Выстрел в спину

– Кто? – выдохнула Даша невольно.

Ющ? Он говорит про Юру? Теперь она окончательно вспомнила. Это же Киса. Она видела его в той комнате в ночном клубе. Зачем он приперся? Что ему от нее нужно?

– Чего уставился? – прикрикнула она с досады на парня, ощупывающего ее полуобнаженное тело липким взглядом. – Убирайся! Пошел вон, наглец!

– Ты чего это, чего, – слетела моментально спесь с парня, и он повернулся к ней спиной. – Ющ сказал найти тебя и привезти, потому-то и приперся в немыслимую даль.

– Зачем? – прищурилась она недоверчиво.

Незваный гость неопределенно пожал плечами:

– Видеть тебя хочет. В голову, видать, стукнула моча, вот и дурит мой корешок. Велел тебя к нему привезти…

– Зачем?

– Это ты уж сама у него спроси! Кто при деньгах, тот и приказывает. А я – на мели и потому на посылках. Даша, ты того… этого… собирайся! Время дороже денег…

– Зачем?

– Поедем к нему. Там сама все и узнаешь…

Киса отвез ее на уже знакомую ей квартиру. Позвонил в дверь и по знаку нетерпеливой руки буквально на глазах испарился. Даша не успела что-то сказать, как сильные руки ее подхватили и понесли в спальню…

– Ты ни разу не позвонил, – произнесла она с легкой обидой, водя пальчиком по его губам, а сначала безропотно отдалась и только потом решила девка надуться.

– Ты же даже не сказала свой номер, – улыбнулся юноша и попытался перевести все в ничего не значащую шутку.

– Ты же его даже и не спросил, – усмехнулась девушка иронично, и он вдруг увидел, какой глубокий мир таится в ее полностью раскрывшихся навстречу ему глазах.

В его безграничном пространстве можно было запросто утонуть и раствориться, без остатка, до конца.

– Прости, Даша. Я повел себя не лучшим образом. Извини. Теперь я о тебе знаю почти все. Больше тебе не удастся исчезнуть из моей жизни…

Она долго молчала, ошеломленная всем только что с нею произошедшим, его последними словами. Он искал ее, узнавал про нее. Выходит, что она ему небезразлична…

– Ты чего молчишь? Ты не веришь мне?

Чуть шевельнулись в ответ девичьи губки:

– Я не верю тому, что это случилось именно со мной. А вдруг это какая-то ошибка. Сейчас кто-то войдет и попросит на выход. Надо время, чтобы понять это и осознать.

– Ты прелесть! – притянул он нежно ее к себе.

Долгий-долгий, выматывающий, вытягивающий все силы и вызывающий приступ острейшего желания поцелуй. Его руки помогли ей занять удобное положение, и она медленно-медленно опустилась на него.

– Ах! – выдохнула она, ощутив его жаркую страсть.

– Не торопись, не торопись… – руководил он ею.

Если он никак не может избавиться от всепоглощающего желания видеть ее снова, то надо ему самому сделать из нее восхитительную любовницу. Слепить из мягкого пластилина то, что ему особенно нравится. Прекрасно, она пока еще ничего не умеет, а потому особо податлива к обучению, как никто другой, уже освоивший кое-какие первые азы…

– Сейчас мы с тобой поедем в ресторан, – прошептал он, лаская ее под нежными теплыми струями воды.

– Мне… мне не в чем туда пойти, – краснея от стыда, призналась она. – Это все, что у меня есть, ну, или почти все, что можно надеть в приличное место.

– Это можно исправить, – усмехнулся юноша.

Большого труда это не составит. Были бы деньги. А денег у него – куры не клюют, если что, папаша подкинет…

Дорогущая машина остановилась у роскошного магазина. Если бы рядом с Дашей не стоял ее спутник, девушку в жизни не пустили бы в эти двери. И так охранник кинул на нее беглый полупрезрительный взгляд. Но опасливо промолчал. Забегали по залу проснувшиеся продавщицы.

– Прошу, девушка, пройти в примерочную, – произнесла невозмутимо одна из них, и только глаза выдавали ее нешуточное любопытство, возможно, и жгучую зависть.

«Повезло же, сучке! – думала она. – Зараза такая! Так оно и бывает. Пока мы за копейки все время проводим на работе, эти стервы-бездельницы своего шанса не упускают».

– Можно узнать, что вы желаете приобрести? – спросила продавщица, заведя клиентку за ширму.

– Несите все подряд, – взмахнул юноша небрежно кистью, явно любуясь собой. – Мы тут сами разберемся…

Через каких-то полчаса Дашу упаковали по самой полной программе. Она примеряла наряды, а он со стороны оценивал. Сказка продолжалась. Только цифра на счете была явно не сказочной, хотя по своим нулям и была сродни ей, а вполне реальной. Даша ахнула, увидев ее, у нее по спине пробежал неприятный холодок. Это были не шуточки…

– Юра, – спросила тихо она, когда уже села в машину, – откуда у тебя столько денег? Ты же сам не зарабатываешь! Но зато с легкостью тратишь баснословные суммы.

– Ошибаешься, Дашенька, – распрямил он плечи. – Я член Совета директоров одной крупной компании.

– Ты? – не удержалась Дашка, ткнула в него пальчиком и рассмеялась. – Каким образом?

В ответ Юра сделал важное и строгое лицо. Пусть девица ощутит всю его значимость. Ее интересует, как он вошел в Совет директоров? Он, вообще-то, и сам об этом знал лишь в общих чертах. Честно сказать, он там почти и не появляется, а только числится и получает вполне приличную зарплату. Паша, помощник отца, что-то ему говорил…

5

В одном из просторных кабинетов в Управлении по делам Президента раздался звонок. Ответил помощник.

– Слушаю, – кинул он в трубку коротко.

– Паша, это я. Узнал? – разнесся по приемной ровный и бесконечно уверенный в себе рокот.

– Узнал-узнал, – поморщился помощник, ибо без дела тот человек не звонит, по острой необходимости, когда сам не может справиться и требуется помощь. – Проблемы?

После недолгой паузы мембрана выдавила:

– Я по поводу комбината. Ну, ты насчет него в курсе.

– Допустим… – почувствовал помощник себя не совсем комфортно, дальше мог и не слушать, было все ясно.

– Нужна твоя помощь. Мы хотим заручиться поддержкой твоего шефа. Надо, чтобы он ничего против наших действий не предпринимал, если ему кто-то и пожалуется. Сделал вид, что так оно и было все изначально задумано…

– Его будет нелегко уговорить, – скользнула косая усмешка по лицу помощника. – Ваши действия не совсем, мягко сказать, вписываются в рамки существующего закона, а в свете вышесказанного выполнение этой просьбы неразрывно связано с некоторыми трудностями…

– Мы компенсируем это… – знал, естественно, тот человек, что от него нечто потребуют взамен.

– Каким образом? – прищурился помощник хитровато и посмотрел на телефонный аппарат, словно он сидел на сеансе видеосвязи и мог видеть лицо собеседника.

– Введем нашего Юрка в Совет директоров. Еще кое-что. Детали можно обсудить и после. Не по телефону…

– Ты прав. Хорошо. Я попробую поговорить с шефом. Это неплохой аргумент в разговоре с ним…

Ничто в тот день не предвещало надвигающейся грозы. Ярко светило солнце. Охранник выполз на крылечко, нежился в теплых лучах. Внутри было довольно-таки прохладно. Толстенные стены не прогревались даже жарким летом.

– Умели строить раньше! – хмыкнул крепыш. – Кирпича, как делают нынче, на стены не жалели. Зато зимой у нас тепло и уютно. А пока можно и на улице погреться…

К правлению металлургического комбината подъехал «Мерседес» одной из самых последних моделей. Светло-серебристого цвета. Два молодых человека вышли из него и уверенной поступью направились к дверям. Прошли мимо прикорнувшего на вынесенном стульчике охранника. Поднялись на второй этаж, открыли дверь в приемную.

– Можно директора? – спросил вежливо один из них, настолько, что их легко приняли за рядовых посетителей, прибывших униженно просить, упрашивать, умолять.

– Извините, он пока занят, – скользнула снисходительная улыбка в уголках тонких губ симпатичной девушки. – Он освободится минут через десять. Прошу обождать…

Стандартная процедура, когда начальство всегда занято, решает глобальные задачи в масштабах кабинета.

– Хорошо, – пожал гость плечами. – Мы подождем. Если у вашего шефа неотложно срочные дела…

Загорский, генеральный директор комбината, в это самое время был занят. Делом крайне важным. Пять минут назад он вызвал к себе секретаря-референта, и та занималась переводом технического текста с французского языка в устной форме. Согласно установленному с молчаливого согласия обеих заинтересованных сторон техническому регламенту…

– Вызывали? – вошла в кабинет высокая дева.

Расстегнула деловой костюм. Аккуратно развесила его на стуле. Взмах руками, и соблазнительно закачались налитые терпким соком грушки с вызывающе торчащими сосками. Секретарь наклонилась, и мужчина прикрыл глаза.

– Хочется расслабиться… – выдохнул директор.

Занимаемое им высокое его положение позволяло ему допускать во время рабочего дня небольшие, на его взгляд, шалости. Он сам лично подобрал себе помощника со знанием трех языков, в доскональности владеющего своей профессией и знающего компьютер, как свои пять пальцев.

Такого не стыдно было предъявить перед зарубежными партнерами. С таким не стыдно было показаться в обществе, приятно отдохнуть на курорте. В общем, незаменимый помощник как на работе, так и на отдыхе…

– Давай! – развернулась дева по его знаку, и он двумя-тремя мягкими движениями довел перевод текста до своего логического завершения, поставив в конце его жирную точку рядом с восклицательным знаком. – Умница моя…

Помощница привычными движениями привела одежду в порядок, поправила макияж. Напустила на себя холодную и строгую улыбку. Ни для кого в офисе их отношения особой тайной не являлись, но приличия есть приличия. И их надо всегда соблюдать. На то они и приличия…

Ожидающий приема гость скользнул по вышедшей девушке, казалось бы, безразличным взглядом, но в глубине его глаз вдруг зародился живой интерес. Его на мякине и так просто не провести. Он и сам вполне может догадаться о том, каким это важным делом мог заниматься хозяин кабинета, и почему у его секретарши на губах застыла и уже не сходит язвительно саркастическая улыбка.

– Можете заходить, – улыбнулась секретарша мило после того, как связалась с шефом и получила разрешение.

Загорский долго не мог понять того, что от него хотят эти молодые люди. Все крутил он в руках папку, которую они положили перед ним. Но постепенно завуалированный смысл изложенного в ней стал до него доходить. Это был наезд. Самый настоящий наезд рейдеров или как их еще там…

От него ни много ни мало требовали всего лишь поставить подпись под документом. Согласно ему контрольный пакет акций комбината переходил к некой финансовой группе, во главе которой, как знал Загорский, стоял очень крутой человек, очень близкий к правящим кругам.

– Но это же немыслимо с точки зрения здравого смысла и незаконно! – моргнул директор. – И это безобразие возможно в нашей свободной и демократической стране?

Какая жестокая ирония проказницы-судьбы! Только всего каких-то пять минут назад он чувствовал себя на вершине блаженства, чуть ли не полубогом, по крайней мере, в этом офисе. И вот его жестко опустили на землю, обнажили перед ним суровую правду жизни. Но нет, он безропотно не сдастся. Они еще поборются. Повоюют…

– Это невозможно, – отодвинул он решительно папку в сторону после долгих и мучительных раздумий, что ж, его вынудили, и он свой Рубикон перешел.

– Вы хорошо подумали? – хищно прищурились на него, и по кабинету густо поплыли тяжелые волны неприкрытой угрозы и грядущих неминуемых последствий.

– Да, – выпрямил Загорский спину, чтобы показать свою уверенность в том, что закон и сила на его стороне.

– Даем время вам подумать до восьми утра, – усмехнулся молодой человек. – Время у вас еще есть…

Зябко передергиваясь, директор выдавил из себя:

– Я вам все уже сказал.

– Мы не прощаемся… – улыбнулся гость.

Стало понятно, на этом их общение не закончится…

После окончания рабочего дня Катенька вышла из здания правления. Спустилась вниз по ступенькам. Остановилась. В задумчивости оглянулась на свои окна. Что-то сегодня у них случилось. И скорее всего, после появления в их офисе двух несколько странных, на ее взгляд, незнакомцев.

Шеф так ничего и не сказал. Но она остро почувствовала перемену в его настроении, когда ближе к вечеру занесла ему бумаги на подпись. Куда, спрашивается, только пропало его привычное игривое настроение? Обычно они после окончания всех дел оставляли одно лакомое блюдо на закуску. А тут шеф о нем и не обмолвился, и даже не вспомнил. Значит, что-то случилось. Или должно вскоре случиться.

– Да уж! – пробежал по спине неприятный холодок от скребущегося недоброго предчувствия, и Катя передернула плечами, только этого им, точнее, ей самой не хватало.

Столько сил было положено на завоевание ее нынешнего положения. Столько лет училась, готовилась, стажировалась, не разгибаясь, пахала за жалкие гроши, чтобы получить нужные рекомендации. И ее приняли на работу…

– Она? – спросил тот, что сидел рядом с водителем.

В руках его товарища зашуршал тонкий файл, куда было вложено фото одной довольно эффектной девицы.

– Кажется, она. Да-да, это она.

– Подъезжай к ней…

Приглушенно зашуршала резина. Катя приподняла одну удивленную бровь, когда тачка остановилась и распахнулась дверца не самого дешевого автомобиля.

– Катенька, – обратился именно к ней с недвусмысленным предложением наполненный мягкой доброжелательностью мужской голос, – не стесняйтесь, присаживайтесь. У нас есть к вам один сугубо конфиденциальный разговор.

– Я вас не знаю, – пожала плечами она. – А у меня, знаете, есть одно хорошее правило: с незнакомыми мне людьми в машину не садиться! Себе же дешевле обойдется.

– Это хорошее правило, – появилась приветливая и очень располагающая улыбка на губах у молодого человека.

– Всего хорошего, – начала Катя поворачиваться, не то у нее было настроение для всяких пустых разговоров.

– Мы у вас сегодня были, – оказался незнакомец весьма настойчив. – В вашем офисе. Там вы нас видели! Так что, говорить о том, что мы совсем незнакомы, было бы в данном случае неправильно. И, следовательно…

– Это, – дернула плечиком Катя, – еще не повод…

Приезжие молодые люди проявляли завидную активность. И девушка насторожилась. Она была не так глупа, как можно было бы подумать, глядя на ее кукольно-красивое личико и длинные ноги. И смогла кое-что у себя в своей головке очень быстро сопоставить. Возможно, эти люди могли представлять потенциальную опасность. Не зря же шеф потемнел на лицо именно после посещения ими их офиса.

– Не бойтесь, Катенька, – вышел водитель на улицу и улыбнулся ей. – Ничего плохого вам не сделаем…

В сомневающейся нерешительности девушка качнулась в сторону, имея желание удалиться, прервав этим все общение. Но вновь раздавшийся голос остановил ее:

– Посмотрите, Катенька, на нас. Разве такие люди, как мы, сможем причинить вам хоть малейшее беспокойство?

– Как знать, – сорвалось с ее губ.

Именно от одетых с иголочки красавцев и следует ждать самого плохого. Кто его знает, что может скрываться за их вежливыми и располагающими к себе улыбками?

– Ну, хорошо, – пожал пассажир беспомощно плечами, что, по его мнению, должно было внушить к нему доверие. – Если бы мы задумали против вас что-то плохое, мы дождались бы вас где-нибудь в другом месте.

– И? – переводила Катя взгляд с одного на второго.

Действительно. В этом они были правы. Они достаточно засветились у входа, чтобы потом их не вычислили…

– Что из этого следует? – моргнула она.

– Скажите мне, пожалуйста, Катенька, какой нам резон обижать такую милую девушку, – обошел водитель машину и стоял уже за нею. – Прошу вас. Мы долго вас не задержим. Смотрите, дождик собирается, – поймал он ладонью крупную каплю. – А у вас с собою, кажется, и зонтика нет…

Внутренне девушка уже согласилась. Откуда-то незаметно набежала иссиня-черная туча и накрыла собою полнеба, и все стремительно расширялась. Перспектива вымокнуть с ног до головы особо-то Катеньку не прельщала.

– Но, простите, как к этому отнесется мой шеф? – сделав шаг вперед, она прищурилась. – Мне с ним работать! И это обстоятельство со счетов мне не сбросить никак.

– Вы правы, Катенька. Об этом и хотелось поговорить с вами. С глазу на глаз, в приватной обстановке. Чтобы ничто не помешало прийти к взаимно удобному решению…

«Мерседес» плавно понесся по трассе, уводящей за город. Пассажирка это поняла и обеспокоенно завертела головой. В городской тесноте она чувствовала себя увереннее.

– Мы так с вами не договаривались…

– Не волнуйтесь, Катенька. Мы уже приехали.

И на самом деле их машина уже сворачивала с дороги к притаившемуся небольшому придорожному кафе. Водитель выскочил, открыл перед нею дверцу, и ее аккуратно провели к входу под большим черным зонтом. Вежливо и галантно отодвинули резной стул, и она присела за столик. Пока что они были вежливы и очень предупредительны.

– Слушаю вас, – была Катя внешне спокойна.

Ей не хотелось, чтобы молодые люди заметили, как страшно она трусила. С трудом, но пока это ей удавалось.

– Катенька, вы что-нибудь заметили странное в поведении вашего шефа сразу после нашего ухода?

Их вопрос не застал ее врасплох. К чему-то подобному она была готова. Выходит, она не зря тревожилась по этому поводу. Это они, теперь уже вне всяких сомнений, внесли смуту и смятение в некоторых умах.

– Я должна обязательно отвечать? – не донесенная до рта вилка так и зависла в воздухе, всем своим видом показывая, что окончательное решение Катей еще не принято.

– Желательно…

– А есть выбор? – спросила она, тщательно пережевав кусок буженины, показала им, что держит себя в руках, заодно получила время на то, чтобы кое-что обдумать.

– Выбор, Катенька, у нас есть всегда. Если мы найдем с вами общий язык, это будет на пользу нам, а особенно вам. Если не найдем, то вы, очевидно, проиграете. Можете в этом вы и на секунду даже и не сомневаться…

– Даже так? – изогнулась ее левая бровь изумленно.

Совсем непонятно было, в чем будет ее выгода, если эти господа задумали что-то, мягко сказать, недоброе.

– Ну, хорошо, – вздохнул молодой человек. – Чтобы вам, Катенька, стало немного понятнее, мы собираемся приобрести контрольный пакет акций вашего комбината.

– Ах, вот в чем дело! – моргнула девица помимо воли. – Немного-немало! Ну и аппетиты у вас, господа!

– Да. И Загорский своего поста лишится.

– И я, следовательно, тоже, – предположила Катя.

И они хотят переманить ее на свою сторону? Чем-то купить? Что-то предложить взамен потерянной работы?

– А вот это еще не факт, – улыбнулся тот, что назвался Игорем. – Все будет зависеть от вас самой.

– К примеру? – сузились ее глаза. – А с этого места, пожалуйста, поподробнее. Если уж продаваться, так хотя бы знать, за что именно и как…

– Если вы, Катенька, нам поможете, – выдержал Игорь небольшую паузу, – то можете рассчитывать на сохранение вашей должности и вашего статуса.

– Даже так… – сощурилась Катя.

Это уже что-то. Но можно ли всецело полагаться на эти обещания? Не кинут ли ее потом и не выбросят ли за полной ненадобностью? Обещать – еще не жениться…

– И не исключено, что вас повысят, – добавил Сергей.

– Как вы сказали? – моргнули густые реснички.

Повысят? Не пытаются ли они развести ее, как самую последнюю дуру? Нет, такой номер с нею не пройдет…

– Какие у меня будут гарантии? – спросила она после долгой паузы. – Что вы меня не прокинете…

– Вам нужны гарантии? – окинул молодой человек ее испытывающим взглядом. – На вашем месте…

Все остальное Катя смогла легко прочитать в его глазах, переосмыслив недосказанное, она тяжко вздохнула.

– Извините, Катенька, – пожал Игорь плечами, – но вы должны поверить нам на слово. Вы же понимаете, к нашему глубокому сожалению, иногда приходится рисковать. Но в жизни иначе нельзя. Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Одно могу вам гарантировать: если вы нам не поможете, то на все сто процентов окажетесь ни с чем. Как жадная старуха в одной известной сказке – у разбитого корыта.

– Предлагаете мне рискнуть и проиграть? – усмехнулась Катя. – Или вы предлагаете мне верную ставку?

На этот вопрос ответа девушка, увы, не получила.

– И еще одно, милая Катенька, – сползла улыбка с лица Сергея, и оно стало угрожающе серьезным. – Если ваш шеф не согласится на наши условия – а он этого сам никогда и не сделает – то мы вынуждены будем перейти к жестким мерам. Завтра утром начнется штурм вашего офиса.

Пушистые реснички испуганно вздрогнули. А эти ребята, оказывается, совсем не шутят. Или они блефуют?

– А вы, молодые люди, – окинула Катя обоих пытливым взглядом, – не боитесь, что я предупрежу Загорского? Успеет он предпринять ответные действия, принять меры…

– Вы не сделаете этого, Катенька…

– Почему? – раскрылись ее глаза изумленно. – Вы что, собираетесь взять меня в заложницы и удерживать?

– Потому что это не в ваших интересах. А во время силового захвата могут пострадать и невинные люди. И вы в том числе. А мы хотели бы избавить вас этого кошмара. Так будет жалко, если попортят вашу красоту, – покачал Игорь сочувственно головой, будто воочию представил себе эту душераздирающую картину.

– Понятно, – прониклась Катя в должной мере отнюдь не радужной перспективой. – И что я должна для вас сделать? Чтобы в полной мере избежать печальной участи…

– Совсем другое дело. Умница. Мы и не сомневались в том, что вы примите разумное решение. Мы предполагаем, что у вашего шефа особых секретов от вас не было. И вы в курсе его шифров на сейфе и всего остального….

– Допустим, – кивнула она выжидающе головой.

В этом вопросе они не ошиблись, словно в воду глядели. Не раз и не два Загорский открывал сейфовую шкатулку, не обращая внимания на ее присутствие.

– Вот вы все это нам и разъясните. Укажете нам, где и что лежит. Чтобы завтра у нас не было неприятных сюрпризов. А в знак благодарности будущий генеральный директор, – кивнул Сергей на Игоря, – делает вам от своего имени небольшой подарок, – появился на мужской ладони бархатный футлярчик весьма изящной формы.

Открыв коробочку, девушка едва сдержала в себе вырывающийся наружу вздох изумленного восхищения. Господи! Да тут не меньше ее годовой зарплаты! Даже если у этих ребят что-то и не получится, то свою компенсацию за возможную потерю рабочего места она получила.

– А вы убедительны! Этот довод способен заставить на время забыть о моральных и нравственных принципах!

– Мы стараемся, – выдохнул Игорь удовлетворенно. – Признаюсь, Катенька, уговорить вас стоило нам некоторых усилий, и моральных, и материальных…

– Извините, конечно, меня, – постаралась Катя придать своему лицу максимум непосредственности и открытости, – но с такими предложениями ко мне обращаются не каждый день. А потому решение далось мне не сразу.

– Разумеется. Сделать выбор не всегда легко. Но вы мне этим понравились. Если я, как мы все надеемся, стану управляющим, место вам точно гарантировано. А теперь я предлагаю вам отужинать. Что-то я проголодался.

– И я, – улыбнулся Сергей.

– И я… – осознав, что самое трудное уже позади, Катя облегченно выдохнула, кажется, за эти минуты она успела похудеть на пару-тройку кило.

Перебрав все возможные варианты, Загорский позвонил тестю, ища у того поддержки и защиты.

– Папа, на меня тут сегодня наехали. Люди Тита.

– Ты уверен, сынок? – кажется, на том конце его не поняли, не осознали всю его озабоченность, не прониклись всей серьезностью настоящего момента, судя по тому игривому тону, с которым ответил родитель жены.

– Я видел документы. Хотят, чтобы я передал контроль над комбинатом. Угрожают. Эти люди не шутят.

– Костик, – встревожился тесть слегка, – может, они блефуют? А ты повелся на их дешевую разводку?