Иар Эльтеррус
Витой Посох. Постижение

Проводив взглядом скрывшихся вдали невидимок, Эльнар надолго задумался. Он снова тщательно проанализировал рисунок дара мальчишки и понял, что кое в чем ошибался. Такой рисунок мог возникнуть только в том случае, если Кенрик завладел не просто артефактом, а тем самым, от которого сам Эльнар отказался около четырехсот лет назад, единственным в мире разумным артефактом. Витым Посохом. А раз у мальчишки Витой Посох, пусть даже одна его часть, то дела обстоят куда хуже, чем он раньше думал, и без внимания Кенрика оставлять нельзя. Придется приглядеть за молодым дураком, пока он чего лишнего не натворил.

* * *

На следующий день после встречи с Мертвым Герцогом Нир, как и было приказано, в девять утра явился в секретариат Королевского университета, где его определили студиозусом в группу этикета и государственного управления. Такое выделение этикета несколько удивило юношу, он всегда считал, что социология куда важнее, но оставил свое удивление при себе, ничем не выказав его. Один из младших секретарей отвел нового студиозуса в отдельное небольшое крыло здания, куда доступа обычным студиозусам не было – вход охраняли королевские гвардейцы. В большой светлой аудитории Нира представили пятнадцати роскошно одетым молодым людям, среди которых оказались только наследники высших аристократов королевства – сыновья герцогов и графов. Их всех, судя по виду, донельзя изумило направление в их группу младшего сына провинциального, явно небогатого барона. Наверное, над Ниром тут же начали бы издеваться, но кто-то обратил внимание на непривычно выглядящий комбинезон новичка и узнал его.

– Невидимка! – Студиозусы ошарашенно переглянулись.

Это обстоятельство сыграло свою роль в том, что Нира оставили в покое – оскорблять невидимку, пусть даже стажера, никто не решился, жить хотелось всем, а дуэль с невидимкой – верный способ расстаться с жизнью. Юноша был только рад этому, его от услышанных за день разговоров молодых аристократов едва не стошнило – пустые, бессмысленные, ни на что не годные люди, но при этом считающие себя пупом земли. Их интересовали только балы, женщины, охота, драгоценности и породистые собаки. По крайней мере, в течение всего дня они говорили только об этом, а уж их интеллектуальные способности вообще могли вогнать любого неглупого человека в ступор. Учиться «золотые мальчики» не желали, пропуская слова преподавателей мимо ушей, хотя те рассказывали очень интересно. Нир даже удивился – где смогли найти столько талантливых людей, ведь дар учителя – не меньшая редкость, чем дар музыканта. А эти идиоты ни в грош не ставили усилия преподавателей. Ну что ж, это их выбор. Сам юноша собирался взять от учебы все полезное, что она могла дать, раз уж его вынудили здесь учиться.

После занятий он вернулся в свою крохотную квартирку недалеко от столичной базы невидимок, выделенную арралом вскоре после того, как они с Кенриком прибыли в столицу. Нир, в отличие от товарища, в казармах жить не захотел, не слишком любил, когда вокруг него крутится много людей, вот и написал заявление на комнату. И был сильно удивлен, что ему выделили целую квартиру, пусть и небольшую – комната, в которой помещались кровать, стол, стул и шкаф; и кухонька два на три шага; удобства располагались во дворе. Однако юноша и тому был рад, привередливостью не отличался. Правда, карайна пришлось оставить на базе. Тот не протестовал, они все равно держали постоянную мысленную связь, и по первой просьбе Нира Тень через несколько минут оказывался там, где юноша его ждал.

Как выяснилось, лимит сюрпризов на сегодня был не исчерпан. У входа в квартиру Нира ожидал приехавший в карете личный курьер Мертвого Герцога, доставивший ему всю необходимую молодому аристократу амуницию – полтора десятка роскошных костюмов на все случаи жизни, меха, обувь, драгоценности, парадное оружие и, естественно, деньги. В сумме пяти тысяч золотых! Юноша таких денег в глаза никогда не видел. И за все это с него не взяли даже расписки! Ко всему выданному прилагались подробные инструкции, в которых четко указывалось что, когда, куда и по какому случаю следовало надевать. И письмо Мертвого Герцога, в котором тот потребовал, чтобы Нир изучил эти инструкции, представляющие из себя солидной толщины томик, за два дня.

Когда курьер убрался восвояси, Нир, ругаясь, долго пытался аккуратно разместить костюмы, каждый из которых являл собой драгоценность стоимостью едва ли не в четверть поместья его приемного отца, но это ему до конца не удалось – слишком мало места было в его комнатушке. В конце концов костюмами оказались заняты шкаф, кровать, стул, наспех освобожденный стол, и Ниру остался лишь небольшой кусочек пола, куда он, экспрессивно высказав свое мнение обо всем этом, и присел. Юноша настолько устал, что не заметил, как задремал.

Разбудило его чье-то осторожное покашливание. Он распахнул глаза, повернулся к двери и увидел стоящего на пороге немолодого мужчину с роскошными бакенбардами, одетого в ливрею личного слуги. Вот только к какому дому он принадлежал, было неясно, на ливрее не имелось герба.

– Добрый вечер, да-нери[2 - Э л л а р и – обращение к равному в Игмалионе. Э р х и – вежливое обращение к нижестоящему. Показывает хорошее отношение к тому, к кому обращаются. Н о р и – нейтральное обращение. Т л а р и – отрицательное. Да-нери – вежливое обращение к вышестоящему.] барон! – поклонился гость, заметив, что хозяин проснулся. – Извините за вторжение, но с этого момента я, согласно приказу его сиятельства герцога ло’Верди, ваш личный слуга. Мое имя Тарми.

– Зачем мне слуга? – растерянно спросил Нир.

– При вашем положении слуга необходим.

– Каком еще положении?! – возопил юноша.

– Не могу знать, – невозмутимо ответил Тарми. – Так приказал его сиятельство.

– Ясно, – понурился Нир, – но где я вас размещу? Мне, как видите, уже самому здесь места нет…

– Вижу, – кивнул слуга. – Этот вопрос мы с вами решим прямо сейчас. Вам на выбор предложено три небольших особняка в центре столицы. Изволите осмотреть все?

Нир позеленел и выдохнул:

– А можно как-нибудь без этого обойтись?!

– Можно. Скажите, какой из трех вы выбираете. Первый из них состоит из двенадцати комнат, столового и бального залов, он расположен на…

– Да какая мне разница, из чего он состоит?! – схватился за голову юноша. – Пусть будет тот, который ближе к университету.

– Как изволите, – поклонился слуга.

Нир смотрел на него глазами затравленного зверя, уже не понимая, на каком он свете. Святые Трое, это что же это на белом свете деется-то? Да где же такое видано? Нет, надо успокоиться и взять себя в руки, затем тщательно обдумать все. Неспроста это, далеко неспроста. Но не сейчас. Сейчас, похоже, придется переезжать в этот самый особняк, чтоб он провалился. А затем, хочешь не хочешь, придется привыкать к совершенно новой жизни, почти ничем не похожей на прежнюю. Ничего приятного, но выбора ему не оставили, и теперь, видимо, ни на минуту не выпустят из-под контроля. Да еще и слугу дали такого, что помереть спокойно не даст, на том свете достанет. Ну, чистой воды Темный Прохвост! И, похоже, это не просто слуга, а опытный агент варла, совмещающий функции наставника, слуги и телохранителя.

– И какой это идиот додумался привезти весь гардероб сюда? – донеслось до Нира недовольное ворчание Тарми, укладывающего вещи. – Распустились совсем…

Затем повернулся к юноше и сказал:

– Раз да-нери барон уже выбрал, то сейчас будет подана карета. Нечего вашей милости в этой дыре делать.

Нир хотел было возразить, что это не дыра, а вполне себе приличная квартира, но промолчал, решив, что его все равно не поймут. С каждым мгновением он все сильнее впадал в тоску. Сколько же все это продлится? Понятно, что началась какая-то важная операция второго аррала, раз ее курирует сам Мертвый Герцог. Интересно другое: почему фигурантом избрали именно его, ведь до опытного агента, не говоря уже об оперативнике, юноше было далеко. А в аррале хватает опытных людей, так почему он? Видимо, это связано с родным отцом Нира, а он однозначно высокопоставленный аристократ, как бы не один из герцогов. Очень хотелось бы понять, в чем тут дело, но разрозненные факты никак не желали складываться в единую картину.

– Карета подана, да-нери барон! – торжественно провозгласил слуга. – О вещах не извольте беспокоиться, они будут доставлены в особняк в целости и сохранности.

Ниру захотелось кого-нибудь убить, но он только сжал зубы, резко повернулся к двери и вышел. На улице действительно стояла роскошная карета с его гербом на дверцах! Юноша обалдело потряс головой, но ничего не изменилось. Позади кареты сбились окрестные ребятишки, во все глаза смотря на невиданное чудо – на их бедную улицу кареты аристократов обычно не заезжали. В этот момент Нир вспомнил о Тени и мысленно позвал его.

«Ну чего тебе еще?» – недовольно отозвался тот.

Юноша привычно сформировал несколько ментальных образов, рассказывающих о случившемся за последние два дня, и передал карайну.

«Мне это не нравится, – сообщил тот по некотором размышлении. – Жди там. Скоро буду».

«А кому нравится?» – тяжело вздохнул Нир.

Он принялся прохаживаться возле кареты, все еще пытаясь проанализировать события последних дней, но ничего не выходило.

– Да-нери барон чего-то ждет? – поинтересовался возникший словно из-под земли Тарми.

– Да. Моего карайна.

– У да-нери барона есть карайн? – слегка удивился слуга, которого об этом, видимо, не проинформировали.

– Есть, – с ехидством посмотрел на него Нир. – Двухвостый. Боевой. Из отряда невидимок.

– Любопытно, – заметил Тарми, окинув юношу каким-то странным взглядом. – Я позабочусь, чтобы в особняке для вашего карайна подготовили удобное место.

– Ему главное, чтобы мясо свежее было, – отмахнулся тот. – И побольше.

– Не извольте беспокоиться. Будет.

Через несколько минут возле них словно ниоткуда возник Тень, оправдывая свое имя. Он скользящим шагом подошел к Тарми и тщательнейшим образом обнюхал его. Тот в это время стоял с совершенно невозмутимой физиономией и, похоже, ничуть не боялся. Карайн отошел, сел и озадаченно почесал себя задней ногой за ухом. Затем снова обнюхал слугу, несколько раз фыркнул, навернул вокруг него три или четыре круга – Нир не считал – и опять сел. Немного посидел, повернул голову к юноше и медленно одобрительно кивнул. По губам Тарми скользнула едва заметная усмешка. Ниру показалось, что эти двое что-то поняли друг о друге и пришли к каким-то своим выводам. Он давно подозревал, что Тень относится к нему всего лишь, как к маленькому котенку, потому так и заботится. И сейчас получил этому подозрению подтверждение.

«А кем еще тебя считать? – насмешливо поинтересовался карайн. – Котенок и есть. Такой же глупый».

«Да ты…» – задохнулся от возмущения юноша.

Это что же получается? Эта мохнатая сволочь читает все его мысли?! Это уже свинство!

«Вот не было печали все твои мысли читать!» – Ментальный тон Тени окрасился смехом.

«Ладно, чего уж там… – обреченно махнул рукой Нир. – Поехали. Устал я за сегодня как собака. А завтра денек еще веселее будет».

Оглянувшись, юноша заметил, что Тарми как-то незаметно успел погрузить полученный сегодня гардероб и остальные вещи юноши в сундук позади кареты, после чего приглашающе распахнул дверцу. Нир покосился на Тень и со вздохом забрался внутрь. Дети, глазеющие на карету, возбужденно загомонили – им и в голову не могло прийти, что в этой карете уедет кто-то, живущий на их улице. Повод для нового дикого слуха был дан. И, что самое смешное, слух оказался правдив, хотя был полностью высосан из пальца – местные жители долго с жаром доказывали соседям, что у них на 64-й радиальной довольно долго жил сам принц, не гнушавшийся поздороваться за руку с последним горшечником.

Ехать пришлось довольно долго, от 64-й радиальной до 2-й кольцевой, где располагался особняк, было несколько миль. Как сообщил Тарми, от особняка до университета можно дойти неспешным шагом минут за пятнадцать. Нира это полностью устраивало, он не хотел приезжать на учебу ни на боевом карайне, ни в роскошной карете. Сам дом выглядел старинным, очень уютным, одним своим видом он навевал мысли о покое. Никаких особых излишеств в виде башенок или портиков – обычное двухэтажное строение в классическом игмалионском стиле. Небольшой поросший травой двор, помещение для ездовых животных и псарня. На территории усадьбы росло несколько десятков старых деревьев, не только дающих приятную тень, но и загораживающих внутреннее пространство от любопытных взглядов. Ниру эта небольшая усадьба сразу приглянулась.

Дом оказался обставлен со вкусом, ничего выбивающегося из общего стиля не было. Нового хозяина встретил седой мажордом, он с достоинством поклонился и представил двух симпатичных молоденьких горничных, сразу принявшихся стрелять в его сторону глазками. Однако юноша иллюзий на их счет не питал, скорее всего, они такие же агенты второго аррала, как и он сам, а значит, способны без всяких угрызений совести зарезать любого, если это нужно для дела. И обучены соответствующе. Поэтому воспринимать их как женщин, готовых на флирт, не стоит. Можно смертельно ошибиться. В буквальном смысле.

После недолгой экскурсии по дому, состоявшему из трех спален, двух гостиных, столовой, небольшого зала для танцев и шести гостевых комнат в другом крыле, Нир выбрал спальню, обитую приятным для глаза бежевым шелком с едва заметными узорами. Огромная круглая кровать с балдахином не слишком понравилась юноше, но ничего поделать он не мог, что есть, то есть. Оставалось надеяться, что она хотя бы мягкая и удобная. Усталость все больше давала о себе знать, и он, наскоро перекусив, почти сразу завалился спать.