Высота преступления

В это время бойцы действовали быстро и слаженно, как единый механизм. Четверо заняли позиции по периметру у входа в гостиницу. Двое направились к стойке администратора. Администратор – заспанный парень лет двадцати – услышал звук шагов и открыл глаза. Один из нападавших перепрыгнул стойку и схватил парня за горло. Стул, на котором сидел администратор, был на колёсиках и под давлением бойца откатился до дальней стены пока не упёрся. Раздался удар спинки стула о стену. Глаза парня превратились в два огромных блюдца.

— В каком он номере? — спросил человек в маске, тыча в лицо фотографией.

Администратор от страха не мог вымолвить не слова. Боец поморщился и ослабил хватку ровно настолько, чтобы парень мог хрипеть.

— Номер... номер... — просипел администратор, косясь на стенд с ключами позади себя. Второй боец, стоявший снаружи у стеклянной двери, коротко кивнул напарнику. План изменился. Они знали, что цель может быть вооружена и опасна, а тратить время на допрос паникующего юнца — непозволительная роскошь.

— Ключи, — приказал первый боец, указывая стволом автомата на доску с ключами. — Все. Быстро.

Парень дрожащей рукой снял весь ряд ключей. Их было около пятнадцати — по одному на каждую комнату второго этажа.

Тем временем вторая тактическая пара уже методично прочёсывала первый этаж. Это был стандартный мотельный коридор: десять номеров, пять слева, пять справа, выходящие прямо в холл. Двигались они зеркально: один держал на прицеле левый сектор дверей, второй — правый. Подходили к каждой, прислушивались, затем один резко открывал дверь, а второй контролировал проём, готовый открыть огонь. В некоторых номерах сонные постояльцы пытались поднять шум, но увидев людей с оружием быстро понимали что лучше молчать. Некоторые номера были пустые.

Третья пара тем временем бесшумно поднималась по главной лестнице на второй этаж, дублируя действия коллег снизу. Лестница скрипнула лишь однажды, когда вес бойца пришёлся на старую ступеньку, но в ночной тишине этот звук показался оглушительным.

Именно этот звук и разбудил Луку окончательно. Это был не резкий хлопок или крик. Это был тихий, протяжный, жалобный скрип старого дерева, сдавленного под тяжестью человеческого тела. Но, этого звука хватило чтобы Лука вскочил с кровати и кинулся к двери. Он прислушался. Там кто-то был. И этот кто-то старался издавать как можно меньше шума. Лука ещё раз проверил карманы: в правом – пистолет, в левом – нож, во внутреннем кармане, на молнии флэшка с данными жёсткого диска.

Он знал, что его найдут, не думал только, что так быстро. Должно быть вход в систему «Кортес» отслеживался. Нужно выбираться. Ввязываться в открытую битву нельзя. Неизвестно сколько их и как вооружены. Справа от его комнаты, в конце коридора окно, за ним внешняя пожарная лестница ведущая на крышу.

Лука уже собирался приоткрыть дверь, как услышал тихий шорох в коридоре. Они уже здесь, а ещё через несколько секунд будут в номере

— Докладывайте — сказал Мартинез, и придавив пальцем наушник стал вслушиваться.

— Первый этаж чист. Пара-тройка постояльцев. Нашего парня нет

— Мы на втором этаже, пока всё спокойно.

— Держим холл.

Лука слышал, как они обыскали соседний номер – он был пуст. Лука встал за дверь и стал ждать. Вдруг ключ в замочной скважине. Дверь начала открываться – благо она открывалась вовнутрь. Показалось дуло автомата. Лука вынырнул из-за двери схватив бойца 1 за дуло автомата и дёрнув его в комнату находу выворачивая руку. Тот выпустил оружие и влетел в номер распластавшись на полу. Боец 2 не успел нажать на курок поскольку Лука нейтрализовав первого врезал второму ногой в грудь. Удар был такой силы что 2 влетел в комнату напротив выбив спиной дверь.

Лука повернулся. 1 в это время вытаскивал пистолет из-за пояса, но хозяин номера и тут оказался, быстрее выхватив из кармана нож и метнув его в шею – единственный открытый участок тела нападавшего. Тот запрокинул голову назад инстинктивно нажав на курок – пуля угодила в пол.

Мартинез, стоя на противоположном конце улицы не только слышал выстрел, но и видел мелькнувший огонёк в окне на втором этажа.

— Он на втором этаже. Окна прям над входом. Все туда. — закричал он в микрофон и ринулся к гостинице, на ходу доставая ACP из наплечной кобуры.

Лука знал – выстрел выдал его. Скоро здесь будут остальные. Времени было в обрез. План созрел мгновенно. Пожарная лестница слишком очевидна, они перекроют и её. Нужно уходить нестандартно.

Он рванул по коридору вправо. С лестницы уже доносился топот тяжёлых ботинок поднимающейся группы. Он добежал до двери с табличкой «Служебное помещение, расположенной через два номера от его комнаты. Лука врезался в неё плечом. Хлипкий замок не выдержал удара стальных мышц, и дверь с треском распахнулась, впуская его внутрь.

Это была тесная каморка уборщицы, пропахшая хлоркой и сыростью. Слыша, как первая пара штурмовиков появляется на площадке главной лестницы, Лука захлопнул за собой дверь и тут же оценил обстановку. Комната была без окон, выходящих на улицу, но слева он увидел ещё одну дверь, ведущую в техническое помещение. Там, сквозь грязное стекло небольшого окна, пробивался тусклый свет фонаря с улицы.

Окно выходило не на асфальт внизу, а на крышу одноэтажной пристройки кухни отеля. Пристройка примыкала к основному зданию гостиницы сзади, поэтому Лука надеялся, что там его встречать не будут. В любом случае выбора не было. Решение было принято за долю секунды. Лука схватил швабру, размахнулся и ударил ею по стеклу. Оно осыпалось водопадом осколков. Не обращая внимания на порезы, он протиснулся в проём и прыгнул вниз, на заваленную пустыми ящиками крышу кухни. Удар о металлический лист крыши выбил воздух из лёгких, боль пронзила раненое плечо, но он заставил себя откатиться в тень вентиляционной шахты.

Едва он успел отползти с открытого пространства, как в проёме окна, наверху показались вооружённые люди. Лука прислушался стараясь не дышать. Он слышал, как двое из бойцов ругались. Один сплюнул вниз на пристройку сказав что-то типа «Вы его упустили. Сворачиваемся»

Где-то вдали послышался вой полицейских сирен. Очевидно, кто-то из перепуганных постояльцев решился таки вызвать копов.

Глава 11

Воздух в кабине был густым и тяжёлым, пропитанным запахом от приборов и дешёвого кофе. Райан О Конел даже не повернул головы, когда хлопнула дверь и Кевин, на ходу поправляя форменную куртку проскользнул на своё место. Но, тишина, повисшая после его возвращения, была куда более гнетущей чем до ухода.

— Долго же ты, — буркнул капитан, не отрывая взгляда от навигационного дисплея. Его голос был ровным, но пальцы, лежащие на штурвале, чуть сильнее сжали обшивку.

— Желудок... — коротко бросил Кевин, избегая смотреть на командира. Он быстро пробежался пальцами по тумблерам панели, делая вид, что проверяет системы. Его движения были механическими, точными, но в них проскальзывала нервозность.

Боковым зрением, Кевин видел, что командир не смотрит на него. Пользуясь этим Кевин положил руки на штурвал, делая вид, что проверяет показания приборов. Пальцы левой руки коснулись клавиатуры бортового компьютера, встроенной в центральную консоль. Для постороннего это выглядело как обычная проверка навигационных данных.

— С тобой хотел связаться диспетчер — протянул Райан, всё также спокойно.

— Со мной? — Кевин почувствовал, как по спине пробежал холодок — Зачем?

— Сказал, что ты не отвечаешь на его звонки.

Кевин медленно выдохнул через нос. Нужно было выкручиваться. Быстро.

— Наверное не слышал. Из-за шума воды. — говоря это он продолжал манипуляции с камерами видеонаблюдения.

Он не смотрел на экран прямо – его взгляд был прикован к приборам высоты, но периферийным зрением он отлично видел меню. Кевин выбрал нужный раздел. На экране отобразилась схема самолёта с иконками камер. Он выбрал камеру 4 – именно она смотрела на вход в комнату отдыха пилотов. Он не удалял данные – бортовые системы безопасности имели защиту от прямого удаления. Вместо этого он инициировал «Принудительную перезапись буфера 7». Это была штатная процедура, используемая техниками для очистки места под новые данные – её можно было запустить вручную.

Заметив, как, капитан поворачивается в его сторону, Кевин свернул все «окна» на мониторе, транслирующем видео с камер. Райан снял наушники и положил их на панель. В его глазах не было гнева, только холодная, профессиональная подозрительность. Взгляд капитана скользнул по лицу второго пилота: по слишком напряжённой челюсти, по бегающим глазам, по тому, как он вцепился в подлокотник.

— Кевин — голос капитана стал тише и жестче — Никакой диспетчер тебе не звонил. Но теперь я уверен – ты мне лжёшь!

Кевин вздрогнул, но тут же натянул на лицо маску недоумения:

— Сэр? Я не понимаю

— Всё ты понимаешь! — Райан хлопнул ладонью по панели. Звук получился глухим, но в тесной кабине он прозвучал как выстрел. Я только, что говорил с диспетчером Сан-Диего. Полиция нашла тело Ларсена. Теперь давай сначала Если не хочешь, чтобы я сдал тебя копам сейчас же, выкладывай кто ты и что тебе нужно.

На мгновение в кабине повисла мёртвая тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателей и тихим писком датчиков высоты. Кевин посмотрел капитану прямо в глаза. В его взгляде не было страха. Там была пустота.

— Капитан — начал он тихо — Я должен вам кое-что сказать.

Райан ждал.

— Энди мой брат.

— Что за бред — Райан смотрел на него с недоверием — Насколько я знаю, у Энди не было брата.

— У нас разные матери. Отец ушёл от нас с мамой, когда я был маленьким. Мы жили в разных семьях, но Энди всегда помогал мне

— Так... — Райан нахмурился — Продолжай.

Кевин медленно выдохнул, словно собираясь с силами. Он опустил взгляд на свои руки, лежащие на штурвале, и сжал их в кулаки так, что побелели костяшки. Когда он снова поднял глаза, в них уже не было той холодной пустоты. Теперь там плескался целый океан тщательно срежиссированного отчаяния.

— После смерти матери, он взял меня к себе. Он стал для меня всем. Отцом, матерью, лучшим другом. Он вытащил меня из такой ямы, о которой я даже говорить не хочу. Он платил за мою учебу в летной школе. Он... он спас меня. И сейчас вы говорите, что его больше нет

Кевин говорил быстро, захлебываясь словами, глядя куда-то сквозь лобовое стекло в черноту ночи. Это была идеальная импровизация — полуправда, смешанная с вымыслом так искусно, что грань стиралась.

— Я сочувствую твоей утрате — сказал Райан, просто потому что надо было что-то сказать — Но как ты попал на самолёт? А главное зачем?

— Вчера вечером он позвонил мне. Не как пилот авиакомпании, а как мой брат. Он был в панике. У него было свидание... важное для него свидание. И перенести его он не мог. И этот рейс важный для его карьеры. В общем, я, в шутку сказал «ну не мне же лететь за тебя». Это была шутка. Понимаете? Я хотел хоть как-то подбодрить его. И вот теперь его нет. Господи! Если бы я знал Если бы знал

Он закрыл лицо руками. Его плечи затряслись.

— Он дал мне свои документы. Сказал, что никто ничего не узнает. А вам я должен был сказать, что он заболел. Я так и сделал

Капитан смотрел на этого человека. С одной стороны — грубейшее нарушение протоколов безопасности, с другой — история о братской верности, которая била точно в цель. Он сам когда-то был готов на глупости ради семьи.

— Ты хоть понимаешь, что ты вы наделали — он не повышал голос. Парню и так досталось. — Теперь по всем правилам, я должен сдать тебя под арест воздушному маршалу, и, уж точно отстранить от управления.

— Я просто хотел помочь брату. Делайте что должны

О'Конел долго молчал. Он смотрел то на приборы, то на дрожащего человека рядом с собой. Рейс должен быть завершен. Разворачивать самолет над Атлантикой без веских оснований — это катастрофа для расписания и репутации компании. А этот парень... он пилотировал нормально до этого момента.

— Пристегнись и возьми себя в руки — Райан принял решение. Возможно, он пожалеет об этом, но сейчас оно казалось ему правильным — Мы продолжим полёт в штатном режиме.

*** ***

Межсалонный тамбур представлял собой узкий коридор, служивший буферной зоной между салоном бизнес-класса (спереди) и эконом-классом (сзади). Стены покрыты пластиковыми панелями. Справа от входа из бизнес-класса массивная штора на рельсе. Рядом туалет для экипажа. На полу мягкий ковролин. Свет, исходивший от светодиодов на потолке, здесь ярче чем в салоне. Напротив бизнес-класса тяжёлая сдвижная дверь с большим иллюминатором ведущая в эконом-класс. Воздух кажется более прохладным и сухим из-за близости системы кондиционирования.

Робсон стоял, облокотившись на дверь, справа Джонсон, демонстративно державший руки в карманах, слева Браун. Нужно было решить, как задержать подозреваемого. Нельзя было просто подойти и надеть наручники. Никто не мог просчитать дальнейшее развитие событий. Преступник – если это действительно преступник – мог быть вооружён. Среди пассажиров могли быть сообщники. В любом случае надо свести риск к минимуму. Единственное, что пришло в голову Джефри – это выманить его в тамбур. Именно эту идею он только, что и озвучил.

— Осталось решить, как его сюда выманить — сказал Браун.

— Для этого нам понадобится кое-кто из экипажа. Попросим стюардессу. — пояснял Джеф — Но действовать надо быстро. Ты — он указал на Брауна — Встанешь за шторкой, а Лео — посмотрел на Джонсона — Будет стоять на выходе из туалета, таким образом чтобы вошедший не мог сразу его увидеть.

— Это хреновый план — пробурчал фэбээровец, недовольный своей ролью в этом деле. Он федеральный агент, на службе у полиции Смешно.

— Другого нет. Если у кого-то есть предложения лучше, готов выслушать — Робсон бросил взгляд на Брауна, затем на Джонсона. Те молчали. — Я так и думал.

— Тогда делаем следующее — продолжал полицейский — Я иду в кабину пилотов, и мы доложим на землю об инциденте, а вы вызовите бортпроводницу — он кивнул на красную кнопку, слева от двери эконом-класса — Объясните ей всё, и пусть она под любым предлогом выманит его сюда.

Робсон сделал шаг к шторке, когда Джонсон остановил его:

— А что, если ты ошибаешься? Что если мы все ошибаемся, и этот пассажир — Лео махнул рукой в сторону бизнес-класса — Просто пассажир оказавшейся не в том месте?

— Просто поверь – у меня есть причины подозревать этого пассажира. Вызовите стюарда, и помните наша цель – некий Дениел Харт, место 12В.

Робсон отодвинул шторку и двинулся в сторону кабины пилотов. В салоне было тихо, около двадцати человек занимались своими делами: многие спали, кто-то читал.

Харт смотрел в иллюминатор. Авиационное окно было прикрыто шторкой, не пропуская утренний свет в полной мере.

Робсон шёл по дальнему от места 12В проходу. Он старался держать спину прямо, но внутри всё сжималось. На высоте более тридцати тысяч футов, за тонкой алюминиевой обшивкой, царил арктический холод и давление, несовместимое с жизнью. Эта мысль всегда била под дых. Воздух в салоне, хоть и был пригоден для дыхания, казался ему стерильным и мертвым. Сердце, пытавшееся компенсировать нехватку кислорода, колотилось где-то в горле. Ладони, спрятанные в карманы пиджака, были холодными и влажными. Он физически ощущал вибрацию пола под ногами — монотонный гул двух реактивных двигателей, удерживающих эту многотонную махину в воздухе. Каждая воздушная яма, каждый едва заметный крен вызывали у него мгновенный спазм в животе и прилив адреналина, который его разум отчаянно пытался подавить. Он снова и снова видел горящих людей, слышал крики о помощи

Робсон встряхнул головой, пытаясь отогнать мысли об увиденной однажды авиакатастрофе. Подойдя к двери, он нажал кнопку вызова. Через секунду он уже был внутри, захлопнув за собой дверь.

— Господа — начал он — Пожалуй теперь можно сообщить на землю о том, что один из пассажиров убит.

— Вы его взяли? — спросил Райан О Конел.

По лицу второго пилота мелькнуло удивление и возможно страх?! Но это был не тот страх, который заставляет людей вздрагивать от ужаса, это был страх сродни отчаянию такое лицо бывает у загнанного в угол зверя, когда он понимает, что выхода нет.

— Возможно. Место 12В, некто Дениел Харт

Если бы Робсон обратил внимание на второго пилота, то непременно заметил бы как он вздохнул с явным облегчением. Судьба вновь была на стороне Кевина. В душе он ликовал. Ему удалось одурачить всех. И этот полицейский, который строил из себя мистера всезнайку, даже не подозревал насколько он сейчас был близок к разгадке.

— Нужно чтобы диспетчер связался с полицией — продолжал Робсон.

— Мы не можем ни с кем связаться — перебил его Райан О Конел. Голос капитана был тихим и ровным — Послушайте детектив. Мы в зоне ответственности океанического центра «Шенвик». Вокруг только пустота и вода — он указал на один из дисплеев навигационной системы. На нём пульсировала тонкая линия маршрута, уходящая в бесконечность — Видите эту точку? Это последняя отметка от береговой станции Ньюфаундленда. Мы прошли её около часа назад. С тех пор мы идём в режиме «молчаливого полёта» по инерциальной навигации. — Робсон нахмурился. Райан продолжал —Сейчас мы вне зоны досягаемости любых наземных радиостанций УКВ-диапазона.

Капитан щёлкнул тумблером связи. В кабине раздалось лишь ровное шипение статических помех.

— А спутниковая связь? Должны же вы как-то связываться землёй в случае экстренных ситуаций.

— Вы правы есть телефон в комнате отдыха. Думаю, стоит попробовать связаться с землей.

— Я принесу его — довольно резко выпалил Кевин и поймав на себе вопросительный взгляд капитана, добавил — С вашего позволения.

*** ***

В это время Сьюзен металась по салону, как загнанный зверь. Прошло уже десять минут с тех пор, как она обнаружила пропажу девочки. Десять минут, которые казались вечностью.

Когда полицейские устроили это незапланированное собрание – девочка спала. Сьюзен была уверена в этом. Но, когда Сью вернулась проверить малышку, на том месте, где совсем недавно спала Эмили, уже никого не было. Первая мысль – девочка в туалете. Сьюзен проверила санузел в бизнес-классе – никого. Заглянула в санитарный блок между салонами – закрыто.

— Эмили! Милая! Тетя Сьюзи здесь! — её голос срывался на шепот, чтобы не разбудить некоторых спящих пассажиров, но внутри неё бушевала паника.

Она заглянула под кресла, в проходы, пробежала до туалета в хвосте самолёта — пусто. Девочка словно испарилась.

Её воображение рисовало ужасные картины: Эмили вышла в проход, её качнуло от турбулентности, она упала... или кто-то... кто-то её забрал. «Спокойно, Сьюзен. Спокойно».

Она выпрямилась, пытаясь унять дрожь в руках. Она была бортпроводником уже пять лет и знала: паника — худший помощник. Нужно действовать по инструкции. «Если пассажир пропал, нужно доложить капитану». Эта мысль принесла одновременно и ужас, и облегчение. Капитан. Он главный. Он знает, что делать.

Не раздумывая ни секунды, она бросилась вперед по проходу эконом-класса. Страх за племянницу гнал её быстрее ветра. Она должна была рассказать капитану всё. Немедленно.

Открыв дверь салона, она вышла в межсалонный тамбур и чуть было не налетела на мужчину. Она знала его. Это был один из тех, кто собрал персонал в комнате отдыха и сообщил, что один из пассажиров убит О Боже... Эмили Сердце Сьюзен сжалось при мысли о том, что на борту может быть убийца. Она упрямо отказывалась верить, что это связано с пропажей племянницы.

— В чём дело? Что-то случилось? — спросил воздушный маршал.

Сьюзен попыталась вспомнить его фамилию, но так и не смогла.

— Помогите Прошу вас Она была на месте Спала — слова путались. Сьюзен хотела рассказать этому мужчине всё как можно быстрее, но от этого становилось совсем ничего не понятно.

— Успокойтесь — маршал взял её за локти и встряхнул – не сильно, но достаточно чтобы Сьюзен немного успокоилась. — О ком вы говорите? Давайте сначала. Кто – она?

— Моя племянница — начала Сьюзен, собравшись с мыслями.

И она рассказала: о матери, которая отправила девочку в трансатлантический полёт вместе с тётей; об отце, который бросил дочь, а спустя несколько лет объявился и теперь позвал её в гости; о девочке, которой всего восемь, она любит читать и смотреть мультики.

Маршал выслушал сбивчивый рассказ стюардессы. Он ухватил главное: около часа назад, Эмили была на месте – тётя поглядывала за ней разнося напитки и общаясь с пассажирами. Лео Джонсон стоял за спиной Брауна.

— Может она в туалете или — фэбээровец не успел договорить, она его перебила и выпалила скороговоркой:

— Нету её нигде! Я обыскала весь самолёт – она ПРОПАЛА!

— Это самолёт. Вряд ли она исчезла бесследно — сделал попытку успокоить её Чарльз Браун — возможно просто прячется. Это же ребёнок.

— Нет Эмили бы не стала так шутить — уже почти шёпотом сказала Сьюзен — Нужно к капитану. Он знает, что делать.

— Сейчас вместе сходим к капитану — договорить Браун не успел, Джонсон схватил его за локоть и отвёл в сторону.

— Ты серьёзно? — спросил он не громко, но достаточно чтобы стюардесса всё слышала — Девчонка просто спряталась где-то У нас есть дела поважнее — он кивнул в сторону шторки, отделяющей бизнес-класс.

— Мы пойдём к капитану и просмотрим камеры видеонаблюдения — сказал Браун настойчиво поворачиваясь к стюардессе, но её уже не было.

— Чёрт — выругался маршал и поспешил вслед за бортпроводницей к кабине пилотов.

*** ***

Второй раз за время полёта Кевину приходилось спускаться в технический сектор. Внешне он старался быть невозмутимым, но душа его ликовала. На лице то и дело проступала хищная улыбка: если бы он участвовал в конкурсе на самое дерзкое преступление, он бы гарантированно взял главный приз. Он снова оказался на голову выше всех.

Сначала он решил, что удача отвернулась от него, когда капитан сообщил об обнаружении тела Ларсена в Сан-Диего. Но, поразмыслив, Кевин понял: это вызов. И он принял новые правила игры. Легенда о брате была шита белыми нитками, но старик поверил — они всегда верили. А теперь еще и Харт. Пусть копы-неудачники думают, что взяли убийцу. Тем интереснее. Дениел Харт – вторая цель на этом рейсе. Оставалось только инсценировать его самоубийство, ну или сердечный приступ, например. Кевин смог бы убить его, не оставив следов. Когда правда вскроется, Кевин будет уже далеко, с полными карманами денег и ледяным спокойствием победителя.

Кевин вытер вспотевший лоб рукавом куртки и зашел в зону отдыха экипажа. Девочка лежала там, где он оставил ее. Кровь на волосах уже запеклась темным сгустком. Он проверил пульс — ровный. Она просто спала. Кевин раздумывал: стоит ли закончить дело здесь, сдавив хрупкое горло? Но интуиция подсказывала — рано. Нужно выяснить, одна ли она летела и не ищет ли ее кто-то еще на этом борту. Ему нужно было спрятать её максимально надежно. Кевин знал, что в передней части лайнера, непосредственно за кабиной пилотов, находится узкий технический коридор, ведущий к отсеку обслуживания бортовых систем — неприметная зона, куда не заглядывал даже старший бортпроводник. Это был служебный закуток, предназначенный для доступа к магистралям кондиционирования, в глубине которого размещался старый демонтированный пост контроля — пережиток, оставшийся от предсерийной компоновки лайнера. Это было крошечное, почти квадратное помещение с низким потолком, лишенное окон и звуков салона. Там, в тишине, нарушаемой лишь гулом двигателей, стоял узкий кожаный диван — реликт эпохи, когда инженерам приходилось сутками дежурить у измерительных приборов прямо в технической зоне. Кевин знал об этом месте благодаря Патрику — механику с сомнительной репутацией, который часто рассказывал о многих технических характеристиках современных лайнеров.

Он подхватил девочку на руки. Тело ребенка казалось пугающе легким, почти невесомым, словно из нее выкачали всю жизнь. Кевин прижал ее к груди, чувствуя, как голова девочки безвольно откинулась назад, и быстро проскользнул мимо служебной кухни. Добравшись до нужной переборки, он нащупал скрытый рычаг. Раздался глухой, утробный звук. Тяжелая дверь с шипением подалась вперед, выпуская в коридор струю холодного, пахнущего озоном воздуха. Внутри царила стерильная тишина, нарушаемая лишь далеким, едва различимым гулом двигателей.