Оленья Мята

Мама не могла никого убить или тем более навредить. Утром мне наконец-то разрешили с ней увидеться, и я старалась морально настроиться, чтобы не расплакаться у неё на глазах. Натянула на лицо улыбку и сделала вид, что всё хорошо, после чего зашла в комнату для допросов. Что-то блеснуло на столе, и я заметила мамины руки в наручниках. Застыла на пороге, сглотнула и заставила себя подойти и сесть напротив. Она тоже с трудом старалась совладать с эмоциями.

– Мам, что случилось? Я не верю, чтобы ты подняла на кого-то руку…

– Мелисса, всё будет хорошо. – Она аккуратно погладила мою ладонь, успокаивая, хотя это я должна была утешать её. – Я никого не убивала, ни на кого не нападала.

Она замолчала и отвела взгляд в сторону. Неужели полиция ей не верила?

– Ты что-то видела? Кто напал на Диего?

Некоторое время мы сидели в тишине, и я терпеливо ждала, дожидаясь ответа. Наконец мама заговорила:

– Я не знаю, что это было… Не человек и не зверь. Он…

Мама подняла руки к лицу, будто хотела спрятаться от пережитого, из-за чего наручники зазвенели. Теперь уже я накрыла её своими ладонями и мягко сжала, в то время как размышляла над её словами. Хуапигуи или другие существа? Мне срочно было нужно связаться с Ань Ю. Мама никогда не расскажет мне подробности, чтобы не напугать, придётся самой искать улики.

– Куда он делся?

– Сбежал из окна, когда я зашла в дом. Диего уже лежал без сознания, поэтому я сразу попыталась оказать ему первую помощь, а потом позвонила в больницу.

Должно быть, поэтому мама испачкала руки в крови и стала подозреваемой.

Машин скорой помощи в Мурвуде не было, нашу забрал отец, поэтому мама никак не могла отвезти Диего сама. И вряд ли из больницы приехали сразу.

Если убийца вылез в окно, то, быть может, на подоконнике остались следы? Я сделала мысленную пометку проверить. Мама будто прочитала мои мысли и прищурилась.

– Мелисса, я слышала, ты не можешь пока возвращаться в дом. Не вздумай сама расследовать. Позвони Хизер, думаю, она разрешит тебе пожить у неё некоторое время.

Хизер работала вместе с мамой в Дриззли Маг.

Меня всё ещё беспокоили хуапигуи. Мог ли кто-то из них заявиться в дом, прикинувшись моим покойным отцом или Инес? Я потеряла свои ключи в тот день, когда увидела существо, выглядевшее в точности как Шейн Торн, – неужели он забрал их? Или их нашёл Диего и проник в мой дом?

– Мам, тот, кого ты видела… – Я не знала, как лучше сформулировать вопрос, мысли смешались в кучу. – Он был на кого-нибудь похож?

Что-то промелькнуло в мамином взгляде и заставило меня напрячься. Она отвернулась и впилась пальцами в кожу на ладонях, из-за чего я наклонилась ближе.

– Мам?

– Я не знаю, Мелисса… Ты не рассказывала, поэтому я не спрашивала, но ты хорошо знаешь юношу, который проводил тебя до дома несколько раз? Я не уверена, что это был он, я… Мелисса, он очень странно передвигался, пожалуйста, не ходи домой и позвони Хизер.

Вскоре шеф Сандерс попросил меня покинуть допросную и проводил маму обратно за решётку. Некоторое время я сидела в участке, уже не пытаясь связаться с Ань Ю, и набрала Хизер. Она уже знала о случившемся и пригласила остаться у неё, но, когда я дошла до её дома, почти сразу пожалела, что переступила порог.

– Мелисса, бедненькая, как Лив могла так поступить? Я понимаю, вся эта ситуация с Шейном и…

Она не назвала имя Инес.

Я растерянно застыла в дверях, не решаясь снять мокрую от снега куртку и разуться.

– Мама никого не убивала.

– Надеюсь, полиция это докажет, но у Лив был мотив.

– Лив Торн не убийца!

Ярость пылала в моих глазах, я сжимала руки в кулаки и стояла, как высеченная из камня статуя.

– Успокойся, Мелисса. Зайди и поешь, ты наверняка устала.

Резко отвернувшись, я выбежала на улицу и ненамеренно хлопнула за собой дверью. Ноги сами несли меня по скользкому льду в сторону дома, куда мне запретили возвращаться. Не только детектив Скайлар, отец Диего, подозревал мою маму, но и её коллега-подруга… Каким тогда было мнение простых людей?

Я сама расследую это дело. Если меня не пустят в дом днём, то проберусь ночью – в полиции Мурвуда работало не так много людей, чтобы оставлять кого-то на ночь следить, камеры и вовсе нигде не висели, как в больших городах. Я потеряла свои ключи с вязаным брелком от бабушки и сейчас ходила с теми, что некогда принадлежали ей, к ним уже много лет никто не прикасался.

Дверь дома была приоткрыта. Я проскользила по льду и аккуратно заглянула: внутри находилось двое полицейских, которые фотографировали улики и негромко переговаривались. Стараясь не шуметь, я обошла дом и осмотрела подоконники, надеясь заметить остатки крови. Вчера снег не шёл, всё было покрыто тонким слоем льда, поэтому следов от ног я не обнаружила, но не спешила отчаиваться. Я не хотела, чтобы посторонние увидели меня, поэтому вплотную к окнам не приближалась, наблюдала лишь издалека. Решила проверить лес по периметру, зашла немного глубже, и вдруг меня за локоть кто-то схватил. Я вскрикнула и, не глядя, со всей силы ударила противника в грудь, уже потом обратила внимание на удивлённое и рассерженное лицо Ань Ю.

– Просил же никуда не ходить.

Я вцепилась пальцами в ворот пальто. Он переоделся – очевидно заходил в общежитие и не обнаружил меня.

– Моя мама подозреваемая, что мне оставалось? Почему ты не отвечал?

Меня постепенно накрывала волна отчаяния, которую он ощутил и немного нахмурился, стараясь укутать меня спокойствием. Видимо, силы его слабли, потому что буря негативных эмоций стихла лишь немного.

Ань Ю привлёк меня к себе, нежно погладил по спине и волосам в попытке утешить, но я настойчиво отстранилась и посмотрела в его глаза, в которых сейчас вместо горячего шоколада видела мрак. Синяки увеличились за ночь и расползлись до щёк.

– Мерисса…

Он замолчал, не попытавшись оправдаться.

– Мама говорит, что на Диего напал кто-то другой, не человек… И похожий на тебя. Дух с разрисованной кожей мог принять твой облик?

– Ты не подозреваешь меня?

– Если я не буду доверять немногим близким, что у меня есть, то останусь совсем одна. Нет, не подозреваю.

Удивление вперемешку с замешательством отразилось на его лице, затем он сильно свёл брови. Будто от боли, а не от расстроенных чувств.

– Мерисса, я должен кое-что рассказать тебе, а лучше покажу.

Его холодные пальцы обхватили моё запястье, словно металлическим наручником, затем Ань Ю повёл меня в глубь леса. Здесь снег растаял не полностью, но его всё равно покрывала ледяная корочка, поэтому мои ноги скользили и разъезжались. Я аккуратно вытащила руку и обняла Ань Ю за локоть, используя его как опору.

Всю дорогу мы молчали. Солнце пыталось пробиться из-за облаков, но никак не могло найти просвет. Мрачное серое озеро отпугивало, когда мы вышли к берегу и двинулись в густой туман, где я посильнее вцепилась в Ань Ю. Вдали раздавался щёлкающий звук, от которого я теперь вздрагивала – мало ли монстры Мурвуда затаились в тени леса. По бокам из тумана проглядывали силуэты торо без огня и каменные статуи оленей. Впервые я увидела храм – небольшой и даже ухоженный, будто кто-то о нём по-прежнему заботился, убирал опавшие листья и протирал пыль. В отличие от скользкой тропинки, ступени не покрывал лёд, словно кто-то специально растопил его, а может, это изнутри веяло теплом.

– Я всё объясню, – шепнул Ань Ю на ухо, когда мы поднялись и прошли мимо открытой двери.

Он высвободил руку и подтолкнул меня вперёд.

Сначала я заметила блеск цепей, из-за чего по спине пробежался холодок. В храме было темно, фонари не горели, а дневной свет снаружи с трудом проникал дальше порога. Я сделала несколько неуверенных медленных шагов и застыла.

Прислонившись спиной к стене, на полу сидел растрёпанный Ань Ю с расстёгнутой на верхние пуговицы рубашкой. Его голую шею сжимало металлическое кольцо, от которого тянулась цепь. Он безразлично смотрел мне в глаза и не шевелился, иначе бы раздался звон. Я скользнула взглядом ниже и заметила, что одну ногу он подтянул к себе, положив руку на колено, а во вторую был воткнут нож с длинной и широкой рукоятью. Под чёрными джинсами натекла лужа крови, свежая, ещё не успевшая высохнуть на древесине. Страшно было представлять длину лезвия.

Я резко обернулась к другому Ань Ю, стараясь совладать с эмоциями.

– Кто из вас настоящий?

– Я просил тебя только приглядывать за ней, а не вмешиваться в её жизнь и тем более звать к нам в гости.

Ань Ю в пальто приблизился и холодно посмотрел на сидящего на полу. Второй сердито плюнул и приподнял голову, звеня цепями.

– Ты слабеешь, жалкое божество, и пытаешься погубить нас обоих.

Я смотрела на раненого, не зная, нуждается ли он помощи, умирает ли… Машинально сделала шаг в его сторону, но первый Ань Ю схватил меня за локоть и заставил остановиться.

– Тебе надо прийти в себя или готова выслушать?

– Он… хороший или плохой?

«Не надо ли заняться его раной?» – вертелось у меня на языке, но я прикусила губу.

Ань Ю сжал мои плечи и несколько раз провёл руками вверх-вниз, словно хотел согреть или успокоить. Возможно, не давал мне упасть от надвигающихся новостей.

– Я божество, я веду занятия по истории по понедельникам и вторникам, в остальные дни моё место занимает хуапигуй, с которым мы заключили договор. Он может принимать исключительно мой облик, не вредит людям и заодно учится вместо меня.

– Значит… – я замолчала, перебирая в голове воспоминания за последние месяцы. Я давно подозревала, что Ань Ю всегда было двое, хоть и отмахивалась от этой мысли.

То есть меня провожал до дома хуапигуй или всё же божество? И целовал?.. С кем я танцевала на зимнем балу? Мои воспоминания не лежали в папочках с датами, как фотографии и другие файлы на телефоне, граница между разными Ань Ю в воспоминаниях стёрлась.

– Бал.

– С тобой танцевал я, – улыбнулся Ань Ю-божество, поняв мой вопрос.

Первый поцелуй случился в тот же вечер, значит, это тоже был он.

– Мафия?

– А это уже со мной, – фыркнул раненый хуапигуй и ухмыльнулся. – И на свидание тебя звал я.

– Но мультфильм Мерисса смотрела со мной.

Божество холодно смотрело на второго Ань Ю, оба выглядели как поссорившиеся дети, только кровь текла настоящая. Моя грудь содрогалась, и я не смогла сдержать вырвавшийся смех – возможно, нервный.

Два Ань Ю непонимающе смотрели на меня, а неприятный звон цепей заставлял ноги трястись.

– Как маленькие, – в итоге сказала я и перевела взгляд с одного на другого, пока не остановилась на хуапигуе. – Меня волнуют три вопроса: во-первых, ты хороший или плохой?

– Он должен быть безобидным, – ответило за него божество, на что я недовольно свела брови.

– Диего ранил он или кто-то другой?

Оба застыли в замешательстве и переглянулись, затем божество вздохнуло.

– Он утверждает, что Диего не было в твоём доме, это хуапигуй. Я собирался в больницу проверить, когда столкнулся с тобой.

Теперь растерялась я.

– Где тогда Диего?

От громкого удара цепей об пол я нахмурилась. Раненый Ань Ю заёрзал, пытаясь приподняться, и отчётливо сказал:

– Тебя преследует хуапигуй, а не Диего. Помнишь, я остановил его возле кафе, где работает твоя мать? Он уже тогда был хуапигуем.

Я непонимающе посмотрела на Ань Ю.

– Он говорит правду?

– Это бестолковое божество слишком ослабло, поэтому я решил не посвящать его во все подробности и только сообщил, что заметил хуапигуев возле тебя. Поэтому он попросил приглядывать за тобой.

– Ключевым было приглядывать, а не сближаться, – процедил Ань Ю с явным недовольством в голосе.

Я молчала, переваривая полученную информацию и медленно осознавая, что меня не волнует, с кем я встречаюсь – человеком, божеством, хуапигуем. Полгода назад я даже не подозревала, что по соседству живут сверхъестественные существа, которые сейчас решили угрожать людям. По-настоящему я переживала из-за мамы и… Диего. Получается, меня всё это время преследовал не он? Может, он всё ещё учился в своём колледже и не возвращался в Мурвуд? Из оцепенения меня вывел вопрос божества:

– Какой третий вопрос, Мелисса?

– С кем я встречаюсь?

Двое Ань Ю переглянулись и вдруг рассмеялись, после чего в один голос ответили:

– Со мной.

Раненый недовольно зарычал и положил руку на рукоять ножа, резко выдернул его и зашипел от боли. Он накрыл рану пальцами, которые сразу окрасились кровью, а я свела брови, представляя эту боль на себе. Двинулась вперёд, думая как-то помочь, но божество остановило меня.

– Рана сама затянется.

– Может, хотя бы остановить кровотечение?

Ань Ю наклонился к нему и заставил кольцо вокруг шеи расщёлкнуться, цепь со звоном упала на пол, и хуапигуй перестал корчиться от боли.

– Теперь оно само остановится. Мерисса, ты ни о чём больше не хочешь спросить? – Божество медленно приблизилось ко мне, будто боялось напугать, и наклонилось к лицу. – Не боишься, что я использовал тебя?

Боялась ли я? Может, немного обижалась. Но если мы сможем вернуть божественную силу и прогоним нечисть из Мурвуда, защитим маму и вызволим её из тюрьмы, то мне было всё равно. Наоборот, так даже лучше. Какое божество в обычной жизни захотело бы встречаться с жалким человеком? Он дарил людям надежду, оберегал от опасных существ, а что я могла предложить взамен?

– Нет, мы же пытаемся спасти жителей Мурвуда.

– Ты так легко во всё поверила, – удивился раненый хуапигуй, вытирая кровавые пальцы об одежду и медленно поднимаясь с пола. – А если мы тебя обманываем? Если божества нет, а мы, два хуапигуя, заманили тебя в ловушку?

Я легонько вздрогнула и улыбнулась.

– Значит, я просто глупенькая, а вас поздравляю с добычей.

На самом деле у меня не было иного выбора. Ни полиция Мурвуда, ни мамина коллега Хизер не верили в её невиновность, а что сможет доказать какая-то дочь? Я не юрист и закон знала плохо, как и не работала в полиции, поэтому самостоятельно расследовать не получится. Но если на моей стороне будет божество…

– Кстати, как тебя зовут? И как ты выглядишь на самом деле?

– У меня нет имени, а насчёт второго… Не хочется пугать тебя.

Хуапигуй попытался подойти ко мне, но между нами тут же вырос Ань Ю и угрожающе посмотрел на него, чем только пробудил во мне интерес.

– Я не испугаюсь.

– Мерисса, ты рисовала его на лестнице… – предостерегающе заговорил Ань Ю, однако его перебил удивлённый хуапигуй:

– Ты рисовала меня? Можно посмотреть?

В его взгляде загорелся неподдельный интерес, однако божество не позволило ему подойти близко.

– Я не профессиональный художник и не люблю делиться работами. Но сделаю исключение, если…

Я не успела договорить. Тёмные глаза налились красным, хуапигуй зловеще смотрел на меня, как хищник на жертву, но Ань Ю по-прежнему не подпускал его. Тогда он провёл рукой по лицу, будто расстёгивал невидимую молнию, и кожа разошлась в стороны. Я сглотнула и машинально отступила на шаг, но и хуапигуй не пытался подойти ближе.

На меня смотрело существо с шероховатой синей кожей – по крайней мере, такой она показалась в тёмном храме, куда с трудом проникал дневной свет. Насыщенные ярко-красные, словно пропитанные кровью, глаза неестественно сияли на его лице, будто кто-то зажёг лампочки. Без «маски» хуапигуй он выглядел совсем тощим, костлявым, скулы впали, шея тоже напоминала тонкий стебель бамбука. Однако он меня не испугал – наоборот, я испытывала некую жалость, подошла и протянула руку, осторожно касаясь кончиком указательного пальца его жёсткой щеки. Она оказалась твёрдой, как кора высушенного дерева, и я на миг отпрянула, после чего толика разочарования промелькнула во взгляде хуапигуя. Под внимательным взором Ань Ю я подступила вновь и теперь дотронулась ладонью, чем удивила обоих.

– Сколько ещё созданий обитает рядом, о существовании которых мы не подозреваем? – спросила я, чтобы хоть как-то разбавить тишину.

Ань Ю усмехнулся.

– Больше, чем ты можешь себе представить.

Я медленно опустила руку, но продолжила смотреть в ярко-красные глаза хуапигуя.

– Я не могу звать вас обоих Ань Ю, давай выберем тебе имя?

Божество и дух с разрисованной кожей таращились на меня в изумлении, вокруг шеи второго повисла кожаная маска или скорее капюшон. Хуапигуй опомнился первым.

– У нас нет имён.

– У Ань Ю есть имя, почему бы не подобрать что-то для тебя?

– У «нас» – это у хуапигуев, а он… Если он захочет, то сам расскажет свою историю.

Я застыла в замешательстве, изучающе рассматривая лицо Ань Ю. На его лбу проступили капельки пота, он неторопливо подошёл к стене и опёрся плечом, стараясь сохранить невозмутимый вид. Неужели он настолько ослаб, что уже не мог стоять?

Я хотела подойти к нему, но в этот раз за руку меня схватил хуапигуй.

– Я согласен, придумай мне имя.

– Можно же?

Мой растерянный взгляд скользил по Ань Ю, тот коротко кивнул, но не проронил ни звука. Я напрягла голову, стараясь вспомнить приглянувшиеся имена из аниме и дорам, какое-то простое и запоминающееся, но на ум ничего не приходило.

– Сэки?

Не знаю, почему всплыло именно это слово. Я никогда не учила японский, но показалось, что так звучал камень, а кожа хуапигуя напомнила что-то твёрдое и холодное. Сбоку раздался хрипловатый смех Ань Ю.

– Как ругательство в корейском?

Я закусила губу. Опять я всё напутала! Не хотела никого обидеть, просто не обладала предрасположенностью к языкам, испанский до сих пор снился в кошмарах.

– Мне казалось, так по-японски будет камень…

– А-а, – понимающе протянул Ань Ю и многозначительно посмотрел на хуапигуя, – такое чтение есть. Значит, Сэки?

Тот прикрыл ярко-красные глаза, скрестил руки на груди и отвернулся.

– Имя выбрала Мелисса, так что сочту за честь зваться Сэки.

Я ощущала неловкость и лёгкий стыд, потому что назвала первое, что пришло в голову. Но сейчас у меня не было времени на подробное исследование, иначе я хотя бы пролистала словарь с иероглифами и выбрала какой-нибудь эстетичный.

– Не переживай, «красный» тоже может читаться как сэки и «замкнутый»… Тебе подходит.

– Хватит лекции рассказывать! – сердито рыкнул Сэки, но он всё равно казался довольным, пусть и скрывал это.

Хитрая улыбка Ань Ю растянулась на его уставшем лице. Я прокашлялась, привлекая к себе внимание, и подняла волнующую меня тему:

– Раз мы союзники, то какой дальнейший план действий? Я не оставлю маму в тюрьме. И расскажите всё, что знаете о хуапигуях, Диего и пропавшем сеньоре Васкесе.

Ань Ю отправил меня на занятия в колледж, пробурчав, что потом будет тяжело нагонять. Но как концентрироваться на лекциях, когда все мысли занимала мама, брошенная в холодной сырой камере?! Я водила карандашом по страницам тетради, проводя кривые линии и надеясь хоть как-то занять себя, время тянулось невыносимо долго.

Вернуться к Хизер, которая не верила в мамину невиновность, я не смогла, поэтому напросилась временно пожить у Гвен. Вечером у неё свидание с Лео, вернётся поздно, вот я и решила проведать Диего в больнице, отпросившись с работы в библиотеке, однако меня ждал провал.

– Мисс Торн, прискорбно сообщать, но опекуны Диего Скайлара против того, чтобы вы с ним виделись, – сообщил мистер Чжан, отец Лео.

– В каком он состоянии?

Я хрустела пальцами, стараясь успокоиться и не подать виду, что его слова задели меня.

– В коме, борется за жизнь.

– Шансы?

– Мисс Торн…

Мистер Чжан смотрел на меня с жалостью, пока я скрипела зубами. Моя мама была главной подозреваемой, а мне отказывались сообщать о состоянии жертвы – я была вне себя от ярости. Опрометью выбежала на улицу, закрыв лицо от холодного ветра, и быстрым шагом двинулась в сторону дома, стараясь не привлекать к себе внимания.

Прятавшееся за густыми облаками солнце стремительно опускалось за верхушки хвойных деревьев, поэтому вскоре на Мурвуд легло покрывало ночи. Некоторые уличные фонари сломались: часть мигала, иные совсем погасли.

Порог дома я переступать не спешила, решила обогнуть по периметру и внимательнее проверить, не осталось ли следов на подоконниках. Зажгла свет на телефоне и ненадолго зажмурилась, когда навела им на снег и чуть не ослепла от яркого белого. Краска дома шелушилась и в некоторых местах отваливалась, я приподнялась на носочки и заглянула в тёмное окно кухни, проскользила внимательным взглядом по раме. Потемневший участок привлёк моё внимание, я подошла вплотную и собиралась наклониться, но в этот момент чьи-то холодные руки с силой зажали мой рот, а меня саму заставили отступить. Телефон упал в снег фонариком вниз, в темноте сложно было что-то разглядеть. Я вцепилась пальцами в локоть и попыталась вырваться, но грудь наполнил раскрывающийся цветок облегчения, чьи лепестки словно отделились и понесли спокойствие по всему организму. Ань Ю? Он не дал мне обернуться, его горячее дыхание на моём ухе заставило волоски по всему телу встать дыбом.

– Сюда направляется детектив Скайлар, ты же не хочешь доставить проблем миссис Торн?

Ань Ю опустил руку от моего лица к груди, позволяя ответить и продолжая спиной прижимать меня к себе.

– Фактически он запретил заходить в дом…

– Если хуапигуи оставили следы вокруг дома, то ты уже натоптала тут. Пойдём скорее, я провожу тебя, ты живёшь у мисс Хорис?

Я собиралась ответить, что не хотела доставлять Гвен неудобства, но Ань Ю снова зажал мой рот рукой. Каким-то чудом он подкинул ногой упавший телефон и выключил фонарик, пряча устройство в кармане, затем мы попятились в сторону леса. Вдали раздавался рёв мотора – видимо, отец Диего подъезжал к дому.

Когда мы скрылись за деревьями, Ань Ю положил руки мне на плечи и торопливым шагом повёл вглубь. Я обернулась, пытаясь в вечернем мраке рассмотреть его лицо, но только пересеклась с уставшим взглядом.

– Смотри себе под ноги.

Одновременно с этим моя стопа зацепилась за корягу, но Ань Ю не дал мне упасть. Мы отходили всё дальше, и он заговорил вновь:

– Не подвергай себя опасности, я сделаю всё возможное, чтобы вызволить миссис Торн из тюрьмы.

– Я не могу сидеть без дела! Вряд ли бы что-то страшное случилось, если бы мистер Скайлар увидел меня перед домом.

Пальцы Ань Ю стиснулись на моих плечах, озадачив меня. Дело было не только в полиции?

– Духи с раз…

Я не успела договорить – Ань Ю накрыл мой рот ладонью и остановился, сильно прижимая к себе. Дышать стало тяжело. Я нахмурилась, стараясь хотя бы выбраться из тисков, и вопросительно посмотрела на него, но не смогла разобрать отразившиеся на лице эмоции.

Мои глаза наконец-то привыкли к темноте, когда мы прошли мимо озера и оказались в густом тумане. По бокам проглядывали рыжие огоньки. Я притормозила и попыталась подойти к одному из них, но Ань Ю не дал мне сойти с тропы.

– Это торо?

– Да, я удивился, когда увидел один у тебя перед домом вместе с гномом.

Я усмехнулась.

– Он ниссе, а не гном! Его привезли бабушка с дедушкой со своей родины, он старше меня.

Беззаботно болтая, будто ничего не случилось и никто нас не преследовал, мы поднялись по ступеням храма и вошли внутрь. Над входом висели круглые жёлтые фонарики, на которых каллиграфически были выведены неизвестные мне иероглифы, внутри на полу стоял похожий, но уже прямоугольный. Поначалу мне показалось, что рядом с ним находился стол в форме коробки, но затем я увидела внутри что-то вроде песка или пепла и красные угольки, над которыми возвышалось чёрное кольцо.

В прошлый раз храм показался мне пустым и холодным, тогда на цепи сидел Сэки, поэтому впечатления остались не лучшими.

– Голодна? Чайник поставить?

– Это…

– Хибати.

Я хотела узнать вовсе не название необычной печи и, справившись с небольшим замешательством, поинтересовалась:

– Ты здесь ночевал?

Но тогда бы угли уже остыли, а они выглядели настолько раскалёнными, будто их недавно нагрели. Ань Ю поставил на кольцо тёмный чайник, на крышке которого вместо ручки лежала милая фигурка оленя с маленькими растущими рогами.

– Нет, но я волновался, что тебе будет негде жить. Попытался договориться с общежитием Мурвуда, однако там ни одной свободной комнаты, поэтому хотел предложить свою, а ты уже остановилась у мисс Хорис.

– Мне приятна твоя забота, спасибо.

Мисс Холлис, Гвен! Я поискала телефон в длинной куртке, но не обнаружила, вздрогнула и завертела головой. Ань Ю с усмешкой достал его из своего кармана и протянул мне.

«Сегодня не приду, хорошего свидания!»

Я не ожидала, что в следующий момент вместе с вибрацией прилетит ответ:

«В смысле не придёшь? Ты же не в свой дом вломилась?!»

«Потом расскажу».

Гвен отправила несколько удивлённых стикеров, но я погасила экран и не стала просматривать все.