Обманчивая нежность в оковах первозданной ненависти

– Мэйли, это Линь Юэ – моя правая рука и гарантия, что в «Лотосе» не придется стирать с полов слишком много крови. Можешь обращаться к ней или к Ли Вэю, познакомлю тебя с ним позже.

Девушка слегка склонила голову. Жест был вежливым, но в глазах ни капли тепла, лишь безжалостная оценка.

– Не забудь о моей просьбе, – сказал Цзинь Сэ, снова обращаясь к Линь Юэ.

– Да, – ее губы тронуло подобие улыбки. – Сейчас займусь.

Прощальный взгляд девушки скользнул по мне – холодный, взвешивающий. Затем она развернулась, и коса, словно черный хлыст, рассекла воздух. Через мгновение ее стройный силуэт растворился в полумраке галереи, оставив после себя лишь чувство легкого, леденящего сквозняка.

«Стражница Линь тоже не из числа моих персонажей. От этой девушки не стоит ждать ни дружбы, ни пощады.»

– Идем, – произнес Цзинь Сэ, отрывая меня от размышлений.

Мы направились в уютную нишу за резной ширмой. Из главного зала, где напряжение наконец растаяло, доносились чистые, словно хрусталь, переливы циня. Его струящаяся мелодия отсекала нас от недавней суеты, создавая островок тишины.

На низком столе, застеленном темным шелком, была разложена утренняя трапеза. В центре – пиалы с белоснежным рисом, тарелочки с хрустящими маринованными овощами и чайник с легким зеленым чаем. Рядом, словно драгоценности, стояли небольшие блюдца со сладостями: нежное печенье, рисовые пирожки на пару и полупрозрачные конфеты из османтуса.

Цзинь Сэ устроился на подушке и с неспешной грацией потянулся к чайнику.

– Успела позавтракать?

– Нет, – ответила я, опускаясь напротив. – Помешала та ссора в зале.

Он медленно налил чай в мою пиалу, и тонкая струйка пара изящно закружилась в воздухе.

– Подобные «ссоры» – ежедневная мелодия, – произнес мужчина с легким, почти бархатным обертоном рассказчика. – То веер потеряют, то спор о журавле и драконе разгорится. В прошлом месяце поэт вызвал другого на поэтическую дуэль из-за танцовщицы. Закончилось тем, что оба получили по оплеухе от самой музы. Она посчитала их стихи слишком вульгарными.

Я невольно улыбнулась, представив эту нелепую и живую сцену. Картина была настолько яркой, что на мгновение развеяла мое напряжение. Взяв свою пиалу, я поднесла ее к губам, но не сделала глотка – вместо этого я наблюдала за хозяином постоялого двора поверх тонкого фарфорового края.

«Сейчас он поднимет чашку. Ему придется отодвинуть маску или снять ее, чтобы отпить. Хотя бы на мгновение.»

Цзинь Сэ взял свою пиалу. Его движения были неторопливыми, почти церемониальными. Он поднес ее к лицу. И тогда я увидела хитрость. В том месте маски, где должен быть рот, была искусно вырезана узкая щель, сливающаяся с орнаментом. Мужчина слегка запрокинул голову и сделал бесшумный глоток.

Надежда лопнула, как мыльный пузырь, коснувшись холодной поверхности маски Цзинь Сэ. На ее месте осталась пустота, а затем – острый, соленый укол досады на сердце. Я сделала глоток чая – и он оказался превосходным. Густым, бархатистым, с глубоким послевкусием, которое лишь подчеркнуло горечь в душе.

«На что надеялась, дурочка? Думала, он для тебя сделает исключение?»

– А бывают по-настоящему опасные ситуации? – спросила я.

– Постоянно. Но Линь Юэ и Ли Вэй знают, как усмирить самых буйных. Кстати… Ты умеешь защищаться? Хотя бы дать пощечину наглецу в состоянии?

– Нет. Но в ту ночь… От отчаяния и ярости мне удалось ранить одного из похитителей.

Цзинь Сэ замер. На миг он словно провалился вглубь себя, и даже воздух вокруг него застыл.

– Видел следы крови в комнате, – произнес тише и сделал еще глоток. – И был очень рад узнать, что она принадлежала не тебе. Это говорит о твоем характере. Даже без навыков ты не сдаешься. Только одно мне непонятно…

Я молча смотрела на него, ожидая продолжения.

– Зачем пытаться себя убить?

– Иного выбора нет, – выпалила первое, что пришло в голову, закипая внутри.

Вот только злилась я не на него, а на себя. Мне было безумно неловко.

– В этом мире выбор есть всегда, – парировал он. – Просто все варианты бывает ведут к одному результату. Может, стоит научиться лучше защищаться? Чтобы в следующий раз отбиться, а не напороться на кинжал.

Мне хотелось свернуться калачиком, но я заставила себя держать спину прямо.

– Снова пытаешься зацепить меня и найти способ посмеяться под видом тренировок?

Цзинь Сэ тихо усмехнулся.

– Серебряный Лотос предоставляет все, что пожелает гость. В том числе уроки самообороны. Если захочешь, подберу наставника. Но могу потренировать и сам. Буду аккуратен.

Неожиданная теплота в его голосе заставила сердце на миг замереть в странной тишине. Я перевела взгляд на узор ширмы.

– Ты и стражница Линь… Кажется, вы давно знакомы. Она производит впечатление человека, преданного без остатка.

Цзинь Сэ отпил чаю, взгляд стал отстраненным.

– Я помог ей в трудную минуту, а она попросила взять ее на службу. С тех пор прошло много лет. Линь Юэ стала мне семьей, как и Ли Вэй. Надежнее кровных родственников.

Его взгляд вновь остановился на мне, и в глубине его глаз мелькнула легкая усмешка.

– А что, неужели ревнуешь?

Кровь ударила в виски. Я заставила себя рассмеяться легко, но фальшиво.

– Мы слишком мало знакомы для таких чувств. Как-то странно доверять человеку, который никогда не показывает своего лица.

Цзинь Сэ медленно провел пальцем по гладкому краю маски. Затем, с молниеносной грацией дикого зверя, он перекинулся через стол и оказался в одном дыхании от моего лица, его ответ прозвучал обжигающим шепотом:

– Ты думаешь, под маской скрывается большее зло, чем в душах тех, кто каждый день одаривает ложными улыбками и пустыми обещаниями?

Глава 6. Монета еще не упала

Хаос игорного дома Золотые Веера – сияние сотен свечей, гам голосов, звон костей – обрушился на Ли Вэя, стоило ему переступить порог. Воздух был наполнен сладковатым ароматом выдержанного вина и пряных духов, который, однако, едва перебивал запах пота и азарта. На мгновение мужчина замер, позволяя своим глазам адаптироваться к ослепительному хаосу вокруг.

Его внимание привлекло движение на втором уровне. Один из посетителей крепкого телосложения в одежде из грубой ткани цвета высохшей земли, с вышитой на спине эмблемой клана «Сухого тростника», красный от гнева и алкоголя, грозно возвышался над хозяйкой заведения.

Цуй Син. Ее невозможно было не узнать. Белоснежные волосы резко контрастировали с юными чертами и алеющими губами. Шелковое одеяние гранатового цвета с золотой вышивкой лишь оттеняло эту ледяную белизну. В ее безупречной осанке и спокойном взгляде чувствовалась опасность.

– Ты сегодня идешь со мной! – рявкнул мужчина, хватая ее за запястье. – Я проиграл целое состояние!

Ли Вэй шагнул вперед и инстинктивно потянулся к мечу. Но его помощь не потребовалась.

Легкая, соблазнительная улыбка тронула губы Цуй Син. Она что-то тихо сказала. Мужчина грубо засмеялся, решив, что красавица сдается.

Движения девушки были плавные и изящные, как ива, гнущаяся под ветром, чтобы затем выпрямиться с сокрушительной силой. Пальцы скользнули по руке дебошира с обманчивой нежностью. Неожиданно она развернулась, используя инерцию мужчины как рычаг. Ее бедро мягко уперлось в его, пятка ударила по голени. Для мужчины мир опрокинулся в одно мгновение: потолок сменился полом, и его отбросило прямо в зияющий проем окна.

Еще не успел смолкнуть крик мужчины, смешанный с отборными ругательствами, как зал взорвался громогласным, одобрительным гулом: смехом, свистом, аплодисментами. Кто-то крикнул:

– Десять лянов на то, что он сломал руку! – И несколько голосов тут же приняли пари. Драка здесь была такой же частью вечера, как игра в кости и крепкое вино.

Цуй Син, ничуть не смущенная, изящно отряхнула ладони, будто стряхивая пыль. Она обернулась к залу, и ее безмятежная улыбка теперь казалась вызовом и приглашением:

– Уважаемый гость слишком увлекся игрой и нашел короткую дорогу домой! – прокричала девушка, перекрывая шум, и ее голос звенел веселой, почти ликующей дерзостью. – Внизу много тюков с шелком… а у нас – куча золота, которое еще предстоит выиграть!

В этот момент взгляд Цуй Син скользнул по залу и остановился на Ли Вэе, стоявшем у колонны внизу. В его глазах она не увидела ни страха, ни осуждения. Лишь спокойную, профессиональную оценку. Их взгляды встретились на мгновение. Уголки ее губ дрогнули в легком, заинтересованном прищуре.

Ли Вэй наблюдал, как Цуй Син растворяется в толпе, словно тень. Этот вихрь изящной жестокости пробудил в нем странный отклик – почти профессиональное восхищение, смешанное с тревожным любопытством.

Когда девушка снова появилась рядом, возникнув из ниоткуда, он не вздрогнул. В ее руках были две фарфоровые чаши с дымящимся чаем.

– Я знакома с каждым гостем. Вы здесь впервые. Ли Вэй, верно? Ищете кого-то по зову сердца или по поручению хозяина постоялого двора Серебряный Лотос?

– Второй вариант, – Ли Вэй кивнул, принимая чашу и не удивляясь ее осведомленности. – Госпожа Цуй, мне нужен человек, знакомый с ловушками перед Пещерами Спящего Демона.

– Пещеры безмолвия… – медленно произнесла она, приподнимая бровь. – Опасное место для прогулок. Зачем хозяину «Лотоса» эта пещера?

– Не ваша забота.

Хозяйка игорного дома залилась тихим, мелодичным смехом.

– Прямолинейный. Мне нравится. Но такая информация стоит очень дорого.

Ли Вэй извлек из складок одежды увесистый мешочек из темно-синего шелка. Золото звенело внутри, ударяясь о яшмовую счетную бирку, лежавшую там же.

– Плата за молчание и за имя.

Цуй Син перевела взгляд на мешочек. Ее губы изогнулись в улыбке, но в глазах не мелькнуло и намека на жадность.

– Оставь золото, суровый воин, – произнесла она, и ее пальцы коснулись его запястья, отталкивая. Это легкое прикосновение, словно крыло бабочки, вызвало у Ли Вэя внезапный холод, пробежавший по коже мурашками. – Твоя монета еще не упала. Я не решила, какую цену хочу за услугу.

Ли Вэй пристально посмотрел на нее. В его глазах впервые мелькнуло замешательство.

– Я не играю в игры.

– А я только в них и играю, – парировала девушка. – Не волнуйся. Цена будет справедливой. Дай мне немного времени… – Она поставила пустую чашу на поднос проходящего слуги. – …я найду тебе проводника.

Глава 7. В сетях Лотоса

Отдых в Серебряном Лотосе был обманчив. Я усвоила это спустя несколько дней, когда сидела на резной скамье у озера, наблюдая за карпами кои, которые рассекали гладь воды, окрашенную закатными лучами. Ветер играл с листьями бамбука, и я позволила себе полностью раствориться в окружающем мире.

Моей ошибкой стало опрометчивое решение подойти ближе к воде, чтобы рассмотреть карпов. Осторожно ступая по скользким, поросшим мхом камням, служившим ступеньками к самой кромке озера, я наклонилась. И в этот миг, когда мое внимание было приковано к воде, а равновесие зависело от хрупкого баланса на мокром камне, тень накрыла меня. Железная хватка сомкнулась на моем плече, грубо вырвав из тишины созерцания. Я инстинктивно рванулась, свободная рука взметнулась в ударе, но нападавший был готов: его вторая рука мгновенно перехватила мое запястье, сдавив до хруста в костях.

Но отчаянный рывок стал ошибкой. Нога, потерявшая точку опоры, скользнула по мшистой глади камня. Сердце на миг замерло, захлестнутое немой волной ужаса. Не успела я даже вскрикнуть, как оказалась в подвешенном состоянии. Я держалась на вытянутой руке, балансируя на грани падения в воду. При виде знакомой черной маски я не испытала ни малейшего удивления.

– Цзи-инь Сэ-э! Зачем так пугать?

Мужчина молча наблюдал, как я тщетно пыталась вернуть устойчивое положение, хватаясь за его руку. При этом он не предпринял ни одной попытки мне помочь.

– Ты… поможешь подняться? Или хочешь, чтобы я промокла и…

– …заболела и умерла? – с издевкой продолжил за меня Цзинь Сэ. – Разве не этого ты хочешь? Могу организовать…

– Ты прав… – прошептала я, и в тот же миг почувствовала, как его хватка на моем запястье опасно ослабла.

Инстинкт сработал быстрее мысли. Мои пальцы отчаянно впились в ткань рукава Цзинь Сэ. В его глазах вспыхнула и заиграла холодная, тихая усмешка. Он позволил мне висеть на себе еще одно долгое, унизительное мгновение, а затем резко отпустил мою руку.

– Я не готова!

Не успела бросить на прощание пару отборных проклятий, как падение снова прекратилось. Кончики моих пальцев едва коснулись леденящей поверхности воды, когда Цзин Сэ притянул меня к себе.

Рывок был слишком резким. Вместо того чтобы обрести опору под ногами, я всей тяжестью полетела вперед – и потянула его за собой. Мужчина не устоял. Мы рухнули на сырую землю у кромки воды.

Я приземлилась на него. Всей тяжестью спины – на грудь Цзинь Сэ. Воздух с силой вырвался из его легких с глухим, сдавленным выдохом. Мое запястье все еще было зажато в его железной хватке, вторая рука мужчины обхватила меня, чтобы смягчить удар, прижав мою спину к себе еще плотнее.

Прежде чем я успела понять, что происходит, – все перевернулось.

Одним мощным перекатом Цзинь Сэ сменил нашу позицию. Теперь он нависал надо мной, зажав между своим телом и сырой землей. Одна его рука все так же держала мое запястье, прижав его к земле над моей головой, а вторая, вырвавшись из-под меня, оперлась о грунт рядом с моим виском, замыкая клетку из рук и тела.

Воздух сгустился, наполненный лишь плеском воды и нашим переплетенным дыханием.

– Почему ты хотела убить себя тогда? Тебе ведь обещали помощь.

– Тебя это так волнует?

– Не уходи от ответа. – Пальцы мужчины слегка сжали мое запястье, не причиняя боли, но напоминая о том, кто сейчас контролирует ситуацию. – Зачем?

– Потому что будущего у меня нет, – слова вырвались сдавленно, с горькой откровенностью, которой я не планировала делиться. – Как бы ни старалась… это бесполезно. Чжан Хайлун прямо в глаза сказал, что я – ничто, пока не выполню свою задачу. Я – расходный материал в его игре. Он не поможет мне. Так зачем тянуть?

Он замер, и в тишине между нами повисло только мое прерывистое дыхание.

– Я готов пообещать, что с тобой ничего не случится…

Я не дала ему договорить. Короткий, резкий звук вырвался из моего горла – не смех, а нечто горькое и надломленное.

– Довериться тебе? Ты думаешь, я смогу поверить просто в слова? Их будет мало.

– Зачем тогда спешить умирать? Если конца не избежать… можно просто ждать. А пока ждешь – наблюдать. Пить чай. Чувствовать солнце. Даже… испытывать такие вот глупые и неудобные эмоции.

– Я… вовсе не такая смелая, – прошептала, и голос мой дрогнул. Признание вышло наружу, стыдное и детское. – Хочется, чтобы… просто не было мук. Ни тогда, ни сейчас.

Цзинь Сэ смотрел на меня еще какое-то время, казалось, он взвешивает каждое сказанное мной слово. Затем оттолкнулся от земли, поднялся сам и с легкостью поднял меня. Я едва успела почувствовать, как подошвы коснулись земли, как он уже отпустил меня.

– Госпожа Тан, ситуация критическая. Рефлексы ужасные, но инстинкт самосохранения у тебя все-таки есть. Это уже что-то. Но все же советую в твоем случае сразу поднимать шум.

Всего на миг я замерла, удивленная резкой сменой темы.

– В прошлый раз я разбудила весь постоялый двор, но это мне особо не помогло…

– В таком случае я просто обязан извиниться за толстые межкомнатные стены, – съязвил Цзинь Сэ, скрестив руки на груди.

– Не боишься, что твой щедрый клиент узнает, что ты тренируешь пленницу? Может, он ожидает увидеть меня сломленной по возвращению?

Цзинь Сэ резко шагнул вперед. Его руки снова обвили мою талию, подхватили за колени и перекинули через сильное плечо.

«Знакомое ощущение…»

– Давай обсудим это в более подходящем месте.

Воздух в тренировочном зале пах сосновой смолой и едкой пряностью лечебных мазей. В качестве снарядов были грубые каменные диски, потрепанные кожаные мешки и молчаливые деревянные и соломенные манекены.

Цзинь Сэ аккуратно поставил меня на ноги прямо в центре циновки.

– Вернемся к твоему вопросу, – его глаза блеснули холодным, загадочным огнем. – Мои клиенты платят за результат. Я решаю, как его достичь. Если захочу, чтобы ты освоила искусство полета – так и будет. Начнем с основ – с того, как правильно падать.

Не успела я кивнуть, как мир опрокинулся. Легкий толчок под колено – и я уже летела вперед, беспомощно раскинув руки. Воздух с силой вырвался из легких.

– Неправильно. Ты упала, как мешок. Вставай.

Едва я поднялась, потянувшись отряхнуться, последовал толчок в бок. Я рухнула на плечо, больно ударившись локтем.

– Сгруппируйся. Подбородок к груди, спину округли.

Третий раз. Четвертый. Пятый.

Подсечка, толчок в грудь, бросок через бедро. Я падала на спину, на бок, кувыркалась через голову. Пот заливал глаза, мышцы дрожали от напряжения.

– Медленно. Слишком медленно поднимаешься. Между падением и следующим ударом – смерть.

С десятого раза я стала быстрее подниматься, успевая при этом прижать подбородок к груди и согнуть спину еще в полете.

– Уже лучше.

Пальцы Цзинь Сэ обхватили мое запястье. Не как железные тиски у озера, а мягко, почти по-деловому. Но когда он шагнул ко мне сзади, все изменилось. Между нашими спинами не осталось зазора. Он не прижимался, но его тело стало твердой, непреодолимой стеной, окружающей меня со всех сторон. Его дыхание, согретое маской, коснулось виска.

– Если схватят, сила бесполезна, – голос хозяина постоялого двора прозвучал прямо у моего уха, низкий и лишенный всякой насмешки. – Нужна хитрость. Чувствуешь, куда я направляю твою руку? Слейся с движением и оберни его против меня.

Я попыталась дернуть запястье. Его хватка лишь усилилась, став теплым и неумолимым браслетом на моей коже.

– Ты борешься с моей силой, а должна использовать ее. Расслабь локоть.

Его свободная рука легла мне на здоровое плечо, не давя, а словно указывая вектор.

– Медленнее. Внимательнее.

Я заставила себя замедлить дыхание, сосредоточиться на ощущениях. На том, как пальцы Цзинь Сэ лежат на определенных точках, куда смещается центр тяжести. И тогда я почувствовала едва заметный импульс – не толчок, а скорее намек на движение, который он мне разрешал. Я повернулась не от него, а как бы следуя за его собственной рукой, скользнула в образовавшуюся щель в его захвате и вывернулась.

Цзинь Сэ отпустил меня моментально, как только почувствовал правильное движение. Его пальцы разжались, и он отступил на шаг, разрывая то напряженное поле близости, что сгустилось между нами. На моем запястье остался лишь теплый след, а в воздухе – ощущение его незримого присутствия, будто он все еще стоит сзади, направляя мои движения невидимой рукой.

– Для первого раза достаточно. Боль не беспокоит?

По телу пробежала предательская волна тепла – и тут же, будто от пощечины, нахлынуло осознание. Уклончивые движения, обход раны… Цзинь Сэ видел меня тогда. Видел беспомощной.

«Не стоит мне забывать на кого он работает…

Помни: он все знает, но помогать небе не станет.»

Я постаралась успокоиться, спрятав дрожащие руки за спину.

– Не тревожит. Благодарю за заботу, – ответила я с холодной почтительностью, мысленно выстраивая дистанцию там, где мягкая и наивная натура Тан Мэйли едва ее не разрушила.

За ужином мы снова сидели вместе в уединенной нише. На низком столе дымился рис, а рядом стояли овощи и говядина в темном соусе.

Из нас двоих, как всегда, ела только я.

– Часто ты будешь меня так тренировать?

– В любое время, в самых неожиданных местах, – ответил Цзинь Сэ, и в его глазах мелькнула знакомая искорка. – Буду мучить тебя, пока не начнешь реагировать быстро и правильно. Без раздумий.

Я потянулась за последним кусочком мяса, но его палочки молниеносно перехватили мои.

– Не так быстро, ученица.

– Решил присоединиться ко мне и снять маску?

Цзинь Сэ не ответил. Наши палочки сплелись в беззвучной схватке над тарелкой. Он действовал не силой, а хитростью, выворачивая мои под немыслимыми углами. Я пыталась сопротивляться, применяя уроки мягкости и рычага, – выходило неловко. От напряжения на моем лице появилась глупая улыбка.

– Неплохо, – с усмешкой проворчал Цзинь Сэ, когда я едва не вырвала у него добычу. – Уже учишься использовать напор врага против него самого.

В конце концов, он позволил отбить кусочек. Мясо, добытое в «битве», показалось вкуснее всего на свете.

Странную гармонию нарушила фигура, возникшая из теней. Молодой человек с мрачным выражением лица и мечом на поясе бесшумно приблизился к Цзинь Сэ и, склонившись, что-то тихо сказал ему на ухо. Его слова доносились до меня короткими, едва уловимыми фразами:

– Прорыв дамбы… Наводнение… нижние деревни… Глава клана Багрового Вихря отказал…

Выслушав доклад, Цзинь Сэ с силой сжал пустую чашу, но быстро овладел собой и перевел взгляд на меня:

– Госпожа Тан, это Ли Вэй, о котором я тебе говорил.

Тот на миг бросил на меня взгляд, поклонившись, и снова сосредоточился на словах хозяина:

– Собери всех. Завтра на рассвете отправляемся к пострадавшим. Не забудь инструменты, продовольствие, лекарства.

Я смотрела на Цзинь Сэ, и в груди что-то екнуло, словно капля нектара упала прямо в сердце, разнося по жилам сладкий яд.