Испорченные сказания. Том IV. Пробуждение знамен. Книга 2

– Где это произошло? Надобы помочь зверью не мучиться, – сочувственно рассудил один из сиров. Некоторыевоины испытывали больше любви к скакунам, чем к людям.

– Он мертв, – пробубнилРирз. Он еще чувствовал отголоски волны ярости. Она более не оставляла его нина минуту, а по ночам его сны наполнялись чудовищами, покорными его волестроями северян, бесконечными сражениями. Холдбист видел кровь на снегу, она манилаи отталкивала, зачаровывала и пугала, и когда он открывал глаза и видел алыйполог кровати над головой, то долго не мог понять, где находится.

– Милорд, лошадь — это небеда, не большая потеря, – ободряюще улыбнулся темноволосый рыцарь, кажется,его звали Хур.

В нем чувствоваласьстать, он был высок, его суровое лицо более всего напоминало породуБладсвордов. Он довольно рано стал рыцарем и успел доказать свое мастерство,Рирз бы не удивился, узнай, что его спутник является бастардом одного изВеликой Династии востока. Возможно, именно поэтому он пользовался некоторойсимпатией северянина, новый лорд понимал, что значит быть незаконнорожденным иоткрыто выступал на стороне таких людей.

– Там остались сумки спожитками, куда нам идти, чтобы отыскать их, милорд? – снова обратился к немуХур.

– Не стоит туда соваться.Мы должны выбираться из леса и отправляться дальше. У меня не так многовремени, – нашелся сын Рогора.

– Но, милорд, мы в миготыщем сумки и…

– Нет!

Категоричный ответ удивилмужей. Воины и сиры обернулись к предводителю, лошади и те, казалось, замерли ибоялись лишний раз всхрапнуть или дернуть хвостом. Столь пристальное вниманиене входило в планы Рирза.

– Не хочу, чтобы вырисковали, – сказал Холдбист первое что пришло ему в голову, – Овраги таммерзкие, опасные. Как я остался жив, только лошадь покалечил – не знаю.

– Мы ж для того к вам иприставлены, милорд, чтобы и в овраги, и на деревья заместо вас, и от враговоберегать, – беззлобно поведал новому хозяину краснощекий мужчина, лет надесять старше Хура.

– Когда враги появятся,или меня выручать надо будет, тогда вы и пригодитесь. Право, я не желаю дажеслышать о том, чтобы рисковать подданными ради дешевых сумок и несколькихкусков вяленного мяса! – бастард увидел одобрение на лицах подданных и понял, чтонащупал ту самую веревочку, за которую можно дергать, чтобы получить желаемое,– Не человек я, что ль? И кого мне прикажешь отправлять в тот овраг смерти, ужне тебя ли, Тимс? Твой опыт для меня важнее куска кожи, фляги и еды, ониникогда не заменят хорошего бойца, способного добыть и то, и другое и третье.Кого тогда нам следует отправить? Верно, тех, кто помоложе да поглупее? Юнцы,которые могли бы стать мне верными друзьями и защитниками, которые, взрослея инабираясь мудрости и мужества вместе со мной, те, которые могли бы заменитьсоветников в будущем, полягут в попытке вернуть скарб? Не золото или меч,приносящий удачу, а ерунду, которую я приобрету в любом городе? Не за тогочеловека вы меня принимаете! Оружие и золото со мной, а остальное уж и не имеетзначения. Нам пора выдвигаться.

Люди не торопилисьвыполнять приказ, напротив, они застыли и смотрели на лорда. Недолго, хотьХолдбист успел насладиться этим сполна. Понемногу зазвучали слова одобрения сразных сторон, Тимс улыбался, а Хур, от переизбытка чувств, опустился на колениперед правителем.

– Милорд Холдбист, ясчастлив, что мне выпала честь служить столь добропорядочному правителю, каквы!

Сын Рогора протянул рукувоину, чтобы помочь тому встать. Склонить его в нужную сторону полностью несоставит труда.

Процессия, наконец,двинулась вперед. Для правителя севера быстро подыскали лошадь, кажется, из-заэтого кто-то был вынужден поделиться своим копытным товарищем с северянином,однако, никто не подумал жаловаться. Весь остальной путь Рирз почти не обращалвнимания на ярость, он был чрезмерно доволен собой и некоторые мысли неотпускали его.

Новый правитель думал отом, что он совершенно не похож на отца. Рирз боялся, в тайне мечтал, непризнаваясь самому себе, стать таким же, как Рогор. Это не мешало ему опасатьсяповторить жизнь родителя и стать отцом, которого ненавидел бы собственный сын.Северянин опасался завести детей, которых сочтет ошибкой, что испортит жизньневинным отпрыскам.

С другой стороны, Рирзжадно следил за поведением отца, за тем, как тот обращается с рыцарями ислугами, со знатью и с народом.

Север приумножалбогатства, он становился все более привлекательным для желающих укрепить своипозиции или подняться выше соседей, но на деле в нем ничего не изменилось.Погода оставалась прежней, отвратительная серость, грязь, плохие урожаи,высокая смертность, в особенности, среди младенцев. Однако, сначала отецРогора, Раял Холдбист, а после и он сам вели земли к процветанию.

Рогора слушали, егоуважали и ценили, он умудрялся держать в узде всех и каждого, легко подчинялнепокорных и умел принуждать. Порой, он договаривался на взаимовыгодныхусловиях, но чаще люди соглашались на выдвинутые Холдбистом. Скорее всего,из-за опасения за собственные жизни.

Отец Рирза был строг инеподкупен, непоколебим в большинстве вопросов, люди не желали перечить ему.Если непослушных и наказывали, то это делали публично, не разбирая пола,возраста и тяжести преступлений – Рогор считал, что таким образом преподаетурок всем сразу. Нельзя сказать, что правителя любили и боготворили, его скорееопасались, хоть при нем и не случалось ничего того, что могло бы подпортитьжизнь простому люду. Все же бывший правитель по праву считался скореехладнокровным и отстраненным, стоящим высоко над подданными, но при этомпонимающим, что простой народ и знать нужны друг другу.

Как бы ни старался Рирз,становиться таким же правителем у него не получалось. Пусть прошло совсем маловремени, пусть он успел лишь пожить в Санфелле, зовясь лордом, не важно. Ончувствовал, что не станет продолжением родителя. Всю жизнь бастард и его отецсчитали каждый сам себя проклятием друг друга. К сожалению, после смерти Рогораэто чувство лишь усилилось. Рирз страстно желал, редко признаваясь в этомвслух, заменить отца и добился этого, и теперь изо дня в день невольносравнивал себя с ненавистным мужчиной. Всякий раз он убеждался, что совершенноне походит на достойного приемника, на такого, какой бы сумел угодить Рогору.Ненавидя отца и искренни желая тому смерти, бастард всю жизнь хотел получитьодобрение.

Душевные терзания,подогреваемые бурлящей злостью, мучили Рирза днями и ночами. С одной стороны онбоялся повторения судьбы и ненавидел родителя, а с другой – желал стать лучшимправителем и не верил в то, что сумеет.

Никакие переговоры сВихтом не помогли Рирзу так, как кажущийся бесконечным путь, во время котороготолько и оставалось, что подгонять лошадей и думать. Лишь за долгие часы вседле бастард нашел нужные слова и понял, что не обязан становиться новым Рогором,и, на деле, никогда бы не смог. У Рирза имелись собственные таланты исобственный путь, прекрасно подходящий бастарду. Этот путь уже принес сынуРогора приятелей в лагере в Новых Землях и защитников в Фиендхолле, он же помогему обрести друга-южанина знатных кровей и добиться титула, он помог справитьсяс братьями и наладить отношения с некоторыми вассалами короля.

Рыцари и воины,сопровождавшие Рирза, были счастливы удостоиться подобной чести, ведь служитьнеопытному и не имеющему приближенных подданных правителю еще и выгодно. Апосле монолога нового хозяина о нежелании рисковать людьми сопровождающиетолько больше вдохновились.

Хур помог Рирзу понять,что его главное оружие именно в этом – новый правитель умел говорить с людьмикак с равными и демонстрировать схожесть. Будучи бастардом всю жизнь, Рирзмастерски овладел ремеслом общения с теми, кто окружал его, и виртуозно притворялсясоратником, чтобы получить себе хоть какие-то блага. Сын Рогора не понаслышкезнал, чем живут бедняки и простолюдины в самых низах, порой его отправляли имна помощь – так отец смеялся над своим главным грехом.

Знал новый правитель ичем живут более уважаемые люди – рыцари, писари, лекари и другие, ведь, как сынлорда, он был обязан проявлять добродетель и способности и, если бы неподвернулись Новые Земли, в итоге отправился бы обучаться какому-нибудьблагородному ремеслу подальше от дома. Кроме того, мужчина знал и чем живутлорды и леди, ведь как бы рьяно Рогор ни прогонял отпрыска, как бы он ниотрицал его права на место за столом, лишить Рирза крови Холдбистов, а значит,и знатного происхождения, уже не мог. Признанный из-за страха остаться безнаследников отцом, незаконнорожденный северянин присутствовал на приемах,нередко встречался с гостями, жил в замке, и когда Рогору хотелось произвестивпечатление или, наоборот, прилюдно унизить бастарда, то усаживался рядом спростым народом, то присутствовал на более тесных пирушках.

Рожденный от служанки илорда мужчина, наконец, смог немного уверовать в себя. В то время, пока с завсюду следовал Вихт, бастарду больше верилось, что его главное достижение — этоуправление южанином, однако теперь он начинал верить, что мог справиться и безпомощи хозяина Фридомхелла. Это заняло бы намного больше времени, скорее всего,он не сразу стал правителем, но определенных вещей, несомненно, добился.

Остаток пути доСчастливой бухты Рирз преодолел в приподнятом расположении духа, перебарываяярость и не позволяя той вновь взять разум и тело под контроль. Он ответилотказом на предложение остановиться в небольшом трактире у тракта, чтобыпривести себя в порядок и переодеться – лорду не терпелось отправиться на юг иподелиться с Вихтом и добрыми вестями, и опасениями, и попросить помощи вподавлении гнева и, разумеется, проститься с Леоной.

Бухта ничем не уступалаближайшему к Фиендхоллу порту севера, куда Рирз прибыл вместе с южанином передзахватом замка, и скорее, была куда приятнее. Две самых больших постройки,возвышающиеся над остальными на два этажа и имеющие внушительную площадь, служилиодновременно и складами, и своеобразными обзорными башнями, а их вторые этажиподходили для более или менее зажиточных приезжих. На причале стояла неказистаяс виду, двухэтажная, с кривыми окошками, часть которых была затянута легкойгрязной тканью, таверна.

Только при приближении вглаза бросалось, что к старому зданию пристраивали и более новые постройки,местами они возвышались на три этажа, а кое где едва ли достигали человеческогороста. Лайтор упоминал этот дом для развлечений и отзывался о нем с большойтеплотой. Для себя он открыл его скорее как бордель, так как выпивку, по егословам, там не разбавлял только ленивый торговец. Содержали увеселительноезаведение четыре брата с семьями. Моряк делился слухами, что у проныр естьсекрет, как привлечь на работу женщин для утех – он пытался его выяснить,однако пока не преуспел.

Искать торгаша внезнакомом месте, среди похожих один на другого моряков, шума и грязи былозанятием не из легких, и Рирзу пришлось переговорить с внушительным количествомразнообразного сброда; некоторые казались вполне приятными и даже более илименее опрятными людьми, но большая часть вызывала желание держаться подальше.Подвыпившие и чрезмерно пьяные, веселые и недовольные жизнью, гостеприимные исердящиеся, что к ним явился незнакомец, готовые лебезить перед хорошо и богатоодетым мужчиной и указывающие ему на дверь – бастарду пришлось пройти черезвсех, чтобы, наконец, узнать, что Лайтора не видели уж пару дней как. Десятоксеребреных монет привели Холдбиста к женщинам, весьма привлекательным, самымдорогостоящим из имеющихся в бухте, и те вынудили его распроститься еще споловиной десятка монет в надежде разузнать побольше про капитана. К сожалению,это не помогло, и про месторасположение Лайтора никто не дал никаких сведений.Рирзу повезло, когда он выяснил про любимицу торгаша, к которой тот наведывалсяболее, чем регулярно – кухарку Таэру.

Встречи с дамой лорддобивался уже через хозяев таверны и, разумеется, раскошелился и там.Путешествие во Фридомхелл становилось уже весьма дорогим удовольствием и,стоило заметить, пока что даже Лайтор не назвал своей цены.

– Чего надобно? – грубопоинтересовалась Таэра, когда Рирз, наконец, нашел ее.

– Глупая баба, с тобойговорит милорд! Прояви-ка уважение, – пригрозил женщине один из братьев-хозяев.

– С радостью, – закивалаженщина и вновь, таким же недовольным голосом обратилась к бастарду, – Чегонадобно, милорд?

– Ах ты!..

– Прошу, оставьте нас, –улыбнулся Рирз. Ему нравились женщины, которые могли постоять за себя, те,которые не лебезили и не пресмыкались, желая заработать лишний медяк и те,которые были ниже его по положению в обществе – с такими он чувствовал уверенность.

Пока хозяин заведенияворчал, раскланивался и топал по лестнице, сын Рогора рассматривал собеседницу.Высокая и худосочная, она смотрела на него сверху вниз. Одежда была ей слишкомкоротка и тощие ноги торчали из-под длинной юбки. Скуластое лицо, вздернутыйнос и надменное выражение лица не делали из женщины красавицу, однако, казалисьсмутно знакомыми. Слишком знакомыми, чтобы не обращать на это внимания.

– Чего уставились,милорд? Я и закричать могу, и без боя не сдамся. Доступные девки там, – онауказала пальцем в сторону лестницы.

– Они меня не интересуют.

– Из всего, что я могупредложить вам, есть только свежий хлеб и не очень свежая жареная курица. Несоветую ее есть, если дорога жизнь, ваш нежный живот к такому не привык.Впрочем, хлеб тоже не стоит, нынче у нас жуков развелось, я их уж и битьустала. В тесто так и лезут. Хоть бы в печке померли, живыми ежели в ротпопадают, не всякий рад…

Рирз поморщился. Онникогда не жаловался на чрезмерную чувствительность, редко испытывал отвращениек чему-либо и обладал весьма крепким здоровьем, однако, после рассказа про хлебаппетит, который только начал разыгрываться от обилия запахов, сошел на нет. Ауж после изысканных завтраков, прекраснейших обедов и удивительных плотныхужинов, тем более, пиров, которые проходили в Санфелле, разница была слишкомощутимой.

– Благодарю вас засвоевременное предупреждение, – бастард улыбнулся женщине, но это не произвелона нее никакого впечатления.

– Не важная я персона,чтобы милорды всякие ко мне ходить желали. Готовлю я не как ваши кухарки взамках здоровенных, и женщины здесь имеются получше, покрасившие даподоступней. Чего надобно от меня?

– Я ищу Лайтора, – решилсразу перейти к сути бастард.

Таэра громко цокнулаязыком. Она отвлеклась на тесто, сунула в него руки, вытащила один за другимнесколько еще копошащихся жуков, бросила их на пол и, шустро перебирая ногами,подавила. Вокруг нее покоилось уже бесчисленное множество похожих пятнышек с каплямитеста, они наслаивались друг на друга и пересчитать их не представлялосьвозможным. Желание есть за пределами замков, как казалось Рирзу, отныне у негоотпало вовсе, а ведь когда-то он любил трактиры и нередко нахваливал их, вособенности на юге.

– Зачем вам Лайтор,милорд?

– У меня к нему дело.

– Снова он что-тонатворил? Милорд, я уверена, что ваша жена сама виновата. И денег она ему даласама, ее никто не принуждал.

– У меня нет жены, –усмехнулся мужчина. Теперь он начинал понимать, почему найти моряка – та ещезадача.

– Сестра? – осторожнопредположила Таэра, но, получив отрицательный ответ, продолжила, – Невеста?Жена друга? Возлюбленная?

– Нет. Я ищу встречи сним не потому, что желаю отомстить, а напротив, потому, что у меня есть длянего работа. Мы уже имели удовольствие… сотрудничать несколько раз, и я смеюнадеяться, что и теперь он не откажет мне в услуге.

– Сомневаюсь, что вынашли бы общий язык. Говорите вы как все те милорды, которых он не терпит и надкоторыми смеется.

– Мое общество теперьсостоит из лордов, и я был вынужден приспосабливаться. Полагаю, тебе будетпривычнее, если я стану говорить так? – Набрав воздуха в грудь, Рирз продолжил,– Мне нужен Лайтор. Дело есть. Деньги карман жгут, а он помочь может. Зуб даю,бить не собирался, по крайней мере не за женщину. А с ревнивыми мужьями иоскорбленными братьями пусть сам разбирается.

Женщина удовлетвореннокивнула. Она была не особо улыбчивой, скорее даже хмурой и суровой, однако,продолжала интересовать Рирза. Кроме того, ее черты, когда она слушала и делалаэто с усердием, все более кого-то напоминали.

– Лайтор и правда можетбыть полезен. Я знаю, что он обдирает таких как вы, но на него можноположиться, – женщина обтерла руки об одну из и без того грязных юбок ипротянула их к бастарду.

Рирз удивленно посмотрелна протянутую конечность. Таэра продолжала стоять, взглядом указывая на своюруку, переводила глаза снова на бастарда и затем вновь на ладонь. Молчаниеповисло в помещении, и только когда оно длилось достаточно долго, женщина решилапрояснить ситуацию.

– Я потратила на вас своевремя и потрачу не меньше, пока буду провожать. Без меня вы не найдете дома.

– Потратишь, да, – всееще не очень понимая, согласился Рирз. Таэра снова протянула руку и Рирз,наконец, осознал, что от него хотят. Спохватившись, он достал кошель и положилв ладонь золотую монету.

Таэра нахмурилась ипродолжила стоять, не убирая конечности. Мужчина добавил к монете еще одну,затем еще две. Женщина не сдавалась. Рирз усмехнулся и убрал кошель обратно.

– За Лайтора я готовзаплатить три монеты. Одну сверху лишь потому, что ты мне приглянулась, нобольше – уже слишком. Мне проще отправить отряд на поиски и силой заставитьлюдей выдать его месторасположение. У меня не так много времени и еще меньшеденег, которыми я могу разбрасываться.

– Я бы согласилась и заодну монету, – дама стащила с головы грязный и сальный платок и бросила его вбольшой таз с тестом, – Хотелось узнать, насколько вы готовы раскошелиться.

– Хочешь вернуть мнеизлишки?

– С чего бы? Выдобровольно заплатили мне, я всего лишь стояла и протягивала руку. С таким жеуспехом вы могли мне ее отрубить вашим красивым мечом. Мне приятно, что у меняне только целая рука, но и неплохой заработок.

– Мерзавка, – не безвосхищения сказал Рирз, – Теперь ты проводишь меня?

– Всенепременно, милорд.Мой брат сразу, как прибыл, говорил, что вскоре явится щедрый милорд вчерно-алых одеяниях с символом в виде черноволосой головы на мече, предложитмне денег, чтобы его найти и будет весьма и весьма приятным в общении. Я уженачала терять надежду, но вот вы и пришли.

– Брат? Лайтор твойбрат?! И ты знала кто я и зачем ищу его с самого начала?

Таэра засмеялась и дваждыкоротко кивнула. Она ловко убрала монеты за пазуху – как женщины умудрялись тамвсе прятать, бастард не понимал – и, раскланиваясь, указала сыну Рогора надверь. Теперь было понятно, кого ему напоминало это хитрое лицо и излишняяуверенность – моряка.

Дом прославленного вНовых Землях капитана, несмотря на то, что Рирз знал как минимум о тех деньгах,которые заплатил сам и тех, которые пожертвовал Вихт, выглядел более, чемскромно. Небольшая деревяная постройка в один этаж стояла недалеко от крохотногоХрама, наличие которого удивило бастарда. Лишь когда Холдбист зашел внутрь, топонял, что Лайтор очень ценит комфорт и внешняя неказистость и маленькиеразмеры строения нужны скорее в качестве меры безопасности. Часть соседнегодвухэтажного дома, который с первого взгляда невозможно было определенноназвать то ли некогда жилым, то ли отведенным под чью-то лавку, которая так ине открылась, также принадлежала моряку. Добротная мебель, хорошая еда, троемальчишек, похожих на капитана, Таэра, девочка лет семи, старик без одногоглаза и четверо крепких наемников с оружием в ножнах, скорее всего отпугивающихмужей любовниц моряка – люди уживались в доме и не спали друг у друга наголовах.

Пожилой безглазый мужчинапредставился Тэогером, первым капитаном, под началом которого Лайтор началморские путешествия. За жизнь у них сложились теплые дружеские отношения,похожие больше на дружбу отца и сына или дяди и племянника. Как только старик захворали перестал приносить пользу морякам, Лайтор без размышлений приютил его. Троемальчишек оказались сыновьями хитреца – а может и не его, он не был уверен –однако, точно знал, что их матери умерли, кто от болезни, а кто – от дурныхпосетителей. Оставить детей помирать с голоду и побираться моряк не сумел. Онприютил и сестру, и девчонку – дочь Таэры.

В своем убежище моряк велсебя гостеприимно и открыто, он не боялся подшучивать, искренни похвалил Рирзаи от души поздравил с получением титула, расспросил о дальнейших планах ипредложил ночлег в доме. Ради дорогого гостя он с готовностью освободил собственнуюкомнату, которую делил со старшим сыном, и отправил сестру купить лучшихпродуктов. Поскольку покои в таверне и над складами наверняка были хуже,бастард был вынужден принять приглашение. Кроме самого лорда, Лайтор помогразместить также четырех рыцарей, двух воинов, трех оруженосцев и одногосоветника. Остальные отправились на ночлег в менее приглядные места.

В доме брата Таэрасделалась более общительней, не хмурилась и не упускала возможности изобразитьРирза, когда тот понял, что Лайтор ее брат. Сын Рогора не был уверен, чтовыглядел настолько глупо и нелепо, однако, спорить не стал и, напротив,несколько раз посмеялся. Сытный ужин, хорошая компания и изрядное количествовина помогли ему расслабиться. Все же среди подобных людей он чувствовал себязначительно лучше, чем среди лордов, леди и выпрямившихся по струнке слуг.

Ночью женщина пришла вего скромную уединенную обитель. Сын Рогора был несколько удивлен подобнойрешимостью, однако, противиться не стал.

Договориться опутешествии на юг с Лайтором удалось только утром. В этот раз капитан наудивление не требовал с избытком, называл скромные цифры, затраты на провизию,постоялый двор с питанием для себя и команды, если потребуется ждать, покаФридомхелл надоест милорду, по серебряному на члена команды за цикл пути и пятьзолотых для себя сверху. Это было слишком мало для прославленного торгаша.

– Ты хочешь меняобокрасть, убить и сбросить в море? Иначе я не могу объяснить подобноепредложение, совершенно невыгодное для тебя, – заметил Рирз, когда выслушалсобеседника.

– Мне слишком нравитесьвы и то золото, которое вы готовы платить мне каждый раз. У нас сложилисьхорошие отношения, и я горю желанием помочь вам. Храмовники твердят, что благиедела – спасение для душ и оправдание перед Богами. Тем более, совесть не позволяетмне требовать у вас слишком многое после вестей о гибели сестры вашего друга.

– Ты понимаешь, что ятебе не верю? Сейчас же признавайся, что ты задумал? Хочешь после питаться взамке, там же жить, и заставить меня за него платить? Не выйдет, Вихт сейчас неоценит твоих шуток.

– Нет, что вы? Я думаллишь о том, что вы могли бы оказать мне небольшую услугу за столь большую моюуступку. Мы ведь с вами уже давно стали добрыми друзьями…

– Что ты хочешь, Лайтор?Я рад, что ты вспомнил о вежливости, но слишком внезапно.

– Я дал слово, что будувести себя как подобает, когда вы добьетесь цели. Поскольку теперь вылорд-правитель и хозяин огромного количества земель, да еще и замков и…

– Перегибаешь палку, –покачал головой сын Рогора, – Говори по делу.

– Моя сестра и племянницагниют в этой бухте. Быть может, вам пригодилась бы кухарка в вашем замке иликаком-либо еще? Таэра прекрасно справится с любой работой, она…

– Хорошо. Счастливаябухта не выглядит очень уж счастливой, я понимаю, что ты хочешь для сестрынормальной жизни. Ты посоветовал ей прийти ко мне ночью?

– Она сама догадалась, неглупая ж девка, ничего не смыслящая в жизни, – отмахнулся капитан. Во времяразговора его сестра не показывалась на глаза, позволяя мужчинам решать важныевопросы один на один. Ума ей, и правда, доставало.

– Пусть отправляется снами, я не возражаю. В конце концов, чем будет больше знакомых и верных мнелюдей, тем лучше. Как приобрести ее верность, я уже получил представление.

Глава XVIII. Рорри

– Милорд, к вам прибылгость, – сообщил стражник, – Мне пригласить его?

– Это Ниллс?

– Да, милорд.

– Да! Пусть заходит. Непускайте больше никого, я не хочу никого более видеть, особенно этих лекарей!

Стражник поклонился ивышел. Рорри выбежал в большой зал, который считался парадным в его покоях, икак только в помещение впустили его советника, бросился навстречу. Воякааккуратно и чинно поклонился всхлипывающему лорду, а когда тот не успокоился,похлопал его по плечу.

– Тебя долго не было!Очень долго! Я посылал за тобой уже давно, я просил, чтобы ты пришел, но тыявился только сейчас? Почему? Ты решил, что я недостойный правитель и больше тыне хочешь мне служить?

– Вы говорите глупости,милорд, – Ниллс учтиво поклонился, приветствуя правителя по всем правилам.Рорри в тот момент не были интересны традиции, его волновало другое, – Кактолько мне позволили прийти к вам, я тут же исполнил ваш приказ.

— Значит, это мерзкийрегент мешал советнику явиться к лорду? Он не имеет права указывать тебе, чтоделать. Он не может указывать мне сидеть здесь!