Вьерд. Раздор. Книга 2

– Какие, в скверну, вампиры? – разозлился Уве. – В вашей же истории они все погибли.

– Не все, – Уве показалось, что в голосе появилась толика злорадства. – Один из них не подвергся проклятию. Он уже много лет живёт среди людей. Меня заперли в склепе из-за этого знания.

– Тебя заперли, потому что ты хотел изменить людей, – напомнил Уве.

– И это тоже. Они боятся меня, но их молодые маги носят ростки, потому они не стали меня убивать. Мы договорились?

– Договор.

С этими словами начались изменения не только в теле Уве Предателя, но и в королевстве. Первыми на себе ощутили изменения повара во дворце. Если последние дни барон практически не ел, то сейчас приказал принести много мяса. В первые часы кухонные слуги были рады. Как не радоваться, барон выздоровел! Коль есть аппетит, то значит на поправку пошёл. Через несколько часов, когда барон потребовал добавки, слуги начали переглядываться. Но приказ выполнили. Когда же барон ещё несколько раз приказывал подать столько же еды, кухонные служки стали переглядываться, и по замку пошёл слух о странностях барона. На следующий день, когда слухи и домыслы покинули замок и дошли до городских ушей, барон покинул свою спальню. Завёрнутый в шерстяной плащ с головы до ног, с бледно-зелёным лицом, он дохромал до балкона замка. Стражники, сопровождающего его, не решились приблизиться, чтобы помочь дойти. Там он скинул одеяло и предстал обнажённым перед лучами солнца. На его бледном исхудавшем теле выделялись тёмно-зелёные реки вен. Отросшие волосы и борода отливались зелёным в свете солнца. Зелёный барон будто отражал теперь свой титул внешне. Стражники сжали сильнее копья, выздоровевший барон внушал им животный страх, который они даже не осознавали, но ослушаться своего правителя не могли. Даже если барон сошёл с ума от болезни, он всё ещё их барон.

– Принесите чистую одежду, – голос барона был скрипучим, хриплым. – Писаря, советника, военачальника и историка, того что ведёт родословную. Сейчас же.

Когда горожане решились лично узреть, правда ли с ума сошёл их барон, врут соседи или, может, и умер вовсе повелитель, собралась большая толпа любопытных глаз. И увидели они барона со свитой на балконе. Разглядеть что-либо снизу было сложно. Вот только вид у барона был бодрый, некоторым даже показалось, что барон стал выше ростом. На площадь к толпе вышел глашатай и зачитал указ вслух.

«Я Зелёный Барон Вискольд повелеваю: Лордам изловить лихих людей по лесам, коих развелось немерено. Разбойников не щадить. Границы королевства закрыть. Чужаков и торговцев не пускать, а всех с признаками чёрной чумы изгнать. На границе построить форпост. После моей смерти баронская цепь отойдёт моему племяннику лорду Сибальду.»

Указ этот был повешен на площади и зачитан тем, кто грамоты не знал. Люди барона разнесли указ по городкам и деревням Зелёного королевства до самых его дальних поселений. Турь болотная после долгих лет спокойной жизни преобразилась. Вероятно, если бы отец Вискольда дожил до этих дней, то был бы счастлив. Кузни работали круглосуточно, выдавая оружие и доспехи. Амбары заполнялись провизией, которая обычно шла на продажу или обмен. Стражники и солдаты носились по королевству, наводя порядок. Когда до самых глухих чащ дошли свежие сведения, то оставшиеся шайки разбойников сами предпочли покинуть леса королевства. Так же поступили и заболевшие чумой, те, что могли ходить сами. В кипящем от суеты городе никто не заметил, как Зелёный барон покинул свои владения и один отправился на болота.

– Ты выполнил обещание? – фальшивый Зелёный барон Вискольд стоял по пояс в болотной воде. В его руках билось сердце.

– Да. Я вырастил новое сердце, как и обещал, – в голосе учителя Уве звучала почти нескрываемая гордость. – Опусти сердце.

– Я отдаю своё сердце болоту, – Уве Предатель в облике барона Вискольда опустил в тёмную жижу всё ещё бьющее сердце. В его собственной груди медленно билось новое деревянное сердце, замедляясь с каждой секундой. – Ты соврал! Но ты не мог соврать!

– Я не могу врать тебе, Уве Предатель. Просто я не сказал, сколько ты проживёшь. У тебя есть целая минута, чтобы найти новое сердце.

– Зачем? – Уве осел в болото. – Ты же тоже умрёшь.

– Мне не страшна смерть. Не изменить людей хотел я, а спасти. Теперь вода из этого болота распространится по земле и каждый, кто её выпьет, станет лучше. Наступит эпоха нового вида людей, неотделимых от природы

Утром стражники нашли тело настоящего барона. Лорд Сибальд приказал умолчать о странном состоянии тела умершего. Когда барона похоронили, чума распространилась по всей империи. Благодаря указу почившего барона, эта болезнь не распространилась так широко в королевстве. Что готовят им мутные воды болот, они не представляли.

Анеж. Белое королевство.

Анеж возвращался обратно в Вьерден на паровой карете. Горбун в силу своих габаритов всё так же восседал на крыше, а вот сбежавшего ученика-артефактора заменил Грабл. Никто другой паровыми каретами управлять не умел, и их небольшое путешествие грозило затянуться, но на удивление дварф сам предложил свои услуги, разумеется, потребовав плату. А вот с заказом не вышло, дварфы вернули деньги. Вернее, они отдали расписку на получение золота в гномьем банке, а по факту плюнули на договорённости. Никаких денег в банке сейчас, конечно, не получить, он попросту не работает, начиная с бала Исхода. Боледо предполагал возможность такого ответа, и спорить Анеж не стал. Чтобы коротышки ни думали, они возместят. Барга и Бугай, молчаливо сидящие в карете, будто бы сжались. Их задание тоже провалилось. В склепе Вулкана оказались только осколки от рапиры и целые стальные ножны. Осколки и ножны люди Капли бережно упаковали в плащ. Они знали, что это оружие – плата от Красного королевства за сопровождение Сверда. Поездка прошла в тишине, так что ничто не мешало Анежу ознакомиться с отчётами иномирянина Марка.

Как бывший житель глухой деревни, о разных богах он знал только из разговоров приезжих купцов да из немногочисленных посещений церкви. Отец заставлял его работать и в день молитв, на что в дальней деревне закрывал глаза священник. Скверны нет, и ладно. Сейчас же юноша познавал основы теологии его мира, хоть даже и слова такого не знал. Отчёты Марка были короткими и понятными. Помимо истинного и единственного, с точки зрения церкви, Крылатого были: два бога степей (защитник Ишы и соблазнитель Орд); старые боги (Воин, Хранительница и их сын Кузнец) в Красном королевстве – богиня воров Фортуна, Неназываемый или Отец лжи; а также Древний, про которого знала только небольшая группа сектантов и сам Анеж. Секты не интересовали юношу, и записи про них он отложил. А вот следующий лист он перечитал несколько раз. Орд, степной божок ордынцев, по их преданиям был убит оружием смерти. Марк сделал заметку, что перевод может быть неточным. Это было гоблинской легендой, когда орда состояла только из одной расы гоблинов. Как гласила легенда, Орд вылез из-под земли, чтобы сеять болезни, порчи и смерть. Его сразил герой, пришедший из верескового моря. Пронзил кинжалом сердце Орда, и тот провалился обратно под землю. Анеж вспомнил, что как раз ордынского божка и предлагали убить маги, как часть сделки с Древним.

– Оружие смерти, – вслух прочитал Анеж.

– Что? – Бугай и Барга спросили одновременно.

– Кто лучше всех разбирается в оружии? – проигнорировал вопрос юноша.

– Гномы, конечно, – Бугай кивнул на спину Грабла.

– Дварфы, – поправил Анеж.

– Гномы, дварфы, – буркнул Бугай. – Какая разница?

– Грабл? – Анеж пересел к дварфу, занятому управлением кареты.

– Идиоты, – дварф тихо ругался, не слушая разговор людей. – Так движитель испоганить! Его счастье, что он сбежал. Что тебе, медная вошь?

– Вы лучше всех разбираетесь в оружии? – Анеж не обратил внимания на злобное бормотание коротышки.

– Идиотский вопрос. Конечно, – Грабл бросил взгляд на юношу. – Консультация платная.

– Оружие смерти. Что это? Кто ковал? Где найти? – между пальцев Анежа сверкнула золотая монета. Боледо не ограничивал его в расходах.

– Это легенда, – Грабл схватил монету. – Один из первых дварфов нашёл под подгорным царством особую руду, её стороной обходили опасные твари, и из неё он выковал меч. Подгорный король тогдашний отобрал у дварфа меч. Клинок хозяина не принял и поломался на три части. Из них потом перековали кинжалы. Вот один из таких кинжалов украли у дварфа.

– Кто украл? – Анеж добавил ещё одну монету.

– Гоблины, – вздохнул Грабл. – Сразу тебе говорю, ни один кузнец такое сейчас не скуёт и дело не в том, что людям сейчас и гвоздя ни один уважаемый дварф не скуёт. Руды такой нет, а коли найдёшь, то молчи. За такое любой подгорный кузнец убьёт родного брата.

– А те три кинжала? – напомнил Анеж.

– Один был у гоблинов, но был утерян, – начал загибать дварф пальцы левой руки. Другой он управлял паровой каретой, почти ни на миг не отрываясь от дороги. – Оставшиеся два пропали из оружейной, и больше ничего о них не слышали. Как по мне, это выдумки для маленьких дварфов и не было никогда кинжалов этих.

– А меч был? – улыбнулся Анеж.

– Был, – кивнул Грабл, мой прапрапра и ещё много раз пра одолел дракона.

– Так ты из королевской семьи? – Анеж с интересом посмотрел на дварфа, но тот пожал плечами и замолчал. Дал понять, что разговор закончен.

Анеж перебрался обратно на скамьи. Эта паровая телега была самой последней модели, кабина кучера и салон были объединены, и скорость у неё на порядок превосходила старые образцы. Про это с восхищением рассказал тот сбежавший ученик, а потом он полез улучшать движитель. Видимо, про это и ругался дварф. Но, по мнению самого Анежа, карета была исправна, хотя не сказать, что он в них разбирался. Однако он стал во многом разбираться, как отправился в своё невольное путешествие. Была бы возможность поменять всё и вернуться назад, он бы так и сделал, но сначала разобрался бы с Древним. Почему тогда Искра и Капля сами не выяснили про оружие? Видимо, сочли свой долг выполненным, что вполне справедливо после того, как он в теле Сверда убил в первый раз Боледо. Но вот почему сам Боледо не знал про оружие?

Вскоре показались белоснежные стены Вьердена с траурными чёрными флагами на шпилях. Последние дни флаги не снимались со стен. Карета остановилась поодаль, Горбун отправился к северным воротам разузнать, как им теперь проехать. Запасным вариантом было пробираться обратно сквозь катакомбы и бросить паровую карету под стенами города.

– В город нельзя до полудня, – объявил Горбун.

– А после что изменится? – удивился Анеж.

– Не ваше собачье дело, – Горбун явно повторил речь стражников и отрицательно покачал головой, когда Анеж показал пальцами взятку. – Думаю, войско отправится, и будут пускать.

– В столице полно магов, а с чумой справиться не могут, – посетовал Бугай.

– Ты язык-то прикуси, – Барга злобно на него зыркнула. – Мы сами в услужении у её магичества Капли, а другой кто услышит – то несдобровать, и хозяйка не поможет.

– Грабл, для тебя есть ещё дело, – Анеж повернулся к дварфу. – Пригляди за движителем, Горбун тебе в помощь. После приезжайте в деревню к югу от города. Она же может не по рельсам ехать?

– Конечно, может, медная вошь, – дварф хлопнул по месту, где располагался движитель. – Знатный зверь.

– А вы со мной, – Анеж повернулся к Барге и Бугаю. Когда же те переглянулись, добавил: – Угощу вас завтраком, раньше полудня вам к хозяйке не попасть.

Вишпа. Деревня Камышанка.

Подмастерье Вишпа впервые за свою довольно короткую жизнь испытывал сложные чувства. С одной стороны, он страшился узнать, что же стало с его мэтром Пеплом, с другой – застрять в деревеньке с Ассой много лучше, чем бродить по заброшенным поместьям старых магов. Длились эти раздумья не дольше пары минут, пока не заурчал живот. Они, как и приказал Пепел, остановились в деревне Камышанка. Её бесхитростное название происходило от реки, которая протекала сквозь Вьерден и эту самую деревню тоже. Да и какая разница, как она называется, сколько тут мельниц, постоялых дворов да прочих едален, если в их корчме, название, впрочем, Вишпа не запомнил, подавалась вкуснейшая яичница из дюжины крупных яиц всего за пару медяков.

Здесь, внизу, где располагались лавки со столами, ещё пахло затушенными свечами, а сквозь небольшие застеклённые оконца пробивались лучи света. Солнце озаряло дюжину своих копий на чугунной сковороде, играя бликами на желтках. Запах яичницы, слегка посыпанной мелко рубленным зелёным луком, как любил подмастерье, щекотал его ноздри. А рядом в кувшине дожидалось своего часа молоко.

– Доброго утра, ваше магичество Вишпа, –корчмарь уже изучил привычки постояльцев, и завтрак был готов к совсем не раннему пробуждению подмастерья. – Её магичество Асса изволит практиковаться. Велела передать.

– Благодарю, – Вишпа положил пару медяков на стойку, и это были его единственные слова, вернее даже слово, за последующие минуты. Наскоро расправившись с завтраком, но всё же уделив достаточно внимания простой, но превосходной стряпне жены корчмаря, Вишпа удовлетворённо потянулся и зевнул. И это было его максимальной разминкой за последние дни. Он уже собрался пойти поискать Ассу в одних штанах да рубахе, но передумал и вернулся за жезлом в комнату наверху. Когда возвращался, за столами прибавилось гостей. Особенно выделялась одна троица: крупный мужчина, крепко сбитая женщина и юноша, кажется, с одним глазом. На него они даже не взглянули.

В прошлый раз Асса тренировалась за конюшней, пристроенной к корчме. Сейчас же её тут не оказалось. Деревня Камышанка была достаточно большой. Помимо нескольких едален тут была и рыночная площадь. В деревне часто останавливались те, кто не успевал до ночи попасть в город или кому не позволяла монета остановиться в городе на ночлег. Сердце подмастерья непроизвольно ёкнуло, вдруг с Ассой что-то случилось. Она, конечно, умелый маг, но вот к боевой магии не способна нисколечко. Хотя с ней никогда ничего не случается, так что можно прогуляться и заодно найти подругу.

Вишпа уже обошёл несколько улиц, время от времени возвращаясь на рыночную площадь, как в самое приметное место, но так и не встретил Ассу. Он уже подумывал вернуться в корчму, как ему пересёк дорогу неизвестный человек в чёрном. Рука сама потянулась к жезлу за поясом, но мужчина остановился и приложил палец к губам, а потом указал на противоположную сторону улицы. Там трое в одеждах инквизиции тащили рыжеволосую девушку. Асса?! Вишпа рванулся к ней, но на его плечо легла тяжёлая рука.

– Их не трое, – подмастерье обернулся и увидел, что на лице незнакомца была рана от копыта. С такими ранами не живут. Он не то, что разговаривать, стоять не должен. Тем не менее незнакомец в чёрном продолжил. – В деревню въехал большой отряд гвардии.

– Что им надо от Ассы? – Вишпа снова дернулся, пытаясь вырваться. – Пусти!

– Они ищут меня, – мужчина пристально посмотрел на Вишпу. – Но в своём рвении будут хватать всех подряд и допрашивать с пристрастием. Ты понимаешь, что это значит?

– Они не посмеют, – разозлился Вишпа. – Она подмастерье.

– Они замучили даже собственного брата по вере. Верного брата, – незнакомец отпустил плечо подмастерья. – Но если хочешь, можешь умереть в честном бою за девушку. Девушки любят героев, да?

– Что тебе надо? – Вишпа остановился. Ассу уводили всё дальше, а к троице инквизиторов прибавилось ещё полдюжины. Под их белыми накидками с золотыми крыльями скрывались длинные кольчуги. Даже если Вишпа убьёт половину из них, Ассу не спасти с его силами.

– Сделка, – незнакомец подмигнул. – Ты спасёшь девушку, а я получу сущую мелочь… твою душу.

– Кто ты? – Вишпа с ужасом посмотрел на незнакомца. – Отец лжи?

– О нет, что ты, – незнакомец улыбнулся. – Я тень его тени, собиратель рук и проклятый слуга.

– Проклятый? – Вишпа посмотрел вслед монахам, которые были уже довольно далеко.

– В точку. Проклятый, – незнакомец подошёл ближе к подмастерью. – Решайся. Времени почти не осталось.

– Я могу просто сдать тебя им, – фыркнул Вишпа.

– Конечно, – кивнул Проклятый. – Я скажу, что вы мои подельники, и тогда ей точно конец.

– Почему я? – этот вопрос задал подмастерье сам себе, но вслух.

– Ты мне подходишь, – незнакомец показал небольшое расстояние между пальцев. – Вот настолько, но подходишь. У меня тоже осталось мало времени. Ты будешь шестым и последним.

– Давай, – Вишпа протянул руку. Когда незнакомец её коснулся, по телу прошла волна отвратительной, но такой желанной силы. – Как мне её спасти?

– Скажи, что это ты Проклятый. Вот и всё, – пожал плечами незнакомец вслед убегающему Вишпе. Затем его чёрные одежды опали на землю, а сам он испарился в фиолетовой дымке. На этот раз навсегда. – Прощай, проклятие Похоть. Остальных твоих побратимов я уже раздал.

Они действительно бросили Ассу, стоило им лишь увидеть приближающегося Вишпу. Подмастерье повалили на землю, а один из инквизиторов, тот, что был без кольчуги с чётками в руках, осмотрел руку Вишпы в том месте, где его коснулся Проклятый и кивнул. Сразу четверо крепких инквизиторов потащили его под руки к конюшне. С него содрали рубаху, на голое тело намотали цепь. Серебряная цепь причиняла ему невыносимую боль, и он потерял сознание. Последнее, что он увидел, было лицо Ассы. Испуганное лицо, но она была свободной.

Интерлюдия. Марк, кабинет Архимага Синельди.

Марк ожидал, когда Синельди покончит со своими делами. Так как он не знал сколько времени на это уйдёт, то стал перечитывать копию докладов для того юноши, Анежа. Почти вся Академия была занята какими-то поручениями, связанными с военной кампанией против гномов. Марка почти не привлекали к этим поручениям, за исключением уж самых простых, где ученик даже такого уровня, как он, не мог навредить. Так что у него оставалось довольно много времени на этот заказ. Погрузиться в теологию этого мира было довольно увлекательно, а ещё пришлось заплатить за некоторые переводы. Гоблинской легенды и иероглифов времён до Исхода.

– Показывай, – Синельди указал на браслет на руке Марка. – Увлёкся историей. Это прекрасно.

– Небольшой заказ, – кивнул Марк и снял браслет. – Во многих текстах упоминают родственников. Сплошные братья, сёстры и дяди. Мелодрама.

– Мело… что? – поднял бровь Синельди. – А, словечко из твоего мира. Как ты думаешь, как маг развивает силу? Кстати, про силу. С твоим нынешним здоровьем ещё три исчезновения с помощью магии, и ты глубокий старик и труп.

– Почему это работает? – вновь удивился Марк. – У меня же мало сил, маны. Но я могу исчезнуть.

– Это не совсем исчезновение. Твоё твёрдое тело переходит в план астрала на короткое время, – Синельди поднял указательный палец, на котором сегодня красовался большой перстень с крупным оранжевым камнем, украшенный вязью на золоте. Обычно он носил только цепь с зеркальцем дальносвязи. – Когда ты прибыл в наш мир, через тебя прошло большое количество маны, энергии. Если живому существу при таком испытании удаётся выжить, то он получает способность к изменению мира, и мана для этого не нужна. Скорпмор Кость может управлять костьми. Я могу создавать порталы и пространственные карманы. Перстень телепортации просто удобный инструмент, когда нужно много и часто перемещать. С ним даже ты сможешь управлять сетью порталов. Так как ты думаешь, как увеличить силу мага?

– Сила магов? – Марк подумал. – Медитация улучшает концентрацию и снижает расход маны. Практика улучшает каналы. Есть травы и зелья, временно дающие прирост к силе мага. Всё что я знаю.

– История магии сейчас не входит в общий курс для магов. Но советую её изучить, – Синельди встал и достал одну из свёрнутых карт в шкафу. – Это древо жизни одного из сильных родов магов. Вот, например, Ашког Ядовитый. Маги в его роду идут от Исхода, но на его сыне род оборвался. Каждое их поколение было сильнее предыдущего.

– Маги женятся только на магах? – уточнил Марк.

– Вовсе нет. Прямого запрета нет, чтобы жениться на глине, – Синельди свернул бумагу. – Но в знатных древних фамилиях такое не поймут.

– Такой путь ведёт к вырождению. Либо маги должны рождать десятки детей, – усомнился Марк.

– Магов сейчас много меньше, чем в начале Исхода. Это да, – кивнул Синельди. – Академия проводила разные изыскания. Гомункулусам приращивали магический центр. Внедряли такой центр даже глиняным големам. Но самый сильный дар всё равно рождается от союза мужчины и женщины. Даже если союз был насильственный, дар будет сильнее, но идеальный вариант, когда оба мага, скажем так, добровольно подходят друг другу. Браки среди магов заключаются по политическим и родовым соображениям и даже бастарды приветствуются, если у них есть сила. У того же Ашкога были сын и дочь от служанки.

– Нельзя же насильно… м… свести двух людей, – Марк видел в логике магов изъян. – Ненадёжно.

– Нет, – ухмыльнулся Синельди. – Но маги живут долго, и у нас есть время на подбор лучших вариантов и на ошибки. По секрету, мы отправляем подходящие пары на задания вместе. Так что отсюда в историях так много родственников. Наследственность силы. А теперь ступай, можешь пока заниматься медитацией и историей.

– Благодарю, за урок мэтр, – Марк поклонился и вышел.

– Кажется, сегодня стало меньше на одного мага Исхода, – Синельди коснулся амулета дальносвязи. – Проверьте, что с саркофагом Туны Зелёного.

Глава 11. Манёвры.

«Нет такой уловки или приема в пользовании оружием во время боя, которые мы сочли бы дурными, лишь бы они помогли отразить направленный на нас удар.»

Ихта. Крысиный колодец.

Сегодня еду не спустили. Для топчущихся на дне колодца заключённых это был недобрый знак. Варёные овощи и вода, изредка чёрствый хлеб, – вот и весь их скудный рацион изо дня в день. Ихта же поблагодарил про себя Фортуну. Те, внизу, они не понимают. Таких к себе брать – только в расход пускать.

– Эй, Ихта, – голос снизу позвал разбойника.

–Чего тебе, Казнь? – Ихта так и не узнал имя того, чья казнь откладывалась уже не первый день и даже не первую декаду.

– У тебя есть еда. Я знаю. Для крысы, –тон Казни был спокойным, непросительным. Таким тоном заключают сделку.

– Тебе-то что? Это еда Барона, – Ихта даже не показал головы из своего лаза. – Или ты припас ещё один штырь?

– Нет, – Казнь не сразу продолжил. – Но…

– Погоди, – Ихта высунулся из лаза, широко улыбаясь. – Иди ко мне в бригаду, и будет тебе еда. Но только тебе!

– Я? Человек из благородной семьи в разбойники? – в голосе Казни слышались нотки сомнения. Ихта угадал, его первоначальное предложение было менее выгодным.

– Я, Красный барон Ихта, и ты, лорд Казнь, мы оба сидим в крысином колодце и оба преступники, – Ихта вытянул в руке небольшую репу и почти разжал пальцы. – Согласен пойти ко мне? Последний шанс.

– Согласен, – Казнь поймал репу ровно в тот момент, когда на него кинулись трое оставшихся заключённых. Локтем он сломал нос одному, пнул в пах второго. А вот третьему не повезло. Казньударил его ногой в живот, и тот влетел затылком в стенку колодца. Нападавший осел мешком на пол. Заключённые отползли подальше от трупа. Скверна!

– Ты принят! – Ихта вылез из лаза. – Сегодня мы покинем эту таверну.

– Теперь нам не дадут еды сутки! – прогнусавил парень с разбитым носом.

– Отсюда не выбраться, дурак! – второй, поскуливая, держался за пах.

– Сегодня нам не спустят обед, но не потому, что ты, Казнь, убил бедолагу, – Ихта прижал палец к губам и прислушался. – Там, наверху, бегают наши стражники.

– И что с того? – Казнь съел половину репы и бросил остатки побитым заключённым. – Могла приехать проверка или важный заключённый.

– Важный заключённый…Слушайте меня, – Ихта взял заточенный штырь в левую руку, правой он поглаживая шкурку крысы Барона, которая прибежала на запах еды. – Как только его спустят вниз, кричите.

– Ей, каторжане, – через некоторое время сверху раздался зычный голос стражника. – К вам новенький! Учудите чего – без жратвы останетесь!

– Тихо, тихо. Опускаем, – двое стражников возились с верёвками, новый заключённый явно много весил. – Простите, капитан, приказ.

– Я больше не капитан, – голос показался Ихте знакомым. Кажется, это тот самый капитан стражи, который его арестовал.

– Приветствую в крысином царстве, – Ихта вонзил заточку в живот бывшего капитана, а затем бросил на него крысу. Животное почувствовало запах крови и обезумело. Капитан заорал от боли, забился в путах, и стражники выпустили верёвки из рук.

– Скверна! – стражник опустил факел в колодец, но ничего не увидал.

– А ты спустишь и увидишь! – расхохотался Ихта.

– Он мёртв, – Казнь дотронулся до шеи бывшего капитана.

– Вы сдохнете от голода! – стражник плюнул в колодец. – Закройте колодец. Ей, Игор, ты чего там? Какое письмо?

– Пфиказ оф импефрафора.