Вьерд. Раздор. Книга 2

– Нет плотам! – поддержал его тот же голос из выросшей в разы толпы.

– Нет плотам! – кричала вся толпа, направляющаяся к речному причалу.

Мужчина спрыгнул со своего импровизированного подиума и двинулся в переулок. Марк по наитию двинулся за ним. По затылку прошёл озноб, руки немного тряслись. Почему он боится? Он осторожно преследовал оратора, стараясь не шуметь. Несмотря на то, что крик толпы ещё был слышен, не стоило выдавать себя, топая по булыжной мостовой. Иномирянин уже сильно отставал от мужчины и смог разглядеть только, как тот накидывает чёрную накидку и исчезает. С минуту Марк изучал то место, где исчез загадочный мужчина. Он исчез в тупике, и это наводило на мысль о потайном ходе или магии. Рычагов, скрытых камней или чего подобного на стенах тупика не обнаружилось. Сконцентрировавшись, он попробовал помедитировать прямо в тупике. Тут уже было тихо, никто не отвлекал, и нужного состояния он достиг уже через минуту. Вот только его сразу вывернуло наизнанку. Что-то столь отвратительное оставалось тут, что организм не выдержал, и его вырвало.

Всего полчаса спустя он уже был в «Восьмой башне» и через одного из магов, явно отдыхающего тут с ночной смены передал послание в Академию. Приказов возвращаться или оставаться на месте исчезновения загадочного мужчины не последовало, и он решил вернуться к первоначальному плану. А именно поесть и почитать. В «Восьмой башне» было довольно многолюдно, значит, стоило поискать более тихое место, а книга уже была с собой в сумке. Он уговорил библиотекаря Академии, и ему на время разрешили взять копию книги «Исход». На его удивление самым тихим и спокойным местом оказалась рыночная площадь. Посетители или пошли поглазеть, куда это направились рабочие с трущоб или же решили пересидеть дома, опасаясь чумы и толпы. Так что, наскоро перекусив в одной из уличных едален при рынке, он доплатил за кружку нового в столице напитка кахве. Кахве, на его вкус, был смесью кофе и какао, но всё же отличался от земных напитков. Потягивая горьковатый крепкий кахве, он ещё раз погрузился в историю Исхода, записанную на пожелтевших страницах книги. Благо, что библиотекарь не видит, как Марк читает и пьёт одновременно. Но он был аккуратен, и ни капли не упало на старые страницы. Вот только сама история Марка несколько разочаровала. События в ней почти один в один повторяли рассказ Синельди на празднование Исхода. Магия была дарована людям, и с помощью заклинания они призвали Крылатого. Про лунное затмение и проклятье практически ни слова. Зато приводилось очень много описаний современников про пророчество. Местный судный день. Любопытно, насколько сильно здесь книгопечатание подвергается цензуре Инквизиции? Марк задумался о странной ситуации. Инквизиция в этом мире имела большое влияние и силу, но при этом имела место некоторая свобода вероисповедания. Те же старые боги. Иномирянин так увлёкся своими мыслями, что не услышал с первого раз, как к нему обращаются.

– Ученик Академии? – явно не в первый раз спросил юноша. Неуловимо знакомый парень остановился рядом с его столиком. На юноше была дорогая одежда: штаны из тонкой чёрной шерсти, выбеленная рубаха и чёрный берет с зелёным пером. Довершали образ кинжал на поясе рядом с большой сумкой и полностью белый без зрачка левый глаз. Причём Марк мог поклясться, что глаз неслепой. И им он видит намного больше. К сожалению, как ученик Академии он мало продвинулся в магии и не мог изучить глаз на уровне энергий.

– Да, – Марк понял, что уже неприлично долгое время пялится на глаз юноши, и ответил слегка охрипшим голосом. – С кем имею честь?

– Анеж, – юноша слегка поклонился. Было заметно, что манерам он обучен совсем недавно и знает как вести себя в обществе. – Ученик мастера Боледо.

– Мы знакомы? – Марк в свою очередь тоже встал и поклонился.

– Нет, – юноша отрицательно покачал головой и указал. – Вы умеете читать. Это книга о … событиях прошлого?

– Я Марк, ученик Академии, – представился наконец Марк и добавил: – Оранжевая башня. Да, это историческая книга. В ней рассказывается об Исходе. Тебя заинтересовала книга?

– Нет, – Анеж без приглашения сел за столик. Хозяин едальни тут же принёс ещё одну чашку и низко поклонился юноше. Намного ниже, чем самому Марку. – Меня интересуют истории прошлого. О богах.

– Я не специалист в теологии… в богах, – Марк заметил реакцию на незнакомое для юноши слово. – Анеж, что ты хочешь?

– Нанять тебя как чтеца, – Анеж отпил из чашки напиток, скривился от горького вкуса, но допил. – Я умею читать, но не так быстро, как мне надо. Все истории про всех богов.

– Ого, – Марк даже поперхнулся. Видимо юноша не представляет, сколько это книг, манускриптов и священных текстов. – Мне, конечно, нужны деньги, но я думаю, библиотекарь лучше справится.

– Я хорошо заплачу, – Анеж хлопнул по сумке на поясе. Кожаная сумка с несколькими отделениями солидно звякнула содержимым. – Библиотекарь работает на Академию. Мне нужна … нужно оставить в тайне мои поиски.

– В тайне, и ты спрашиваешь первого встречного? – Марк усмехнулся. Итут он вспомнил, где он видел юношу. На дороге, когда Синельди вёл его в тюрьму, Архимаг дотронулся до тощего мальчишки. Вот только с тех пор он сильно изменился. Набрал в весе, вытянулся и лишь необычный глаз позволил его вспомнить.

– Мы незнакомы, – Анеж положил на стол полдюжины золотых монет. – Хозяин лавки рассказал про тебя. Ты иномирянин и ученик Академии. Для остальных ты чужой, а значит, у тебя нет повода рассказывать о щедром нанимателе.

– Не думал, что я могу сдать тебя инквизиторам? – Марк посмотрел прямо в глаза Анежу. – Попросить у них защиты.

– Я вижу, что ты это не сделаешь, – Анеж вздохнул, ему надоели отговорки этого старика. – Ты берёшься за работу? Это задаток. Вторую половину получишь за отчёты.

– Берусь, – опасения Марка умолкли. В нём проснулась жила дельца. Ученик Академии подвинул монеты к себе. – Что именно тебе нужно узнать про богов?

– Как они появились. Все, включая степных божков, – Анеж стал перечислять. – Их оружие и как их убить.

– Убить? – эхом повторил Марк.

– Как и чем, – Анеж, ученик Боледо поднялся из-за стола. – Приходи сюда завтра и расскажешь, что ты нашёл. И напиши отчёты, коротко и простыми словами.

Марк сжимал в руках монеты. Неожиданная, но очень нужная ему работа с щедрым вознаграждением. Он решил не откладывать заказ и отправился в библиотеку, только по пути заглянул прикупить чернильных принадлежностей. Про встречу с незнакомцем в чёрном он уже забыл. На этот раз он даже не подумал, что это, возможно, последствия магии.

Интерлюдия. Оболтус.

Оболтус всё же попался. Журнал проверил сам Кидла Клоп, и по корешку сталопонятно, что один лист был вырван, а уж кто дежурил в этот день, выяснить не составило труда. Скверный Магмир, вот не мог превратиться в духа Огня на день позже, не в его смену? Хотя нет, это мальчишка виноват одноглазый. Если бы он в другой день пришёл свои колдунские способности измерить. Оболтус обернулся. Последние дни за ним будто кто-то наблюдает. Нет, показалось. И, конечно же, за обнаружением проступка последовало наказание, вернее даже два наказания. За порчу имущества Академии и за то, что не сообщил о проступке. Про мальчишку он рассказывать всё же не стал. Кидла расчертил в своей тетради все энергетические линии маны за последнюю декаду. Оболтус сам видел этот разноцветный клубок на сотне страниц. В основном там были синие, зелёные и красные нити. Но попадались и чёрные, и фиолетовые. Первые принадлежали гидромантам, геомантам и пиромантов, коих было большинство в Академии. Вторые – это некроманты и скверна. Ну, с последними пусть сами архимаги разбираются. Его дело маленькое, съездить на узловую точку паровой станции, обновить артефакты, а потом … А вот потом уже хуже. Ему предстояло отправиться в ставку военного лорда и заниматься уже там артефактами. На поле боя ему выходить не придётся. Вот только на войне может всякое случиться. Не то, чтобы у него был хоть какой-то опыт. Все эти рассуждения пролетали в голове Оболтуса, а он сам даже не удосужился встать с кровати. Он так и сидел с утра на заправленной кровати в одних носках и думал о несправедливости.

– Несправедливо! – сказал он вслух и всё же натянул штаны, а затем и мантию с золотыми обшлагами. В походный короб он покидал, не глядя, артефакты, стек, недоделанный жезл, запасную одежду, свёртки с едой и всё, что попалось ему под руку. Окинув опустевшую комнату, он отправил в короб напоследок чернильницу без чернил и обгрызенное перо. Вот теперь комната точно выглядела, будто его выгнали из Академии.

Оболтус взвалил на плечи тяжеленный короб и, ссутулившись, побрёл по коридорам Академии. Все пути он выучил наизусть, и чтобы добраться до выхода ему не понадобилось много времени и даже смотреть, куда он идёт. Ещё полчаса, и он был на каретном вокзале. Отсюда отправлялись обозы и кареты по всей империи, и можно было вскладчину с кем-то доехать до нужного города. Ну, или хотя близко к нему. Мало монет в кошеле, садись к глине в обоз. Чуть побольше – в телеги к купцам, там и охрана есть. Если звенит монета, то карета – очевидный выбор. Вот только ученика опять ждала неудача.

– Может, проклял кто? – Оболтус, ни к кому не обращаясь, спросил вслух.

– Нет, парень, это из-за чумы и бунта, – сказал старый кучер одной из карет. На остальных каретах, обозах и прочих транспортах людей не было. – Указом императора Карла запрещено покидать город. Так что и нетути никого. Не знал, что ли?

– Нет…– Оболтус почесал затылок. – Как же теперь доехать?

– Никак, –старый кучер усмехнулся. – Ну, или с ремесленниками из трущоб на плотах. Но там народ ушлый, я бы не советовал.

– Угу, – буркнул Оболтус и побрёл прочь. – И на что рассчитывал Клоп? Выдать невыполнимое задание!

Оболтус остановился. Теперь понятно, на что расчёт. Он не сможет выполнить задание, и это будет повод выгнать его из Академии. Нужно срочно что-то придумать. Тут он услышал громкий разговор, вернее ругань. Артефактор резко развернулся. Большая тень скрылась в переулке. Показалось?

– У нас есть разрешение Академии, – громкий женский голос видимо повторил это не первый раз кучеру.

– Указ императора! – кучер даже встал на козлах. – Никуда не поеду! Идите к Неназываемому!

– Пошли, Барга, – в разговор вмешался крупный мужик.

– Господа, – Оболтус встал на пути у парочки. Поначалу они показались ему похожими на бандитов, но потом он рассмотрел, что они оба одеты в синие цвета. А значит, это наёмники мага.

– Что тебе? – крупный мужчина поначалу хотел отодвинуть его в сторону.

– Ваше магичество? – Барга слегка поклонилась ученику.

– Я случайно подслушал ваш разговор, и у нас совпадают цели, – Оболтус попытался приветливо улыбнуться. – Мне тоже нужно покинуть город.

– Ну да, ваше магичество, – буркнул бугай. – Можешь открыть портал?

– Подожди, Бугай, – Барга положила руку на плечо бугая, которого и звали так же, как он выглядел. – Что вы предлагаете?

– Катакомбы, – через них можно найти дорогу под городом. Оболтус достал одну из карт из короба. – Я смогу найти выход, но там могут быть разные встречи.

– С тебя карта. С нас защита, – кивнул Бугай и протянул ладонь. – Договор?

– Договор, – Оболтус поморщился, рукопожатие Бугая также соответствовало его внушительному имени.

– Я Барга. Это Бугай, – рукопожатие Барги тоже было крепким, но в меру. – Часть катакомб принадлежит Руке. Нужно будет заплатить за проход.

– Не нужно, – рядом появился ещё один громадный человек. Горбун размером не уступал Бугаю. А если бы он мог распрямиться, то наверняка оказался бы больше громилы.

– А? – всё, что смог выдавить из себя Оболтус. На секунду он внутренне сжался, было неуютно в компании таких исполинов. Но потом взял себя в руки. Пусть он не лучший артефактор и не лучший ученик, но он всё же маг. – Вы кто?

– Я Горбун, – голос Горбуна был таким же внушительным, как и он сам. – Я слуга мастера Боледо. Рука не тронет вас под катакомбами.

– Плата? – уточнила Барга.

– Ваша хозяйка мэтр Капля всё оплатила и попросила сопроводить вас, как только узнала об указе императора, – Горбун протянул руку, предлагая всем проследовать за ним. Когда Барга проходил мимо него, он сунул ей записку. – Карета и ученик моего хозяина ждут нас за пределами города.

Барга, немного отстав, прочитала записку: «Приказ Боледо. Слежка за учеником-артефактором». Бывшая воровка порвала записку и кивнула Горбуну. Интересно, с Рукой они действительно договорились или это уловка Горбуна?

На карте Оболтуса не был обозначен вход в катакомбы, но Горбун знал один из них. Он располагался на территории трущоб. Вчетвером они быстро добрались по пустынным улицам города, и тут им начали попадаться люди. Они небольшими группами стекались к лодочной станции. Вскоре спутникам пришлось протискиваться через толпу. Что, впрочем, не составило особого труда. Бугай и Горбун, врезаясь в толпу, словно нож в масло, легко прокладывали путь. При мысли о масле у Оболтуса заурчал живот. Он забыл позавтракать, спеша отправиться с поручением архимага Кидлы. На самом деле Оболтус проспал завтрак в столовой Академии, а денег на «Восьмую башню» у него не было. Вернее, на самый скромный завтрак он бы наскрёб, вот только его ставка проиграла, и он сам не знал, что выиграло бы: голод или желание отыграться в Башни. Внезапно толпа перед ними иссякла. Их четвёрка вышла на площадь недалеко от лодочной станции. Толпа что-то орала и стихла лишь, когда на площадь въехали всадники. Белые плащи поверх белых полных доспехов. Императорская гвардия? Нет, кто-то другой. Оболтус узнал того, кто возглавлял всадников. Сам епископ Бойл. Епископ тоже был облачён в доспехи, вот только вместо шлема, закрывающего лицо, на нём красовалась круглая белая шапочка. Сидя на конях, епископская гвардия возвышалась над толпой, будто войско Крылатого, спустившееся к людям.

– Дети божьи! –голос епископа загремел над площадью, столь громко, что тут явно не обошлось без магии или чудес церкви. – Я принёс вам радостную весть. Сам Крылатый благословил наших лекарей, и уже через считанные дни по милости его…

– Лекарства нет! – раздался крик из толпы. Высокий человек в чёрном вышел вперёд. – Монахи отдали его богачам. А нас хотят утопить.

– Взять зачинщика! – указующий перст епископа Бойла был направлен на кричащего. Толпа, повинуясь святому приказу, и тут скорее всего опять не обошлось без чудес, вытолкала человека в чёрном прямо под копыта гвардии. Лошадь епископа наступила на грудь зачинщика. – Слуга Неназываемого, кто отдал тебе приказ? Признайся и спасёшь свою душу.

– Святоша Зиг! – человек рассмеялся окровавленными губами. – Святоша Зиг приказал мне от имени Неназываемого! Принца Лжи!

– Да упокоится твоя душа, Проклятый, –голова хрустнула под тяжёлым копытом лошади

– Быстрее, уходим, – Барга потянула за собой Оболтуса. Остальные уже уходили. – Сейчас начнётся.

Барга была права. Как только они покинули площадь, вновь пробираясь сквозь толпу, раздались крики. Крики боли. Толпа обрушилась на гвардию епископа или булавы гвардейцев на головы толпы – разбираться было опасно для своей же головы. Затем толпа побежала вслед за ними. Побежали и они. Барга и Бугай легко поддерживали высокий темп. Горбун не мог бежать и очень, очень быстро перебирал ногами. Оболтус уже через несколько минут держался за бок, тяжело дышал и порывался скинуть короб. Вот только остановись он на секунду, и толпа их нагонит. Гонятся она за ними или убегает? Наконец, Горбун остановился и указал на неприметную дверь в стене за одним из поворотов улочек. К счастью, толпа не видела, как они зашли и успели в последний момент захлопнуть дверь. Они попали в пустую комнату, в центре которой был люк с грубо сколоченной из досок крышкой. Под ней обнаружилась длинная лестница вниз. Как-то опрометчиво оставлять и дверь, и люк открытыми. Дверь, конечно, было трудно заметить, но всё же опасно. О чём только думает стража?

– Куда дальше? – спросила Барга, когда их компания наткнулась на первую развилку.

– Туда, – Оболтус не слишком уверенно указал на одну из дорог в тёмном коридоре.

– Покажи карту! – Бугай тоже заметил сомнения ученика.

– У меня её нет, – артефактор отшатнулся к стене, губы его пересохли и голос стал хриплым. – Потерял, когда убегали.

– Крысёныш! – Барга схватила ученика за шею.

– Я знаю дорогу, – Горбун мягко убрал своей огромной лапищей руку девушки. – И я слышу шум. Жители трущоб нашли лазейки в катакомбы. Нам надо торопиться.

– Ладно, – Барга злобно глянула на Оболтуса, а затем на Горбуна. Уж больно вовремя он появился и всё знает. Но вот думать об этом некогда. Сейчас здесь будут сотни людей.

Дварф Грабл. Узловая станция.

Грабл пребывал в препаршивейшем настроении. Делать на узловой станции было абсолютно нечего. Кто-то из старых и мудрых дварфов сказал бы, что почтенному дварфу всегда найдётся занятие, лишь бы шестерни в голове были смазаны, а руки молоток могли держать. Вот только к этому времени Грабл переделал всё: проверил и поправил состояние рельс, смазал механизмы поворотных стрел и заменил старые детали, рассортировал запасные детали в сарайке при станции. Даже залатал небольшие дыры в самом здании станции, благо инструменты и материалы в сарайке были в достатке. Составил список запасных деталей, провизии и прочих нужных вещей и отправил его по пневмопочте. За это время станцию никто не посетил. Ни человек, ни дварф, ни гном, ни гоблин. Грабл, наверное, обрадовался бы даже чудовищу. Ненадолго, но чудовище бы точно разогнало его скуку. Ему даже пришла в голову мысль, не собрать ли коллекцию камней. Слава кирке, её прервал шум паровой кареты. Кареты?! На крыше кареты сидел горбун, а управлял паровым транспортом кто-то очень молодой на вид.

– Медная вошь! – Грабл вышел посмотреть на приближающийся по рельсам транспорт. – Сбрасывай скорость! Идиот!

Кучер кареты, или машинист в дварфском варианте, начал резко тормозить. С крыши слетел огромный горбун и кубарем покатился по земле. Скорость была слишком большой, чтобы остановиться на станции. Рельсы же, как и приказано было, вели в тупик. С их разгоном, а это явно была новейшая модель и давала скорость в несколько раз большую, чем обычные паровые кареты, пассажиры отправятся сразу к Крылатому. Или к Неназываемому, учитывая, что кто-то посмел поковыряться в паровом движителе. Если Грабл побежит к поворотной стреле через рельсы, то его самого собьёт.

– Медная вошь! – Грабл вытащил из-под плаща заряженный пистоль, закрыл один глаз и прицелился. Зарядить второй раз он не успеет. Один шанс. – Молот мне на ногу! Попал!

Шарик свинцовой пули совершил короткий полёт, с металлическим лязгом поворотная стрелка откинулась. Рельсы теперь вели на другую ветку. Карета скрипя и искря колёсами, остановилась в полусотне шагов от станции. Замерла и затем медленно поползла обратно. Рядом раздал стон. Горбун тоже выжил, и по тому, как он двигался, было понятно, что даже ничего не поломал, лишь испачкался и свёз лицо.

– Идиоты! – вместо приветствия утвердил Грабл, когда они все сидели за столом в здании узловой станции. Вернее все, кроме одного. Молодой парень с криком убежал в степь. Догонять его никто не стал. – Кто вообще доверил управление человеку?

– Мастер дварф, – первым ответил юноша с белым глазом, самый молодой из пятёрки прибывших. Теперь их осталось четверо: юноша в чёрном дублете с вышивкой весов, женщина и крупный мужчина в синих цветах башни гидромантов и горбун. Последний остался снаружи, он просто не поместился в небольшом помещении. Рассмотреть убежавшего дварф не успел.

– Господин артефактор, его магичество, не соизволил представиться, только он умел вести карету.

– Туруз Болифан, – вмешалась женщина с хриплым голосом. И когда все посмотрели на неё, добавила: – Он прокричал это, когда убежал. «Я не Оболтус, Я Туруз Болифан», и что он шлёт Академию к Неназываемому.

– Ну и скверна с ним, – Грабл ударил кулаком по столу. – Вы-то чегоприпёрлись? Чуть станцию не разрушили.

– Я Анеж, ученик мастера Боледо, вместе с его помощником Горбуном приехали за грузом для торговой гильдии, – Анеж кивнул головой на огромного горбуна, а затем на двух наёмников и добавил с нажимом: – Барга и Бугай просто пассажиры и сейчас отправляются по своим делам.

– Да, господин Анеж, – Барга встала первой и потянула за собой Бугая.

– Уф, – Грабл хлебнул из фляги, затем с прищуром глянул на юношу, налил немного в чашку и подвинул её к гостю. Грабл смеялся, наверное, целую минуту, когда лицо Анежа перекосилось от одного глотка. – Дварфская вода для крепких подгорных жителей, а не для сопляков. Боледо прислал ученика. Сам, поди, испугался, когда между нашими народами война?

– Между мастером Боледо и дварфским торговым домом также и договор о поставках металла, – Анеж допил остатки гномьей воды, как её называли люди, на этот раз даже не поморщившись. Лишь немного покраснело лицо. – Если ваш торговый дом разрывает сделку, то обязан вернуть оплату. Вот копия договора. Если торговый дом забыл.

– Дай сюда, – Грабл быстро проглядел текст. На самом деле он прекрасно его знал, вот только его нужно было время, чтобы подумать. Никаких прав у дварфа отвечать перед торговой гильдией не было. Но груз стальных слитков должен был уйти с этой станции, и он был представителем торговой гильдии до сих пор. Грабл свернул договор в тубус, туда же вложил записку. Тубус отправился в трубу пневмопочты. Он дойдёт до ближайшей станции, а оттуда до следующей, и так достигнет подгорного королевства. Надо подождать. Долго. А тут не постоялый двор.

– Мы не уйдём без ответа, – Анеж слегка поклонился дварфу и покинул здание станции.

Ждать действительно пришлось долго. Солнце уже скрылось за горизонтом, когда медный цилиндр выстрелил из трубы пневмопочты. Грабл даже подпрыгнул от неожиданности. Торопясь, он раскрутил цилиндры. Выпало две записки. Первая – расписка гномского банка на сумму товара. По сути, торговую гильдию людей мягко послали. Представители гномьего банка исчезли на следующий день после бала Исхода. Вторую записку дварф Грабл прочитал несколько раз. Губы его под рыжими усами распылись в широкой улыбке.

Глава 10. Ошибки прошлого.

«Избавляйтесь от ошибок прошлого и, когда вы это сделаете, ваше сердце станет сильнее»

Скорпмор. Пустыня.

Скорпмор сполз с седла, держась за бок. Его всё-таки ранили, но он не заметил, когда это произошло. Некромант скинул свою чёрную мантию. Рана оказалась небольшой, благодаря некромане уже не кровоточила и почти затянулась. Только тёмное некрозное пятно осталось на коже. Зверей тут нет, кровь никто не должен почуять, но некромант всё равно оторвал лоскут от рубахи и вытер остатки крови. Грязную тряпку он сначала бросил на песок, но потом передумал и закопал поглубже с помощью посоха. Глаза черепа на навершии на секунду даже вспыхнули зелёным светом от такого кощунственного обращения с ценным и могущественным артефактом. Кроме песка вокруг ничего не было на многие километры. На горизонте виднелись песчаные барханы, и позади та же однообразная картина. Вверху же, как и полагалось светилу, сияло солнце. Но не такое тёплое и приветливое, как в окрестностях болотной башни. О, нет, тут оно было злым. Натянув обратно чёрную мантию, Скорпмор коснулся головы костяного дракона.

– Покойся с миром, –некромант потратил много сил на поднятие дракона Волей, но оставлять его на произвол судьбы было неправильно. Они и так оставили его тело на сотни лет гнить под водой. – Покойся с миром, Тлау.

– Рррррр…. – это был первый и последний звук, который издал дракон. Затем Тлау рассыпался костяной крошкой, которую ветер за секунды разнёс по пустыне. На земле остался лишь небольшой кусок.

– Кость, – Скопмор поднял плоский фрагмент кости размером с ладонь. – Прощальный подарок?

Скорпмор осмотрел фрагмент магическим зрением. Столь крохотное использование магии не должно быть замечено, уж тем более на фоне развоплощения древней нежити. Посмертных заклинаний нет. Потом изучит подробнее, когда вернётся в Чёрную башню. Если вернётся. Второй раз воскреснуть не выйдет. Так же на месте развоплощения дракона осталось его седло. Тащить его было тяжело, а выбрасывать жаль, так что оно отправилось в пространственный карман на своё место. Знай он заранее, куда попадёт, то оставил бы в кармане флягу воды. Сейчас у него ни воды, ни еды, ни сил. Из всего имущества посох, сумка с чумным черепом, небольшой нож, подвешенный на шее за верёвку, и кость дракона. Маловато для путешествия по пескам, но достаточно для мага. Убирать костяшку к черепу он не стал и приложил её к посоху, зажав ладонью. Так не потеряет. Посох дрогнул, череп повернулся к нему. Кость дракона начала растекаться как воск, а затем соединилась с позвоночником на посохе. Глаза засветились ярким светом, и тут прямо в голову некроманту один за другим потекли образы.