На сломе эпохи (2018 - 2020 годы)

Его оппоненты в качестве исторических корней предложили вернуться к прежнему названию – Викторовка. Оно, дескать, было дано еще при основании этого села переселенцами в начале 20-го века. Виктор Скрипченко, например, заявил, что сам родился в Викторовке, и с этим названием, начиная с деда, жили 4 поколения его родственников.

Споры дошли до такого накала, что начали выяснять, кто лучше знает историю родного края. Заодно высказали претензии местной власти, которой «лучше бы тратить деньги не на переименования, а заниматься организацией сбора и вывоза мусора, захламившего весь поселок».

Директор средней школы поселка Тобол, депутат областного маслихата Айнаш Даданова призвала не разжигать национальную рознь и формировать в себе гражданскую позицию. Разговор перешел в такую плоскость, что невольно засомневаешься: так ли уже необходимо доводить дело до страстей?

Дискуссия закончилась тем, что и по этому вопросу переименование села Тарановское в Айет приняли единогласно. На этот раз в голосовании могли участвовать только 20 представителей местного сообщества, которым это право было делегировано. Кто и как их делегировал, на слушаниях не рассказали.

Что можно сказать в итоге? Спорить о положительном влиянии названий улиц, площадей, населенных пунктов, несущих в себе добрую историческую память, нет смысла. Проблема в том, как все это воплотить в реальность? Как, избавляясь от всего наносного, не выплеснуть и крупицы здорового, на чем формировались несколько поколений XX века? Почему некоторые граждане из ультрапатриотических соображений пытаются вычистить современность от всего советского? При этом одни идеологемы заменяют другими, маскируя их под «общенациональные интересы».

Сегодня принятые в Казахстане подходы в переименовании называют достижением, надеясь, что они помогут формированию гражданского общества. Будучи сторонником демократии и увидев, во что выливаются публичные слушания, я бы от такой практики отказался.

Будем честны, все связанные с этим делом процессы в основном инициированы властью и ею же управляются. Мне не известно ни одного случая, когда какую-либо «инициативу граждан» не поддержали на публичных слушаниях. Если кто-то убежден, что подобного рода переименования полезны для общества, то не лучше ли перед официальным принятием такого решения эти вопросы обсуждать с настоящими экспертами, а не создавать видимость учета народного мнения?

«Наша газета», 04.10.2018

Есть сомнения

После долгих лет борьбы с коррупционерами в Казахстане решились перейти к реальному «противодействию коррупции» как явлению. Именно так хотелось бы оценить инициативу Агентства РК по делам госслужбы о введении персональной ответственности руководителей за своих подчиненных, совершивших коррупционные преступления. Но есть сомнения.

О внесении в Парламент законопроекта с названными поправками в Закон «О госслужбе» сообщил на совещании в Министерстве энергетики заместитель председателя Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции Олжас Бектенов. Повод озвучить данную информацию именно в этом ведомстве оказался более чем достаточный. В 2018 года арестовали двух заместителей министра энергетики, которые, по версии следствия, «погрели руки» на очистке озера в Щучинско-Боровской курортной зоне. Если суд признает их виновными, то чем не повод подать в отставку главе этого ведомства? Такая мера в законопроекте и предусмотрена – к должностным лицам, имеющим политический статус. Госслужащих, занимающих административные должности, в подобных случаях предлагается увольнять, не ожидая их прошения об отставке.

По мнению Бектенова, такой подход подтолкнет руководителей активнее задействовать механизм внутренних проверок.

– Внутренний анализ коррупционных рисков должен проводиться самим госорганом по внутренним бизнес-процессам, – отметил зампредседателя АДГСП. – По моему убеждению, он более эффективен, чем внешний анализ. Потому что вы лучше внешнего эксперта знаете все ваши внутренние проблемы. Все лазейки, которые используются недобросовестными чиновниками для своих коррупционных поползновений.

Далее последовало уточнение: министру энергетики Канату Бузумбаеву в случае принятия такого закона не обязательно подавать в отставку. Потому как вводимые санкции не будут касаться фактов, возникших до введения в действие будущих поправок.

К этому можно добавить еще один момент. Президент наверняка удовлетворит просьбу высокопоставленного чиновника об уходе с занимаемой должности из-за коррупционности его подчиненных. Но добровольную отставку министра могут трактовать, как проявление «политической ответственности», и назначить его на новую высокую должность.

Хотя в истории с вице-министрами энергетики удивительно, как мимо их непосредственного руководителя могли пройти почти 2 млрд тенге, хищение которых сейчас вменяется его подчиненным. Или миллиарды в общем объеме средств Минэнерго – все равно, что несколько тенге в бюджете безработного? Поэтому и факт их выпадения после очистки озера осадком в чьи-то карманы оказался замеченным только «водолазами» из правоохранительных органов? И даже если коррупции не было, разве нет причины главе ведомства, в котором миллиарды средств уходят неизвестно куда, покинуть свой пост уже добровольно?

Так что норма в законе о добровольной отставке – одно, ее применение на практике – другое. Еще в марте 2013 года Указом президента РК в Положение о порядке прохождения государственной службы внесли изменение о добровольной отставке. С тех пор многие коррупционеры оказались за решеткой, но случаи ухода с должности их начальников, если и были, то единичные.

«Наша газета». 04.10.2018

Благие пожелания

Сроки и форма обращения президента РК Нурсултана Назарбаева с Посланием народу в истории независимого Казахстана постоянно менялись, что всегда вызывало комментарии экспертов. Причину этой динамики глава государства обычно объяснял в тексте Послания, однако аналитики пытались найти ее между строк.

Вот и в Послании от 5 октября 2018 года Назарбаев после перечисления «технократических» программ, которые запущены в Казахстане, отмечает, что «в последнее время усиливаются процессы мировой политической и экономической трансформации». И делает вывод:

– В этих условиях ответом на вызовы и залогом успешности государства становится развитие главного богатства – человека.

Эти слова вроде объясняют, почему глава Казахстана для обычного озадачивания президентской вертикали власти не стал ждать декабря-января, а поспешил выступить в этом году уже со вторым посланием. Хотя, если по-хорошему, то какие бы трансформации в мире не происходили, человек всегда был «главным богатством». Другое дело, осознает ли эту простую истину политический класс, руководящий страной и кого он (класс) признает за человека.

Поскольку факт двух президентских посланий в течение года в Казахстане наблюдался только один раз – в 2014 году, некоторые аналитики начали искать причины субъективного порядка. Вспомнили, что второе обращение, сделанное в ноябре 2014-го, было изложением новой экономической политики «Нурлы Жол». Она стала платформой Назарбаева на президентских выборах в апреле 2015 года. Заметили и то, что случаи выступления с Посланием накануне президентских выборов – не единичны. Отсюда предположение: не означает ли Послание от 5 октября признаком готовящееся сдачи власти? Да и гуманистическая направленность его содержания, дескать, хороший пропагандистский материал для поддержки будущего преемника Назарбаева.

Мне представляется, что после принятия известного закона о Совете безопасности все гадания на предмет транзита власти превратились в пустую забаву. Другое дело – форма подачи Послания, которую Нурсултан Назарбаев продемонстрировал 5 октября. Фактически мы увидели, как Отец нации наставляет своих «малых детей» – чиновников умению служить народу. Кого-то пожурил, кого-то похвалил. Одновременно показал хорошую информированность о ситуации в стране и знание, в какую сторону нужно идти в ближайшие годы, просчитал, сколько для этого нужно денег. Народ увидел, что его лидер еще полон сил, ум его по-прежнему остр, а значит, нечего разгребать кучи отходов, оставшиеся после шоковых рыночных реформ. Продуктивнее с энтузиазмом смотреть в будущее.

Желания оспаривать сказанное в Послании нет. Вот только хорошие и правильные слова о человеке, о труде, о здоровой и образованной нации, а также критику формализма и бюрократизма мы где-то уже слышали. Причем не в таком далеком прошлом. Кончилось это 20-летним вытравливанием их из мозгов с заменой на простой и понятный эквивалент – деньги. Будут дензнаки – получишь все: и человечность, и здоровье. И чиновники перестанут быть бюрократами.

На таком интеллектуальном фоне все гуманистические замыслы могут остаться лишь благими пожеланиями. Об этом в Послании ничего не сказано.

«Наша газета», 11.10.2018

Строим мост между властью и народом

11 октября на VIII областном Гражданском форуме представители общественных организаций и местной исполнительной власти говорили об опыте взаимодействия. Заместитель акима Костанайской области Марат Жундубаев, в частности, сообщил, что за этот период финансирование неправительственных организаций (НПО) по линии государственного социального заказа выросло более чем в 2 раза. На эти цели в 2018 году из бюджета выделено 301,4 млн тенге. Насколько деньги налогоплательщиков, потраченные на эти цели, помогли становлению гражданского общества?

Тонкая материя

Нужно сказать, что количественные показатели, которые упростили бы поиск ответа на этот вопрос, пока не выработаны. Поскольку социальная сфера, в которой работают НПО, – слишком тонкая материя, чтобы эффект от вложенных вполне осязаемых денежных сумм можно было измерить такими же конкретными цифрами.

Хотя министерство общественного развития такую попытку уже предприняло. Чтобы деньги не уходили «в песок», вполне логично эту деятельность каким-то образом хотя бы стандартизировать. Да и желающих рассовать их по личным карманам в обществе с коррупционными традициями тоже немало. Поэтому 15 августа 2018 года ведомство ввело стандарт государственного социального заказа. В нем определены требования по качеству этих услуг, а также критерии и механизмы оценки их эффективности.

Все это начнет работать только с 2019 года. Поэтому динамику взаимодействия НПО и государственных структур на областном Гражданском форуме оценивали по другим показателям. Например, заместитель акима области Марат Жундубаев сообщил, что в регионе официально зарегистрирована 1 001 неправительственная организация. В 2015 году их было 773. Если вспомнить еще более ранний период, то в 2005 году их насчитывалось 448, а в 1995-м – всего 5.

Такая динамика уже рождает надежду. Но одно дело – стоять на учете в департаменте юстиции и налоговом ведомстве, и другое – реально работать. По этому поводу Жундубаев назвал другие цифры. Оказывается, из 1 001 зарегистрированной НПО действующими считаются только 609. Правда, слово «действующие» тоже еще не означает, что они являются активными услугодателями по линии госсоцзаказов. Скорее всего, работают на волонтерских началах и от случая к случаю.

Что касается остальных, как сообщила «НГ» председатель общественного фонда «Гражданский Альянс Костанайской области «ГрИн» Динара Утебаева, в них учредители где-то «потерялись», а исполнительные директора готовы закрыть НПО, но таких прав не имеют.

– На мой взгляд, по таким организациям нужно на уровне республики принять решение о снятии их с регистрации без участия учредителей, – считает Утебаева.

Рост активности НПО можно оценить по такому показателю, как количество реализованных проектов. В 2016 году их было 140, в 2018-м – уже 240. Соответственно, по ним и средств истрачено больше чем в 2 раза. Увеличилось и количество направлений, по которым шла работа НПО. За счет того, что на них стали опираться управления и отделы акиматов, которые раньше не придавали значения такому сотрудничеству.

Чиновники диктуют

Эта динамика отражает процесс постепенной передачи функций государственных органов гражданскому сектору. Как выразился на форуме Марат Жундубаев, то, что сейчас делают госорганы, у общественников получается «намного лучше, качественнее и добрее». Поэтому НПО, по его мнению, можно назвать «мостом, между государством и обществом».

Вот только акиматы, сбрасывая с плеч тяжелую ношу социальных функций, диктуют свои правила их реализации. Формально это воплощается в технической спецификации, которая в качестве обязательного условия сопровождает исполнение государственного соцзаказа.

По словам Динары Утебаевой, есть немало примеров, когда госорганы предлагают проводить мероприятия, которые, по оценке НПО, малоэффективны для получения конечного результата. Но отказаться нельзя, потому что предложены они вышестоящими ведомственными структурами.

– Есть такие неправительственные организации, которые не имеют достаточного опыта работы, но нуждаются в деньгах, поэтому соглашаются на предложенные заказчиком условия, – говорит Утебаева. – Такой подход снижает эффективность проекта.

Исполнительный директор ОФ «Помощь» Юрий Калюжный, давно работающий в этой сфере, отмечает, что с расширением практики размещения госсоцзаказов наблюдается разнонаправленная динамика. Когда в Казахстане появились первые НПО, их донорами были международные организации. Доноры только обозначали направление работы, а НПО сами находили проблемные зоны и реализовывали свои проекты. НПО набирались опыта и к тому времени, когда государство тоже начало их финансировать, уже сами стали экспертами в решении существующих в обществе проблем. Но теперь государство, устанавливая свои правила, по сути, диктует им направления работы гораздо жестче.

– Госзаказ отличается жесткой линией поведения, – говорит Калюжный. – Если чиновник не хочет брать на себя ответственность, то при выработке подходов у НПО возникают проблемы. Усиление бюрократии приводит к тому, что часть НПО отпадает. Некоторые из них уже приобрели профессиональные черты и, видя, что их положение финансово неустойчивое, переходят в бизнес.

Такую трансформацию в этой сфере следовало ожидать. Поведение чиновников понятно – ответственность перед государством за использование бюджетных средств с них никто не снимал, поэтому они в меру своей компетенции и профессионализма и пытаются выстраивать отношения с НПО в безопасных для себя рамках. Процесс этот мучительный и долгий. Поэтому и результат, ожидаемый общественниками, приходит не сразу. Если вообще достигается.

Например, руководитель общественного объединения «ДЮЦ «Арман» Кенжегуль Алтынбаева (г. Житикара) на областном Гражданском форуме предложила оставлять в регионах сборы за эмиссию в окружающую среду и тратить их на природоохранные мероприятия. Это предложение будируется несколько лет. Казалось бы, чего проще: хозяйствующие субъекты своей деятельностью наносят ущерб природе именно там, где они находятся, поэтому вполне логично собираемые с них деньги тратить здесь же. Нет, государство пока предпочитает собирать их в общую республиканскую копилку.

Еще одна проблема, поднятая на Гражданском форуме: общественный фонд «Перекресток» на грант Посольства Японии в РК и деньги костанайских меценатов построил в лесу реабилитационный центр «Хатико» для детей-инвалидов. Задумали сделать его работающим круглый год, со сменой для 20 детей, отдыхающих не менее 5 суток. Тогда действительно можно ожидать реабилитационного эффекта. Но это стоит немалых денег. Однажды из бюджета средства на одну смену выделили. Но для того чтобы дети отдыхали только с 10.00 до 14.00.

– Мы такой отдых организовать не можем. Нам нужны средства, чтобы детей отвезти в лагерь и привезти обратно, а таких денег у нас нет, – пояснила «НГ» менеджер ОФ «Перекресток» Екатерина Панчук. – Поэтому лоты, которые сейчас выделяют по госсоцзаказу для этой категории, нам не подходят. В 2016 году мы провели юридическую экспертизу законодательных актов, регулирующих эту деятельность, передали свои предложения в Мажилис, но ответа до сих пор нет. Хотя в нашей области в таких услугах нуждается более 2 000 детей.

В отношениях с депутатами Мажилиса больше повезло общественному объединению матерей детей-инвалидов Костаная «Радуга». Оно несколько лет добивалось законодательного закрепления статуса опекуна для тех, кто ухаживает за инвалидами детства после достижения их подопечными возраста 18 лет. Проводили акции в Костанае и в других городах Казахстана, встречались с депутатами. И наконец, на 2018 год правительство запланировало в бюджете средства для выплаты соответствующих пособий.

В чем сила, брат?

В успехе «Радуги» и ее партнеров есть примечательная деталь – их затраты на проведение всех мероприятий взял на себя иностранный донор. В этом проявляется особенность взаимоотношений государства и НПО, когда общественники начинают не «проедать гранты», а работать по-крупному. Разве можно ожидать от казахстанского государства, что оно начнет тратить бюджетные деньги на акции, которые в конечном счете должны привести к тому, что придется согласиться на увеличение расходов из госказны?

Может, в этом и есть главная причина того факта, что чиновники по-прежнему не очень охотно идут на сотрудничество с НПО? В результате и вводимый стандарт государственного социального заказа превратится в мощный бюрократический заслон для инициативных общественников.

Юрий Калюжный обязательным условием для развития партнерства НПО и государства считает создание постоянных диалоговых площадок, с обязательным участием руководителя госоргана, принимающего окончательные решения.

– Там должны рождаться предложения, которые уходили бы во власть, – пояснил он. – Нужно, чтобы проекты, которые рождают НПО и устойчиво их развивают, превращались в нормальные государственные программы. Государство в таких случаях может привлекать НПО в качестве профессиональных исполнителей этих программ.

После длительного периода вживления неправительственных организаций в общественный организм нашего молодого государства наступил новый этап. О нем на областном Гражданском форуме говорил вице- президент Гражданского альянса Казахстана Мусагали Дуамбетов. Он призвал энпэошников быть активнее и заявил, что в мире наблюдается процесс передачи функций государственных органов неправительственному сектору, поэтому Казахстан также пойдет этим путем.

Судя по положительной динамике количества проектов госсоцзаказов, этот процесс уже пошел, но идет скорее хаотично, чем целенаправленно. Его упорядочиванию должна помочь Концепция гражданского общества – проект, которой сейчас готовит рабочая группа Гражданского альянса.

– Нам нужно договориться с государством, куда мы идем вместе как партнеры. Хотя бы на ближайшие 5 лет, – пояснил в телефонном разговоре президент Гражданского альянса Казахстана Асылбек Кожахметов. – У государства есть программа развития до 2025 года, но она касается экономики. Экономика должна служить людям, объединяя их, а это без гражданского общества невозможно. Нам же пока рано говорить о наличии у нас сильного гражданского общества. К сожалению, у нас по-прежнему сильны постсоветские иждивенческие настроения, от которых нужно избавляться. Государство готовится передать нам какие-то функции, но готовы ли мы их принять?

Проект концепции планируется рассмотреть на республиканском Гражданском форуме 27 ноября, а затем передать госорганам для придания ему правового статуса. Это позволит принять государственную дорожную карту, в которой будут конкретизированы все механизмы реализации концепции

– Будет сильное гражданское общество, и государство будет сильным, – сделал вывод Кожахметов.

Такой результат был бы идеальным. Пока наше государство сильно только мощью президентской вертикали и обилием нефтяных запасов.

«Наша газета», 18.10.2018

Мутное дело

22 октября суд вынес приговор руководителям колонии строго режима, создавшим тепличные условия экс-руководителю компании «Астана ЭКСПО–2017», который отбывает наказание за коррупционное преступление. На процессе зачитали такой длинный список запрещенных вещей, которые оказались у осужденного на 14 лет Талгата Ермегияева, что он мог бы стать предметом зависти для многих граждан, живущих на свободе.

Высокопоставленных чиновников за колючей проволокой в последнее время оказалось немало. Вполне возможно, тюремная администрация считалась с их прежним статусом и кое-какие послабления им создавала. Но не припомню, чтобы кого-то за подобные действия привлекали к ответственности. А тут вдруг начальника колонии лишили свободы на 3 года, а его заместителя – на 2 года.

По информации пресс-службы Нацбюро по противодействию коррупции, они «незаконно организовывали для Ермегияева возможность беспрепятственного употребления алкогольных напитков, свободного пользования мобильными телефонами и Интернетом, а также предоставляли неограниченные свидания».

Безусловно, лица, совершившие такие деяния, должны быть наказаны. Но вот что примечательно – круг виновных оказался достаточно широким. По представлению Нацбюро уволили прокурора Алматы – за то, что поддерживал незаконные контакты с осужденным, к разным видам дисциплинарного воздействия привлечены 15 должностных лиц органов уголовно-исполнительной системы. И самое главное – оказалось, что участником этой истории стал Асхат Даулбаев, еще недавно в течение 5- ти лет занимавший пост Генерального прокурора, а ныне пребывающий в должности члена Конституционного совета.

Правда, в этот переплет он вовлечен не в качестве покровителя осужденного коррупционера. Экс-генпрокурор всего лишь приезжал к Ермегияеву пообщаться. В качестве частного лица. Потому как дружат они еще с 1999 года. Да и было это, по данным сотрудников колонии, только 2 раза. Спиртное при посещении с осужденным он не пил, свидания, хотя и проходили вопреки запрету в нерабочее время, но организовал их его знакомый, а о том, что Ермегияев нарушает порядок отбывания наказания, Даулбаев не знал. Так что претензий к нему, дескать, никаких быть не должно.

Соответствуют ли эти заверения реальности, судя по опубликованным в СМИ материалам, сказать сложно. Однако Даулбаев наверняка понимает, что его ссылка на частный характер свиданий с осужденным работает только в рамках правовой оценки. Да и то – с большим натягом. Статус государственного человека, полученный с назначением членом Конституционного совета, с него никто не снимал.

Тогда чем объяснить, что, зная о рискованности для своего служебного положения, он продолжает контакты с человеком, осужденным за преступления, которые могли привести к срыву международной выставки? Хотя, будучи Генпрокурором, позиционировал себя в качестве активного борца с коррупцией. К тому же Ермегияев так и не признал себя виновным.

Как-то мутно все в этом деле. Возможно, определенная часть казахстанской верхушки до сих пор не отличает бизнес от коррупции. Или мы в очередной раз имеем дело с борьбой олигархических кланов.

«Наша газета», 25.10.2018

Освободить от ненужного, дать полезное

Выступая 5 октября с Посланием народу, президент РК Нурсултан Назарбаев дал поручение разработать в 2019 году закон «О статусе педагогов». Этот документ, по словам главы государства, должен оградить учителей от выполнения несвойственных функций, сократить их нагрузку, в нем будут предусмотрены стимулы для повышения эффективности работы педагогов. Однако в существующем законодательстве и подзаконных актах многое из перечисленного уже предусмотрено. Есть ли необходимость принимать специальный закон? И поможет ли он решить проблемы, накопившиеся в системе образования?

Это плохо, но… хорошо

Наибольший резонанс в обществе вызвало замечание главы государства о загрузке учителей непредусмотренными для них поручениями.

– На учителей взваливается все что угодно: выборы проводят учителя, агитацию проводят учителя, что-нибудь нужно сделать – учителя! – возмутился Нурсултан Назарбаев. – За это им никто не платит. Надо их освободить, они же должны готовиться к урокам.