Моя мама ведьма

Оля сжала зубы. После маминых слов папа смотрел на нее, как на гадкого утенка, который вдобавок к своей никчемности умудрился круто облажаться.

– Что, нечего ответить? – Прикрикнула мать.

– Я не пьяная. – Повторила Оля. – Я долго гуляла с подругой, у меня отлично за экзамен и я устала, пропусти лучше. – Оля попыталась сдвинуть маму с места, но та оказалась весом как скала не меньше.

– Не торопись.

Мама оттолкнула, и швырок вышел мощным. Оля даже понять не успела, как оказалась в том конце комнаты впечатанной в бетон. Удар вышиб из легких воздух, вдохнуть не получалось, легкие слиплись, из горла выходили жалкие всхлипы.

Оля полусидела-полулежала в полуночной темноте, оконная занавеска нависала у нее над головой. Ее губы жадно хватали воздух, но он не желал идти внутрь. Мама смотрела на дочь все также спокойно. В глазах отца было другое, боль и еще что-то, что Оля попыталась уловить, но так и не поняла.

Теряя сознание, Оля улыбнулась. Во сне, который позже появился тяжелой пеленой, она обнимала отца, целовала его и без конца рассказывала все-все, что приключилось с ней за последние десять лет жизни. Он слушал внимательно, кивал, обнимал, но от его тела не было тепла.

Очнувшись, Оля обнаружила себя там же у стены. Она лежала на голом полу, родители тоже были тут, они смотрели телевизор и обнимались. Мама выглядела довольной.

– Очухалась. – Сказала она. – Миша, отнеси ее в кровать и укрой, замерзнет ведь.

Папа подчинился в следующую же секунду. Он встал с дивана и пошел к дочке. Укладывая, папа шепнул на ухо:

– Оленька, доченька, не пей больше, мы тебя очень любим. – Он поднес сухие губы к ее щеке, но целовать не стал, будто что-то его остановило.

Оля почувствовала теплое одеяло у себя на плечах и уснула пьяным сном. Утром она чувствовала себя разбитой, у нее пахло изо рта, и еще ее мучила сильная жажда. Пытаясь вспомнить события вчерашнего дня, у нее ломило в висках и путалось в голове. Она хорошо помнила тот разговор в парке, но сегодня он казался ей пьяным бредом. Наверное, они с Катей перебрали с вином. Зачем вообще ашница притащила его? Вино по любому было паленым, вспомнить только ту этикетку со странным одноглазым котом на поводке.

Завтракать Оля не стала, только выпила стакан с водой и отправилась на улицу. Родителей дома уже не было, они разошлись по своим работам. Мама была кассиром в ювелирном, а папа менеджером в офисе, он продавал строительную фурнитуру. В животе неприятно крутило, подташнивало, в голове висел туман.

С того дня прошло много месяцев. Павла Орлова Оля больше не видела. Он как-то незаметно для всех пропал. Поговаривали, что Пашка поступил в МГУ на факультет философии и учился хорошо. В Москве он закрепился и вроде бы даже женился на девушке самой обычной внешности. В общем, жизнь шла.

После окончания школы, Оля пробовалась в разные ВУЗы, но ни один ее не принял, и девушка осталась жить с родителями. На лето, она устроилась работать в придорожное кафе, надеясь накопить на МГУ. Она грезила факультетом философии, но годы шли, а сумма для провинциальной девушки оставалась недосягаемой. Так Оля и работала простой официанткой и уже давно перестала задумываться тут ли ее место. Да и какая разница, чем ты занимаешься? Приносишь дешевые завтраки случайным гостям города, или что-то другое. Результат усилий всегда один – годы неумолимо бегут вперед.

Глава 5

Спустя пять лет.

Этот день с самого начала показался Оле странным. Несмотря на сезонный наплыв туристов, посетителей в кафе не было. Лениво потягиваясь, Оля рассматривала свое отражение в зеркале туалета. Этой зимой она немного поправилась, но это ее не портило, по крайней мере, так считал отец. Она завязала передник, подкрасила губы и отправилась ставить кофе.

Самыми главными плюсами работы здесь – был свободный доступ к кофемашине и бесчисленное количество случайных людей. Оле нравилось слушать их рассказы, она копила их в своей душе как маленькие пазлы, из которых потом складывала свои собственные истории. Так она путешествовала по миру. Ну, не совсем по миру, точнее по регионам страны, но и этого было много для простой девушки никогда не покидавшей родной город.

Сегодня слушать было некого. Третья чашка кофе была налита и не тронута, а картинка за окном не хотела меняться. Весеннее солнце взошло рано и уже к полудню набрало высоту. Облака были редкие, ветер спокойный. Природа, можно сказать, уснула, а ведь ей самая пора набирать яркие краски. Вот, куда делись ручейки? Еще вчера они журчали, подтапливая лесную опушку, на которой присело кафе. А почки где?

Оля вышла черным ходом, чтобы покурить. Тут рос раскидистый куст рябины, а на его голых ветках набухали розовые почки. Где-то в глубине леса таяло и журчало. Значит, все остальное она себе надумала. Успокоившись, девушка вернулась на пост. Скука нарастала. Оля в сто первый раз посмотрела на часы, стрелка двигалась неохотно. А машины где же? Разве с самого утра она слышала, чтобы хоть одна проезжала мимо?

Оля вышла через парадный вход. Дорога на солнце нагрелась и пахла асфальтом и горами, что вдали. Не было слышно въедливого запаха выхлопных газов. Официантка решила остаться тут, так она проверит, не мерещится ли ей все это, и гостей тут она точно не пропустит.

Воздух стоял неподвижно, когда спустя минут десять подъехала машина. Из нее вышла женщина, водитель остался. Дама выглядела еще молодой, но одевалась она старомодно, в клетчатое жаккардовое пальто с откидным воротником и бордовый берет. Женщина остановилась всего в нескольких шагах от Оли, но усердно не замечала девушку. Сначала дама рассматривала опушку, а потом ее взгляд поднялся в горы, и она еле заметно улыбнулась.

– Добро пожаловать в Сортавала! – Сказала Оля, но и это женщина пропустила как пустой звук.

Оля фыркнула себе под нос и потянулась к пачке, решив, что раз мадам не спешит, у простой официантки есть еще пара минут на второй перекур. Оля ушла к урне и стала рассматривать знакомую опушку – с ней было что-то не так. Оля не сразу догадалась что именно, и только закончив с сигаретой, смогла ясно увидеть куст крыжовника. Он был полон спелых ягод.

– Вот это контент! – Восхищенно произнесла Оля. – Да как такое вообще возможно? – Сказала она, адресуя этот вопрос даме, которой на том месте уже не оказалось. – Да, куда ты делась, черт тебя дери? – Выругалась опешившая официантка.

Не медля больше ни секунды, Оля ринулась в кафе обслуживать первую на сегодня посетительницу, но внутри оставалось также тихо и пусто.

– Не поняла. – Растерянно протянула она.

Оля проверила в туалете и на дороге. Всюду было пусто. Машина и ее хозяйка испарились, как будто бы и вовсе никто не приезжал. Вот теперь стало по-настоящему страшно. Девушка ущипнула себя, поморщилась от неприятных ощущений и полезла в карман за телефоном. Мобильный был на месте, вот только сигнал пропал.

– Ни одной чертовой палочки. – Пробурчала себе под нос.

Раньше здесь не было проблем с сетью.

В небе насмешливо замерло круглое солнце. Девушка фыркнула и на него и поспешила вернуться в кафе, ведь в его стенах она чувствовала себя хоть как-то защищенной. Не задумываясь, она селя за свой столик, что был у окна, и на автомате обхватила чашку с кофе. Она смотрела на опушку за окном, которая как будто замерла во времени, и пыталась соображать, как такое могло произойти, но все произошедшее никак не укладывалось в ее голове.

Вдруг Оля поняла, что чашка в ее руках горячая, как будто бы она приготовила ее не час назад, а только что.

– А! – Вскрикнула с испугу девушка.

Чашка покатилась под стол, выплевывая ароматный напиток.

А! А! – Вернулось эхом, от чего по коже прошел мороз.

– А-ааа! – Протяжно прокричала Оля, выворачивая душу и рискуя потерять сознание. Дрожь, копившаяся внутри, вдруг вырвалась наружу, тело стало трясти, как от удара электричеством. Не выдержав напряжения, девушка выбежала через черный ход.

Снаружи дышалось легче, но ноги уже не могли держать ее. Оля рухнула на мокрый мох и истерично заплакала. Слезы были обильными и горячими, и вместе с ними с головы сошла томная пелена. Мысли чуть прояснились, и девушка осмотрелась. Кажется, ей больше ничего не угрожало. А разве раньше что-то могло ей навредить (рассуждала Оля)? Рразве, что та женщина или чашка с кофе, нежелающая остывать.

– Куст крыжовника? – Подсказала себе Оля.

Она встала, чтобы его проверить. Растение все еще было там, ягоды на нем выглядели вполне спелыми. Это в начале весеннего сезона, безумие! Оля сорвала ягоду, чтобы изучить. Запах у нее был самый обычный. Девушка присмотрелась и с любопытством раздавила. В лицо брызнула мякоть.

До конца дня дверь в кафе не открывалась.

Сегодня на смену не вышла кассирша и администратор кафе. Оля медленно дышала, полностью синхронизировав свое состояние со стрелкой настенных часов. Собственно ровно в девятнадцать ноль-ноль, она, как ни в чем не бывало, встала со стула, развязала передник и вышла через парадный вход. Это был конец ее смены.

По дороге домой ей также не встретился ни один автомобиль. По правде, она уже и не надеялась увидеть живых людей или, скажем, наступление столь долгожданного лета. Ее фантазия нарисовала унылую картину, на которой она одна на всем белом свете, а кроме ее скромной фигуры, есть еще та дама. Правда роли этой женщины Оля не понимала.

Уже много лет с ней не происходило ничего необъяснимого, а тот случай в выпускном классе она давно забыла, да и не верит уже, что все это было с ней взаправду. У всех подростков бывают странности, а ей так вообще повсюду мерещились петли и волны, но то время кануло. Оля давно повзрослела.

Как некстати случился весь этот день, подумала Оля. Именно сегодня у нее были грандиозные планы на вечер. Мамина подруга решила сосватать Оле своего сына Петю. Оля и без тети Насти хорошо его знала, ведь он был частым гостем придорожного кафе. Правда, раньше ее сын никогда не проявлял интереса к ней, покупал чашку кофе, брал сэндвич с тунцом и все дела. Спасибо, до свидания!

Сама Оля также Петей не интересовалась, впрочем, как и другими мужчинами. У нее была влюбленность в школе, но после окончания она как-то не задумывалась об отношениях с противоположным полом. Мама давно говорила ей, что годы идут, и что с возрастом женихов и шансов выйти замуж станет меньше. Петр в целом мужчина неплохой, а главное холостой. Он работает инженером на лесоустроительном комбинате, и дело свое знает хорошо. Кажется, к новому году ему даже грозит повышение. А еще мама грезила внуками, но сначала она велела Оле организовать свадьбу.

В общем, сегодня у них с Пашей и двумя мамами должно было случиться свидание в ресторане. Все это, включая инициативу, организовали старые добрые подруги. Оля вздохнула, представляя, разочарованное мамино лицо, а что если из-за всей этой неразберихи она прогуляет свидание? Как она будет объяснять свое поведение маме?

«Понимаешь, мам, – Оля представила себе начало этой странной беседы, – сначала время тянулось как старая резина, а потом из кафе испарилась единственная посетительница. Ну и, вишенка на торте, на нашей опушке, представляешь, уже можно собирать крыжовник!».

Оля вздохнула, она ненавидела разочаровывать родительницу. Дело в том, что в школьные годы, она часто вела себя, мягко скажем, не так как другие дети, и мама от этого сильно расстраивалась. К счастью, все давно в прошлом.

Не успела Оля додумать последнюю мысль, как перед ней опять оказалась очередная странность. То есть это опять было ее придорожное кафе. Получается, что она тут кругами ходит? Так она точно не успеет ни на какое свидание. Тихо выругавшись, девушка прикрыла веки, чтобы подумать. Итак, она точно шла домой самой обычной дорогой, не сворачивала, потому что, тут просто нет других тропинок, и она не пьяная.

Оля распахнула глаза от неожиданной догадки. Да, она спит! Девушка сильно ущипнула себя за ухо и сразу сморщилась от острой боли. Разве во сне бывает так больно?

Людей и машин так и не было. Оля посмотрела на старую вывеску кафе и решила, во что бы то ни стало добраться до дома. Теперь она шла, контролируя каждый свой шаг и следя за тропой. Она не отвлекалась на посторонние мысли, сосредоточив все свое внимание на настоящем моменте. Когда ей в голову пришло взглянуть на часы, она удержалась, следить за дорогой было важнее. За все время в пути Оля ни разу не сбилась и не поддалась мыслям о посторонних вещах, но ничего из перечисленного ей все равно не помогло.

Спустя время она опять стояла у придорожного кафе, как будто кто-то поставил здесь магнит. На этот раз Оля была не настолько напугана, насколько сердита. Она посмотрела на часы. Раз уж, отсюда ей все равно никуда не деться, она может позволить себе любую вольность. Стрелка на часах указывала на семь вечера. Время стояло на месте. Одно хорошо – она никуда не опаздывает! От этой мысли Оля рассмеялась, правда смех получился несколько истеричным и даже немного напугал ее саму же.

Успокоившись, девушка пошла внутрь. Там тоже ничего не изменилось. Часы по-прежнему показывали ровно семь. Она прошла черным ходом, чтобы посмотреть на крыжовник. Поразмышляв, Оля сорвала несколько ягод и съела – хуже уже точно не будет, и завалилась на мох рассматривать неподвижные облака. Она лежала так, пока не заскучала. В кармане оставалась последняя сигарета, и Оля раскурила ее, выдыхая дым прямо в небо.

Сначала она ничего не замечала. Дым закручивался в спирали, спирали между собой соединялись в узоры, образуя лепестки правильной формы. Из лепестков появлялись невероятные цветы, которые с каждым ее выдохом становились только больше. Их структуры не нарушал ни легкий ветерок, появившийся со стороны леса, ни собственно Олино дыхание. Вот Оля лежала и теперь уже разглядывала целый букет.

Она вспомнила, что в детстве с ней происходило что-то подобное, но те воспоминания были покрыты пеленой. Она пыталась разбудить память, но от этого начинала болеть голова. Сигарета полностью истлела, и Оля встала. Волшебный букет висел в воздухе, а как только девушка встала, он стал расплетаться. Цветы распадались на лепестки, а лепестки на спирали. Спирали же стройным рядом поплыли к деревьям, раскручиваясь. Оля последовала за ними. Она больше не терзала себя вопросами. Происходящее казалось ей нормальным. В голове снова всплыло воспоминание прошлого, но от этого разболелось в висках.

Так девушка ушла далеко в лес. Старые высокие ели и сосны о чем-то шептались. Она немного продрогла от сырости и снега. Последний лепесток развеялся над кучкой снега и пропал, и тогда Оля встала.

Что ей делать теперь? Сесть на эту кучку или начать копать? Чего от нее хотели лепестки и зачем они ее сюда привели?

Она стряхнула верхний слой снега, потом нижний. Ну, и как-то само собой принялась копать. Глубже и глубже… Под слоем снега нашелся прошлогодний мох с пожухлыми еловыми иголками, еще почерневшие листья, под которыми была влажная земля.

Оля еще с детства не любила сдаваться, поэтому когда под руку попадались корни деревьев, она их рвала. Камни и земля летели в стороны. Так яма становилась глубже и шире.

Оля почувствовала, что больше не мерзнет. Интересно, она так разгорячилась от ручной работы или это от нарастающего чувства досады? Хотелось все бросить. Бежать обратно и плакать, плакать, пока кто-нибудь ее не найдет. Пусть кто-то услышит ее и пожалеет. Пожалуйста, пусть так будет…

Она уже совсем отчаялась, когда вдруг ее пальцы чередой прошлись по чему то твердому. Это должен быть сундук с драгоценностями, не меньше. Потому что, если это самая обыкновенная доска, Оля расплачется вслух.

Прошло время, прежде чем хрупкая девушка достала из-под земли железный чемодан. Ее пальцы были изранены, ногти обезображены, а кожа покраснела от ссадин и холода, и все это она не замечала, ведь на ее коленях лежал ржавый старомодный чемодан. Оля открыла его, что к ее удивлению не составило никакого труда. Внутри лежала книга.

Неизвестность, одиночество и холод – вот что она чувствовала сейчас. Страницы книги оказались пустыми. Кто так смело надсмехается над ней? Та мадам в старомодном пальто?

Оля перелистала книгу заново, и в очередной раз убедилась, что та пуста. И еще – это не просто книга, по весу это был тяжеленный талмуд. Как раз вот таким можно запросто убить. Она бы сейчас с радостью прибила кого-то!

Оля обняла себя, согревая онемевшие пальцы подмышками. Пусть в этой странной книге и нет ни одного слова, но все равно она ее заберет с собой. Не зря же столько времени потратила в лесу. Не могло все это случиться просто так без причины.

На обратном пути Оля заплутала, деревья казались ей одинаковыми. Одежда потяжелела от сырости леса и начала тянуть из девушки тепло. Хорошо, нашлись ее следы, по ним и получилось выйти на знакомую опушку.

Подходя к черному входу кафе, она была изрядно вымотана, опустошена и только мысли о горячей чашке кофе и сандвиче дали силы дойти. Тунец, которого так обожает ее несостоявшийся жених, сейчас оказался бы кстати.

Она открыла дверь, и на автомате сделала несколько крупных шагов. Опешила.

За то время, пока ее не было, придорожное кафе успело наводниться людьми. Туристы были повсюду: в очередях к кассам, за столиками. Они активно выбирали сувениры из бересты с подходящими только им надписями.

– Оля, вали домой! – Проорали с того конца.

Этот голос Оля знала хорошо, он принадлежал администратору «Придорожного» Анастасии Павловне.

Начальница позвала ее, но Оля даже не пыталась ответить. Наоборот, она испуганно уставилась на Палну. Та, разъяренная уже активно пробиралась сквозь толпу людей сюда.

В Олиной голове повили два вопроса. Первый – откуда все взялись, ведь прошло не больше часа? И второй – из-за чего Пална так злится?

Продвигаясь в толпе, администратор «Придорожного» подавала сигналы руками. По губам Оля смогла прочитать: «на выход!».

– На выход? Почему это? – Искренне удивилась она.

– Ты где была и почему такая зачуханая? – Шепотом разъяснила Пална.

Она уже стояла вплотную.

– Голубую глину добывала? Оля, что за кислый фарш, ты что меня тролишь?

– Глина была под снегом. – Честно ответила опешившая Оля и на нервах расхохоталась.

Пална приоткрыла рот от удивления.

– А давно вы все появились? – Хохотала Оля.

– Чего? – От возмущения руки Анастасии Павловны взлетели вверх.

– Мы все тут с самого утра. Это ты появилась!

Администратор наклонилась над вошедшей и вдумчиво обнюхала.

– Я все поняла. – Произнесла она. – Ты шарами поехала. Давай, шуруй отсюда, пока я с себя ремень не сняла!

– Пална, остановись, послушай меня, ты не поверишь, что тут было в мою смену.

– Ну, почему же, поверю, тебя тут не было. Вот что было!

– Как меня не было, ты что, Анастасия Павловна? Я не прогульщица!

– Ври больше.

– Я никогда не прогуливала. Да что там! Ни разу не опаздывала на смену.

– Раньше! А сегодня научилась, да?

– Нет.

– Слушай, Зайцева, лепи, что хочешь, а у меня из-за тебя проблемы. Ты даже представить себе не можешь, что тут творилось в три часа дня.

– Ты сказала в три, почему именно в три?

Пална зло насупилась и внятно прорычала:

– Иди домой, Оля, и проспись, пока я тебя не убила.

Туристы с интересом посматривали на спорящих.

– Все, мне некогда тут с тобой…

– Я тогда пойду. – Согласилась Оля, совершенно ничего не понимая.

Администраторша с облегчением кивнула.

Шла Оля той же тропинкой, но теперь автомобили бойко пролетали мимо нее. Время вернуло свой ход: поняла она. Значит, мама, тетя Настя и Петр сейчас ждут ее в ресторане. Оля вспомнила слова Палны и решила, что ей нельзя идти на свидание такой «зачуханой». Она пойдет домой, примет душ и подумает, что скажет маме.

В кармане затрещал телефон. Звонила мама, она будто услышала, о чем думает дочь. Пока Оля смотрела на мигающий телефон, звонок оборвался. Вот и хорошо, подумала она, не надо им сейчас разговаривать. Вот только к ее удивлению экран показывал несколько пропущенных вызовов от мамы и один от неизвестного абонента. Возможно от Пети. Еще висело новое сообщение. Девушка быстро открыла его и даже не удивилась – оно тоже было от мамы.

Ты где? Совсем совесть потеряла? – спрашивала она.

Что тут ответишь? Лучше бы время продолжало стоять на месте. Оля наморщила лоб, соображая, что написать. Вдруг в руках снова затрещало. Это опять звонила ее мама, а она еще не успела придумать, что скажет.

– Алло! – Хорошее начало, похвалила себя Оля.

– Оля, ты что забыла про ресторан? Как можно в твоем возрасте быть такой безответственной? – Причитала мама, и не давай возможности говорить… – Ну, что ты молчишь, сказать нечего?

– Нечего. – Охотно согласилась девушка, кивая.

– Ты где?

– Иду с работы, только сдала смену, у нас сегодня аншлаг.

– Так тебя опять задержали, вот в чем дело. Бросай-ка ты свое кафе и найди нормальную работу, ну такую, понимаешь? Для приличной девушки. Давно тебе говорю, но ты ведь меня не слушаешь. Когда ты придешь, Оля? Мы ждем тебя и ничего из меню еще не заказывали.

– Я не приду к вам.

– Что такое ты говоришь, дочка, ты с ума сошла?

– Мальчишка один, – на ходу сочиняла Оля, – ну, озорник. Облил меня кетчупом с ног до головы. Попало и на волосы и много на одежду. В общем, мне в таком виде к вам нельзя. – Вралось Оле легко, и рассказ выходил незатейливым и складным.

– Вот беда! Получается надо переносить встречу? Но Петр такой занятой человек, у него на новой должности много важных дел. Когда опять он сможет освободить для нас вечер?

– Мама, мне правда очень жаль, я сама расстроилась, почти плачу.

– Она плачет, – Мама шептала в сторону.

Оля приободрилась, ее история работала.

– Не расстраивайся, моя девочка. Петр передает тебе, что намерен увидеться на следующей неделе в среду. Иди домой и прими душ, надень все чистое и жди меня, я подойду. – С этими словами мама оборвала связь. Она почти никогда не здоровалась и прощалась.

Время действительно вернуло свой ход. Солнце почти закатилось за скалы, отсвечивая от сосен холодным бледно-желтым заревом. Раньше Оле не приходило в голову, что мама общается с ней как с маленьким ребенком, а теперь эти мысли не покидали ее голову.

Мимо пролетело две иномарки, а следом за ними тихо шел внедорожник. Оля сразу заметила его потому, как он двигался. Слишком медленно. Машина встала в трехстах метрах от девушки, не больше.

Марка Мерседес, цвет черный, окна наглухо тонированные, государственный номер «Р012КА» – отметила себе Оля. Сейчас она просто пройдет мимо внедорожника, и ничего не случится, загадала она, ругая себя за слепую неосторожность. И что мешает ей прямо сейчас остановиться, сделать фотографию с номером и отправить подруге? Вопрос был максимально тупым, ведь у Оли не было близких подруг.

В школе она общалась с девочкой по имени Катя, но эта дружба оборвалась сразу после выпускных экзаменов. Больше у Оли не получилось ни с кем сойтись, и она смирилась с участью одиночки.

– Тебя подвезти? – Сказали из опускающегося окна.

– Не нужно. – Она старательно не смотрела на говорящего, как будто бы это могло спасти ее от него.

– Подожди! Ты куда так быстро лыжи навострила, а может, тебе помощь нужна? Я отвезу тебя, куда тебе? Скажешь?

– Я уже сказала, что не нужно, я тут рядом живу.

Вокруг были одни бесконечные поля, за ними тянулись скалы, а за скалами поднимался густой лес. До ближайшей деревни пешком часа два топать, а до ее родного города оставалось сорок минут, если знаешь, где сократить.

– Где рядом? В кустах что ли живешь?

– Ага.

Оля шла все быстрее.

– Ты карельская ведьма что ли?

Мотор снова загудел, машина медленно двинулась.

– Где ты так испачкалась?

Теперь внедорожник ехал в рядом с Олей.

– Зелье варила, на коленках ползала, что непонятного?

– Крутяк! – Рассмеялся парень, похоже, ответ девушки ему понравился.

– Еще какой крутяк, но тебе лучше не знать, вали по-хорошему, сегодня не хочу никого убивать.

Она посмотрела на водителя. Дылда, подумала про себя. Молодой мужчина был довольно крупным, это было ясно по размеру его черепа. Его брови надвигались над впалыми глазницами, нос у него аккуратный, губы тонкие ярко-алые. Гладко выбритое лицо показалось ей безжизненно серым.

– Зря ты со мной не ласковая, я ведь тоже умею быть грубым. – С этими словами двигатель затих.

Незнакомец потянул ручник на себя, и Оля ринулась бежать к лесу. Она не оглядывалась, но откуда-то знала, что он там, стремительно достигает ее.

– Красавица! – Прокричал он совсем рядом. – Ведьма!

Один его сильный рывок и они оба повалились на сырую траву. Оля упала на плечо, удар эхом ушел в грудь. Она стала задыхаться от удара и еще от волнения. Хватала ртом воздух.