39,5

Глава 3. Деревенские летние хлопоты

Олимпийская корова

Июль 1980 года

Корова в хозяйстве Майоровых появилась в самый разгар XXII летних Олимпийских игр, что проходили в Москве с 19 июля по 3 августа 1980 года. Дело было так… На соседней улице у кого-то наметился переезд в далекие края, домашних животных и скот пристраивали в добрые руки. Первой об этом проведала бабушка Клавдия и за один вечер подбила на покупку дочь и зятя. Их возражения, что сенокос уже завершился, и корма нигде не достать, закончились сразу после того, когда стало ясно, что корову отдадут вместе с сеном.

Андрея больше всего интересовало, можно ли будет назвать ее Олимпиадой. На следующий день пошли смотреть всей семьей. Корова оказалась взрослой и огромной, с большущими, на выкате, глазами и длинными мохнатыми ресницами. Язык шершавый, а челюсти непрерывно работали, пережевывая жвачку… Один длинный и острый рог устремился в небо, а второй наполовину сломался… Было похоже, что корова повредила его в битве с каким-то сильным противником, причем несомненно победила, раз уж стоит на дворе жива и здорова… Это внушало уважение.

Корова с трудом, но все же согласилась на дойку новой хозяйкой и порадовала полным ведром парного молока.

– Зовут ее Милка, и она беременна! Скоро будет теленочек! – со значением сообщила прежняя хозяйка.

Андрей, впечатленный увиденным, понял, что идея с Олимпиадой хоть и хороша, но принимать питомицу надо как есть, вместе с ее именем и сеном, которое она уплетала с завидным аппетитом. А вот теленка потом можно будет назвать так, как захочется! За новыми хозяевами корова шла неохотно, но любимое лакомство – хлеб с солью сделали дело, и скоро Милка смирилась с неизбежностью, лишь время от времени глубоко вздыхала и шумно выпускала воздух их ноздрей, словно жалуясь на тяжелую судьбу.

Вскоре корова освоилась на новом месте и вовсю верховодила товарками. Дел же теперь заметно прибавилось всем. Рано утром корову подоить и в стадо отвести, в хлеву прибраться, сена натаскать, воды наносить… На Андрея легла обязанность встречать Милку на обеденную дойку, чтобы она не ушла по старому адресу, а потом проводить обратно. Вечером история повторялась. В целом выполнение этой обязанности занимало часа полтора, а то и два, коровы дисциплиной не отличались. Они часто проявляли норов и подчиняться не хотели, даже грозный пастух, оглушительно щелкая длиннющим кнутом, с трудом наводил порядок.

Самое интересное, что к молочным продуктам в семье так никто и не пристрастился, но коров держали долгое время, да уже не одну, а несколько… Наверное, дело было не в молоке, а в той особой связи между людьми и жив