Цепь

Алиса прошла в салон, прислонила к считывающему устройству банковскую карту, выслушала, как безэмоциональный женский голос оповестил всех в автобусе, что платеж прошел, уселась на кресло и теперь уже полностью сконцентрировалась на лице Андрея на экране своего смартфона.

– А тебе даже идет, – шутливо заметила девушка.

Парень усмехнулся и провел по лбу рукой, как будто бы желая нащупать вертикальную линию, устроившуюся над переносицей.

– Ага. Я даже думал: может, еще несколько таких же рядом нарисовать? Чтобы, типа, штрих-код получился? – пошутил в ответ Андрей.

Алиса улыбнулась.

– Но потом понял, что родаки не оценят, – продолжил парень. – Ты это… Извини, кстати, что сразу не написал и не позвонил. Они просто запаниковали, жесть. Мать в слезы. Отец оттирать у себя начал… Чуть кожу не содрал. Еле их успокоил. Показал им пару видосов. Они поняли, что у всех в мире так же и, вроде, в себя пришли. Они первый раз так внимательно Тик-Ток смотрели.

Девушка засмеялась. Бросила взгляд поверх смартфона и поняла, что сейчас в салоне чуть больше народу, чем утром. Видимо, люди начинали привыкать к тому, что случилось с их внешностью, и уже не так боялись показаться на улице. Растерянность и смущение постепенно спадали. Сейчас в автобусе находилось около десяти человек. Все в шапках и других головных уборах. Каждый старался смотреть в окно или себе под ноги, но то и дело бросал короткие и скрытые взгляды на соседей. Все выглядели сосредоточенными и нахмуренными и периодически массировали себе виски и переносицу, как при головных болях.

– Да ничего. Твои еще норм. Моя маман вообще… представляешь?.. Во всем меня обвинила, – снова возвращаясь к Андрею, произнесла Алиса.

– В смысле?

– Ну, у Олеськи на лбу тоже эта хрень вылезла, как у тебя, и матушка решила, что это я нарисовала.

– Нормально, – усмехнулся юноша. – И остальным всем это тоже ты, типа, постаралась?

– Получается так, – хмыкнула девушка, пожав плечами.

– А чего? Так-то версия стройная, – наигранно задумался Андрей. – У всех есть эти круги да палки. У тебя нет. Ты первая подозреваемая.

– Чи-и-во? – снова засмеялась Алиса.

Многие пассажиры стали коситься на нее. Прическа с пробором посередине открывала лоб, и всем было видно, что на нем ничего не изображено. Откровенно пялиться никто не решался. Но и не заметить эти взгляды было сложно.

Автобус совершил очередную остановку. В салон вошел невысокий мужчина с короткой стрижкой. Без шапки. С вертикальной линией на лбу. Все пассажиры тут же перенесли все свое внимание на него, задержали на пару секунд взгляды на лице и почти синхронно отвели глаза. Двери издали тихий шипящий звук и закрылись. Автобус тронулся. Мужчина встал у окна.

– Хотя, да. Ты меня раскрыл, – продолжила Алиса шутливое общение с Андреем. – Но я работала не одна. Это мы с дириком сговорились, купили бесшумную машинку для татушек и за ночь прошлись по всем квартирам.

– А в другие города вы как попали? Да ладно, города… В другие страны? Или у вас какой-то секрет есть? Типа, как у Санта Клауса? Как за ночь все дома облететь?

– Да нет никакого секрета. У нас просто сеть сообщников. В каждом городе. Тайное общество психов с несмываемыми маркерами.

Андрей еле сдерживал смех.

– Подожди. Что-то не клеится. Ты же говорила, с машинками для татуировок?

– Это я тебя путаю. Тренируюсь водить следаков за нос, когда меня возьмут как главу ячейки.

Алиса и Андрей снова залились смехом.

Как же хорошо ей было с этим парнем. Они явно были на одной волне. И как Алисе нравилось его спокойствие…

Она понимала, что Андрей тоже переживает, нервничает, что он так же, как и все, растерян и не понимает, что будет дальше. Но при всем этом парень старался сохранять хладнокровие.

Алиса часто ловила себя на плохой мысли о том, что она даже рада той аварии. Не случись трагедии, сейчас девушка не встречалась бы с Андреем. В подобные секунды Алиса всегда одергивала себя и понимала, что радоваться такому нельзя. Но эта мысль всегда возвращалась. Как бы девушка с ней ни боролась.

Один из пассажиров – высокая женщина лет пятидесяти в вязаной шапке, полностью скрывающей ее лоб, – встала с кресла и остановилась у двери, держась за ручку. На следующей остановке, вероятно, собиралась выходить. С женщиной было что-то не так. Она часто моргала глазами, периодически сильно сжимая веки, и немного покачивалась. Дороги в городе были, конечно, не идеальными. Автобус часто мотало в стороны и немного подбрасывало. Но женщину все равно качало как-то не так, не с той амплитудой, с которой вилял автобус. Но, возможно, Алисе это только казалось.

– А если серьезно, что мне делать-то? Почему у меня ничего не появилось? Насчет этого у тебя, случайно, теории нет? – серьезно, уже без шуток спросила девушка.

Андрей пожал плечами.

– Может, у тебя крутой ангел хранитель? – хмыкнул он. – Круче, чем у всех остальных?

Алиса краем глаза заметила движение в автобусе. Отвела взгляд от экрана и поняла, что женщина в вязаной шапке упала на пол.

Все замерли. Сидевший недалеко мужчина в коротком пальто быстро вскочил с кресла и бросился к ней.

– Я врач! – громко оповестил он всех. – Остановите автобус! – крикнул еще громче в сторону водителя.

Врач старался поудобнее уложить женщину.

– Я сейчас, – бросила Алиса Андрею, торопливо вынула наушники, положила их вместе с телефоном на соседнее кресло и бросилась помогать.

– Что делать? – спросила она у врача.

– Лицо обмахивайте, – коротко ответил мужчина. – Вода есть у кого? – обратился он к остальным пассажирам, которые тоже начинали собираться вокруг. – Остановку сделайте!

Алиса начала обмахивать ладонями бледное лицо женщины, лежащей на грязном полу автобуса. Врач расстегнул ей куртку, а затем и верхние пуговицы блузки. Кто-то протянул ему бутылку с водой, мужчина смочил себе пальцы и брызнул несколько капель на лицо женщине.

– Давай-давай, приходи в себя, – пробубнил себе под нос врач.

– Шапку с нее снимите, – подал голос недавно вошедший в автобус мужчина – единственный без головного убора. – Я уже видел сегодня такое.

Врач бросил на него растерянный взгляд.

– У вас у самих башка не трещит? – спросил мужчина, обведя всех глазами.

Врач на секунду задумался и одним движением сорвал с женщины шапку. У нее на лбу виднелось два рисунка: красноватый вдавленный след от тугой резинки головного убора и уже привычная черная вертикальная черта. Через несколько секунд женщина дернула веками и медленно открыла глаза.

Алиса с облегчением выдохнула. Все остальные тоже начали медленно и неуверенно снимать головные уборы. Девушка огляделась. Череда полосок и окружностей. Все, уже нисколько не стесняясь, пялились друг на друга и молчали. В глазах читались смешанные эмоции. Каждый, безусловно, был рад тому, что не с ним одним приключилось это. И в то же время все были встревожены этой непонятной, удивительной массовой эпидемией.

Немую сцену разбавил резкий звук. Снаружи донесся громкий и долгий сигнал автомобиля. Алиса и все остальные резко посмотрели в забрызганные грязью окна. Автобус объехали два встречных автомобиля, чудом с ним не столкнувшись.

– Ой. А чего это мы? – растерянно произнесла девушка с окружностью на лице.

Алиса вгляделась в окно внимательней и поняла, что автобус наполовину выехал на встречную полосу и продолжал и дальше плавно на нее сворачивать. Никто не двигался. Все растерянно пялились в окна. Девушка вышла из ступора, быстро дернулась вперед по салону и увидела, что водитель без сознания лежит на руле. Одной рукой Алиса дернула руль на себя, а другой стянула с мужчины шапку. Автобус резко вильнул вправо, и несколько пассажиров, потеряв равновесие, повалились на кресла и друг на друга. Через мгновение рядом с Алисой оказался врач. Он аккуратно забрал у девушки руль, отодвинул обмякшего водителя в сторону, отпихнул ногой ногу водителя с педали и, плавно тормозя, остановил автобус на обочине.

– Хорошо хоть машин сегодня мало, – выдохнул мужчина и улыбнулся Алисе. По его оголенному лбу вдоль вертикальной черной линии стекла капелька пота.

* * *

Вера стояла в ванной перед зеркалом и активно орудовала косметической кисточкой. Со стороны могло показаться, что женщина просто собирается на какой-то праздник. Вечернее платье, процесс нанесения косметики… Все вполне походило на приготовление к вечеринке. Но с этим не стыковались нервные порывистые движения, которыми Вера водила кисточкой по лицу, и глаза, полные тревоги. А платье она просто еще не меняла. Не до этого было.

Тональный крем плотно ложился на кожу. Эту непонятно откуда взявшуюся злосчастную букву «О» на лбу было все еще видно, хоть уже и не так сильно. Вадим во время их разговора по телефону сказал, что у всех, кто пришел в офис, – таких, правда, было немного, – на лицах тоже что-то появилось. Но Веру это ничуть не успокоило.

Сначала она пыталась отмыть и оттереть эту отметину. Но, как и в случае с Олесей, ничего не вышло. В голове крутились мысли.

Что это? Какое-то колдовство? Или галлюцинации? Может, сошла с ума? Так переживала за Олесю, что самой начало казаться что-то на своем лбу? Но что тогда с Вадимом? Получается, он тоже сумасшедший? Может, это какое-то массовое помешательство? Или его звонок тоже померещился?

Так много вопросов. Кто бы на них ответил…

Еще и эта головная боль. Наверное, от нервов и переживаний.

«Ну, почему, когда так надо, никого нет рядом? Почему я опять должна справляться одна?» – подумала Вера. К горлу подступал ком. На глаза накатили слезы обиды. Сейчас ей как никогда хотелось, чтобы кто-нибудь сказал, что все в порядке, обнял, прижал к себе, успокоил, дал проплакаться, пообещал, что со всем справится и все решит. Но никого не было. Вадим был далеко и больше был обеспокоен работой. А бывший муж… Если бы он был способен на что-то такое, не был бы сейчас бывшим.

«Придется опять все самой».

Секунда слабости проходила.

Вера силой воли взяла себя в руки, глубоко вдохнула и тряхнула головой. Стало легче. Она снова посмотрела в зеркало и просто надвинула на лоб волосы. Пусть хоть они прикроют это художество. Головная боль усилилась. Но Вера знала, как справиться с этой проблемой. Она вышла из ванной и направилась на кухню.

Открыв один из шкафчиков, Вера достала старую коробку из-под обуви, до краев заполненную упаковками с таблетками, тюбиками с гелями и мазями и бутылочками с какими-то жидкостями. Женщина давно собиралась разобрать эту хаотичную домашнюю аптечку, но никак руки не доходили. Те самые руки, которые сейчас суетливо и чуть дрожа копались в куче лекарств и пытались найти нужное. Мигрень медленно нарастала. Чувство нервозности и беспокойство ее только усиливали.

Не отпускала одна навязчивая мысль: как попасть на работу, если надо приглядывать за Олесей? Вадим не поймет, если она не приедет. Но забота о дочери важнее. Но кто будет заботиться о дочке, если Веру уволят? А Вадим способен на это? Женщина задумалась. Нет, он так не поступит. Она верила, что у этого мужчины к ней настоящие чувства. Да, сейчас Вадим часто бывает холоден и излишне официален в общении с Верой, но это все только из-за работы. Когда-нибудь он завяжет с ней, и отношениям уже ничего не будет мешать. Они полностью погрузятся друг в друга. Тогда-то Вера и увидит настоящего Вадима. Но расстраивать мужчину она все равно не хотела. Вера должна показать ему, что на нее можно положиться. Что она в конце концов станет для него отличным спутником на всю жизнь.

Вера едва улыбнулась своим мыслям. Но пульсирующая боль в висках снова заставила нахмуриться и приняться за поиски лекарства с удвоенной силой.

Наконец женщина нашла упаковку аспирина. В пачке оставалась только одна таблетка. Вера уставилась на белый кружок под прозрачным пластиком и коснулась рукой лба. По-видимому, теперь все круглое будет вызывать у нее неприятные ассоциации. Вера выдавила себе на ладонь таблетку, та выскользнула, полетела на пол и скрылась где-то под кухонным гарнитуром.

– Да вы издеваетесь? – воскликнула женщина, больше не в силах сдерживать раздражение.

На этот возглас ей ответил дверной звонок, донесшийся из прихожей.

Вера небрежно бросила пустую упаковку на стол и пошла в прихожую. Открыв дверь, женщина увидела перед собой Дениса. Он был в форме и держал фуражку в руках. На лбу у него чернела вертикальная линия. Оба стояли молча и таращились друг на друга.

– Как у Олеси, – вымолвила Вера.

– И у тебя, значит, тоже, – пробормотал Денис.

Женщина отвела взгляд и поправила челку.

«По-видимому, она не сильно помогает».

– Ну, по крайней мере, я не сумасшедшая, – нервно усмехнулась Вера и отступила в квартиру, приглашая Дениса входить.

Мужчина переступил порог и привычным жестом закрыл дверь на замок.

– Ты о чем? – спросил Денис, разуваясь и снимая верхнюю одежду.

– Да так… – отмахнулась Вера. – Что это вообще такое? Может, ты объяснишь? – громким шепотом спросила она бывшего мужа, указывая на свой узор.

– Я не знаю.

– Ну, как? Вам же должны были хоть что-то объяснить? Хоть какие-то версии есть, наверное? На планерке вашей, там.

– Да я не был еще на работе. Сразу сюда.

Вера недовольно вздохнула и покачала головой, мирясь с тем, что в ближайшее время ей никто ничего не объяснит.

– Как девочки? – спросил Денис.

Женщина приложила палец к губам и кивнула в сторону комнаты Олеси и Алисы.

– Олеся спит, – тихо проговорила Вера. – У нее тоже палка черная. Как у тебя. Расплакалась, перенервничала. Еле успокоила.

– А Алиса?

– Алиса?

Вера замерла и растерянно уставилась на бывшего мужа. Она только сейчас вспомнила про свою вторую дочь.

– Да что ж я за мать такая, – сокрушенно проговорила Вера и торопливо направилась в гостиную. Денис последовал за ней. – Она же в школе. А я ей даже не… – Женщина подняла с дивана смартфон, несколько раз коснулась экрана и прижала гаджет к уху.

Из динамика звучали гудки.

* * *

Алиса подошла к двери квартиры и достала из переднего кармашка рюкзака связку ключей. В кармане джинсов завибрировал и запел смартфон. Девушка вынула его и посмотрела на экран. Звонила мама. Алиса не стала отвечать и сунула ключи в замочную скважину. Попала только со второго раза. Девушку все еще потряхивало от произошедшего в автобусе.

Алиса потянула дверь на себя, вошла в квартиру и стала разуваться.

– Мама, не названивай. Я пришла, – громко сказала она и сбросила вызов.

Из гостиной вышли Вера со смартфоном в руках и Денис. Оба замерли и уставились на лицо дочери. Алиса, в свою очередь, быстрым взглядом изучила лбы родителей.

– Ого. Да у нас полный комплект. Наверное, ачивку какую-нибудь получим, – усмехнулась девушка.

Вера быстро подошла к дочери, схватила ее за лицо и принялась пристально вглядываться.

– Мам! Хватит! Ты чего? – возмутилась Алиса.

– У тебя ничего нет.

– Наверное, не у всех появляется, – предположил Денис, который разглядывал лицо дочери со стороны.

– У всех, – ответила девушка, высвободившись из рук матери. – Я просто особенная такая.

– У всех – это, вроде как, у каждого? Ты в школе еще такие видела? – растерянно спросила Вера.

– Я в интернете такое видела, мам. По всему миру у всех на лбах такие штуки выскочили.

Женщина тяжело вздохнула.

– А у тебя почему нет? – спросила она, чуть помолчав.

– Может, потом появится, – задумчиво предположил Денис. – Не у всех сразу просто? Первый раз я такое вообще вчера увидел. У паренька одного. Здесь рядом.

– Ага… Спасибо, что добра желаете, дорогие родители. Мне такой радости не надо. И так хорошо. По старинке, – ответила Алиса, вешая куртку на вешалку.

Вера молча следила, как дочь раздевается. Сделала шаг вперед и крепко обняла ее.

– Прости, что сразу тебе не позвонила.

– Да ладно… – неловко похлопав мать по спине, ответила девушка. Она за это время отвыкла от материнских ласк. Все внимание последний год доставалось старшей сестре. – У тебя тут и поважнее дела были. Концерт Олеськин успокаивать. Как она, кстати? Все-все, отбой с нежностями.

– Спит еще, – ответила Вера и высвободила дочь из объятий.

– Ну, и отлично… А ты бы это… Лучше за другое извинилась… Пап, представляешь? Она на меня все это спихнула. Типа, я сестре на лбу это нарисовала.

Денис вопросительно посмотрел на бывшую жену.

– А что мне еще было думать? Я и сейчас-то ничего не понимаю. Откуда это? Что за шутки такие? Чьи шутки, самое главное?

Вера приложила пальцы к виску и помассировала его.

– Сюда бы Кузнецова. Он бы быстро тебе все объяснил, – хмыкнула себе под нос Алиса. – А ты чего тут, пап? Ты не работаешь сегодня? Или ты из-за нас? Там к тебе, наверное, уже очередь стоит из напуганных граждан. С теми же вопросами, – девушка кивнула на мать.

– Блин, работа, – опомнилась Вера. – Денис, ты побудешь здесь? Мне в офис надо срочно.

– Ты в этом в офис собралась? – Алиса указала на вечернее платье матери.

– Да некогда уже переодеваться. Да и кто там на мой наряд смотреть будет. Сейчас все самое интересное у меня на лице.

– Вер, ты серьезно? – подал голос Денис. – В мире такое происходит, а ты квартиры продавать собралась?

Женщина подошла к вешалке и сняла плащ.

– Что бы в мире ни происходило, кушать нам что-то надо будет. Так что… Ты это… Присмотри за девочками, ладно? Раз уж пришел все равно. Олеся проснется, поделикатнее ей все объясните.

Вера закончила застегивать пуговицы и потянулась за платком, планируя накинуть его на голову.

– А вот это я бы не советовала, – кивнула Алиса на платок. – Не знаю, кто это все придумал, – девушка указала пальцем сначала на лоб Дениса, потом Веры, – но он точно не хочет, чтобы вы прятали эти свои рисуночки. Башка так разболится, мало не покажется.

Женщина замерла с вытянутой рукой, которой собиралась взять платок, и удивленно смотрела на дочь.

– Это да. У меня раскалывалась сегодня. Я фуражку снял, все прошло, – подтвердил слова дочери Денис.

– Мам, я серьезно. Сейчас в автобусе одна женщина в обморок грохнулась. Из-за того, что вот это под шапкой прятала. А потом еще водитель отключился. Прям, за рулем, – продолжила Алиса.

– Какой еще водитель? Ты откуда знаешь? – насторожилась Вера.

– А? Да мне рассказали, там… Подруги… А они прочитали где-то. В новостях, кажется. Там все нормально закончилось, – соврала девушка.

Женщина бросила на младшую подозрительный взгляд, по-видимому, все же поверила ее оправданиям и, так и не взяв платок, открыла дверь.

– Давайте. Постараюсь скоро вернуться, – сказала Вера, оказавшись в подъезде.

– Подожди, – произнесла Алиса и достала влажную салфетку из упаковки, лежащей на комоде. Аккуратно протерла салфеткой лоб Веры, избавив его от слоя тонального крема, и заботливо убрала прядь волос. – Так будет лучше.

– Люблю тебя, – произнесла женщина.

– Я тебя тоже. Все будет хорошо, – ответила дочь улыбкой.

Вера улыбнулась. Как будто давно ждала этих слов. Хоть от кого-то. И аккуратно прикрыла дверь.

Глава 6

– Необходимо сохранять спокойствие и не паниковать. Изыскания показали, что эти отметины на коже лица не оказывают негативного влияния на здоровье человека. Главное – ничем их не прикрывать. Ни головными уборами, ни повязками, ни пластырями – ничем. В противном случае наблюдается быстрое повышение артериального давления.

Высокий, полный, почти лысый мужчина в белом халате, говорящий с экрана телевизора, явно всеми силами старался казаться эталоном спокойствия. Но получалось у него это плохо – выдавали бегающие глаза и нервная одышка. Черный круг на лбу, почти повторяющий форму лица мужчины, явно очень смущал его. Но должность обязывала притворяться человеком, у которого все под контролем. Плашка внизу экрана сообщала, что к гражданам обращается главный эпидемиолог страны.

Денис еще раз скользнул недоверчивым взглядом по лицу мужчины и продолжил разговаривать по мобильному телефону, расхаживая по комнате:

– Да, мам, с девочками тоже все в порядке, – говорил он той интонацией, с которой взрослые люди обычно разговаривают с пожилыми родителями – чуть снисходительно, медленно проговаривая слова, и немного громче, чем всегда. – Олеся спит, Алиса здесь рядом.

Денис кивнул на сидящую с ногами на диване и уткнувшуюся в смартфон Алису.

– У Олеси линия, как и у меня. У Алиски вообще ничего нет.

Девушка, не отрываясь от экрана, подняла руку и помахала ей.

– Привет вам передает. Вот так вот, ничего нет. И такое тоже бывает, оказывается. Нет, приезжать не надо. Ну, чем вы поможете? Вообще, сейчас лучше сидеть дома. Да и как вы доберетесь? И поезда, наверное, не ходят. Все машинисты тоже по домам сидят.

– Также убедительная просьба не пытаться ничем оттереть эти отметины. Они несмываемы. Вы только нанесете вред себе, – продолжал вещать из телевизора мужчина в белом халате.

– Да, тоже его слушаем. Не знаю, почему эпидемиолога позвали. Не думаю, что это болезнь, – продолжил Денис говорить в мобильный. – Но в принципе, он правильные вещи говорит. Прислушайтесь, ладно? Все, мам, давай. Не переживай. Ничего страшного не произошло. Как что выясню, сразу позвоню. Постарайтесь не выходить. Продукты есть дома? Ну, вот и хорошо. Привет отцу. Он, кстати, не хочет поговорить? Ну, ладно. Давай, пока.

Денис нажал на кнопку мобильного, тяжело вздохнул, уселся на диван, уперев локти в колени, и уставился на толстяка на экране.

– Уверяем вас, все ведомства уже плотно занимаются решением сложившейся ситуации. Проводятся исследования, вопрос досконально изучается. Задействованы лучшие лаборатории и специалисты страны, – заверял мужчина с экрана.

– А чего ты про поезда маме наплел? – не отрываясь от смартфона сказала Алиса. – Ходят они, наверное. У меня даже с автобусами сегодня проблем не было. И до школы, и обратно нормально смоталась.

– Ну, это тебе просто повезло, – ответил Денис. – Я сюда часа три добирался. Даже такси вызвать не получалось.

– Сейчас самое главное – запастись терпением, – продолжал мужчина. – Совсем скоро будут найдены способы исправления ситуации и… Главное, оставайтесь спокойны.

– Нет, ну, правда. Почему первым к людям этот обратился? Сами говорят, нет никакого вреда для здоровья, сами эпидемиолога посылают к журналистам, – недовольно проговорил Денис. – Не понимают, что этим только больше пугают людей?

– Пап… Ну, кто первый под руку попался, того под камеры и пустили, – ответила Алиса, не отвлекаясь от смартфона. – Люди покруче сейчас другими вещами заняты… Поважнее… Собой.

Мужчина удивленно посмотрел на дочь. Для маленькой девочки она удивительно взросло мыслила. Хотя почему маленькой? Ей уже шестнадцать. Через пару месяцев будет семнадцать. Рядом с ним сидела уже вполне взрослая девушка с осознанным мышлением. Просто Денис пропустил тот момент, когда она стала такой.

Он смотрел на Алису и еле заметно улыбался. Гордился тем, как она сохраняет спокойствие в этой странной ситуации. Наверное, это досталось Алисе от отца.

Когда-то Денис и сам был уравновешенным уверенным в себе человеком, не поддающимся на эмоции и способным в мгновение найти решение любой проблемы. Скорости его реакции на неожиданные форс-мажорные ситуации другие могли только позавидовать. Не думал – действовал. На каком-то автомате. И действовал всегда правильно. Это качество очень помогало в работе юриста и хорошо способствовало карьерному росту.

Но год назад этот внутренний стержень в нем сломался. Без возможности восстановления. Изменилась и Олеся. Как будто тот удар в правый бок автомобиля выбил из нее всю жизненную силу и оставил только ненависть к этому миру и к отцу. Теперь единственным носителем оптимизма в семье оставалась Алиса. Она, вероятно, это осознавала и старалась казаться еще сильнее. В отличие от Дениса. Он больше даже не пытался вернуть себя прежнего.

Конечно, были попытки снова стать уверенным, безмятежным, выпрямить спину, вернуться на прежнюю работу, жать всем руки, громогласно смеяться над шутками, шутить самому, но каждый раз, взглянув на себя в зеркало и вспомнив о том, что совершил, Денис вновь опускал глаза, плечи и понимал, что больше просто не имеет права радоваться жизни.

Сейчас Дениса могла выбить из седла, напрочь отключить голову и заставить впасть в ступор любая безобидная ситуация.

Пример не нужно было искать долго. Недавно в магазине мужчина в числе других продуктов взял пачку печенья с шоколадной глазурью: Оксане сильно нравятся эти сладости. Кассирша сообщила, что по акции ему полагается еще одна такая же упаковка бесплатно. Денис направился обратно в отдел и замер перед полками. Напрочь забыл марку печенья. Но вместо того, чтобы вернуться и уточнить название, он просто стоял и пялился на ряд относительно одинаковых упаковок, пытаясь вспомнить внешний вид заветного лакомства. Секунду. Десять. Минуту. Совершенно безобидная ситуация показалась Денису чем-то нерешаемым. Понимал, что выглядит глупо. Что у кассы, наверное, уже скопилась очередь. Это еще больше смущало. Как он теперь будет выглядеть, если вернется уточнить название? Почему не сделал этого сразу? Как на него посмотрят? Что скажут? На лбу выступил пот. И тогда Денис все-таки нашел выход. Он просто ушел. Быстро, опустив голову и стараясь не смотреть по сторонам.