bannerbanner
Полет
Полет

Полная версия

Полет

текст

0

0
Язык: Русский
Год издания: 2023
Добавлена:
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
2 из 5

Ого. Я не ожидал такого… объемного ответа. То, что он сказал было не то чтобы супер-открытием, но он действительно обдумал проблему и высказал свои мысли по этому поводу, а не просто отмахнулся фразой «жаль» или «все будет хорошо». И я чувствовал себя впервые за долгое услышанным. Мне хотелось что-то сказать ему, но в голову никак не приходят нужные слова.

Женя, увидев мое замешательство, поджал губы и переключил внимание на какую-то тетрадь на учительском столе. В эту минуту зашла учительница, и неловкая пауза прервалась.

Она дала нам инструкции по переносу проекторов и ноутбуков из медиатеки по кабинетам, и мы раделились. Когда работа закончилась, учительница сухо поблагодарила нас, и мы вышли из школы.

– И почему мы раньше не общались? – сказал я.

Жека усмехнулся, засунув руки в карманы.

– Не знаю, как-то не пересекались, наверное.

– Жень, я, конечно, понимаю, что не самая яркая звезда здесь, но мы, вообще-то, в одном классе учились.

Он посмеялся.

– Я о том, что в диалог почти не вступали, незачем было. Хотя ты мне всегда казался нормальным.

– Казаться нормальным – это комплимент?

– Смотря для кого. – Женя раскачивался на пятках, всматриваясь в меня так, словно видел впервые.

– Ты мне казался странным, если хочешь знать, – осведомил его я.

– Странным? Я? Почему?

– Ну да. Сначала ты был такой веселый, потом стал каким-то странным, на уроках почти не появлялся, а потом каким-то подавленным ходил. Это же странно.

– Ого, да ты там прям досье вел что ли?

– Может быть, – пошутил я. Однако было немного обидно знать, что Жека на меня даже внимание не обращал. – В общем спасибо. Ну, за то, что выслушал, – неловко попытался подобрать слова я.

– Мы же друзья.

Наконец-то я начал чувствовать то, чего так давно хотел. Реальную заинтересованность, готовность выслушать.

Но все-таки меня кое-что терзало. Жека никогда не говорил о себе. Даже если его спросить, он будет пытаться увиливать.

– А ты как? – спросил я. Почему-то мне пришло в голову, что мы с Сашей никогда не интересовались его делами, и становится стыдно.

– Что? – не понял он.

– Ну, как дела вообще? А то я тут ною, а тебе, может быть, и не до меня вовсе.

– Да все нормально.

– Нет, серьезно. Почему ты никогда не говоришь о себе? Ты интересный, но при этом ничего не рассказываешь. Почему, м?

– А что мне рассказывать? Что ты хочешь знать?

Вопрос застал меня врасплох. И правда, а что я хотел услышать? На самом деле я почти ничего и не знаю о нем. Какие у него отношения с родителями? Чем он занимается? Что любит, чего боится?

– Чем увлекаешься? – все что пришло мне в голову.

И это странно. Мы общались уже месяц, но я до сих пор не знал, чем он увлекается? Абсурд какой-то. Да и то, что я никогда не спрашивал, тоже отстой.

– Хм, – задумался он. – Всем понемногу. У меня такая проблема, что я хочу перепробовать все, поэтому начинаю кучу дел, но почти ничего не довожу до конца. А так: читаю всякие научные статейки, стараюсь учить немецкий, помогаю сестре с переездом, хочу научиться готовить и играть на фортепьяно. Лет в двенадцать стал фанатеть от хоккея, но, увы и ах, оказался слишком старым и немощным, пытался найти утешение в танцах, но, как оказалось, спорт – это красиво только по телевизору, а в жизни это сплошная боль, поэтому быстро бросил. Конечно, были и другие начинания, но никем великим, как видишь, не стал.

– Ну, это пока, – сказал я.

– Возможно. Особенно будет круто, если ты станешь президентом. По блату меня поднимешь по карьерной лестнице, а? – выгнул бровь Жека.

Вот это он разносторонний конечно. Завидую тому, что он столько перепробовал. Услышав даже неполный перечень, я чувствую себя каким-то неполноценным. И ощущение, что времени попробовать кучу всего уже нет, хотя мне всего шестнадцать.

– А куда переезжает твоя сестра?

– Что?

– Ты сказал, что помогаешь сестре с переездом. Куда?

– А, это… – на секунду он замешкался, но потом махнул рукой. – Она съезжает. В другую квартиру в смысле.

– Круто. Вы с ней близки? Будешь скучать? – поинтересовался я с максимально участливой и, между прочим, искренней интонацией.

– Ну да, – просто сказал он. Мы уже подошли к развилке. Мы жили в квартале друг от друга, и на этом месте расходились в разные стороны. – Ладно, увидимся завтра?

– Завтра же воскресенье.

– А ты что, не идешь?

– Куда?

– К Кате. Тусовка какая-то будет, типа для сближения класса, но мне кажется это просто предлог, чтобы коллективно напиться.

– Ну, меня не приглашали, так что, думаю, останусь дома…

– Я тебя приглашаю. Да давай, там весь класс будет, – начал зазывать меня Жека.

М-да, меня на вечеринку, куда приглашен буквально весь класс, и то не позвали. Это, если честно, немного задевает. Не хочется идти уже хотя-бы по этой причине. К тому же, я не любитель тусовок, особенно с большим количеством малознакомых людей.

С другой стороны, я обещал себе социализироваться, а вот такие вот мероприятия как раз для такого и созданы.

Но, думаю, оказавшись там, мои иллюзии быстро развеются, и я буду ходить, прилипши к Жеке с Сашей, и лишь проведу день в лишнем стрессе и тревоге.

– Да не, я не люблю такое, – отнекивался я.

– Ну, как скажешь, – пожал плечами Женя. – Если передумаешь, напиши, мы с Сашей встречаемся у школы.

После этих слов он отсалютовал и пошел в противоположную от меня сторону.

Какое-то время я правда размышлял над этим предложением, но все-таки решил, что, если позовут, то пойду в следующий раз. К тому же, у отца были выходные, и объяснить ночное отсутствие было бы сложно. Хотя, судя по историям Жеки и Саши в социальных сетях, Женя ушел в полдвенадцатого, а Саша в двадцать минут первого, что, в принципе, не так страшно. Многие ушли еще раньше, так что эта отмазка для самого себя больше не работала. Там были и правда почти все, но «вечеринка» протекала не так, как я ожидал. Я ждал чего-то наподобие тусовок, которые показывают в подростковых сериалах, а вышли домашние посиделки с музыкой и алкоголем. Как оказалось, все действо проводилось не у Кати, а у Виктора, и выяснилось, что они в довольно хороших отношениях. Виктор, как я понял, жил в частном доме, почти коттедже, поэтому проблем с местом не было. Смотря на все это, единственное, что я чувствовал, это сожаление из-за того, что пасанул.

Пока ребята отрывались у Виктора, на мне внезапно решил оторваться отец. Видимо у него был не лучший день, но все негативные эмоции выливались на меня все воскресенье по любому поводу. По дому все должен делать я, ведь это «не мужская работа», а женщин в нашем доме нет, значит, по наследству, эта обязанность перешла мне. Не то, чтобы я жалуюсь, ведь это не я горбачусь на работе два дня подряд, но просто бесит, что он забывает, что я тоже не целыми днями дома разлеживаюсь. У меня есть школа, каждый день по шесть-семь часов, есть домашка, должно быть хоть какое-то время на отдых, а на меня выливается столько из-за пары складок на выглаженной одежде, что я и сам психую, и начинается ссора посерьезней.

Меня бесит, что он не хочет взять на себя хоть какие-то минимальные обязанности не потому, что устает, а просто потому, что у него есть возможность этого не делать, и вообще это «унизительно». Хотя для меня почему-то это унизительным быть не должно, хотя я вроде как тоже парень. Уже, наверное, все понимают, что минимальную работу по дому и самообслуживанию должны уметь делать все, независимо от пола, но вступать с ним в такие споры себе дороже. Вот я и не вступаю.

Вздохнув с облегчением от того, что воскресенье подошло к концу, я пошел в школу, не сделав половину домашней работы в надежде, что ее, как всегда, не проверят.

Весь день все только и обсуждали эту дурацкую тусовку. Как было весело, что вытворял рыжий Дима, которого все почему-то теперь только так и называли, хотя рыжим он был и до этого, и так далее. Я старался делать вид, что не замечаю, и сидел в телефоне, но Саша, видимо, за прошлый вечер сблизилась с другими ребятами, поэтому отошла к ним, Жека пошел за ней, чтобы снова повторить в памяти события минувшей ночи и поинтересоваться тем, что случилось после его ухода.

После третьего урока, Женя, наконец, обо мне вспомнил и присел на край парты.

– Что ты тут один сидишь? – беспечно спросил он.

– А, так ты все это время знал, что я здесь?

Господи, прозвучал, как обиженка. Причем, именно Женя меня позвал, а я сам отказался, так что это вообще неуместно, но, прежде чем подумать, уже все сказано.

– Эй, вообще-то ты сам не пошел. Не надо звучать так обижено.

Дурацкий Жека, говорит моими словами. Стоило бы извиниться, но я чувствовал злость. Мы вроде как неплохо пообщались в субботу, а сегодня он впервые вообще обратил на меня внимание. И, вроде я был сам виноват, по какой-то причине злился все же на него. Будто это его вина, что все воскресенье меня пилил отец. Но из-за того, что все увлечены тем, что я пропустил, а меня даже не хотят посвящать, меня грызла обида и чувство отшельнической отстраненности. Хотя, конечно, это я должен поинтересоваться, а не они как глашатаи мне все докладывать. Будто все вокруг были частью чего-то большего, где мне нет места.

Но я понимал, что неправ, и молча сидел, чтобы не сказать ничего лишнего. Противоречивые чувства внутри меня все равно путали, что в данной ситуации играло мне на руку. Какое-то время он смотрел на меня, ожидая ответа, а, поняв, что его не последует, выдохнул и, спрыгнув с парты, ушел.

На следующей перемене я вышел из класса и стал бесцельно плутать по этажам, потому что перемена длинная, а пятнадцать минут сидеть в классе казалось не слишком соблазнительной перспективой. Заодно я решил спуститься на первый, чтобы узнать, какой у нас следующий урок и где. Обычно такое запоминал Жека, но как-то не хотелось общаться с ним сейчас. Однако, когда я стоял, пытаясь найти среди всего перечня наш класс, меня схватили за плечи. От неожиданности я подпрыгнул и обернулся.

– И что мы такие раздраженные сегодня? Плохой день? – с преувеличенным сочувствием смотрела на меня Саша.

– Ты меня напугала, – сбросил ее руки с плеч я.

– У—у, да кто-то правда не в духе. В чем дело? На что ты обиделся то, мы же тебя звали?

– Да флаг вам в руки, – отмахнулся я. Вообще я не был уверен, что употребил это выражение правильно, но надеялся, что она не заметит. Саша продолжала идти за мной и стало понятно, что ответа мне не избежать. – Не думал просто, что все темы для разговоров у нас иссякнут в день, когда я не пойду с вами тусить.

Произнеся это вслух, я понял, как по-идиотски это звучит. Но признать свою неправоту сейчас слишком ударит по моему хрупкому эго, поэтому я решил, что буду гнуть свою линию, пока они не почувствуют вину.

– Не поняла? А они иссякли? – остановилась Саша.

– Не знаю, ты мне скажи, – я тоже остановился. – Вы весь день вообще на меня внимания не обращаете.

По ее выражению лица было видно, что она возмущена и теперь настала ее очередь злиться.

– Извините, Ваше, блин, Величество, что посмели так пренебречь Вашим вниманием, – я поморщился. – Ты вообще себя слышишь? Мы что, приклеены к тебе? Если так хотелось поговорить, мог подойти, а не ждать, пока мы прочтем твои мысли. Или гордость в горле застряла?

Я ничего не ответил.

– Капец, уже с кем-то кроме него ничего обсудить нельзя, – негодовала Саша, – сначала сам все пропускает, а потом жалуется, что мы не пропустили вместе с ним.

– Я такого не говорил.

– Тебе и говорить не надо, и так понятно. Не думала, что ты такой, – резюмировала она и ушла, оставив меня одного.

Уже было кристально ясно, что надо будет извиняться. Но она ведь была права. Они ничего мне не должны, и я сам виноват, что пропустил всеобщую тему обсуждения, не в моих правах жаловаться.

Оставшееся время я прокручивал в голове ее слова и собственные мысли по этому поводу и анализировал этот странный коктейль. Признавать самого себя эгоистом неприятно, но, похоже, придется.

После уроков я, проглотив гордость, застрявшую у меня в горле, подошел к Жеке с Сашей и попросил их поговорить. Они молча отошли со мной и встали в выжидательных позах.

– В общем, простите меня. У меня был тяжелый день вчера. Я вам этого не говорил, но, Э-э, хотел… сам не знаю, чего я хотел. Я реально звучал как придурок. И эгоист. Короче, не знаю, что на меня нашло, я это несерьезно говорил.

– Хм, рада что ты понял, что был придурком. Ты же это искренне?

– Саш, – одернул ее Жека.

– Да.

– Ладно, забудем, – махнула рукой Саша.

– Вчера что-то серьезное случилось? – поинтересовался Женя, и они с Сашей уставились на меня.

– Да нет, просто устал, – ответил я.

– Но, если что, ты же нам расскажешь, да? – спросила Саша, на что Женя утвердительно кивнул, будто спросили его.

Я улыбнулся и снова почувствовал себя среди настоящих друзей, которые готовы поддержать меня, даже когда я становлюсь брюзжащим подонком.

2.

Ностальгия – коварная штука. Пока я проводил лето в одиночестве, скуке и печали, она шептала мне о том, что в школе было лучше. Там ты виделся с друзьями ежедневно, все время что-то происходило и в целом было весело. Не поспоришь, конечно, но, проведя в школе больше двух месяцев, начинаешь понимать, что при всем этом перечне замалчивался факт рутины и загруженности. Ведь все же обожают ложиться в три, вставать в семь, и семь часов сидеть, слушая вещи, которые никому из присутствующих заведомо неинтересны? Да-да, конечно можно ложиться раньше, не обрастать долгами и т.д., и т.п., так работает теория, но неужели кто-то и правда так живет? Звучит не очень реалистично, как минимум для меня.

Вообще, в предыдущем коллективе вечно были какие-то внутренние терки, локальные шутки, скандалы, интриги, расследования, коллективные побеги с уроков и прочее, здесь же все мне казалось невыносимо скучным. То ли от того, что все друг друга не так хорошо знали, то ли просто наш прошлый класс был собранием бунтарей.

Не сказал бы, что слишком многое изменилось. Я по-прежнему тусовался с Жекой и Сашей, чему был очень рад. Они оба – прекрасные люди, и я жалел лишь о том, что мы не общались раньше. Саша, к тому же, успела подружиться с девочками, Сережей и Рыжим Димой, хотя, несмотря на цвет волос, он всегда казался очень незаметным и тихим. Ну, когда трезвый, судя по рассказам очевидцев. Жека как обычно дружил со всеми и не дружил ни с кем. Кроме меня и Саши, разумеется. И Виктора с Антоном и парнем по имени Денис. С ними он просто не дружил. Не думаю, что он имел что-то против двух последних, но у них с Виктором возникла будто бы взаимная неприязнь, и я не видел ни одной попытки поговорить одного с другим. В принципе, Жека мог пойти куда-то в компании, или разок сходить с кем-нибудь куда-то, но в целом, если он хотел погулять, то звонил мне или Саше. Мне было приятно, и, благодаря моему одиночеству, я всегда соглашался. Мы часто гуляли после школы, куда-то ходили после внезапного сообщения в нашем чате, и вообще мы втроем довольно сблизились.


День тянулся невыносимо долго. Пара химии лишь усугубляла ситуацию. Химии в восьмом и девятом классе у нас, по сути, не было из-за нехватки учителей, и огромный пласт программы прошел мимо нас. Поэтому то, что Зарина Викторовна так настойчиво вещала, звучало для меня как что-то на арабском. К концу первого урока я чувствовал себя выдохшимся. Я не выспался, а сидеть сорок пять минут, занимаясь абсолютно ничем, гораздо сложнее чем кажется, и очень выматывает.

Мне не хотелось даже вставать, поэтому я листал новостную ленту, даже не вчитываясь в содержимое.

– Развлекаешься? – подскочил сбоку Жека, бесцеремонно заглянув в мой телефон.

– Стараюсь держаться.

– Ты сегодня свободен?

– А что?

– Сегодня в центре будет что-то типа фестиваля. В парке будет какой-то праздник, все дела. Там будет такая вип-зона со всякими плюшками, и угадай, кто будет работать там? – хитро улыбнулся мне он.

– В смысле? Разве на праздниках, организуемых городским парком, есть какие-то особые места?

– Ну, по идее, его организовывает не город, а сам парк, на свои деньги. Так что, наверное, да. Но я не уверен, что это нормально. Но так и есть, да. Люблю наш город.

– А ты, типа, помогаешь обустраивать вип-зону?

– Ну, не совсем. Вообще я просто стою на входе и проверяю браслеты, как в клубах, но зато я могу провести туда вас! А потом и сам пройду, как смена кончится.

– Не знал, что ты работаешь.

– Я волонтер, – буднично ответил Женя.

– Ты волонтер? – удивился я. Вот уж не подумал бы. Не знаю почему, но правда никогда бы не подумал.

– Я так и сказал, – зевнул он, взъерошив волосы. – Так что, идешь?

– Ты сказал, что проведешь «нас». Нас с Сашей? – решил уточнить я.

– Хм… – Жека сел на край парты и стянул рукава толстовки до середины пальцев, болтая ногами и осматривая класс. – Сережа, наверное, пойдет. Насчет Кати не знаю… Просто рассматривай всех, кого может пригласить Саша, я без понятия. Ты тоже можешь позвать кого хочешь.

– А тебе не влетит?

– Спасибо за беспокойство! – ткнул меня в плечо Женя. – Не знаю. Надеюсь нет. Да плевать, что они сделают? Не заплатят мне?

– Справедливо.


Мы договорились встретиться за двадцать минут до конца смены Жени. Точка сбора – фонтан, и я стоял тут один уже минут десять. Надев немного не по погоде толстовку, я весь продрог от простаивания без движений, поэтому начал ходить туда-сюда. Вокруг расхаживали молодые люди: парами, малыми и большими группами. Вокруг царила атмосфера праздника и веселья. Продавали сладкую вату, из колонок на фонарях играла музыка, повсюду слышался смех и разговоры. Что за праздник вообще?

– Давно тут стоишь?

Я обернулся и увидел Сережу. Он был в темно-синей велюровой куртке и джинсах. Почему я не догадался одеться потеплее?

– Минут десять.

Пряди длинных темных волос постоянно прилетали ему в лицо, и он то и дело их убирал.

– Да уж, ветрено сегодня, – констатировал он.

Я понимающе покивал головой.

– Хочешь резинку?

Она вообще-то была Сашина, но валялась у меня в кармане уже так давно, что мы оба о ней благополучно забыли. До этого момента.

– Спасибо, – сказал Сережа, протягивая руку. Я бы поинтересовался, откуда у парня с короткими волосами резинка, но ему, видимо, плевать. – Ждем кого-то еще? – с резинкой в зубах покосился на меня он.

– Саша должна подойти. Не слышал ничего об остальных? – он пожал плечами.

И мы остались в неловком молчании.

– А в честь чего праздник? – оторвал взгляд от асфальта я.

– Вроде день основания парка или что-то такое.

А. Понятно, почему гуляем не за счет города.

– Вы дружите с Женей? – Сережа сел на фонтан. Думалось мне, это очевидно, но я все-равно ответил «да». – Он, вроде, хороший. – Очень странная характеристика, но допустим. – Тебе есть восемнадцать?

– Нет. – Мы же в десятом классе. Кому вообще есть восемнадцать?

– Ясно. Ну, если что, обращайся.

– Тебе что, есть восемнадцать?

– Нет, конечно, – с недоумением взглянул на меня он.

Эм, и как это понимать? При «ближайшем рассмотрении» Сережа показался мне странным. И непонятным.

Зазвонил телефон, и я сразу понял, что это Жека. В наш век все признали преимущества переписки, а социально неловкие индивиды вроде меня и вовсе невзлюбили звонки. Но Жене было очень важно «слышать эмоции и чувства собеседника!» И, несмотря на мои просьбы, если ему было что-то нужно, он каждый раз звонил. Но ладно, так как это Женя, то простительно. Я взял трубку.

– Вы там скоро? – торопливо бросил он.

– Мы ждем Сашу.

– Пусть поторопится! Вас, как бы, никто не приглашал, а до конца моей смены не так много времени осталось, – сообщил он и повесил трубку.

– Что там? – поинтересовался Сережа.

– Жека сказал Саше поторопиться, – пожал плечами я. – И да, он знает, что ее здесь нет, ему плевать.

Сережа засмеялся.

Спустя пару минут мы заметили Сашу. Русые волосы были аккуратно собраны в высокий хвост, она надела молочное стеганое пальто и лакированные ботинки. Она, в принципе, всегда очень красиво одевалась. Да и вообще она была очень красивая.

Рядом с ней шел смутно знакомый мне парень. Высокий, выше нас с Жекой, но ниже Сережи. Не худой, но и не слишком накаченный. Короткие светло-русые волосы немного растрепались на ветру. На нем было темное худи с какой-то надписью на корейском или японском, а к ремню джинсов прикреплена декоративная цепь.

– Привет! – помахала Саша. Мы помахали в ответ. – Это Олег. Олег, Сережа и Леша.

Оу. Так вот кто это. Ну привет.

– Здарова, – протянул руку Олег.

Мы обменялись рукопожатиями.

– Ну что, теперь идем? – поежился на холоде Сережа (хотя был одет теплее меня!), и мы направились в нужную сторону.


Вчетвером мы дошли до огороженной забором территории. Как объяснял Женя, так называемая «вип-зона» – это что-то вроде безлимитного доступа к развлечениям и лучший вид на концерт и салют. Мы нашли Жеку на воротах, и он, воровато оглянувшись, пропустил нас, всунув бумажные контрольные браслеты.

Фестиваль был расположен в парке, между фонарями висели гирлянды, и в целом атмосфера была располагающей. Из колонок играла легкая, но бодрая музыка, домики, где обычно продают коктейли, закуски, сладкую вату и прочую атрибутику парков были вяленько украшены. Как и немногочисленные аттракционы (к которым у нас был бесплатный доступ! И огромные очереди). Город у нас маленький, и американских горок тут не было и в помине, но некая база, по типу «ракушек», колеса обозрения, каруселей и тира все же имелась. Не скажу, что я фанат, но чувство халявы как-никак опьяняет. Оглядываясь, я думал о том, что люди рядом платили за то, что мы получили просто так. Это приятно, хоть и высокомерно.

Мы прошли по кольцу, ведущему в другую часть парка, где расположен открытый кинотеатр и, действительно, рядом стоял рекламный щиток с расписанием фильмов, что будут крутиться здесь, и заканчивался он лишь под самый-самый вечер.

– Пойдемте на аттракционы! – предложила Саша.

– Какие аттракционы? – скорчился Олег. – Эти развалюхи даже детей не развеселят.

Саша потупила взгляд.

– А я за. – поддержал ее Сережа. – Если знаешь места поблизости, где можно развлечься – предлагай.

Понятно, Олег никому не нравился.

– Может подождем, пока придет Жека, и пойдем все вместе? – сказал я.

– Это который блондин? – как-то пренебрежительно сказал Олег.

– Вообще-то он светло-русый. И ты в принципе сюда прошел, потому… – Сережа, заметно раздражаясь, не успел договорить, потому что Саша внезапно прокашлялась.

– Ах да, вы же не знакомы. Как он освободится, я вас представлю, – обратилась она к Олегу. – Действительно, давайте подождем его.

– Предлагаешь сейчас просто погулять? – уточнил я.

– Ну да? Здесь есть еда, и что плохого просто в прогулках? Можем посмотреть дурацкие фильмы в кинотеатре или…

– М-да, я думал, мы развлекаться идем, – проворчал Олег, перебив Сашу.

– Пойдемте? – вдруг взял роль лидера на себя я.

И, с неким напряжением между всеми нами, мы пошли.

Пошли. Куда же идти-то? Лидер-лидером, но нужно ведь знать, куда ведешь народ? Немного опрометчивое решение, н-да уж. Я решил просто нарезать круги по парку, типа любуясь видом, но это всем надоело, и мы взяли по коктейлю в одном из домиков, и сели на скамейке, слушая музыку.

Мимо на высокой скорости пронеслась девочка на роликах, чем развеселила мальчика, гуляющего здесь с родителями и сестренкой. Из противоположной стороны парка вышла группа подростков. Кто-то сказал, что обожает эту песню, и, выйдя на открытую территорию, один за другим, все они начали танцевать. К ним присоединились другие молодые люди, дети и их родители и, даже когда большее количество подростков из изначальной группы ушло, на их месте осталась танцующая масса народу.

Вообще, совсем недалеко проходил концерт, организованный парком, со сценой и специально отведенной территорией для танцев, но у многих это лишь вызывало отторжение, и они предпочитали веселиться здесь, посреди парка, под незатейливую музыку из колонок.

Сережа, допив свой коктейль, бросил его в мусорку.

– Потанцуем? – обратился он сразу ко всем.

Саша хотела встать, но колебалась, про Олега вообще молчу, а я всегда ощущал себя неловко в толпе незнакомцев.

Был бы тут Жека, конечно… Смена его давно закончилась, но почему-то его все еще не было. А лучше бы был, а то, чую, близится холодная война.

Сережу, однако, наше коллективное отвержение его приглашения не волновало, и он вполне вклинился в танцующий кружок один.

– Весело, – как-то несвойственно аккуратно произнесла Саша.

На страницу:
2 из 5