Кристофер Нолан. Архитектор реальности. От «Тарантеллы» до «Довода»

В финале инспектор полиции (Джон Нолан, дядя режиссера, которого часто можно увидеть в его фильмах) допрашивает Билла. Затем преступник узнает, что молодая блондинка была найдена мертвой и все улики указывают на Билла как на убийцу: его отпечатки пальцев обнаружены на молотке, а в его доме найдена коробка с несколькими принадлежавшими женщине вещами (добытыми во время первого ограбления). Не имея возможности защититься, Билл обречен оказаться в камере, в то время как Кобб исчезает в толпе.

Джереми Теобальд, «Преследование», 1998 г.

Траектория кинематографического языка

Излюбленный прием Нолана заключается в съемке какого-либо объекта или предмета, как правило, крупным планом, с тем чтобы поместить его в последовательность кадров, с одной стороны, для усиления ритма, а с другой – для выделения определенных деталей, необходимых для развития или удобочитаемости повествования. Избыток таких вставок может нанести вред, особенно если они подчеркивают важные элементы сюжета. В итоге этот прием снижает напряжение и даже создает у зрителей неприятное впечатление, что их «водят за руку», будто они не в состоянии самостоятельно разобраться в сюжете. В своих видеороликах, посвященных фильмографии Кристофера Нолана, кинооператор Тимоти Фонтен делится раздражением по поводу лишних детальных кадров, которыми, по его мнению, злоупотребляет британский режиссер. На самом деле такая манера съемки – одна из составляющих стиля, который художнику предстояло сформировать. Фильм «Преследование» начинается с продолжительной последовательности детальных кадров, показывающих предметы в коробке, методично сортируемые руками Билла. Подобное начало повторяется и в сцене убийства в фильме «Бессонница», которая, как и эпизод с коробкой в «Преследовании», служит одним из ключей к сюжету. Крупность плана[13] постоянно повторяется на протяжении всего первого фильма, будь то акцент на чашке с кофе, в которой звяканье ложечки постоянно прерывает течение диалогов, становящихся все более напряженными, или разлагающийся труп голубя на подоконнике, придающий заброшенной квартире гораздо более зловещий вид.

Перфекционистская художественная личность Нолана, которую символизирует эта почти болезненно скрупулезная сортировка в начальной сцене, уже проявилась. Она подтверждается и его стремлением к повествованию с разорванной хронологией (вдохновленным фильмом «Криминальное чтиво» 1994 года), с самого начала предлагая фрагмент истории, который будет развиваться позже.

Название фильма появляется на черном фоне по мере приближения к взгляду камеры и, соответственно, к зрителям: здесь явно присутствует игра слов, поскольку following в переводе с английского означает действие преследования и прилагательное «преследующий». Следовательно, в этом первом металептическом[14] произведении речь пойдет о кино, которое в равной степени размышляет о своей среде и использует ее для развития повествования. Идея долли шотов[15], то есть движения камеры в любом направлении, органично сочетается с акцентом триллера на наружном наблюдении. Открывающий кадр может показаться чисто функциональным, но тем не менее он символичен и свидетельствует о стремлении Нолана быть мастером иллюзий. Название фильма нанесено белым цветом на простом черном фоне и не оставляет никаких ориентиров, указывающих на то, приближается ли надпись к нам или это наш взгляд приближается к ней. Подобная путаница между преследуемым и преследователем лежит в основе этого фильма-нуара, который начинается как простой эпизод из жизни, а затем превращается в историю о махинациях и, попросту говоря, иллюзии.

Ручная камера постоянно находится в движении, никогда не останавливаясь. Даже во время диалога, снятого по правилу «восьмерки»[16], она следит за волнением Билла, тело которого то дрожит, то сотрясается от спазмов, передавая его возбуждение. Таким образом Кристофер Нолан поддерживает сюжет и соглашается с понятием движения образов, описанным Жилем Делезом в книге Cinema 1. L'image-mouvement[17], вышедшей в 1983 году и основанной на работах французского философа Анри Бергсона.

Проще говоря, для Делеза движение – это действие, представляющее настоящее время, в окружении (декорации), которое в большей степени символизирует прошлое, поскольку состоит из элементов, обладающих собственной историей. Одним словом, фильм «Преследование» развивался как лаборатория визуальных, звуковых и повествовательных экспериментов, основным принципом которых является полностью кинематографический компонент – трекинг-съемка[18].

Следуя ритму

Относительно минималистичная музыкальная композиция Дэвида Джулиана состоит из шумов, которые постепенно переходят в нечто более мелодичное: фортепианные ноты передают меланхолию персонажа на фоне непрерывного ритма на заднем плане. Развивающаяся композиция, которая станет основной частью саундтрека «Преследования», передает различные душевные состояния и прежде всего постепенные изменения, происходящие с главным героем.

Подобные гармонические эксперименты можно найти и в саундтреке фильма «Дюнкерк» авторства Ханса Циммера[19], вышедшего в 2017 году, где тиканье часов подчеркивает срочность ситуации.

Различные аспекты фильма Нолана должны быть согласованы в авторском мышлении, и именно их взаимодополняемость – изображение, звук, движение – заставляет сюжет плавно течь и погружает в него зрителей, которые не обязательно находятся в тех же социальных и культурных рамках, что Билл или Кобб. Мы говорим о миметической[20] манере – концепции, разработанной Нортропом Фраем в книге «Анатомия критики»[21], опубликованной в 1957 году, где классифицируются различные способы, с помощью которых зрители воспринимают вымышленного персонажа. В режиме высокой миметики публика видит в персонаже модель (иногда почти обожествляемую или, во всяком случае, сюрреалистическую), на которую хотела бы походить, в то время как в режиме низкой миметики они видят в персонаже человека, равного себе. Большинство нолановских персонажей находятся в низком миметическом режиме, включая почти сверхчеловеческие фигуры, олицетворяющие справедливость, такие как Бэтмен.

Эмоции, передаваемые музыкой, и особенно ее ритм, тесно связаны с этой идентификацией. Когда Билл и Кобб вынуждены бежать после того, как их застала врасплох хозяйка квартиры, в которую они вломились, музыка ускоряется, не теряя своей минималистской темы. Она буквально передает ускоренный адреналином стук сердец главных героев.

В фильме «Преследование» прежде всего важны люди, и все его кинематографические приемы, особенно музыка, служат для характеристики разных личностей. Например, личность Кобба проявляется с первой встречи с Биллом, которого он обманом заманивает в ловушку, заставляя ждать его в кафетерии, потому что знает, что Билл следит за ним.

Когда вор помешивает свой кофе, звяканье ложки в чашке раздражает следящего и вызывает беспокойство у зрителя. Подобно маленькому музыкальному инструменту, она привносит в последовательность элемент напряженности, добавляя регулярное звяканье, которое становится тревожным из-за перспективы внезапного нарушения ритма после того, как наши уши уже привыкли к его постоянству. Это первое взаимодействие с Коббом показывает его скрупулезность и интерес к психологии (иногда на уровне безрецептурных препаратов), которые он продемонстрирует в дальнейшем, особенно во время сцен ограбления, когда он стирает все отпечатки пальцев, объясняя, что взлом нужен, чтобы перевернуть жизнь жертв и сделать ее лучше.

С самого первого полнометражного фильма Кристофер Нолан старается использовать в своей режиссуре как можно меньше впечатляющих эффектов – кроме сбивающих с толку рывков при замедленной съемке толпы, – чтобы максимально приблизиться к исходному материалу.

Минималистичная музыка основана на повторяющейся теме, а многие сцены пронизаны диегетическими[22] звуками, то есть присущими внутренней вселенной фильма.

Путь между противопоставлением и взаимодополняемостью

Фильм «Преследование» – это прежде всего портрет художника, чья потребность в адреналине вырывает его из скучного и бездумного существования. Билл – первый персонаж, с которым мы знакомимся во время его беседы с полицейским, что дает начало повествованию и позволяет главному герою представить другого человека, Кобба. Билл проявляет к нему некую симпатию и с удовольствием принимает новый образ жизни, который преступник мягко ему навязывает. Долгий спуск протагониста в ад показан во флешбэках, перемежающихся полицейскими допросами, что не только снабжает структуру рассказа встроенными элементами, но и позволяет деконструировать его хронологию. Роль Билла как рассказчика не дает ему привилегированного статуса по сравнению с его приятелем, за исключением того, что тому ничто не мешает лгать и искажать правду о них обоих.

Отсутствие какой-либо истории, о которой можно было бы говорить, кроме роли грабителя, делает Кобба еще более загадочным и внушительным[23]. Он решает сделать Билла своим союзником лишь для того, чтобы создать связь если не между доминирующим и подавляемым, то как минимум между мастером и учеником, о чем свидетельствуют многочисленные сцены с диалогами между ними. Камера дрожит и двигается, когда фокусируется на Билле, потому что он сам нервничает. С другой стороны, кадры с Коббом почти неподвижны и скомпонованы так, чтобы подчеркнуть его спокойствие и безмятежность. Зритель обнаружит практически идентичные отношения между Уэйном и Дюкаром в киноленте «Бэтмен: Начало» 2005 года: фильмы Нолана прежде всего посвящены отношениям между мужскими персонажами. Билл, кстати, перенимает манеру поведения Кобба, как и Бэтмен в память о своем погибшем тренере. В одном из эпизодов он даже надевает перчатки и берет в руки ломик и молоток, как супергерой-мститель, готовящийся к тому, чтобы отправиться на поиски преступников. Неудивительно, что на двери его квартиры видна наклейка с логотипом Бэтмена[24].

В отличие от неуклюжей импровизации Билла, Кобб скрупулезен и профессионален, и каждое его движение в сценах ограбления отличается точностью: он звонит в дверь, нажимая на кнопку кончиком галстука, чтобы не оставить отпечатков, надевает перчатки и даже начинает свою работу на месте преступления с поиска сумки, чтобы легче было унести все, что ему удастся украсть.

Он очень организован и обучает Билла «на рабочем месте», исследуя всю квартиру. Важен каждый шаг, и музыка начинает звучать, как только возникает напряжение или срочность: это напоминает миккимаусинг[25], когда минималистичная музыкальная тема аналогичным образом сопровождает действия и мысли персонажей. В фильме, лишенном юмора, эффект выглядит почти дословной цитатой. В результате получается грандиозная картина, напоминающая напыщенные голливудские триллеры 1940-х годов и подчеркивающая, что «Преследование» – это фильм-нуар.

Несмотря на противоположность, оба героя дополняют друг друга в плане личностных качеств: пылкость и изобретательность Кобба уравновешиваются моральными сомнениями Билла. Дуэты такого типа были распространены в buddy movies / фильмах о приятелях[26], но Нолан любит нарушать правила, переосмысливая их динамику. В нескольких своих фильмах, включая «Бессонницу», «Престиж» и «Темный рыцарь: Возрождение легенды», он представлял отношения героев, скорее, как дуэли. Более того, в «Преследовании» исследуются понятия двойной идентичности и двойственности. Билл преображается в результате контакта с Коббом: он меняет внешность и обретает уверенность в себе, не подозревая, что эта метаморфоза – процесс, задуманный его новым другом, чтобы сбить его с толку. Таким образом, в работах режиссера уже действует метадискурс: Нолан воспринимает своих персонажей как таковых, но и намеренно использует их в качестве функций и символов. Помимо работы над личностными характеристиками, автор уже размышляет об их среде, слегка касаясь элементов собственных технологий: аудиокассеты, пишущая машинка, фортепиано и другие инструменты для творчества и распространения его результатов присутствуют в «Преследовании», а понятие авторства находится в центре фильма, поскольку Билл – писатель. Стоит также отметить, что Джереми Теобальд, играющий Билла, брился и подстригал волосы, чтобы походить на Кобба, повторяя приемы Альбера Камю – автора, известного тем, что, внешне сближаясь со своими персонажами, он таким образом исследовал ландшафты их разума.

Хронология, или Как проследить за развитием сюжета

Использование закадрового голоса Билла помогает выстроить повествование и представить его точку зрения на события – еще один излюбленный режиссерский прием Тарантино, который, как и в случае с ним, часто сближает организацию повествования в фильмах Нолана с литературной. Использование закадрового голоса в качестве повествовательного приема – это еще и способ настроить зрителя на сюжет, побуждая его принять определенную точку зрения через внутреннюю фокусировку.

В частности, он отвлекает зрителя от финального поворота, поскольку историю рассказывает персонаж, которого собираются обмануть: Кобб превратил Билла в своего двойника, чтобы его задержали и допросили в полиции вместо него самого в рамках расследования убийства молодой блондинки.

Более того, одна из реплик грабителя раскрывает это желание обмануть и Билла, и зрителей. «Каждая вещь говорит об этих людях что-то очень сокровенное», – заявляет Кобб своему ученику после ограбления квартиры. Таков чистый, беспримесный Нолан, получающий огромное удовольствие от погружения в жанр фильма-загадки и сюжетных поворотов. Роль Кобба подается как альтруистическая: оставляя следы краж, он побуждает жертв провести инвентаризацию их домов и вспомнить свою жизнь, в том числе с ее хорошими моментами: речь о протовоспоминаниях, даже если эта тема уже затрагивалась в короткометражках Нолана. «Забираешь вещи и показываешь им, что у них было» – такова мантра, определяющая сюжет «Преследования». Элементы взаимосвязаны, представлены как головоломка, загадка, проходящая красной нитью через все повествование, потому что большая часть действия состоит в том, чтобы следовать за двумя главными героями, когда они проникают в дома. В первом полнометражном фильме Нолана за банальной историей об ограблениях и мелких преступлениях скрывается история об извращенных манипуляциях и доминировании.

Путешествие в тени и за ее пределами: металептическое предзнаменование

Использование предвестия[27] в измерении, предназначенном для понимания произведения как такового, чтобы дать ему возможность пройти своего рода самоанализ, – мотив, который будет постоянно повторяться в работах Нолана. Таково – не больше и не меньше – вступление к его первому фильму. Коробка, которую Билл открывает в самом первом эпизоде и в которой, помимо прочего, находятся фотографии, ожерелье из конфет и засушенный морской конек, принадлежит молодой блондинке. Лишь много позже в фильме «Преследование» мы узнаем, что Кобб любовник этой женщины и что весь процесс его взаимоотношений с Биллом (от его инициации до изменения через роман с молодой женщиной) служил главным образом для того, чтобы представить его в качестве подозреваемого вместо Кобба.

Коробка появляется в начале фильма, сразу же давая зрителям ключи к загадке, но пути, которые Нолан выбирает для развития связей между этим объектом и остальной частью повествования, намеренно запутаны.

Этот криминальный триллер сочетает в себе хичкоковских архетипических персонажей (наивная, но любопытная жертва; харизматичный, но аморальный манипулятор и роковая женщина) и, конечно, мотивы одержимости в духе Брайана Де Пальмы. Но это также часть репертуара инфернального трио, чьи отношения развиваются на протяжении фильма, завершаясь поворотом в виде неизбежной ловушки для одной из трех вершин любовного треугольника. В 1955 году фильм Анри-Жоржа Клузо «Дьяволицы» (Les Diaboliques) уже осваивал подобную территорию. В нем рассказывалось о жестоком плане: женатый мужчина (Поль Мёрисс) и его любовница (Симона Синьоре) задумали убить жену (Вера Клузо) изменщика очень изобретательным способом. Инсценировав свою смерть, неверный муж начал притворяться призраком, чтобы довести свою супругу до инфаркта.

Также в этой диалектике фильма, постепенно разворачивающей его смысл, еще одна реплика Кобба прекрасно иллюстрирует размышления Нолана о вымысле и включении произведения в область художественного исследования: «Если ты воруешь, это еще не значит, что ты должен выглядеть как гребаный вор». Когда он ругает Билла, выходя из ресторана, где их заметила одна из жертв, грабитель, очевидно, произносит речь об авторских предпочтениях Кристофера Нолана в его отношениях к жанрам кино: если ты снимаешь конкретный фильм, это не значит, что ты должен соблюдать все правила одного жанра, не считаясь с кодексами других. Короче говоря, режиссер отвергает классицизм и, как и многие его предшественники, позиционирует себя как последовательного постмодерниста.

Когда все фигуры на шахматной доске расставлены по местам, Кобб жестоко разрывает отношения с Биллом. Избив молодого человека и оставив его почти без сознания, он засовывает ему в рот резиновые перчатки: мы возвращаемся к одной из первых сцен фильма, которую Билл описывал полицейскому, и именно в этом последнем акте насилия каждый из предшествующих эпизодов, включая и те, что до сих пор оставались загадочными, обретает больше смысла. Кобб также детально объясняет свой манипулятивный подход к молодой женщине, и Нолан уже начинает подчеркивать то, что станет совершенно очевидно в его последующих фильмах, – прием избыточных объяснений, который часто будет в центре внимания критиков его будущих работ. Тем более что героиня Люси Расселл, в свою очередь, подробно рассказывает о схеме махинаций Биллу, как будто одного объяснения недостаточно. О смерти этой героини полицейский небрежно сообщает в лаконичной записке: «Мы обнаружили ее сегодня утром… ее труп», еще до того, как мы видим, как на нее нападает Кобб. Разумеется, о самом убийстве ничего не говорится. Хотя это снова игра с повествованием, предлагающая встроенную историю, эпизоды которой монтируются параллельно, молодая женщина полностью воплощает природу персонажа-функции в финале фильма «Преследование», поскольку виновником ее смерти объявлен Билл. Более того, она становится так называемой «женщиной в холодильнике».

В поисках «женщины в холодильнике»

Концепция «женщины в холодильнике» была создана Гейл Симон по мотивам 54-го выпуска комикса Рона Марца «Зеленый фонарь», вышедшего в 1994 году. В этом выпуске приключений знаменитого героя DC Comics титульный персонаж обнаруживает в холодильнике труп своей подруги. В более общем смысле этот термин означает избиение, унижение или лишение женского персонажа его способностей с единственной целью – обеспечить элементы повествования, позволяющие развиваться мужским персонажам. Молодая блондинка из фильма «Преследование» – первая из многих в фильмографии Кристофера Нолана. Жена Леонарда (Джорджа Фокс), изнасилованная и застреленная в фильме «Мементо»; Кей Коннелл (Кристал Лоу), убитая девушка-подросток в «Бессоннице»; Джулия (Пайпер Перабо), утонувшая на глазах у мужа в начале киноленты «Престиж»; Рэйчел Доус (Мэгги Джилленхол), принесенная в жертву Бэтменом в «Темном рыцаре»; или Мэллори Кобб (Марион Котийяр), спутница протагониста фильма «Начало», чья смерть травмировала его – составляют странный бестиарий женских персонажей, погибших во имя мужского героизма или антигероизма. Хотя они детально прописаны и их присутствие часто имеет жизненно важное значение для сюжета, приходится признать, что их судьба выглядит довольно мрачной и служит в основном для придания глубины персонажам мужского пола, которые в конечном итоге предстают единственными, кто способен изменить облик вселенной.

В «Преследовании» женский персонаж представлен через мужчину, которого девушка называет своим партнером, владельцем бара, якобы связанным с преступным миром. С этой сценой фильм Нолана сразу же проваливает тест Бекдел. Согласно автору Элисон Бекдел, тест заключается в оценке степени важности роли женщин в художественном произведении на основе трех критериев: наличие как минимум двух женских персонажей, наделенных именами (упоминания «блондинки» в титрах недостаточно), наличие у этих двух персонажей хотя бы одного совместного диалога (упомянутый женский персонаж не пересекается ни с кем из главных героев, жертва ограбления Кобба и Билла – лишь статист) и отсутствие в этом разговоре мужского персонажа в качестве главной темы (тоже нет…)[28].

Более того, персонаж Люси Расселл служит для поддержки стилистических претензий Нолана, акцентируя определенные жанровые мотивы. Как роковая женщина она явно подчеркивает наследие фильмов-нуар, но не только. Во время первого поцелуя с Биллом она смотрит на свое отражение в зеркале спальни: она столь же двойственна, как и главный герой, и эта часть ее личности – ее отражение, – соглашается завести с ним роман, тогда как ее другая сущность, та, что познакомилась с ним в баре и встречалась до сих пор, ясно сказала, что между ними ничего подобного не будет.

Молодая блондинка – это маркер, который сообщает зрителям о том, что «Преследование» – произведение о двойной идентичности, теме, которая очень часто присутствует в фильмографии Нолана, и ее кульминацией, несомненно, является трилогия «Темный рыцарь». В соответствии с этой логикой данный персонаж присоединяется к списку перевоплощений, совершенных режиссером в собственных работах. Кобб – это Кристофер Нолан, умеющий манипулировать аудиторией и мистифицировать ее, рассказывая истории «с изюминкой»; Билл – автор, который больше всего на свете хочет проникнуть в человеческую душу и отразить ее в художественном произведении; а молодая женщина – очевидная жертва ограбления, чья частная жизнь осквернена, как это произошло с самим режиссером, когда он в молодости жил в Лондоне. «Каково это – видеть, что в твою дверь врываются незнакомцы?» – вопрос Билла к его будущей возлюбленной – это, очевидно, вопрос о собственном опыте Нолана.

Двери как символ защиты от внешнего мира явно присутствуют в фильме, особенно когда мы видим фотографию Джека Торренса (Джек Николсон), чье лицо гримасничает в дверном проеме отеля в фильме «Сияние» (Стэнли Кубрик, 1980). В этой киноленте погружение в ад персонажа, сыгранного Николсоном, иллюстрируется использованием зеркал: в комнате всегда есть хотя бы одно, в котором он видит призрака. То же самое можно сказать и о его сыне Дэнни (Дэнни Ллойд), который предупреждает и свою мать (Шелли Дювалл), и зрителей о надвигающейся бойне, написав губной помадой на шкафу слово REDRUM, которое он повторяет снова и снова после своих видений, а отражение в зеркале превращает его в MURDER/УБИЙСТВО. В этом смысле и в сравнении со Стэнли Кубриком, который, кажется, очень нравится Нолану, мы можем рассматривать отражение молодой женщины в зеркале в «Преследовании» как символическое объявление о ее скором переходе в загробный мир после преднамеренного убийства[29].

Первые успешные оценки

При бюджете, эквивалентном 6000 долларов, фильм «Преследование» собрал почти 50 000 долларов, что не сделало его блокбастером, но все же стало большим успехом с довольно впечатляющей окупаемостью. По-настоящему фильм проявил себя на таких мероприятиях, как Международный кинофестиваль в Торонто в 1998 году и Международный кинофестиваль в Салониках годом позже. В 1999 году дебютный полнометражный фильм Нолана получил ряд наград, включая «Золотого тигра» на Роттердамском международном кинофестивале, приз за лучшую режиссуру на Международном кинофестивале в Ньюпорте и «Серебряного Хичкока» на Британском кинофестивале в Динаре. Кроме того, «Преследование» было признано лучшим черно-белым фильмом на кинофестивале Slamdance. Все эти награды за первый полнометражный фильм, который не остался незамеченным и создал определенную репутацию своему автору, позже были подтверждены успехом фильма «Мементо», что привело к дальнейшим показам «Преследования», в частности на Международном фестивале независимого кино AFM в Турции в 2002 году и в следующем году на Международном кинофестивале в Палм-Спрингс. Машина была уже официально запущена, и слухи распространялись методом сарафанного радио: Кристофер Нолан полон идей, и те, что он уже запечатлел на пленке, обещали ему яркую карьеру. Голливуд знает об этом все, и если Мекка американского кино проявляет интерес к художнику, трудно упустить такой шанс.