Иар Эльтеррус
Витой Посох. Постижение

От столицы до Дзанга, где их ожидал скоростной бриг, отряд добрался меньше чем за сутки. Неслись без отдыха, даже ели на ходу. Карайнам было проще, они в таких случаях обычно наедались впрок и могли обходиться без еды несколько дней, хотя им это и не слишком нравилось. Однако сейчас было не до капризов, и разумные звери это прекрасно понимали. В самом Дзанге тоже отдохнуть не вышло. Пришлось сразу по прибытии грузиться на корабль, что потребовало немало усилий – бриг не был предназначен для перевозки карайнов, которых пришлось разместить в трюме, убрав оттуда все лишнее. Когда наконец отдали якорь, Кенрик уткнулся носом в теплый бок Черныша и тут же уснул, вымотавшись до предела. Однако поспать долго не удалось.

Часов через пять после отбытия из Дзанга начался шторм со всеми сопутствующими прелестями – качкой, морской болезнью и прочим. Невидимкам пришлось потратить немало сил, чтобы успокоить своих карайнов, которым показалось, что корабль тонет, и тонуть вместе с ним они не хотели. Многие порывались выбраться на палубу и спрыгнуть в воду, считая, что доберутся до берега сами. Едва удалось убедить их не делать этого.

Но все на свете заканчивается, закончился и шторм. А еще через несколько часов на горизонте показались башни маяков Кейда. Кенрик в этом довольно большом городе еще не бывал, поэтому, сразу после того, как объявили о скором прибытии, выбрался вместе с Чернышом на палубу и с интересом уставился на приближающиеся крепостные стены. Уже полуразобранные, они остались еще с тех времен, когда в каверне существовало несколько враждебных друг другу стран. Сейчас, понятно, стены были уже не нужны, вот их постепенно и разбирали для своих нужд горожане, чтобы не тащиться в далекую каменоломню.

Портовая суета поразила юношу, ему показалось, что даже столичный порт не столь велик, как кейдский, не говоря уже о дзангском. Впрочем, ничего удивительного – через Кейд вся лежащая к западу от него часть страны снабжалась железом, медью, углем и много чем еще. Возможно, это была и не единственная причина, Кенрик не знал. Он просто смотрел на бесчисленные вереницы грузчиков, загружающих и разгружающих множество судов, и удивлялся про себя, что их столько. В Игмалионе, в отличие от его родины, жили богато, работа была у всех, кто ее хотел. И оплаты вполне хватало на жизнь, никто не голодал.

Бриг тем временем спустил паруса, пришвартовался, матросы перебросили на берег сходни. Капитан, не теряя времени, отдал приказ сходить. На берегу отряд уже ждали коронные интенданты с заготовленными припасами, которые на скорую руку загрузили в седельные сумки карайнов и сразу после этого отправились в путь. Кенрик только вздохнул про себя – город посмотреть так и не вышло, много ли увидишь с несущегося галопом карайна. Через четверть часа Кейд остался позади, и отряд помчался по ойнерской дороге. Первая остановка их ждала только миль через двести, у переправы через реку Синандин, разделяющуюся надвое. Там придется сворачивать направо, переправляться и двигаться уже в сторону Хирлайда через узкий перешеек между Ларантским озером и Ойнерским морем. Многие опасались, что при первом же землетрясении перешеек разрушится и озеро сольется с морем, поэтому вблизи самого перешейка люди не селились.

Каждый раз, когда Кенрику доводилось видеть игмалионские тракты, связывающие крупные города, он вспоминал узкие разбитые дороги в той же Тории, не говоря уже о более мелких странах его каверны, и поражался про себя. Это сколько же надо было сил и времени затратить, чтобы выстроить такое чудо, как эти дороги – ровные, почти прямые, широкие. Четыре повозки разъедутся в ряд! А уж стоимость их и представить страшно. Что и говорить, богатое государство есть богатое государство, оно многое может себе позволить. Беда только, что его богатство вызывает зависть у соседей, жаждущих урвать и себе кусок, не прилагая к тому никаких усилий. Вот и сейчас снова война. Из-за чего? А все из-за того же, из-за человеческой жадности. Почему эти проклятые островитяне полезли в Игмалион, почему им дома не сиделось? По той же причине. Юноша, конечно, слышал, что в Керионе живут бедно, что для такой маленькой территории у них слишком много людей, вот и голодают. Но им же предлагали уйти под руку Игмалиона? Предлагали. Не захотели, силой решили отобрать. Что ж, пусть теперь пеняют на себя.

«М-да-а… – протянул Посох. – Много я видел наивных дураков, но таких, как ты, видеть еще не доводилось. Это же надо такую чушь нести…»

«А что я не так сказал?! – возмутился Кенрик. – В чем я неправ?!»

«Да во всем. Ты судишь о том, в чем совершенно не разбираешься, причем судишь со своей колокольни, считая себя априори правым. Для начала попробуй поставить себя на место человека, который день и ночь надрывается, но при этом не может прокормить своих детей просто потому, что негде произвести достаточно еды для этого. А в стране рядом – куча свободной земли, которую никто не возделывает, соседи сидят на ней, как сыч на ветке, – и сам не ам, и другому не дам. Простые люди, может, и согласились бы с тем, что этот сосед возьмет их под свою руку – им безразлично, кому платить налоги. Хоть и не всем. Однако есть еще и правители, которые ни за что не захотят делиться ни прибылью, ни властью с кем бы то ни было. Вот они-то и направляют недовольство и гнев голодных людей в нужное им русло. И люди идут умирать ради них, а не ради своих детей, как им вбили в голову».

«Вот же сволочи! – сжал кулаки юноша. – Да их давить надо!»

«Надо, – согласился Посох. – Вот только кто давить будет?»

«Ну-у-у…»

«Вот тебе и ну! Сам ручки замарать боишься, а туда же».

«Понадобится – замараю!» – отрезал Кенрик.

Как обычно, Посох ухитрился испортить ему настроение, однако заставил задуматься о вещах, о которых он никогда раньше не задумывался. Он всегда предпочитал выстраивать картину мира как можно более простой, так легче жилось. Однако Витой постоянно разбивал эту уютную картину, заставляя юношу спешно сочинять новую, и его это безмерно раздражало. Кенрику гораздо спокойнее было в объятиях своих иллюзий, и, как ни старался Посох, ему пока не удавалось заставить своего носителя принимать мир таким, какой он есть на самом деле. При крайней необходимости юноша способен был действовать решительно, как во время экспедиции в Средоточие, но только если без этого нельзя было обойтись. Слишком уж ему не нравилось брать на себя ответственность за других, и он избегал ее, как только мог.

Отряд сбавил ход, чтобы дать карайнам отдохнуть, постоянно нестись галопом не могли даже они, будучи все же живыми существами, а не големами. На сей раз полусотня Кенрика двигалась последней в колонне, а сам он ехал в замыкающем ряду вместе с Марком, который не отпускал ученика от себя далеко. Юноша, страшно довольный тем, что Посох от него отстал, глазел по сторонам, благо местность вдоль реки была довольно живописная. Они проезжали мимо небольших тенистых рощиц, густых зарослей ягодных кустов, где юноша с удовольствием бы попасся, невысоких поросших травой холмов и множества ручейков, манивших отдохнуть. Кенрик тяжело вздохнул – с каким бы удовольствием он сейчас повалялся бы на травке, поел ягод, искупался в ручье… Но, увы, нужно куда-то ехать.

Впереди показался небольшой лесок.

«Стой! Тут что-то не то! – забеспокоился Посох. – Я чувствую!»

«Ну что здесь может быть не то? – устало спросил Кенрик. – Как же ты меня достал…»

В этот момент он повернул голову направо и увидел стоящего под деревом старика в невзрачной хламиде и с палкой в руках. Тот стоял и спокойно смотрел на проезжавший мимо отряд. Юноша покосился на других невидимок, но старика, похоже, никто, кроме него, не заметил. Ну и Беранис с ним! Стоит себе и пусть стоит. Того, что произошло следом, Кенрик не ожидал и ожидать не мог. Время вдруг остановило свой ход как тогда, когда они с Марком, Ниром и Телией прорывались через Илайский перешеек к войскам принца. Посох что-то сдавленно пискнул, и его присутствие перестало ощущаться. Юноша дернулся из стороны в сторону, но не смог двинуться с места, что-то невидимое держало его. Старик, внимательно глядя Кенрику прямо в глаза, направился к нему.

…Ощутив приближение большого числа людей и карайнов, Эльнар набросил на себя полог невидимости и отошел под сень деревьев. Желания общаться он ни с кем не имел, однако, когда увидел, кто едет мимо, то едва заметно улыбнулся. Невидимки. Пусть едут, люди нужным и важным делом заняты. Если бы потребовалось, Эльнар даже помог бы им, естественно так, чтобы они об этой помощи не узнали. Взгляд старого мага безразлично скользил по бравым воинам, он привычно сканировал каждого, отмечая полное отсутствие дара. Нет, трое визуалов попались на глаза, но они его ни в малейшей степени не интересовали. Тяжело вздохнув, Эльнар сказал себе, что пора уже свыкнуться с мыслью, что ученика себе он уже не найдет, слишком стар, а дар истинного мага чрезвычайно редок. Но когда мимо него проезжал последний ряд невидимок, старику показалось, что его огрели дубиной по голове. Один из них, слегка смугловатый черноволосый молодой парень, обладал даром такой силы, что подобных ему Эльнар не встречал за всю свою довольно долгую жизнь, а прожил он лет четыреста, давно бросив считать года.

Мысленным пожеланием остановив время, старик двинулся к парню, испуганно смотрящему на него. Из этого Эльнар заключил, что тот его видит, хотя это и было совершенно невозможно для необученного мага. Какой отсюда следует вывод? А только один – парнишка где-то обучался. Хоть бы только не у кукловодов, эти способны лишь изгадить чужой дар. Подойдя ближе, маг принялся внимательно изучать ауру парня, с каждым мгновением приходя во все большее недоумение. Судя по рисунку развития способностей, его обучением не занимался никто из истинных магов, так как некоторые области, на которые учитель истинный обратил бы внимание в первую очередь, не были затронуты вовсе. Похоже, что беднягу обучали визуалы, не распознав в нем истинного. Но в то же время другие области оказались гипертрофированно развиты, а этого визуалы сделать никак не могли. Эльнар вгляделся глубже и понял, что в рисунке ощущается еще чье-то влияние, вот только почерк этого влияния был уж больно странным, необычным. Это что же перед ним за феномен такой?

– З-здравствуйте, д-дедушка… – дрожащим голосом поздоровался парень.

– И тебе доброго дня, юноша, – приподнял уголки губ старик. – Ты кто?

– Невидимка, вы же видите… Кенрик Валльхайм…

– То, что невидимка, неважно, – отмахнулся Эльнар. – Тебе известно, что ты маг?

– Конечно, – гордо улыбнулся парень. – Я уже второй год учусь в Антрайне.

– О святые боги! – потряс воздетыми к небу руками старик. – Чему эти идиоты способны научить истинного?!

Глаза парня внезапно зажглись яростью, вокруг рук возникло свечение готового в любой момент сорваться заклинания, в котором Эльнар с немалым изумлением опознал «огненный смерч» – ученикам строжайше запрещалось использовать его и на десятом году обучения.

– Вы кукловод?! – зло прошипел парень.

– Тихо, тихо. Успокойся. Никакой я не кукловод. Я этих дураков с испорченным даром на дух не переношу! Убери эту гадость! Сможешь сам или мне помочь? Ты хоть понимаешь, что только что мог выжечь все вокруг на несколько десятков миль?!

– Да?.. – удивился Кенрик, легко погасив заклинание, чем еще раз до онемения изумил старого мага. – А что его гасить-то? Я его не раз уже использовал. Даже костер с его помощью разжигал…

Эльнар не нашелся, что ответить на это. Он довольно долго стоял, молча хватая ртом воздух от возмущения. Использовать боевое заклинание высшего порядка для разжигания костра?! Мальчишка что, с ума сошел?! Мало простых огненных заклинаний, не требующих такого потока энергии и такого контроля?! Старик не выдержал и высказал свое возмущение в соответствующих выражениях.

– Ну вот, еще один на мою бедную голову, – недовольно пробурчал себе под нос Кенрик.

– А кто тебя этому научил? – резко спросил старик.

– Сам научился, – поспешил заверить парень, в голове которого Посох устроил настоящую истерику, боясь, что его сейчас обнаружат.

– Сам? – недоверчиво поднял брови Эльнар. – Врал бы, да не завирался. Самостоятельно такому научиться невозможно. Боюсь, что мне придется тобой заняться, а то ты по глупости всю каверну уничтожишь и не заметишь.

– Да некогда мне! Мне дышать времени нет! – в ужасе от такой перспективы возопил Кенрик. – Я и так сплю по четыре часа в сутки!

– Медитации, значит, тебя не обучали, – понимающе покивал старик. – Ох уж эти мне визуалы, элементарных вещей не знают. Научу, тогда тебе для отдыха и часа хватит.

– Ой, мамочки! – чуть не заплакал парень. – Ну когда же меня оставят в покое? Как же мне все это надоело!

Внимательно всмотревшись в него, Эльнар понял, что настаивать не стоит – мальчишка просто не готов к ответственности и бежит от нее изо всех сил, а значит, обучать его пока рано. Еще старый маг понял причину того, что некоторые области рисунка дара у Кенрика слишком развиты. Артефакт! Парень явно нашел какой-то древний артефакт, который и дал ему кое-какие возможности. Какой именно артефакт? А Беранис его знает. Мало ли по каверне было рассыпано сильных артефактов за прошедшие тысячелетия? Множество. Он еще не маг и не скоро магом станет. Для начала ему нужно преодолеть себя, свою лень и нежелание принимать мир во всем его многообразии.

– Ну, не хочешь как хочешь, – отступил на шаг Эльнар. – Но учти, мы с тобой еще встретимся. И будь осторожен, там, куда вы направляетесь, есть кукловоды. Я их чувствую.

С этими словами он исчез.

Время возобновило свой ход, и Кенрик осознал, что никто из его товарищей по отряду странного старика не заметил.

Случившееся повергло юношу в шок, ведь Посох утверждал, что других истинных магов в мире – не в каверне, а в мире – нет. Однако это оказалось не так. Получается, что истинные есть, но прячутся ото всех, опасаясь, по всей видимости, кукловодов, которые в свое время их почти всех уничтожили.

«Что думаешь?» – спросил Кенрик у Посоха.

«Если честно, то не знаю, что думать, – недовольно пробурчал тот. – Мы с тобой встретили на редкость сильного и опытного истинного мага. С чистым даром! Не кукловода! Из этого следует, что я во многом ошибался и многого не знал. Извини, мне нужно подумать».

«Погоди! – взмолился юноша. – Он же сказал, что впереди кукловоды!»

«Не беспокойся! Я сканирую местность на двадцать миль вперед и успею тебя предупредить в случае чего».

После чего Посох умолк и больше на вопросы не отвечал, предоставив Кенрика самому себе.