Связующее звено

Татьяна Павлечко

Связующее звено

Знаки имени вспыхнули синим.

Не те, что в прошлый раз.

Он медлил столько, сколько мог.

Скоро они поймут, где искать.

Время вышло.

Время вышло

Они не дожили до сорока. Эта мысль повисла в кондиционированном воздухе вагона поезда и вместо тире разрывала две пары дат, смотрящих на Алису с экрана телефона. Девушка сидела в удобном кресле, обитым синим шершавым материалом, и читала электронное письмо, раз в квартал приходящее всем проводникам на рабочую почту от Управления. Важные сухие новости, нечастые изменения, освободившиеся места и новые назначения.

Список редко достигал десяти пунктов и сегодня восьмым и последним стало сообщение о смерти двух коллег с южного направления. Два освободившихся места в порту значительно увеличивали вероятность того, что их с Соней заявление о совместной работе на побережье будет рассмотрено с положительным решением. В течение пары дней, максимум недели, они об этом узнают, практика выпускников-проводников этого года подходила к концу.

А предшественники… Печальная, но обыденная новость, за исключением того, что в последнее время в сводках перестали указывать возраст погибших, оставляя лишь даты. Эти двое были младше матери Алисы, от чего девушке стало не по себе. Да, жизнь всех, кто носил черные браслеты короче, чем у обычных людей, но она весьма неплоха. Тем более, что выбора ни у кого из них, на самом деле, не было.

Скорый поезд, следующий из крупного промышленного города Восточных гор в столицу государства Ильмея, замедлил ход и за окном в вечерних туманных сумерках проступили очертания пригорода Берноса. Проводница, час назад разносившая кофе, на высоких каблуках, с гладко зачёсанными назад волосами и застывшей на лице маской добродушной услужливости, собирала бумажные стаканчики. Тоже проводник, но совершенно не такой, как Алиса.

Стянув с верхней полки рюкзак и на ходу заправляя тёмные волосы за ворот чёрной толстовки с капюшоном, девушка быстрым шагом направилась к двери, предвкушая первый глоток уже по-осеннему холодного воздуха, который ударит в лицо, как только её кроссовки коснутся перрона. Первое одиночное выездное задание заняло чуть больше двух суток, из которых почти половину времени Алиса провела в пути. Поэтому мечтала она только о том, чтобы сходить в душ, увидеть Соню и лечь спать.

Добираясь до дома пешком, она размышляла, о чём в первую очередь расскажет подруге. Строгие серые горы, бескрайние леса, огромные делянки и виднеющиеся вдалеке трубы горнодобывающих заводов Алиса вчера увидела впервые в жизни. Восточные горы были не тем местом, где ей хотелось бы провести следующие двадцать лет жизни, но сам факт, что она справилась с довольно непростой задачей, грел душу. Девушка смогла поймать и удерживать проход в невидимом барьере в незнакомом месте, пока группа проводников-курьеров не протащила в Торнедан целый вагон пиломатериалов.

Обычно при доставке больших грузов проход держат минимум двое сильных проводников. Так легче и безопаснее. Но у Алисы на внешней стороне браслета месяц назад появился знак из трёх склонённых влево линий, а значит, её выпускное задание не могло быть простым. Также, как и у Сони.

Ключ со щелчком провернулся в замке, брелок в виде маленького самодельного керамического ёжика ударился о железную дверь. То был подарок Сони на последний двадцатый день рождения Алисы, который она сделала по собственным эскизам. Подруга хорошо рисовала и в свободное время работала над комиксом с милыми героями-животными. Ёж нравился Алисе больше всего, потому что он постоянно что-то придумывал, подстрекал на приключения, был весёлым и неизменно выпутывался из неоднозначных ситуаций, которые зачастую сам и создавал. Соня же больше походила на Медвежонка не только спокойным характером, но и медового цвета длинными волосами, почти под цвет шерсти косолапого.

Квартира встретила теплом, сухостью и непривычной тишиной. С кухни не доносилось привычного аромата травяного чая, в окно единственной комнаты, подсвеченная жёлтым фонарем, заглядывала макушка ещё зелёного клёна. На часах начало девятого, шторы не закрыты, а значит подруга ушла как минимум два часа назад. Поздновато для заказов, но и такое тоже случалось. Видимо срочный, ну или перевод человека, который нельзя отложить. А может быть вообще Сонино выпускное задание.

Алиса открыла ноутбук и зашла в рабочую почту подруги, от которой знала пароль. Девушек связывала договоренность быть в курсе заказов друг друга, чтобы вовремя среагировать, если что-то пойдет не так. Брать с собой мобильные телефоны было делом бессмысленным. Возле проходов и на Той Стороне они переставали работать и через несколько проносов через барьер окончательно ломались. Последним высветилось сообщение от отдела доставок Управления с пометкой «срочно». От таких заданий нельзя отказаться, но за них и платили значительно больше.

Заказчиками выступало как само соседнее государство Торнедан, так и его жители. Они платили Управлению, а оно передавало деньги проводникам в соответствии с выполненными заказами. Часть забирали себе на содержание организации, работу координирующих людей, чаще всего из числа проводников, доживших до пенсии, оплачивали жильё и двухнедельный отпуск каждый год.

У Ильмеи, занимавшей почти весь вытянутый с севера на юг материк, опять назревали политические и торговые конфликты в восточных землях, деньги обесценивались, купить жильё в больших городах было почти не возможно, как и арендовать его в одиночку. Поэтому об условиях работы проводников мечтала большая часть населения. Только вот об их существовании, как и о том, что на самом севере страны находится не безлюдная, промерзшая на несколько метров вглубь пустошь, а небольшое государство Торнедан, отделенное невидимой границей, они не знали. И это к большому счастью и спокойствию для всех.

Появился и обнаружил себя барьер около восьмидесяти лет назад. Большинство людей не ощущали его влияния, и сетовали разве что на неожиданные временные ухудшения сигналов связи и сбоев в работе электронной техники, когда блуждающие проходы появлялись поблизости.

Среди проводников ходил слух, что в правительстве Ильмеи периодически вставал вопрос о том, что делать с соседом: ни экономически подчинить, не завоевать, ни стереть с лица земли его не представлялось возможным как раз потому, что пересекать барьер могли только проводники и торнеданцы. Оставалось держать собственное население в неведении, дабы исключить как повышенный интерес, так и страх. И, конечно, взаимовыгодно торговать - продукты, дерево и ткани в обмен на произведения ювелирного искусства, драгоценные камни и данные о месторождениях полезных ископаемых на территории Ильмеи. Свои технологии соседи держали в строжайшем секрете, как, собственно, и всю свою внутреннюю жизнь.

Точка А в Сонином заказе находилась на окраине города Витфиель - столицы Торнедана. Недалеко от местной закусочной, где обычно встречались проводники с отправителями и адресатами посылок в этом районе. Точкой Б в письме значилась площадь Мира уже в родном Берносе - столице Ильмеи, недалеко от памятника в виде двух пожимающих друг другу руки мужчин. Один из них был изображён скульптором с опущенным оружием, второй со снятой в знак уважения шапкой из овечьей шерсти. «Символ мира и вечной дружбы Ильмеи и восточных городов-государств, добровольно вошедших в состав нашей страны», - гласила надпись на постаменте.

Площадь находилась недалеко, так что Алиса решила пойти на встречу подруге, чтобы вместе вернуться домой. Прямо у памятника Соня бы не вышла, там много народа. Ближайшим местом, скрытым от внимания прохожих, в котором можно появиться незаметно, была узкая тропинка в парке за площадью. Она вела к абсолютно не живописному ручью, заросшему травой и ряской, а потому никого не интересовала. Об этом месте, как и о других безопасных и относительно удобных, знали все проводники Берноса. И одинаково его не любили за то, что барьер регулярно открывался в этом самом ручье и, выходя из него, часто приходилось мочить ноги.

В субботний вечер Площадь Мира полнилась людьми. Здесь встречались и прощались, назначали свидания и деловые встречи, от сюда уезжали домой на автобусах и такси и отправлялись продолжить вечер в каком-нибудь кафе или баре. У светящегося жёлтыми лампочками входа в дорогой ресторан стояли празднично одетые гости, держащие в руках бенгальские свечи, пока молодожёны фотографировались. Скорее всего, при свете дня они всем составом носились по самым живописным местам парка в порыве и острой жажде сделать самые красивые фотографии. Алиса уже неоднократно видела такие процессии. Они не поддавались никакой логике движения, были шумными, эмоциональными и очень забавными. Надеясь, что этим повезло с погодой, девушка ступила на дорожку, ведущую в глубь неосвещенного парка.

Со стороны ручья доносились шорохи и голоса. Не хватало только пьяной компании в свидетели тому, как Соня появится из воздуха. Благо сейчас темно, а то потом доказывай, что им померещилось. За случайности проводникам от Управления доставались точно такие же выговоры, как за халатность и неосторожность.

Преодолевая в темноте преграду из кустов, Алиса услышала знакомый голос.

- Не трогайте меня! Отойдите! - испуганно кричала Соня совсем близко, пытаясь увернуться и сбежать от мужчины, пытающегося схватить её за руки.

- Да не дергайся ты! Мне нужна только посылка.

- Не отдам. Уходите!

Страх за подругу ударил Алисе в голову. Не разбирая дороги, она бросилась вперёд, где между деревьями слабо мерцал сине-зелёным светом контур ещё не закрывшегося прохода. Крупный мужчина пытался развернуть Соню к себе так, чтобы дотянуться до свёртка, лежащего в большом внутреннем кармане её куртки. Такие вшивались в верхнюю одежду большинства проводников, и этот человек точно знал, где искать.

Кровь барабанила в висках от страха и гнева, глаза неотрывно смотрели, как подруга безуспешно пыталась вырваться из мёртвого захвата какого-то мерзавца. Сила бурлила в венах, и Алиса на бегу набрала воздуха в лёгкие, чтобы криком отвлечь нападавшего, а потом и вовсе броситься на него со спины. На полном ходу, перепрыгивая ветки и скользя по предательски влажному грунту, она зацепилась за корни какого-то проклятого куста и упала, со всей силой ударившись локтем и грудиной о землю. Из горла вырвался болезненный и хриплый свист, по затылку девушку ударил каблук сменных ботинок, которые она вместе с сухими носками на всякий случай положила в рюкзак для Сони. Но в этот момент ничто не имело для Алисы значения. Не чувствуя боли, она оперлась на расцарапанные ладони и приготовилась бежать дальше.

Взрыв ударил сбоку и тёмное небо разорвали красно-жёлтые искры свадебного фейерверка, осветив собой почти весь парк. Не успев подняться, Алиса только и могла, что беспомощно наблюдать за тем, как Соня резко дёрнулась в сторону ещё не закрывшегося прохода. Как мужчина схватил её за растрепавшуюся длинную косу и потянул на себя. И как подруга, превозмогая боль развернулась и укусила вора за руку. Он не удержал её. Соня скрылась в сине-зелёных мерцающих всполохах, проход исчез. Очередная россыпь разноцветных искр подсветила фигуры двух мужчин. Соучастник нападения всё это время стоял поодаль и даже не думал вмешиваться. Первый сначала зло посмотрел на него, потом на свою раскрытую ладонь. Бросил что-то на землю, и, так и не сказав ни слова, скрылся за деревьями.

Наблюдая за исчезающими в темноте парка фигурами, Алиса не могла поверить, что весь этот ужас закончился. Слишком быстро, очень страшно и, определённо, спланировано. Лишь случайность и чужой праздник помогли им обеим спастись. Облегчение вырвались из груди девушки тяжёлым судорожным вздохом. Алиса медленно поднялась, поправляя рюкзак и отряхивая джинсы, которым теперь могла помочь только стирка. Проводников готовили ко многому, но явно не к тому, что на них будут нападать другие проводники. А один из мужчин совершенно точно был их коллегой. Соню в парке теперь можно было не ждать. Она ушла на Ту Сторону и вернется в Ильмею уже в другом месте. Алисе не оставалось ничего, кроме как возвращаться домой и ждать подругу там.

Как обычно бывало у проводников, Алиса сперва почувствовала проход, и только потом увидела его очертания в воздухе. За мгновение как из него вышли двое молодых мужчин, она прижалась спиной к стволу дерева и замерла. Проводник проворно отстегнул от руки пассажира свой браслет, соединявший их на время перехода.

- Опоздали, - раздражённо бросил торнеданец, пристально рассматривая пятачок земли, где пару минут назад стояла Соня

- Может, просто место не то? Барьер выпускает не всегда там же, - наиграно беспечно отозвался второй. Он нервно крутил головой, ощупывая взглядом каждое дерево, и явно считал секунды, мечтая по-быстрее отсюда уйти.

- Видишь ручей? - пассажир кивнул в сторону. - Она была здесь. И то, что мне нужно, тоже было здесь.

- А теперь?

- А теперь не здесь, - с еле сдерживаемым раздражением ответил пассажир и добавил, - возвращаемся.

- Имей ввиду, - засуетился проводник, - я привел тебя сюда вовремя. Так что считаю свою часть сделки полностью выполненной и плату не верну.

-

Проведи меня домой и будем в расчёте.

У Алисы от напряжения пересохло горло и разболелась голова. Она даже не заметила, что почти не дышала, вся превратившись в слух. Ситуация вырисовывалась следующая: двое мужчин поджидали Соню, чтобы отобрать посылку, которую та переносила именно в этот день и час, а двое других хотели их опередить. И все они знали, что проводник выйдет именно в этой точке. Откуда у них информация? Все проводники, кроме особого отдела в Управлении, имели доступ только к своим заказам. Их с Соней договоренность, конечно, тоже нарушала правила, но девушки уж точно не собирались использовать такую информацию против друг друга.

Всю информацию о случившемся Алиса собиралась сегодня же передать в Управление, но только после того, как живая и невредимая Соня перешагнёт порог их квартиры. Выждав достаточно времени, чтобы те двое точно ушли, она выбралась из укрытия за деревом и подошла к месту, где видела подругу в последний раз. Сердце дрогнуло и в звонкой панике забилось в груди до боли быстро. Непослушной, словно одеревеневшей рукой, готовая отдать все, что у нее есть и все что когда-нибудь будет, лишь бы ей только показалось, Алиса подняла с земли знакомую полоску черной кожи. В её руке лежал сорванный с Сони браслет. Без которого та никогда не вернётся домой.

***

- Переходцев, отстань от Сони и обрати свой взор на учёбу, - раскатистый голос Ильи Петровича, преподававшего в школе проводников основы профессии, разнесся по кабинету, неприятно пробираясь вибрацией в каждый уголок сознания и заставляя сконцентрировать внимание только на нем.

Илья Петрович был из тех учителей, кто знал свой предмет идеально, на собственном опыте проверил всю теорию, рассказывал ярко, объяснял интересно и спрашивал строго. По началу этот пятидесятилетний, начавший чуть лысеть мужчина в неизменном костюме в полосочку пугал Алису, но потом начал нравится, как раз-таки тем, что держал учеников в постоянном тонусе. То, что он рассказывал, казалось действительно важным и практически применимым. Ведь профессия проводника для тех, кто получил чёрный браслет не часть жизни, это и есть их жизнь. Алиса слышала эту фразу за четыре последних года настолько часто, что перестала задумываться о её истинном смысле.

Денис Переходцев нахмурил чёрные брови, поправил до неприличия отросшие, по мнению некоторых учительниц, волосы и резко выпрямился за партой, убрав туфлю с ножки Сониного стула. Ему не нравилось, когда его называют по фамилии, тем самым напоминая всем, чей он сын. Парень предпочитал не подчеркивать своё родство с нынешним главой Управления, хотя в маленькой школе все и так об этом знали. Сидящая впереди Соня чуть покраснела, а по классу пронеслась пара мальчишеских смешков и девичьих завистливых взглядов, которые исчезли, стоило их авторам встретиться глазами с недовольным Денисом.

Между этими двумя точно что-то происходило. Но Алиса изо всех сил вот уже неделю сдерживала поток вопросов и шуточек, молча изнывая от любопытства. Соня сама расскажет, когда захочет, убеждала себя девушка и воспринимала эту ситуацию как одну из самых серьезных проверок на прочность их многолетней дружбы и своего самоконтроля.

- Школа закончилась, настраивайтесь на то, что в ближайший год вы будете осваивать профессию, - продолжил вводный урок Илья Петрович. - И так, что делает нас проводниками?

- Дар божий, - провокационно выкрикнул с задней парты Андрей, которого не все ожидали увидеть за партой в последний и не обязательный год.

После общих одиннадцати классов вполне можно было стать курьером, что этот блондин с очаровательно нахальной улыбкой и собирался сделать. Он рассказывал о своих планах при каждом удобном и не удобном случае, регулярно доводя отца - потомственного проводника - до бешенства, а мать до нервного срыва.

- С этим можно поспорить, - невозмутимо ответил учитель, привыкший к выходкам Андрея. - Все же, это оценочное суждение. Я хочу услышать факты.

- Проводниками нас делает то, что мы чувствуем барьер, умеем ловить и удерживать проходы в него, проносить грузы и проводить людей, - скороговоркой выпалила Соня, теребя кончик пшеничной косы, всё еще смущаясь сделанного им с Денисом замечания.

- Это функции проводников. А я спрашиваю про то, что именно нас делает ими?

Ответ на вопрос Ильи Петровича, как часто бывало, не лежал на поверхности. Что делает нас теми, кто мы есть? Притихший класс обдумывал нечто неожиданное и, кажется, очень важное. Не наследственность, не особые способности и не личный выбор, тогда что?

- Алиса, хочу услышать тебя.

- Я думаю, что проводниками нас делает барьер, - озвучила она мысль немного странную, но единственно разумную из тех, что успели посетить её голову.

- И как ты пришла к этому выводу?

- Проводники не обладают физическим или психическими особенностями по сравнению с другими людьми. Не всегда рождаются в семьях других проводников и не могут стать или отказаться от способностей по своему желанию, - перечисляла девушка, загибая пальцы на левой руке.

- Ну и при чём тут барьер?

По выражению лица и позе Ильи Петровича как всегда было не понять, согласен он ответом или просто терпит высказывание вслух очередной глупости.

- Остаётся только он, - чуть растерявшись сказала Алиса, мельком взглянув и расслабив сжатую в кулак ладонь. - Ведь именно барьер ищет и показывает себя подросткам, у которых есть способность проходить через него. Но причин почему это именно так я не знаю.

Мужчина нахмурился, отвернулся к доске и кусочком мела вывел на ней три слова: «Мы не знаем»

- Я бы не стал одушевлять барьер и приписывать ему принятие самостоятельных решений, но в остальном ты права. Самое главное я записал и вам советую.

Илья Петрович заложил руки за спину и, чеканя шаг, двинулся по проходу между партами всего двенадцати своих учеников, ища и требуя внимания от каждого.

- Крупнейший исследователь барьера и преподаватель нашей школы Николай Сибирцев наиболее близко подошел к ответу на вопрос о причине появления барьера и феномена проводников. Именно им были составлены правила проноса грузов, провода людей и личной безопасности проводников, по которым все мы сейчас живём и работаем. Его же следует благодарить за ежегодный отпуск и ранний выход на пенсию, так как учёному удалось доказать вредное влияние переходов на здоровье, - речь Ильи Петровича приобрела знакомый лекторский тон, а значит, начинался материал под запись. – С себя любимых и начнём. Что вам уже известно о браслетах?

Алиса, как и все остальные знала, что браслет являлся самой важной частью проводника - и рабочим инструментом, и удостоверением личности. Изготавливали их в Торнедане каждому будущему проводнику индивидуально и выдавали только перед заключительной частью выпускного экзамена – первым проходом через барьер. Сделаны браслеты были из прочной чёрной кожи, охватывающей руку в два оборота. Отстёгивающейся частью проводник плотно фиксировал запястье пассажира к своему, чтобы протащить через барьер. Это слово отражало суть гораздо лучше, чем официальное «перевод». В барьере проводник не видел пассажира, а только чувствовал его присутствие и вел, а иногда в прямом смысле тащил за собой или на себе. Найти дорогу в непредсказуемо меняющемся и полном опасностей барьере, не потерять пассажира или груз и не погубить себя и составляло основную работу проводников. За это умение, риск для здоровья и взятие на себя ответственности за чужие жизни им и платили деньги.

- Надеюсь, вы уже осведомлены, что при первом проходе через барьер, на внешней стороне вашего браслета появится знак от одной до трёх линий. Данный знак есть мера способностей, которую вам определил барьер. Предполагаю, что юноши уже делают ставки, обладателями насколько впечатляющих возможностей они станут, поэтому предупреждаю - больше, чем вы можете, вы не сделаете. Просто не справитесь с нагрузкой и сгинете в барьере, - строго продолжал Илья Петрович.

«Одна линия - только грузы, рекомендована работа в группах и доставки знакомые точки. Две линии - преимущественно грузы, допустим провод пассажиров, но не более одного человека в день. Три линии - преимущественно провод пассажиров, разрешены доставки и переходы в любые отдаленные точки Ильмеи и Торнедана, заявленные заказчиком, если они не нарушают «Закон о запрете прохода на определенные территории».

Данные ограничения, вот уже двадцать лет считающиеся непреложной истиной, и были введены трудами Николая Сибирцева. Учёный выявил закономерность между знаком на браслете, количеством проведенных людей и возникающими болезнями. Чем меньше линий на браслете, тем вероятнее, что проводник получит одно из неизлечимых заболеваний. С большей вероятностью начнёт выходить не в тех точках, а однажды и вовсе потеряется вместе с пассажиром, не найдя выход.

-

Илья Петрович, я не понял! - вновь выкрикнул Андрей с задней парты. - Проводнику с одной линией нельзя или не рекомендуется проводить людей?

Вероятность стать курьером не давала парню покоя. Хотя те, кто имел честь знать Шельмова-старшего утверждали, что Андрей волнуется небезосновательно. Пару лет назад его отец претендовал на пост главы Управления, но его занял отец Дениса Переходцева. В школе парни открыто не враждовали и общались вполне нормально, но только ленивый не обсуждал и не строил теорий о том, что отцы в скором времени начнут стравливать своих сыновей, продолжая борьбу за власть. Если, конечно, Денису и Андрею повезёт получить три, ну или хотя бы две линии.

- Проводнику с одной линией Управление никогда не даст такой заказ. Его задача обеспечить вас работой, а не искалечить. Насколько это возможно, конечно. - ответил Илья Петрович очень серьёзно, как и всегда, когда вопрос касался жизни и смерти его учеников. - Каждое пересечение барьера наносит ущерб здоровью, а знак лишь обозначение того, как много вы сможете выдержать. Но даже три линии не сделают вас неуязвимыми. Ну а если решите заняться контрабандой и переводить людей в обход правил, знайте - Управление вас поймает, лишит браслета и переведет на службу в подвалы архива дышать пылью до конца ваших дней.

- Ну, это если поймает…- негромко хмыкнул кто-то из учеников.

Илья Петрович резко ударил ладонью по своему столу так, что звякнули ручки в железном подстаканнике, а по классу разлилась тишина, вязкая как патока и тревожная как перед бурей.

- Правильно, что напугались. Запомните это чувство, - сказал он после того, как встретился взглядом с каждым будущим проводником. - Не если вас поймают, а когда вас поймают. Надеюсь, разница понятна.

- А если это будет что-то важное? Вопрос жизни и смерти, например, - спросил Денис, вовремя спохватившись, что вновь пытался притянуть стул, на котором сидела Соня, ближе с своей парте.

- Не глупите и не геройствуйте. У жителей Торнедана есть возможность в любой момент заказать срочный переход или доставку. С этим у них проблем нет, а вот вы их себе можете заработать. Вам, возможно, повезет один раз, но рано или поздно вас обязательно поймают или сдадут. Скорее всего, свои же.

- Вы сказали, - начала Соня, - что за нарушение закона у проводников изымается браслет. Разве его нельзя восстановить или подделать?

- Дело в том, что в барьере каждый из вас получит не один знак, а три. Два из них будут спрятаны на внутренней стороне браслета, и вы обязаны сохранять их в тайне ото всех, даже от самых близких. Не зная знаков, подделать браслет невозможно. А вот восстановить можно, но только в Торнедане, и пройдя огромное количество сложностей.