Иллюзия всемогущества

— Тут просто… — выдавил я наконец. — Слишком… ярко. И пахнет… будто-бы всем сразу одновременно.

Бог чуть заметно усмехнулся — если, конечно, это можно было назвать усмешкой.

— Привыкнешь.

Он помолчал секунду, затем, как бы между прочим, добавил:

— Достань телефон.

Я машинально похлопал себя по бокам, и почти сразу нащупал знакомый прямоугольник в кармане джинсов. Достав смартфон, я только теперь по-настоящему осознал странность происходящего.

Джинсы.

На мне были мои старые, потёртые джинсы с разрывом на колене и самая обычная повседневная футболка. Я отчётливо помнил, как заснул дома — в одних носках и трусах. Но сейчас эта мысль уже не вызвала удивления. Скорее покорное принятие.

Раз уж меня без предупреждения выдрали из мира и швырнули в другой, телефон в кармане уже не казался чем-то из ряда вон.

Я посмотрел на экран — сеть, разумеется, отсутствовала, как и все привычные ярлыки всяческих приложений.

— Он тебе ещё понадобится, — спокойно сказал бог. — У меня нет времени быть с тобой постоянно.

Я медленно поднял взгляд на него.

— Ты сейчас серьёзно говоришь про телефон… — я запнулся и хрипло усмехнулся, — после всего этого?

— Да, — ответил он, никак не отреагировав на мою иронию.

— И что же… — я посмотрел на экран смартфона, где, кроме ровного серого фона, не было абсолютно ничего, затем перевёл взгляд на бога. — Мы будем созваниваться по вечерам? Или ты станешь слать мне мемы, пока на работе?

Я искренне не понимал, о чём он вообще говорит и каким образом мой смартфон может пригодиться в этом мире. Я всё ещё не до конца пришёл в себя, и на подобные бредовые фразы мой мозг просто не знал, как реагировать.

Этот подлец ещё и всё удалил с телефона — мысль пришла с запозданием. Впрочем, расстроиться я не успел: следом появилась другая. Я ведь и не рассчитывал, что моя трубка вообще останется при мне в этом мире, да и, если честно, зачем она мне теперь? Хотя… фотографии всё-таки было жалко.

— Я всегда говорю серьёзно. Твой телефон нужен для общения со мной. Я посчитал, что так тебе будет привычнее. Кроме того, я добавлю карту этого мира, по которой ты сможешь ориентироваться. И ещё тебя ждёт небольшой подарок, — произнёс бог монотонно.

Я слушал внимательно, не перебивая. С одним я был согласен — к телефону я действительно привык. А что касается подарков… подарки я любил.

— Посмотри на экран, — сказал бог моего нового мира.

К моему удивлению, серый, бездушный фон сменился фотографией Стинки. Это был один из последних снимков моей кошки. Надо отдать должное — подарок и правда оказался удачным. Помимо изображения на главном экране появились два ярлыка: «Чат» и «Карта». Именно так, без изощрённых названий и скрытых смыслов. Пожалуй, так даже к лучшему.

— Я адаптировал языки этого мира для тебя. Теперь всё будет выглядеть так, будто ты говоришь на своём родном языке. Возможно, некоторые слова будут подобраны не совсем точно, но в этом нет ничего страшного.

— Спасибо… я даже не подумал о том, что здесь будет другой язык, — честно признался я и почесал макушку.

— Теперь я оставлю тебя. Ознакомься с округой. Следующее желание напишешь мне в чат — тогда же я пришлю тебе список всех правил.

После этих слов бог исчез, словно его здесь никогда и не было.

По началу мне пришла мысль идти в город и почти сразу была отброшена. Рановато. Слишком много нового и ещё меньше понимания. Я ещё не знал ни местных порядков, ни того, как здесь вообще принято смотреть на чужаков с посохами и странной одеждой. Да и сам я был… не готов.

Я развернулся и пошёл в противоположную сторону — прочь от крыш и стен, глубже в лес. Под ногами мягко пружинила трава, а посох, зажатый в руке, ощущался странно… будто не предмет, а нечто, что уже приняло меня и мне даже казалось продолжением моей руки.

Я шёл и думал.

О следующем желании. О том, что я вообще могу пожелать, не нарушив правил, которые, как выяснилось, существуют даже для богов… или только для меня лично. И главное — о том, чего я действительно хочу. Не так абстрактно, типа: «хочу чтобы было круто», а что-то более подробное. Мысль упрямо ускользала, будто я хватал её за хвост, а она каждый раз вырывалась, словно скользкая рыба.

Телефон завибрировал так неожиданно, что я вздрогнул.

Сообщение.

От него.

Я остановился и посмотрел на экран.

Сообщение от: БОГ

Тема: Правила

Я хмыкнул. Ну конечно. Почему бы и не оформить это списком.

Я открыл сообщение.

ПРАВИЛА ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

1. Исполнение желания не является моим обязательством.

Я оставляю за собой право выполнить запрос или отказать в нём без объяснения причин.

2. Желание — это запрос, а не приказ.

Формулировка имеет значение. Контекст — тоже. Результат может отличаться от ожидаемого.

3. Ты не можешь желать того, чего не понимаешь.

Если ты не способен объяснить себе суть желаемого — запрос не будет принят.

4. Ты не можешь желать абсолютной силы, божественного статуса или превосходства надо мной.

5. Желание не подлежит отмене.

Ни само желание, ни его последствия.

6. Нарушение правил невозможно.

Ни при каких обстоятельствах. Намеренно или случайно — не имеет значения.

7. Мир не подстраивается под тебя.

Он допускает твоё существование лишь до тех пор, пока ты соблюдаешь его законы.

8. Ты не можешь напрямую влиять на волю других разумных существ.

Ни через желание, ни через его последствия. Свободный выбор — неприкосновенен.

9. Если станет очевидно, что твои желания исполняются.

Если хотя бы один разумный этого мира осознает, что реальность искажается вокруг тебя по твоей воле, следующее желание будет выполнено, но станет последним. Последующие желания останутся навсегда заблокированы.

Я перечитал последний пункт дважды.

Потом ещё и третий.

Я убрал телефон в карман и медленно выдохнул.

Значит, с желаниями нужно быть поосторожнее. Так, чтобы никто не связал происходящее со мной. Чтобы всё выглядело… естественно. Или хотя бы правдоподобно.

И почему же он не сказал о последнем пункте заранее? Впрочем, вопрос риторический. Это правило — самое важное из всех, и за его нарушение исход для меня будет далеко не утешительным. Ну, а чего ещё ожидать от этого лысого врунишки, называющего себя богом. Мне всё меньше верится, что он тот, за кого себя выдаёт. Слишком уж много ограничений для такого всемогущего существа. Больше похоже на эксперимент. Или на игру, где я — либо подопытный, либо игрушка.

Правды я, скорее всего, не узнаю. По крайней мере, не сейчас. Поэтому начну с малого.

Второе желание уже почти созрело у меня в голове. У меня нет дома — а значит, будет логично им обзавестись. Да и пожитки, которыми я наверняка обрасту, нужно где-то хранить. К тому же… я хочу есть.

Достав телефон, я принялся формулировать запрос. Думаю, то, что их будет два, не станет проблемой. Тем более что второе — совсем пустяковое.

Я открыл чат.

Пальцы зависли над экраном. Формулировка сейчас была важнее самого желания — я это уже понял.

«Мне нужен дом. Небольшой, пригодный для жизни и ничем не выделяющийся на фоне местных построек. Не слишком близко к городу, но и не в глуши. Желаемое местоположение укажу на карте. И… я хочу поесть».

Сообщение ушло. Экран мигнул и замер, будто ничего и не происходило.

Я выдохнул и открыл карту. Она оказалась на удивление понятной — словно кто-то взял привычный мне интерфейс и натянул его на чужую географию. Лес, дороги, городок у опушки. Чуть в стороне — тонкая синяя линия. Ручей.

Час пути от города. Место выглядело… спокойным. Я отметил точку и двинулся в выбранном направлении, чувствуя себя странно — будто иду по чьей-то тщательно подготовленной декорации, все-таки разница с моим миром была очевидна.

Деревянный сруб стоял у ручья так, словно находился здесь десятки лет. Потемневшие от времени брёвна, аккуратно подогнанные друг к другу. Низкая крыша, крытая тёсом. Узкие окна с мутноватым стеклом. Перед входом — крыльцо из грубых досок, слегка перекошенное, но выглядело вполне надёжно.

Я остановился, не решаясь сразу войти внутрь.

— Ну да… — пробормотал я. — Почему-то, именно это я и ожидал увидеть.

Дверь открылась с тихим, сухим скрипом.

Внутри было прохладно и пахло деревом, золой и чем-то мне не знакомым. Пространство оказалось простым и цельным, без перегородок. Как в старых деревенских домах — всё на виду, да и по делу.

У дальней стены — массивная печь. Белёная, с трещинками, словно её чинили не раз и не два. Рядом — чугунок, кочерга, связка дров. Над печью — лежанка, застеленная грубой, но чистой тканью.

По центру комнаты — тяжёлый деревянный стол и две лавки по бокам. В углу — сундук, окованный железом. Крышка приоткрыта, внутри аккуратно сложены простые вещи: грубая одежда, плащ, кожаные сапоги.

У стены — кровать. Деревянная, скрипучая на вид, с соломенным матрасом и шерстяным одеялом. Ни излишеств, ни украшений. Только то, что действительно нужно.

Я прошёлся по дому, касаясь стен ладонью. Дерево было сухим и тёплым.

На столе стояла миска. Из неё поднимался пар.

Еда оказалась простой: густая похлёбка, хлеб с хрустящей коркой, ломоть сыра. Ничего выдающегося. Но запах…

Я сел, не раздумывая, и ел молча, жадно, почти не чувствуя вкуса первые несколько ложек. Только когда голод отступил, я осознал, насколько был вымотан. Скорее не физически, а морально. Днями напролет, терзаемый постоянным ожиданием, я был точно не в порядке, зато теперь это все в прошлом, впереди меня ждет новая жизнь.

Снаружи журчал ручей. Где-то вдалеке кричали птицы.

Я откинулся на лавке и впервые с момента переноса позволил себе расслабиться.

Телефон завибрировал.

«Запрос выполнен», — гласило короткое сообщение.

Так-так, теперь нужно было подумать, что делать дальше. Я положил телефон на стол, оставив чат открытым, и именно он сейчас беспокоил меня больше всего. Выходило, что если я каким-то образом потеряю смартфон или разобью его, на этом мои желания и закончатся. Мысль была неприятной и я бы даже сказал — тревожной. Но куда сильнее не давало покоя последнее правило.

Если мне будет грозить смертельная опасность, я не смогу решить её «здесь и сейчас». Допустим, меня возьмут в плен. Даже если я сумею отправить сообщение богу, само исполнение желания станет очевидным для окружающих. А значит — оно будет последним.

Перспектива так себе.

Это означало лишь одно: действовать придётся осторожно. Очень осторожно. И сейчас я окончательно понял, что решение не идти в город было правильным. Мне нужно время. Нужно подготовиться ко всем возможным исходам, прежде чем показываться людям.

Начать стоило с самого уязвимого.

С телефона.

Я взял телефон в руки и повертел его, словно видел впервые. Тонкий, гладкий, слишком хрупкий для этого мира. Одно неудачное падение — и всё. Карта, чат, правила, сам бог — исчезнут в один миг… Нет, так дело не пойдёт. Я открыл чат и, немного помедлив, начал печатать, тщательно подбирая слова.

«Сделай телефон неразрушимым. Чтобы его нельзя было разбить, утопить, сжечь или повредить любым способом».

Отправил. Почти сразу добавил второе сообщение:

«И ещё — сделай дубликат. Полную копию. Один оставлю при себе, второй спрячу».

Я отложил телефон на стол и откинулся на спинку лавки, чувствуя странное напряжение. Тишина в доме была плотной, слышно было лишь, как где-то снаружи перекликаются птицы да тихо посвистывает ветерок.

Смартфон завибрировал.

«Дубликат будет готов через одну минуту».

Вот и славно. Как раз я уже нашел для него подходящее место.

Следом пришло второе сообщение.

«В усилении телефона — отказано».

Я уставился на эти слова, надеясь, что они вдруг изменятся. Не изменились.

— Серьёзно?.. — пробормотал я в пустоту.

Вот это-то и было особенно обидно. Не бессмертие, не замок полный девственниц, не переписывание законов мироздания. Самое что ни на есть приземлённое, утилитарное желание — сделать хрупкую вещь чуть менее хрупкой… ну ладно, совсем не хрупкой и тем не менее.

Я тяжело вздохнул и потер переносицу.

— Ну конечно, — сказал я уже вслух. — Дом — пожалуйста. Еда — без проблем. Копию телефона — держи. А чехол с божественными характеристиками — это уже перебор.

Ответа, разумеется, не последовало. Но мне показалось, как будто бы я уловил некую закономерность во всем этом, но объяснить сам себе не мог, словно эта нить разгадки все ускользала от меня.

Минуту спустя рядом с телефоном на столе, без вспышек и эффектов, просто появился второй — точная копия первого. Тот же экран, та же фотография Стинки на заставке, те же два ярлыка. Я взял его в руки, сравнил — отличить было невозможно.

Один я аккуратно убрал в сундук. Пусть лежит. Надеюсь он мне никогда не понадобится.

А с основным… с основным придётся быть аккуратнее.

Я посмотрел на телефон, потом на свои руки и невольно усмехнулся.

Вот уж не думал, что в новом мире самым ценным артефактом для меня станет не меч, не доспех и даже не магический посох, а самый обычный смартфон. Кстати о посохе, а не пора бы мне его испробовать, ведь чем раньше я начну становится менее зависимым от телефона, тем лучше. А сделать это было лишь одним способом, стать сильнее.

Подхватив этот «айтем», как я уже мысленно окрестил посох, я покинул свою скромную обитель, не забыв перед этим тщательно спрятать дубликат телефона в сундук. Достав смартфон, я открыл карту. Местность выглядела непривычно пустой: никаких названий, никаких условных обозначений, к которым я так привык в своём мире. Только линии рельефа, зелёные пятна лесов, тонкие серебристые нити рек. Город, рядом с которым меня выбросило в этот мир, находился к северу — плотное скопление геометрических форм, резко выбивающееся из природного хаоса. Туда идти, я разумеется не спешил.

Я сдвинул карту западнее.

Моё внимание привлекло одно место — там, где узкий ручей, петляя, впадал в более широкую реку. Ничем не примечательная точка, но в ней было что-то такое, что показалось мне укромным или комфортным, если хотите.

Решение было принято.

Путь до выбранной точки оказался не таким уж коротким. Лес то редел, то снова смыкался над головой, уступая место открытым полянам, поросшим высокой травой. Иногда приходилось перебираться через поваленные деревья, иногда — обходить заболоченные участки, где земля под ногами подозрительно проминалась. Я шёл не спеша, позволяя себе останавливаться, прислушиваться, вдыхать насыщенный и невероятно чистый, воздух.

И, к своему удивлению, я вовсе не был расстроен расстоянием.

Мне нравилось бродить по этим лесам и полям. Нравилось чувствовать, как тело постепенно подстраивается под ритм дороги, как мысли, ещё недавно тяжёлые и спутанные, понемногу упорядочиваются. Здесь не было сигналов машин, тут и там снующих курьеров и ни какой суматохи. Только шаги, шелест листвы и редкие крики, неизвестных мне птиц.

Я уже начал привыкать к одиночеству этой дороги, когда оно внезапно закончилось.

Из-за поворота, там, где тропа огибала густой кустарник, кто-то вышел мне навстречу — так резко, что я невольно дёрнулся и рефлекторно, крепче схватился за посох. Мое сердце подпрыгнуло чуть-ли не к самому горлу, а в голове мелькнула совершенно неуместная мысль: вот и всё, даже огненный шар не протестировал.

Это был человек. Ну… по крайней мере, выглядел он именно так.

Его голова была открыта: коротко стриженные волосы, аккуратно подбритые виски, лицо молодое, почти мальчишеское, но с выражением важности, будто передо мной стоял сам король, если конечно они тут водятся. На теле — лёгкая броня, собранная явно не для парадов: кожаный нагрудник с металлическими накладками, кольчужные вставки на плечах и бёдрах, потёртые поножи. Всё сидело ладно, но без излишеств, вряд-ли он принадлежал к какой-то высшей касте, но и на простого крестьянина он тоже не походил.

Он шёл слишком уверенно.

Подбородок чуть приподнят, взгляд скользит по мне сверху вниз, словно я, какое-то досадное препятствие на дороге, а не человек. Рука покоилась на рукояти меча, причём демонстративно: пальцы расслаблены, но так, чтобы я точно заметил.

— Ты, — произнёс он, остановившись в нескольких шагах. Голос оказался неожиданно высоким, но он тут же придал ему хрипотцы. — Назови себя.

Я открыл было рот, но тут мое внимание вдруг устремилось в сторону.

Рядом с ним, на привязи, стояло… существо.

Больше всего оно напоминало красную панду — вытянутое тело, пушистый полосатый хвост, густая рыжеватая шерсть. Но размером — с крупную корову, а то и больше. Морда умная, глаза тёмные и внимательные, уши подрагивают, улавливая звуки. На спине — седло, но оно было необычное: вместо привычной формы спереди торчал массивный поручень, за который, видимо, держались, а вместо поводьев к упряжи был пристёгнут широкий ремень, больше похожий на прочный поводок.

Существо фыркнуло, покосилось на меня и переступило с лапы на лапу. Вид у него был куда спокойнее, чем у хозяина.

— Я… путник, — осторожно сказал я, возвращая взгляд к человеку. — Иду к реке.

Рыцарь — а сомнений, что это именно он, почти не оставалось — усмехнулся уголком губ, но улыбка вышла натянутой.

— Путник, значит. — Он сделал шаг вперёд, и я заметил, как ремень в его руке слегка дрогнул. — Эти земли находятся под моей защитой. Любой, кто проходит здесь, обязан ответить на вопросы.

Под моей защитой, — отметил я про себя. Звучало через чур помпезно. Даже слишком.

Он выпрямился ещё сильнее, словно стараясь казаться выше, чем был на самом деле, и бросил быстрый взгляд по сторонам — почти незаметный, но я его уловил. Словно он опасался, что рядом может оказаться кто-то ещё.

— Оружие есть? — спросил он резко.

— Только это, — я чуть приподнял посох, стараясь не делать резких движений.

Рыцарь на мгновение напрягся. Совсем на миг и тут же, снова натянул на себя маску уверенности.

— Хм. Магический жезл, — протянул он с видом знатока. — Ясно.

Он явно не имел ни малейшего понятия, что это такое, но говорил так, будто разбирался лучше меня.

Пушистое животное тихо чихнуло и ткнулось мордой ему в бедро. Рыцарь вздрогнул — резко и тут же раздражённо дёрнул ремень.

— Стоять, Брус! — прошипел он, а затем, вспомнив обо мне, громко добавил: — Он… чует опасность.

Ага, конечно. Ведь я самый опасный человек в этом мире — с почти бесполезной палкой в руках и смартфоном в кармане.

Пока что он казался мне надменным, самоуверенным и, что хуже всего, человеком, который искренне упивается собственной значимостью. Однако это ощущение почему-то не складывалось в цельную картину. В его движениях было слишком много суеты, а в позе — чересчур много показной важности, словно он всё время играл роль, опасаясь забыть текст.

— Не думаю, что опасность, которую чует ваш… зверь, исходит от меня, — всё же решил уточнить я.

— Меня зовут Кламбар, — произнёс рыцарь, полностью проигнорировав мои слова. — И, полагаю, ты уже догадался об этом сам. Ведь нет ни единого существа в этих землях, что не знало бы о храбрости и непоколебимости славного рыцаря Кламбара.

— Я вот как раз об этом и подумал, — самым наглым образом соврал я.

— Правда? — он тут же оживился, и в его глазах мелькнула почти детская радость.

— Разумеется, — ответил я, как можно более убедительно.

— Тогда повелеваю тебе завтра явиться в это же время и в это же место. А сейчас я вынужден откланяться — меня ждут дела.

С этими словами Кламбар спешно принялся взбираться в седло своего диковинного зверя и, надо отдать ему должное, делал он это не без определённой грации. Вскоре они скрылись из виду, и я остался один — с противоречивыми чувствами, ворочающимися где-то внутри. Тоже мне, повелитель нашёлся. Хотя, признаться, я его опасался. Со стороны могло показаться, будто я говорил уверенно, даже с лёгкой иронией, но на деле меня просто подстёгивал адреналин — и, отчасти, интуиция. Стоило этому рыцарю решить напасть на меня, и я вряд ли сумел бы оказать хоть сколько-нибудь серьёзное сопротивление.

Да, он насторожился при виде посоха, но это не давало мне никакого преимущества: в моих руках тот был совершенно безобиден. А уж про его зверя и говорить нечего — тот, при желании, мог бы в считанные секунды разорвать меня в клочья.

В общем, первая встреча с местными обитателями мне откровенно не понравилась.

И ещё одно. Надо что-то придумать с именем. При таких вот знакомствах представляться как «Артём» будет, мягко говоря, странно. Кстати, да, это моё имя. Найс ту мичью, дорогой читатель.

Может, Артур? Ну, типа король… Нет, нет. Бред какой-то.

Судя по имени этого Кламбара, местные имена здесь своеобразные и едва ли похожи на земные. Хотя полностью исключать совпадения я бы не стал. В любом случае, над именем определённо стоит поразмыслить.

Артур — красиво, конечно. Благородно. Но это уже слишком, да и король из меня так себе.

Решив немного пройтись, я начал перебирать варианты в голове, словно примеряя одежду. Одни имена казались слишком вычурными, другие — откровенно нелепыми. Хотелось чего-то простого, но не земного. Такого, чтоб и самому было удобно.

В какой-то момент я поймал себя на том, что шепчу имя вслух:

— Артен…

Звучит. Похоже на моё. Но уже не совсем оно. Достаточно близко, чтобы я не спотыкался о него каждый раз, и достаточно далеко, чтобы оставить прошлое там, где ему и место.

Я остановился, посмотрел на медленно текущую воду реки и кивнул собственному отражению.

— Артэн, — повторил я уже увереннее, но слегка изменив окончание.

Ну вот. Первый кирпичик в фундаменте моей новой жизни. Мелочь? Возможно. Но с чего-то же надо было начинать. Ну, а теперь пришло время поупражняться с этой штукой и я посмотрел на посох, что все это время сжимал в правой руке.

Глава 4

Если быть честным, маг из меня оказался никудышный.

Я перепробовал всё, что только пришло в голову. Держал посох обеими руками, потом одной, выставлял вперёд, поднимал над головой, пытался «почувствовать поток», «сконцентрироваться». Даже, к своему стыду, пробовал мысленно представить огненный шар — яркий, горячий. И из этого у меня вышло... примерно ничего.