Люся у психологов

Может быть неприятно услышать, что это не уникальный случай. И приятно услышать, что это решается технически.

Люсинда, к сожалению, я  не смогу продолжить с вами работу.

Поясню: вы, безусловно, и это явно видно, человек сильный, имеющий стремление развиваться. И одного этого уже достаточно, чтобы мы с вами достигли успеха.

Вместе с тем, попробовав несколько режимов работы (вопросами в стиле классического мягкого коучинга и, скажем так, классическим жестким менторством), я сталкиваюсь с сильным сопротивлением вашей текущей "картины мира".

Эта картина мне внушает уважение, вместе с тем, если она эффективна, то я точно не нужен, вы сами все сделаете.

А если она неэффективна, то тогда зачем сопротивление? – я ожидаю готовность отказаться от нее, чтобы двигаться дальше. Иначе, она (картина), к сожалению, противоречит выраженной вами готовности развиваться дальше.

Поэтому очевидно, что на преодоление текущей картины мира, на переход от защиты к учебе, мы с вами потратим много времени. Результат, в любом случае будет, но встреч будет много, очень много, а результат каждой встречи долгое время будет не очевиден. Для вас это будут большие расходы, а мне будет дискомфортно, поскольку я привык работать в моделях "режим учебы вместо режима защиты" и "явный конкретный запрос от Клиента = явный конкретный явный конкретный результат от меня = в каждую встречу".

Люсинда, оплачивать прошедшую сессию отсутствует необходимость.

Неудач не бывает, есть только опыт.

Будьте счастливы при малейшей возможности.

Приятных выходных!

С благодарностью и восхищением,

Роман Жигуль, тренер – реабилитатор

Зам. Председателя Федерации управленческой борьбы (РО в Нск)

Член Совета (Главный редактор) Ассоциации психологов Синтон-подхода

Автор статей для порталов "Психологос", "ВсеТренинги" – читайте!

Спикер конференции "Маркетинг и продажи-2018" – регистрируйтесь!

………конец письма……..

Письмо произвело на меня гнетущее впечатление. В тот момент для меня это был набор слов в котором я увидела «долго» и «дорого».

Долго – это сколько? Откуда он знает, сколько у меня денег и что мне дорого, а что – нет?

«Обещанные упражнения» были вообще не в тему.

В тот момент я не понимала: куда развиваться?

Зачем мне это, если я в точке «ни хера не понятно».

Мы не ставили никаких целей, чтобы мне их пропускать через «процесс Диккенса».

Обвинения в «защите картины мира» тоже звучали абсурдно.

Я не знала, что у меня за картина мира.

На мой 34 – ый, кажется, день рождения ко мне принеслась мать с картиной «одинокая ромашка в чёрной пустоте».

Она проявила дикую прыть и даже притащила шуруповёрт, гвозди и брата, чтобы он быстренько прибил мне её на стену.

– Смотри, как к обоям подходит! Хорошая же картина! – я послушно кивала, думая в тот момент «не обижать же людей».

Я думала:

– На хрена мне картина? Я просила? Знают же, что у нас разные вкусы.

После матери в квартиру забежал отец с полотном, похожим на те, что продают в переходе. Деревенская идиллия, но огромная, на полстены.

– Смотри, как подходят к обоям в спальне!

Картины, подходящие к обоям. Что может быть тупее.

Позднее, я сделала в квартире «магическую уборку» по Мари Кондо. Я вытащила кучу хлама.

Выкинула массу ненужных вещей и, конечно, нужных тоже. Мой мазохизм везде вторгался во все дела.

Потом я вообще решила съехать с этой квартиры, распродав большинство вещей.

И уже съезжая, я заметила, что даже во время «магической уборки» не заметила эти картины. Они слились для меня со стенами и с моей жизнью.

Так работает бессознательное.

У меня не было СВОЕЙ картины мира.

Я была мусоркой, которая собирала в себя всё, что в неё толкают.

– Не обижать же людей! – был главный гипноз моей жизни.

После того, как я сделала уборку по Мари Кондо и мне стало просто поддерживать порядок в доме я обнаружила, что легко захлямляю идеально убранный ящик на кухне.

У меня была привычка брать флайеры и листовки на улице:

– Не обижать же раздатчиков мусора!

Я притаскивала в дом ненужный хлам, стараясь не мусорить на улицах Новосибирска, в котором не хватало урн.

В какой – то момент я вспомнила своих богатых знакомых, кидавших окурки из окна со словами:

– Мы оплачиваем уборку, пусть собирают.

Меня это жутко покоробило. Они всё везде старались урвать, выразить недовольство, выпросить скидку, загрузить окружающих.