bannerbanner
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
25 из 39

3-2.5.-29. Итак, в движении эволюции во Вселенной, как в естественном для природы процессе возрастания в Боге, идут все виды токов течений и форм движений, оказавшихся в поле обозрения человека. Этот вопрос важно разглядеть в православном догмате о Боге Пресвятой Троице, ибо правильно сформированное представление о Боге становится спасительным именем. Согласно догмату православной веры Дух Святой исходит от Бога Отца опосредованно Сына Божьего, предвечно рожденного Богом Отцом. Эта кондиция, если так можно выразиться, эта Божественная реальность в Её функциональной троичности, нашла отпечаток в каждой йоте мироздания, выразилась во всех творениях Его, многообразно исповедующего отношения Божественных Личностей – во всем том, что мы можем хоть как-то видеть. Счастьем и Советом Трех Лиц содержится каждая микрона бытия. Именно в этой же проекции имеет место выражение соотношения Божественного с материализмом, а эволюционное движение – это одна из граней безграничного Его выражения в природе обозреваемого мира. Всякое явление Бога в материальном мире, адекватно оказывается в поле нашего восприятия односторонне, только лишь в рамках возможности нашего организма видеть (а также в пределах самих свойств материи, согласно уникальности её природы) и реагировать на это явление, стимулированное силами Творца. Это след Божественного, распознанный человеком в этой реальности, называемый Божественным творением, обозначившимся этим явлением. Мы как бы созерцая след от сапога, пытаемся размышлять о всеобъемлющей полноте из полученной информации о том, кто этот след оставил. Но что есть след от сапога по отношению к всеобъемлющей природе самого путника, чей след мы изучаем – помыслить невозможно настолько несоизмеримо велика пропасть. Нам остается изучать только лишь замысел Божий опосредовано оставленного следа Его, как свидетельства о Нём. Вывод: зачем гнаться за великим, если тоже самое счастье в малом содержится.

Понятно, что в нашем мировосприятии свидетельства о Творце может быть относительно слабыми, а может быть сильными. Это также как Солнце для нас, как свойство Бога, если будет ближе естественного для физиологии людей удаления, то сразу неизбежно повлечёт изменения, которые будут трагичными. Иными словами, то, как Сын Божий являл Себя в чудесах Своих – естественно для Него и воспринимается несколько противоестественно для нас (хотя как раз для нас это тоже естественно), а потому человечество до сих пор трудно воспринимает Христа. Но это не значит, что наука упразднила Его бытие – нет. Материальное свидетельство о Нём есть, но слишком не достаточное для того, чтобы мы в Него уверовали (к примеру о следе от сапога невозможно узнать какое было лицо путника и его мысли, но это не значит, что путника вообще не было), ибо для этого нужно восприятие иными более значимыми гранями человеческой природы – душевными и духовными. Как бы то ни было, даже такое малое свидетельство игнорировать нельзя, ибо о Творце исповедует весь человек, вся вселенная – каждая йота имеет значение. В то же время, говорить о какой-то достаточности свидетельства не приходится, ибо приходит время и то, что было чудом и явным свидетельством становится, к сожалению, повседневностью. Человек быстро привыкает и начинает принимать сие свидетельство как само собой разумеющееся. И для доказательств уже нужны уже другие факты. Поэтому как-то изощряться под падшее сознание человека нет особого смысла – опять всё забудется и человеку даже великое свидетельство о Боге ничего не значит. Человек сам должен довольствоваться малым, должен искать Его оттенки в той реалии, какая дана ему и видеть чудо Божье даже в малейшем кусочке этого бытия, а не читать эти вот бесконечные трактаты доказательств. Бог именно для этого посылает скорби, чтобы мы видели чудо Божье даже в малом, а не требовали от Него чудес вселенского масштаба. Вспоминаю бывших уголовников, с которыми приходилось работать. Когда-то по молодости они мечтали о богатствах и счастливой жизни, а вот теперь он приходит на рабочее место в 6 часов утра, ставит чайник на огонь, готовит прикуску. Усевшись удобно, маленькими глоточками втягивает в себя темно-коричневую жидкость очень крепкого чая. Пять минут настоящей радости, ради которых он живет все остальные 23 часа суток. После этого приуготовляет рабочее место и снова садится пить крепкий чай. До рабочего дня ещё 1,5-2 часа. В малом много великих радостей – вот высшая наука нам всем, прошедшим через многое. По молодости мечтал о многом и после многих лет неволи нашел все вкусы жизни в малом.

3-2.5.-30. Как происходит свидетельство о Боге в природе? Каждая реалия Вселенной говорит о Творце в меру своих свойств и природных возможностей выражать Его Сущность. Мы же поражённые первородным грехом просим Бога свидетельствовать о Себе противоестественным для Него образом – можно и нужно сказать даже через убийство Самого Себя. Как впрочем, и все эти шатания, приведшие к полному атеизму – человек не смог увидеть самого себя в малом проявлении творчества Бога. То есть, раз Бог Себя не убил, раз Он не самоубийца по нашему падшему образу, то и нет Его. Или ещё проще скажу: если Бог не выродок и не извращенец, то и нет Его – мы Его не видим и не понимаем. Хотя надо сказать, что свидетельство о Себе Он сделал адекватно для умственного восприятия во всей многогранной полноте. Прости меня Господи, за такие речи.

Та же самая реалия окружающей материальности беззаконием во вселенной говорит нам, потомкам, о беззаконии на Голгофе против Сына Божьего согласно своим природным свойствам материального мира – разверзшаяся земля и тьма над землёй в течение трёх часов. Это хоть и бесконечно малое, однобокое свидетельство, но как-то иначе свидетельствовать об этих событиях материальная составляющая Вселенной не способна – речь у неё о Боге несколько специфична. Нам нельзя тут требовать большего. Также как след в грязи от протектора сапог способен сказать только о протекторе подошвы – то есть только о том, что оказалось в поле досягаемости для способности грязи свидетельствовать о Боге через след сей от протектора сапог Его. Поэтому мы можем видеть следы – о большем эта влажная почва не сообщит, то есть о фотографическом изображении лица вот таким способом тут говорить не приходится. Свойства грязи не позволят, ибо иное невозможно по самой природе и её специфичных свойств. Нам открывается только замысел Его или связь трагических событий беззакония духовного мира с катастрофой или беззаконием в материальном.

Вот так своеобразно и уникально опосредовано этих катаклизмов материального мира Бог в замысле заявил Себя миру. Понятно, что для нас это мало убедительно, ибо сознание требует чего-то иного и большего, но, повторюсь, нам надо научиться довольствоваться малым, ибо как-то иначе мир материи Вселенной свидетельствовать о данных событиях беззакония не может – природа не позволяет. Также как невозможно топором нарисовать природный пейзаж во всей глубине этого прекрасного бытия (хотя какой-то рисунок всё равно будет иметь место, пусть даже в такой грубой топорной форме). Свидетельствовать о пейзаже можно и топором, но как-то выразить всеобъемлющую полноту его – никогда. Хотя к этому можно стремиться бесконечно долго. Именно так слишком грубо и топорно свидетельствует Вселенная о беззаконии на Голгофе – происходит раскол земной поверхности и наступает тьма с шестого часа по девятый. Как бы столь своеобразные уста материального мира могут говорить нам, произнося лишь эти слова и в данном уникальном образе. Получается, что эти инструменты познания Божественного своеобразно исповедуют нам об этом беззаконии. Нам, как исследователям Божественного Промысла, сразу же надо принять это к сведению и как аксиому.

3-2.5.-31. Далее природный пейзаж сей можно рисовать не только топором, но более выразительным инструментом, к примеру, карандашом и красками. И сия аллегория имеет свое соответствие в бытии. Также и Божественное может быть явленным опосредовано более выразительных понятийных инструментов или выраженное более совершенной природой, чем расколовшаяся земля у основания Креста. Так в Ветхом Завете Бог является нам многообразно, то это просто специфически сложенная речь из уст Его, то в виде трех странников, то неопалимой купины, то Ангела, то Божественного облака и так далее. Далее Бог оставляет Свой след и в других ещё более тонких материях – мире ангелов. Но, так или иначе, все это только лишь характерные следы Его, это лишь соотнесено к разряду нерукотворных образов подобно Лику Христа на полотенце или в более грубых формах свидетельства о Нём – разверзшаяся земля и погасшее Солнце. То есть в бытии имеют место более совершенные картины, чем топорное изображение, людьми названные творчеством Бога.

Хотя, надо сказать, что исходя из определения о познании Бога, сам факт того, что сказанное вписывается в разумное, уже есть не Истина, а лишь специфический оттенок её полноты. Сын Божий предвечно рожден от Отца, а потому, как и Его Отец исполняя Волю Родителя, также Творец и Промыслитель опосредовано Бога Духа Святого «не как через служебное орудие, но как через естественную и ипостасную силу» – учит святой Иоан Дамаскин. И то, что естественно для нас в обыденности уже при непосредственной близости к Сыну Божьему ведёт себя иначе – все более и более очевидно подчиняется Ему, чем и пугает нас, подавляет воображение неадекватностью. Также как Солнце в привычной близости для людей естественно, но если оное начнёт приближаться, то мы заметим перемены и увидим иные реалии, естественные для такой вот усилившейся солнечной активности. Хотя оные естественны для Солнца, но в то же время оные будут противоестественными для нашей природы осквернённой грехом. События, отраженные в святом Евангелии противоестественны для нас, ибо выходит за пределы пораженной грехом природы, но естественны для Бога, как вышедшие за грани привычного. То, что является и в самом деле чудом, к тому мы привыкли и принимаем как обыденное. То есть когда чудо при влиянии близкого Бога, выходит за грани привычного, мы замечаем его, как чудо – Богу свойственно стимулировать в нашей реальности Своё подобие. И то чудо, к которому мы привыкли, принимаем, как должное, а потому не видим его, хотя за счёт этого даже живём. Повторюсь ещё раз, что при особой активности Божественного, из-за близости Его, чудо выходит за пределы обычного, хотя до этого мы его не принимали, как чудо179. И понятно, что если Бог – максимум живого, то всякое чудо от Божественного будет как-то выражено на здоровье, как-то связано с победой над смертью, с живучестью в самых страшных условиях где-нибудь под водой или даже во чреве кита, или как-то ещё. Не с игрой в карты или в лотерею, и тому подобное, но только с возможностью жить даже в кромешном аду. Вот так, не зная ничего о Христе, Сыне Божьем, мы примерно можем предположить о Его чуде, которое Он должен был бы явить миру. Поэтому Евангелие рвет наш разум, позиционируясь только как благая весть о счастье.

3-2.5.-32.Скажем ещё несколько иначе. Огонь имеет несколько составляющих: свет, тепло, а также он очищает, защищает и так далее. Эти свойства – разные характерные грани пламени, которые реализуются в своём соответствии человеком. Получается, что Бог-Троица в своих Лицах имеет выражение в огне для нас более комфортно распознаваемое. Каждая Личность имеет характерное для Себя проявление во всяком событии, специфическое присутствие в каждом явлении Своего Творчества Вселенной и при этом нераздельно со Остальными Членами Совета – в согласии. Получается свет, тепло, защита и очищение, и прочее – имеют одну цель и один смысл одновременно. Лишь бы была жизнь в каждом творческом явлении. То есть не Одно, выраженное в Трёх Лицах, а Три Лица в одном Общем Деле держания мира и творчества, благодаря чему в каждой микроне этого бытия мы можем распознавать Каждую Ипостась. Как это происходит мы понять не можем, но если мы дадим такое определение имени Богу, то будем правы, ибо плоды такого богословия благие – это формирует согласие в общественных отношениях по образу и подобию того, как утверждается каждая микрона бытия, где Трое в Общем Деле Жизни вечной. К примеру, как торжествует жизнь? Столкнулись между собой враги и один победил другого. На самом деле в Очах Творца нет победы, ибо один из них повержен. Победа для Него – это когда оба дополнили друг друга, когда оба стали счастливы, хотя это есть, скорее всего, вопиющая несправедливость. Но ведь Бог радуется живому, а не мёртвому. В этом есть Тайна Святой Троицы, в Которой Все Три Мужа в вечном Согласии Жизни в каждой микроне Вселенной. Если мы принимаем Православие, то победа для нас – счастливый мир даже в ущерб себе в образе Совета Троицы. По этому при Царе православном Русь нарождалась даже в постоянных войнах и при отсутствии санитарных условий. Ныне же и войны нет и все необходимое есть, но Русь с западным мировоззрением теряет всё. Где логика тут? Почему не работают законы разума?

Пораженный грехом разум человека изображает Творца подобием самого себя – дьяволом. Ведь во время поединка с соперником, важно чтобы одно Божественное свойство функционально дополнялось с другим Его свойством. Также как тепло от огня востребовано в одном месте, а свет нужен для другого, чем обеспечивает жизненное пространство в каких-то особых случаях. Также как возникает необходимость в уникальных свойствах Божественного, адаптированных на орудиях защиты и нападения: абсолютная твёрдость материала, наибольшая легкость его и длинна – это все отдаленные подобия Его максимума. Так, к примеру, возникли мечи и щиты, и всё остальное. Получается, что чем большими свойствами-достоинствами наделён воин, тем он непобедимее. Также как в лесу абсолютно живучий зверь должен одновременно иметь рога, копыта, пасть волка, всеядность, маскировка и так далее. Но это только логика вещей, ибо дьявол – ангел Божий и обладает вообще всеми свойствами Его и причем в абсолютном совершенстве, но почему он всегда поражённый? И почему он так и не обозначился в бытии в процессе эволюции и жесточайшего естественного отбора? Получается, что если есть близость Творцу и дар богообщения, то никаких достоинств для успешной борьбы не надо, ибо вечность жизни дана вне всякой борьбы за неё, чтобы было радостно всем. А если нет присутствия Бога в душе, то и абсолютное совершенство не помогает – люди становятся с обитателями бездны – гибнут. Вот в чём трагичность тонкости различия – если поменять местами одно другим, то есть если сказать, что Один в Трёх Лицах, вместо Православного Три Лица в Одном. Это также как думать о том, куда поставить запятую в предложении «простить нельзя помиловать». Просто человек несёт в себе образ Любви Трёх Божьих Лиц Друг Другу, а не образ логики. Поэтому после поединка противники должны стать братьями.

3-2.5.-33. Теперь вновь о природе свидетельства о беззаконии. Дело в том, что мир может свидетельствовать Боге только беззаконием, то есть если нет раны на живом теле Вселенной, то и нет рубца от него. Просто добро всегда вне области обозрения чувственной телесной природой, мы всегда чувственно замечаем только лишь злое. Когда мы здоровы, то не чувствуем тело. Поэтому Бога мы не видим, как абсолютно доброго и здорового. Зато мы видим свой пустой желудок и помним своих обидчиков и прочее. Так как мы не видим Бога, то даже появляются атеистические течения мысли. Современные научные блуждания в этих сферах – ничто иное, как новое закамуфлированное под современные идеи возрождение арианской ереси, основанной на учениях Оригена. Итак, сфера поиска и деятельности современной науки имеет свое естественное место, как исследование специфических свидетельств о Боге.

Очень часто сфера понятий и инструментов, с помощью коих идёт исповедь о Боге, сильно разнятся с инструментом догматического богословия. Но это не есть противоречие. С одной стороны, это разные формы иносказательности догматического богословия, а с другой нельзя противопоставлять эти вещи, ибо одно дополняется другим, одно следует за другим только более инертно. Также как за головой следует тело и они едины. Иногда сие оговорено на ином понятийном языке, а потому появляются такие вот нестыковки. Но опять же все исправимо было бы желание, а вот именно этого-то и нет как раз. Поэтому в данной работе делается попытка одеть догматику теми одеждами, кои оказались востребованными в какой-то специфической жизненной ситуацией или даже в любой. То есть речь о дополнении к полное Истины даже идти не может, ибо Истина уже есть полнота. А целью ставится иное – надеть на неё более тёплые одежды в условиях холода научно-технического прогресса. Да революции 19-20 веков являются следствием вырвавшегося из бездны смертельного холода. Началась настоящая зима и, как в былые времена, есть необходимость строить русскую избу и занести в неё огонь и держать в добротной русской печке. Догматика – это живое слово, которое нуждается в такой защите от холода новых идеологий. Нет тут покушения на догматические установки, а есть попытка адаптировать их к новым условиям общественных отношений, отягощённых новыми условиями зимы исходящей от научного прогресса. С другой стороны, мне думается, что это естественное явление. Это свойство жизни наступать на смерть и в любой брани неизбежно есть обратное влияние, исходящее от противной стороны и в данном случае речь идёт о бездне и о холодящем влиянии её, трансформировавшемся во множественные ереси. Невозможно остаться в чистоте, производя какие-то грязные работы, то есть всё равно придётся смывать с себя грязь. Так и здесь холод бездны отдаст свое влияние всем тем, кто вступил с ней в брань. Жизнь отвоёвывает у смерти новые пространства, а потому и обратное влияние смерти также неизбежно будет. Так как нет опыта сражений, то и то, что было в 20 веке в Европе, закономерно – будет много обмороженных ересью, усиленной открытиями в науке. С другой стороны появились некто, кто пользуется этим и вымораживают коренные европейские народы, вместо того, чтобы принять участие в священной брани. Это влияние бездны неизбежно в процессе наступления жизни на мертвые пространства. Оное дезориентирует все общество в целом. Потому во все времена нужны блокпосты – православные монашеские обители179.

3-2.5.-34. Почему Бог сделал нам временное бытие на Земле? Тут очень много трактовок. С одной стороны сие есть трагедия, а с другой это свойство природы, как следствие первородного греха. Если нет временного, то душе никогда не определить то, что является вечным или совечным ей, как подобие. Так как у Творца всё имеет жизнеутверждающее направление, то и смерть – это акт жертвы покаяния во имя вечности жизни или новый шаг победы над собой. Не можем мы достойно каяться, а потому несем с собой в будущее грех, который к концу жизни иной раз принимает устрашающие реалии. Ведь мы всегда видим лишь злое, за которым скрывается Истина, а потому и жизнь наша – убийство живого ради себя, как естественный выход из создавшегося положения, а без этого невозможно человеку быть. Так как тело призвано сослужить душе Богу, то ему постоянно нужно очищение в поте лица, опосредовано того, что естественно для тела, что невозможно без физических нагрузок. Иного в бытии нам не известно. Сами ученые говорят, что вне физических нагрузок сердце человека лишь на 10% обеспечивает приток крови во все части тела, из-за чего атрофируются все процессы жизнедеятельности, востребованные в самом акте богообщения. По этой причине, здоровый бедняк счастливее больного короля.

Что есть Православие? Взглянем на свою природу ещё раз. Мы всю жизнь дышим, перевариваем пищу, в нас текут биологические процессы. Можно сказать о нас, что мы наделены огромной силой воли и духа, ибо держим в себе все под контролем и без прерывно совершаем процессы жизнедеятельности. Но на самом деле, это не сила воли, а процесс поддержания радости. Организм ради радости нашей в душе сам берет на себя все эти функции и не хочет отдыхать, идти в отпуск. Если труд в поте лица не стал частью природы физиологического процесса, такого же как дыхание и пищеварение во имя поддержания души в радости высшего молитвенного богообщения, то всякая деятельность и даже её отсутствие становится травмой психики, которая потому приводит к трагедиям и смерти души, хотя человек был силен духом и волей.

3-2.5.-35. Счастлив тот человек, который нашёл себе настоящего духовника, имеющего силу исповедовать духовных чад своих. Тяжело у него нести послушание, но он сильно продлевает жизнь. А так рождается новое поколение, и вместе с ним появляются проблемы, возвращающие все на круги своя. Всякая затянувшаяся рана оставляет шрам, потому пожилые люди несут в себе опасливость и осторожность, которые очень часто беспочвенны. Сказано, что лучше поверить врагу своему и предателю, чем не поверить брату. Когда доверишься врагу – страдаешь сам, но дело общее живет. Когда не доверяешь брату, то выживаешь сам, но дело служения отечеству гибнет и в конце концов гибнешь и сам только чуть позже. Иными словами, даже если он враг твой, то все равно самый близкий брат – это ещё одно следствия верного понимания о Предвечном Совете Бога Троицы, который обозначился в истории человечества белой линией. Всякий плохой опыт прошлого неизбежно порождает правила, благодаря коим возникают множественные своды доктрин, как шрам напоминающий об ошибках, но это ничего не значит для общества, ибо главное – иное – главное мотивация, то есть цель. Если правитель любит свой народ, то законы общественных отношений вспомоществуют ему. Если он имеет иные какие-то цели, то законы общества – инструменты достижения его цели. То есть ошибки творились только по причине совсем иной – безбожной жизни. Старое поколение со всеми его пересудами, подозрительностью и распрями уходит в небытие, остается лишь то, что имеет Силу Чистоты для решения новых задач. Настоящая катастрофа наступает тогда, когда деградация трансформировалась в сформировавшуюся законченную идеологию, а поэтому стала нормой мировосприятия. То есть узаконенное влияние смерти на живое передается другим поколениям, уже несколько ослабленным предыдущим воздействием от неё. Страшливость в государственной безопасности приходит на смену любви, в результате чего любовь, как живое, теряет способность бросать семена свои и общество теряет благодатные урожаи. А ведь только это качество жизни её утверждает. То есть остается слабость в законе, делает её присутствие позволительным, то есть нет возможности ошибкам и заблуждениям уйти в прошлое вместе с тем поколением, которое несет его в себе. Так народ становится склонным к трагическим ошибкам, преходящим из поколения в поколение и самоубийство становится естественной потребностью общества, утверждённой законодательно. И, как проклятье, уходит востребованность сначала в монархии, потом в бытии даже самого человека, как неизбежного носителя проблем. Идеология, по естеству своему, мертва, ибо смешивает правду и ложь, то есть постоянно сеет своё подобие, плохие семена, утверждающие антигосударственные веяния. Иными словами, нож в спине идеология утверждает, как совершенство. Инородный металл в живом теле называет гармоничным дополнением. Поэтому власть, которая назидает идеологию, может удерживаться только путём постоянного процесса очищения от инакомыслия и вместе с оной (инакомыслием) – мыслящего цвета нации. Такая власть, как порождение ереси идеологии держится на насилии. Вот как много причин нашего временного бытия. Что такое насилие?

3-2.5.-36.Если Вам придётся изучать сатанинские ритуалы, то в них вы заметите странности, которые намекают на то, что здесь производится насилие. Но, так как это ритуал, то насилие чисто формальное, то есть не несёт в себе той жестокости, которую во время него просто изображают. Но сам факт, что тут изображен акт насилия, свидетельствует о многом. Дьявол по природе своего естества безобразен и чудовищно мерзок, а по этой причине не может претендовать на симпатии к себе и на любовь со стороны женщины и она закрывает ему путь в будущее Земли. Поэтому насилие – единственный для него способ внедриться в общество людей, чтобы потом уводить за собой в бездну убиенные им души. Но пять же, дьявол не может выйти из бездны без воли самого человека, а именно без культа. Остаётся теперь только дать определение самому насилию. Женщина может принять в себя только красоту. Точнее, оная есть художник, который увидел понравившийся красивый пейзаж и пытается его изобразить на полотне. То есть она хочет рожать от того, кого любит. Так как человек сотворен Богом, то остается лишь дать свободное самоопределение, дать возможность выразиться внутреннему естеству Божественного творения. А насилие всегда этому объекту любви не дает выразиться, потому и картина, появившаяся от такого вида, всегда безобразная181. Повторю ещё раз, что женщина может рожать только от любимого, распознав в нём Божественное и поэтому наделяет своего ребёнка этим же качеством души – дает зелёный свет тому Божественному, что она смогла распознать в любимом. Так же происходит со всем родом человеческим, в котором женщине свойственно любить красоту и рождать её для будущего, определяя все сильнее и сильнее лик образа Божественного. Что, в конце концов, стало одним из факторов эволюционного становления человечества, отражающегося на народном характере. Это тоже богословская тема.

На страницу:
25 из 39