Орден Волонтёров

– Тише, Линда!

– Да что ж ты зашуганный такой, муженёк, ка мышь под веником. Идём уже к столу, народ голодный нас ждёт, пищу не вкушает. Потом в швейный цех сходим, Портки и штаны нормальные закажем. Кошмар, эти шелковые подвязки бантиком с чулками на мужике, чёрти что!

– Не ругайся, милая. Ты – моя Светлость!

Глава 44

Андреас.

Сказал бы мне кто год назад всерьёз, что я в качестве феодала буду принимать в собственном замке правителя соседнего государства, да с супругой, моей неугомонной сестрицей! Я даже по больной голове человеку не стал бы стучать. Жалко. Сразу неотложку.

Однако, вот он: собственной персоной входит в трапезную, волоча под белу ручку расфуфыренную Амелинду, вместе со всеми её непроизносимыми титулами. Сейчас на наши с Идусей места плюхнутся. На святое покусились! Усаживаемся рядом с герцогом. Помолились.Теперь стало быть, можно поесть. Нет, нельзя! Ждём – с, пока их Сиятельства первыми кусочек откушать изволят. Потом только мы нижайше имеем право пожрать! Так – то вот! Каждую секунду нужно помнить все нюансы этикета. Мне легче остальных, я это проходил в институте.

К примеру: Линда уже нарушила правило посадки за столом. Она приказала принести стул, дочь герцога посадила между мужем и собой. Девчушка – с виду тощенькая, забитая тихоня, ведёт себя не как ребёнок, тут детей воспитывают сурово, даже знатных, особенно знатных. Сестра на эту мелкую не надышится, с чего бы? Прямо лучи и потоки любви льются из её глаз на это чахлое средневековое чадо. Кусочки чуть ли не в клюв суёт, что – то гургучит, на своём, на женском наречии.

Спрошу потом, чё её так торкнуло. В трёх браках детей у сестры не было, я не вникал, с тупыми вопросами не лез. Может здоровья женского нет, а материнский инстинкт есть, куда от него денешься? Моя жена тоже отметилась: на виконтессе сложное головное украшение из розовых жемчужных бусин на золотой проволоке -сеточке и висюльки – колты на ту же тему. Довольный ценным подарком папаша счёл нужным поблагодарить:

– Преизрядной редкости и красоты жемчуг, барон. Откуда такая роскошь?

Рассказать тебе, что это были бусики пластмассовые под жемчуг? Ида их для отделки метрами покупала.

– То индийский жемчуг, Ваша светлость, в Индийском океане такие раковины водятся, в одном заливе. Покойный отец супруги моей целый ларчик оттуда привёз. Она сама умеет украшения делать из бусин и проволоки.

– Да, папенька. Я была в мастерской у госпожи баронессы. Там так много разных ларчиков с отделениями. В каждом – бусинки своего цвета. Она меня обещала научить! Госпожа Сара мне браслет сделала, посмотри.

Вот и голосок прорезался, ничего так, писклявый, звонкий. Возможно это наша будущая графиня. Хотя… Подмажем любящего отца лестью:

– Ваша Светлость, виконтесса просто очаровательная! Мила, умна, воспитана. Как Вы смотрите на то, чтобы ей быть по замужеству в перспективе герцогиней Ольденбургской?

– Ну, вы скажете, барон! С чего бы ей, выйдя замуж за виконта, стать даже не графиней, а сразу герцогиней?

– Папа,пап! Я королевой хочу быть!

– Моя ты умничка! Хессел, ты слышал? Леди Кларисса желает быть королевой, не меньше! Буду, буду я королевой! Только дайте мне короля! – пропела Линда. Да у неё талант. Срифмовала со смыслом и в такт музыке.

– Вам бы всё шутки шутить, моя герцогиня. Я не намерен нарушать договор с графом, расторгать помолвку. У нас что, холостые принцы со вдовыми королями в очередь выстроились?

– Не надо нарушать договоры. Это подрывает доверие и мир. Надо просто сделать графство королевством, баронство Мюнн – графством, только и всего. Поработать над этим. Арбайтен.

– О, женщины!

Закатил глаза к мозгу герцог, одновременно умудрившись перевалить к себе в индивидуальную тарелку самую огромную мантышку с общего блюда. Хреновины,увы, не было. Навряд ли она бы к его разбитой губе прокатила. Но аппетита ему это не испортило. Полил сметаной.

– Только и всего! А какое место в ваших планах занимает Фризия? Не мечтаете ли Вы, милая супруга, стать императрицей?

– Герцогство в составе королевства меня вполне устроит, Хессел. Лишь бы не было войны.

– Вполне может быть война, дорогая племянница. Вряд ли такие серьёзные перемены устроят герцога Германии. Он не потерпит убытка в налогах из за отделения Ольденбургских земель.

– Любите вы все тут отделяться и дробиться. Германия как крестьянское лоскутное одеяло: куча графств, герцогств, независимых баронств в составе разваливающейся Священной Римской империи. Выборный император, итить – колотить! Придумают же такое! Хотя…Очень кстати. Своего человека нужно выбрать. Предложим правящему герцогу императорскую должность, ему будет точно не до Ольденбургского королевства. Когда будут следующие выборы?

– Кх-кх-кха,кха – зашёлся в приступе кашля Светлость.

Я покосился назад. Сегодня нас обслуживали самые доверенные лица из обслуживающего персонала. Их настраивала на верность Амелинда. И всё же…Хессел видимо подумал о том же. Завалил тарелку жены едой, одновременно нахваливая кухарку.

– Мастерица, каких поискать! Я бы к ней на выучку своих поваров прислал.

– Школа баронессы. Госпожа Идалия их обучила.

– Как!!! Она ещё и готовит?

Не удержался, заржал, вспомнив старый анекдот. Светлость вздрогнул, уронил с вилки кусок холодца. Обидчивый, блин.

– Что Вас так развеселило, барон?

– Вспомнилась смешная история, но не при дамах. Как – нибудь расскажу.

– Уж будьте любезны, я напомню.

Вдобавок злопамятный. Очень. Это и так понятно, из истории с Гордеем. Да, я еле – еле выкрутился. Даже сестра признала, что это был практически единственный вариант, всем выйти из этой мутной истории с честью. Обидчивый, злопамятный, жадный, что она в нём нашла? Ах, да. Особые обстоятельства… При смерти был… С чего бы ему, как говорит Миша, помирать посреди полного здоровья? Подозрительно. Поговорю с Вальдемаром, может что нарыл, наш начальник внешней и внутренней разведки. Совет созову на завтра, пусть родич вписывается. Светлость вдобавок обжора. Вон как медовик с компотом наворачивает. Зато не пьяница, кубок только малый рядом стоит, пару раз приложился. Линда мужа в этом вопросе поддерживает, совсем без вина, даже разбавленного обедает. Приятная перемена, а то я уже беспокоиться за неё начал. Как говорится сапожник без сапог…

После третьего развода стала выпивать по поводу и без. Сложно женщине без надёжной опоры, мужской заботы. Её бывшие только пользовались добротой сестры, трудолюбием и талантами, ничего не давая взамен. В таких отношениях силы незаметно уходят, человек, что мужчина, что женщина неосознанно ищет допинг. Хессел похоже мужик основательный, за ним сестра будет как за каменной стеной. Надо поговорить с ним, рассказать про некоторые особенности её характера. Как говорится, ничего личного, нам всем нужно, чтобы их брак был крепким. У Амелинды иногда бывают взбрыки на тему женской свободы и независимости. Совершенно уверен, герцогу такое поведение покажется более чем странным. Предупреждён – значит вооружён.

По поводу вооружения и обороны замка есть у нашего гостя соображения. Много слабых мест нашёл. Сейчас заканчиваем посиделки, пройдём по объектам вместе. Посмотрим, что к чему. Придётся с Гордеем инспектировать. Надеюсь сбросили накал неприязни, добрая, отменная драка получилась. Результаты – на лице. Сияют. Но никому до их бланшей дела нет. Больше половины мужчин с украшениями различной степени ценности и давности ходят. Тренировки с десяткой, ополченцами Северин проводит жёстко, регулярно. Теперь вон гвардейцы герцогские по собственному желанию с утречка на плацу кувырдались. Какой то увалень деревенский Вольфа три раза кряду на спор приёмом положил, после чего они воспылали желанием обучится. За три – четыре дня может как раз три четыре приёма освоят.

– Ваша Светлость, который из ваших пушкарь?

– Рядом с Вольфом, слева сидит, лысый. Ему пороховым газом все волосы опалило, ресницы и брови тако ж. Отменный пушкарь. От сердца отрываю. Обучит людей сколько надо и вернёшь.

– Ввек не рассчитаюсь за такую щедрую помощь! Как Вы кстати пушки доставили, с урожая расплачусь.

– Не надо. Подарок. Сестре спасибо скажи, выпросила. Линда, ты как поняла, что это самое передовое и мощное оружие нашего времени?

– В гавани, на кораблях твоих углядела. В окошечках по борту. Мощное точно, но не самое новое. Есть у брата в оружейной кое что совсем свежее. Никто пока такого оружия не знает.

– Чего мы расселись, разъелись тогда? Заканчиваем трапезу. Спасибо, хозяюшка, прямо праздник души и желудка. Блюда все по вкусу, а сладкий слоёный пирог просто чудо! Самолично пекли? Позвольте облобызать прелестные, талантливые ручки!

И обслюнявил своими разбитыми губищами в сладких крошках лапки моей смущённой Идусечке, причём обе. По времени рано, нет пока в этикете такого приёмчика. Видимо систер уже подсуетилась, приучила. Всё пошло – поехало, новомодное веяние.

Я позвал с нами Гордея, как начальника десятки, что по сути являлась зародышем войска баронства. Присоединился Виктор, мейстер обороны. Ну и мы с герцогом. Ишь как он рванул. Аж котта на ходу развевается. Не терпится. Любопытный. Новый вид вооружения для любого правителя, воина здесь и сейчас это … Это как … Сила, деньги, власть – в одном флаконе. Устремились в оружейную, в правой башне. От левой, где химичил господин Доминик Белькур подальше. Пару раз он уже делал большой «Бум», надо бы отселить его с лабораторией куда то. Очень полезный человек. Жизнь мне спас. Образован. Молчалив. Трудоголик. Зарплату пока не просит. С цементом уже закончил. Опытные образцы прошли испытание успешно.

Сейчас он с Виктором и Мишей, который наезжает из Ольденбурга часто, колдуют над порохом. Так то порох уже китайцами изобретён, распространён и даже принят на вооружение европейцами, существует только артиллерия в начальной стадии, пока что. Но свойства оставляют желать лучшего. Он очень сильно дымит. Ребята хотят получить бездымный порох.

Оказалось, неугомонный гость успел познакомиться с Домиником, даже заключить договор на поставку цемента. Химик разложил образцы пороха и очень простым, доступным языком начал объяснение. Мы внимали.

– Представьте себе два вида пороха: старый добрый дымный и более современный бездымный. Дымный порох – это как бабушкин рецепт: уголь, селитра и сера. Все это можно найти без особых проблем. Селитру, кстати, добываем из деревенских "сокровищниц" – выгребных ям, и наших, замковых.Тут уж пришлось порадоваться, что в замке народу много, ямы всегда поставляют сырьё.

А вот бездымный порох – это уже другая история. В него добавляются нитроцеллюлоза, и нитроглицерин, так называет вещества господин Виктор. Их нужно получать с помощью всяких химических фокусов, с оборудованием и специальными ингредиентами.

И разница между ними – небо и земля. Бездымный порох – это настоящий "монстр": он в три раза мощнее дымного, стреляет дальше и, главное, при горении не коптит! Только газы, ствол чистый, никаких тебе проблем с чисткой. А дымный порох – это вечная головная боль: копоть, грязь, чистить приходится постоянно.

Еще одна беда дымного пороха – вода. Намочишь его, и все, конец. Даже если высушишь, толку уже не будет. А бездымный порох – молодец, высохнет, и как ни в чём ни бывало: стреляйте дальше и дольше!

Хессел впечатлися. Для флотских пушек такой порох неоценим.

– Господин Доминик! Я даже ждать не буду, пока закончатся изыскания и испытания. Уверен в Вашей гениальности. Заключим второй договор на постоянные поставки бездымного пороха, в любых возможных количествах. Понимаю, что нужно время и деньги. Года хватит наладить производство?

Они принялись бурно обсуждать условия возможного договора.

Виктор стал продавливать у меня приказ о постройке кирпичной мастерской для Доминика.

– Понял, какой доход можно иметь? Надо для начала хотя бы мастерскую ставить. Дружина и ополчение будут строить без платы. Госпожа Эмма точно даст средства, ведь это уменьшит потери людей, если будет нападение.

– Спасибо, Гордей, выручишь. Строители только в конце весны придут. До этого времени и лабораторию и цех надо поставить. Запас кирпичей есть.

– Ты сам говорил, опасно в общем здании экспериментировать, надо бы его удалить. Пиши давай, финансирование сам выколачивать будешь, я боюсь даже приближаться с незапланированными расходами к мейстеру финансов.

Герцог покосился на Виктора с удивлением – он панибратски со мной говорил, тыкал, в общем вёл себя с его точки зрения не почтительно. Я решил, что настало время пустить в ход главный козырь, показать насколько значим этот человек для баронства. Снял с полки футляр. Раскрыл. Это был редчайший образец родоначальника всего стрелкового оружия из коллекции Вальдемара. Сейчас он сиял смазкой, первозданной новизной и богатой чеканкой накладных деталей приклада.

– Боже, что это?

Затаил дыхание герцог, взял тяжёлый футляр и бережно, как молодая мать младенца, вытащил на свет, ближе к окну.

– Мушкет, Ваша Светлость. Стрелковое оружие.

– Отсюда стрелы вылетают? Это усовершенствованный арбалет?

– Вылетают из дула вот такие пули, это как тяжёлый наконечник у стрелы. Не ищите, нет натяга. Пуля летит по принципу работы пушки, за счёт взрыва пороховых газов.

– Значит это маленькая пушечка, которую можно носить с собой? Да это же совсем другая война! А на какое расстояние бьёт? Кучно? Сколько пороха надо? На перезарядку много времени уходит? Подставка обязательна?

– Дайте мне тоже! Что ж Вы, господин барон, мне до сих пор не показали? Отменная вещица. Бабах и готово! – нахально перетягивал на себя мушкет Гордей.

Они увлечённо обсуждали мушкет, позабыв про вражду. Пока мальчики снова не поссорились подкинул им новую игрушку: пару шикарных дуэльных пистолетов конца восемнадцатого века. Каждому по одному. Зашлись в экстазе.

– Невероятно, невозможно! Какие лёгкие, маленькие и так далеко стреляют. Можно как кинжал или меч с собой носить всегда. Можно пострелять?

– Пуль пока нет, в достаточном количестве.

– Но как? Кто? Откуда? Почему я до сих пор не знаком с таким оружием? Я все новинки отслеживаю, у меня у первого на побережье пушки появились.

– Господин Виктор – изобретатель. Это его опытные образцы.

– Невероятный талант. Это оружие будущего! Всё время думаю, где я раньше тебя мог видеть, Виктор?

– Нигде. Я Вас не знал ранее. Может похож на кого из Ваших знакомых, господин герцог?

– Точно! На Гюнтера Шварцбурского, в молодые годы. Да не просто похож…

– Упреждаю Вашу догадку, Виктор – возможно его внебрачный сын. Не признанный.

– Большая глупость со стороны вашего правящего герцога не признать столь выдающегося наследника. Тем более, у него единственный сын умер в восемнадцать лет, не оставив потомства. Остальные дети – четыре дочери.

– Ему пока ничего не известно о моём существовании. Я сам не знал. Но все кто видел нас, свидетельствуют о необыкновенном сходстве.

– Поторопитесь. Он потерпел ряд военных неудач. Человек пожилой. Такие вещи подрывают здоровье. Сейчас я понял, почему моя герцогиня довольно уверенно строила планы.

– Мы созовём на завтра малый Совет. Обсудим политическую стратегию. Однако сей момент займёмся военной тактикой. Можно оружие вернуть? Опытные образцы, нуждаются в доработке.

– Эх, прямо к рукам прилипло. Пойдём, господин барон, посмотрим, где пушки размещать будете. Башня в деревне построена, молодцы, она нужна. Так вы увидите сигнал, что на крестьян напали. Стражи издалека увидят опасность, предупредят население. Но ваши башни в замке очень низкие. Вы даже свою единственную деревню из за холмов не видите. Проверяли уже, видно у дальних соседей ваш дым и костёр?

– Нет. Мы военный союз только на днях подписали в окончательном варианте. Надо испытать сигнализацию, хаггенцы точно увидят, вот в Берге – не уверен.

– А вы их сигнал хорошо видите?

– Не проверяли пока.

Хессел не нашёлся, что сказать цензурно и просто выразительно подняв брови и склонив голову, посмотрел на всех. Министр обороны, десятник и я скромно потупились. От слова тупанули.

– На обеих башнях поставьте дополнительно временные деревянные надстройки, повыше, нарастите хоть из жердей, там наверху всё для сигнального костра сложите, огниво тоже.

– Деревянная загореться может.

– Лучше будет видно!

Около часа мы кружили вокруг здания, высматривая подходящие точки размещения артиллерии наверху, поднимались на верх башен, обсуждали сектор обстрела. Сверху хорошо видно всю жизнь поместья, кто куда идёт, чего несёт, везёт, тащит. Руди поволок мешок из амбара в конюшню, надо будет выговорить, это не его работа. Как фризы в стойлах появились, мейстера транспорта от конюшни не оттащишь. Из деревни подъехала хлебовозка, я отдал свой бывший Харлей, теперь красную лакированную двуколку для этой цели. Даже наверх достал духмяный аромат свежеиспечённого хлеба. Каждый день пекарня поставляет нам хлеб и простые ржаные пироги для слуг. Этим же рейсом везут чистое бельё из прачечной. Обратно повезут мешок муки, продукты для начинок пирогов и пирожков, и пару тройку корзин грязного белья. Оплату за труд, само собой. В самом начале Августа, Илма, Отто, Ганс, Руди были потрясены зарплатой. Не размером, а самим фактом. Слуги работали на феодалов за еду, кров и одежду. Монетка могла перепасть за особые заслуги – услуги. Наши уже привыкли к авансу и расчёту. Так и говорили: с расчёта сполна расплачусь с Ингвазом за сапоги.

– Барон, куда это агрономус ваш направляется с целой вереницей девиц?

– Видимо на практику, в хлев или амбар. Они по первости только фыркали, сейчас привыкли, во вкус вошли. Коров конечно не доят, но норму кормления и рацион для стельной знают. Ну и прочие премудрости, что хозяйке замка знать надобно.

– Просто бесценные жёны будут, я своими глазами убедился: Амелинда как сваха чистую правду говорила. Обычно свахи преувеличивают, но я подтвержу всем потенциальным женихам – девушки просто сокровище! Портреты соответствуют действительности, каждая девица по своему хороша. У меня Харальд все глаза проглядел, видели, как за трапезой вертелся?

– Только Вам, герцог скажу – девицы не промах, на ловлю женихов натасканы как гончая на зайца. Предупредите сына, а лучше держите при себе. Неровен час, попадёт в компрометирующую ситуацию. Крайне нежелательно. Миллисент, хоть и мала, но девчонка с гонором, донесут, обидится.

– Понял, понял. Проходили. Ну, что? В кузню? Я так предполагаю, у вас там сам Гефест куёт?

– Почти угадали. Бер его зовут. Медведь.

Глава 45

Хессел Мартина.

Шустрые ребята заправляют в этом баронстве. И жители также. Все торопятся, спешат,подгоняют друг друга. Словно впереди времени бегут. Словно и не спокойная, ленивая зима на дворе. Мальчишки посыльные всё время донесения и записки с разных локаций доставляют, распоряжения разносят, один даже на коне прискакал. Доложил – гости скоро нагрянут. Несколько человек сразу несколькими делами управляют, или делают что либо, учат, учатся, смотрят, показывают.

Сейчас барон мне такое показал… Индивидуальное пороховое оружие, лёгкое по весу, простое в обслуживании. Объединение двух идей: наконечник металлический от стрелы превратился в пулю. Пороховые газы в пушечном стволе толкают увесистое ядро. В пистоле крошечное дуло, нужен мизерный заряд пороха, но принцип то работает! Пуля летит в цель, поражая и хорошие доспехи и мягкую человеческую плоть. Летит точнее и дальше стрелы. Пули не стрелы, их можно в подсумок взять много. Курок не тетива лука, не арбалет, не нужно натягивать с силой. Только лёгкое нажатие. Стрелять может даже женщина. Прицел, точнее просто невозможно! Жаль, не постреляли. Полный переворот в военном деле и моём сознании. Я в восхищении от гения сэра Виктора. За такое дело я бы баронство дал, не меньше, будь он моим подданым. Точно! Попробую переманить. Через Линду. Она кого угодно уговорит.

Порох нового вида изобретают, как только в голову химику такое пришло? Ведь есть уже порох, чего его по новый изобретать? Послушал и понял: его сушить можно! Он почти без дыма, не закрывает обзор при стрельбе, не засоряет ствол оружия, любого, ну почти не засоряет. Идеально для корабельных пушек. С моря к нам уже не подступиться будет. А если армию этими мушкетами вооружить, то голландцы и франки наконец оставят в покое мою многострадальную Фризию.

Мы верхами едем в кузню. Вчетвером. Десятник Гордей, чтоб ему пусто было, на службе остался, молодёжь деревенскую военному делу обучает. Очень одобряю. Форма у парней добротная, странного покроя «комбез», странной пятнистой расцветки, но главное стёганая шерстью, тёплая, прочная. Отлить можно спокойно, есть разрез на удивительном креплении – пу-го-ви-ца. Поверх комбеза можно кольчугу одеть, но это роскошь, проще прикрепить пластины. Обувь себе как у них заказал, у местного сапожника. Берцы, то ли сапожки короткие, то ли ботинки высокие, подошва из воловьей кожи, в четыре слоя, с каблуком, шнурами, на ноге сидят ладно. Линда меня пожалела, по морозу в латах таскаюсь, статус обязывает. Мерки сняли, девицы из пуха утепление вяжут. Посмотрим, может получше будет, чем поддоспешник.

В последние годы вроде зимы чуть мягче стали, сегодня тихая, безветренная погода, даже лицо пригревает солнце. Опять покраснею, как спелое яблоко. Мерное покачивание в седле способствует беседе. Барон показывает мне обширное покрытое снежным ковром поле, окружённое посадками молодых сосен. Оказывается это вовсе не плодородная земля, коей мало свободной осталось, а бывшая песчаная пустошь. У нас таких подальше от побережья тоже полно. Так вот, второй рыцарь на службе барона, сэр, они говорят герр Северин, обещает, что это будет лучшее по урожайности поле во всех окрестных баронствах. Я ему верю, такая сила убеждённости в его голосе:

– Ваша Светлость! Простые крестьяне работают и своим трудом кормят все слои общества. Они никогда не должны голодать; сытый человек лучше работает, меньше болеет, не бунтует, сытый крестьянин – центральная опора государства. Мы размножим семена новых заморских культур, поднимем урожайность, сделаем её менее зависимой от климата. Будет много зерна, овощей, сыров, мяса – можно прокормить большую армию, содержать конницу. Государство получит защиту своих рубежей и граждан.

– Вот это я одобряю, понимаю. Возможно самим соседей завоевать, прирастить территорию.

Ох, зря я так сказал. Опростоволосился. Совсем недавно так могли поступить с моей родной Фризией. Могли, но не стали. Что же сдвинулось в голове графа Ольденбургского, почему он резко переменил политику?

Мне вежливо объяснили – только добровольные и взаимовыгодные союзы держатся долго, без крупных раздирающих государство противоречий. А то я не знаю. Сложно, очень сложно заключить такой союз, много времени, дипломатия, уступки…проще завоевать. Их, эти союзы нужно предлагать, а не навязывать силой. Пусть люди говорят и думают на своём, родном языке, соблюдают свои традиции, поют свои песни. Не трогать религию. Только главный язык и законы должны быть общими.

Опять таки, чтобы к твоему государству хотели присоединиться, оно должно быть богатым всегда, не только после захватнического набега на соседа. Поэтому смотрим в корень,– простые люди должны жить в достатке. Тогда народ другого государства будет не против объединения. Народ – это всегда большинство, остальные, например аристократы без него – ничто. Стало неуютно от этой правды. Она так проста, что не понять невозможно. Объяснения сэра Виктора очень доходчивы, сравнения наглядны.

В разговор вступил фон Мюнних:

– Вы говорили про происхождение слова «дюк» – герцог, оно означает вождь народа. Вождь, от слова вести. Куда вести народ, к чему? Это цель. Как, каким образом вести – это средства. За какое время? Кому какое дело поручить? Это уже план. Совет баронства состоится раньше, раз Вы, герцог у нас гостите. Мы хотим согласовать наши планы, текущие и перспективные с Вами.

– Это какие такие сроки рассматриваются, барон?

– Годовой, пятилетний и стратегический. Последний возможно займёт не один десяток лет, но начинать когда – то надо.

– Вы про мою дочь, что хочет быть королевой?

Я рассмеялся от души. Кларисса, тихий маленький мышонок. Несколько занятий с Линдой, постоянное общение с ней, и вот – мышонок хочет стать львицей. Никому в голову не придёт, что совсем недавно ребёнок боялся чуть громче говорить и вообще иметь своё мнение. Она была настолько зажата, что ходили упорные слухи о слабоумии юной виконтессы. Сейчас она не отходит от жены барона и Линды, задавая в минуту десять вопросов. Да таких, что те не находятся с ответом. Придёт время, отдам мою девочку в их пансион. Из краткого общения с возможными невестами для моих подданных, понял: девиц учат так, что ум развивается и сам ищет ответа на задачи, что преподносит жизнь. С такими методами обучения я не знаком. Видимо самые передовые. Одна из учениц, Цецилия Таубе, настолько умна, что я побоялся говорить с ней подольше. Чтобы самооценка не упала. Она у меня по словам жены, завышенная, но я ею доволен. Пусть сидит высоко, дальше видно.