Обитающие в ночи. Все истории. Сборник

– Идите. Присоединюсь к вам через пару часов.

Опять ютиться на краю, обречённо подумал ликвидатор. Зайдя в комнату, он завёл будильник на семь утра и, едва коснувшись головой подушки, заснул крепким сном человека, хорошо выполнившего порученную работу.

Открыв глаза через три часа не выспавшимся, но восстановившим силы, Анатолий, наученный горьким опытом, сперва оценил своё положение в пространстве. К счастью, напарница, закутавшись в одеяло с головой, лежала у противоположного края. Решив растолкать её чуть позже, он, одевшись, спустился в ресторан за утренней дозой кофе и килокалорий, вернулся, составил в уме список дел на сегодня, перебрал бумаги, натянул броню и только после этого отправился будить Нику. Она уже успела переместиться на середину кровати и спала на животе, засунув обе руки под подушку. Одеяло слегка сползло, являя взору напарника верхнюю часть спины без какого-либо намёка на одежду для сна. Ругнувшись, он отвёл глаза, отыскал на полу скомканный халат, свернул его в увесистый комок и, размахнувшись, швырнул в спящую. Раздался нечленораздельный звук, выражающий недовольство, и полный страдания голос возопил:

– Нельзя было как-то нежнее?

– Ты забыла надеть пижаму – ответил Толик, глядя в стену. – Если бы я позвал тебя или коснулся плеча, что бы случилось?

– О, чёрт! Прошу прощения. Мне так не хотелось раздражать кожу после серебра, поэтому и легла без всего. А вы уже спали и сделать мне замечание не могли. Тем не менее кидать тяжёлый сверток из махровой ткани не стоило. И вообще, чего вы там не видели? – ожогов на ней больше не было, а с ними пропало и смущение.

– Я, в отличие от тебя, на коллег в раздевалке не пялюсь, – он повернулся и вышел из спальни. Условно одевшаяся Ника поспешила следом. – Пойду в Управление, отдам им документы и плёнку для ознакомления, возьму Вадима…

– Нет. Берите помощника. Он менее опытный, легче разговорить.

– Разумно. Пусть посмотрит, как мы работаем.

– Кстати, – Ника подёргала себя за прядь, вспоминая, – ночью со мной связался Яковлев, спрашивал, тестировали ли мы его новую разработку.

– Ещё нет. Для этого тебя не должно быть рядом, а мне не помешал бы противогаз или хотя бы комплект из очков и респиратора. Попрошу средства защиты в Управлении и сегодня же испытаю, – Толик достал из ящика очередное изобретение талантливого инженера, привычно отметив про себя, насколько облик и поведение Яковлева не сочетаются с откровенно садистскими идеями и концепциями, выдаваемыми его мозгом. Безупречно подобранная одежда, хорошие манеры, вежливость, трогательная любовь к жене – и пистолеты, ножи, проволока, перчатки с заклёпками, зазубренные серебряные иглы. Психика, вероятно, у него была далека от нормальной, впрочем, нормальные в отделе и не задерживались. Аккуратно расположив в специальном кармане образец для тестирования, ликвидатор, оставив напарницу сидящей на левом краю дивана с телефоном в руках, сбежал по лестнице и через несколько минут пешей прогулки уже стучал в знакомую дверь.

– Утро доброе! Это вам прочитать, копии можете вложить в дело, оригиналы вернёте. Плёнку проявить, там фотографии голов – нам важно, насчёт вас не уверен.

Следователь, недоумевая, поднял глаза:

– Голов? Что вы имеете в виду?

– Головы ликвидированных положено отделить от тел, сфотографировать для идентификации и доказательства выполнения задания, а затем выставить на свет, чтобы обратить в прах, – радостно просветил его Толик.

Вадим слегка побледнел, но справился с эмоциями:

– Как всё серьёзно. Вам удалось, э-э-э, ликвидировать всех членов группы?

– Нет. Осталось двое, но с ними проблем возникнуть не должно. Я собрался заняться уцелевшими как раз после визита сюда. Для этого мне понадобится какой-нибудь противогаз и ваш помощник Виталий.

Следователь ожидаемо нахмурился:

– Помощница у вас была, и по силе с ней мало кто сравнится. Зачем вам ещё один человек?

– Ника не помощница, а напарница, – исправил Анатолий. – Она, безусловно, сильна, вот только выйти на улицу сейчас не может: дневной свет для обитающих в ночи смертельно опасен. Мне же, по регламенту, требуется свидетель: другой ликвидатор или человек. Я не буду заставлять его делать мою работу, но посмотреть на труп он в состоянии?

– Вполне. Что насчёт взрыва на предприятии?

Толик глубоко вздохнул и выдал:

– Никто его взрывать не собирался. Изучите записи и увидите. Левицкая соврала так правдоподобно, что ей все поверили, а на самом деле взлететь на воздух должен был главный собор. Тоже плохо, однако сделка десятилетия вне опасности.

Прежде чем Вадим открыл рот, собираясь то ли возражать, то ли ругаться, в кабинет без стука вошёл Виталик, и скандала не вышло. Следователь объявил помощнику, что тот временно сопровождает ликвидатора, вдвоём они зашли на склад, подобрали необходимое и направились к месту жительства первого из оставшихся.

Глава 11

Виталий, не замедляя шаг, вытянул из пачки сигарету, чиркнул зажигалкой, с удовольствием затянулся, и, поймав взгляд Толика, предложил:

– Угостить?

Анатолий покачал головой:

– Пока не могу. Во время работы нам нельзя ни курить, ни употреблять алкоголь. Вампиры слишком хорошо чуют эти запахи. Да и моей коллеге дым не по нраву.

– Больно вы трясётесь над своей… коллегой. Она ведь тоже из них. Тварь, одержимая вечной жаждой, – процедил помощник сквозь зубы. Прикрыв глаза, Толик сосчитал до десяти, выдохнул и голосом, не выражающим никаких эмоций, объяснил:

– Не равняй ликвидатора с обычными кровососами. Ника – одна из немногих, кто обуздал внутреннего монстра. Она никогда не охотилась на людей, более того, эта женщина скорее убьёт себя, чем причинит вред человеку, однако потерявших человеческий облик кровопийц безжалостно истребляет. Поэтому я с ней считаюсь.

Лицо помощника повеселело:

– Вот оно как. А я уж было решил, что вы её любите, или, страшно сказать, потрахиваете.

До хруста сжав челюсти, ликвидатор промолчал. Скоро они подошли к обшарпанной, давно не крашеной девятиэтажке. Виталий указал наверх:

– Третий этаж, второй балкон с краю. Комната всего одна.

Анатолий прищурился:

– Никакого остекления, не захламлён, форточка приоткрыта. Лучше не придумаешь. Надеюсь, соседи сверху дома, – и, не откладывая в долгий ящик, зашагал ко входу. Кодовый замок на двери был примитивный, с десятью круглыми кнопками, не заметить нужные цифры мог только слепой. Поднявшись на четвёртый этаж, он пропустил помощника вперёд, предоставив тому проводить переговоры. Корочка служащего Федеральной службы безопасности подействовала на пожилую женщину как удав на кролика, и их беспрепятственно пропустили. Закрепив прихваченную на складе верёвку, Толик подёргал её:

– Пойдёт. Если через десять минут после хлопка я не выйду на балкон и не позову тебя, звони Нике, она пошлёт сюда карательный отряд из ближайшего филиала Министерства.

Будущий следователь кивнул, и ликвидатор, натянув полнолицевую маску с присоединённым фильтром (противогаз им найти не удалось), скользнул вниз. Практически бесшумно приземлился, подкрался к форточке, достал небольшой серый цилиндр. Как раз у этой створки полотна ткани смыкались – значит, разбивать стекло пока не нужно. Выдернув чеку, он метнул гранату между шторами и распластался на холодном шероховатом бетоне. Звук взрыва оказался вовсе не громким, зато последовавший вскоре вой по пронзительности и силе мог бы посоперничать с сиреной системы оповещения. Длился он минуты три, а по истечении ещё двух Толик поднялся, открыл окно и проник в комнату. Пыль осела не полностью, но видимость была приличная. Судя по всему, здесь никого. Разведя по сторонам шторы и впустив в помещение дневной свет, он, приготовив оружие, прикинул планировку, вышел в коридор, добрался до ванной, щёлкнул выключателем и рванул дверь на себя.

Вампир сидел на полу, подтянув колени к подбородку и уткнув в них лицо. Граната, брошенная Анатолием, была начинена мелкодисперсным серебряным порошком. При вдыхании (мало кто из кровососов избавился от этого рефлекса) благородный металл оседал на слизистых и частично проникал в носоглотку, причиняя ужасные муки и напрочь убивая обоняние, а частицы, попавшие в глаза, мгновенно ослепляли. Бедолага, видимо, вскочил с дивана прямо в смертоносное облако, и, обезумев от боли, забился в самое тёмное место, пытаясь восстановиться. Услышав щелчок, он успел лишь приподнять голову. Пуля попала точно в середину лба.

– Первый готов, – пробубнил Толик самому себе, вышел на балкон, оповестил Виталия об удачном исходе и вернулся в квартиру, чтобы отпереть входную дверь. – Проходи. В ванной наш клиент.

Помощник быстро натянул защитный намордник и преувеличенно бодро шагнул за порог. Ликвидатор последовал за ним, гадая, обойдётся ли в этот раз без дурацких вопросов.

– А это точно вампир? Выглядит, как обычный труп.

Вздохнув, Анатолий протиснулся к телу, вытащил нож и, приподняв маску, прислонил лезвие плашмя сначала к своему лицу, потом к неживому:

– Человеческая кожа на серебро не реагирует. У него же на щеке красный вдавленный след. Нажми чуть посильнее – и образуется что-то похожее на ожог. Если заглянуть в рот, мы обнаружим там вот такие прекрасные зубы. Безусловно, нож я мог чем-нибудь смазать, да и клыки у людей редко, но вырастают больше положенного. Что ж, прошу в комнату для более наглядной демонстрации, – он поволок лёгкое тело по коридору. Дал Виталию пройти первым, на минуту остановился, сделал фото головы крупным планом и решительно вытащил вампира на свет. День был пасмурный, процесс превращения плоти в прах шёл медленно и эффектно, однако всё равно не занял и пятнадцати минут. Обойдя оставшееся на полу пятно пыли неправильной формы с лежащей посередине одеждой, Толик с лёгкой иронией вопросил:

– Убедился? Дело сделано, идём дальше, – и, не оборачиваясь, отправился к выходу. Человек из Управления, не говоря ни слова, поплёлся следом. Судя по лицу, он был неприятно впечатлён.

– И как давно вы этим занимаетесь? – спросил помощник, едва они вышли на улицу. До последнего из неоязычников было около часа спокойной ходьбы либо минут пятнадцать езды на троллейбусе, поэтому Анатолий предложил:

– Если хочешь, могу коротко рассказать, как я дошёл до такой жизни, тогда пошли пешком и перехватим чего-нибудь по дороге. Можно беззаботно поболтать и в кафе, а потом добраться до места на такси, но это будет дольше, дороже и привлечёт куда больше внимания, – Виталий, разумеется, сделал правильный выбор, и, на ходу уничтожив вполне приличную шаурму, Толик приступил к озвучиванию собственной биографии:

– В Министерстве я уже тринадцать лет. Пришёл, как и большинство людей, за деньгами – элитным бойцам всегда платили прилично, вот только стать им сразу, увы, не получилось. Я-то думал, человека, не один год служившего в войсках специального назначения, не зачислят в обычные каратели, однако меня быстро обломали: ликвидатором можно стать только после сдачи экзамена.

– Что за экзамен? – включился в разговор служащий Управления.

– Крайне простой. Нужно победить, но не убить действующего ликвидатора-вампира. Мне дали поблажку: велели просто достать ножом. В противном случае пришлось бы набираться опыта, патрулируя улицы. Отказываться было поздно, и вот мы уже в тренировочном зале, у меня в руках оружие с посеребрённым клинком, напротив…

– Эта ваша Петрова?

– Нет, она в то время тоже была карателем. Моим противником стал тощий невысокий подросток лет семнадцати на вид. Я успел только подумать, что надо мной издеваются, как он напал. Это был короткий бой, чувствительно ударивший по самооценке, но позволивший трезво взглянуть на собственные возможности. Сделав выводы, я поступил куда предлагали, отпахал около шести лет, учился, потом всё-таки сдал экзамен (противник был другой, однако не слабее предыдущего), и вот уже восьмой год истребляю не поехавших новообращённых, но хищников посерьёзнее, вроде ваших любителей всего нехристианского.

– У них же ничего не получилось, – презрительно фыркнул Виталик.

– Не вышло совершить террористический акт. Людей они убивали успешно и часто. В том доме, где мы были второго числа, как минимум в четырёх квартирах лежат обескровленные трупы, а среди бумаг мы обнаружили карту города с отметками – судя по всему, места удачной охоты. Вадим, полагаю, уже в курсе, так что Следственному комитету предстоит много работы.

– И почему их всех не перебили во время войны? – в голосе молодого мужчины были горечь и злость. – Как вообще на Земле могло произойти такое?

– Не перебили, потому что не смогли: кто-нибудь всегда уходил от преследования и потом жестоко мстил за сородичей. Научный отдел недавно посчитал, сколько людей и оружия нужно для полного уничтожения – гораздо больше, чем можно себе представить, да и скоординировать действия нереально, а без одновременного наступления ничего не выйдет. Второй вопрос задавать нет смысла: всё уже случилось. В итоге мы решили попытаться сосуществовать в состоянии условного мира. Удаётся далеко не всегда, но в целом приемлемо, – а мальчик так явно не считает, отметил он мимоходом. Какие-то личные счёты с кровопийцами? Расспросить получше Толик не успел: они вошли в арку между двумя шестнадцатиэтажными домами, пересекли большой внутренний двор и остановились у высокого светлого здания.

– Он на тринадцатом этаже. Угловая лоджия, – высоковато, полное остекление, кажется, даже занавески присутствуют. Проникнуть с фасада не вариант.

– Как там с этажной планировкой, не знаешь?

– Вроде бы от лифтов направо и налево по узкому коридору на четыре квартиры. Вход в тамбур преграждает общая дверь.

Раскинув мозгами, Анатолий пошарил по карманам в поисках отмычек.

– Идём. Будет чуть сложнее, чем я думал, но не чрезмерно, – оставив помощника на лестнице, он позвонил в каждую из квартир левого блока. Убедившись, что владельцы отсутствуют либо затаились, без усилий взломал общую дверь, и, не скрываясь, попытался вскрыть квартиру напротив нужной. Замок был довольно продвинутый, ничего не вышло, поэтому, развернувшись, Толик вставил изогнутую железную проволоку в скважину, якобы выглядящую менее надёжной. Пара минут имитации взлома, и притаившийся внутри сообразит, что его пытаются ограбить. В полицию звонить вампир вряд ли будет, значит, или встретит незваного гостя внутри, или… Бесшумно и резко проход открылся, и он не глядя выстрелил в темноту. Взвыв от боли, чёрная тень метнулась в одну из комнат. Включив свет в коридоре, ликвидатор заскочил следом, приготовившись к нападению. Однако высокий мужчина с усталым лицом, зажимающий рану на плече, похоже, не собирался прыгать на человека. Он стоял у окна, освещаемый тусклой настольной лампой, и, не мигая, смотрел на палача.

– Стало быть, всё, – сказал последний из группы и, отпустив руку, отдёрнул тяжёлую тёмную штору.

Глава 12

В сущности, моя работа практически закончена, думал Анатолий вечером, входя в гостиничный номер. Остаётся только добиться выдачи Левицкой и составить отчёт. С первым разбирается напарница, второе можно быстро и ловко сделать в четыре руки. Неужели и впрямь получится вернуться пораньше?

– Ника, как у тебя дела?

Напарница, что-то увлечённо записывающая в толстую тетрадь, подняла голову:

– Я связалась с генералом. Он обещал сделать всё возможное, но завтра этот странный праздник, поэтому максимум, на что мы можем рассчитывать – пятница.

Точно, припомнил он, это мы пашем от заката до рассвета, игнорируя выходные, а на Управлении даже табличка висит со временем работы.

– Значит, будем спать до победного, а как проснёмся, начнём писать отчёт.

Она, не разделяя его энтузиазма, пожала плечами:

– Мне придётся весь день провести как на иголках, ожидая звонка из Министерства, а потом составлять план допроса. Кстати сказать, на вашем месте я бы сейчас дошла до магазина: это не Москва, неизвестно, открыты ли здесь по праздникам кафе и рестораны.

Совет был дельный – Толик заставил себя переодеться, взять кошелёк, выйти на улицу и доползти до ближайшего сетевого супермаркета. Быстро закупившись необходимым, он притормозил было у аптеки, но заходить всё же не стал, решив сначала завершить это дело и только потом приступать к повышению уровня лояльности ликвидатора Петровой. Вернувшись, Анатолий потратил остатки сил на приведение в порядок себя, брони и оружия и, рухнув на кровать, моментально вырубился. Проснувшись на сто процентов отдохнувшим, изрядно голодным и полным сил, он с удовольствием потянулся, не спеша поднялся и, только выходя из спальни, понял, что вторая половина кровати не занята. Было около двенадцати, Нике полагалось безмятежно дрыхнуть, однако она всё так же сидела в гостиной в окружении бумаг, карандашей и шариковых ручек.

– Ты что, не ложилась? – поинтересовался Толик.

Она кивнула:

– Хотела дать вам выспаться без риска упасть с постели.

– А о себе ты подумать не захотела? За последние сутки тебе удалось поспать пару часов, не более, а завтра предстоит тяжёлый день. Да, вы способны обходиться без отдыха дольше людей и отключаться по собственному желанию, но восстанавливаться всё равно нужно. Иди, расслабься, три-четыре часа нам погоды не сделают

– Я могу бодрствовать недели две без каких-либо последствий для организма, – запротестовала напарница. Он сделал вид, что собирается отодвинуть штору, и Ника сдалась. – Ладно, поняла. Но это исключительно для очистки вашей совести.

– Как скажешь. Кстати, ты не заходила ко мне перед рассветом? – задал он вопрос, пристально следя за её лицом.

– Нет, – она отвернулась, собирая в стопку вещи.

– Значит, приснилось, – улыбнулся Толик одними глазами.

– Что же вам такое привиделось? – проворчала Ника, стремительно отступая во вторую комнату.

– Уже и не припомню, но, по ощущениям, что-то хорошее, – дверь громко хлопнула о косяк, и он не стал развивать тему. Прошёлся по гостиной, заглянул в ванную, щёлкнул рычажком чайника на мини-кухне, соорудил на скорую руку пару бутербродов, и, заняв большую часть дивана, взял исписанный карандашом лист для ознакомления с содержимым. Как и ожидалось, напарница полночи составляла отчёт, не заполняя предоставленную форму, чтобы избежать ошибок.

– А могла бы сразу ручкой в таблицу, придраться не к чему, – пробормотал Толик в пространство. Попивая крепкий чёрный чай и закидывая в желудок еду, он прочитал остальное, отметил пару мест, которые следовало поправить, и только теперь позволил себе широкую довольную ухмылку. Радоваться едва уловимому прикосновению чуть тёплых губ к щеке было немного несолидно для человека его возраста, опыта и семейного положения, но Анатолий знал, насколько тяжело его напарнице даются подобные проявления эмоций. Несмотря на это, она решилась сделать первый шаг, пусть и в своей обычной сдержанной манере, значит, следующий ход за ним. Обкусывая ноготь на левой руке, Толик попытался набросать в уме план действий. Где продают свежую мяту, он уже знал от администратора, побриться собирался накануне, а некоторые чисто технические моменты ему рассказала года три назад сама Ника. Припоминая, как это было, ликвидатор изрядно повеселился.

Они тогда вышли в дозор вчетвером: он, Петрова, Мартынов и молоденькая, только что прошедшая обучение карательница Полина Тоснова. Недавно начался май, деревья и кусты только-только покрылись нежной липкой зеленью светло-салатового цвета, а в Лосином острове опять появился клыкастый охотник на людей. Две его жертвы выжили, погибших только предстояло найти, и доблестные служащие Министерства прочёсывали участок леса, примыкающий к району Богородское, в поисках потерявшего всякий стыд кровопийцы.

– Дядя Толик, воткни флажок в куст сирени, под ним жмур, – непринуждённо попросил Олежа, показывая рукой направление. Он шёл рядом с новенькой и очень старался произвести на неё впечатление.

– Я тебе не дядя, – огрызнулся Анатолий, сошёл с тропинки и вонзил тонкую деревянную палочку с красным прямоугольником в остывшую к ночи землю. – Думаешь, это сделал наш клиент?

– Прикопано у самой поверхности, лежит дня три, обескровлено – наверно, лоси затоптали и похоронили, – съязвил седовласый подросток, получил подзатыльник от Ники, оскалился, но, вспомнив о девушке рядом, спрятал зубы.

– Сходи лучше, осмотри развалины сарая вон там, впереди. Тоснову возьми с собой, покажешь, как это делается.

Мартынов сорвался с места, карательница побежала следом.

– Зря вы отправили с ним девчонку, – меланхолично заметила напарница. – Он самостоятельно проверит остатки строения вместе с прилегающей территорией за пару минут и потащит её в ближайшие мало-мальски густые кусты.

– Он что, голодный? Ты знала об этом и не предупредила? – встревожился Толик. Конечно, Олежа не дурак и вряд ли будет рисковать своей шкурой ради глотка свежей крови, но мало ли.

– Не переживайте, жрать Полю никто не собирался. Она симпатичная, Олег ей нравится, вокруг ночь, красота, романтика…

Сообразив, он прервал её:

– Как они собираются это провернуть, не раздеваясь?

Ника легкомысленно отмахнулась:

– Никто ничего снимать не будет. Скорее всего, он прокусит ей безымянный палец, угостится капиллярной кровью, и этой малости хватит минут на пять-десять лёгкого петтинга, – невозмутимо заявила она. Посмотрела на напарника, прищурилась. – Что из сказанного так вас смутило? Дайте-ка угадаю – методичку с базовыми сведениями о вампирах, выдаваемую на первом году учёбы, вы не потрудились даже открыть?

– Я читал! – возмущению его не было предела. – Но информации такого рода не встречал.

– Она в приложении, туда добираются лишь самые старательные и любопытные. Я вот дошла, хотя нужды в том не испытывала, ибо давно всё узнала на практике. Если вам так же скучно, как и мне, могу пересказать напечатанное близко к тексту.

– Почему тебе скучно? – спросил он, оттягивая принятие решения, ибо знать об особенностях личной жизни вампиров было любопытно, но неизвестно, насколько адекватно воспримет этот интерес напарница.

– Тот, на кого мы охотимся, сегодня не придёт. Возможно, сбежал, почуяв нас.

– Как ты пришла к таким выводам?

Она указала вперёд:

– Окажись здесь хоть малейший намёк на присутствие голодной твари, Олежа рыскал бы вокруг, не думая о девице, – резонно. Мартынов в первую очередь профессионал, а в инфантильного раздолбая превращается, лишь закончив работу. Топтаться на месте, ожидая возвращения парочки, было действительно не слишком увлекательно, и Толик решил послушать:

– Я готов узнать ещё один бесполезный факт о вампирах, только будь помягче в выражениях, пожалуйста.

– Отчего же бесполезный? – пробурчала Ника себе под нос и менторским тоном начала импровизированную лекцию:

– Вампиров в состоянии голода различной интенсивности либо слегка насытившихся (а большую часть своего существования мы проводим, чередуя эти стадии) принято считать асексуальными. В сущности, это похоже на правду, однако отсутствие полового влечения не означает невозможности привязываться, влюбляться и любить. Плюс установки о ненормальности жизни без интима, вбитые в голову с детства, плюс воспоминания о том, как приятно было делать это раньше, и так далее. Словом, однажды двум вампирам – рассмотрим пока только внутривидовое взаимодействие – может прийти в голову попробовать заняться сексом. В первую очередь они открыто говорят друг с другом о намерениях. Когда мозг каждого принял решение, в дело вступает кровь – отдельная порция специально для вышеуказанного. Немного, пятьдесят-шестьдесят миллилитров на одного, хватает на пару раз. Выпив, надо сконцентрироваться, хорошенечко подумать о предстоящем процессе, затем заставить организм запустить механизм возбуждения, синтезировать нужные гормоны и прочее. Если хоть немного знать физиологию, анатомию и биохимию, сотворить такое довольно просто, но самовнушение тоже работает. Далее немного предварительных ласк, и погнали. Две-три минуты обоим для достижения пика, короткий перерыв, повторить, и вот ты уже сидишь, думаешь, стоило оно того или нет.

– И какой ответ преобладает? – решил выяснить Анатолий прежде, чем начать завидовать.

– Положительный. Ощущения слабее, чем до обращения, но всё равно неплохо.

– А что насчёт нашего любвеобильного коллеги?

– Это уже совсем другая степень осознанности, до которой мне пока ох как далеко! Малое количество крови при правильном использовании делает нас лишь слегка возбуждёнными и сверхчувствительными к партнёру, что позволяет лучше выявить потребности, желания и реакции на различные действия. Весьма полезно (хотя и не обязательно) для близости с человеком либо опытным вампиром, приёма основной дозы, впрочем, не отменяет. Так что Мартынов просто старается произвести хорошее впечатление для возможного будущего контакта.