Тепло на ладонях памяти

Леди Астерея

Тепло на ладонях памяти

Глава 1

– Ба, а ты знала, что можно увидеть на небе невооружённым глазом около Две тысячи пятьсот звёзд? – спросила Яна.

Бабушка улыбнулась

– Нет, Яна, не знала, но, я знаю что пора спать.

– Ну ба, сегодня первый день лета, давай ещё посидим, поболтаем, я посмотрела на бабушку жалостливыми глазами, я так делала всегда, когда хотела что-то получить.

Бабушка никогда не выглядела на свой возраст. Ей было пятьдесят девять лет, но на лице не было ни морщин, ни седины. Её тёмно-зелёные глаза, казавшиеся на солнце буро-зелёными, светились особой живостью и молодостью.

Она редко улыбалась, но когда это случалось, её улыбка, хоть и редкая, была очень доброй и светлой. Когда она внимательно слушала собеседника, то сводя брови, и могло показаться, что она сердится. Но это было лишь проявлением её сосредоточенности и интереса.Она всегда коротко стриглась, хотя у неё были красивые каштановые волосы

Бабушка вздохнула, но согласилась:

– Хорошо, только я что-нибудь принесу, чтобы было интересно слушать про звёзды.

Бабушка ушла в дом, а я продолжала смотреть на небо, где мерцали тысячи звёзд. Как я любила эти вечерние посиделки с ба.

Она принесла какао и подушки.

– Яна, сядь на подушку, а то всё застудишь, – сказала бабушка.

Мы всегда с ней сидели на бетонном порожке, который прилегал к входной двери.

– Ага, ба, о, какое спасибо! – ответила я, наслаждаясь горячим какао.

– Ну и о чём будем говорить? – спросила она меня.

– Ну вообще, если о звёздах, ты знала, что Большую Медведицу в России видно круглый год благодаря своему положению – оно никогда не заходит за горизонт?

И откуда у десятилетней девочки такие познания? улыбчива спросила меня бабушка

– Я книгу нашла дома на чердаке, называется «Факты о звёздах». Там много чего написано, но я не всё запомнила. Но если интересно, я тебе её привезу.

– Конечно, привози, будем вместе читать.

– Ага, – облизывая губы от како , ответила я.

– Ба, спасибо, вкусно. Пойдём спать, я вижу, ты устала.

Она обняла меня и сказала:

– Ну если только чуть-чуть.

Каждое утро в деревне у бабушки было наполнено радостью и теплом. Я чувствовала себя по-настоящему счастливой, просыпаясь в этом месте, где время будто замедляло свой ход, позволяя насладиться каждым мгновением.

– Ты чего так рано, Ян? Иди поспи, я ещё ничего не приготовила.

– Не хочу, ба, я подожду, а пока пойду яблоко сорву.

– Только не забудь помыть.

– Хорошо, ба, – крикнула я, когда бежала к яблоне.

– Раз, два, три, ты сюда смотри, четыре, пять – вместе мы идём гулять, – напевала я, пока не споткнулась.

– Ай-ай! – закричала я от боли в ноге.

– Что случилось? – она бежала ко мне.

– Нога, ба, нога! – я сидела на земле и рыдала.

– Это гвоздь, пойдём быстрее ногу обрабатывать. Ну вот скажи мне, ты под ноги смотришь, а?

Она достала гвоздь и принялась обрабатывать рану на ноге.

– Сейчас будет больно, терпи, – предупредила она.

– Ай, больно! – шипит .

– А ты как хотела, это же рана. Если не обработать, будут последствия ещё хуже, – спокойно объяснила она – Яна, это как в жизни, если сделали больно, сначала надо убрать того, кто причиняет боль, а потом уже лечить рану.

Как хорошо, что ты у меня врач, да, ба? Ты всё вылечишь

«Да, звёздочка», – ответила она мне.

Я ждала еду , и смотрела на ногу.

Вот болит , и как мне теперь играть , сейчас же придет Кристина , а я тут с дыркой в ноге

Яна, иди кушать! – послышался голос.

– Сейчас, ба, только дойду до стола.

На завтрак у бабушка всегда были блины , стакан молока и варенье.

– Ба у тебя всегда такие вкусные блины, вкуснее, чем у мамы.

– У твоей мамы просто нет желания учиться, ответила бабушка

– А меня научишь? У меня есть желание, сказала я бабушке с набит ротм блинами

Научу, конечно – ответила она.

Если ты покушала, то иди отдохни и старайся меньше наступать на ногу – сказала бабушка, и вышла из кухни .

Допивая молоко, я услышала голос, который у меня вызывал только раздражение. подняв голову и увидела парня своей сестры .

Его лицо и голос были для меня главным источником дискомфорта.Особенно его длинный острый нос, острый подбородок, маленькие губы, короткие вьющиеся светлые волосы тоже не добавляли привлекательности. А его маленький рост только подчёркивал некоторые особенности внешности.

Я всегда знала, что их отношения не приведут ни к чему хорошему. Моя сестра заслуживала лучшего и более счастливой жизни. Но реальность оказалась иной.Она семь лет пыталась разглядеть в нём что-то хорошее, но каждый день приносил новые разочарования. И только когда она родила от него двоих детей, она наконец осознала, что их отношения были ошибкой.

– Привет дырявая нога , засмеялся он .

– Привет, Игорь, – сказала я с недовольным лицом.

– Какая же ты бедовая, Янка. И как родители твои с тобой справляются?

Я посмотрела на него с вызовом.

– Вот смотрю я на тебя и думаю, и что же моя сестра в тебе нашла? Ни кожи, ни рожи, да с мозгами туго, – отрезала я.

Игорь нахмурился.

– Ох, Янка, ты такая противная. Что же с тобой будет, когда ты вырастешь? – спросил он.

– А тебя это не должно волновать, – ответила я ему.

Он хотел что-то мне сказать, но в дом зашла бабушка.

– Игорь, уйди от неё, не доставай – сказала она.

Игорь остался на кухне, а я ушла в другую комнату . Вдруг раздался стук в окно – это была моя Кристина .Яна она радостно кричала моё имя и махала рукой.

– Кристина, заходи быстрее! – сказала я .

Мы подружились с ней, когда ещё были маленькими. Мне тогда было шесть, а ей – пять. Наши встречи случались только на каникулах, но время словно замедлилось в моей памяти, и эти моменты кажутся мне совсем недавними.

Каждый раз, когда мы виделись, я замечала в ней лишь незначительные изменения. Всё те же каштаново-рыжие волосы, только теперь они были коротко подстрижены, каре с чёлкой придавало ей новый, но всё равно знакомый облик.

Её карие глаза сияли, веснушки на лице делали её по-особенному яркой и запоминающейся. Красивые пухлые губы и большие скулы – всё это оставалось неизменным. Она всегда была очень активной, полной энергии

Пытаясь встать с кровати, но почувствовала жуткую боль в ноге. Я продолжила сидеть.

– Яна! – услышала я голос Кристины. – Ура, ты приехала, наконец-то! Я так скучала!

Мы обнялись.

– Кристина, только я пока не могу играть, – сказала я. – вот ногу пробила гвоздём.

– Ого, болит? – спросила Кристина.

– Да, болит, – ответила я. – Но бабушка сказала, что через два дня уже можно будет ходить.

– Ну тогда мы будем рисовать, листать журналы и смотреть телевизор, – предложила Кристина.

– Да, – согласилась я.

– Главное, что мы вместе, – сказала она и обняла меня.

Обычно мы с Кристиной гуляли за домом у бабушки. Там небольшой сад, и за ним – колодец. Он казался нам загадочным и немного пугающим.

Колодец был пустым, и мы с Кристиной всегда его боялись. Однажды Игорь рассказал нам историю о том, что когда-то давно в этом колодце утонул человек. Говорил, что теперь его дух заперт там, и он может внезапно появиться из колодца, схватить у утащить.

Мы были маленькими и впечатлительными, и эта история напугала нас до дрожи.

– Слушай, а давай поиграем в карты, – предложила я Кристине.

– Давай, но я не умею, – ответила она, слегка смутившись.

– Я тоже не сильно в этом разбираюсь, но я знаю, точнее, видела, как Катя с Игорем играли. Он всегда побеждал, потому что у него был туз. Так вот, выиграет тот, у кого будет туз, – объяснила я ей.

– Да, класс, давай, – обрадовалась Кристина. – И будем по очереди раздавать карты, ну чтобы честно было.

Мы с Кристиной проиграли почти полдня

Мне стало скучно, и я предложила:

– Мне надоела давай порисуем, вон так в шкафу под телевизором лежат краски , и кисточки. достань , пожалуйста. попросила я Кристину .

Я никогда не любила рисовать, но знала, как Кристина любит это занятие. Каждый раз, когда я приезжала к бабушке, я просила папу купить мне краски, кисточки и альбомы для рисования.

– Ого, сколько красок! Как круто! – воскликнула Кристина

– Я уже знаю, что нарисую. сказала она .

– Ты, наверное, нарисуешь мою красивую деревянную ногу, только добавь драмы, как я люблю, – пошутила я.

– Блин, Яна, не буду я рисовать твою ногу. Там ещё и кровь, а я боюсь крови, – ответила Кристина. – Я лучше нарисую себя с плакатом нашей любимой певицы. А ты что будешь рисовать?

– Я нарисую, как Игорь падает в колодец, и все счастливы, – засмеялась я.

Привет, девочки! Подняв голову, я увидела Катю, свою сестру. Мы редко виделись: я могла навестить бабушку только во время каникул. Раньше Катя жила с нами – мамой, папой и моим братом. Но ей было непросто ужиться с ними, и она решила переехать к бабушке. Мама разрешила, а папа, который был ей отчимом, как и моему брату, не стал препятствовать, хотя и не особо вмешивался в её жизнь.

Но папа был против отношений Кати и Игоря. Он считал, что в 17 лет это может привести к чему-то нехорошему. Но жизнь порой непредсказуема, и события развиваются по-своему.

Она стояла, опершись на дверь.С нашей последней встречи, она не изменилась. Всё те же длинные вьющиеся тёмные волосы, голубые глаза, нос картошкой и пухлые губы. Она была невысокого роста и худая.

Катя вернулась домой, я встретила её с улыбкой. Она подошла, чтобы обнять меня.

– Бабушка уже всё рассказала, – начала Катя, улыбаясь и глядя на мою ногу. – Ну, я не удивлена, – добавила она, имея в виду что-то своё.

Я приехала ещё вчера, а тебя не было дома. Почему? – спросила я.

– Я оставалась на ночёвку у Юли, – ответила сестра.

– А это та самая, которая ворует у тебя косметику? Я думала, ты не будешь с ней больше дружить, – заметила я.

– Яна, может, это не она, – возразила Катя. – Я могла и потерять косметику.

– Ага, конечно, – усмехнулась я. – Пол твоей косметички ты потеряла, а она потом приходит к нам накрашенная твоими тенями. Ты в это веришь? – спросила я.

– Так, Яна, я сама знаю, что мне делать и с кем общаться, – сердито сказала сестра. – У тебя я ещё не спрашивала совета.

– Мне вообще всё равно, – ответила я. – Это ты дружишь с воровкой, а не я.

Катя посмотрела на меня с упрёком. Но потом сказала: – Я иду пить чай. Вы со мной? Я перевела взгляд на Кристину – она была так увлечена своим рисунком, что, наверное, и не слышала, о чём мы говорили.

– Кристина, мы идём пить чай, – обратилась я к ней.

– Да-да, я сейчас, только дорисую, – ответила она мне.

Я попыталась встать, но не смогла – моя нога ужасно болела. Катя схватила меня за руку.

– Давай я тебе помогу, держись за мою руку, – сказала она.

Мы медленно двинулись к выходу из комнаты, каждый шаг отдавался болью, но я старалась не показывать виду, чтобы не тревожить Катю и Кристину.

Катя, иди, там твоя подруга пришла, только недолго, сегодня нужно будет обои клеить, – сказала бабушка.

– Так, чай убрали, сейчас будем есть, – объявила бабушка.

В тот момент, когда я хотела попросить Кристину посмотреть в окно, стало понятно, что произошло нечто, требующее внимания. Однако обстановка в доме не располагала к тревожным мыслям.

Дом, в котором жила бабушка, был небольшим, но уютным. Всего три комнаты, и в каждой чувствовалась забота хозяйки. На кухне стояла печь, у стены – стол, по бокам – стулья, а рядом – диван коричневого цвета. Стены были белыми, полы покрашены в тёмный цвет, лежали круглые вязаные коврики. На окнах висели шторы серого цвета. Справа от стола стоял белый холодильник, в котором бабушка хранила всё: и хлеб, и лекарства.

Когда мы оставались одни с бабушкой, большую часть времени мы проводили на кухне или сидели на порожке у дома. Молчание было нам не чуждо, но я, будучи ребёнком, не могла усидеть в тишине и обычно много говорила. Бабушка слушала меня, и в её присутствии я чувствовала себя защищённой и понятой.Эти моменты были важны для меня, они оставили след в моей душе.

Этот дом был для бабушки не просто жилищем, а местом, где она могла почувствовать себя в безопасности и покое. Она часто что-то переделывала в доме, стараясь сделать его ещё более уютным и комфортным.

Кристина стояла у окна, задумчиво глядя вдаль. Бабушка, заметив это, прервала её размышления:

– Кристина, иди кушать, хватит стоять у окна.

В этот момент входная дверь с грохотом захлопнулась, и послышались голоса.

– Катя, я не знаю, о чём она говорит, я этого не делал, – доносился голос Игоря. – Она специально это делает, чтобы мы с тобой расстались.

– Ага, конечно, ты, Игорь, уходи, я не хочу тебя видеть, – отвечала Катя.

– Я не пойду, я сказал…

Бабушка открыла дверь и вышла с кухни.

– Что происходит? – спросила она.

– Ничего, просто у вашей внучки истерика, – ответил Игорь.

– Уходи, я сказала, – резко закричала Катя и забежала на кухню, а потом тут же убежала в комнату. Она была в слезах.

– Так, Игорь, уходи. Потом придёшь, когда она успокоится, – сказала бабушке.

(Пауза. Слышны всхлипы Кати.)

Бабушка хотела что-то добавить, но Игорь уже ушёл. В доме повисла напряжённая тишина.

– Яна, надо пойти к Кате и успокоить её, – сказала мне Кристина. Но она плохо знала мою сестру. Когда она жила с нами, такие истерики были каждый день, и ей нужно было время, чтобы успокоиться.

– Она сама выйдет, когда будет спокойна и готова к разговору, – ответила я Кристине, царапая дно тарелки с супом ложкой. И я надеюсь, что это их последняя ссора и они расстанутся, потому что он просто ужасен, – продолжала я.

– Интересно, что случилось? – спросила меня Кристина.

– Я думаю, Юлька приложила к этому руку, – ответила я. – Она, наверное, не только её косметику хочет, но и этого Игоря.

– Да, почти запомнила, как его зовут, – улыбнулась я.

– Яна, прекрати язвить, – сказала мне бабушка. – Он старше тебя, ему 21, а тебе 10, и, более того, ты же воспитанная.

– О, я придумала: Игорёк – догоревший уголёк. И красиво, и воспитанно, да? – засмеялась я, и Кристина вместе со мной.

В тот вечер, когда мы с Кристиной сели отдохнуть после обеда, в воздухе повисла тишина, наполненная напряжением.

– Ты переживаешь за Катю? – спросила меня Кристина.

– Не переживаю, – ответила я, – просто хочу, чтобы она увидела и поняла, что он плохой, что он не подходит ей.

– Почему ты так думаешь? – удивилась Кристина. – У них же любовь, а просто так никто никого не любит, может, это судьба.

Я вздохнула и ответила:

– Только от их любви вот бабушка не может обои поклеить. Сколько стоит этот клей, и лежат рулоны обоев…

Кристина, задумавшись на мгновение, предложила:

– А давай мы поможем, наклеим обои. Одну стену потом уже не будет возможности оставить неоклеенной, надо будет продолжать. Не будут же обои висеть, и тогда они, возможно, поймут и займутся делом.

– Идея хорошая, только я не могу наступать на ногу, – сказала я, пытаясь скрыть улыбку.

– Так ты будешь мазать, а я клеить, – предложила Кристина, – только высоко.

– Давай просто будем кусочками клеить, – ответила я, чувствуя, как напряжение отпускает.

Кристина убежала за ножницами, и через мгновение мы уже принялись за работу. Мы вырезали прямоугольники из обоев и клеили их на стену. В тот момент мы не представляли, что нас ждёт, когда это всё увидит бабушка.

Мы даже не подозревали, что этот случай станет частью нашей памяти, которую мы будем вспоминать с улыбкой много лет спустя.

Голос раздался сзади нас, и мы вздрогнули.

– Девочки, сейчас Таня вас прибьёт, вы зачем трогали обои? – спросила она.

Мы обернулись и увидели тётю Свету. Она смотрела на нас с удивлением.

– Мама, заулыбалась Кристина.

– Тётя Света, здравствуйте, – сказала я.

Глаза мамы Кристины всегда казались мне светлыми, а взгляд – изучающим, любопытным. Она была человеком, который не боялся задавать вопросы и искать ответы.

У неё всегда была короткая стрижка, и черные , крашеные волосы. Она не была высокого роста, но в ней чувствовалась внутренняя сила и уверенность.

Мама Кристины работала учителем, и у неё всегда была сумка, полная тетрадей. Она посвятила свою жизнь образованию и передаче знаний следующему поколению. Её труд был важен и ценен для всех, кто знал её.

– Мы хотели помочь бабушке Тане, – ответила Кристина маме.

И тут я поняла, что мы натворили. Меня бросило в страх. Я знала, что бабушка не любит, когда без неё что-то делают, но было уже поздно.

В комнату зашла бабушка, и из её рук упали яблоки. На лице читалось: «Какой кошмар».

– Ба, я сейчас всё уберу, только не кричи, – сказала я, вставая. Резкая боль пронзила мою ногу, но я не подала виду. Я шла и старалась не хромать.

Я подошла к обоям, которые мы успели наклеить, и хотела их содрать, но бабушка сказала:

– Стой, не трогай, пускай будет как есть.

– Кристина, прощайся с Яной, и мы пойдём домой, – сказала тётя Света.

– Пока, Кристина! – обняла меня она. – До завтра.

– Пока, до завтра, – ответила я ей.

Я так не любила, когда мы прощались с Кристиной…

Я села на кровать, и бабушка рядом со мной.

– Ты злишься? – спросила я её.

– Немного, – ответила она. – Но что сделано, то сделано.

– Ба, мы просто хотели помочь, – сказала я ей. – Нам казалось, что если мы начнём клеить, то Катя и этот уголёк начнут тебе помогать.

– Послушай, Яна, и запомни на всю жизнь: если человек не просит о помощи, то ему не надо помогать, даже если очень хочется и кажется, что после твоей помощи ему станет легче. Не надо помогать. А вот если попросит, тогда другое дело, – она погладила меня по голове и сказала готовить ногу для обработки.

Бабушка не хотела ругать нас, но мы сами создали себе проблему. Этот эпизод стал напоминанием о том, что даже самые благие намерения могут привести к нежелательным последствиям.