Евгений Владимирович Щепетнов
Манагер


Мне было очень плохо: болело избитое тело, хотелось есть, но самое главное – я весь горел, как в огне, похоже, заразился какой-то болезнью. Где заразился? А кто знает где. Может, хлебнул водички из тропической реки, когда переплывал ее, может, грязи в болоте, а может, укусила какая-то тварь. Я еще удивляюсь, что раньше не заболел. Скорее всего, это как-то было связано с тем, что я с другой планеты. Ну не по вкусу я был местным бактериям!

Все это крутилось у меня в голове, пока я тащился к лагерю, как побитая собака, на поводке. У реки нас ожидала большая лодка, что-то вроде катамарана, с прочным широким помостом и стоящими по бокам охранниками с мощными луками.

О как! Для моей поимки была организована целая экспедиция! Вот тебе и два-три солдата! Ошибался Аркан. Не два-три солдата… А что я хотел? Странная личность, нашли в джунглях, в необычной одежде и с невиданным драгоценным приспособлением на глазах. Вот сволочи! Мои очки! Как я без них? Как?.. Что за черт, я увидел катамаран на реке метров за сто, да еще со всеми подробностями – с солдатами у бортов, рассмотрел луки в руках, стрелы на тетиве и даже завязки на их набедренных повязках! Это как понять? Что со мной происходит? Я так никогда не видел, даже в детстве. Сколько себя помню, носил очки, а теперь… Вот это да! Это я теперь типа Зоркий Сокол? Тэ-э-экс… и с чем это связано?

«Ну-ка, Васька, давай рассуждать, каким это образом ты вдруг прозрел, – сказал я себе. – Лихорадка? По логике – лихорадка. Может, какой-то вирус вселился в меня? И что? Исправил мне глаза вместо того, чтобы выесть внутренности? Как-то глупо… Ну а что еще-то? Так, что-то мелькает в голове, какие-то смутные воспоминания, какие-то слова… Слова? Стоп! Какие такие слова?! «Носитель», «семя» – это к чему? Ой, как голова заболела… ну что за хрень? Я никогда не отличался мигренями и всяческой такой головной гадостью – боксом не занимался, по голове в подъезде меня не били – с чего это такая дикая головная боль? Опять все сводится к лихорадке. Ладно, потом соображу… если время дадут. А почему не дадут? А потому, что они постараются вышибить из меня дух – я же беглец, за которым отправили целый отряд охранников. А если спросить? Ну, в крайнем случае, получу пару лишних тумаков, а может, и получу информацию?»

– Господин начальник, а чего это за мной столько солдат отправили? Неужто я такая важная личность? – осведомился я у старшего охранника.

Он скривился с отвращением:

– Тварь ты этакая! Я бы тебя и тащить не стал – башку бы отрезал на месте в знак того, что нашел, а начальник лагеря потребовал, чтобы тебя живым доставили! Типа шаман тебя видеть хочет! Вот только мне не было сказано, что тебя надо с руками и ногами доставить, а особенно с языком, и если ты, вонючка толстозадая, не перестанешь болтать, я отрежу тебе язык прямо тут, на месте!

Я благоразумно заткнулся и задумался. Шаман? Это тот шаман, что вылечил меня в прошлый раз? С одной стороны, я ему благодарен, хотел он или нет, но спас меня, когда я умирал, иссеченный кнутом. С другой стороны, если бы не его желание меня посмотреть, я бы спокойно ушел от преследователей, перебравшись за реку, и никто не стал бы тратить столько усилий, чтобы меня ловить. Так-то оно, если взвесить, первое перевешивает второе. Вряд ли сейчас они меня засекут до смерти, раз решили доставить живым. Впрочем, кто знает? Может, они любят смотреть на зрелище наказания штрафников, как сказал один из солдат. Только мне почему-то в это не верилось – если это касалось нынешней ситуации и меня лично. Всегда не хочется верить в плохое и кажется, что со мной ничего такого не может случиться по определению.

Переправа через реку прошла спокойно, без эксцессов – никаких чудовищ не вылезло, никто не попытался сожрать меня, выпрыгнув из воды, хотя солдаты были довольно напряжены и стояли за высокими бортами с луками наготове. Похоже, попытки сожрать людей, переправляющихся через реку, были здесь обычным делом.

Лодка приводилась в движение длинными веслами, за которыми сидели рабы, так же проклинающие меня, как и охранники. Просто какое-то поветрие пошло – все меня ненавидят, и всем я насолил в этом мире! Я даже почувствовал к себе почтение – это же надо так всем нагадить! Видимо, у меня талант. Почему рабы, сидевшие на веслах, ненавидели меня? А попробуйте грести против течения, вместо того чтобы сидеть в лагере, в тени дерева. Никто не радуется лишней работе, вот и они ей не обрадовались.

К тому времени, как я вошел в знакомые ворота лагеря, состояние мое ухудшилось: меня мотало, в глазах, теперь отлично все видящих, метались красные искры, а весь мир качался и шумел, как Ниагарский водопад. Или это у меня в ушах шумело? В общем, мне было очень хреново. Хватило меня только на то, чтобы войти в ворота, сделать шагов пятьдесят по направлению к помещению коменданта и там упасть навзничь в нагретую солнцем пыль. Я уже не видел, как меня несли, обмывали, раздевали. Потом узнал, что был без сознания трое суток.

После пробуждения я долго не мог понять, где нахожусь. Беленый потолок, кровать – не нары, а именно кровать – рядом на табуретке кусок лепешки, кувшин с чем-то и кружка, чашка с остывшей кашей. У меня страшно забурчало в животе, и я поспешил сесть и протянуть дрожащие руки к еде.

Холодная каша и черствая лепешка пошли так, как будто это были яства из элитного магазина для богатеев. Все познается в сравнении. Когда-то я нос воротил от вчерашнего супа – не люблю подогретый, картошка там дубовой делается, – а сегодня рад и лепешке, твердой, как подошва. В кувшине оказалась подкисленная жидкость – что-то вроде сока, сильно разбавленного водой. В глотке у меня так пересохло, что кувшин опустел в два приема. Вот теперь можно было подумать и о будущем.

Я откинулся на кровать и замер, переваривая пищу, как довольный удав, и стал я анализировать ситуацию. Итак, меня не избили и не убили. От меня чего-то ждут. Чего? В деле замешан шаман, а шаманы, как я узнал, являются хранителями знаний и своеобразными учеными. Я представил нобелевского лауреата Алферова с костью в носу и хихикнул. Зачем я шаману? Получать знания, конечно. Как извлечь из этого выгоду? Продавать свои знания постепенно, не все сразу, заинтересовать шамана и выбраться из концлагеря. Возможно. Это даже лучший выход, чем бегство по лесам, – по крайней мере, более комфортабельный и безопасный. А я уверен, что безопасный? Ну а как я могу быть в чем-то уверенным в этом дерьмовом мире? Конечно, не уверен! Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Мои размышления прервал стук открывшейся двери, и довольно звучный, поставленный голос сказал:

– Ну что, Белый Вас, поговорим? Не притворяйся, я знаю, что ты не спишь. Давай открывай глаза, и начнем общение.

Открыв глаза, я стал рассматривать вошедшего. Это был высокий, даже для жителей этой планеты человек, вполне приятной наружности, и если бы не торчащая в его носу кость, то его можно было бы принять за преподавателя университета… хм… почему-то бегающего перед своими студентами в двух тряпочках спереди и сзади. Надо сказать, что и тряпочки у него были из хорошей ткани, судя по всему, шелковой, и отливали золотом.

– Все рассмотрел? – усмехнулся шаман (а это был именно он). – Ты – Белый Вас, по крайней мере, тебя так зовут здесь, в лагере, а я великий шаман Ангоскан. Тебе, наверное, интересно, почему ты не корчишься под ударами кнута, а лежишь тут, как важный господин, и беседуешь с самым могущественным шаманом в радиусе тысячи километров? Скажу: ты меня заинтересовал. Никто еще не видал такого строения тела, такого цвета кожи, как у тебя. При тебе, как я узнал, были найдены странные вещи, стоящие очень дорого и сделанные по неизвестным нам технологиям. Я хочу знать, кто ты. Учти, от твоих ответов зависит твоя жизнь. Если мне будет интересно то, что ты мне расскажешь, я заберу тебя из лагеря и сделаю своим слугой. Ты будешь хорошо питаться, жить в хорошем доме, возможно, я сделаю тебя своим помощником – будешь готовить мне снадобья. Ну так что, готов говорить?

Я медленно кивнул и, натужно крякнув, сел на кровати. Голова уже не кружилось, в глазах не двоилось, и чувствовал я себя на удивление прекрасно – каша с лепешкой наверняка пошли мне на пользу. Подумав, я решил, что хитрить с шаманом себе дороже, и сразу взял быка за рога.

– Я пришелец из другого мира. Как здесь оказался – не знаю. Очнулся уже здесь, и ваши солдаты взяли меня в рабы. С тех пор сижу тут, в лагере. Больше ничего не знаю. Попытался убежать – меня поймали и привели обратно. Вот и все.

– И все? – пришел в восторг шаман. – Только самого факта, что ты пришелец, достаточно, чтобы сжечь тебя на костре! А ты говоришь – и все!

– Как это на костре?! – неприятно удивился я. – С какой стати-то? При чем тут другой мир и костер?

– Как при чем? По нашим верованиям, с того мира в этот приходят очень неприятные твари, которые вредят людям, вносят смуту, подрывают основы нашей морали и жизни, и, чтобы очиститься от скверны, надо их сжигать. Ты готов к сожжению?

– Никак не готов! Никакого сожжения не хочу! Никакие основы морали потрясать не собираюсь. И вообще, ваш хренов мир мне уже так надоел, что и выразить не могу! Только и вернуться домой я тоже никак не могу! Я вообще не знаю, где находится мой мир!

– А как узнать? Может, ты врешь? Может, тебя надо поджарить и выяснить, как ты собирался подорвать основы морали и нашего общества?! Чем ты тут недоволен? Что тебе не нравится?

– Рабство, конечно, – не подумав, быстро выпалил я.

– Ага! Значит, ты задумал освободить рабов и лишить государство основы его благосостояния? Ты демон! Ты настоящий демон! Тебя обязательно надо сжечь. Это ясно и обсуждению не подлежит. Но твое сожжение может быть мучительным или же быстрым и безболезненным, а потому ты должен мне раскрыть секреты, которые ты принес с собой из своего мира: шаманские заклинания, тайны оружия, какое-нибудь шаманство, которое мне пригодится. Расскажешь – тебя не будут бить, будут хорошо кормить, а когда наступит день твоего сожжения… ага, это на праздник бога воды, значит, через неделю, тебе перед сожжением дадут напиток, от которого тебе не будет больно, а даже приятно, когда тебя будут сжигать.

– А вы сами-то пробовали сжигаться с этим напитком, – саркастически спросил я, – что так уверенно говорите о том, что будет приятно?

– Хм… ну я предполагаю, что будет приятно. Меня-то сжигать не за что, я не демон. Демон ты, и не крути мне мозги – вон как ты повернул! Ты хочешь сжечь лучших представителей шаманства империи! Вот какова твоя задача!

Шаман взволнованно заходил по комнате, его движения были так стремительны, что золотистые тряпочки на его бедрах раскрывались и обнажали худой смуглый зад.

– Какой коварный план! Нет, мы тебя будем сжигать не тут, мы отправим тебя к Верховному шаману! Не каждый день попадается такой коварный демон!

– А что, к вам попадало много демонов? – спросил я с надеждой увидеть своих земляков. – И как вы с этими демонами поступали?

– Вообще-то нам еще не попадалось демонов, – сознался шаман, – но наука допускает и даже настаивает на существовании подобных сущностей, иначе как объяснить многие вредоносные события в нашей жизни?! В труде Зилота Каланского сказано: «И эти существа явятся из другого мира, и вид их будет ужасен – они будут маленького роста, белые и толстые, как мучные черви, при них будут странные приборы, сделанные не в этом мире. И будут они задавать странные вопросы, от которых у ученых мужей совершится кружение головы и расстройство психики!» Все соответствует! Похоже, ты первый из отряда демонов!

– Ну не такой уж я как червь! – обиженно протянул я возбужденному шаману. – И не такой уж и толстый! Совсем уж обгадили! На себя бы посмотрели – ходите с костью в носу!

– А чего моя кость? Кость как кость… положено. Какой шаман без кости в носу. Вначале, конечно, было неприятно, а потом привык. Сморкаться только трудно. Приходится вначале вынимать кость или же просто глотать соплю. Но со временем привыкаешь. Так, мы не о том! Давай, демон. Рассказывай мне все, что знаешь о шаманстве в вашем мире, а я буду запоминать и записывать.

– И о чем же мне вам рассказать?

– Ну, начнем с того, как ты занимаешься шаманством. Ты же занимаешься шаманством в своем мире, не так ли?

Я подумал немного и решил: «В общем-то, да, именно шаманством я и занимаюсь. Ну что же, записывай, дикарь хренов!»

Следующие полчаса я сосредоточенно засыпал шамана практическим руководством по установке «Виндоус семь», рассказывал, какие комплектующие подходят для игры в линейку и айон, до тех пор, пока у шамана не вытаращились глаза и он не сказал:

– Ты на самом деле опасен! Я общаюсь с тобой короткое время, но у меня уже кружится в голове и я схожу с ума! Тебя надо сжечь тут, в лагере! Иначе ты наведешь порчу на Верховного шамана! Я приглашу жреца бога огня, и мы совершим ритуал завтра вечером, на закате солнца. Больше не разговаривай со мной! Иначе мне придется отрезать тебе язык!

Шаман вышел из комнаты, косясь на меня глазом, как цирковая лошадь, а я остался размышлять о своей несчастной судьбе: «Вот дернул же меня черт напугать шамана! Если бы он отправил меня в город, у меня был бы шанс сбежать по дороге. А теперь что? Вообще-то все складывается довольно кисло. А почему ты считал, что все будет зашибись? Сейчас шаман узнает, что ты из другого мира, прослезится и возьмет тебя к себе в напарники по колдовству? Интересно, что он там сказал про этого Зелота Каланского – так, что ли, его зовут? Какого черта он так близко к теме описал попаданца с Земли? Ну не так уж и близко. – Я потыкал себя в живот. – Не такой уж и толстый! Скотины паршивые! Надо же так загадить мое описание! Значит, правда у них какие-то провидцы есть… А почему и нет? Если на Земле не отрицают существование всяких там непознанных явлений – экстрасенсорики, колдовства и шаманства, то уж тут, в диком мире, в джунглях, им и карты в руки. Ну да ладно – в конце концов, мне что, поджариваться, как шашлыку на косточке? Валить отсюда надо! И как это сделать? Задача, однако…»

На обдумывание задачи я потратил весь вечер и кое-что придумал. Как было видно, шаман обладал не только знаниями в своей области и мог читать наизусть выдержки из научных трудов, кроме этого, его снедала гордыня, и он желал обладать знаниями, которые позволят ему подняться выше всех остальных коллег. Ну, не он первый, не он последний. В общем, человек как человек, и на этом стоит попробовать сыграть. Тем более что человек он не очень проницательный – этакий сумасшедший ученый не от мира сего, и это вселяет надежду…

Встав с постели, я подошел к двери и подергал за деревянную ручку – неа, закрыто. Не дураки же они оставить демона в комнате с открытой дверью! Вдруг я на них напущу черный понос! Жаль, что не умею напускать… Бам! Бам! Бам! – заколотил я в дверь. За ней кто-то зашуршал, и сдавленный голос спросил:

– Чего тебе, демон? Великий шаман не велел с тобой разговаривать! Сиди и не рыпайся, иначе получишь стрелу в дверную дырку!

Я с отвращением заметил в двери несколько дырочек на уровне груди и понял теперь, зачем они тут накручены. Вот гады! Это они так могут тихонько нашпиговать меня стрелами, находясь сами за дверью из железного дерева! То, что это железное дерево, я понял по цвету – оно такое немного красноватое, темное. Черта с два его сломаешь, не хуже чем сталь.

– Скажи шаману, что я хочу открыть ему страшную тайну, выдать шаманские сокровища!

– Ты врешь, демон! Вы, демоны, умеете мозги заморочить!

«Что умею, то умею, – подумалось мне, – как-то пришлось впарить залежалый ноут, громоздкий, как бабкин сундук, и клиент… тьфу, не о том речь! Тут как бы пятки не поджарили, а мне в голову хрень всякая лезет!»

– Если ты не передашь шаману, что я тебе сказал, я завтра сам ему скажу, и он будет в ярости и сильно тебя накажет, будь уверен! Иди и скажи ему, болван ты эдакий!

Приложил ухо к двери, за ней послышались удаляющиеся шаги – подействовало! Хотел заглянуть в дверную дырку, но передумал – ширнут еще в глаз чем-нибудь острым, потом ходи кривым всю оставшуюся жизнь, надеюсь, достаточно продолжительную. Впрочем, это зависит от того, хватит ли у меня ума разыграть интригу.