Московский бестиарий

– Но они должны знать о твоём могуществе! – не унимался гоблин, пытаясь вырваться. – В моём мире великие маги всегда демонстрируют свои силы! Устраивают фейерверки! Превращают врагов в жаб! Строят гигантские башни из чистого хрусталя!

– Мы не в твоём мире, – напомнил Сергей, затаскивая гоблина в комнату. – Здесь люди ещё не привыкли к магии. Они могут… испугаться.

От тела гарпии отделилась маленькая светящаяся сфера размером с грецкий орех. Она медленно поднималась вверх, переливаясь всеми оттенками голубого. Достигнув уровня их балкона, сфера замерла на мгновение, словно изучая их, а затем стремительно метнулась к Сергею и вошла в его грудь, растворившись без следа.

– Вот это да! – воскликнул Шмыг, глаза которого теперь были размером с блюдца. – Ты поглотил её сущность! Это так редко! Шмыг видел такое всего три или четыре… нет, максимум пять раз за всю свою долгую гоблинскую жизнь! Это как выиграть главный приз в магической лотерее!

Сергей почувствовал странное тепло, разливающееся по телу, и легкое головокружение, словно выпил крепкого алкоголя на голодный желудок. Перед глазами на мгновение вспыхнули странные символы, похожие на те, что украшали мантию профессора Харроустоуна, а затем все вернулось в норму.

– Что… что это было? – выдохнул он, опираясь о стену, чтобы не упасть.

Шмыг смотрел на него с восхищением, его глаза буквально светились от восторга.

– Ты поглотил магическую сущность гарпии, – сказал он с благоговением в голосе. – Ее энергия теперь часть тебя! Это как… как будто ты съел её душу! Только без жевания и неприятного вкуса потусторонних сущностей! А ещё это означает, что ты становишься настоящим магом! – Он подпрыгнул и хлопнул в ладоши. – Шмыг так взволнован! Это как наблюдать, как маленький птенец делает свои первые шаги! Только птенец – это ты, а шаги – это сжигание злобной гарпии!

– Магическая сущность? – переспросил Сергей, все еще пытаясь справиться с головокружением.

– Думай об этом как о… – Шмыг сделал задумчивое лицо, подбирая аналогию, – как о батарейке. Каждое магическое существо содержит в себе определенное количество магической энергии. Когда существо умирает, эта энергия обычно рассеивается в пространстве. Но иногда – очень редко – маг может поглотить эту энергию, сделать ее своей.

– И что это мне дает? – Сергей уже почти пришел в себя, головокружение отступало, сменяясь странным чувством силы и легкости.

– Трудно сказать, – пожал плечами Шмыг. – Но обычно поглощение сущности другого существа дает часть его способностей. Гарпии – существа воздуха. Возможно, ты теперь сможешь использовать воздушную магию. Или станешь лучше видеть в темноте – у гарпий отличное ночное зрение. Или, – гоблин хихикнул, – у тебя вырастут когти и перья!

– Надеюсь, до этого не дойдет, – пробормотал Сергей, с опаской осматривая свои руки, словно ожидая, что они в любой момент покроются оперением.

Он прошёл к зеркалу в прихожей и внимательно всмотрелся в своё отражение. Никаких внешних изменений не было, но что-то неуловимо поменялось в его глазах – появился странный блеск, отсвет внутреннего пламени. Он моргнул, и на мгновение ему показалось, что его зрачки стали вертикальными, как у хищной птицы, но видение исчезло так же быстро, как и появилось.

– Чувствуешь что-нибудь необычное? – с любопытством спросил Шмыг, забравшись на тумбочку рядом с зеркалом, чтобы быть на одном уровне с лицом Сергея.

– Не знаю, – честно ответил тот. – Мне кажется, я стал… острее воспринимать мир. Цвета ярче, звуки чётче. И ещё…

Он не договорил, потому что в этот момент заметил нечто удивительное – по его коже пробежала рябь голубоватых искр, словно электрические разряды, только совершенно безболезненные.

– Жизненная энергия, магический потенциал, – пояснил гоблин, подбегая к Сергею и заглядывая ему в глаза. – Когда магическое существо умирает, его энергия освобождается. Обычно она просто рассеивается в воздухе, как пар из чайника, но иногда… иногда ее может поглотить другое магическое существо. Или маг. – Он снова радостно подпрыгнул. – Как ты!

– Но я не маг, – возразил Сергей, хотя уже сам не верил своим словам.

– Теперь точно маг, – уверенно кивнул Шмыг, хлопая Сергея по руке. – Частица сущности Смотрителя в тебе пробудилась. Ты использовал настоящую боевую магию – огненный шар! Это же базовое заклинание в учебнике «Боевая магия для начинающих, том первый»! – Он замер, заметив удивленный взгляд Сергея. – Ну, если бы такая книга существовала, конечно. Не то чтобы Шмыг когда-либо видел такую книгу… Или любую другую книгу… Потому что Шмыг, конечно, еще не умеет читать ваши странные буквы… но обещаю научиться.

– Расскажешь мне всё-всё о магии? – вдруг спросил Сергей. – Я имею в виду, как контролировать эту… магию? Направлять ее?

Шмыг задумался, его обычно подвижное лицо стало непривычно серьезным:

– Честно сказать, я очень мало знаю. Шмыг может рассказать тебе только то, что видел и слышал, находясь в музее. Профессор часто практиковал заклинания и иногда говорил вслух о теории магии, думая, что его никто не слышит. Но… – он развел руками, – это будет все равно что учиться водить машину по рассказам человека, который сам никогда не сидел за рулем, но много раз ездил пассажиром.

– Это лучше, чем ничего, – ободряюще улыбнулся Сергей. – К тому же, у меня есть ты – самый наблюдательный гоблин в мире. Ты наверняка подметил много деталей, которые другие бы пропустили.

Шмыг просиял от комплимента:

– Тогда приступим к настоящему обучению немедленно! То, что было раньше – лишь разминка, – он выпрямился, и его голос приобрел глубокий, наставнический тембр. – Занятие первое: основы концентрации магической энергии. Волшебство – это не просто стремление к желаемому. Это искусство управления потоками энергии, струящимися в мироздании…

Гоблин неожиданно преобразился, словно на его плечи легла невидимая мантия древнего мудреца. Голос, обычно пронзительный и суетливый, стал глубоким и размеренным. Даже его жесты изменились – вместо обычной хаотичной жестикуляции, он двигал руками плавно и точно, словно опытный дирижёр.

– Магия – это язык, на котором говорит сама реальность, – произнёс он, и в его словах Сергею почудилось эхо древних знаний. – Чтобы управлять ею, нужно сначала научиться слушать. Вселенная постоянно шепчет свои тайны, но мало кто способен их услышать. Ты должен настроиться на эту незримую мелодию, почувствовать её ритм и гармонию.

Шмыг подошёл к столу и взял яблоко из вазы:

– Смотри. Даже в самом простом предмете скрыт целый мир. Семена внутри, ждущие своего часа. Солнечный свет, превратившийся в сладкую мякоть. Вода из глубин земли, ставшая соком. – Он протянул яблоко Сергею. – Магия не создаёт ничего из ничего. Она лишь преображает то, что уже существует. Трансформирует. Направляет. Усиливает.

– Погоди минутку, – Сергей остановил своего учителя жестом. – Гляну на балкон, проверю, что там с нашей гарпией.

Внизу уже собралась толпа зевак – не меньше двух десятков человек. Некоторые возбужденно указывали на балкон его квартиры.

– Похоже, наш огненный дебют не остался незамеченным, – произнес начинающий маг, и в его голосе отчетливо прозвучала тревога. – Пожалуй, стоит приготовиться к гостям.

Сергей почувствовал, как внутри нарастает паника. Как объяснить полиции, что он только что магией убил летающее мифическое существо? Что у него в квартире живет говорящий гоблин?

Стук в дверь раздался через пятнадцать минут – достаточно времени, чтобы Сергей и Шмыг могли продумать план действий. Вернее, Сергей продумал, а Шмыг предложил не менее десяти абсурдных вариантов, включавших маскировку гоблина под домашнее растение и превращение полицейских в лягушек.

– Быстро в шкаф, – скомандовал Сергей, услышав настойчивый звонок в дверь. – И чтобы ни звука!

– Шкаф? – возмутился гоблин. – Почему всегда шкаф? Почему не холодильник или стиральная машина? В шкафах так скучно и пыльно!

– Потому что в холодильнике ты замерзнешь, а в стиральной машине задохнешься, – терпеливо объяснил Сергей, подталкивая Шмыга к спальне. – Давай, и ни звука, пока я не скажу, что всё чисто.

Втолкнув протестующего гоблина в недра платяного шкафа, Сергей плотно закрыл дверцы. Он успел услышать приглушенное бормотание о «неуважении к разумным зеленым существам» и «дискриминации по видовой принадлежности», прежде чем раздался еще один настойчивый стук в дверь.

Сергей глубоко вздохнул, провел рукой по волосам, стараясь придать себе более презентабельный вид, и направился к входной двери.

– Полиция, – объявил молодой сержант, стоящий на пороге. За его спиной маячил еще один полицейский, постарше и с усталым выражением лица. – Поступило сообщение о… необычном происшествии с вашего балкона.

– Проходите, – Сергей сделал приглашающий жест, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. – Я как раз собирался звонить в службу спасения.

Полицейские настороженно вошли в квартиру, их взгляды сразу же начали осматривать помещение. Старший офицер, лейтенант судя по нашивкам, достал блокнот.

– Мы получили сообщение о падении горящего объекта с вашего балкона, – начал он официальным тоном. – Свидетели утверждают, что это было похоже на… – он сделал паузу и с заметным неудобством продолжил, – на горящую женщину с крыльями.

– Гарпия, – кивнул Сергей. – Она напала на меня, когда я вышел на балкон.

Лейтенант переглянулся с сержантом. В их взглядах читалось удивление от того, что Сергей так спокойно подтвердил необычную природу существа.

– Вы утверждаете, что на вас напала… гарпия? – медленно переспросил лейтенант. – Мифическое существо с телом птицы и головой женщины?

– После открытия Врат в «Европейском» такие существа больше не миф, верно? – пожал плечами Сергей, указывая на балкон. – Хотите посмотреть, где это произошло?

В этот момент из шкафа в спальне донесся приглушенный чих, за которым последовало неразборчивое бормотание. Оба полицейских мгновенно насторожились.

– У вас кто-то есть? – спросил сержант, рука которого инстинктивно дернулась к кобуре.

– Телевизор, – быстро сказал Сергей. – Я забыл его выключить. Реклама аллергии… то есть, лекарства от аллергии.

К счастью, полицейские, кажется, приняли это объяснение и направились к балкону.

На балконе Сергей показал сломанные перила и следы от когтей гарпии на металлическом каркасе.

– Она приземлилась здесь, – объяснял он, – а я как раз держал в руках это.

Сергей поднял с пола балкона зажигалку и баллончик стеклоочистителя, которые предусмотрительно подготовил за несколько минут до прихода полиции.

– Я мыл окна и собирался закурить, – продолжил он свою легенду. – Когда эта тварь приземлилась, я от страха нажал на зажигалку, все еще держа баллончик… – Сергей имитировал положение рук. – Получился импровизированный огнемет. Повезло, что она оказалась чувствительна к огню.

Лейтенант задумчиво изучал баллончик и зажигалку, а затем осмотрел сломанные перила и глубокие царапины.

– Знаете, в обычный день я бы посчитал такую историю полным бредом, – наконец сказал он, потирая подбородок. – Но последние дни… не совсем обычные.

– Это точно, – согласился Сергей. – Я сам до сих пор не могу поверить во все это.

– Вчера моя напарница арестовала говорящего козла, который пытался ограбить ювелирный магазин, – вдруг поделился сержант. – А позавчера мы разнимали драку между группой домовых и сантехником, которые не могли поделить подвал в многоэтажке.

Лейтенант бросил на сержанта предупреждающий взгляд, но потом вздохнул.

– Мир сходит с ума. Но ваша версия с импровизированным огнеметом звучит… правдоподобно. – Он сделал несколько заметок в блокноте. – Тем не менее, мы должны оформить происшествие. Самооборона, нападение магического существа… – он покачал головой. – Даже не знаю, какой протокол использовать.

– А что стало с… телом? – осторожно спросил Сергей.

– Специальная бригада забрала его, – ответил лейтенант. – У нас теперь есть такие. Целый отдел создали за два дня.

– А что теперь будет? – спросил Сергей. – Мне грозят проблемы?

Лейтенант тяжело вздохнул:

– Знаете, у нас пока нет четких инструкций насчет самообороны от мифических существ. Законы просто не предусматривали такие ситуации. Но судя по следам на балконе и показаниям свидетелей, это явно было нападение. К тому же, – он понизил голос, – у нас уже было три случая нападения гарпий на людей в центре города. Две жертвы. Так что… считайте это самообороной. Просто будьте осторожнее с вашим «самодельным огнеметом».

После заполнения необходимых бумаг и короткого осмотра места происшествия, полицейские наконец ушли. Сергей запер дверь и с облегчением прислонился к ней спиной.

– Шмыг! – позвал он. – Они ушли, можешь выходить!

Из шкафа не донеслось ни звука.

– Шмыг? – Сергей направился к спальне, начиная беспокоиться. – Ты там?

Открыв дверцы шкафа, он обнаружил гоблина, крепко спящего среди свитеров и рубашек. Маленькая зеленая фигурка свернулась калачиком на полке, тихонько посапывая. В одной руке Шмыг крепко сжимал носок Сергея, а в другой – темно-синий галстук, которые он, видимо, успел «сколлекционировать» даже в стрессовой ситуации.

Сергей тихо засмеялся и осторожно закрыл дверцы шкафа, решив не беспокоить своего необычного соседа. У них еще будет время для магических уроков и обсуждения новых правил хранения носков. А пока пусть гоблин отдохнет – судя по всему, это был напряженный день не только для него, но и для его зеленокожего наставника.

Засыпая этой ночью, Сергей не мог избавиться от мысли, что это только начало. Мир изменился безвозвратно, и кто знает, что принесет завтрашний день? Новые существа из легенд, новые способности, новые опасности… Но, возможно, и новые чудеса. И что-то подсказывало ему, что с говорящим гоблином в шкафу и магией в его собственных руках, жизнь точно не будет скучной.

ГЛАВА 7. УЧЕНИК ГОБЛИНА

Утром, только открыв глаза, Сергей увидел перед собой серьезное лицо Шмыга. Гоблин стоял у изголовья кровати, держа в зеленых ладонях потрепанный томик в кожаном переплете. Его обычно искрящиеся весельем глаза были сосредоточены, а длинные уши настороженно подрагивали. В руке он бережно держал книгу, которую недавно выпросил у Сергея – мистический детектив о провинциальном журналисте.

Солнечный свет, пробивающийся сквозь неплотно задернутые шторы, создавал вокруг головы гоблина что-то вроде нимба, придавая этому моменту почти сакральный характер. За окном доносились уже привычные звуки изменившегося мира: крики странных птиц, шорох крыльев и отдаленное гудение, природу которого Сергей предпочитал не исследовать.

– Что случилось? – с беспокойством спросил Сергей, приподнимаясь на локтях и протирая сонные глаза. В последние дни любое необычное поведение гоблина могло означать как новую бытовую катастрофу на кухне, так и приближение очередного магического существа с недружественными намерениями.

Шмыг переступил с ноги на ногу, явно нервничая. Он несколько раз открыл и закрыл рот, будто подбирая правильные слова – явление для болтливого гоблина совершенно нехарактерное. Наконец, он смущенно почесал свой длинный нос и, слегка запинаясь, произнес:

– Шмыг всю ночь думал… и решил… – он сделал глубокий вдох, словно перед прыжком в воду. – Шмыг, конечно, не маг, но я могу помочь тебе с основами. Я знаю, как течет магическая энергия, как формируются заклинания, как контролировать стихии… – Его голос стал увереннее по мере перечисления своих знаний, но затем снова снизился до почти шепота. – А ты, в свою очередь… если тебе не сложно… мог бы научить меня читать ваши буквы?

Гоблин осторожно погладил обложку книги с видимым благоговением, словно касался чего-то бесконечно ценного.

– Шмыг хочет понимать эти странные символы, чтобы читать книги и стать самым умным гоблином во всех мирах! Представляешь, сколько знаний скрыто в этих страницах? – Его глаза засияли от восторга при одной мысли об этом. – Шмыг мог бы узнать секреты древних магов, истории забытых королевств, рецепты восхитительных человеческих блюд, которые не нужно красть из холодильника посреди ночи!

Шмыг на мгновение замер, осознав, что только что проболтался о своих ночных рейдах к холодильнику, и виновато опустил уши, но тут же воспрянул духом, решив сменить тему.

Он гордо выпятил грудь, принимая важный вид ученого мужа, но эффект был несколько испорчен тем, что в этот момент он, зацепился за ковер и, потеряв равновесие, едва не растянулся на полу. Только молниеносная реакция позволила ему удержаться на ногах, хотя книга при этом взлетела в воздух и, описав эффектную дугу, приземлилась точно на подушку рядом с Сергеем.

– Упс! – смущенно пискнул Шмыг, закрывая лицо руками. – Видишь, как важно Шмыгу стать образованным? Тогда я буду не только умным, но, может быть, и немного более… изящным?

Он вопросительно посмотрел на Сергея, и в его больших глазах читалась такая надежда, такая искренняя жажда знаний, что отказать было просто невозможно.

Сергей подавил улыбку. Что-то было трогательное в том, как это маленькое зеленое существо, способное с легкостью уничтожить половину продовольственных запасов за один завтрак, мечтало стать «изящным». И всё же, эта искренняя тяга к знаниям вызывала уважение.

– Сделка! – Сергей протянул руку. – Я научу тебя читать, а ты поможешь мне с магией.

Шмыг торжественно пожал протянутую ладонь своими маленькими пальцами, и на мгновение Сергею показалось, что по их рукам пробежала искра – не просто статическое электричество, а что-то большее, словно само мироздание скрепило их договор печатью.

– Это был магический контракт? – встревоженно спросил Сергей, когда гоблин отпустил его руку.

– Что? – Шмыг недоуменно моргнул. – Нет, просто рукопожатие. Для магического контракта нужны свечи, кровь василиска, три волоса с хвоста единорога и правильно выговоренное заклинание на древнеэльфийском… Хотя, подожди. – Гоблин нахмурился. – Может, это в четверг нужно всё вышеперечисленное, а во вторник достаточно просто пожать руки? У магических контрактов такой запутанный протокол!

Сергей невольно задумался, действительно ли Шмыг шутит, или в магическом мире день недели действительно влияет на формы заключения контрактов. С появлением в его жизни гоблина граница между абсурдом и реальностью стала удивительно тонкой.

Глядя на озадаченное лицо Шмыга, Сергей не выдержал и расхохотался.

– Я буду благодарен за любую помощь, – искренне сказал он. – И, конечно же, научу тебя грамоте.

– Начнем с понимания, – важно произнес гоблин, принимая позу учителя – выпрямившись, сложив руки на груди и задрав нос так высоко, что едва видел перед собой. – Магия – это не просто фокусы. Это сила, пронизывающая все сущее. Как электричество в ваших проводах, только живое и разумное. Или как соус в вашей еде – пропитывает все блюдо, делает его вкусным, но если добавить слишком много, то всё становится жидкой кашей!

Он спрыгнул с дивана и начал расхаживать по комнате, жестикулируя длинными руками так энергично, что сбил настольную лампу.

– Ой, извини! – воскликнул он, пытаясь поднять лампу, но только запутался в проводе и чуть не опрокинул стол. – Так вот, маг – это проводник для этой силы. Он не создает магию, он направляет ее, придает форму. Как водопроводчик не создает воду, а просто направляет её поток! Понимаешь?

Сергей медленно кивнул, пытаясь уложить эту информацию в голове и одновременно спасая лампу от Шмыга.

– Значит, магия уже существует вокруг нас, и я просто… использую ее?

– Именно! – Шмыг радостно подпрыгнул, но не рассчитал и ударился головой о книжную полку, обрушив на себя стопку книг. – Ой, больно! – простонал он из-под литературной кучи. – Но ты правильно понял! Ты умный для человека! Не то что другие люди, которых Шмыг встречал! Они все такие медленные, как сонные улитки в морозильнике!

Шмыг выбирался из книжного завала с таким видом, будто это было для него обычным делом. Некоторые книги он откладывал с особой осторожностью, другие небрежно отбрасывал в сторону, бормоча что-то вроде «скучно», «нет картинок», «слишком много цифр».

– Спасибо, наверное, – усмехнулся Сергей, помогая гоблину выбраться из-под книг. – Но как мне контролировать это? Я не хочу случайно сжечь квартиру или кого-нибудь.

– Контроль приходит с практикой, – задумчиво произнес гоблин, рассеянно потирая шишку на лбу. – Начнем с того, что ты уже умеешь делать, но не контролируешь. Попробуй создать маленький огонек на кончике пальца.

– Прямо сейчас? – Сергей с сомнением посмотрел на свою руку.

– А когда еще? – пожал плечами Шмыг. – Магия не ждет. Она как река – либо ты учишься плавать, либо тонешь. Или как горячий пирожок – либо ты быстро откусываешь кусочек, либо он остывает и становится невкусным! А Шмыг очень любит холодные пирожки! – Он замер, осознав свою оговорку. – То есть, Шмыг хотел сказать, что очень любит горячие пирожки и очень не любит холодные! Шмыг иногда путает слова в вашем сложном языке!

– Давай попробуем, – согласился Сергей, устраиваясь удобнее в кресле. – Что я должен делать?

Шмыг приблизился и сел напротив, скрестив ноги. Его лицо, обычно подвижное и эмоциональное, стало сосредоточенным, почти медитативным. Даже его длинные уши, постоянно подрагивающие, замерли.

– Закрой глаза, – мягко сказал гоблин. – Дыши медленно и глубоко. С каждым вдохом представляй, как ты втягиваешь невидимую силу из окружающего мира. С каждым выдохом – как она распределяется по твоему телу.

Сергей послушно закрыл глаза и начал дышать, как инструктировал Шмыг. Поначалу он чувствовал себя немного глупо – словно на сеансе йоги, которую пробовал однажды и бросил после первого занятия. Но постепенно пришло новое ощущение – словно с каждым вдохом в его теле зарождается тепло, не обычное человеческое тепло, а нечто иное, более глубокое и яркое.

Странно было ощущать, как внутри поднимается эта сила. Она не была чужеродной – скорее, казалась давно забытой частью его самого, как если бы он всю жизнь ходил с закрытыми глазами и вдруг прозрел. Мир вокруг сквозь закрытые веки вдруг стал живым, пульсирующим, наполненным потоками энергии, которые он раньше никогда не замечал.

Сергей глубоко вздохнул и вытянул руку перед собой, сосредоточившись на кончике указательного пальца. Он попытался вспомнить ощущение, которое испытал на балконе – тепло, разливающееся по телу, концентрирующееся в груди, а затем перетекающее в руки.

Ничего не произошло.

– Не получается, – разочарованно сказал он.

– Ты слишком напряжен, – заметил Шмыг, подходя ближе и внимательно изучая палец Сергея, словно мог увидеть там магию. – Магия любит спокойствие. Закрой глаза, дыши глубоко, почувствуй поток внутри себя. – Он начал демонстративно глубоко дышать, раздуваясь как маленький зеленый шарик, а затем неожиданно громко икнул. – Ой, извини! Шмыг вдохнул слишком много воздуха! Но ты продолжай, не обращай на меня внимания!

Сергей послушался. Он закрыл глаза и начал глубоко дышать, стараясь расслабить каждую мышцу своего тела. Постепенно он почувствовал то самое тепло, пульсирующее в груди. Оно было слабее, чем во время схватки с гарпией, но определенно присутствовало.

– Я чувствую это, – тихо сказал он. – Тепло внутри.

– Хорошо! – голос Шмыга звучал где-то рядом, сопровождаемый периодическими иканиями. – Ик! Теперь представь, как это тепло течет по твоей руке к пальцу. Не заставляй его, просто… направляй путь. Как пастух направляет стадо овец! Или как бармен направляет струю алкоголя в стакан! Или… ик!… как портной продевает нитку в иголку! – Шмыг, казалось, мог продолжать эти сравнения бесконечно, поэтому Сергей решил сосредоточиться на своих ощущениях.

Сергей сконцентрировался на этом ощущении, представляя, как тепло медленно перетекает из груди в плечо, затем в предплечье, в кисть и, наконец, концентрируется в кончике указательного пальца. Он почувствовал легкое покалывание, словно палец слегка онемел.

– Теперь представь маленький огонек, – продолжал инструктировать Шмыг, периодически икая. – Яркий, теплый, но контролируемый. Как… как… ик!… как огонек маленькой свечки на именинном торте! Или как крохотное солнышко на твоем пальце! Или как…

Сергей уже не слышал сравнений Шмыга. Он полностью погрузился в ощущение тепла на кончике пальца. В его сознании возник образ маленького, яркого пламени, танцующего, но послушного его воле. Он почувствовал, как энергия сгустилась до точки, где реальность и воображение перестали различаться.

– Получилось! – вдруг воскликнул Шмыг, прерывая собственную речь, и от неожиданности Сергей чуть не потерял концентрацию. – Смотри! У тебя настоящий магический огонь! И, заметь, не спонтанный, как в прошлый раз, а вызванный сознательно! Ты – настоящий маг! Шмыг так горд! Это как… как… ик! …как наблюдать первые шаги собственного ребёнка! Не то чтобы Шмыг когда-либо воспитывал детей… Хотя, возможно, где-то и бегают маленькие зелёные детишки, похожие на Шмыга! – Он мечтательно закатил глаза, но тут же снова сосредоточился на Сергее. – Но это совсем другая история! Сейчас мы говорим о твоей магии!