Дно

В широкой комнате стояло несколько кроватей. Пять из них были заняты, около мечущейся в мокрых простынях Буськи стоял высокий парень, пристально наблюдающий за ее движениями и записывающий произносимые ею слова в кипу листов. Он бросил на них быстрый взгляд, отвернулся и вновь удивленно посмотрел на них:

– Марго, что за сюрпризы? Сейчас не время проводить экскурсии для новичков.

– Она не на экскурсию, – сказала Рита. – Я привела тебе помощницу.

Парень поднял брови и воззрился на Алису, придирчиво оглядывая ее с ног до головы. Алиса, в свою очередь, была поражена этим… заявлением. Она? В помощницы? Всю жизнь она фантазировала себя куратором проекта, его идейным вдохновителем, но никак не простой помощницей.

– По каким критериям ты вдруг решила, что она подходит?

– У вас схожие вибрации, – усмехнулась она, – и я заметила, как на уроке она конспектировала что-то, таращась на меня. И вот пару минут назад прочитала, что же там такого интересного.

Маргарита без предупреждения выхватила тетрадь из рук Алисы и передала ее парню. Тот бегло просмотрел страницы, не давая возмущенной Алисе даже высказать все свои мысли, относительно их совершенно варварского поведения.

– А еще как только я отказалась сразу рассказать, что собираюсь делать с Буськой, она понеслась прямиком к директрисе.

– Принципиальная. Годится, – согласился он, – у нее в багаже целый год, это может оказаться полезным…

V. Цветок и нож

Алиса пылала от негодования. Раздражало, что за нее уже решили, какую роль она сыграет в этом деле, даже не уточнив, согласна ли она на эту самую роль.

– Вижу, предложение не соответствует твоим амбициям, – сказал парень, швыряя ей тетрадь обратно, – я не стану тебя заставлять, можешь вернуться наверх и забыть об этом разговоре. Будешь продолжать учиться, как училась и развивать свои идеи. Или выслушаешь, чем занимаюсь я и сама примешь решение, помогать или нет. Но это, – строго сказал он, – именно мой проект, не твой, и твоим не будет.

– В приличном обществе принято сначала представляться, а уж потом раскрывать свой патент-план, – едко подметила Алиса.

– Виктор.

– Алиса.

– Вот и познакомились, – усмехнулась Маргарита.

– А значит можем перейти к сути. Все тела перед тобой поражены одним недугом – магической лихорадкой. И я уже три года пытаюсь понять ее этиопатогенез, симптоматику и…

– Правильно будет этиологию и патогенез, – поправила Алиса, – не стоит смешивать эти понятия. Подобный подход устарел.

Маргарита свистнула и поспешила убраться из подземелья, видимо, не желаяя быть свидетелем всей дальнейшей перепалки.

– И как ты можешь находиться тут три года? Директриса довольно ясно дала мне понять, что больше года с пятнадцати до шестнадцати тут находиться нельзя.

– Ты узнаешь, если прекратишь меня перебивать.

Алиса гневно надула губы, но решила промолчать. Отец всегда говорил, что собственные исследования это важно, но еще важнее поддерживать связь с коллегами, чтобы вовремя узнать, что твоя теория зашла не туда, и не изобрести еще одну астрологию – псевдонауку, присутствовавшую в мире до Раскола. Помимо действительно научных знаний, отец не забывал вкладывать ей в голову и всё многообразие псевдонауки, чтобы она понимала, как строится вера в очевидную чушь.

– Так вот. Я давно исследую магическую лихорадку. Ею заболевали с незапамятных времен, даже самые первые, урожденные маги. С одним лишь отличием от нынешнего поколения – болезнь поражала их случайным образом в любой момент жизни. Однако застревание в лихорадке и переход в кататоническую фазу был настолько редким, что найти хоть какую-то связь между заболевшими на протяжении столетий было почти невозможно. Что до случаев выхода из лихорадки – они куда более распространены. Однако свидетельства выздоровевших очень сбивчивые и по своей сути напоминают странные витиеватые сновидения с особыми внутренними правилами, которые… – он вновь остановился, глядя на Алису.

– Я молчала, – проворчала она.

– Да, но почему ты не записываешь? Считаешь, что запомнишь все сходу?

Это будет очень долгое и эмоционально истощающее исследование…

Алисе неизвестно, какие общие "вибрации" между ней и Виктором узрела Рита, но по мнению самой Алисы, между ней и этим выскочкой не было ничего общего. Их взаимодействие было похоже на отчаянную попытку соединить похожие по цвету, но совсем не подходящие по форме друг другу пазлы в мозаике. Алиса была способна сдерживать свои негативные эмоции лишь с целью узнать от Виктора как можно больше уникальной информации. Но сам он как человек вызывал у нее странное чувство тошноты, но не такой, как при отравлении, а скорее ментальной. Словно бы все ее мысли вот-вот извергнутся в лицо самовлюбленного и высокомерного Виктора, который на вид был не сильно старше ее, но, видимо, опьяненный величиной своего интеллекта, чувствовал себя особенным, и такие простые девы, как Алиса, были не чета ему.

Он вновь остановился, и Алиса поняла, что занятая своими размышлениями, видимо, пропустила очередную часть лекции. Вздернув нос, она села прямо на пол, открыла тетрадь, и состроила гримасу почтительного слушателя.

– Ты знаешь, что девушкам лучше не сидеть на холодном? – спокойно спросил Виктор. – Это негативно влияет на…

– Давай ты просто расскажешь мне о лихорадке, вместо того, чтобы поучать меня как я должна слушать, сидеть, писать и так и далее.

– О, прости, я не хотел тебя задеть, – в голосе его не было ни следа раскаяния. – Я вижу, что ты крайне серьезно относишься к своему статусу, но давай хотя бы в рамках приличий, принятых в обществе, ты будешь относиться ко мне с базовым уважением.

– Но ты не проявляешь этого уважения ко мне.

– Я старше тебя и намного, так что будь добра…

Ну уж нет, это было выше ее сил. Последние события не прибавляли ее душеньке спокойствия и умиротворения. Слушать подобный менторский тон от простого пацана, возомнившего себя мессией, было просто невозможно. Подобное отношение даже со стороны профессоров Академии, вызывало у Алисы нервный тик. Сейчас она вовсе не намерена терпеть такое отношение. Панфилова подскочила на ноги, шумно ударив себя по юбке:

– Уважение, чтобы ты знал, для начала стоит заслужить. Все, что я тут увидела, услышала и испытала вызывает у меня лишь отторжение. Раз ты настолько взрослее и умнее, страдай над своей лихорадкой сам, как и три года до этого, – она развернулась по направлению к лестнице, – не похоже, что ты далеко продвинулся в своих наблюдениях за это время.

Алиса прошла три шага, когда услышала позади оклик:

– Алиса, подожди, – тон Виктора заметно смягчился. – Ты права, мне нужна помощь. За все три года я ничего не достиг.

– Хорошо, – она развернулась на каблуках, исподлобья глядя на парня, – тогда давай так: сначала ты отвечаешь на мои вопросы, а потом мы обсуждаем дело. Может тебе и достаточно вводных обо мне после чтения моих записей, но вот мне совершенно непонятно, кто ты такой, и с чего ты решил, что я буду тебе помогать.

Виктор потупил взгляд и вздохнул. Под его глазами были крупные темные круги. Волосы отросшие, нерасчесанные, а о стирке одежды он, по мнению Алисы, вовсе никогда не слышал. Неужели все три года он просидел в подвале, ни на минуту не покидая его? Хотя эту мысль она быстро отмела. Не заперт же он тут в самом деле? В соседней комнате за дверью журчала в трубах вода. Кому в подвале понадобилось делать теплую комнату, оснащенную мебелью и санузлом? Даже ее комната в Ковене выглядела более… мертвой.

– Почему ты говоришь, что провел тут три года? Ты такой же урожденный колдун, как и директриса?

– Нет, не совсем, – он потер затекшую шею, – давай так, я – гибрид. Но большего я не скажу, в конце концов мы только встретились, и я не уверен, что могу тебе доверять.

– Полукровка?

– Я не скажу, – повторил он.

– Ладно, – фыркнула Алиса, – среди тех, кто уже находится здесь, есть нечто общее?

– Только одно – у всех них есть зачатки третьего моляра.

– Занимательно. Ты намекаешь на то, что обладание третьими молярами это как бы рудимент, что и выделяет их?

Чем дальше шла эволюция людей, тем чаще рождались люди без третьего моляра, или иначе – зубов мудрости. Челюсть человека постепенно сужалась, из-за чего места для зубов мудрости просто не хватало, и они перестали появляться. Да, у новых людей было лишь двадцать восемь зубов, но никак не тридцать два.

– Больше ничего схожего я не нашел. Ну, хотя бы в этих условиях, – он показал на комнату.

– Проблема не только в отсутствии оборудования, но к тому же ты напрочь лишен научного мышления.

– Зачем ты так язвишь?

– Потому что ты пришел к заключению, которое может оказаться всего навсего совпадением. Третий моляр лишь теория. Для ее проверки нам нужна контрольная группа. Нужно осмотреть всех учеников Ковена и в дальнейшем вести наблюдение, все ли обладатели третьего моляра подхватывают магическую лихорадку.

– Да, ты права, и что ты предлагаешь? – он улыбнулся, глядя мимо Алисы.

– Это не твое исследование, а наше. Никаких "помощниц", ты их наличия еще не заслужил. И последнее – сколько тебе лет?

– Двадцать, – ответил Виктор.

– О боже, сударь, прошу простить мне мою непочтительность, – проворчала Алиса. – Вы уже буквально в преклонном возрасте!

Он мягко рассмеялся и поднял на нее глаза. Они имели редкий фиолетовый оттенок. Настолько редкий, что Алиса до сих пор считала, что его не существует.

– Хорошо, Алиса, – кивнул он, – это наше исследование…

– Быстро же ты сдался, – ярость Алисы испарилась, как только отношение Виктора к ней изменилось.

Заняв лидирующую позицию, она не смогла продолжить давить на него. В конце концов, она могла представить, как ему было одиноко все это время. Ей тоже.

– А что толку? Я три года бьюсь без какой-либо отдачи. Может, девчонки вроде Марго считают меня умным, но тебя не так просто оказалось запутать. Твой отец… Михаил Панфилов?

– Да, – подтвердила Алиса, – ты его знаешь?

– Он пытался меня "вылечить".

– Ты что-то путаешь, – усмехнулась она, – мой отец не лекарь.

– Знаю, но и мое "лечение" было далеко от понятия медицины.

– Занятно, но не думай, что я стану умолять тебя все рассказать, не так уж мне это и интересно. Я вернусь завтра, после занятия по нащупыванию меридианов.

– Это занятие полное чушь, – сказал Виктор.

– Извини, но пока ты не убедил меня, что в твои умозаключения стоит верить.

Алиса покинула подвал не прощаясь, оставив сгорбленного Виктора наблюдать за несчастными больными.

Вечерело. Алиса не желала тратить время на тренировку рун, тем более, что опробовала действие она лишь одной, использование которой было строго запрещено. У дверей комнаты ее встретила Ульяна:

– Тор мой, Алиса! – воскликнула она, – Где ты, черт тебя дери, была? Я всю школу обошла.

– Я была прямо там, – она многозначительно указала пальцем на пол.

– Как тебе удалось туда попасть?

– Маргарита подсобила.

– И что же там? – жадно посмотрела на нее Ульяна.

– Там, возможно, мое будущее исследование во благо человечества.

– Думаешь, заняться лечением магической лихорадки?

– Думаю. Но пока просто думаю. – у нее внезапно возникло вдохновение, – Ульяна, мне нужно собрать кое-какие данные.

– Ладно, без проблем.

– Нам нужно узнать у всех учеников, есть ли у них зачатки третьих моляров.

– Третьих кого?

– Моляров, ну, зубов мудрости.

– Ну, – усмехнулась Ульяна, – тогда начнем с нас?

Алиса призадумалась. Алина уверена, что ее ждет магическая лихорадка из-за особенностей характера. Проведя языком по зубам, Алиса припомнила, что у нее в семье ни у кого не было зубов мудрости. Если Алина окажется права, это опровергнет теорию моляров. Но, пожалуй, раз у нее есть еще одна зацепка, то стоит проверять их параллельно, не теряя драгоценного времени.

– У меня их нет и не планируется, – сказала Ульяна. – Ну вот, целых два из… сколько тут всего учеников?

– Это мы потом узнаем у директрисы. Ты же помнишь, она сказала, что ведет учет. Возможно, у нее есть полезная для нас информация.

Если бы Алиса знала, что ее ждет последняя спокойная ночь в комнате, она бы скорее всего не смогла бы уснуть. С восходом солнца ее разбудила Маргарита:

– Доброе утро, Алиса, сегодня мой последний день. Мне очень нравилась Бриенна, но теперь она вряд ли сможет проводить меня. Могу я попросить тебя?

– Конечно, Рита, – промычала сонная Алиса, – не вопрос.

– Как ваше знакомство с Виктором? – осторожно спросила она. – Извини, что оставила тебя с ним одну, но мне тогда казалось, что так будет лучше.

– Мы смогли найти общий язык, как мне кажется. Сегодня вечером проведу осмотр пациентов, может, замечу что-нибудь.

– Здорово, – улыбнулась Маргарита.

Рита выглядела очень хорошо. Кажется, предвкушение скорого выпуска дало ей второе дыхание. Волосы ее были гладко причесаны, она надела чистое платье изумрудного цвета с белым передником и кушаком цвета охры, расшитым белыми и изумрудными нитями.

– Давайте вместе пойдем на завтрак, – предложила она Ульяне.

– Ого, и обо мне, наконец, вспомнили, – усмехнулась девушка.

Маргарита задержала их обеих, желая как можно тщательнее расчесать волосы Алисы, из-за чего та начала что-то подозревать:

– Рита, в чем дело? Мы же должны торопиться на завтрак.

– Алиса, когда я вчера вернулась в комнату я услышала, – она опасливо оглянулась и понизила голос, – помнишь Кикимору? Твоя сумка приземлилась ей прямиком на голову.

– Да, но не по моей вине.

– Я знаю. Потом ты устроила эту сценку перед сном, а потом кричала посреди столовой.

– К чему ты клонишь? – испуганно спросила Алиса.

– Ты знаешь, до сих пор порядок поддерживала я. После меня должна была заступить Бриенна. У нее схожее с моим к тебе отношение. Но из-за того, что ее свалила лихорадка, старшей станет Кикимора.

– А она относится ко мне…

– Негативно – это слабо сказано. Она считает тебя жуткой выскочкой без грамма таланта. Кажется, она как-то прознала, что тебе на первом занятии явился всего один меридиан.

– Вот же дрянь. – возмутилась Ульяна. – Много девочек ее поддерживает?

– Около половины, – сказала Марго, – я пыталась сгладить углы, но они продолжали осыпать Алису оскорблениями. Заткнулись только когда Ульяна зашла в комнату.

– Кажется, – сказала Алиса, – они готовят для меня сюрприз. Много ли они могут сделать?

– Не очень. Скорее всего это будут сплетни и мелкие пакости. Драки строго пресекаются. А насчет заклятия боли – его никто не умеет нормально исполнять.

– Даже ты?

– Даже я, – кивнула Рита, – но я вынуждена была лгать, чтобы поддерживать порядок.

– Здорово, – кисло сказала Алиса.

Она ощупала аккуратную косу, сплетенную Маргаритой и поторопилась надеть перчатки – ее руки опять начали потеть. Ей совсем не хотелось вступать в конфликты. Одно дело указать Виктору на его место, но другое противостоять половине комнаты. Теперь она поняла Риту. "Я просто хочу пережить эти два дня спокойно" – сказала она на их первом завтраке.

Похоже, скудная еда, сомнительный отдых и напряжение от обучения не самые главные проблемы, которые могли возникнуть в Ковене. Стоило им войти в столовую, как Кикимора и сидящие рядом с ней девочки замолкли, злобно зыркнув в сторону Алисы. Алина, подталкивая локтем сидящего рядом Блуда, издалека помахала ей рукой, и девушки сели за стол вместе с двойняшками. Автоматон поставил перед ними знакомую кашу.

– Алиса, на тебе лица нет, прямо как всегда, – усмехнулась Алина, – тебе сегодня что-нибудь снилось?

– Нет, – покачала головой Алиса, – сегодня совсем ничего не было. А тебе?

– Тоже нет, – ответила Алина, делая заметку в большой таблице, – но я все равно решила начать ведение учета с сегодняшнего дня. Так и что за кислая мина?

– Кажется, ее выбрали как цель для издевок, – сказала Ульяна.

– И кто же этот смельчак?

– Кикимора.

– Фу, – Алина бросила на стол хвостик от яблока, – вот все время так. Насилие порождает насилие.

– Я ничего ей не сделала! – возмутилась Алиса.

– Ты – нет, – подтвердила Алина, – но вот другие…

– Скорее всего они уже выпустились, но Кикимора немало от них настрадалась, – кивнул Блуд, – если я правильно помню, по всей нашей комнате были раскиданы листы с ее стихами и призывом ее… – он осекся.

– Что?

– Ну, скажем так, совокупиться с ней.

– Это же просто мерзость! Кто это сделал?

– Да в том то и дело, что никто не знает. Моргана даже проводила экспертизу почерка.

– И что?

– И сказала, что это на сто процентов почерк Кикиморы. А та и не отрицала.

– После этого мы не видели ее неделю, – подтвердила Алина, – думали, она сломалась и сбежала. Но через неделю она появилась вновь, как ни в чем не бывало. Когда на ней пытались подтрунивать, она метала в обидчиков Тиваз. А ее руна Тиваз диво как хороша.

– Рита, ты знаешь об этом что-нибудь?

– К сожалению, нет. Тогдашняя старшая нас всех обшмонала. Но в итоге мы пришли к выводу, что обидчик был не из нашей комнаты. Больше ничего подобного не происходило. Но Кикимора, естественно, затаила обиду. Многие девчонки решили ее пожалеть. А теперь она сколотила из них свою группу для издевательств.

– Может, мне просто поговорить с ней? – спросила Алиса.

– Это самая лучшая идея.

На уроке Рита попросила Алису лишний раз не отсвечивать, чтобы не привлекать лишнее внимание. Но Алиса осталась непреклонна. Она неоднократно выходила под купол, с каждым разом пытаясь обуздать Кенназ. Но он словно молодой жеребец не желал ей подчиняться. Все ее платье было в подпалинах. Лишь в седьмой раз, когда ей удалось взять под контроль свои эмоции, она почувствовала странное покалывание в руках и Кенназ подчинился ей полностью. Вот только она была так поражена, что мигом потеряла контроль, заполнив огнем весь купол.

Потушив огонек на волосах, она вернулась на место и сделала запись большими буквами:

"КЕННАЗ ПОЛНОСТЬЮ ЗАВИСИТ ОТ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО СОСТОЯНИЯ".

С размаху она поставила точку, пробив ручкой лист. Почувствовав на себе пристальный взгляд, она обернулась. На три ряда выше нее сидела Кикимора, на ее лице застыла эмоция презрения. Алиса пообещала себе разобраться с этим как можно раньше.

Ситуация получила прямое развитие уже на обеде, когда одна из подруг Кикиморы "совершенно случайно" опрокинула тарелку горячего супа на ее юбку.

– Ой, извини, – с сарказмом сказала она и села за стол к хихикающим над ней девушками.

– У тебя есть сменная одежда? – спросил Блуд.

– Есть, еще одно платье. Если вы не против, я лучше пойду переоденусь.

– Да уж, хотя ты бы выглядела очень гротескно, если бы провожала меня в этом, – улыбнулась Рита.

– Когда ты отправляешься домой?

– Сразу после занятия по меридианам, ты не опоздаешь. Так что иди, смени наряд на более обезжиренный.

Уже на пути в комнату Алиса чувствовала себя неуютно. Открыв дверь ей быстро стало понятно почему. По всей комнате лежали синие атласные лоскуты с ровными краями, словно их порезали ножницами.

– Надо же, – сказала Кикимора, слезая с подоконника, – я всего навсего тренировала Тиваз, но твои грязные тряпки попали прямиком под него.

– Для начала, как тебя зовут, – Алиса сжала кулаки, стараясь удержать злость.

– А ты не знаешь? Кикимора. Тут меня все так зовут.

Ее болотного цвета глаза словно становились ярче на фоне красных воспаленных век.

– Но это не твое настоящее имя.

– Да кто ж его упомнит? – проворчала она.

– Слушай, я в курсе, что над тобой издевались, но это не причина, чтобы…

Мимо лица Алисы просвистела руна Тиваз, срезав с виска волосы и оставив тонкий кровоточащий порез на лице.

– Какого черта ты творишь?! – Алиса приложила к лицу руку, белая ткань перчатки тут же пропиталась кровью.

– А что? Мне мерзко даже слышать твой голос, – злобно пропела Кикимора. – От него чертовски болит голова. А это хуже, чем царапина.

– Прекрати сейчас же! – закричала Алиса, – Я буквально ничего тебе не сделала! Я не издевалась над тобой!

– Само твое существование в этой комнате – издевательство.

Второй Тиваз отрезал часть юбки, пробил чулок и оставил на бедре жгучую рану. Кто-то сзади ухватил Алису под руки, насильно фиксируя ее тело на месте.

– Держите ее ладони подальше друг от друга! Кроме Кенназа эта сучка все равно ничего не умеет!

Алиса попыталась вырваться, но получила болезненный удар по животу. Схватив ее за косу, Кикимора уже сложила руну Тиваз, как в комнату ворвались друзья Алисы.

– Черт тебя дери, Кира! – крикнула Маргарита.

– Меня зовут не Кира! – прокричала девушка и выпустила подготовленную руну в сторону Маргариты.

Рита как-то странно булькнула, и из тонкой раны на ее шее полилась кровь.

VI. Stayin' Alive

Маргарита упала на пол. Кровь вокруг ее шеи растекалась багровым озером. Она вытекала медленно, распространяясь по щелям между плиткой. Рита несколько раз попыталась вздохнуть, но издала лишь слабое булькание. Девушки вокруг нее закричали, пытаясь отступить как можно дальше от ее тела. Алиса вырвалась из захвата и хотела уже броситься на Кикимору, но решила, что месть может подождать. А вот Рита…

– Блуд, скорее!

– У меня слабая Отила! – ответил охваченный ужасом парень. – Я не знаю, что делать!

– Бери ее на руки и давай за мной, туда же, куда ты вчера отнес Буську!

Уже когда они прибыли в оранжерею, Алиса с ужасом поняла, что не помнит движения, которые ей вчера показала Маргарита. Если бы только она их записала…

– Немедленно прекратите драку! – послышался гул голосов автоматонов, спешащих к ним.

Глаза Алисы наполнились слезами, но ее оттолкнула Ульяна, с точностью повторившая движения, которые ранее показала Маргарита, и плита пришла в движение. В подземелье в этот раз они спустились все вместе. Алина с холодным спокойствием зажимала рану на шее Риты. Блуд не мог похвастаться спокойствием и старался просто не кричать, до крови кусая губы.

– Виктор! Виктор! Помоги нам!

Увидев окровавленное тело Маргариты, Виктор ни секунды не колебался, направляя на нее сдвоенную Отилу.

– Так, я закрыл сосуды. Блуд, положи ее на свободную кровать. Трахея повреждена. Из сосудов задеты только яремные вены. Сонные артерии в порядке.

– Повезло-повезло, – зевнула Алина, вытирая окровавленные руки о подол платья.

– Мне хватит способностей полностью ее вылечить. – заключил Виктор. – Кто это сделал, Алиса?

Он бросил на нее быстрый взгляд: ее аккуратная коса растрепалась, слева около запекшейся на щеке крови, висели неровные обрезанные пряди. Она тяжело дышала, шмыгая носом, но даже не пробовала утереть перчаткой слезы, потерянным взглядом глядя на Маргариту.

– Кикимора. – фыркнула Ульяна. – Алису тоже она порезала.

– Ясно, – глухо сказал он.

– А вот мне ничего не ясно! – дал волю эмоциям Блуд. – Да, мы тут все горазды на владение магией. Но это уже перебор. Мы немедленно должны сообщить об этом в Цитадель.

– Они не смогут сюда войти, – сказал Виктор, он закрыл глаза, словно за сомкнутыми веками мог видеть шею Маргариты изнутри.

– Это неважно! Это буквально преступление! – закричал он. – Попытка убийства!

– Успокойся, брат, – сказала Алина, кладя ему руку на плечо, – я думаю Виктор пытается нам сообщить, что нам стоит самим задержать Кикимору и оцепить место преступления. А уж как охотники придут, мы передадим ее им.

– Нам стоит поторопиться, – сказала Ульяна, – что бы вы сделали, если бы совершили преступление?

– Сбежали, – кивнула Алина, шустро поднимаясь по лестнице.

В подвале остались Алиса и Виктор. И содрогающееся тело Маргариты.

– Алиса, – она слышала свое имя словно через толщу воды, – Алиса!

Она вздрогнула и посмотрела на Виктора.

– Мне нужна твоя помощь.

– Я… – прошептала Алиса, – я ничего не умею.

– Значит, самое время научиться.

– Виктор, я не могу, – заплакала она, – у меня один меридиан. Я даже царапину затянуть не смогу.

– Я уже сказал, что занятия по поиску меридианов – полная чушь. Быстро иди сюда и помоги мне.

Алиса повиновалась. Она опустилась на колени около Виктора и ожидала его указаний.

– Яремная вена очень крупная, Мне нужно пустить все силы на одну. Ты пока подержишь другую. Сядь прямо, сложи пальцы, как я показываю, и закрой глаза.