В Авлиду

– Друзья, я решение принял – объявил Агамемнон.

Менелай оживился, поднял глаза. Агамемнон продолжал:

– Я пришел к выводу, что своими безрассудными действиями Парис не только оскорбил моего брата, он оскорбил всю Элладу, отныне никто из нас не может быть спокоен за безопасность наших жен. Это не частное дело. Представитель высших слоев одного государства вторгается и оскорбляет другое, равное ему – это неслыханно. Такая вопиющая дерзость не должна остаться безнаказанной. Готовьтесь, друзья мои. Мы объявляем войну. Ты просил меня, Менелай, как видишь, я выполняю твою просьбу. Она справедлива, брат. Пусть соберутся все воины Эллады. Флот нужно собрать весь, что есть у каждого царства. Кто сколько сможет выставить кораблей против Трои – пусть присоединяются. Месяц на это даю.

– Где ты намерен провести общий сбор? – спросил Диомед.

– Пока не знаю, не думал об этом. Что ты предлагаешь?

– Есть один городок – отвечал Диомед. – На побережье Беотии. Подходящее место. Там храм Артемиды известный и бухта удобная. Это Авлида.

– Знаю такой – согласно кивнул Агамемнон. – Бухта большая там, верно. Вполне нас устроит. Что ж, через месяц увидимся в Авлиде, друзья. Теперь к делу. Ты, Менелай, прекращай хандрить. Сколько можно? На это нет времени. Отправь глашатая к каждому, кто клялся когда-то оказать тебе помощь. К каждому – понял? После – сразу ко мне. К кому-то я сам прокачусь. Нужно как можно больше воинов. Ты, Диомед, собери аргвинян сколько сможешь.

– Да, Агамемнон, всё сделаю

– За работу, друзья. Время дорого. Помните – встреча в Авлиде ровно через месяц

С того дня началась подготовка ко второй троянской войне.

Глава вторая. Одиссей

1. Предсказание

Алиферс возвращался домой. Шумный Пилос, хвала богам, остался позади. Городская суета, конечно, утомляет, но навещать родню необходимо, чем Алиферс и занимался только что. А сейчас хотелось оказаться дома, на Итаке, такой уютной и спокойной – поэтому он налегал на весла. Нужно поднажать. С его комплекцией это совсем не просто. Он обливался пОтом, утомился, но усилия стоили того. Вскоре показался Закинф, а это, можно сказать, одной ногой он дома.

Большая удобная гавань, оливы близ пристани, белая галька, лазурного цвета морская вода и солнце, дарящее негу – что может быть лучше? Здесь жизнь течет неспешно. Здесь никому и в голову не придет куда-то бежать, тем более, покинуть такой чудесный край. Разве что по необходимости. Как Алиферс, к примеру. Должен он время от времени навещать родню, что проживает на материке. И каждый раз после таких визитов он возвращается домой.

Вскоре гора Нерион и высокие эвкалипты Итаки уже приветствовали его. До бухты осталось всего ничего. Через час Алиферс причалил, отдышался, и направился к дому Одиссея.

Царский дом подпирала скала. В ней местный зодчий вырубил ступени на каждый следующий этаж, тем самым сэкономив на устройстве лестницы. Одиссей задумку оценил. Затем велел разбить лужайку перед домом, сам высадил по ее периметру виноград. А сейчас на скамеечке в тени расположился со своей семьей. Пенелопа как раз передавала ему на руки малютку Телемаха. Родители склонились над ребенком. Алиферс остановился. Похоже, я не вовремя – мелькнула мысль, но дело не терпело отлагательств.

К счастью, его заметили.

– Как съездил?

Они переглянулись – Одиссей прекрасно понял - мудрейший человек Итаки пришел не просто любопытства ради взглянуть на семейную идиллию своего правителя.

– Есть разговор

Одиссей передал жене ребенка, поднялся.

– Пойдем, пройдемся

Дорожка бежала к побережью.

– Я весьма встревожен, друг мой – начал Алиферс.

– А разве есть причина?

Прекрасный солнечный денек не предполагает беспокойства. Напротив – зовет расслабиться. Здесь живописные места и буйство зелени. Итака вся цветет, и безмятежность словно зримо проступает. Здесь время течет не торопясь и замирает на чистейших пляжах. Какие могут быть тревоги?

– Причина есть. Ты знаешь сам – благополучие Итаки целиком зависит от тебя. Спроси любого. Каждый житель скажет – царь Одиссей всех накормил и каждому дал дом.

Мудрец ни капельки не льстит. Все верно -когда здесь воцарился Одиссей, дела пошли на лад и очень быстро. Об этом знают все.

– Итака живет лучше всех. Нам все завидуют. Все головы ломают – как маленькая нищая Итака смогла всех обскакать в такой короткий срок? Но я-то понимаю – только царь Одиссей знает ответ. Наше благоденствие держится на одном тебе.

Действительно, последний десяток лет Итака процветала. Но секрет успеха царь Одиссей не раскрывал, познаниями в искусстве управления особо не делился.

– Мне везет – обычно отвечал.

Одиссей уклонялся от всяческих попыток хоть что-нибудь разведать у него. За что и получил приставку к своему имени – хитроумный.

Сейчас, прогуливаясь с другом, он выслушал все похвалы в свой адрес, при этом суть разговора не упустил. Отлично помнил, что Алиферс обеспокоен чем-то.

– Ты слишком благосклонен. А впрочем, благодарю за добрые слова. Но в чем причина твоей тревоги?

– Я думаю… Всё держится на тебе одном. – замялся Алиферс, – Что, если с тобой что-нибудь случится?

– Что может со мной случится?

Такая мысль Одиссея еще не посещала. С чего бы это ей вдруг приходить на ум? Он – полный сил мужчина. В его-то годы жизнь только начинается.

– Ты сам сказал – у нас всё хорошо. Ваш царь в расцвете сил и царство процветает. Я больше тебе скажу – я абсолютно счастлив с тех пор как появился Телемах. Что еще нужно царю Итаки? Не может быть, дружище, чтобы боги ополчились на меня. За что?

В свои тридцать лет Одиссей прекрасно себя чувствует и управляет царством, к тому же три месяца назад жена родила ему наследника. Одиссей, казалось, сам помолодел с рожденьем сына. Как никогда жизнь благосклонна к правителю Итаки.

– Мне жаль, но череда событий уже запущена. Земля гудит, и всё пришло в движение. А это значит, ты пропадаешь из поля зрения на долгих двадцать лет. – довольно витиевато озвучил Алиферс.

– В смысле? Я не понял – остановился Одиссей.

Алиферс в такой же витиеватой манере пояснил:

– Как только ты покинешь Итаку, время станет твоим врагом

– Но… я не собираюсь никуда

Алиферс всплеснул руками:

– Ты можешь потерять всё, Одиссей. Знаки грозней день ото дня.

Мудрейший человек Итаки почтенный Алиферс практиковал гадания, частенько наблюдал за звездным небом, мог растолковать полет прибрежных птиц, определял грядущие события не хуже самых опытных жрецов. Он не спешил озвучивать свои тревоги без видимой на то причины. Не стоит человеку знать, что его ждет – думал Алиферс. Последняя поездка на материк увы, но подтвердила его худшие опасения. Мудрец решил – молчать ни в коем случае нельзя. Пусть знает царь Итаки, что ждет его. Тогда есть шанс избежать несчастий, а может статься, выбрать иной путь.

– Я до последнего надеялся – тебя минует эта чаша. Видно, я ошибся. Похоже, чему быть, того не миновать.

– Ты говоришь загадками… Какая чаша? Ты о чем толкуешь? – Одиссей прекрасно знал – для разговора с Алиферсом нужно набраться терпения.

– Грядет война

– Война?

– Да, государь, война. Я видел сам – в Пилос подтягиваются воины, готовят лодки, звенит оружие, несут припасы – весь город взбудоражен. Все суетятся.

– Быть может, Нестор опять с соседями повздорил? – предположил Одиссей – Такое уже бывало и не раз.

– Бывало, да

– Едва ли нас попросят лезть в это дело

Нестор правит в Пилосе так долго – уже третьим поколением своих сограждан, что даже Алиферсу кажется – царь Нестор был всегда. Что говорить об Одиссее. Царь Итаки много моложе их обоих. Он прекрасно понимает – Нестор сам разберется и справится с проблемами своими без посторонней помощи.

Но Алиферс настаивает:

– Такого не бывало никогда. Я говорю тебе – гудит земля. Слух ширится, и он, похоже, верный, что Агамемнон собирает войско. Все сейчас спешат в Авлиду. Не только Нестор. Призывают всех. Глашатаи повсюду трубят сбор. А значит, рано или поздно дойдет очередь и до Итаки. До тебя, царь Одиссей.

А это очень может быть. Агамемнон доминирует на всем Пелопоннесе.

– Что ж… Отлично. Я не стану уклоняться. Небольшая победоносная война – хорошая идея. Я больше тебе скажу – я не против присоединиться. А что? Ты сам сказал – собираются все славные вояки. Опять Микены решили на Беотию напасть? Чудесно. Превосходно. Повоюем, испытаем, кто чего стоит, привезем домой трофеев – прекрасно. Лучше быть не может.

– Одиссей, послушай… Ты давно меня знаешь…

– Давно – подхватил Одиссей. – Я знаю, что ты не станешь сотрясать напрасно воздух. Ты – мудрейший из всех известных мне людей.

– Тогда послушай моего совета. Ты думаешь – на две недели отправишься повоевать и всё?

– Конечно. – уверен царь Итаки – Быстро управимся, богатую добычу привезем.

С такой периодичностью – раз в две недели – навещают гавань острова пиратские суда. Но Одиссей не любит об этом говорить.

– Тебе не стоит ввязываться в это дело. Поверь мне. На сей раз это будет не заурядный набег длинною в две недели. И даже не полгода. Быстро управится не получится. Не знаю, как другие, но ты сможешь вернуться домой только через двадцать лет.

– Двадцать лет? – присвистнул Одиссей – Но почему? С чего ты взял?

– Видишь ли… когда я при гадании просматриваю твою судьбу, ты всякий раз на двадцать лет внезапно исчезаешь

– Я исчезаю?

– Исчезаешь. Ты вроде находишься среди живых, но непонятно где.

– Как это может быть? – не понял Одиссей.

Алиферс и сам не сразу понял, когда так указали кости. Но многократно подтверждалось предсказание на чем угодно: по полету птиц, по внутренностям жертвенного агнца, и звезды каждый раз пророчили одно и тоже испытание правителю Итаки.

– Я сам был удивлен. Могу сказать одно – времени всё меньше. Война уже стучится в твои двери. Знай – если ты отправишься туда, то двадцать лет ты будешь вне Итаки.

– Вне Итаки… – озадачен Одиссей – Но я не представляю себя вне Итаки.

– Но так и будет. За это время твой сын вырастет и возмужает без тебя. Отец состарится. – слова звучат безжалостно, но Алиферс продолжает:

– Твое царство всё растащат. И никаких трофеев, Одиссей. Ты к этому готов?

– Конечно нет. Кто может пожелать себе такое? Ты прямо бедствие описываешь.

– Бедствие и есть. – подтверждает Алиферс – И неизвестно, как поведет себя твоя жена. Ты понимаешь, женщины слабы. А если обстоятельства надавят… Всё может быть. Подумай.

– Признаться, озадачил ты меня. Но я тебя услышал. Сейчас ступай. Мне надобно остаться одному.

Одиссей направился к морю. Нужно побыть с собой наедине – только он и бесконечность моря, нужно всё обдумать – если его и правда призовут на эту непонятную войну.

2. Царство Одиссея

Не верить предсказанию причины нет. Ни разу Алиферс не подводил царя Итаки, всегда был честен. Теперь – что делать?

Тропинка вывела к уединенной бухте. Белая галька под ногами, кристально чистая вода омыла их – Одиссей устроился в тени скалы, предался размышлениям.

Покинуть родину на двадцать лет – кто к этому готов? Не видеть, как растет твой сын – кто с этим согласится? Оставить жену и престарелого отца на двадцать лет – чье сердце это выдержит? Покинуть свое царство, пустить всё под откос, вычеркнуть себя из жизни дорогой Итаки. Здесь есть над чем подумать.

Двенадцать лет он день и ночь приумножал свои богатства и улучшал жизнь подданных своих. Трудился не покладая рук. Итака не могла похвастать изобилием ресурсов. Достоинства маленького острова – мягкий климат, удаленность от материка, удобная большая гавань. На этом всё. Но только не для Одиссея. Он быстро оценил прихотливость изрезанного побережья, пещеры, гроты, пролив между Итакой и Кефалинией, где можно незаметно заплутать, укрыться от преследования.

Одиссей решил извлечь как можно больше выгод из такого природного подарка. Как следствие на остров зачастили пиратские суда. Лихие люди отсиживались здесь после своих набегов. Чинились, зализывали раны и набирались сил. После чего вновь отправлялись испытать удачу.