканчик с кофе. К счастью, он не разбился. Но её рот так и оставался открытым от немого изумления.

– Э-э-э… ты, типа, не хочешь нас познакомить? – Нарушил паузу Хэнк.

– А, да, конечно. – Адам легко обнял меня за плечи, притянув к себе, и поцеловал в висок. Я же стояла, не моргая, пытаясь понять, в какую именно реальность попала. – Это моя девушка. Фай.

Я резко повернула голову, чтобы взглянуть на него. И застыла. Он… будто светился изнутри. Его глаза искрились неподдельным, почти мальчишеским счастьем, а на губах играла самая искренняя и широкая улыбка, какую я когда-либо видела.

– Да, то есть… Привет. Я Фай. – Проговорила я, наконец справившись с оцепенением, и протянула руку парням, чьё удивление, кажется, ничуть не уступало моему.

– Привеет. – Первым пришёл в себя Хэнк. – Я Хэнк, а это Сэм.

Сэм молча, но с лёгкой улыбкой кивнул и пожал мою ладонь.

В этот момент раздался очередной глухой стук. Подруга снова выронила стаканчик, и остатки кофе растеклись по асфальту. Она просто смотрела на лужу, будто не понимая, что произошло.

– Ой, Милли… По-моему, ему пришёл конец. – С наигранной драматичностью произнёс Хэнк, разглядывая последствия. – Давай я куплю тебе новый?

Милли молча, почти машинально кивнула, не отрывая взгляда от меня и Адама.

Кажется, моя подруга совсем остолбенела. Я сделала шаг в её сторону, решив поговорить, но она опередила меня.

– Что за чертовщина здесь происходит? – Прошипела она, уже хватая меня за локоть и решительно отводя в сторону. В её голосе бушевало негодование.

– Милли, я никогда не слышала от тебя таких слов. – Попыталась я смущённо улыбнуться.

– Хватит мне зубы заговаривать! – Она не поддалась на мой мягкий тон. – Когда ты успела захамутать этого парня?! Буквально вчера у тебя никого не было, а сегодня… сам Адам Сандлер объявляет тебя своей девушкой?! – И целует тебя у всех на виду?! – Милли развела руки в стороны, её глаза были круглыми от непонимания.

Я молчала. Что можно было ответить? Сама не ожидала, что знакомство с его друзьями произойдёт так… публично. В конце концов, я лишь беспомощно улыбнулась и повторила её жест, разведя руками.

– Не знаю. – Честно выдохнула я.

– Ну ты даёшь… – Милли не успела договорить, потому что в этот момент раздался голос Адама.

– Милая, мы едем?

Боже, почему мне так неловко?

– Он тебя «милой» назвал?! – Прошептала Милли, наклонившись ко мне. – Когда вы успели так сблизиться? Что вообще происходит? То я о тебе ничего не знаю, а то вдруг узнаю, что ты встречаешься с ним! – Она уже не шептала, а почти шипела, тыча пальцем в сторону Адама.

– Дорогая, некультурно пальцем показывать. – Попыталась я её успокоить, но мой голос прозвучал скорее виновато, чем убедительно. – Я всё тебе потом объясню, хорошо? Мне правда нужно идти.

Пока я подходила к машине, краем уха поймала вопрос Сэма:

– «Милая»? Тебя что, приворожили? Или ты просто сбрендил?

– Я просто не тяну кота за яйца. – Спокойно парировал Адам и бросил многозначительный взгляд на Хэнка. Тот, в свою очередь, перевёл взгляд на Милли.

Вся эта ситуация казалась мне сюрреалистичным сном. Я помахала всем на прощание и скрылась в пассажирском кресле. Следом, коротко попрощавшись, за руль сел Адам.

Дверь захлопнулась, отгородив нас от внешнего мира. Он завёл мотор, а затем повернулся ко мне. В его глазах играла та самая смешинка, опасная и манящая.

– Не хочешь перекусить? – спросил он, и в голосе слышался вызов.

– Поехали уже, – выдохнула я, глядя в лобовое стекло и чувствуя, как сердце стучит где-то в горле.

***

В салоне повисло неловкое молчание. Минуты три мы ехали, не произнося ни слова, каждый погружённый в свои мысли.

– Ты же понимаешь, что не стоило так… публично это показывать. – Наконец нарушила тишину я, глядя в окно. – Это же всё ненастоящее.

Адам молчал. Не сказал ни слова в ответ. Я бросила на него быстрый взгляд и на мгновение замерла. В его глазах мелькнуло что-то неожиданное – не раздражение, а едва уловимая тень, почти что грусть. Она исчезла так же быстро, как и появилась, оставив после себя лишь напряжённую тишину.

– Всё-таки что это сейчас было? – Спросила я уже тише, имея в виду эту сцену на парковке.

– Наконец-то. – Выдохнул Адам, будто ждал этого вопроса. – Я думал, ты так и будешь молчать до конца дороги. А было то, что я всё обдумал. Готов предложить свои услуги защитника. Разве не этого ты хотела – отпугнуть бывшего? – Он проигнорировал мой первый вопрос – про публичность и «ненастоящее». Сделав вид, будто не услышал.

– Угу, хотела. – Тихо подтвердила я, опустив взгляд. Единственное, чего мне хотелось на самом деле – чтобы он сделал это не только для моей безопасности, а из-за меня. Потому что, что-то чувствует. Но я подняла голову и произнесла совсем другое: – Да, он… того. Чокнутый. Бывает, следит, пишет странные сообщения. Это немного пугает. – Последние слова я произнесла почти шёпотом.

Адам окинул меня взглядом, полным понимания – будто знал, как эта тема меня тревожит. Он мягко положил свою ладонь мне на колено.

– Всё будет хорошо, сладкая. Теперь тебя есть кому защитить. – Он улыбнулся, и улыбка осветила его глаза и тронула уголок губ. В ответ я накрыла его руку своей, без слов говоря «спасибо».

И угадайте, куда привёз меня мой шикарный новый парень? Конечно, прямо к моей работе. К забегаловке «Blue Hour». – Ох, дом, милый дом. – С иронией выдохнула я, глядя на знакомую вывеску.

– В смысле? Ты что, здесь живёшь? – Удивлённо поднял бровь Адам.

– Почти. Только я здесь работаю. Но правда, сейчас у меня отпуск.

– Я же не знал. Здесь, кстати, очень неплохие бургеры. Но если хочешь, можем заглянуть куда-нибудь ещё.

– Нет, раз уж приехали. – Я почувствовала, как проголодалась. – Пойдём.

Адам вышел и дождался, пока я подойду. Затем просто взял меня за руку. Его пальцы сплелись с моими, и это движение было на удивление естественным.

– Ты можешь не держать меня за руку вне колледжа, если тебе… неловко или неприятно. – Осторожно заметила я.

Он остановился и повернулся ко мне. Его взгляд стал серьёзным и очень тёплым.

– Кто сказал, что мне неприятно, сладкая? Мне очень даже приятно. Разве ты этого не чувствуешь?

Я покраснела до корней волос и, не найдя слов, лишь потянула его за собой ко входу. Мы заняли столик в уютном углу, а я уже чувствовала на себе любопытные взгляды. Официантка Эвилин заметила нас сразу.

– Привет, Фай! Какими судьбами? – Она широко улыбнулась, а её взгляд тут же переметнулся на Адама. Её глаза округлились. – О боже! Это что, твой бойфренд? Такой хорошенький! – И мило подмигнула ему.

Я лишь закатила глаза, пытаясь сохранить безразличный вид. – Привет, Эви. Принеси, пожалуйста, нам два бургера, две картошки и два латте. – Я намеренно проигнорировала её восторги. Обсуждать наши с Адамом отношения, тем более которых нет, особенно не хотелось.

Когда Эвилин, наконец, скрылась на кухне, Адам склонился через стол, и в уголках его губ заплясала знакомая усмешка. – Ты слышала? Я, оказывается, хорошенький.

– Ой, успокойся. У неё мужчины года два не было. Для неё сейчас даже столб фонарный покажется хорошеньким. – Отмахнулась я, но не удержалась от улыбки. – Хотя в этом она, пожалуй, права.

Уголок его губ дрогнул, а потом расплылся в той самой, чуть смущённой улыбке, которая заставила моё сердце биться чаще. Ему явно понравилась эта шутка.

Под столом я нечаянно задела его ногу своей. Он тут же поймал мою лодыжку, нежно обхватив её ладонью. Его большой палец начал медленно водить по коже, и по спине побежали мурашки. Этот лёгкий, интимный жест подействовал, как электрический разряд. Он не смотрел на меня, делая вид, что полностью поглощён меню, но это прикосновение говорило само за себя – тихо, уверенно, считывая каждый мой вздох.

Но нашу тихую прелюдию прервал восторженный голос Эви, разнёсшийся по всему залу.

– Джек, представляешь? К нам заглянула Фай!

– Ооо, нет… – Простонала я, чувствуя, как всё внутри сжимается.

– Что такое? – Тут же встревожился Адам.

Но было уже поздно. К нашему столику уверенно направлялся Джек, мой директор, широко улыбаясь.

– Милая моя! Какими судьбами? Ты же должна отдыхать, готовиться к экзаменам! – Он раскинул руки, как будто встречал давно потерянную дочь.

– А что, я не могу просто зайти и пообедать в место, где работаю? – Попыталась я ответить с лёгкостью, которой не чувствовала.

– Конечно, можешь, для тебя наши двери всегда открыты! – Джек подошёл ближе и, наконец, заметил Адама, сидящего напротив. Его улыбка на мгновение дрогнула.

Адам, как я и ожидала, смотрел на Джека со сдержанной, но явной холодностью. На его лице не было и тени дружелюбия.

– Добрый день. – Произнёс Адам, и его голос прозвучал как лезвие, обёрнутое в бархат. – Я – молодой человек этой прекрасной девушки. Адам. А вы, как я понимаю, директор этого заведения?

В его тоне явственно сквозила угроза. И чтобы я не сомневалась, он под столом сжал мою ногу так сильно, что я чуть не вскрикнула.

– Адам! – резко шепнула я, и его хватка тут же ослабла.

– Кхм, очень приятно познакомиться. Джек. – Мой босс всё же протянул руку. Адам, медленно поднявшись, ответил на рукопожатие. Их взгляды скрестились на пару секунд дольше, чем это было необходимо в вежливом приветствии.