Моя мама ведьма

Тем временем он навалился на нее, накрыв тело собой и вдавливая в влажную почву.

– Колдуй ведьма, я весь твой. – Веселился дылда, разгоряченный такой легкой победой.

Если бы Оля могла посмотреть на картину с неба, они бы выглядели несуразно. Огромный и тяжелый мужчина в кожаной куртке, и тонкая Оля с гулькой на голове.

Некоторые пряди ее светлых волос окрасились кровью. Дылде это не понравилось, и он обтер их. Попытался найти, откуда течь, но так и не увидел ссадины. Девушка дышала тяжело, не кричала, и это его радовало. Он с детства не мог терпеть женские крики.

– Если будешь послушной девочкой, то тебе и мне будет хорошо, а потом я тебя отпущу, договорились?

Оля попыталась пошевелиться.

– Ты красивая. – Продолжал он свою игру.

Свободно двигались только пальцы.

– Люблю строптивых блондиночек.

Оля прощупывала траву вокруг, вдруг подвернется камень или палка.

– Ты хорошо пахнешь.

Дылда одним рывком сорвал рабочую рубашку и прилип к ее груди.

Пальцы наткнулись на что-то очень острое, даже колкое.

– Не надо сопротивляться, ведьмочка, я не хочу делать тебе больно.

Он стал стягивать джинсы, освободив ей обе руки. Оля медленно повернула голову, надеясь увидеть острый предмет, но этим предметом оказалась книга. Разочарованная она обмякла в руках насильника.

Зачем она вообще таскается с грудой пустых листов в обложке? Возможно, если бы ее руки не были заняты талмудом, она смогла бы убежать, а теперь что ей делать? Бить книжкой по голове?

–А! – вскрикнула она, когда он стянул с нее джинсы и одним махом перевернул на живот. Он навалился на нее с тяжестью бетонного столба.

– Вот так… – Довольно промурлыкал ей в ухо.

Пока шла возня с его ремнем и брюками, Оля подтянула книгу, но чем она ей поможет?

– Умница моя. – Ласково.

Возня за ее спиной закончилась. Стало не по-человечески страшно. Оля понимала, что это конец всему. Он не отпустит ее живой, ведь она видела его машину и лицо. Она попыталась оттолкнуться локтями, но у нее были слишком слабые руки, а у него слишком большой вес.

– Расслабься. – Приказал он, раздвигая бедра.

Оля зажмурилась, как перед ударом. Время снова остановилось. Перед глазами затянулась пелена. Стемнело. Темнота начала заполняться звездами, это завладело ее вниманием и стало важнее даже того, что происходило сейчас в реальности.

Сияя теплом, маленькие звездочки в ее голове танцевали. Оля следила за ними, пока не поняла, что может перемещать их одной лишь волей своего сознания. Ее это полностью захватило. В детстве она не раз собирала похожую мозаику, тогда у нее выходили разные животные: курочка, зайчик или собачка.

Она попробовала сложить фигуру из сияющих звезд. Получалось у нее ловко, но в итоге вышел кинжал, а не зверюшка. Ощутив его рукоять в своей ладони, она распахнула глаза. Внезапно реальность окружила ее. Вокруг снова была сырая земля, сверху давило тяжелое тело.

Оля собрала все свои силы и смогла приподнять себя, чтобы вонзить клинок себе в сердце. Холодное оружие без труда проникло в ее плоть и прошло сквозь. Удар предназначался не ей, он был для насильника.

Звон металла оглушил ее сознание. Оля услышала протяжное «у-уу!». Так завопил дылда. Она еще долго слушала его, а потом он замолчал.

Что было потом она не знала.

Очнувшись, Оля поняла, что какое-то время пролежала тут без сознания. Перед глазами была все та же грязь. Она поднялась на ноги, чтобы осмотреться.

На всем нескончаемом поле она была одна. Куда делся ее обидчик, можно было только догадываться, но Оле сейчас было не до этого.

К тому времени сильно стемнело и похолодало. Северный ветер подбирался к ее костям, по голой груди хлестала разодранная рубашка. Девушка связала узлом обрывки ткани, надела джинсы, теперь больше напоминающие обноски нищего, подняла книгу и двинулась обратно к дороге.

Она еще не понимала, что там случилось, и решила пока не задавать себе никаких вопросов. Сегодня с ней произошло так много необъяснимых событий.

Сейчас Оля просто шла, шла. Она остановилась лишь однажды, чтобы взглянуть на скалы, рядом с которыми выросла. Они сливались с линией леса, солнце почти закатилось за горизонт. Скорей бы этот день закончился, подумала она.

Машина незнакомца стояла там же на обочине, там, где он ее оставил. Нетронутая. Значит, хозяин сюда не возвращался, интересно, куда он пропал?

Оля представила, как садится за руль внедорожника и угоняет автомобиль. Она имела полное моральное право забрать у дылды машину, но не сделала этого. Она не умела водить.

Обратная дорога вела к родному району. Ровно год назад тут закатали новый асфальт, в город хлынул поток туристов и торговцев, улицы наводнились новыми толстосумами. Это было и хорошо и плохо, смотря с какой стороны посмотреть.

Мимо нее тихо проехал рейсовый автобус. Он был заполнен простыми людьми, но никто из них даже не посмотрел в ее сторону. Это показалось девушке странным, она считала, что выглядит так, что точно притянет несколько к себе несколько взглядов. Но никто даже не повернулся. Неужели, эти люди каждый день видят кого-то подобного?

Скоро показались первые дома. Сначала деревянные, потом пойдут многоэтажки из кирпича. В одном из таких жила сама Оля. В городе была смешанная постройка, рядом с высоткой мог стоять простой дом из бревна, и никого это не удивляло.

Навстречу шла женщина с коляской. Малыш трепал в неуклюжих ручонках игрушку и сердился на что-то. Оля наклонила голову, ощутив стыд. Она ждала замечания или хотя бы строгого взгляда, но женщина ее не замечала, как и те люди в автобусе. Оля снова пожелала, чтобы день скорее подошел к концу.

Домой не хотелось. Там ее ожидали бессмысленные разговоры с родительницей. Мама всегда обвиняла ее, она была не из тех людей, которые слушают, поэтому Оля часто проигрывала. К тому же сейчас у нее совсем не оставалось сил на споры.

Оля остановилась на половине своего пути. Куда же ей теперь идти, если не домой? За двадцать три года она не обзавелась добрыми друзьями, теперь и на работе ее тоже не ждали. Она посмотрела на улицу. Через дорогу от нее мерцала вывеска, приглашающая зайти «На чашечку вина». Название заведения показалось ей знакомым. Этот бар появился в городе совсем недавно, но владец уже успел раскидать рекламные брошюрки в самые «вкусные» места города. Они попали и в придорожное кафе, где работала Оля. Она столько раз раздавала приглашения своим посетителям, а сама так ни разу и не побывала там, даже мимо не проходила.

Внутри оказалось уютно. Высокие потолки были украшены лампочками с теплым светом, они создавали настроение праздника, вот почему это показалось Оле самым ярким моментом. Все остальное впечатлений не оставило. Это был цокольный этаж, темные стены, много необработанного дерева, бар в стиле хай-тек и стильный бармен с хорошо развитой мускулатурой.

– Что-нибудь покрепче? – Спросил бармен.

Раньше ей предлагали вино или шампанское, а сегодня крепкий алкоголь, это и не удивительно. Оля даже не обиделась.

– Спасибо, что не прогоняете. – С благодарностью сказала Оля.

– Я всякое видел, деньги есть?

Оля полезла в карман и с облегчением обнаружила там свой кошелек.

– Да. – Кивнула она.

– Водка, виски, коньяк?

– Вообще-то я не разбираюсь.

– Не пьете, но случилось что-то этакое и вас притянуло ко мне?

– Как вы догадались?

– Я немного колдую.

– Вы ведьмак?

– Можно и так сказать, а может на мой вкус?

– Давайте.

Пока бармен колдовал над коктейлем, Оля поняла, что он пошутил насчет ведьмака и рассмеялась.

Напиток получился приторно сладким и сразу ударил в голову. Как-то незаметно Оля оказалась в центре танцпола. Местный ди-джей тоже был колдуном, причем высшего ранга, так как музыка у него получалась волшебная, ноги сами бежали в пляс. Цветные пятна прожекторов весело кружились по стенам, вокруг были люди, но Оля замечала только эти пятна.

Этот странный день решил не заканчиваться, он просто перешел в новый. После короткого сна, если он вообще был, Оля открыла глаза. Теперь она лежала в кровати. В форточку то и дело проникал уличный воздух, приподнимал маловесные тюли и, приветствуя новенькую, трусливо сбегал на улицу. Наступило утро, поняла Оля, осталось разобраться, где она.

Комната была приятная со светлой энергией. Должно быть, раньше в ней никто не жил, тут совсем не было личных вещей, только пустая мебель. У стены возвышался простой комод, рядом два резных стула, белые полки одна над другой, сверху электронные часы и крупное растение под подоконником. Интерьер напоминал гостиницу.

Постучали.

– Войдите. – Разрешила Ольга.

– Доброе утро, ты как?

– Вроде нормально.

– Голова не болит? – Молодая женщина улыбалась.

– Немного. – Оля тронула свой лоб.

– Вчера дали горячую воду, сходи в душ, чистые вещи найдешь в комоде.

– А-а?

– Все вопросы потом, ладно? За чашечкой вина. – Она ненавязчиво подмигнула и вышла.

Кем была эта девушка? Раньше Оля ее не видела. Не представилась, а ее странное поведение, будто они старые знакомые, пугало. В ящиках комода действительно хранились женские вещи подходящего размера, нашлось даже белье. Оля выглянула в окно, там все еще был ее родной город, он продолжал жить своей спокойной жизнью. Вид открывался на главную улицу, Оля миллионы раз гуляла тут со своими родителями и одна.

После утренних процедур они разместились в кухне, где словно две старые подруги пили чай с бутербродами.

Сначала они говорили о пустом, вспомнили о грядущем туристическом сезоне, обсудили погоду, а потом незнакомка вдруг рассердилась на Олю.

– Мне все это вообще не нужно! – Заявила она. – У меня прекрасный муж и дети, я каждый день благодарю Бога за них. В моей жизни ничего не происходит, мы просто живем и радуемся миру, по воскресеньям ходим в церковь, понимаешь? Твои проблемы мне по боку.

– Так зачем ты здесь? – Оля решила подыграть ей.

– Леша попросил. – Она сделала многозначительный взгляд и по слогам произнесла. – Ба-ла-кин. – Потом кивнула так, будто открыла какой-то важный секрет.

– Что за Леша Балакин? – Оля не могла вспомнить это имя и фамилию, скорее всего ее с кем-то путают. Последняя мысль обрадовала девушку.

– Ты что, правда никого не помнишь?

– Кого?

– Нас! – От эмоций она вскочила на ноги. – Меня хоть помнишь?

Оля отрицательно покачала головой.

– А должна?

– Должна! Мы дружили с тобой, как ты могла меня забыть?

– Что ты говоришь? Да, я впервые тебя вижу.

– Балакин прав, господи, она тебя под колпаком держит как корову.

– Так! Я ухожу, все это какой-то цирк, и я не собираюсь в нем участвовать. – Оля встала. – Спасибо за все. – Решила добавить она, после чего решительно направилась к выходу.

– Не уходи, Оля, пожалуйста! – Произнес мужчина.

Оля естественно обернулась, а как еще можно на такое реагировать? Частью своего сознания она молилась, чтобы это был телевизор, но перед ее глазами оказался высокий блондин в деловом костюме.

– Откуда ты взялся?

Оля почувствовала, как бледнеет. Он из-под земли что ли вышел?

– Я же просила тебя больше так не делать! – Поддержала незнакомка.

– Больше не буду, простите обе, обещаю, что научусь стучаться.

– Было бы неплохо. – Незнакомка. – Еще пообещай не подслушивать чужие разговоры.

Блондин в костюме недовольно сжал губы и произнес, сверля подругу взглядом:

– И больше не буду вас подслушивать. Если на этом все, давайте успокоимся, сядем за стол и обсудим текущие дела. Для начала, Оля. – Он вперился в нее. – Ты знаешь меня, я Леша Балакин, и Катю ты знаешь, вы крепко сдружились в одиннадцатом классе, ее новая фамилия Давиденко. Но ты никого из всех нас не помнишь, ведь так?

– А были и другие? – Оля с интересом посмотрела на этих сумасшедших.

– Были и много. – Отрезал мужчина. – Весь твой класс, вся наша школа, соседская детвора, да много кто, не веришь мне?

– Почему верю! – Оля хохотнула. Конечно же она не верила, она отлично помнила соседей и свой класс, она никогда на жаловалась на память.

– Тогда назови имена своих одноклассников, ты с ними одиннадцать лет провела, ты хоть лица их помнишь?

– Конечно, помню, да, легко!

Пока мужчина наливал себе чай, Оля принялась выуживать из своей головы лица одноклассников. Она представила себе ту девочку с рыжими косичками, которая всегда выбирала первую парту, она еще быстрее всех тянула руку. Получилось воссоздать ее свитер с рогастым оленем, а вот с лицом было сложнее, его накрывала пелена, напоминающая свадебную вуаль.

Оля рассердилась. Как бы она не старалась, у нее не получалось вспомнить глаз одноклассницы, ее губы, лоб и подбородок. Ладно, проехали! И зачем она все так усложняет, пытаясь вспомнить серую мышь. С ней ведь мало кто общался, да наверняка ее давно весь класс забыл. Зато тот парень был у всех на виду, всюду, куда не пойдешь, у него еще было такое звучное имя, вроде Олег или Артем, странно что, никак его не вспомнить. Ладно, его тоже проехали. Есть ведь и другие, например, другой мальчик с походкой, как у клоуна, у него еще кличка смешная была, как там его называли…

– Ну, что вспомнила?

Леша Балакин с аппетитом уплетал ее бутерброд, пока она тут старалась.

– Они все крутятся у меня в голове, но я никак…

– Ничего страшного, мы поможем тебе вспомнить. – Сказала Катя.

– Я вспомню, просто был трудный день, мне нужно больше времени.

– Страшно? – Спросил Леша.

– Нет.

Вот придет домой, откроет школьные альбомы, и нет никакой проблемы. Тоже мне нашли, чем испугать!

– Твой страх – это часть проклятия, он работает как пробка для бутылки. Ты бы рада выпить вина, но пробка не дает.

– Не поняла.

– Это Леша у нас так умничает. – Пояснила Катя. – Леха, твои аналогии никто не понимает. Он имел в виду, что страх мешает тебе снять с себя проклятие затмения.

– Вот видишь, ты поняла аналогию, а говоришь, что никто не понимает. – Передразнил Балакин.

– Не обижайся, Леша. – Катя игриво улыбнулась. – Ты сильная ведьма, Оля, сможешь защитить себя, если справишься со своим страхом.

– Если вспомнишь, что ты ведьма. – Добавил Балакин.

– М-да. – Поддержала его Катя. – Это еще та задачка.

– Нет у меня никакого страха, а вам-то это все зачем, никак не пойму?

Нормально ведь она живет, дом есть, работа есть, подумаешь, чьи-то лица и имена забыла.

– Ты нам не безразлична. – Сказал Леша, а Катя кивнула.

– Потому что мы друзья? – Уточнила Оля.

– Мы дружили, – поправила Катя, – пока ты не перестала с нами здороваться. Я думала, что ты зазналась, а потом… потом Леша мне все объяснил. – Катя грустно вздохнула. – Я больше не сержусь на тебя, глупо это, все-таки пять лет пролетело, мы выросли и повзрослели.

– Это первое, но есть и второе, что важнее.

Все уставились на Балакина, он многозначительно замолчал. Мутный, успела подумать про себя Оля, она не доверяла парням с длинными волосами.

– Колдовство уходит из нашего мира. Раньше я думал, что это закономерность, как и глобальное потепление, но потом понял, что кто-то нас искусственно истребляет.

– Ну, ты загнул! – Возмутилась Катя.

– Не торопись с выводами, я изучал колдовские книги, все которые смог найти.

– И что?

– В них страницы пропадают, понимаешь, заклинания исчезают, а это плохо. Вы знаете, что это означает?

– Что чья-то родовая линия умирает. – Сказала Катя.

– Почти верно. Ведьмаки и ведьмы уходят из жизни вместе со всем своим потомственным древом, какими бы раскидистыми не были его ветви.

– Сильное заявление, но не правдоподобное.

– Согласен. Не может вся родня до пятого колена взять и сгинуть, только если кто-то специально их не истребил.

– Ну, или все намного проще. – Сказала Катя. – По закону сохранения энергии, силы имеют свойство перетекать от одного носителя к другому и, не обязательно тот другой относится к родовому дереву. Вон Ленкина дочка, даже далеко ходить не надо – совсем не унаследовала колдовство!

– Уже ближе. – Согласился блондин. – Но я склоняюсь к другим выводам. Есть еще второй закон силы, помнишь, Катя?

– Закон перемещения.

– Верно. По закону перемещения энергии, кто-то качает силы из чужих родовых книг.

Катя охнула, а блондин невозмутимо прикрыл глаза. Ему на лоб рухнуло несколько белесых прядей. Все замолчали. Оля услышала ход часов на стене комнаты, в которой она проснулась.

– Оля, ты что-нибудь поняла? – Спросила Катя.

Да, Оля поняла, что ей пора возвращаться домой, вот что ей хотелось сказать, но она не могла. С сумасшедшими лучше не спорить, им подыгрывать надо.

– Он что уснул? – Сказала Оля.

Блондин как сел, так и сидел не шевелился.

– Леша медитирует.

– И часто он так делает?

Выглядело это мягко сказать странным. Балакин активно вел беседу, и вдруг его не стало, то есть он все еще был тут, но не с ними.

– Бывает иногда. Медитации помогают культивировать силы, чтобы накопить энергию для сложного заклинания. Иногда во время медитации можно решить трудную задачу. А ты специально не отвечаешь на мой вопрос?

– Знаешь, мне к родным надо, я ведь дома не ночевала, мама волнуется.

– Домой тебе нельзя, как раз потому, что там твоя мама. Ты что совсем ничего не помнишь?

Вот это сюрприз, подумала Оля. Тут становится все веселее, а это значит, что ей не уходить нужно, а убегать, пока она сама с ума не сошла.

– Мне, правда, надо, не обижайтесь. – Она посмотрела на блондина, тот спал, то есть медитировал, то есть культивировал, или как там правильно. – Я пойду, а вещи тебе потом верну, все постираю и выглажу, обещаю.

Оля наспех натянула кроссовки, рассовала по карманам свои ключи, кошелек и бейджик, все было заботливо сложено на тумбе в прихожей, и ушла.

Глава 6

Стоя на пороге родной квартиры, Оля задумалась. Раньше она контролировала свою жизнь, а сегодня у нее все не по плану. Провела ночь в гостинице, завтракала с безумцами, а о том, что с ней происходило вчера, вспоминать не хочется. Она не знала, что стало с тем мужчиной, и что на самом деле произошло в «Придорожном» кафе.

Она вставила ключ в верхний замок и провернула два раза. Вошла. На пороге ее встречали родители, они выглядели уставшими и рассерженными. Они всегда заранее откуда-то знали точное время ее возвращения.

– Явилась! – Мама сложила руки на таз, широко расставив локти. – Ну и где мы болтались, а знаешь, не говори, потому что я знать не желаю.

Мама смотрела на Олю тем самым взглядом. Она могла бы ничего и не говорить, Оля уже была мертва от ее цепких глаз, но мама добавила:

– Делай со своей жизнью все, что захочешь, мы с отцом больше не будем тебя воспитывать, мы устали.

Отец послушно кивнул, обнял мать за талию и начал провожать ее в спальную, чтобы та отдохнула. Судя по их виду, ночью тут никто не спал. Неужели так сильно за нее переживают?

– Мама, прости, вчера был странный день…

– Не надо! – Сказала мама, даже не обернувшись, она просто высоко подняла ладонь, и Оля замолчала.

Мама выглядела совсем слабой и безжизненной, осунулась, постарела за эту ночь.

– Я больше так не буду. – Пролепетала девушка.

– Ты уж постарайся, дочка. – Сказал отец, запирая дверь в их комнату.

Оля взглянула на папу и ужаснулась. Он быстро состарился, всего сорок восемь лет, а такой хилый для мужчины и бледный, волосы начали редеть, он рано надел очки, часто хворает, а вдруг он тяжело болен? С родителей станется не сообщать ей об этом.

Оля закрылась в своей комнате и закурила в форточку, чтобы хоть немного прийти в себя. Разглядывая завитки дыма, она думала, что совсем не помнит этих людей из гостиницы.

– Катя и Алексей. – Проговорила она еле слышно.

Девушка показалась ей приятной и доброй, надо же, она выглядела так молодо, сколько ей лет? Если они вместе учились, значит, Кате сейчас тоже двадцать три, но у нее уже есть муж и дети. Оля тяжело вздохнула, у нее даже парня никогда не было. Блондин был ей не так приятен, как девушка, наверное, в этом виновата его холодная внешность, его общая бледность и худосочность. Он улыбчив, но еще и скован, сосредоточен на себе, можно сказать замкнутый.

Они хорошо обращались с Олей, приютили, дали ей чистую одежду, не мошенники ли они?

Докурив, Оля позвонила на работу. Катерина Павловна нервно ответила:

– Чего тебе, Оля?

– Пална, зачем сразу вот так, может, для начала выслушаешь?

– Я бы выслушала тебя, да времени нет. Софа заболела, ты вон с ума сошла, а я теперь за всех работаю, у меня уже вон дым из задницы.

– Если хочешь, я за тебя сегодня во вторую смену выйду?

– Нет уж, упаси, мне вчерашнего дня хватило, кстати, ты оштрафована на пять смен.

– Пять? Ты хочешь меня без денег оставить? Пална, у меня ведь кредит и маленький ребенок.

– Ха-ха! Пять это еще по-божески Валентай хотел восемь смен с тебя содрать, я его переубедила, меня хвали.

– Спасибо, Настя, с меня коньяк.

– Пять звезд и бельгийский шоколад.

– И бельгийский шоколад. – Повторила Оля, соображая, где она будет брать средства на деликатесы, взятка Валентайну обошлась бы дешевле.

– На выходные поставлю тебя в график, сможешь выйти?

– Конечно, смогу, спасибо!

– Спасибо потом передашь, смотри не опаздывай, еще раз на подвиг я не пойду, у меня спина больная и сердце слабое.

– Я тебя не подведу, вот увидишь.

– Постарайся, все, Оля пора мне, график позже вышлю, пока!

– Пока!

Ну, вот и хорошая новость, ее не уволили, только попросили с недельку отдохнуть и не появляться на работе. Что ж, она легко отделалась, учитывая все то, что натворила вчера. Она ведь не вышла в смену, хоть и помнит обратное, причем отчетливо помнит пустое кафе, ту женщину, крыжовник, книгу и дылду. Книга! Она ведь оставила ее в том баре, должно быть ее сразу выбросили, ведь талмуд оказался тяжелым и полностью бестолковым. Все страницы пустые, к тому же обложка испачкана землей.

Еще вчера крупный мужчина напал на нее и пытался изнасиловать. Как бы сильно Оля не старалась отбросить неприятные воспоминания, так или иначе ее мысли застревали на этом. Он лежал на ней, Оля чувствовала его вес, вдыхала его запах, испытывая животный страх. Потом она потеряла сознание, ей снилось, словно она вонзает в свое тело волшебный клинок и так убивает насильника. Сама при этом остается целой и невредимой.

Этим утром в ванной, она тщательно изучала себя. Тело действительно не пострадало, будто все это ей привиделось, а вдруг у нее развивается шизофрения? Так, на этом надо остановиться, подобные мысли ни к чему доброму не приведут. Оля переоделась во все свое и уже спустя полчаса стояла на том же месте, через дорогу от караоке-бара с длинным названием «На чашечку вина».

Сейчас она пойдет туда, отыщет того самого бармена и заберет книгу, которую откопала вчера в лесу. Тяжеленный талмуд, который потом всюду таскала с собой, тот, что с пустыми страницами. Интересно, когда именно ее жизнь стала такой?

Дверь оказалась запертой, тогда Оля с силой постучала.

– Здравствуйте, мы еще закрыты! – Сказали с той стороны и пропали.

– Подождите! – Оля снова постучала. – Стойте, вчера я оставила в баре свою вещь. Это толстая книга.

– Бар откроется только через час, извините, ничем не могу помочь.

– Это же ты! – Оля узнала вчерашнего мускулистого бармена.

– Я вас не помню.

– Я та странная зачуханная девушка с книжкой, ну же вспоминайте!

Бармен приоткрыл дверь и внимательно посмотрел на нее.

– Не вспомнил. – Закрыл дверь.

– А книга?

– Книги точно не было.

– Вот черт! – С досады Оля пнула дверь.

– Вызвать полицию?

– Нет, не нужно, я случайно. Я дождусь открытия.

– Как хотите.

Вот зачем ей понадобилась эта тупая книга?

Оля обошла дом и устроилась на детской площадке. Детей тут не оказалось, поэтому она решила, что может недолго покачаться на качелях. Она медленно курила, вслушиваясь в навязчиво повторяющийся скрип ржавой железяки. Думалось ей не о чем и обо всем сразу, сконцентрироваться не получалось. Оля прикрыла глаза и попыталась вспомнить лицо той девочки, с которой много лет просидела за одной партой.

– Вот дрянь! – Выругалась она.

– Дрянь! Дрянь! Во-ооот! – Повторил детский голосок.

– Валюша, это плохие слова, не повторяй, а то вырастишь и станешь такой же, как эта тетя.

– Извините, на самом деле я не такая и уже ухожу. Если честно, я тут случайно сегодня оказалась…

– Угу. – С недоверием кивала пожилая женщина.

Оля торопливо подняла с земли свою сумку и покинула детскую зону. Как только она оказалась за цветной оградкой, ей сразу полегчало. До открытия бара оставалось еще сорок восемь минут.