Поцелуй Иллюзий

– Не надо, Лиран! – воскликнула я. – Я прощу его! Только заберите его обратно.

– С удовольствием, Меган! – прорычал Лиран, сверкнув на меня глазами. – Отдайте же его мне обратно.

– Вы не будете наказывать его? – уточнила я.

– Наказывать – нет, – ответил Лиран. – Убить – да.

– Тогда я не отдам его вам, – нахмурилась я, и, развернувшись, направилась к выходу.

– Почему это? – возмутился ректор. – Это ведь моя копия, а не ваша.

– Не отдашь? – с надеждой послышался голос копии ректора.

Я тут же изгнала копию ректора, и открыла дверь.

– Была ваша, – с достоинством произнесла я. – Стала моя.

Я вышла наружу и захлопнула дверь кабинета, оставив ректора в полном замешательстве. Увы, моё победное чувство было довольно скоро и ловко оборвано вдруг явившейся ко мне Блёр. Она сообщила мне своим ровным голосом неприятную для меня новость:

– Ты почти опоздала на лекцию, Меган.

– Проклятье! – воскликнула я, и помчалась в сторону учебных аудиторий.

Глава 15

Я бежала по коридору и думала, насколько же нелепым вышел мой диалог с ректором. И почему мне не хватило терпения сообщить ему свои опасения насчёт его копий? Тем не менее одной из моих главнейших задач в академии Иллюзий, это оставаться в тени. А если я совсем перестану посещать лекции, то меня и отчислить могут. Или заподозрить в чём-нибудь, а мне это совершенно не подходит. Ничего, я зайду к Лирану позже, когда его злость уляжется, и, может тогда, и передам ему его копию.

Коридоры академии были замысловаты. Глянцевый пол, выступающие тусклые светильники на неровных стенах, высокий свод над головой, который непременно оканчивался прозрачными окнами. И ведь я нисколько не заблуждалась в том, что этажом выше существовали ещё аудитории, а значит, хмурое небо в окнах едва ли было настоящим.

Блёр следовала за мной молча, и зорко следила за тем, чтобы я не свернула куда-нибудь ни туда.

Вообще, она мне иногда заменят мать, которая хоть и шлёт мне длинные письма регулярно, а всё равно её очень не хватает. По неписаной традиции семьи, Блёр досталась мне от бабушки, которая была очень довольна службой фамиляьра. Поначалу, я долго привыкала к её призрачному внешнему виду. К её бледному лицу и длинным чёрным волосам. К её пронзительному острому взгляду и ровному голосу. Но когда я узнала её ближе, то оказалось, что бабушка была права – это был лучший спутник из тех, что можно было себе придумать. Иногда даже я считала её своей подругой, однако, жизнь фамильяров несколько иная, и простые людские радости большинству из них чужды, а потому, чтобы меня понять полностью, ей недоставало особых знаний. Знаний, что даёт самая обычная человеческая жизнь.

Резко повернув за очередной угол, я наткнулась на адептку, спешащую в том же направлении, что и я. Она как раз резко вывернула из дальнего угла коридора. И каково же было моё удивление, когда этой адепткой оказалась Нейри.

Мы перекинулись приветствиями, и с новой силой помчались в сторону учебных аудиторий. И когда запыхавшиеся, мы выбежали на финишную прямую, на том конце коридора за синей мантией громко захлопнулась последняя дверь.

– Почти успели! – досадливо вырвалось у меня.

Вдруг из-за ближайшего поворота резко вышла высокая фигура в синей мантии. Сложно было не узнать настолько однозначный силуэт – это был Нолтан. Он остановился посередине коридора, и, скрестив руки на груди, поджидал, когда мы подбежим ближе.

Вот проклятье! Только его сейчас и не хватало для полного счастья. Мы перешли на быстрый шаг, и даже не сговариваясь, постарались проскользнуть мимо заместителя ректора, в слабой надежде, что тот ограничиться грозным недовольным взглядом.

– Стоять! – приказным тоном оборвал он наши надежды, и его тяжёлый взгляд упал на Нейри. – Опаздывать на лекции у нас не принято, адептка.

– Меня задержали! – принялась оправдываться та.

– Это ваши проблемы, – отчеканил Нолтан. – Или вы следуете заведёнными в академии порядками, или покидаете её. Решать вам. Вам всё ясно?

– Ясно, – кивнула она, и я тоже кивнула, хотя прожигающий взгляд заместителя ректора был устремлён исключительно на Нейри.

– Вы, – обратился он ко мне, сверкнув глазами. – Не опаздывайте на лекции.

И после этих слов, полный достоинства, он зашагал от нас прочь, вдоль коридора. Я непонимающе обернулась на него, и мы направились к аудитории.

– Чего это он? – удивилась я.

– Не знаю, – ответила Нейри, и как-то странно посмотрела на меня.

Ну, а что? Я же не виновата, что Нолтан выбрал не меня в качестве своей мишени для язвительных нравоучений. Или виновата?

Мы открыли дверь в аудиторию (благо та была не заперта) и вошли внутрь. Множество голов, включая голову профессора, тут же обернулись на нас.

– А-а, – словно бы обрадовался не высокий профессор с серебристой копной волос и морщинистым лицом, – Всё-таки, не заболели, и то хорошо. Ну, проходите, проходите скорее. Я-то уж было подумал, что два пустующих места в моей аудитории – это надолго.

Мы поспешно заняли свои места, и профессор продолжил лекцию. Сама аудитория была небольшой. Синие стены, широкие окна с видом на райский сад, да полки с ветхими книгами.

– Многие из вас считают, – говорил профессор, расхаживая перед своим столом – что моя аудитория довольно скучная.

И правда. Голые стены, минимум мебели. Весельем это место, скажем так, не блистало.

– Всё это так, – подтвердил профессор. – Из украшений я решил оставить разве что вид на сад ректора, который, впрочем, я бы несколько видоизменил. Впрочем, это уже вкусовщина, и как раз-таки уводит нас от предмета нашего сегодняшнего разговора.

Он немного помолчал, и вскоре продолжил свою речь:

– Все эти плакаты, выжимки из особо значимых древних книг, портреты первооткрывателей… всем этим можно было бы наполнить пространство вокруг. Однако в моей аудитории я хочу, чтобы вы подумали вот над чем: пространство можно забить, а можно заполнить. И мне бы хотелось, чтобы от моих лекций вас не отвлекала ни даже самая малость, потому что то, о чём я буду вам рассказывать – есть основополагающее нашей академии. И если вы хотите уметь по мановению руки делать вот так…

Он сделал несколько жестов рукой, и стены тотчас же рухнули, а свод над головой исчез, уступая место синему солнечному небу. Пространство вокруг в одночасье изменилось, воздух наполнился природной свежестью, и восторженные возгласы адептов подтвердили мне, что я не одна вижу это.

Наши столы и стулья теперь стояли посреди сочного поля, усеянного ромашками. Солнце светило сверху, и его тепло ощущалось сквозь капюшон. Ветер колыхал высокую траву, в воздухе летали потревоженные насекомые. Где-то вдалеке пели птицы, а на горизонте ровным частоколом высился уже не столь приветливый для взгляда лес.

– … То будете слушать меня внимательно, – с самодовольной улыбкой закончил профессор свою фразу. – Формирование пространств – одна из важнейших дисциплин в академии Иллюзий, а потому я постараюсь дать вам все самые важные элементы этой сложной мозаики, чтобы у вас был шанс успешно сдать экзамены.

Лукавая улыбка засветилась на его лице.

– Без книг, разумеется, не обойтись, – развёл руками он. – В конце лекций я дам список литературы.

Профессор сделал несколько замысловатых движений, и вокруг тотчас же появились стены и потолок. Мы вновь оказались в тесной аудитории, и когда огорченные возгласы адептов посыпались на профессора, я была с ними абсолютно согласна.

– Ничего, ничего, – усмехнулся тот. – Я бы и рад проводить свои лекции в столь необычных местах, так ведь уровень внимания рядового студента снижается на шестьдесят процентов. И как прикажете это допустить? Невозможно. И потому, вот вам ещё одна причина недовольства.

Он сделал пару резких движений рукой, и вместо райского сада в окнах возникла глухая каменная стена. Это было особенно обидно, ведь мы сидели к окнам ближе всего…

Мы? Только теперь до меня дошло, что соседний стул был пуст.

Глава 16

– Профессор! – воскликнула я, указывая на место рядом. – Нейри! Она пропала!

Профессор остановился на половине фразы и кинул взгляд на опустевший стул рядом со мной. Его спокойное выражение лица дало мне понять, что ничего страшного не произошло.

– Ох, – устало выдохнул профессор, и, прошептав пару слов, вдруг исчез.

Аудитория тут же наполнилась возбуждённым шёпотом, а в мою голову сразу закрались некоторые опасения насчёт увиденного. И действительно. Не один же Лиран мог столь искусно манипулировать пространством, а значит, круг подозреваемых расширятся. Это привело меня к простой и понятной мне аксиоме: лекции пропускать нельзя. Всё, что связано с манипулированием пространства, может привести меня к похитителю адепток, и тогда с Лирана могут быть сняты все мои подозрения. Интересное дело. А почему это я так хочу, чтобы он оказался невиновным? Его копия мне показала себя не с лучшей стороны, а я зачем-то его оправдываю. Бред.

Вдруг впереди, на том же самом месте возник профессор, который держал за руку ошеломлённую Нейри.

– Вы всё поняли, адептка? – почти ласково спросил он её.

– Да, – виновато ответила та.

– Больше не будете изучать сомнительные пространства самостоятельно? – вновь спросил он.

– Не буду, – ответила она, краснея.

– Ну, идите же, – подтолкнул он её в спину. – Ничего страшного.

– А почему сомнительные, профессор? – спросил один из адептов. – Это ведь вы сами сотворили это место. Разве мы не можем вам доверять?

– А потому, юный Эрлин, – ответил тот, – что для вас моё ромашковое поле может быть враждебным. И всё это лишь от того, что вы никогда не можете знать, какой смысл вложил создатель в сотворённую им местность.

– Ты как? – спросила я Нейри, вглядывалась в её бледное лицо.

– Вроде ничего, – ответила она. – Боги, как же стыдно.

– Так тебе было стыдно? – изумилась я. – Я-то думала, что ты напугана!

– Напугана? – улыбнулась она. – Ничуть! У меня ручка на землю упала, и, поднимая её, я заметила бабочку в траве. Какая там лекция, Меган?

– Понимаю, – улыбнулась я в ответ. – Мне тоже понравилось это место. Люблю ромашки, и вид необъятной дали. А кроме бабочек ты ничего необычного не заметила?

– Необычного? – она нахмурила лоб. – Да вроде нет. А что необычного ты хотела там увидеть?

– Не знаю, – соврала я. – Мне показалось, что вдалеке я видела какой-то домик…

Это была не правда. Никаких домов там не было, но не говорить же ей напрямую, что я стала подозревать теперь и профессора тоже.

– Ничего такого я не видела, – пожала плечами Нейри.

– Моё поле, разумеется, безопасно, – между тем, продолжал вещать профессор. – Но вы не должны верить мне на слово. Ваш долг позаботиться о себе, предугадать и предотвратить все возможные исходы вашего пребывания в таких эфемерных пространствах, как это. А вот как это сделать – увы. Мои лекции не включают в себя ещё и защиту, так что вот вам хороший повод посещать лекции профессора Деглана по Активной защите и комплексам предупредительных мер против иллюзий. Длинноватое название предмета, правда? Я частенько подшучиваю над профессором за это нелепое нагромождение букв, но он никогда на меня не обижается. Вы уж слушайте, что он говорит, это вам очень пригодится.

Когда первая лекция закончилась, мы с Нейри вышли в коридор, чтобы подышать свежим воздухом. Адепты очень просили профессора вернуть ромашковое поле хотя бы на перерыв, но тот наотрез отказался.

– Нет уж, увольте! – качал головой профессор. – Вы разбежитесь, кто куда, а мне потом вас искать. А времени у нас с вами и так – с тараканий ус.

– Вообще-то ус у таракана довольно длинный… – тихо заметил кто-то из адептов.

– Будете умничать, юный Ковен, – сдержанно ответил профессор, – отправлю вас в менее приятное место, чем то, что вы видели.

Подозрения мои усилились. Шутки шутками, а у него, действительно моглут быть и другие пространства.

– Вот бы поскорей научиться такому! – решила начать разговор я. – Так здорово, столько возможностей!

– Мне тоже очень понравилось, – ответила Нейри сдержанно. – Но для достижения таких результатов нужны годы. В противном случае, иллюзия не сможет жить слишком долго, она исчезнет, и придётся всё создавать заново.

– Очень жаль, – удивлённо заметила я. – Значит, нам пока не удастся создать ничего похожего?

– Нет, – покачала головой Нейри. – Даже на верхних ступенях академии знаний будет не достаточно, нужно перечитать множество книг, и проделать колоссальную работу над собой.

Эта была очень ценная информация, и я, в который раз, поблагодарила судьбу за то, что та свела меня с Нейри. Стало быть, адептов можно было в расчёт не брать. Разумеется, эту информацию ещё следует проверить, но мне казалось, что Нейри не стала бы врать мне.

– И откуда ты только это всё знаешь? – восхищённо спросила я.

– Я давно хотела поступить сюда, – пожала плечами она. – Папенька мне всё рассказал про академию, я собрала информацию, готовилась… а ты разве не также поступала?

– Нет, – покачала головой я. – Я почти что случайно оказалась здесь. Можно сказать, что сама судьба меня привела к дверям академии Иллюзий.

– Ясно, – ответила Нейри. – А я предпочитаю верить, что сама творю свою судьбу. Тогда жить становится куда интереснее. Кстати, а почему тебя вчера не было на последней лекции? Я даже успела заскучать без тебя.

– Я была у ректора, – ответила я, и поймала на себя удивлённый взгляд Нейри.

– У ректора? – переспросила та. – Зачем?

– Просила о переводе, – стала перечислять я, – искала защиты…

– И что насчёт защиты? – поинтересовалась она.

– Ну… – замялась я. – Он дал мне кое-что.

– Неужели? – изумлённо воскликнула Нейри. – Лиран дал тебе защиту? И какую?

– Ну… – снова замялась я, и во вдруг наступившей тишине коридора добавила. – Он дал мне свою копию.

Глаза Нейри округлились, рот приоткрылся. Лицо её сделалось восторженно-удивлённым. Вот ведь проклятье! И почему именно сейчас всем вздумалось замолчать? Похоже, я слишком громко произнесла свою последнюю фразу.

Глава 17

– Ректор дал тебе в защиту свою копию?! – изумилась Нейри в замершем коридоре.

– Вроде того, – обречённо ответила я.

Ну, всё. Теперь ректор имеет полное моральное право убить меня за мой слишком длинный язык.

Новая тема стала предметом обсуждений в коридорах, но ненадолго. Вскоре перерыв закончился, и мы отправились на вторую лекцию по Формированию пространств. На этот раз на лекции профессор сыпал теорией и фактами, а столь эффектных демонстраций больше не было. Надо сказать, что вопросы, которые стоило бы разъяснить, будь я настоящей адепткой академии Иллюзий, появились уже после этой второй лекции, однако задавать их профессору я не стала. В конце концов, утолить жажду знаний я смогу и после своего расследования, а вот найти преступника в стенах академии…

После лекций мы с Нейри направились в столовую, где получив по подносу с обедом, сели за один из пустых столов.

– Как же тебе удалось это? – спросила Нейри.

– Что удалось?

– Получить копию ректора, разумеется!

– Я просто попросила его о защите, – пожала плечами я.

Я пыталась сообразить, как бы переменить тему разговора, однако ничего выдумывать мне не пришлось, помощь пришла, откуда её не ждали. На соседнее место, поставив свой поднос на стол, плюхнулся Тилвет.

– Привет, девчонки! – раздался его энергичный голос. – Давно не виделись.

Круги под его серыми глазами могли говорить лишь о двух вещах: или он слишком прилежный ученик, или наоборот, слишком беспечный. Впрочем, был и другой вариант: ему было очень стыдно за свои слова. Однако, бросив на него взгляд, я поняла, что едва ли он осознал свою вину. Нейри насупилась и замолчала.

– Привет, – нейтрально отозвалась я.

– Послушай, – обратился он к Нейри. – Я тут подумал, и пришёл к выводу, что ляпнул нечто неправильное. Прошу меня извинить, девочки, был не прав.

Может быть, это были и не совсем те слова, что я бы хотела услышать от него, но, как минимум, наличие мыслительной деятельности в направлении осознания своей вины – это была практически вершина желаемого уровня сознания для многих адептов. А если добавить сюда факт принятия этой вины, и попытка загладить свою вину… Нет, этот парень мне определённо нравится.

– Я тебя прощаю, – улыбнувшись, сказала я.

– Ну, а ты, Нейри? – спросил он, и как-то по-особому заглянул в её глаза.

А я, наблюдавшая со стороны, видела её эмоции. Я видела напряжённую затаённую злость в её глазах, и видела, что делалось с этой злостью, когда Тилвет попросил у неё прощенья. Злость растворялась, она исчезала, и глаза Нейри становились смущёнными, но ясными.

– Ладно, – согласилась, наконец, она, – Я тоже тебя прощаю.

– Фуф, – улыбнулся он и сразу же сменил тему. – Ну, как вам сегодняшние лекции?

– Я в восторге, – ответила я. – Столько новых возможностей открывается!

– Именно! – подхватил Тилвет. – Пойдёте в библиотеку после следующей лекции? Я слышал, что в книгах можно найти вполне годные инструкции для начала практики!

– Конечно, пойдём, – ответила Нейри за нас обеих, хотя мне не было необходимости туда соваться. – Профессор не назвал ещё две важных книги, если вам интересно.

– Интересно, конечно! – обрадовался Тилвет. – А, кстати. Куда это ты пропала на лекции?

– Я изучала местность, – уверенно ответила Нейри. – Очень жаль, что меня так скоро обнаружили, я надеялась побродить там подольше.

– Не стоит, – заметил адепт. – Это может быть опасно! Ты заставила нас поволноваться…

– Так ты волновался? – удивлённо спросила Нейри и глянула на него. – Надо же…

– Конечно, волновался! – ответил он. – Вдруг ты пропадёшь, а я так и не скажу тебе, что хотел.

Лёгкий румянец тронул её щёки, она замолчала.

– Так что, – продолжил он, – после лекции – сразу в библиотеку?

– Да, – подтвердила Нейри.

– Договорились! – улыбнулся он, а затем встал, забрал свой поднос, и направился к выходу.

– Вот ведь какой приставучий, – выдохнула Нейри, провожая его взглядом. – Надо было не соглашаться и не прощать!

Я хихикнула, глядя на её мечтательный взгляд.

– Успеешь ещё не соглашаться, и не прощать, – заметила я, доедая обед.

– Что ты имеешь в виду? – возмутилась она.

– Ничего, – покачала головой я. – Учебный год только начался…

– А-а, – одобрительно протянула она. – Это верно.

Закончив с обедом, мы вышли из столовой, и направились к аудитории Энергетического баланса.

Глава 18

– Добро пожаловать! – поприветствовал заполненную аудиторию довольно молодой по здешним меркам профессор. – Я – профессор Ловтус, и я буду вести у вас такой важный предмет, как Энергетический баланс.

В просторной, но душной аудитории окна были затянуты тёмно-синими занавесками. Свет исходил со сводов, хотя окон наверху не было. Неудобные скамейки вместо стульев заставили нас сидеть сразу по трое за одним столом. Тилвет, воспользовавшись моментом, сел прямо между нами. За такую наглость поколотить бы его, да ведь если мои расчёты верны, то рядом с Нейри ему сейчас и самое место. Странно лишь то, что сама Нейри нисколько не возражала, и уже не стеснялась его присутствия, хотя сложно было не заметить её напряжения, когда Тилвет спросил разрешения сесть рядом. Вероятно, она смогла взять себя в руки.

Профессор был невысокий мужчина, лет сорока пяти, с пышными рыжими усами, и копной кучерявых волос, которую уже тронула седина. Несмотря на это, голос его был бодрым, движения энергичные.

– Потеря энергии для мага – непростительная, а иногда и смертельная ошибка, – продолжал вещать профессор, зорко осматривая аудиторию. – И распределение такого важного ресурса, как магическая энергия – это одна из основ здравомыслия любого мага. А потому, сегодня я расскажу вам, где и как вы сможете за секунды слить всю свою энергию и умереть. Нет-нет, не на моём экзамене, что вы!

Профессор обаятельно улыбнулся, и лишь после этого адепты сообразили, что это была шутка. По залу прошёлся смешок. Я улыбнулась, Нейри нервно прыснула.

– Ну и шуточки, – усмехнулся Тилвет, украдкой наблюдая за Нейри.

– Ну, а если серьёзно, – продолжил профессор. – То я уверен, что вы уже успели познакомиться с такими интересными штуками, как Формирование пространств, Искажения, Курс атакующих заклинаний, и прочими важными вещами. Так вот, всем этим вы не сможете пользоваться.

В зале раздались изумлённые, возмущённые и даже оскорблённые возгласы.

– Тихо! – скомандовал профессор. – Дайте же договорить фразу! Вы не сможете этим пользоваться, если не будете владеть моим предметом хотя бы поверхностно.

– Но, профессор! – воскликнул один из адептов и поднялся. – Есть ведь те, кто уже кое-что умеют, а про ваш предмет и не слыхали даже!

– Верное замечание, адепт, – кивнул тот. – Сядьте. Ладно, если называть вещи своими именами, то что-нибудь вы, конечно, сможете сотворить, не зная моего предмета. Однако это что-то так быстро прожжёт дыру в вашем запасе сил, так быстро перетянет вашу иллюзию в обратную сторону, что вы и сами рады не будете, что взялись за это. А восстанавливать магическую энергию иногда приходится довольно долго. И чтобы не вышло так, как я описал, слушайте внимательно.

И профессор стал рассказывать о скрытых дырах в процессе манипуляции с магической энергией, и способах предотвращения её утечки. Я пыталась слушать внимательно, но тихая болтовня Тилвета и Нейри постоянно сбивала с толку.

– Эй, – шептал он ей, – Ты чего не слушаешь профессора?

– Да так, – ответила она. – Ты помнишь вон тех двоих? Мне кажется, их раньше с нами не было.

– А, эти, – кивнул Тилвет. – Верно, они только вчера перевелись.

– Откуда перевелись? – спросила я.

– Из академии Светлых Прорицаний! – прошептал Тилвет.

– Ты посмотри! – притворно возмутилась я. – Всех подряд переводят и туда, и обратно. Одну меня ректор никуда не пускает!

– Ректор не пускает тебя? – удивилась Нейри. – Но ведь он не может…

– Хватит болтать! – воскликнул профессор, и мы тут же умолкли.

Но его возглас был направлен не на нас. Его сердитый взгляд был обращён на ту самую парочку новичков.

Адепт был худощав и немного бледен. В серых глазах читался интеллект, а короткие чёрные волосы были немого растрёпаны. Рядом с ним сидела симпатичная светловолосая адептка в очках, и что-то записывала в записную книжку.

– Девушку зовут Мелоди, – прошептал нам Тилвет. – Она раньше училась на втором курсе, но ректор разрешил им начать с начала вместе с Дудкиным.

– С кем? – нахмурилась я.

– Дудкиным, – повторил он. – Это тот, что сидит рядом с ней. Из него клещами слова не вытянешь, только с ней он и общается.

– Откуда ты всё это знаешь? – тихо спросила Нейри.

– Пообщался перед лекциями, – пожал плечами Тилвет. – Они, кстати, поэты. Так что если понадобится написать стих ко Дню рождения, то будет к кому обратиться. А кстати, когда у тебя День рождения, Нейри?

С одной стороны, я и рада была наблюдать зарождающиеся чувства, но с другой… Было немного жаль, что некому было спрашивать, когда будет мой День рождения.

– Молодой человек! – в наступившей тишине голос профессора прозвучал резковато, и мы, словно три шпиона, вздрогнули. – Я последний раз предупреждаю: на моих лекциях жизненно важно слушать то, что я вам рассказываю.

На этот раз гневный взгляд профессора был устремлён на нас.

– Прошу прощения, – извинился Тилвет, и мы продолжили слушать профессора.

А сразу после лекций ребята направились в библиотеку.

– Ты пойдёшь с нами? – спросил Тилвет.

– Не пойду! – выдохнула я. – Мне нужно кое-что узнать у ректора.

– Ладно, – пожал плечами тот. – Как знаешь.

Нейри одарила меня довольно странным взглядом на прощанье, и они ушли вперёд, а я развернулась, и пошла в сторону кабинета ректора. Я нисколько не обманула их, ведь я так и не задала ректору несколько довольно важных вопросов, и теперь к ним добавилось ещё парочку…

Однако завернув за угол, я резко остановилась. Похоже, что сегодня к ректору я едва ли смогу попасть.

Глава 19

Никогда не видела, чтобы у дверей Лирана толпилось столько народу. Целая цепочка адептов выстроилась вдоль коридора, и каждый ждал своей очереди.

– Что здесь происходит? – спросила я черноволосую адептку, что стояла ко мне ближе всего.

– Ректор раздаёт защиту, – ответила она, словно бы нехотя. – За мной будешь.

Ох, только не это! Неужели из-за той моей фразы они решили… точно! Среди ожидающих своей очереди я не заметила ни одного адепта, только девушки.

– И что, – снова спросила я адептку, – Лиран на это согласился?